Вы не вошли.
Мы начинаем прием заявок на Тайного Санту 2026!


Давайте перетрем за Крапивина
Как подсели? Как соскочили? Что вызывало любовь и ненависть? Изменилось ли с годами впечатление от прочитанного? Хотели вступить в Эспаду или бороться с мировой несправедливостью? Были "Крапивинским мальчиком/девочкой" или антиподом? ВПК бойлавер или как?
Анон недавно прочитал последнюю на данный момент вышедшую книгу "Переулок капитана Лухманова" и ностальгически расстроился. Мог же когда-то ВП, а сейчас вместо проглатывания строчек одно чтение по диагонали. Плоско, блекло, расплывчато и ни о чем.
полагается тебе хотеть зимой без шапки и мороженое вместо супа, но у Крапивина же это и есть нормальная норма
Где такое у Крапивина? По тем временам мороженое - не каждодневная норма, а редкое лакомство.
По тем временам мороженое - не каждодневная норма, а редкое лакомство.
По каким "тем"? Послевоенным? 70-м? 80-м? 90-м? Крапивин вообще-то писал про очень разные временные отрезки. К тому же у того анона мороженое - просто пример отношения к делу.
Даже интересно, кому унылая бытовуха важнее интересного хобби с друзьями?
Анон, речь идет о детях сознательного возраста. Да, может хотеться играть, гонять кораблики, строить картонные замки. Но уже в норме есть поонимание ответствености. Надо делать уроки, помогать по дому. Иобычно дети это понимают. Тот же Толик из примера анона выше. Кирилл помогал матери с младшим братом, больинство детей могли приготовить себе поесть, убраться, не забивали на учебу.
Дарагие аноны, вашему вниманию представляется вариация на тему "Мальчик(тм) и другой мальчик, который фонарика(тм) не увидел".
Просто пришло в голову. Мб даже раскрапиво
Отредактировано (2026-06-17 21:25:15)
Очень даже. Пиши еще!
Дарагие аноны, вашему вниманию представляется вариация на тему "Мальчик(тм) и другой мальчик, который фонарика(тм) не увидел".
Просто пришло в голову. Мб даже раскрапиво▼Скрытый текст⬍
А еще я нигде не написал, что воровать это хорошо, я говорил, что объяснять ребенку можно другими словами. Не мне не нужен сын вор, а на дворе у нас 50е, сын, меня расстреляют к хуям за твою самодеятельность, например.
Вообще этот рассказ был написан в 1938. Тогда ещё действовал закон "о трёх колосках". Так что все вполне реалистично: мать не может напрямую описать ребенку какие проблемы их ждут (и уж точно писатель не может об этом написать). Но сильно припугнуть надо, именно чтобы ребенок этим не занимался и семья не огребла.
. А если бы там был человек, который мог бы договориться с пацанами и как-то всё разрулить, чтобы ни клумбы, ни мяч не пострадали
Вообще-то, это незаконные клумбы, высаженые на общественном газоне. В Союзе запрещались палисаднички под многокварными домами, так что мещанин Петенька не прав по- любому.
В советской школе Крапивин не поощрялся: у него были плохие учителя и дети спорили со взрослыми. С точки зрения советских училок это было чудовищно, попирались законы мироздания.
Именно это было новым для советских детей 70-80. В любой книге тогдашней детской книге ребенок приходил к выводу, что он не прав и должен покаяться.
И именно за это его книги любили, те кто любил.
Вообще-то, это незаконные клумбы, высаженые на общественном газоне. В Союзе запрещались палисаднички под многокварными домами, так что мещанин Петенька не прав по- любому.
С другой стороны, ЖЭК обязан был делать благоустройство территории (и палисадники под многоквартирными домами были, только большие, а не у каждого свой, и там высаживали кусты и деревья), а со стороны граждан допускался бесплатный труд на общее благо (анон родился в 70х и помнит, как выходили на субботник и сажали деревца и кусты во дворе; мама анона помнит, что старые деревья так же посажены самими жильцами, всё было организовано).
Можно было договориться и силами жильцов облагородить общественный газон. И детей порицали за то, что они вытаптывают или обдирают общественный газон с цветами или ломают сирень в общественном палисаднике.
