Вы не вошли.
Я десять лет общался с одной девочкой (девушкой), с которой никто дружить не хотел, кроме её подружки-ебанашки. Из жалости, мне правда было очень жалко, я всё время вспоминал вот эту цитату "если кого накормили, меня накормили" и т.д. А папа сказал мне: ты дружишь с ней, потому видишь, что она ещё более жалкая, чем ты.
Я потом бросил её.
Отредактировано (Вчера 23:34:51)
Один почти парень сказал мне: даже приятно было поговорить без тебя, а то вечно ты со своим тра-та-та. Я сказала папе, а на его лице было написано, что он согласен.
И потом я прочитала в его ЛС к его любовнице, жене другого ДЕАНОНЯЩАЯ ПРОФЕССИЯ-НЕЙМ, что вот он пытался меня как-то выслушать, когда мы ехали в электричке (а я плакал), но я опять заладил своё бормотание и нормальная женщина на ряд дальше взяла и пересела.
Он расщедрился и показал мне пятую симфонию Чайковского, и я слушал очень внимательно, и отвечал, что понял, и был так рад, что мы это сделали, что он мне что-то доверил и показал. А потом он писал этой женщине, что мол да, не в коня корм.
Я говорил в 10-15 лет, что вынес из его музыки на концерте, и потом спустя много лет понял, что ему скучно было это слушать и он думал, что я ничего не понял
Я стал запирать дверь в свою комнату, потому что мне было очень плохо и стыдно и я всё просирал, а он написал ей: это похоже на музыку из Щелкунчика, я забыл название номера, короче где крысы (такое пири-пири-пири-пири, это я сейчас поясняю, а не он).
Когда я поделился, что чувствую то и сё и в том числе гнев, потому что так это называется в психологии, не на него, а на какие-то там вещи, он сказал: это как гнев Петрушки у Стравинского, типа смешно
Я лучше понимаю восьмой концерт Шостаковича, чем он. Я всё понял, когда послушал, что это я и про меня, а он, когда в разговоре всплыло, чёто промямлил, ну это памяти жертв фашизма... У него не было своей версии, хотя почти всегда была.
Он считал, что у него были Учителя, а у меня не было. Мои мастера не считались.
Он называл моего тогда единственного друга, тоже из музыкальной среды и из этого гадюшника инцестуозной консерваторской тусовки, тем ещё жуком, а это был святой человек, и он один понимал мои стихи, и я не стал встречаться только потому, что хочу ебать женщин.
Потом он (папа) тёрся ногами под столом с замужней матерью этого друга.
Отредактировано (Вчера 23:46:35)
Он читал Библию всё время, но одну цитату употреблял только на то, чтобы подъебать за глаза одного знакомого.
У него для всех были смешные характеристики. Мне скоро стало не смешно и я его за это ненавидел.
Отредактировано (Сегодня 00:08:33)
Я сказал, что мне нужен психиатр, а он сказал, что это для больных людей, и на его лице читался отчаянный стыд.
Я сказал ублюдосыну ублюдоПРОФЕССИЯ, которому он, кажется, хотел меня сосватать (они потом как-то между собой, сын и отец, подозрительно легко говорили про Крым, мне кажется, они гнилые, короче, мне не понравились), что у меня социофобия, типа ха-ха, миллениальские шутки. А папа потом сказал: как ты можешь такое говорить, что скажет ФАМИЛИЯ КАКОЙ-ТО ОЧЕРЕДНОЙ КОНСЕРВАТОРСКОЙ ТЁТКИ?!
Мама всегда говорила, ого, (папа) прямо как лось, как быстро он ходит. А я завидовал и тоже хотел быть как он и скатился с горы, в которую мы ходили на горное озеро купаться, назад к шоссе как с горки. Но он меня, правда, тогда выгораживал перед бабушкой и дедушкой. Это просто о том, как сильно я хотел быть как он.
Его родители были ещё большими ебанатами, бабушка мне это продемонстрировала, а дедушка умудрился прикинуться, что нет, но они деспотичные пиздец были.
