Холиварофорум

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Аноны, тут такой вопрос. Этот анон в последнее время заметил что даже достаточно опытные игроки начали брать штуки из рулбука по Равнике, но ничего о ней не знают. Оттуда появляются даже не переименованые для приличия маги Иззет в сферичной Боровии в вакууме или на Ториле. Равника это все таки мтгшный мир, но днд-рулбук по ней есть и вдруг кому интересно будет. Так вот, к чему анон, сейчас выходит новый цикл рассказов по Равнике. Анон может их зачесть с ликбезом что это за зверь и кто все эти личности. Как вам?

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Анон может их зачесть с ликбезом что это за зверь и кто все эти личности. Как вам?

Ну, почему бы и нет) Главное, чтобы тебе самому было интересно.

Кстати, не пора ли шапку собрать, чтения, конечно, плотно идут - но хоть дли приличия, заодно описать в двух словах сеттинги по которым чтения идут

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Служитель кристала

Часть 2

▼Скрытый текст⬍

А Дзирт то держит руку на пульсе. Как минимум в своих записях он интересуется кто с кем опять связался. Заодно он поражается как Джарлакс, друг его отца, может дружить с таким как Энтрери. О, Дзирт, ты очень мало знаешь о блядском характере твоего папочки.
Дальше следует еще ряд комплиментов Джарлаксу, не таких убийственных как от Артемиса в сторону дроу но тож не плохо:

▼Скрытый текст⬍

Джарлакс намного великодушнее Артемиса Энтрери. Наемник может быть жесток, но не из прихоти. Им руководит расчет, он во всем ищет выгоду, и все же его великодушие иногда одерживает верх над алчностью. Несколько раз он мог бы доставить мою голову Матери Бэнр или Матери Мэлис и отхватить большой куш, но он позволял мне бежать. Разве Артемис Энтрери способен на такое великодушие?
Да ни за что.

Дальше идет очень точное описание характера Джарлакса, собственно все что противоречит этому описанию и вызывает Дзинь подозрения в промывании мозгов кристалом:

▼Скрытый текст⬍

Уж об этом наемник позаботится. Он оплетет его своей паутиной, которая тем прочнее, что выгода их взаимоотношений всегда будет обоюдна. Залог безопасности Бреган Д’эрт, у которой множество завистливых врагов, — сам Джарлакс, как никто умеющий сдерживать и успокаивать всех. Он непревзойден в умении оставить довольным каждого, он дипломат до мозга костей, тогда как Энтрери — одиночка, который хочет быть выше всех.

Заканчивает свои размшления “добрый герой нюня” оптимистично:

▼Скрытый текст⬍

Быть может, с помощью наемника Энтрери поймет, как уйти от своего нынешнего бесцельного существования.
Или Джарлакс его убьет.
Но в любом случае всем прочим станет только лучше, как мне кажется.
Дзирт До'Урден

Какой герой такой и оптимизм.

Глава 9

▼Скрытый текст⬍

Артемис и Шарлота обсуждают недавние события сидя в таверне подруги Энтрери. Место они выбрали по банальной причине: меньше шанс что парочка маньяков их подслушает. Артемис убеждает, вполне успешно, что в городе поверили в их версию захвата оазиса.
Но нашему асасину интересно не это. Он уже уверен что сладкая парочка положили глаз на “трон” лидера клана и теперь он хочет понять почему человеческая женщина что связывает их с поверхностью все еще жива. Не на их ли она стороне? Дзинь от кристала Артемис тоже начал слышать но маштаб трагедии еще не осознает. Шарлота собственно тоже слышит Дзинь и ей это крайне не нравится.

Переходим к следующему разговору. Вступление уже многообещающее.

▼Скрытый текст⬍

Киммуриэль с некоторым трепетом продвигался по туннелям под Даллабадом. Все-таки он шел на встречу с хасцаккином, иллитидом, а они все непредсказуемы и смертельно опасны. И все же он отправился один и даже Рай'ги не признался, куда идет.
Есть вещи, понятные только псионикам.

Дальше они мило и крайне открыто обсуждают меч и перчатку. С чисто научного интереса. Не без милоты.

▼Скрытый текст⬍

«Само собой, это и было его целью, — ответил иллитид. — Он боится тебя, и правильно делает. У тебя сильная воля, Киммуриэль из Дома Облодра».
Дроу снова поклонился.
«Меч по имени Коготь Шарона следует уважать, а еще больше — перчатку, которую его владелец носит на правой руке. С их помощью он может обратить против тебя твою же силу, если не будешь осторожен».
Киммуриэль заверил его, что за Артемисом Энтрери и его опасным оружием будут наблюдать неусыпно.

Жизнь прожить надо так чтобы о вас волновались иллитиды.
Киммуриэль предлагает иллитиду поработать с ними, но тот вежливо отказывается. И обьясняет это своими опасениями перед кристалом.

▼Скрытый текст⬍

«Моему народу Креншинибон известен давно, кристалл очень древний, и мы не раз сталкивались с ним, — стал рассказывать Яраскрик. — Хрустальный осколок презирает мой народ за то, что мы неподвластны ему. Наш великий народ — единственный, кто владеет необходимой ментальной практикой, способной пресечь его неутолимое стремление к абсолютной власти. И ты тоже, Киммуриэль, легко можешь выйти из сферы влияния Креншинибона».

В том смысле опасением что кристал проявит агрессию к тому кто ему не подластен. А дальше иллитид обьясняет механику работы камешка:

▼Скрытый текст⬍

«Сначала Креншинибон наносит удар по эго, — объяснил иллитид. — Суля величие, власть и богатство, он вербует себе рабов»,
«У него с дроу много общего», — заметил Киммуриэль.
Проницатель разума разразился противным бульканьем.
«Чем более честолюбив владелец, тем проще завладеть им».
«А что, если владелец честолюбив, но при этом очень расчетлив и осторожен?» — спросил Киммуриэль. Джарлакс, по крайней мере, прежде, никогда не позволял честолюбию взять верх над здравым смыслом — Киммуриэль и Рай'ги лишь недавно стали сомневаться в разумности решений главаря.
«Кое-кто из низших созданий тоже может противостоять его зову, — признал иллитид. Под низшими, как понял Киммуриэль, он подразумевал всех, кто не иллитид или, по меньшей мере, не псионик. — У Креншинибона почти нет власти над благородными людьми, добрыми жрецами, справедливыми правителями и честными крестьянами, зато любой из этих ничтожеств — в том числе и дроу, верно? — кто стремится к власти и подвластен разрушительным страстям, неизбежно подпадет под власть Креншинибона».
Киммуриэлю стало ясно, почему Дзирт До'Урден и его «героические» друзья хотели избавиться от кристалла. К тому же становилось понятным поведение Джарлакса в последнее время, и подтверждались опасения псионика, что главарь ведет всю Бреган Д'эрт непонятно куда.
«В другое время я бы не отказался от предложения Бреган Д'эрт, — сказал Яраскрик, дав собеседнику подумать. — Ты и твои соплеменники достойны вашей славы, и пребывание с вами было бы, по меньшей мере, интересным — быть может, даже познавательным и выгодным, — но, боюсь, вскоре вся Бреган Д'эрт станет принадлежать Креншинибону».