При этом, что интересно, во дворе можно было объедать общественный барбарис и боярышник, дудеть в стручки общественной акации, срывать подорожник на общественной лужайке. Но вот уже чтобы сделать лук, надо было идти на речку, где росли ивы, и они были ничьи, или в лесок. Во дворе срезать ветку для своих нужд было бы дикостью.
Отредактировано (2026-07-07 12:59:49)
И именно за это его книги любили, те кто любил.
Анон, не надо за всех говорить. Я за другое любил.
Я его реалистические повести вообще игнорировал, нравилась только фантастика.
И именно за это его книги любили, те кто любил.
Очень жаль советских детей, что им было достаточно просто чтобы кто-то обоссал толстую наманикюренную училку Шахеризаду Петровну и всё, книга вин тысячелетия. Мне всегда казалось, что у Крапивина на первом месте была тема дружбы, а не курощения училок, мамок и соседок.
Я читал при сссре еще, лет в 8-9, только Синего фламинго, понравилось мне потому, что я решил с чего-то, что мальчик, не помню имени, первый пропавший, погиб, мне было очень жаль его родителей, было горько, что он сам остался на острове. Такой почти пионер-герой. А потом я вдруг сообразил, что пацан... Юлька же? выжил. И тут же на первый план вышло, что они с ГГ долбоёбы, пошедшие хер пойми за кем хер пойми куда, хотя всем известно, что нельзя слушать никого, кроме родителей, и вообще
Крч, порой Крапивин нравится за странное... Еще что-то читал уже в начале нулевых, не помню что, видимо так понравилось.
Очень жаль советских детей, что им было достаточно просто чтобы кто-то обоссал толстую наманикюренную училку Шахеризаду Петровну и всё, книга вин тысячелетия. Мне всегда казалось, что у Крапивина на первом месте была тема дружбы, а не курощения училок, мамок и соседок.
Да, Повелителя мух не было 
Мне всегда казалось, что у Крапивина на первом месте была тема дружбы, а не курощения училок, мамок и соседок.
А мне он никогда в детстве не нравился именно тем, что тема дружбы там была какой-то максималистичной. Потому что у Драгунского, Булычева и Носова, я видел дружбу детей, а не рупоры вот этой ясноглазой оторванности от мира "только мы с тобой друг друга понимаем". Да даже в "Баранкине" со всем его финальным перевоспитанием (тем более мне даже тогда казалось, что герои все эти превращения придумали и просто прятались целый день от друзей, наблюдая за жизнью воробьев, муравьев и бабочек). Наверное потому, что у меня было вполне нормально тогда и общаться во дворе, и иметь в школе двух лучших друзей, и дома не цапаться без повода, а если выхватывать по жопе, то понимая, что за дело.
Сейчас вижу, что книжки Крапивина сами по себе заточены в первую очередь на неблагополучных детей со всем этим максимализмом. Это не значит, что они только им понравятся, но что ориентировка там именно зацепить тех, кто чувствует, что его вообще никто не понимает, вполне заметна. Пополам с авторскими фантазиями на тему того, какой должен был идеальный мальчик по Крапивину.
Отредактировано (2026-07-12 08:34:03)
А мне он никогда в детстве не нравился именно тем, что тема дружбы там была какой-то максималистичной.
И, кстати, непонятно, почему. У самого Крапивина и в детстве, и в юности было стандартно-благополучно в этом плане. Обычная мальчишечья дружба с приколами. подначками, но и с взаимовыручкой. Или хотелось нежности с придыханием, "Ты мой самый-единственный Друг"? Но ведь такого и в книжках не было (про институток Чарской он тогда не читал, да и вряд ли они могли быть для него примером
)
Недавно перечитывала "Голубятню", впервые во взрослом возрасте. Мастерски описано горе и отчаяние Яра после обрушения башни. Но реакция показалась преувеличенной. Это ж скадермен, опытный путешественник по космосу. И детей он знал меньше суток. Да, произошедшее ужасно. Но он пишет, что не испытавал такого горя никогда в жизни - ни от ухода женщины, ни от потери друзей, ни даже от смерти мамы. И хочет покончить с собой, но останавливает то, что он "подозревает, что и там его ждет желтая бесконечная тоска".
Или хотелось нежности с придыханием, "Ты мой самый-единственный Друг"?
