Холиварофорум

Анон

ОЭ-фест

Осенний микро-тур феста!

Тур проходит с 11 ноября по 26 ноября включительно, в 0.00 27 ноября можно деанониться. Или нет, по желанию.

Исполнения выкладываются в этом же треде, с обязательным указанием выполненной заявки. Исполнять заявку можно в любом формате: текст, арт, видео, etc., минимальный/максимальный объем не ограничен.

Обсуждение заявок и текстов тут, в треде ОЭ

▼СПИСОК ЗАЯВОК ОСЕННЕГО ТУРА С ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЕ⬍

1. Алвадик, первый раз, Дик-бойпусси, Дик снизу. Алвадики оба в шоке и в восторге. Высокий рейтинг обязателен!

2. Рокэ Алву слишком много пороли в детстве, и у него сложился условный рефлекс. Теперь он втайне обожает порку и страшно кинкуется от строгости и суровости, а хамит, чтобы нарваться на наказание. Вот только кто рискнет тронуть самого Первого маршала?! Одна надежда на незыблемых Окделлов, развратных королев или ледяных дриксенских адмиралов!
Пейринг на вкус автора.

3. Катарина/Эстебан или другие оруженосцы. Можно  нон-кон, даб-кон. Королева, заманивающая жертв своей беззащитностью, оказывается властной госпожой. По накуру. Юмор, драма, удовольствие жертвы или моральная (физическая) травма - что угодно на откуп автора.

4. Желательно джен. Рейтинг любой. Желательно юмор, но если получиться хоррор, то заказчик против не будет. Без смертей персонажей. книгоканон. В Кэртиане случилось невероятное. Появился изарг-выходец! И начал кишить.

5. Спокойный пост-канонный мирный и счастливый алвадик в ER. Как они дошли до жизни такой, неважно, главное сам момент! Если рейтинг, то Рокэ снизу.

6. Ойген\Жермон, таймлайн битвы у форта Печальный Язык, когда Жермон был ранен. Ойген получает известие о ранении, находясь далеко от Жермона с силами фок Варзов. Мысли, чувства Ойгена, удаётся ли ему скрывать их.

7. Лионель/Рокэ, модерн-ау. Происходят серийные убийства, но что общего в жертвах не совсем понятно, Лионель работает в полиции и влюблен в своего друга Рокэ. Важно, они не пара, мб сам Рокэ даже с кем-то другим/ой встречается. На самом деле Лионель и есть тот маньяк и убивает тех, кто в каких-то деталях-мелочах (форма глаз там похожа, мб рост схожий и т.п., то есть сходство в глаза не бросается) похож на его друга.

8. Алвадик, таймлайн Раканы, Дик выходит на поединок с Алвой за Альдо, оба ранены, но в итоге живы. Фиксит бодяги с кровной клятвой.

9. Рамон/Хулио, взаимный флирт и ухаживания, похожие на загонную охоту друг на друга. Огненный юст, желательно с высокорейтинговой реализацией

10. Леонард Манрик/Мирабелла 
Влюбленность в ах какую суровую хозяйственную, экономную женщину и ее способность создать золотой запас буквально из воздуха, искренее восхищение, бес в ребро, поначалу неприступная Мирабелла. Из кинков легкий фемдом. Жанр любой, но никого не убивают и не собираются.

11. Кроссовер с "Не покидай"; джен, рейтинг любой, драма или юмор (или и то, и другое). Однажды в Олларии, или в Ракане, или в Кабитэле, зацветает что-нибудь, и из всех людей начинает переть правда: о делах, мыслях, намерениях, чувствах. Что из этого выйдет? Бонусом можно какого-нибудь бедолагу с насморком, который не врубается в причину переполоха.

12. Вальдмеер, NC-17, драма, Олаф после всех событий стал совсем бессилен в постели, но Вальдес найдет способ доставить удовольствие, кинк на сухой оргазм

13. Хулио Салина/Ричард Окделл. Рейтинг любой, без стекла, но с марикьярскими страстями и хэппиэндом. Хулио, ревнующий Ричарда к Берто и прочей молодежи, приветствуется.

14. Мирабелла/Аурелия. Долгая тайная любовь, можно невзаимная со стороны Аурелии. Смерть Эгмонта и траур по нему - всего лишь предлог, чтобы приблизиться к объекту чувств (и избавиться от Ларака). Чувства с со стороны Мирабеллы и рейтинг на взгляд автора.