Подытоживая: произошло страшное и кристал пытается выровнять извилины Джарлакса до состояния Бейна если не вообще Баала. И подводя итог, цели и опасность кристала довольно просты но от этого не менее страшные:

▼Скрытый текст⬍

«Однако Креншинибону чужда расчетливость, — продолжал Яраскрик. — Он поглощает все, он жаждет господства над миром, подчиняя себе все, что может подчинить, а то, что не может, — уничтожает. Он гроза бесов и любовь демонов, он приносит разрушение и не признает никаких законов. Ваша богиня Ллос наверняка оценила бы кристалл и наслаждалась бы хаосом, который он рождает, но только Креншинибон, в отличие от дроу, стремится не к какому-то исходу, а ко всепоглощению. Креншинибон принесет Бреган Д'эрт небывалую славу — ведь у вас и сейчас уже много добровольных рабов, включая дочь человека, свергнутого вами с трона. Но потом хрустальный осколок от вас откажется, и вы останетесь один на один с врагами, которые сильнее вас. Он повторяет это из века в век. Его жажда не подчиняется ничему, это шар, который раздувается, чтобы лопнуть».
Внимая его мыслям, Киммуриэль невольно содрогнулся, поскольку ясно видел, что именно эта дорожка стелется теперь перед Бреган Д’эрт.
«Он поглощает все, подчиняя, что может, и, уничтожая то, что не может подчинить», — повторил Яраскрик.

На прощание иллитид озвучил псионистическую формулу что помогает бороться с влиянием кристала. Чем невольно сделал Киммуриэля таким же врагом камню ведь теперь псионик рефлекторно использует защиту стоит только кристалу полезть к тому в голову. На такую манипуляцию Киммуриэль естественно обиделся, но в целом они с иллитидом расстались союзниками.

Тем временем Артемис с подругой-хафлингшей обсуждают Шарлотой. И осуждают ее двуличие под дивизом “вы не понимаете это другое”. Энтрери даже шутит пару раз и сам удивляется что в его жизни есть кто-то с кем он может просто пошутить. Он даже проверяет не замешана ли тут магия, но нет, человеческое отношение к нему вполне натуральное.

▼Скрытый текст⬍

— Между Шарлоттой и другими людьми, включая тебя, есть огромная разница, — продолжала хафлинг. — Все мы ведем каждый свою игру, иначе нам не выжить, все мы обманываем, водим за нос, замышляем что-то, сбиваем с толку, путаем правду с ложью, добиваясь каких-то своих целей. Другое дело, что цели у всех разные. Тебя я понимаю. Я знаю, чего ты хочешь, к чему стремишься, и знаю, что могу попрощаться с жизнью, если помешаю тебе в их достижении. Но так же твердо я знаю и то, что, пока я не мешаю, ни один из твоих клинков меня не коснется.
— А ведь и Дондон так думал, — вставил Энтрери.
Дондон Тиггервиллис был родственником Двайвел и в прошлом — ближайшим приятелем убийцы. Тем не менее, Энтрери убил этого жалкого хафлинга, вернувшись в Калимпорт после последней схватки с Дзиртом До'Урденом.
— Можешь мне поверить, самого Дондона то, что ты сделал, не удивило бы, — бросила Двайвел. — Он был хорошим другом, и наверняка убил бы тебя, окажись ты в таком же положении, что и он. Ты оказал ему услугу.

Знаете, милота между чуждыми всем смертным псиониками была как-то менее криповая… А тут никто даже не соблюдает диету с мозгов.
Тем временем шпионка и убийца в своих осуждениях Шарлоты скатываются в откровенный слатшейминг. Тут чтец хотел бы сказать “на себя посмотрите, тоже мне светочи непорочности нашлись”. Но чтец читал третью книгу и не будет бить в больное. Да и наша парочка перешла к обсуждению кристала и тех звоночков, что уже превратились в набат. Наша миниатюрная шпионка успела навести справки и добавляет до известной нам картины тот факт, что кристал стремится создавать свои огромные копии. И одна такая уже есть. Но оказывается что единственный из героев кто не слышит набат это Энтрери. И он то уверен что Джарлакс разберется и если надо сам сожрет кристалу мозг. Сей печальный факт для нас искупает мимимишный финал главы:

▼Скрытый текст⬍

— Тебе всегда была противна мысль выполнять чьи-то приказы, — со смехом заключила Двайвел. — Вот почему тебе несносно устройство нашего мира!
— Чтобы подчиняться приказу, надо доверять тому, кто его отдаст, — отозвался Энтрери, и по его тону было ясно, что он не обиделся. Наоборот, в голосе звучала доверительность, подтверждавшая, что обаяние Двайвел Тиггервиллис и над ним имело власть. — Вот поэтому, дорогая моя Двайвел, мне так не нравится устройство мира. В очень юном возрасте я узнал, что верить кому-то или рассчитывать на кого-либо, кроме себя, нельзя. Зависимость от других открывает ворота обману и горестям, ты становишься уязвим, и кто-то обязательно воспользуется этим. Зависимость от других — слабость.
Двайвел немного посидела молча.
— Но раз ты говоришь мне это, значит, мне ты научился доверять, — наконец сказала она. — Значит, из-за меня ты стал слабее, мой друг?
Энтрери криво улыбнулся, и непонятно было, позабавили его ее слова, или он предупреждал ее не лезть не в свое дело.
— Может, я просто слишком хорошо знаю и тебя, и твою шайку, чтобы понимать, что вас можно не бояться, — нахально ответил он, вставая и потягиваясь. — А может, у тебя просто хватило ума не пытаться приказывать мне.
Двайвел тоже улыбнулась открытой, искренней улыбкой. В глазах Энтрери мелькнул благодарный огонек. Возможно, для этого холодного человека их непринужденные беседы и впрямь были проявлением слабости. Но Энтрери действительно доверял Двайвел, признавайся в этом или нет, и может, даже больше, чем кому-либо за всю жизнь. По крайней мере, с тех пор. как его предали, навсегда искалечив ему душу.
Энтрери направился к двери легкой непринужденной походкой танцора. Многие опасливо оборачивались ему вслед — надо быть настороже, когда рядом находится смертельно опасный убийца.
Но Двайвел была спокойна. Вскоре после смерти Дондона она поняла, как можно сохранить их странную дружбу. Энтрери, несомненно, убил бы ее, если бы она его разозлила, но Двайвел прекрасно знала, за какую черту нельзя заходить.
Глядя в спину опасного друга, выходившего из «Медного муравья», она улыбалась спокойно и искренне.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

▼"Crucible: the Trial of Cyric the Mad", главы 26-29⬍

▼Предыдущая часть книги⬍

Пролог и глава 1
Главы 2-4
Главы 5-7
Глава 8
Главы 9-13
Главы 14-15
Главы 16-19
Главы 20-22
Главы 23-25

После подляны из прошлой главы у Мистры чешется шило что-нибудь сделать, поэтому она идет в гости к Темпусу. Тот как раз занят тем, что из-за косяков магии вынужден лично подлечивать воинов во всяких битвах, и потому с богиней магии хотел бы общаться в последнюю очередь. А, и кстати: Мистра-Миднайт, будучи волшем при жизни, не любит сорок.

