📖 Книготред

Анон · 2014-07-25 17:18:56

Дабы не сливаться с тредом фанфиков. У кого какие любимые книги? Кто что сейчас читает? Может кто-то хочет посоветовать книгу или найти что-то конкретное? С этим - сюда. Делимся впечатлениями о прочитанном, спрашиваем советов "что почитать", раздаем рекомендации.

Помимо основного треда на форуме существует множество узкоспециализированных.

▼Треды общей тематики⬍

▼Треды про авторов и их творчество⬍

▼Треды про книги и книжные серии⬍

▼Здесь можно поговорить о комиксах и манге⬍

Также связано с книгами и писателями:
Подфорум чтений на любой вкус
Анонимные пейсатели (анонимная помощь с сочинением нетленки)
Книжный челлендж Холиварки
Инструкция как настроить бот Флибусты

Анон · Сегодня 18:02:22

Нет там никакой жопы. Есть "работайте сами" и в принципе первая трагедия после. Потому что привычные к руководству извне люди не укрепили крышу театра, и спасать теперь придется самим, без спасений в последнюю минуту.

Анон · Сегодня 18:07:49

Анон пишет:

Нет там никакой жопы

Угу.

▼Скрытый текст⬍

Джеми с Лешкой играли в «топ» — шарили по окрестностям «крупной камерой», подглядывали реалку как она есть, поначалу ничего интересного в поле зрения не попадало, к тому же на многих окнах стояли заглушки от чужого любопытства, они уже хотели свертываться и идти кататься на Трассу — когда вдруг увидели этого парня, он стоял на летающей платформе и смотрел вниз, и в лице его было что-то такое, что Джеми, бывший в тот момент оператором, задержал на нем кадр.

— Эй, — сказал он парню, парень повертел головой, не понимая, откуда голос, потом догадался, что попал в «крупную камеру», и помахал рукой.

— Ты чего? — спросил у парня Лешка из-за Джеминой спины.

Парень показал пальцем вниз. Джеми, помнится, еще подумал, что у него какая-то машинка для летания и что он просто так развлекается.

— Ну, давай, — сказал Джеми, и парень шагнул — просто шагнул — в воздух. Джеми думал, что он немного повисит, как это бывает в мультах, и, может быть, подрыгает в воздухе ногами — но парень сразу же ухнул вниз, сломал пару веток на большой березе и скрылся под кронами — камера никак не могла туда заглянуть. Через минуту вылезла строчка в новостях — «Новое самоубийство в районе западной станции», и показали тело парня, неподвижно лежащее на земле…

Лешка оттеснил Джеми и долго, долго разглядывал мертвеца во всех ракурсах.

— Я тоже, — сказал наконец.

— Что? — удивился Джеми.

— Я тоже так хочу, — сказал Лешка.

— Это, наверное, больно, — предположил Джеми.

— А я вколю себе анальгетик, — сказал Лешка.

— А потом?

— Что потом?

— Ну, ты уже будешь мертвый?

— Ну и что? — спросил, подумав, Лешка, и Джеми не нашелся, что ему возразить. К тому же ему было любопытно — он никогда в реалке не видел, как умирают. Раньше, при Пандеме, умирали только старики, да еще экстремалы в красном слое, но Джеми был слишком ленив, чтобы путешествовать по слоям, — для развлечения ему хватало игрушек да «крупной камеры»…

А теперь можно и в реалке умирать сколько хочешь. Жаль, что только один раз; правда, самому Джеми пока не хотелось — но почему бы не посмотреть, как это сделает Лешка?

Рядом с Лешкиным домом была старая мачта — иногда по вечерам на ней устраивали театр теней. На башне был источник света, а кругом нагоняли облака, и они служили экраном, только Джеми не любил эти представления — слишком не похоже на реалку…

Днем на мачте никого не было. Джеми и Лешка поднялись на лифте; потом Джеми сообразил, что самое интересное будет внизу, а не наверху. Он спустился и на всякий случай отошел подальше — чтобы Лешка не свалился ему прямо на голову; получилось, что Лешка упал даже слишком далеко. Джеми услышал только треск мелких веточек, а потом такой звук, как будто переломили самую толстую и сочную ветку.

Джеми побежал на звук. Лешка лежал на спине и как-то странно подергивался; изо рта его толстой струйкой текла кровь, как в игрушке, и пенилась тоже очень натурально, но больше всего поразило Джеми то, что глаза у Лешки смотрели в разные стороны, один вправо и вверх, другой влево и вниз. Уж как много игрушек прошел в своей жизни Джеми — а такого эффекта не видел ни на одном виртуальном трупе. Наверное, создатели убивалок в реале никогда не видели мертвеца…

Джеми смотрел на Лешку минуты полторы. А потом приехали люди из этой их гребаной координации; в новостях уже тридцать две секунды висела новая строчка: «Самоубийство в районе старой телевышки»…

Джеми отошел в сторону, помочился на кучу старой листвы и запросил инфу о всех самоубийствах и несчастных случаях за последнюю неделю.