Может действительно хотелось? У него такое ощущение в книгах, что дружба заменяет собой взросление и предполагаемый в будущем интерес к девушке. Друг становится источником любви - не в сексуальном, а в эмоциональном плане. В любом случае это как-то слишком инфантильно-экзальтированно подается.
Мне в детстве Крапивин заходил не в последнюю очередь описаниями Настоящей Дружбы. Про любовные томления в силу возраста было совсем не интересно, приключений описано много у разных авторов. А такая дружба мало у кого описана.
Кстати, ближайший аналог детской дружбы-влюбленности, но у девочек (Чарскую) прочитал уже во взрослом возрасте. Какое счастье, что эта крнжатина в детстве не попалась. Вот уж отборный кошмар. Крапивин на этом фоне вполне невинно читается.
А у Вольки с Женькой или, там, Незнайки с Козликом не дружба, что ли? Не говоря уж о героях всяких Лондонов и Дюма.
А у Вольки с Женькой или, там, Незнайки с Козликом не дружба, что ли? Не говоря уж о героях всяких Лондонов и Дюма.
Да у большинства авторов дружба в те годы нормально описывалась. Тот же Драгунский или Носов как раз показывали нормальных друзей, которые и поссорятся, и помирятся, и в нужную минуту всегда друг за друга без крапивинского любовного придыхания и надрыва. Вот кстати насчет авторов девятнадцатого века соглашусь - у Крапивина гипертрофированность дружбы больше похожа на ту популярную в позапрошлом веке особенно в приключенческом жанре эмоциональность, когда герои чуть что то в слезы, то в клятвенные заверения верности до гроба.
Недавно перечитывала "Голубятню", впервые во взрослом возрасте. Мастерски описано горе и отчаяние Яра после обрушения башни. Но реакция показалась преувеличенной. Это ж скадермен, опытный путешественник по космосу. И детей он знал меньше суток. Да, произошедшее ужасно. Но он пишет, что не испытавал такого горя никогда в жизни - ни от ухода женщины, ни от потери друзей, ни даже от смерти мамы. И хочет покончить с собой, но останавливает то, что он "подозревает, что и там его ждет желтая бесконечная тоска".
Преувеличения не заметил. Там Яра грызет еще и чувство ответственности - не спас, не защитил.
Носов как раз показывали нормальных друзей, которые и поссорятся, и помирятся, и в нужную минуту всегда друг за друга без крапивинского любовного придыхания и надрыва.
Я в детстве любила сборник Носова про двух друзей Мишку и Колю. Там несколько рассказов и повесть "Веселая семейка". Вот нормальная дружба. И смешные ситуации, и добрые интересные дела, и взаимовыручка, и совместная активность. Без всяких придыханий.
Я в детстве любила сборник Носова про двух друзей Мишку и Колю. Там несколько рассказов и повесть "Веселая семейка". Вот нормальная дружба. И смешные ситуации, и добрые интересные дела, и взаимовыручка, и совместная активность. Без всяких придыханий.
Аналогично. Как и у Дениски с Мишкой у Драгунского. Тоже и вместе приключения найдут, и подерутся, и тут же побегут друг другу помогать. Так что нормально тогда все авторы дружбу описывали, как органичное дополнение к школьной жизни к семье. А вот Крапивин скорее подмену другом целого мира, такого друга-кумира, который важнее всего на свете.
Дружба у Крапивина неуловимо походила на слеш. Слеш я любил, но несколько недоумевал, почему он в печатной детской книге и без соответствующего тэга.
Мастерски описано горе и отчаяние Яра после обрушения башни. Но реакция показалась преувеличенной. Это ж скадермен, опытный путешественник по космосу.
Мы, кстати, не знаем, какой он скадермен и чем он вообще на работе занимается. Знаем только, что он бывал на каком-то количестве необитаемых планет. То есть, со смертью детей он на постоянной основе не сталкивается.
От поиска Яр ничего не ждал. Скорее всего, опять будут пустые ненужные планеты: каменистые глыбы, сожженные жестким излучением, или жидкие шары в оболочках метановых и аммиачных атмосфер. Они годятся для диссертаций, а для жизни бесполезны.
А если и будет жизнь вроде микробов и горного мха на Виктории или тех безобидных песчаных тварей на АЦ-1, ну и что?
Вероятность найти цивилизацию, с которой можно общаться, равна ноль целых, ноль, ноль, ноль, ноль...