Там, где он был центром событий, в этот раз не было камер.
Давай-ка сбавим обороты: не был ты центром событий. Я не уверена, что человек в принципе может быть "центром событий", но если бы мог - им был бы Апокалипсис. Им был бы Чарльз. Им была бы Джин. И да, им - отчасти - был бы ты. Но наравне со всеми остальными всадниками и Х-менами. Так что особо не выебывайся.
Но он все еще разыскивался после убийств в Польше. Нина, Магда, полицейские, рабочие - как только стало известно, кто он, все убийства приписали ему, не вдаваясь в подробности. Эрика не первый раз обвиняли в том, чего он не делал. Наверное, что-то во взгляде заставляло людей видеть в нем монстра.
Это так мило, что у меня просто слов нет. Да, Эрика обвиняют исключительно в том, чего он не делал. Эрик - невинная пушистая овечка. Ох, с таким подходом бы у ждуль письмами с зоны передачки выманивать.
И поймите меня правильно: допустим, Эрик не убивал Кеннеди. Допустим, мы верим ему на слово. Безусловно, трагическая смерть его жены и дочки заслуживает сочувствия, и то, что он отомстил за них, понятно (но и тут уже он все-таки ни хрена не невинный - он убил толпу народа). Во всех остальных ситуациях, Эрику хотят напиздячить не за взгляд. Ему хотят напиздячить за то, что он террорист. И разыскивается он наверняка не только за убийства в Польше. Он в последний раз, когда мы его видели до Апокалипсиса, хуйнул стадион на белый дом и пытался казнить президента со всей шоблой. Не считая прочего.
Всего два человека знали его другим.
Два человека и один мутант.
В последнем Эрик сомневался.
Ах ты бедная недолюбленная няшка.
Из Пентагона тебя спасли. Со стадиона тебя отпустили. За Апокалипсис тебя простили. И ты, сука, не уверен? Тигру не докладывают мяса?
Он все еще разыскивался после побега из Пентагона и убийства Кеннеди, но, по крайней мере, его роль в последних событиях не стала известна. Телепатические послания, вышедшие из-под контроля ракеты, магнитные протуберанцы по всей земле - этого было слишком много, чтобы приписать все одному человеку. Чарльз милосердно не упоминал о нем в своих заявлениях.
А мог бы.
- Спасибо, вспомнили про Пентагон и Кеннеди.
- Не вспомнили про стадион. Чего уж там. В версии четы такого не было. В версии четы он и за Рейвен с пистолетом не бегал.
- Убийств в Польше - включая убийство в цеху, явно без помощи металла, - значит, "слишком много" не было. А вот с ракетами - было.
- Чарльз - телепат, но ему ракеты никто не приписал.
- Каких, на хуй, заявлениях?
Эрик считал, что если кто-то и был способен обелить его имя - как минимум снять с него чужие убийства - то это был Чарльз. Чарльз, который мог заглянуть в его воспоминания и узнать правду. Чарльз, который даже не знал, что Кеннеди убила его любимая Рейвен, и что Эрик сдался властям добровольно, чтобы защитить ее.
ВОТ ЭТО ПОВОРОТ!
Поняли, да? Кеннеди убила Рейвен. Магнето взял ее вину на себя. И не важно, что в каноне отдельно оговаривается, что убийство Траска было бы первым убийством Рейвен. И не важно, что Чарльз отговорил ее даже от убийства Траска - который, на минуточку, ставил эксперименты на ее друзьях и любовнике. И не важно, что Рейвен отличается от Эрика как раз тем, что Эрик убивает, а она - нет, и он ей не плохо на эту тему в ДМБ мозг ебет. Не важно даже, что он о Рейвен говорит "сильная, смелая, верная" и "мы были... ты мог бы ею гордиться, Чарльз". Не. ТВОЯ Рейвен. На тебе ушат говна.
Он все еще разыскивался за нападение на президента десять лет назад. Если бы у Эрика была другая планета, он бы оставил эту. Но выбор был невелик: всего пять континентов да горстка островов. Эрик выбрал Аляску. Там было меньше всего людей. Он больше не мог жить с ними в тесном соседстве.
Тебя разыскивают за вполне реальное нападение на президента. И ты убил бы его, если бы Рейвен с Чарльзом тебя не остановили. Хватит включать дурака, мы видели кино.