Прабабушка была вообще ну просто вообще короче, это из-за неё такая квартира. Очень важная фигура в советской творческой номенклатуре. И когда папа родился, а его родила менее блатная бабушка, "не партия" дарахому сыночке, между собой эти говорили, что порода портится.
Ко мне пришли новые знакомые из лесбийской тусовки, андрогинные свиду, впрочем, не суть. Он масляным голоском сказал: какие милые девушки, пусть приходят почаще. Я чёто триггернулся и вякнул, он убежал в свою комнату с взвываниями, что я "отвергаю чувственность".
Потом я пытался объяснить что-то про культуру насилия и страхи, с этим связанные, напоминая ему о том, что он сам подвергся попытке группового изнасилования гопотой однажды. Он сказал, ну, у мужиков это больше про власть... И как-то умудрился не понять.
Соборовавший его священник сказал, что у него было очень светлое лицо, когда он исповедался, он даже сфотографировал на телефон.
Мама бросила любимый замысел ради него, ради нас, потому что подруга-соавторка вынужденно уехала на родину, а одна она не могла писать, но не поехала же бы она следом. Они с подругой ещё были как две горошинки в стручке, соулмейты, это была трагедия. Мама однажды сорвалась и сказала, что эта повесть - это умерший во чреве ребёнок, он умер и гниёт, а она никогда, никогда такого не говорила, только угождала всем беспрекословно. Он однажды сказал: ну она что-то писала, но потом чёто бросила.
Отредактировано (Сегодня 00:07:51)
Я бы хотел, чтобы меня растили мама и её подруга, а этот осеменил бы и пошёл дальше играть на органе.
Подруга мамы тоже умерла, вскоре после него. А я подумал: лучше бы ты умер два раза.
Он однажды в сердцах крикнул, что это из-за меня у него рак. И ещё он боялся, что я ударю его сковородкой со спины, пока он сидит на стуле на кухне, а я и не думал. Через какое-то время после этого признания я действительно стал представлять, как убиваю его ножом во сне.
Мне не стыдно, что я залез в его ЛС и почту. Я вру, что да, но нет.
Он всегда был застёгнут на все пуговицы рядом с нами, как говорил один его препод. А с ними - нет. И я это подозревал.
Наш кот всё время психовал, и я искренне считаю, что из-за ебанины, которая была разлита в воздухе.
Говно кота убирала только мама. Я дохуя лет не понимал, а что не так. Когда понял, кот уже умер.
Когда мне поручили помыть унитаз, папа немного оторопел: да ну, стоит ли. Сам он его зассывал и ничего не мыл и не убирал, только изредка разбирал вещи в своей комнате.
Он мог разбудить маму просто потому, что хочет есть. Он спал когда попало, потому что был фрилансером. Он отслужил, но никогда не готовил сам и разливал суп, пока нёс тарелку от плиты к столу. За столом он всегда выдавал свои ценные замечания о том, что было невкусно.
Отредактировано (Сегодня 00:15:22)
Когда я ходил к терапевтке, он предложил сходить посмотреть на неё и сказал, что может понять многое о женщине по тому, как она носит и сидит в юбке. Вернулся мрачным, потому что у неё к нему были вопросы.
Деньгами на терапию он меня попрекал. Терапия не кончилась ничем, она мне не помогала после первых двух лет, но я боялся высказать претензии или уйти.
Когда он умер, я переместился в его бывшую комнату и стал спать в его кровати и дрочить в его кровати. Я и раньше один раз там дрочил. Терапевтка тогда сказала, что вот, мне нужно семя. А мне был нужен его фаллос, я хотел его кастрировать, я хотел отбить маму себе.
Когда я всё-таки бросил терапию, я напился в кафе, куда всегда ходил (одно или второе поблизости, тогда ещё Кофехауз был, а не только Шоколадница), чтобы отожраться после сессии, которая меня никогда не насыщала. Я не пришёл на финальную пост-чего-то там сессию, на которую, она говорила, надо прийти. Я больше не ходил к терапевтам и только выписывал и пил фарму.
Он был прав в том, что из меня ничего не вышло, и я часто жалею, что родился.