…Единственный недостаток — слишком быстро. И только единожды. А в виртуалке он попросил бы Лешку прыгнуть еще раз

Анон · Сегодня 18:18:02

Ну вот эта конкретная описанная под катом жопа - это как раз уровень "педагогическая запущенность".
Но я не помню, это потому что люди уже разучились детишек воспитывать, или потому что Пандем такое навоспитывал?

А вообще, конечно, само по себе это логично - когда человек растет, то он тестирует "как устроена реальность", и от чего последствия бывают, а от чего нет. И если стараться от человеков убирать обратную связь от мира - то они (мы:))) начинаем колотиться в этот самый мир со все большей силой, пока фидбек не окажется достаточно значимым.

Отредактировано (Сегодня 18:21:11)

Анон · Сегодня 18:22:44

Анон пишет:

Но я не помню, это потому что люди уже разучились детишек воспитывать, или потому что Пандем такое навоспитывал?

Пандем отменил боль, смерть, несчастные случаи и так далее. Эмпатия не развивалась, сочувствие ближнему своему отвалилось. Представление о том, что действия имеют последствия, размазалось тончайшим слоем. Ответственность за кого-то, кроме себя (а часто и за себя тоже) стала чужеродным концептом.

Анон · Сегодня 18:24:37

О том, как жопу планируют разгребать.

▼Скрытый текст⬍

— Мы должны заменить им Пандема, — сказал Алекс. — Когда был Пан — он направлял их. В том числе и наказывал… Да-да, не делай вид, что ты в это не веришь. А теперь мы — вот мы с тобой — должны их воспитывать и наказывать.

— Почему именно мы? — спросил Ким.

— Потому что мы самые взрослые ребятишки в этом всепланетном детском садике, — Алекс прищурился. — Мы за них отвечаем… Итак, снижение статуса. Поражение в правах. Тюремное заключение. Все что угодно; после тридцати лет Пандемова правления трудно будет восстановить такое понятие, как «закон», но если для его реанимации потребуется ввести смертную казнь — мы введем.

— Мой дядя — из другого мира, — пробормотал девятнадцатилетний Миша Каманин, затягиваясь тонкой сигаретой с красным мерцающим пояском. Сигарета разразилась зуммером тревоги; Миша крепче придавил ее, и зуммер стих.

— Зачем ты куришь эту гадость? — кротко спросила Лерка.

Миша пожал плечами:

— Да так… Курю.

— Мода на заботу о собственном здоровье быстро прошла, — пробормотала Лерка, отгоняя ладонью облачко дыма.

Миша молча затушил сигарету.

— Как и мода верить в то, что Пандема нет, — сказал Ким.

— Пандема нет! — негромко рявкнул Алекс. — Пандема в самом деле нет… и больше никогда не будет! Мы в шлюзе, в шлюзовой камере, где давление мира еще не сравнялось с естественным, беспандемным… И это самое разумное, что мог сделать Пан — устроить нам постепенный выход из оранжереи. Кто сможет жить без Пандема — будет жить. Кто не сможет — погибнет и погубит рядом стоящих…

Они сидели в парке перед старым Александриным домом. У Миши через два часа начиналось дежурство; Александра то и дело опускала веки, просматривая сводку новостей. Лерка разминала пальцами оранжевый массажный мячик.

— Недавно вылетали на вызов, — сказал Миша, ни к кому конкретно не обращаясь. — Вызвал сам пострадавший… с железным штырем в спине.

— Помню, — Алекс жестко сжал губы. — Компания мальчишек лет двенадцати решила попробовать, что будет, если в человека ткнуть чем-то острым…

— Штырь задел легкое, — продолжал Миша. — Травма средней тяжести. Регенерация за несколько дней…

— А как ты думаешь, Кимка, — спросил вдруг Алекс, — почему среди действующих врачей нынешней «Скорой помощи» нет никого старше тридцати?

Ким пожал плечами:

— Мальчиков с детства научили пользоваться этими их прозрачными саркофагами, а меня, например, старую перечницу, со всем моим опытом — фиг научишь…

— И все?

— Нет… Эти мальчики выросли при Пандеме. И не знают, что человек, которому всадили в спину железный штырь… иначе ведет себя. Часто умирает. Никогда не регенерирует «за несколько дней».