Mystra shrugged. "It is not my fault if their sorcerers neglect their studies."

"No mortal can study twenty hours a day." Tempus pinched the shaft between his fingers and pulled it from the man's chest, and the arrowhead had no blood or gore of any kind. "They would not have time to eat or sleep, much less make war."

"That would be a shame, would it not?"

Вдоволь позубоскалив, Мистра наконец спрашивает у Темпуса... что именно Цирик сделал с Адоном. Угрожая вовсе отнять магию у всех участвующих в боях кастеров, если он ей не расскажет. Потому что именно с Темпуса начался текущий суд над Цириком, который в конечном счете привел к тому, что мы имеем сейчас. И Келемвор в предыдущем разговоре намекал, что что-то знает. Значит, Темпус во всем виноват и с Цириком в сговоре. Г - логика, 25 инты и 24 мудрости. Темпус от таких предъяв охуевает не меньше анона и от охуения выдает, что на суд его подбил не Цирик, а Маск. Мистра от этого немножечко расстраивается, т.к. рассчитывала разом решить через Темпуса все свои проблемы, но не отчаивается и продолжает воплощать свой план несмотря ни на что. И приказывает Темпусу отозвать обвинения против нее, пригрозив в случае отказа отнять магию не только у его верующих, но и у самого Темпуса.

От такого не выдерживает даже сидевший в тенях Маск. Он, конечно, все еще бегает от Кезефа, но такое было слишком и для него. Подбадривая друг друга, Маск с Темупсом отвечают, что Мистра охуела вконец, все ее "меры" отменят после суда, а убить Маска ей не даст Тир, т.к. Маск на суде заявлен в качестве свидетеля. Продолжается это, правда, недолго, т.к. Маск вынужден убежать, чтобы его не сожрал Кезеф. Но Мистра не может уйти, не оставив последнее слово за собой, поэтому она указывает Кезефу, куда побежал Маск, и снова угрожает Темпусу, что плохо ему будет и очень скоро. И идет ебать мозги Келемвору.

Келемвор сам был занят тем, что ебал мозги Джергалу рассказами о своей смертной жизни и как он сперва не мог заниматься альтруизмом, а потом компенсировал это как не в себя. Джергал за свою долгую жизнь и не такое слышал, поэтому к словесному поносу Келемвора относится стойко и флегматично. И предусмотрительно сваливает из поля зрения, как только появляется Мистра. Которая начинает разговор с многозначительных намеков на то, что три года назад она очень старательно боролась за спасение души Келемвора от Цирика, а значит Келемвор ей по гроб жизни должен. Напоминаю, что в предыдущем томе за всю книгу только Цирик поднял свою и множество чужих жоп, чтобы Келемвора найти. А прятал его от Цирика вообще Маск. А от Маска его "спас" Циринишад. И богом смерти его назначили с подачи избранного Торма.

"Where would you have sent me?" Kelemvor turned and pointed at the Web of Snakes. "There? Home to the hopelessly confused?"

"I would not have sent you anywhere," Jergal replied. "Myrkul would have put you in his Wall of Bodies, and who can say what Cyric would have done?"

"I had a pretty good idea." The voice was Mystra's, and she appeared on the hill beside Kelemvor. "That is why I fought so hard to overthrow him before he found you."

Причем Келемвор даже соглашается, что он по гроб жизни должен Мистре, но после этого добавляет, что он тут подумал... Мистра мгновенно перебивает и говорит, что думать ему нельзя. Жалеть тоже нельзя.

Kelemvor's eyes grew sad. "I have not forgotten. I think it would be easier to be a true God of Death if I could."

Mystra scowled. "Kelemvor, I do not like this 'thinking.' You are more suited to action, and I wish you would take some!"

Kelemvor recoiled as though struck, then raised his brow and squared his shoulders.

Далее Мистра жалуется, что Маск с Темпусом ее обижают и вообще, хуилы такие, не хотят отозвать обвинения и планируют что-то против нее и Келемвора. С Маском-то она сама разберется, но на Темпуса ее угрозы отобрать магию уже не действуют, поэтому для его курощания нужна помощь Келемвора. Как бог смерти он должен сделать так, чтобы люди на "правильной" стороне в любых войнах не умирали, тогда все войны разом прекратятся, и оставшийся без подпитки Темпус прибежит извиняться и каяться. И вообще, все это ради Адона.

От таких охуительных идей даже у Келемвора отпадает челюсть.

"You are as mad as Cyric!" Kelemvor shouted. Of course, this was not possible; Mystra was not smart enough to be even half as mad as Cyric. "Even if I could decide which side is justified – and that is Tyr's purview, not mine – Tempus would never break his promise to Mask."

"By the time I finish with him, Mask will beg Tempus to withdraw the charges."

Kelemvor cocked his brow. "I thought you promised not to interfere with the trial?"

"That was before Adon's affliction. More to the point, Mask was not part of the trial in the past, nor will he be in the future – there will be no trial, at least not for us."

Так Келемвор впервые шлет нахуй планы Мистры и отказывается в них участвовать даже на полшишечки. Мистра от такого обижается и уходит, а Келемвор тут же призывает обратно Джергала. Тот благоразумно притворяется глухим, потому что опыт и умение морозиться, но на зов все же приходит и даже соглашается подготовить для Келемвора список всех судимых им душ за все время правления.

В мире живых в это же время Малик добирается до Арабела - города, в котором началась первая книга этой серии. Ему грустно, тяжко и голодно, а его адова лошадь только что оттеснила в темный переулок стражника, прикончила его там и теперь жадно жрет труп. И вдобавок ко всем несчастьям к нему снова пришел Цирик.

"Sir, can you tell me of a good inn?"

"Of course!" The figure spoke in a thousand voices, and when he raised his head, I saw Cyric's bony face. "But until you find the Cyrinishad, what use do you have for an inn?"

Mystra's spell compelled me to say, "I am hungry and tired."

"And?" asked Cyric.