О, и да: Чарльз обязан обелить его имя и сказать всем, что он не убивал Кеннеди. Причем сделать он это должен, прочитав мысли Эрика - и, видимо, сказав полиции после этого: "Мамой клянусь", потому что проверить достоверность этой информации иначе никак будет нельзя. Но Чарльз должен. Потому что.
Пришлось постараться, чтобы выбраться из города. Попасть в страну помог Чарльз со своим личным самолетом, а дальше действовать надо было самостоятельно. У Эрика не было подходящих способностей, чтобы менять свою внешность, телепортироваться или дурить людям головы. За прошедшие годы он растерял все контакты, которые обеспечивали ему фальшивые паспорта.
Честно говоря, за прошедшие годы он потерял все, включая себя.
А вот и жене с дочкой ушат говна прилетел. Это были не мир, покой и тепло - это Эрик потерял себя. Нина, спасибо, что мертва.
Про "выбраться из города" ничего говорить не буду: я не знаю, какая религия помешала Чарльзу высадить его в той точке, в какой он хотел.
Грузовое судно было заполнено контейнерами. Эрик лежал на самом верхнем, положив руки под голову, и смотрел на звезды. Путь был неблизкий, но он никуда не торопился. Прикрыв глаза, он касался сознанием контейнеров и корабля, погружался в глубь океана и слышал там медленное гудение подлодок, поднимался к границам атмосферы и считал спутники, пролетающие над ним. Он перебирал их, как мальчишка пересчитывает красивые камешки на морском берегу. Он хотел бы раствориться в этой холодной ночи. Отпустить сознание и не ждать, что оно вернется обратно в тело.
Он встретил бога и убил его. Он не знал, ради чего ему стоит жить дальше.
И это даже было бы красиво, но куда он, сука, плыл? Из города - на Аляске - в село, или в чем дело?
Банкомат выдал ему пачку купюр.
На грузовом судне банкомат, я полагаю. Там никакого разрыва нет, я сам ничего не отрезал.
Эрик спрятал деньги во внутренний карман и отошел. Когда-то давно он старался не прибегать к грабежу и жить просто, но после Каира он больше не чувствовал над собой никакой силы, способной его сдержать. Он больше не согласен был подчиняться никаким законам. Люди потеряли право указывать ему, что делать
- Давайте-ка уточним. В шестидесятые Эрик убивал нацистских преступников, катался по миру, проходил в банки со слитком нацистского золота, не дурно одевался, юзал поддельные документы и в рот ебал человеческие законы. И да: не имел при этом никакой работы или легального источника дохода. Что-то мне подсказывает, что с экспроприацией у него все было в порядке.
- В семидесятые он - перед тем, как ебнуть стадион на Белый Дом и попытаться убить президента, - недурно пострелял на подписании мирного соглашения США с Вьетнамом и совершил пару краж со взломом.
- Еще он как-то раз чуть не начал третью мировую войну.
- Какое, на хуй, при таких раскладах "после Каира" и уж какие там переживания по поводу ворованной налички?
- Какое, на хуй, "после Каира", версия 2.0, если после Каира Эрик на наших глазах сказал: "Нет, я предал их", попустился, вмазал хуев Апокалипсису, вернулся с Чарльзом в школу, помог ее остроить, и вообще на наших глазах с тех пор больше не плясал? Я понимаю, если бы НК написала "после смерти его семьи". Но после Каира-то почему?
Он снял дом в крошечном рыбацком городке на берегу реки. Повесил на стену охотничье ружье. Купил удочки. Научился коптить рыбу.
Он не видел своего будущего ни среди людей, ни среди мутантов. Ни те, ни другие не звали его к себе. Может быть, последний вопрос Чарльза и подразумевал что-то иное, но Эрика тошнило от подразумеваний.
"Давайте-ка уточним", версия 2.0. А когда Чарльз сказал: "Эрик, мне так жаль твою семью, ИДИ СЮДА, Я ПОМОГУ, Я ПЛАЧУ ПО ТВОЕЙ УТРАТЕ" - это типа несчитово или в чем дело?
Не говоря уже о том, что ты Апокалипсису помог Чарльза похитить, Чарльз чуть не умер, мир чуть не накрылся пиздой, попустись немного, поразительно, что тебя вообще не линчевали после таких фестивалей.