— Принцип работы капсул… — начал было Миша.

— Брось, — Алекс небрежно потрепал его по плечу. — Дядя Ким совершенно прав… Мы имеем облегченный вариант жестокой действительности. Которая как бы жестокая, но как бы и не очень… Например, меня лично немного раздражает некое представление о справедливости, которое наш друг Пан привил окружающей природе… Вроде как гибрид дрозда и мушки дрозофилы…

— С какой стати раздражает? — удивилась Александра. — Вполне вписывается в твою концепцию шлюзовой камеры. Был очень справедливый мир — будет несправедливый, или, точнее, вне справедливости… А посерединке — то, что мы видим. Почему нет?

— Вот что меня в этой концепции беспокоит, — сказал Ким. — Шлюзование предусматривает процесс.

Алекс как-то по-особенному остро на него взглянул.

— Рано или поздно… — продолжал Ким. — Я боюсь того момента, когда эти «шлюзовые» законы… например, насчет детей, которые не умирают… Когда они впервые нарушатся. Ведь кто-то будет первым…

Все надолго замолчали. Тишина казалась особенно странной еще и потому, что вокруг стоял шелест, писк и щебет; ласточки носились над головой, на крыше хозяйничала белка, а у Леркиных ног белый кот сторожил чью-то нору, не обращая ни на людей, ни на птиц никакого внимания.

— Вот поэтому я и говорю, — негромко начал Алекс. — Ответственность должна быть за все… Бросил ребенка без присмотра — поражение в правах. Не покормил вовремя — снижение статуса. Ударил — ограничение свободы.

— Нам потребуется чертова прорва тюрем, — сказал Ким.

— Ничего, — Алекс оскалился, — есть, например, механизм насильственного отключения от сети. Или запрет на выезд из слоя… Они ведь не привыкли ограничивать себя ни в чем. Никогда. Они ощутят…

— И вряд ли это кому-то понравится, — заметила Александра.

— Да, — Алекс кивнул. — Мы еще пожнем… плоды. Еще начнутся возмущенные вопли: по какому праву? А кто вы такие, чтобы лишать нас свободы? Вы что, возомнили себя равными Пандему? Тогда нам придется отвечать: нет, но мы избраны Пандемом, чтобы эта цивилизация — вернее, система цивилизаций — не скатилась обратно в постиндустриальный век… а может, и ниже. Координаторы избраны Пандемом — скоро придется написать такой флажок и прошить его в системе…

— Пандемоизбранные, — Ким выдавил из себя улыбку.

— Перелом бедра — это все-таки больно, — сказал Миша.

— Это даже еще больнее, — сказал Ким. — Полной боли он не ощутил.

— Я тоже так думаю, — Миша вздохнул. — Когда мы пацанами работали в сенсорном режиме… на полигоне… Знаете, мне в голову не приходило проклинать… его.

Лерка вздрогнула. Взглянула на сына, сильнее сдавила массажный мячик; внутри упругого пространства мерцали ярко-оранжевые огоньки.

— Вы бы слышали, что он говорил, — Миша сморщил нос. — Уже в машине… У него была запланирована какая-то очень важная для статуса работа… Из-за этого перелома все отменилось — теперь он в самом деле ощущает себя неудачником. С его точки зрения, Пан… Пандем его чуть ли не предал. Бессмысленно. Понимаете, когда мы… в сенсорном режиме — это было во имя чего-то… Мы могли не понимать до конца — но мы знали, что Пан… что это ради цели, ради нас, в конце концов. Пан не врал… А теперь — Пана как бы нет. Но он есть. И все это знают. И когда Пан направляет машину этих ненормальных… направляет на ни в чем не повинного человека — человек вправе возмутиться… Так ему кажется, во всяком случае.

— Он не направляет, — сказала Лерка.

— Но он мог бы изменить траекторию… чуть-чуть. И прохожий остался бы цел… погоди, мама, это ведь не я говорю, это он так думает. Я сидел с ним рядом, как дурак, и делал вид, что мне надо работать с капсулой… хотя капсула к тому моменту давно была на автопилоте.

— Все зациклены на себе, — пробормотал Алекс. — Боже, какое горе, мой статус не вырастет на два-три пунктика…

— А поставь себя на его место, — сказал Ким. — Если бы ты ехал на важный социальный вызов — как с теми мальчишками, например, что экспериментировали по втыканию железяк в человека… И на тебя вдруг упало дерево. Пусть не убило, но… переломало ноги. Ты бы сказал Пану «спасибо»?