На удивление, в этот раз Цирик пришел не из-за того, что ему снова не с кем поговорить. Благодаря спертому сердцу он почуял, что у Малика печалька и недостаток мотивации делать мейнквест, поэтому Цирик пришел дать живительного мотивирующего пинка. Под действием магии Малик вынужденно рассказывает, что печально ему из-за измены жены. Цирик в ответ советует взбодриться, ведь жены больше нет. И сына султана, с которым она спала, больше нет. Потому что Цирик от них, так и быть, великодушно избавился, чтобы их существование не отвлекало от мейнквеста. И вообще, хули Малик грустит о какой-то жене, когда надо грустить о суде над Цириком. 

"Eliminated it, Mighty One?"

"Yes, Malik! You understand 'eliminated,' do you not? Do not let them trouble your thoughts again."

"Them?" I staggered back, for it was one thing to curse my unfaithful wife and quite another to know that it had been done. Then my wife is… gone? I will never see her again?"

"Not in this life." The black suns beneath the One's brow flared to twice their customary size. "I am surprised her death troubles you. How can you think of your wife when I am on trial?"

"Because of the terrible shame she…" Here, my throat seemed to close in on itself, then another reply spilled from my lips: "Because I might miss her."

Это не очень помогает, и Цирик вспоминает о концепции кнута и пряника. Правда, так и не вспоминает, что пряником бить не нужно, поэтому наравне с явно пустыми обещаниями забрать с Фуги душу жены Малика грозится в случае провала оставить на Фуге самого Малика. Это и вовремя появившаяся на горизонте Руха дают Малику достаточно мотивации, чтобы побыстрее уйти из Арабела и продолжить свой квест. Довольный Цирик тоже уходит, возвращаясь к своей предыдущей жертве.

Этой жертвой, конечно же, является Адон. Он все еще видит страшных ебак вместо Мистры и все еще находится в храме Мистры в окружении барельефов и статуй с изображением богини. И из окошка видно аватару Мистры, бьющуюся с кракеном в озере. Так что перспектив вылечиться в такой обстановке у Адона немного. И их становится еще меньше, когда ему начинает отвечать некий голос, очень похожий на голос Мистры, и одна из статуй оживает.

"That proves it." Adon cowered on his mattress. "I'm mad."

"Mad?" Now the voice came from behind him. It was soft, like a woman's, and sickly sweet. "Not at all, Adon. If you were mad, you would belong to Cyric. Do you think I would let that happen?"

"I am mad." Adon refused to turn toward the voice. "I am hearing voices."

A laugh followed. "But isn't that normal when a goddess speaks with her patriarch?"

Статуя Мистры очень настойчиво уговаривает Адона, что его единственный шанс спастись - снова начать ей молиться. И заодно ломает руку невовремя пришедшему принцу, зажав ее захлопнувшимися дверьми. Одновременно с этим голос Цирика начинает уговаривать Адона, что Мистра хуйня, и спастись можно только помолившись Цирику.

"Now come to your goddess and take comfort."

Adon could only stare at Tang's crooked arm. The Mystra he remembered would never have injured a mortal so callously.

Of course not, said a voice in his head. You would have turned away if you knew the truth about her, and she needed you to start her church. Mystra was always good at such games – or have you forgotten how she played Kelemvor and me against each other?

Такое давление приводит к очень плохому результату: Адон вслух отвергает и Мистру, и Цирика, окончательно закрепляя свой статус атеиста. И прыгает с балкона храма, надеясь хоть в мире мертвых у Келемвора оказаться в безопасности. Пролетев пять этажей, Адон разбивает череп о край фонтана и мгновенно умирает.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

И снова синхронные чтения)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Чем дальше, тем больше мне нравится внезапно Дзирт. 

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Чем дальше, тем больше мне нравится внезапно Дзирт. 

"Скучность" Дзирта это стереотип навязаный нам обществом!

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

А Дзирт то держит руку на пульсе.

Он тут прямо жопа ленивая) С другой стороны, там и без него достаточно красивых страдающих дроу)

▼Скрытый текст⬍

С их помощью он может обратить против тебя твою же силу, если не будешь осторожен».

а говорят их никто, кроме себя не волнует

Проницатель разума разразился противным бульканьем.

...и что чувства юмора у них нет)

Киммуриэлю надо просто методичку написать, как правильно общать кальмаров - может ему за это значок "почетный иллитид" выдадут)

Знаете, милота между чуждыми всем смертным псиониками была как-то менее криповая

Как минимум, о чем говорили чуждые всему миру псионики, я понял, о чего пытается добиться эта парочка своим загадочным перемигиванием, я даже боюсь предположить. Пока очевидно, что Энтрери апасссный и загадочный и апасссный, но благородный, если его правильно не трогать)

Потому что Цирик от них, так и быть, великодушно избавился, чтобы их существование не отвлекало от мейнквеста.

Забота от Цирика такая... крипово милая, божечки, то бутерброд попросит, то в личной жизни даст совет, чудо, а не бог XD

И из окошка видно аватару Мистры, бьющуюся с кракеном в озере.

Я часто встречаю упоминание "битв с кракенами" между делом - то в историях Балдурана, то Тав в том же БГ говорит, что боится кракенов почему-то. Я чего-то не понимаю или это какой-то неочевидный фаэрунский мем?)

Пролетев пять этажей, Адон разбивает череп о край фонтана и мгновенно умирает.

Вот он охуеет, когда его, наверное, на суд притащат как свидетеля)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Он тут прямо жопа ленивая)

Ну он не нанимался решать политические проблемы Калимшана. А от этого загадошного и так едва отмахался слишком яркими было Артемисово "нотес ми семпай".

...и что чувства юмора у них нет)

Шутки псиоников понимают только псионики.

Киммуриэлю надо просто методичку написать, как правильно общать кальмаров - может ему за это значок "почетный иллитид" выдадут)

Так ему и так, он в следующих книгах с целым роем дружит.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

▼"Crucible: the Trial of Cyric the Mad", главы 30-33⬍

▼Предыдущая часть книги⬍

Пролог и глава 1
Главы 2-4
Главы 5-7
Глава 8
Главы 9-13
Главы 14-15
Главы 16-19
Главы 20-22
Главы 23-25
Главы 26-29

Почувствовав смерть своего верховного жреца, Мистра бросает кракена и бросается к трупу Адона. И даже успевает застать там его душу, которую еще не засосало на Фугу. Мертвый Адон просит прощения за то, что повелся на развод Цирика, но из-за того, что Мистра очень настойчиво просит назвать ее по имени (это же буквально минуту назад в тех же выражениях просил сделать Цирик), он снова очень пугается и утекает на Фугу атеистом.

Подбежавший принц Танг объясняет Мистре, что произошло, и за этот страшный грех она решает использовать его как приманку в своем плане. Вылечив принцу сломанную руку, Мистра зачаровывает его меч и нарочито громко поясняет, что меч теперь волшебный - им можно ваншотнуть любую гончую, нормальную или потустороннюю, а также ни одна гончая не сможет учуять след владельца меча. Принц в непонятках, но вежливо рассыпается в благодарностях. А где-то среди собравшейся толпы зевак местное ворье торопливо записывает, чтобы как можно скорее сообщить эту новость Маску. На что Мистра и рассчитывает.