Днем он сидел на берегу реки, поставив удочки, и курил, глядя на воду. Вечером ходил в бар выпить пива и посмотреть новости. Миру дорого обошлось убийство его семьи. Он смотрел репортажи о том, как пытаются восстанавливать разрушения и не чувствовал никакой вины. Он сам был точно таким же, со сломанными ребрами мостов и землей, усыпанной обломками. Что, кто-то попытался помочь ему?
- Да. Чарльз.
- Как же меня тошнит от этого обмудка.
Серьезно, Магнето - специфический персонаж, но даже он:
А. Знает про себя, что солнышко из него - то еще, и не стенает о том, что люди его не любят. Он как бы сделал все, что мог, чтобы они его не любили.
Б. Признает свои ошибки, когда совершает ошибки - в своей системе координат. Он сожалеет о том, что послал пулю в спину Чарльзу. Он совершенно точно сожалеет о том, что чуть не хуйнул конец света. Он это говорит. И четы это игнорирует, отказывая ему во всякой сознанке и раскаянии.
Вот и он не станет. Достаточно было того, что он вместе с Джин восстановил школу для Чарльза.
У четы Эрик получается не сложным, не тяжелым, даже не травмированным. Он получается тринадцатилетним злым, упертым мудаком, которому все должны и который вообще ни в одной ситуации, ни при каких раскладах не может перестать тянуть на себя одеяло.
В общем, Эрик ноет, печалится и ангстит по поводу того, какой мир вокруг него злой, как ему одиноко и какие все плохие (хотя он сам съебал на Аляску, а до того сам так сплясал, что куда там вашему Цискаридзе), идет устраиваться на работу в ремонт бытовой техники, старперствует:
В магазин подержанной бытовой электроники требовался мастер для починки телевизоров, стиральных машин, магнитофонов и всей той дребедени, что люди окружили себя за последние годы.
Хотя большей части этой дребедени люди были окружены, даже когда он был шкетом.
При найме он чинит радиоприемник - с двумя разрезанными проводами внутри, что бы это не значило, - и у него с владельцем лавочки происходит вот такой вот диалог:
- Документы есть? - наконец спросил владелец.
- Нет, - ответил Эрик, прощупывая внутренности радиоприемника в поисках других проблем. Проблем не было, он знал это, но ему очень не хотелось снова убегать, поэтому он тянул время.
- За что сидел?
Эрик поднял глаза. Мужчина смотрел на него с сомнением, но без страха. Может быть, принял за обычного заключенного? За сбежавшего заключенного?
- За убийство.
- Я догадался, что ты не конфеты в супермаркете стащил, - ответил тот, и Эрик понял, что этот человек, имени которого он даже не знал, серьезен, как никогда. - Кого ты убил?
Он будто намеренно задавал вопросы так, чтобы Эрику не приходилось врать.
- Отомстил за смерть жены и дочери.
Удивленно поднятые брови нахмурились, мужчина поморщился.
- Паскудная история.
- Батарейки есть?
- В ящике.
Он продолжал смотреть на Эрика, пока тот шарился среди инструментов, ставил батарейки и привинчивал панель. Поставив радиоприемник на стол, Эрик щелкнул тумблером, и из динамиков раздалась хриплая музыка.
- У меня была дочь, - Эрик встретился взглядом с владельцем магазина и удивился, увидев болезненно нахмуренные брови. - Год назад уехала в колледж.
- Что с ней случилось? - спросил Эрик, хотя не хотел этого знать.
- Какой-то ублюдок начал резать девчонок в кампусе, - тот отвернулся к окну, сжал губы. - Сандру похоронили этой зимой. Хотел бы я быть на твоем месте и прикончить ублюдка.
Эрик моргнул.
- Нет. Не хотел бы.
Поехали.
- С какого хуя "не хотел бы"? Ты даже в конце света не раскаиваешься и в том, что Чарльз теперь лысый, уж в том, что ты отомстил людям, убившим твоего ребенка, ты не раскаиваешься точно. И в фильме не раскаивался.
- "Не хотел знать". Ну естественно, на всех насрать - ресурс не резиновый. По какой-то неизвестной причине всякий раз, когда что у Додо, что у четы в фике должен возникнуть сдержанный, жесткий, крутой герой, на его месте образуется вредный уебок с нулевой эмпатией, кромешным мелочным поебательством в отношении других - и безразмерной зацикленностью на себе.