— Да! — рявкнул Алекс. — Я сказал бы «спасибо» за то, что мне сохранили жизнь! Этот ваш… как его… Шейко? Он труп! Лежал бы сейчас в морге, и Пандем, где бы он ни был, не морочился бы с его вопросами… «Ах, за что?!» «Ах, почему?!» А жив ты, зараза, и дальше будешь жить…

Ким прикрыл глаза и вошел в систему. Петр Артурович Шейко… Две жены. Трое детей… Родители… Ныне здравствующие бабушки и дедушки… А почему, собственно, ценность человеческой жизни должна измеряться тем, сколько людей впадут в шок при вести о чьей-то гибели?

Шейко П. А. Инженер-энергетик. Пишет стихи. Вот, например: «Желтые листья — рыбьи скелетики, валятся под ноги, тянутся по ветру…» Интересно, где он видел рыбьи скелетики? В зоологическом музее?..

Вот я уже тридцать секунд разглядываю картинки этого Шейко П. А., и мне совершенно ясно, что убивать его жалко… Тьфу, какая формулировка. Мои собственные мозги не избежали всеобщей участи — инфантилизации…

— Они не испугаются смерти, пока не увидят смерть, — сказала Александра.

— Ерунда! — Алекс растирал в ладонях метелочку какой-то травы. — Они видят смерть… но она не производит на них никакого впечатления. Она чужая. Как на экране. Эх, Аля, если бы каждое человеческое существо умело от рождения соотносить чужие страдания и собственные — история человечества была бы другой…

Анон · Сегодня 18:28:41

Прям почитал фрагменты и захотелось книгу перечитать. В свете нейросеток прям интересно, как читаться будет.

Анон · Сегодня 18:32:45

М-да.

Тогда, Господи ... оставь нас и дай нам идти своей дорогой.

Ну спасибо, что не сотри нас.

Анон · Сегодня 19:10:21

Анон пишет:

Эмпатия не развивалась, сочувствие ближнему своему отвалилось.

Вот мне интересно, почему авторы решили что в безопасной среде эмпатия и сочувствие отвалится.

Даже в благополучной жизни есть потери, фрустрация, неудачи и недосягаемое. Не ответили взаимностью, ушла жена, поссорился с другом, мечта оказалась недосягаемой.

Анон · Сегодня 19:11:50

Аноны, это ж сколько перекличек со Стругацкими разом. И с "Трудно быть Богом" - Румата ведь Пандем на минималках. И сам "Пандем" начинается там, где кончается "Пикник на обочине", Пандем - это попытка выполнить желание Рэда.

Анон · Сегодня 19:12:50

Анон пишет:

Даже в благополучной жизни есть потери, фрустрация, неудачи и недосягаемое. Не ответили взаимностью, ушла жена, поссорился с другом, мечта оказалась недосягаемой.

А там у каждого есть идеальный личный друг и психолог, который всегда с тобой и который понимает тебя как никто.

Анон · Сегодня 19:14:33

Анон пишет:

А вообще, конечно, само по себе это логично - когда человек растет, то он тестирует "как устроена реальность", и от чего последствия бывают, а от чего нет. И если стараться от человеков убирать обратную связь от мира - то они (мы:))) начинаем колотиться в этот самый мир со все большей силой, пока фидбек не окажется достаточно значимым.

Ну часть предположений авторов логична. Без опыта боли и ее избегания не будет бережности к своему телу и различения опасности, без опыта равнодушия мира и превозмогания трудностей не формируется самостоятельность. Когда за твоими детьми всегда-всегда присматривают и сигналят, ты не привыкаешь делать это сам.
Там в общем вся книга про то что опека над взрослыми это лишение самостоятельности, и что сверхчеловек Пандем ошибся в попытке облагодетельствовать человечество.

Холиварофорум

Объявление

#1 2014-07-25 17:18:56

📖 Книготред

#70001 Сегодня 18:02:22

Re: 📖 Книготред

#70002 Сегодня 18:07:49

Re: 📖 Книготред

#70003 Сегодня 18:18:02

Re: 📖 Книготред

#70004 Сегодня 18:22:44

Re: 📖 Книготред

#70005 Сегодня 18:24:37

Re: 📖 Книготред

#70006 Сегодня 18:28:41

Re: 📖 Книготред

#70007 Сегодня 18:32:45

Re: 📖 Книготред

#70008 Сегодня 19:10:21

Re: 📖 Книготред

#70009 Сегодня 19:11:50

Re: 📖 Книготред

#70010 Сегодня 19:12:50

Re: 📖 Книготред

#70011 Сегодня 19:14:33

Re: 📖 Книготред

Подвал форума