"Ah, yes… how very nice." Tang accepted the sword and lowered his brow, yet his eyes betrayed his confusion. Shou princes were more accustomed to fleeing assassins than hounds. This will be most useful. I am certain it will save my life… someday."

"It is but a small token of gratitude for the care you showed Adon. May it serve you well."

Ближайшей же ночью принц просыпается от того, что рядом с витриной с волшебным мечом кто-то стоит, а где-то неподалеку что-то воет. Кто-то оказывается, разумеется, Маском, пришедшим спереть меч для защиты от Кезефа. Меч он уже протестировал, и чары действительно работают как заявлено: телепортированный волчонок помер просто от присутствия меча в тот же момент, когда попытался что-то понюхать. Принц же, думая, что вор - обычный местный смертный, бросается на Маска с ножом. Каких-то особых результатов помимо собственной сломанной ноги он не достигает, но драка отвлекает Маска на достаточное количество времени, чтобы Кезеф успел его догнать и ввалиться в спальню принца.

Маск в спешке хватает меч, чтобы отбиться от Кезефа... но вместо этого меч - точнее, выросшая из него рука Мистры - хватает самого Маска, не давая ему удрать. Кезеф, пользуясь моментом, откусывает Маску ногу. Принц пытается слиться с пейзажем в углу свой спальни. Бог воров в панике упрашивает Мистру отпустить его, обещая взамен отозвать обвинения, но он делает это слишком поздно и без уважения, поэтому Мистра появляется из меча полностью, чтобы зарубить Маска своими руками.

Входят Тир с Хельмом.

"Is this what your word means?"

The booming voice shook the chamber so terribly that the prince's bed danced across the floor. In the next instant, even as the two gauntlets continued to hold Mystra motionless, a burly, one-handed warrior appeared before the goddess. His eyes seemed a fierce steel-gray for a moment then faded to become black empty sockets. Never in his dreams had Prince Tang imagined such guests! Tyr the Eyeless now stood between Mystra and the Chaos Hound, pointing his stump at the goddess.

"You promised not to interfere with the trial."

▼Скрытый текст⬍

Бесоебства Мистры за последние несколько дней превысили критическую массу, и покушение на свидетеля-Маска окончательно выбесило Тира, поэтому он снизошел до личного вмешательства. Жопа бога справедливости настолько огненна, а голос настолько громок, что даже хтоническая гончая Кезеф роняет изо рта маскову ногу и тихонечко отодвигает ее в сторону, чтобы и ему не досталось под горячую руку. Поскольку последнее предупреждение Мистре выдали несколько глав назад, а всех заебать она смогла еще в прошлой книге, Тир приговаривает ее к домашнему аресту под надзором Хельма. А чтобы наверняка, домом для ареста назначается кровать принца (богиня все же, будет сидеть с удобством), вокруг которой создается магическая коробка, не пропускающая наружу силы Мистры, но пропускающая внутрь молитвы ее верующих (на которые она ответить не может).

Тир уходит, Хельм утягивает коробку с Мистрой в свой план, Кезеф еще пару минут назад подобрал под шумок маскову ногу и сбежал, Маск уходит без ноги и с мечом, принц остался без меча, без кровати, со сломанной ногой, но все еще думает, что дешево отделался. Маск из-за этого всего так и остался калекой: любое его воплощение и аватары всегда имели на одну конечность меньше положенного. Подлечиться он смог только ~12 лет (и две редакции) спустя, и то, для этого ему понадобилось умереть и собраться обратно по кускам.

На другом конце континента и сюжета Малик за это же время успел добраться до другого храма Цирика, натравить местных на Руху и ускакать дальше по направлению к крепости зентов. А Руха, не подозревая о засаде, добралась до деревни, где раньше работала на арфистов. Проблема в том, что глава этой деревни люто ненавидит арфистов, поэтому Рухе приходится прятать свою фирменную брошку и не привлекать лишнее внимание.

Ее ужин и чтение за едой прерывает бог разрушений Талос, явившийся в таверну под прикрытием. Он уже прознал про домашний арест Мистры и кует железо, пока горячо, уводя у нее верующих обещаниями работающей магии. Поэтому в обмен на кружечку пива Талос, поигрывая бровями, рассказывает Рухе про предстоящий божественный суд и толсто намекает, что магия ей понадобится в очень ближайшее время, ведь все местные уже в курсе, что Руха - арфистка.

Talos tugged at his beard. "Shall we just say that after the trial, you will be calling on me for your magic?"

"And touch off a new disaster every time I cast a spell?" Ruha countered. "I would rather do without."

"Truly." Talos pointed at Ruha's tankard. "May I?"

Ruha pushed the mug forward and said nothing.

Но Руха проявляет очень нехарактерную для здешних персонажей мудрость и отказывается, раскидывает наемников и циристов своими силами и улетает дальше на поиски Малика.

Малик же наконец доехал до третьего акта своего мейнквеста. В смысле, до таможни на воротах крепости зентов. За три года, прошедших с концовки прошлой книги, город частично отстроили. А местные жители и зенты с облегчением перекрестились в верующие к Ияхту Ксвиму (сыночке Бейна, вознесшемуся из квази-бога в деми-бога после смерти бати) и теперь люто ненавидят циристов. Увы, магия Мистры заставляет Малика вслух признаться, что он цирист и ищет Фзоула, за что его едва не убивают прямо на воротах. Спасает его только хищная адова лошадь.

Halah's flashing hooves sent a burly mason crashing through the wall he was repairing, and I pointed at his bleeding head. "Fools! That is what awaits those who insult the One!"

Halah whirled on a silk-robed merchant and sank her teeth into his shoulder, then flicked her head and sent him sailing across the street.

I traced his arc with my finger. "Such is Cyric's wrath!"

Раскидав стражников и покусав лошадью прочих цивилов, Малик сбегает по темным переулкам бедного квартала. И в одном из таких переулков натыкается на подозрительную старушку. Старушка рассказывает, что в городе сохранился тайный подпольный храм Цирика и кружок его верующих. И обещает отвести Малика к Фзоулу при условии, что сперва они заглянут в этот самый храм. "Тайный подпольный храм" на деле оказывается бывшем зданием главной церкви Циирика, сожженной в предыдущей книге. И Малика там приветствуют как "спасителя".

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Богов там не кормят что ли? Цирик бутерброд отжимал, Талос - пиво. Впрочем кровать им тоже пришлось красть

Входят Тир с Хельмом.

Хельм, я так понимаю, молча ловил флешбеки на первую книгу)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Сорян, я в прошлый раз немного проебался с порядком глав: предыдущий фрагмент был по главам 30-34, а не 30-33. 