- Хозяин - охуительный. И это Аляска, где бывших отсидевших, кстати, до фига: значительно проще найти работу, проще обосноваться, радикальная смена обстановки. С какого хера он на слово ему верит? В тюрьме все невиновные. А если виновные, то только по благородному поводу. И каждый второй запилит тебе такую кулстори. Да, в крутых фильмах про крутых ребят - в Смертельной Гонке, например, - героя тоже спрашивают, за что он на самом деле сел, он говорит, что он котик, и ему верят, но это происходит после того, как герой сделал что-то стоящее, что расположило к нему слушателя, а тут-то? Ну пришел хуй. Ну чинит приемник. С какого рожна бы ему доверять?
Так или иначе, объебок устраивается на работу, там он трудится и думает о Чарльзе.
Эрик уже не помнил, что когда-то жил, не зная его и не думая о нем. Чертов телепат вскрыл его голову консервным ножом и оставил разбираться с последствиями. И каждый раз, когда Эрику казалось, что боль притупилась, Чарльз возвращался. И если через десять лет он снова придет и скажет, что Эрик нужен ему - Эрик знал, что снова пойдет за ним.
Давай-ка уточним, по новой: Чарльз ни разу не приходил к тебе и не говорил "ты мне нужен".
- В первом фильме он спас тебе жизнь, взял на ручки, сказал "ты не один!", и предложил остаться, чтобы вместе ловить Шоу. И потому, что ждали вас великие дела.
- Во второй раз он вытащил тебя из Пентогона и сказал, что у вас обоих в будущем разъебец и, мол, Логан говорит, что надо с этим что-то делать.
- В третий раз он сказал: "мне так жаль, вернись домой, я помогу тебе", а ты пошел устраивать Апокалипсис.
Что за блядское наглое переписывание истории?
В другом будущем, которое уже не наступит, они были вместе. Эрик чувствовал свою вину за то, что в этом будущем они останутся порознь. Странное дело, он никогда не стыдился своих поступков, но то, что он чувствовал перед тем Эриком из будущего, было стыдом.
Сдается мне, Эрик по крайней мере просил у Чарльза прощения за отстреленные ноги.
Он разрушил реальность, в которой тот Чарльз и тот Эрик были вместе. И с собственной реальностью он поступил так же. Значит, не суждено. Бывают такие пьесы, в которых Ромео и Джульетте стоило бы умереть в конце последнего акта, а не жить с постоянными мыслями друг о друге двадцать лет.
Да, одна из "таких пьес" - Ромео и Джульетта. Так криво строить фразу - это надо иметь отдельный дар.
По правде говоря, Эрик не был уверен, что Чарльз нуждается в нем не только для очередного спасения мира. По его мнению, он дал Чарльзу достаточно приглашений, и Чарльз отверг их все.
ЧОООО?
Еще раз.
Мир вы спасали полтора раза (посчитаем Карибский кризис, хотя там у Эрика был жесткий личный мотив). В оба раза ты лизгинил, как умел. Какие приглашения? О чем речь вообще? Ты съебал, забрав Рейвер, потом ты улетел со стадиона, потом ты же свалил на Аляску. Чем четы занималась, пока Чарльз в Апокалипсисе говорил "иди ко мне"?
Мы хотим одного и того же, Чарльз. Я верил в это. Что мы хотим друг друга. Что мы хотим быть рядом. Что мы хотим дать другим мутантам право на жизнь, защитить их, чтобы ни с кем больше не происходило то, что было со мной.
Но ты решил, что мы не можем быть на одной стороне. Ты выбрал людей, которые хотели убить нас. Людей, которые в благодарность за спасение запустили ракеты! Почему они оказались тебе дороже меня?
В числе прочих причин: потому, что ты отстрелил ему ноги.
Почему ты так легко поверил в то, что я убил президента? Почему ты даже не попытался поговорить со мной? Ты решил, что если я не остался с тобой, я обязательно стану кровавым монстром? Так коротка оказалась твоя вера в меня, Чарльз?
Ты оставил его на песке, в крови и в агонии. Ни хуя себе у тебя претензии.