15. Отец Герман/учитель фехтования в Лаик (пилотный канон). Можно рейтинг, можно мистику, можно и юмор или все вместе. Сколько в Лаик учителей фехтования: один или двое? Вот и отец Герман ни в чем не уверен...

16. Алвадик, R-NC-17, Реверс с обнаженным Алвой на пути на эшафот (вместо Алвы за какое-то предательство/ошибку к казни и публичному унижению приговорили Дика. Алва в числе наблюдающих (недобровольно)), внешность алвадиков любая

17. Любой пейринг или джен, и любой временной промежуток, главное без смерти персонажей. АУ, в которой сломанный Абсолют не засчитал смерть Эгмонта и попытался выпилить Ричарда, как «неудачного» Повелителя Скал. Не удалось, но Ричард в результате остался искалечен - недостаточно сильно, чтобы это мешало ему жить, но достаточно, чтобы привлекать внимание и мешать (шрамы, хромота и т.д).

18. АУ-реверс, джен. У власти уже давно находятся Раканы, сейчас на троне Альдо. Навозники Манрики и Колиньяры поднимают против него мятеж, но непобедимый Первый Маршал Рокэ Алва разбивает их войска под Ренквахой вместе с маршалом Арно Савиньяком и генералом Эгмонтом Окделлом. Погибают все Манрики, кроме Леонарда, которого раненым тайком вывозят с поля боя, а оставшихся сиротами Эстебана и его сестру отдают на воспитание в семьи Окделлов и Савиньяков.

19. Приддоньяк. Нц-17, мастурбация. Валентин слышит, как Арно где-то в соседней комнате занимается сексом.

20. Пейринг любой, кроме альвадика, алвали и алвамарселя. Слеш, джен, гет. Рейтинг любой. Книгоканон. Кроссовер или ретейлинг с фильмом "Довод".

21. Алвамарсель, херт/комфорт. После несчастного случая у Алвы оказываются повреждены кисти обеих рук. Ему приходится заново учиться держать оружие и писать, и справляется он с этим плохо.

22. Вальдес страстно влюблен и понимает, что Кальдмеера вернут в Дриксен, где он может погибнуть. Тогда Вальдес в дороге или в Придде тайно насильно похищает Кальдмеера, чтобы оставить его себе. Можно дарк.

23. Юмор. 
Ричард постоянно натыкается на Алву, когда он пытается с кем-то потрахаться – причём каждый раз не по своей вине! Он случайно находит потайные двери, теряется в потайных ходах, в Варасте под ним проваливается крыша домика, пока Рокэ трахается с юной вдовой. Сцена в будуаре Катарины становится последней каплей, и Рокэ высылает оруженосца к Ракану – только чтобы тот вломился к нему в разгар оргии с пантерками со срочными новостями о наступлении Ракана (примчался с Осенней Охотой, прошёл с выходцами, как угодно).
- Я проклят!
- Вы прокляты?! Это я проклят, юноша!

24. Эстебан-Птица. Кроссовер с Чумным Доктором. Раздвоение личности. Жанр любой, рейтинг любой

25. Катя и СБЧ заставляют Дика соблазнить Алву. он честно старается, может даже политься из лейки. Хоть юмор, хоть драма.

26. Эмиль\Арлетта\Лионель, NC, инцест. Со времени гибели Арно-ст. Лионель заменяет отца во всём, и даже в постели матери. Эмиль узнаёт об этом и решает присоединиться. Больноублюдочность приветствуется.

27. Обрушение Кэналлоа за намеки Алвы на убийство Фердинанда. Убить Алва себя не может, будучи последним Раканом, да и опоздал. Встреча с Ричардом после обрушения Надора, который бездетен и тоже не смог заплатить жизнью.

28. фем!Вальдес/Кальдмеер или фем!Альмейда/Хулио, ВМФ, гендербендер; гет, рейтинг невысокий, сюжет на выбор исполнителя, желательно без драмы, если драма, то с ХЭ.