▼"Crucible: the Trial of Cyric the Mad", главы 35-40⬍

▼Предыдущая часть книги⬍

Пролог и глава 1
Главы 2-4
Главы 5-7
Глава 8
Главы 9-13
Главы 14-15
Главы 16-19
Главы 20-22
Главы 23-25
Главы 26-29
Главы 30-34

Глава начинается с того, что Келемвор сидит на своем троне и мрачно слушает доклад от Авнера по смертям 1010 человек. Доклад совпадает с тем, что он уже слышал от друга Рухи: смертные умирают по самым тупым причинам и в ситуациях, где они могли бы спастись, а смерть не принесла никакой пользы. Малик-рассказчик тоже считает, что Келемвор проебался в своей работе богом смерти, но использует этот момент, чтобы рассказать как "охуенно" с такой же работой справлялся Цирик.

On this account, the One had made his realm a place of bitter sorrows, to prevent the Faithless and the False from seeing death as an escape from their harsh and vulgar lives, and also to prevent the Faithful from turning their backs on their own gods. All this had Cyric done for the good of Faerun's mortals, like a stern father who loves his children well enough to give them a harsh upbringing.

На фоне таких откровений Келемвор решает пересмотреть все свои решения как бога смерти, которые он напринимал за три года. И перераспределить соответственно души мертвых (вот охуеют те, кто три года жил в плане какого-нибудь лавфул-гуд божества, а окажется на общественных работах в мире мертвых или вообще в стене неверующих).

И первым кандидатом на расстрел становится гонец, принесший плохую весть - Авнер. Келемвор решил все же отдать его Маску. Правда, Джергалу для этого приходится силой тащить Маска на Фугу, потому что тот думает, что Келемвор будет мстить за Мистру, и потому упирается всеми оставшимися руками и ногой.

At once, the Shadowlord's wispy voice filled the Judgment Hall. "I am under Tyr's protection!"

A second Jergal appeared in the doorway, his disembodied white glove dragging along a tangle of writhing shadow.

Но услышав, зачем его на самом деле пригласили, Маск охуевает больше самого Авнера и почему-то начинает воротить нос, хотя до этого очень хотел забрать себе душу смертного. В частности, чтобы подлизаться к Келемвору и Мистре, он дает Авнеру "тест" - если новоявленный сераф сможет выкрасть Мистру из-под носа у Хельма, то Маск так и быть возмет его себе как верующего. Хуй его знает зачем, но Авнер соглашается, хотя несколькими главами ранее очень не хотел попадать к Маску.

В то же время в плане Хельма Мистра дуется в своем углу. И скролля молитвы своих верующих в поисках молитвы от Адона замечает, что что-то не так - молитв ну очень много, причем не только от непосредственно ее верующих, но и от всяких левых кастеров тоже. И все жалуются на разрушительные спецэффекты от использования магии. Так до Мистры доходит, что Талос пытается отжать у нее плетение. Но пойти жаловаться к менеджеру она не может, т.к. все еще наказана, и остается только переругиваться с Хельмом.

"He is stealing the Weave! It is your duty to let me out!"

Helm stuck his head through the wall of nothingness. His visor remained down as always, and so he resembled a closed helmet hanging on a dark wall.

"How dare you presume to tell me my duty! My duty is to keep you here. If you had been doing yours, Talos would not have stolen so many of your worshipers. Even Oghma says that!"

И пока они разбираются, на равнины Фуги попадает Адон. Даже после смерти у него все еще сохраняется эффект от чар Цирика, и поверх этого всплыло обострение старого атеизма. Что очень некстати, потому что, ну, знаете, он сейчас на Фуге, где все вокруг пытаются дозваться до своих богов. Триггернувшись о какую-то последовательницу Чанти, Адон бежит и утыкается прямо в кружочек последователей Мистры. Интересно, что в этом кружке помимо сорок находятся почему-то варлоки. Хотя, как правило, в варлоки идут те, кто большого пиетета перед богами не испытывает, не говоря уж о том, что многие пакты заключаются с ценой в душу варлока. Второй интересный момент - "подвиги", перечислением которых верующие пытаются привлечь внимание Мистры. Одна превратила обычное море в море винишка. Второй заполнил какой-то разлом алмазами.

Адон начинает проповедовать им свой атеизм, утверждая, что он видел истинное лицо Мистры, она страшная ебака и за верующими не придет. И очень удивляется, когда верующие в ответ обзывают его атеистом. Тогда Адон вспоминает о другом своем бывшем друге, которого не видел уже тринадцать лет. И начинает молиться Келемвору.

As one, the throng drifted away, leaving Adon alone on the Fugue Plain. He watched them go, and when they were so far away he could no longer hear their prayers, he rolled onto his knees.

He clasped his hands before his chest and looked toward the heavens. "O Kelemvor, Lord of the Dead and Judge of the Damned, heed this, the call of your dead friend Adon…"

Сам же Келемвор продолжает проводить реформы в царстве мертвых. Затонировав гарью стены своего хрустального замка, он посадил там три свои копии, чтобы хоть как-то ускорить пересмотр дел. Еще три копии терраформируют остальной город мертвых и близлежащие земли, превращая все в стереотипный пейзаж как в пост-апокалипсисе. И еще одна копия натирает до блеска ворота в город мертвых, чтобы стоящие в очереди души могли за время ожидания насмотреться на свое истинное отражение. Видимо, совсем без шейминга Келемвор обойтись не может. К этой последней копии Джергал и притаскивает душу Адона.

Адон этой встрече очень рад и очень просит "спасти" верующих Мистры от богини. Келемвору же в целом кристально похуй, он только злится от указаний на то, что эта его нынешняя фаза по сути просто очередное переобувание в прыжке.

Adon's haggard expression changed from bewilderment to anger. "But you promised to be fair and just! You promised you would not torture the damned!"

Kelemvor glared down, his eyes burning red. "Neither your madness nor our past friendship gives you leave to speak to me as you have, and this is the last time I will warn you. As for my promises, I decide what is just, and there is no need for me to torture the damned. They shall do that themselves."

Adon's jaw fell. "What happened to you?"

Почуяв хлеб и зрелища, на встречу бывших друзей прибегает и Цирик. И чтобы все окончательно заеблось, требует себе душу Адона, утверждая, что он его верующий чисто по факту сумасшествия. Келемвор в ответ прикрывает Адона Джергалом и шлет Цирика нахуй, утверждая, что Адон грешник и атеист (да, он одновременно называет его "false and faithless", и за последнее Адону так-то должна безвариантно грозить стена неверующих). Вдоволь посравшись, Цирик сваливает ни с чем. А Келемвор приказывает Джергалу поместить Адона в самый конец очереди душ и держать его там, не давая продвинуться вперед, пока Келемвор не придумает, как вернуть его душу Мистре. Потому что он, конечно, справедливый и беспристрастный, но если очень хочется, то можно снова свои правила нарушить.