Я благодарен тебе за то, что ты отпустил меня. Но я не могу простить тебя за то, что ты снова замолчал на десять лет. Ты же видел, Чарльз, что я не стал закрываться от тебя. Ни от твоего голоса в голове, ни от твоих идей. Я надеялся, что если я выберу твой путь, ты выберешь меня. Позовешь. Если не любовником, то хотя бы твоим соратником. Я надеялся, что окажусь нужен тебе - не для спасения мира, а для жизни в нем.
А ты молчал.
Девочки первыми не звонят - или в чем дело?
Почему не ты, а он пришел ко мне ради меня самого? Ты можешь себе представить, Чарльз, что это такое - в самый страшный день своей жизни встретить своего творца? Получить от него в дар месть, которую сильнее всего жаждешь? Почему ты отворачивался, когда я жаждал тебя, Чарльз? Что ты знал о мире, которого я хотел? Где то большее, которым ты поманил меня?
ДА ПРИШЕЛ К ТЕБЕ ЧАРЛЬЗ РАДИ ТЕБЯ, ВЫ ЧЕМ ФИЛЬМ СМОТРЕЛИ?
И каким образом Апок - его творец?
Мира ты не хотел, ибо was never an option.
Если Чарльз "ничего не знал" о мире, который ты хотел (если имеется в виду все-таки world, a не peace) - то как можно его упрекать в том, что он не повелся на твое "мы хотим одного и того же"?
У меня больше нет щеки, которую я мог бы подставить.
Кто отхуярил тебе щеку?
Это всегда будет заканчиваться одинаково. Люди всегда будут забирать то, что я люблю. Мою мать. Тебя. Нину.
Магду не считаем, на хуй Магду, туда, к Рейвен.
Чарльза "забрали" не люди, Чарльза ты бросил сам.
Не говори, что ты был прав насчет меня. Ты не был. Я убил своего бога не ради твоей похвалы. Я сделал это, потому что мне невыносимо было думать о том, что он заберет себе твое тело - оно не достанется никому, если оно не досталось мне. Я смог бы жить в мире, где ты умер. Но я не мог бы смотреть в лицо бога и видеть в нем твои черты. Знать, что он обладает твоим телом, твоим лицом, твоими глазами, твоей улыбкой, что он залез внутрь тебя, как паразит, и сожрал все, что должно было стать моим.
Это было не милосердие, Чарльз. Это была ревность. Никто не будет обладать тобой.
УОУ-УОУ-УОУ, полегче!
Вождь выл дурным голосом, что Капитан в Гражданке предал Тони, потому что не дал ему убить Баки. При том, что Баки не принадлежал себе, когда убил родителей Тони, и Тони с Капитаном об этом знали. И при том, что Баки - самый близкий друг Стива. Но предательство. Непростительное.
А ВОТ ЭТО ВОТ БЛЯДЬ НОРМАС ЧТО ЛИ?
- Кхм-кхм...
Эрик прервался на полуслове. Он не был один - и он не помнил, с какого момента.
- Эрик, - телепатический голос Чарльза звучал неловко. - Прости, что прервал тебя. Я давно пытаюсь вставить хоть слово.
Чарльз, милый, у тебя ангельское терпение и бесконечная доброта, но на твоем месте - если бы я услышал то, что этот еблан там выше подумал, - я бы бежал от него бегом, к Канадской границе.
- Не ждал тебя так рано, - вслух ответил Эрик, поднимая глаза от разобранного будильника. - Со школой опять что-то случилось?
- Эрик, друг мой...
- Если ты еще раз назовешь меня другом, - оборвал Эрик, - я приеду и проломлю тебе голову, Чарльз. Я всегда хотел быть для тебя куда большим, а ты даже сейчас трусливо прикрываешься дружбой. Что тебе нужно?
Ох ни хуя себе!
Еще немножечко промывочки мозгов про то, что белый рыцарь Эрик буквально каждый раз спасает дэмзель-ин-дисстрес Чарльза, когда у него, суки, проблемы.
И вот такой наездек.
А ничего, что "я хотел для тебя быть" и "ТЫ хотел, чтобы я был" - немножко разные вещи, у вас двадцать лет вообще ничего не было, ты вроде сам переживаешь, что ему оно не сдалось, и он как бы не обязан воспылать к тебе страстной любовью только потому, что у тебя чесалось?
Чуть раньше вспышка гнева уже расплавила бы будильник на столе, подняла хороводом отвертки, винты, мотки проволоки, закружила бы их метелью по тесному помещению. Сейчас Эрик только сжал зубы.