Тем временем другие верующие повергают в шок Малика: последователей Цирика в городе осталось всего 17, и за прошедшие три года они перешли от теократии к коммунизму - в этой "церкви" нет обычной церковной иерархии, и все семнадцать верующих технически равны между собой и свободно делятся всеми своими пожитками, включая одежду и посуду. Также они крайне аскетичны и нехарактерно для циристов добродушны. И в целом создают впечатление очень далекое от того сияющего пиздеца, которым была церковь Цирика в крепости зентов в прошлой книге.

Сами циристы тоже в шоке от Малика и того, как смело он признался в своей вере на воротах города и как могуче раскидал лошадью стражников. И от того, что все это он совершил, не будучи жрецом с дарованными богом заклинаниями. Способный жрец их храму очень пригодился бы, потому что Цирик забил на последнего местного жреца, и тот не может тягаться силами с оббафанным бейноспавном Фзоулом (которого циристы за заслуги из прошлой книги прозвали Великим Уничтожителем ).

Fornault creased his slender brow, and somehow that smile remained upon his thin lips. "You're not a cleric?"

"No, I am the Finder of the Book." I had told Svanhild about finding the Cyrinishad as she scrubbed my back. As there had been several other people in the bath, these events were already known throughout the temple. "I have never needed magic to serve the One and All."

Fornault's smile drooped at the corners. "So I have heard, but the Great Annihilator's spells are more powerful than my own." The Friar and his acolytes called Fzoul Chembryl the Great Annihilator, as he was the one who had read the True Life on the morning of the Razing and ruined Zhentil Keep's faith in Cyric. "You will forgive me for finding it strange that the One would send someone with no magic to punish our enemy."

Слово за слово, и до жреца внезапно доходит, что Малик ищет Фзоула не чтобы его свергнуть, и их богу все еще на них плевать. Да и вообще вся кулстори Малика как-то белыми нитками шита. Поэтому жрец говорит, что сейчас покажет фокус, надевает подозрительное кольцо-печатку, достает кубок, наливает туда винишко и протягивает Малику.

Но Малик все еще под защитой Тира, поэтому он без проблем выпивает половину кубка и не умирает от яда к вящему разочарованию половины очевидцев и полнейшему ужасу жреца. В качестве извенения циристы соглашаются отвести его прямо сейчас к Фзоулу, а жрец совершает сеппуку.

Но на пути к Фзоулу Малик сталкивается со своей регулярной проблемой: у Цирика снова что-то пошло не по плану, поэтому он примчался пожаловаться и убедиться, что хотя бы Малик делает то, что нужно. Тем более, что до суда осталось всего три дня. Вот только под "что нужно" он все еще подразумевает поиски Циринишада, а Малик хоть и научился не отвечать на этот вопрос, все еще не научился затыкать рот в ответ на прочие излияния.

"He does not pray to anyone." The One released my shoulder then looked down the street. A stream of filthy masons and dayworkers were pouring through the gate, returning across the Force Bridge to pass the night in the safety of Zhentil Keep. "That is my point. I drove him mad, and he disavowed Mystra, and now he never prays. If that does not make him mine, what does?"

"I don't know." I had let this slip before I realized I did know, and of course the Harlot's magic compelled me to say more than was wise. "I don't know why you think driving him mad makes him yours. If he prays to no god, then he is Faithless and belongs to Kelemvor."

In the next instant, I flew into the wall behind me and dislodged a dozen blocks and brought them crashing down on my head; without Tyr's protection, I would certainly have been killed on the spot. Though I did not see Cyric move, I suddenly found his bony hand pinning me to the fractured wall, and my eyes were staring down into the orbs of black ice beneath his brow.

Ну, хотя бы остальные циристы впечатлились от такого явления их бога. И после ухода Цирика начали задавать неудобные вопросы о том, зачем вообще Малик приехал в крепость зентов, если Циринишада тут точно нет. И сраться между собой о том, подозрительно ли Малик себя ведет или в пределах нормы. Последнее прерывает циристка Сванхильда, устроив показательное убийство сомневающейся коллеги. Она же подгоняет Малика поторапливаться, иначе они не успеют пробраться к Фзоулу до смены караула. И просит его что-нибудь сделать со своей адской лошадью, которая слишком громко грызет кость.

Малик выхватывает у лошади кость изо рты и выкидывает, нарушив тем самым единственное правило ее содержания - "не мешать ей кормиться". Адская лошадь от такого не откусила, конечно, голову самому Малику, но злобу явно затаила.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Лошадка...  Зачем обижать животинка, она самое полезное существо в этой книге.
И спасибо анону за пояснения про бейноспавна  Буду хэдканонить, что "стьюпид секси Бейн" это вот спизженное тело сынули и есть. Зря его ещё никто к рукам не прибрал, раз он в какой-то степени выжил, я бы затусил с ним своими БГ-баалспавнами. Весёлые пати могли бы быть.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Адская лошадь от такого не откусила, конечно, голову самому Малику, но злобу явно затаила.

Мне теперь интересно - в Архимагах Малик готов голову (не свою, но любого другого) сложить за свою лошадку Кельду... Где именно произошел переход от этой инфернальной ебтвоюмать до пегой кобылы?)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

How dare you presume to tell me my duty! My duty is to keep you here. If you had been doing yours, Talos would not have stolen so many of your worshipers.

И не поспоришь, лол

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Где именно произошел переход от этой инфернальной ебтвоюмать до пегой кобылы?)

Инфернальная ебтвоюмать

▼Скрытый текст⬍

свалит в следующих главах

А Кельда, видимо, появится только ближе к сюжету Архимагов, т.к. её нет ни в текущей книге, ни в дополнительной статье про "некоторое время спустя".

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Инфернальная ебтвоюмать

походу после нее Малик научился ценить обычных, ничем не примечательных лошадей, которые ведут себя прямо как обычные лошади)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

И не поспоришь, лол

Хельм мог говорить на любом языке, но выбрал язык фактов

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Хельм мог говорить на любом языке, но выбрал язык фактов

Если бы Мистра еще способна была этот язык понимать   Вот на Келемвора такое бы подействовало, он факты не игнорирует как бы ему ни хотелось.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Вот на Келемвора такое бы подействовало, он факты не игнорирует

Келемвор пока вообще единственный, кому божественность на пользу пошла. Он внезапно способен признавать свои ошибки, исправлять их и ему не похуй на смертных. По сравнению с другими богами, так вообще радеет за людей всей душой. При этом раньше он бы первый голосил "это всё Цирик!111", а теперь вот задумывается, выводы делает.

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Келемвор пока вообще единственный, кому божественность на пользу пошла

А я всегда это говорил   Насколько он меня бесил человеком, а вот божество из него вышло одно из самых адекватных (редкая штука, как я понимаю).

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

I suddenly found his bony hand pinning me to the fractured wall, and my eyes were staring down into the orbs of black ice beneath his brow.

Кабедон? Кабедон? 

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Насколько он меня бесил человеком, а вот божество из него вышло одно из самых адекватных (редкая штука, как я понимаю).

Когда был настолько унылым человеком, что божественность сделала тебя не ёбнутым, как всех прочих, а адекватным 

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Сеттинг Spelljammer. В аниме есть пляжные эпизоды, а здесь их ближайший аналог – это путешествие на корабле. Тем временем, две трети книги закончились и, собственно, сюжет про плащ начинается после 17 главы. Прошу обратить внимание, что книга все еще называется "Beyond the Moons", а герои пока по земле топчутся.

Cloakmaster Cycle꞉ Beyond the Moons (David Cook)
Часть 1 | Часть 2

▼Главы 13-16⬍

Окровавленный, испуганный и запыхавшийся Телдин выглядит достаточно убедительно, чтобы Гомджа быстро собрал вещи и приготовился к бою, вот только Телдин решил, что сейчас самое время бежать на эльфийский корабль. В этом мире эльфы со своим зорким зрением, видимо, палубы по ночам не охраняют, поэтому крадущийся бегемот, под которым скрипят доски, на глаза им не попался.

Разумеется, утром обоих нашли (по храпу Гомджи) и долго ли, коротко (через одну стычку, потому что прежде, чем сдаться, Гомджа отметелил эльфов, чтобы не было стыдно в плен сдаваться) – доставили к капитану Люциару. Тот сообщил, что не пускал Телдина на корабль, потому что по традициям Сильвамори он обязан принять любого, кто ступит на борт в качестве гостя, если этот гость не поднимет клинка на капитана. Будь корабль человеческим – нарушителей просто выкинули бы за борт (и за этот вариант топит Квеланас, дочка капитана и его первый помощник), но и бесплатно плыть Люциар зайцам не позволит. В итоге Телдин и Гомджа поступают в полное распоряжение Квеланас.

Так начинается не очень увлекательное путешествие Телдина на корабле. Ему там уныло – Квеланас то гоняет его в хвост и в гриву, то не дает почти никаких поручений, чем напоминает ему отца. По мнению Телдина это из-за ее переменчивого настроения (а никак не потому, что Телдин на корабле лишний и неумелый). Не устраивает его и скудная морская пища. Зато Гомджа моряк опытный – местные космические корабли похожи на обычные, а из-за размера он может выполнять тяжелую работу за нескольких эльфов сразу. Телдина эльфы называют не иначе как Голое Дерево (Bare Tree, за рост, самый высокий эльф ему по шею), а Гомджу Досколомом (Boardbreaker).

В очередной перерыв Телдин грустит по Квеланас, сравнивая ее с фермерскими девушками (не в пользу последних). «Прекрасные – недостаточно, чтобы описать их. Они заставляют твое сердце болеть», – Телдин наконец понял, что его дедушка имел ввиду, рассказывая про эльфиек. Сердечную боль от эльфийской девы и тоску по жирным мясным сосискам прерывает Гомджа и виновато признается, что осмелился без приказа попросить у Квеланас час или два свободного времени для тренировки Телдина.

– В Палантасе вы сказали, что хотите обучиться бою. Сейчас самое время.
– Я правда это сказал?
– Совершенно точно, сэр. Я объяснил первой помощнице, что мне нужно поддерживать свои навыки. Мы должны практиковаться. На горе Неважно нас могут поджидать неоги.

Телдин принимает меч от Гомджи, размахивает им, теряет баланс, чуть не падает за борт. Добрый Гомджа ловит Телдина и очень вежливо сообщает, что лучше начать с оружия попроще, поэтому Телдин начинает тренировки с копьем. К четвертому дню плавания, Телдин замечает, что настроение на борту заметно ухудшается – особенно напряжение чувствуется в глазах Квеланас и Люциара. Не получив ответов от команды, Телдин пытается пробиться к капитану, ибо случая с предательством Вандорма ему хватило.

Квеланас не пускает Телдина к Люциару, они грубят друг другу, начинается драка, на которую сбегается все команда. Так как за все плавание чтец не заметил, чтобы кто-то танцевал джигу или пел всю ночь ивам, полагаю это их хлеб и зрелища. Кто-то побежал за капитаном, кто-то за Гомджей. Пока разъяренная Квеланас не убила Телдина с криками «В Бездну законы гостеприимства!», тот бросил копье и сказал: «Убивай, если хочешь». (Гомджа учил Телдина действовать непредсказуемо). Ответить Квеланас не успела, потому что к ним влетел Гомджа, оттеснил девушку от Телдина и обезоружил ее.

- Никаких драк, клянусь моей жизнью, ты не убьешь моего командира!
- Действительно, - эхом отозвался Люциар. Говорил он мягко, но его голос дрожал от ярости. - Квеланас, за мной. Ты, с мечом, Досколом, бери своего друга и держи подальше от неприятностей. И убери свой меч. Что до команды: возвращайтесь к своим обязанностям и подумайте о произошедшем. Никаких стычек на моем корабле!

На следующий день Люциар привел к Телдину Квеланас в красивом голубом платье и вымученными извинениями. Эльфийская дева крайне формально улыбнулась, извинилась, подарила Телдину брошку в знак мира, а пока Люциар отвлекся на команду, прошипела, что бить Телдина она больше не будет, но пусть не думает, что все кончено.

Люциар же сообщает плохие новости – есть нехилый шанс напороться на пиратов. И не просто пиратов, а минотавров-пиратов. Не буду пересказывать бой, но кончается он тем, что Квеланас падает за борт, Телдин бросается за ней и с трудом вытаскивает из вод себя и свою эльфийскую деву. Как итог: 7 убитых, 11 раненных и минус два корабля с минотаврами, благодаря тому, что капитан Люциар маг Красных Мантий (и, к слову, плащик Телдина он спалил, но обещал держать в тайне).

В честь своего спасения, Квеланас смягчается, извиняется перед Телдином по-настоящему, а он как бы перед ней. По прибытию в безопасные воды, капитан приглашает Гомджу и Телдина на ужин, который готовила его дочь, вечер заканчивается подарками от Люциара, фамильными реликвиями дома Олонаэс: мечом для Гомджи «Вечноотрым» и «Сиянием» - копьем для Телдина. Квеланас чуть позже в приватной обстановке дарит Телдину поцелуй со слезами на глазах – и довольно странным напутствием:

«Если ты вернешься, кто-то другой встретит тебя в Доме Олонаэс». Квеланас закусила нижнюю губу от смелости своих слов, затем повернулась и поспешила покинуть палубу, исчезая в каютах внизу.

“If you come back, there is another who will welcome you to the House of Olonaes.” Cwelanas bit her lower lip at the boldness of her own words, then turned and hurried off the deck, disappearing into the cabins below.

Чтец не вкурил, но может она так намекает на то, что встретит его как «любимая».

Отредактировано (2024-01-16 23:22:56)

Анон

Re: Литература по Forgotten Realms

Чтец не вкурил, но может она так намекает на то, что встретит его как «любимая».

Типа ее отец и она сама, я думаю.