Чуть раньше - это когда? НК, он стадионы поднимает и стражей контролирует, у него все неплохо с владением силой.
Чарльз молчал, но контакт не прерывался. Эрик мог представить себе его лицо, сосредоточенно сдвинутые брови, безудержно синие глаза. Он мог дотянуться и смять хрупкий шарик Церебро, как елочную игрушку, все эти трубы, провода, арматуру, запаять Чарльза внутри и так и оставить: ты не один, Чарльз, смотри через свой шлем, только он у тебя и остался.
Иди-ка ты на хуй. Вот такой вот Магнето - вот так Маня его видит - вернул ей веру в человечество.
Эрик - очень неоднозначный герой в фильмах. Но он никогда не хотел причинить Чарльзу вред. Он во всех трех фильмах умудрялся, заплясавшись, подвернуть его опасности по неостсорожности, но фантазировать про Церебро, который раздавит ему голову? Realy? И ему ни разу, даже в ожесточенном сраче, не пришло на ум вывернуть слова Чарльза, "ты не один", которые тот сказал ему, может быть, в один из самых тяжелых моментов его жизни. И ни разу Эрик не ебаешил по его одиночеству - Чарльз боится одиночества, он говорил: "Ты бросил меня!", Эрик знает, что он этого боится, он не хочет сделать Чарльзу хуево. Уж конечно, шлем - не все, что у Чарльза осталось. У него полная школа детей, которых он ведет, у него есть Хэнк, Рейвен, у него, кстати, есть Мойра, а ты уебывай под лед и сиди там.
- Когда-то ты был не против, чтобы я называл тебя другом, - напряженно отозвался Чарльз.
Вы поняли, да? Чарльз вот всю эту херню про Церебро слушает - У НИХ ТЕЛЕПАТИЧЕСКИЙ КОНТАКТ - и пока не пересмотрел свои взгляды на то, стоит ли этого еблана на свободе держать.
- Я хотел поговорить с тобой, - сказал Чарльз. - Но ты не оставил мне ни адреса, ни телефона.
- Не хотел надеяться, что ты ими воспользуешься.
- Эрик.
Испуганное полузадушенное "Эрик!" там, в темном коридоре двадцать лет назад, сквозь расплющенные поцелуем губы. Резкое размашистое "Эрик!" там, на Кубе, под остроносыми ракетами, в вязком песке под жгучим солнцем. Отчаянное настойчивое "Эрик!" в Каире, глаза в глаза. Упрямое "Эрик!" в черной океанской воде под прыгающими лучами прожекторов. Их было так много, разных, хлестких, нерешительных, злых, нежных. Не было только одного - долгого, на выдохе "Э-эри-и-ик..." с протяжными гласными и мягкой "р", на выдохе и на вдохе, со вскриком, стоном, с невольными слезами из зажмуренных глаз.
То есть все ваши отношения исчерпываются тем, что ты его однажды поцеловал. Потом ты был женат, завел ребенка, - и все равно двадцать лет спустя ебешь ему мозги на тему "ко-ко-ко, не смей называть меня другом". При том, что - если мне не изменяет память - в третьем фильме как раз Эрик на прощанье говорит Чарльзу "друг мой".
- Ты не скажешь мне ничего нового, Чарльз.
- Я хочу понять, почему я не могу перестать думать о тебе, Эрик. Я разговариваю с воображаемым тобой столько лет. Я не могу так больше. Если я ошибся, остановив тебя тогда у дверей ЦРУ, то мы оба уже дорого за это заплатили. Если это так, я хочу наконец попрощаться.
- Твоя ошибка, Чарльз, была в том, что ты дал обещание, которое не мог сдержать.
- Ты слишком категоричен, Эрик.
- Я всегда таким был! Я всегда таким буду. Разве ты не знаешь обо мне "всё", Чарльз?
Эрик сжал пальцы, нашарив генератор питания в доме Чарльза, и вырубил его. Связь прервалась.
- Ни хуя себе абилки. То есть - я понимаю, Апокалипсис, но тем не менее.
- Ни хуя себе бессвязный подростковый срач.
Почему "дорогая моя миссис Мохнапопка, любовь наша невозможно!" с обеих сторон, если оба хотели, я тоже, честно говоря, не понял.
За сим пока все. Может, кто-то из анонов принесет из дневника?