29. Ричард/Рокэ. Односторонние чувства Ричарда к Рокэ, Рокэ в Ричарда в ответ не влюбляется. Желательно каноничный сеттинг

30. Вальдес привозит Кальдмеера на Марикьяру и знакомит с родителями. Первоначальная острая реакция на то, что сын приволок в дом варитского гуся, и постепенное принятие. Можно юмор

31. Алвадик, омегаверс, омега!Дик, мпрег. Алва узнает, что Ричарда есть сын, и мечется, пытаясь найти оного после убийства Катарины и смерти Ричарда в овраге, никому не объясняя, зачем ему очередной окделльский поросенок. 
Степень ретконности любая, но за младенца Рокэ переживает искренне, подозревая, что тот от него (так и есть). 
ХЭ для ребенка. Для его родителей (вместе или по отдельности) ХЭ опционален.

32. Алва/Ричард, юст, Ричард впервые замечает и понимает интерес Алвы к себе

33. Алвадики, рейтинг не важен, суд над Алвой, но стороне защиты не подыгрывает авторка, внешность любая

34. Вальдмеер, NC-17, модерн-АУ, драма, мистика, Олаф во время летнего выезда с поисковым отрядом обнаруживает сбитый во время войны самолет и навсегда оставшегося в кабине пилота. Самолет реставрируют, и он даже снова поднимается в небо, только что-то с ним нечисто…, ХЭ

35. Ойген/Мишель Эпинэ, любой рейтинг, первая любовь в Лаик. Встреча юга и севера. Взаимные чувства, неловкие попытки любви по гайифски, Ойген невозмутимо говорит, что читал, как это делается
Для драмы можно добавить в конце Жермон/Ойген, где Ойген сравнивает Жермона и Мишеля

36. Алвадики эндгейм, R или NC, после гибели Альдо власть переходит в руки Ричарда. Ричард не то чтобы дарк, но гибель Альдо, Надора и предательство Робера накладывают определённый отпечаток. Катарина жива, интригует мб вместе с Ричардом, а мб против него, внешность героев любая, но Альдо пилотный мб

37. Близнецы Савиньяки трахают Ричарда, Рока наблюдает (или нет). Можно дабкон, тело предало, немножко больноублюдочнсти. 
Жанр любой,  таймлайн любой, рейтинг от R и выше. Ричарду должно понравится.

38. Прошу арт! Персонажи ОЭ в виде персонажей из аниме "Утена". Классическая сцена вынимания меча из груди на Арене дуэлей. Мечтаю про такой альдоробер, но буду страшно рад и любому другому пейрингу.

39. Рокэ/Айрис. Юмор. Можно рейтинг, можно без. Вынужденный брак с истериками, битьем посуды, надеванием на шею картин, побегами через окно… Впрочем, сначала Алва бесился, а потом возбудился, и теперь, пока весь Талиг с ужасом наблюдает за взрывными ссорами между герцогом и герцогиней Алва, они сами от них получают огромное удовольствие, причем и в горизонтальном положении тоже.

40. Олаф Кальдмеер/Берто Салина. Cо стороны Берто наверное невольное восхищение достойным врагом, которое перерастает в нечто большее при близком общении. Юст. Вальдес где-то рядом, возможно ревнует.Реакция Олафа на усмотрение автора. Рейтинг R.

41. Приддоньяк, ПВП, афродизиак. Что бы скомпромитировать Валентина, ему подливают в напиток афродизиак. На людях Валя держится, но когда он остаётся один, ему становится совсем плохо. Арно предлогает помочь, уверяя, что в этом нет ничего особенного.

42. Лионель/Рокэ, викторианское АУ. Лионель расследует серию жестоких преступлений, и под его подозрение попадает известный хирург, ведущий эксцентричный образ жизни. Рейтинг любой.

43. Алвадик, публичный секс по обоюдному согласию, Алва снизу

44. Джен или пре-алвадики, рейтинг любой, восстание Эгмонта вин вин. Анри Гийом на троне или сам Эгмонт. Политика, установление отношений с проигравшей стороной, кто-то из навозников внезапно по ряду причин остаётся при дворе, мелкий Дик в роли любимца нового двора, внешность любая

45. Вальдмеер. Вальдес влюбился в пленного Олафа, но во время его отлучки Олафа забрали в тюрьму, чтобы насиловать допрашивать и пытать. Вальдес намерен его спасти. Желательно ХЭ.

46. Ричард – Проводник Алвы в Лабиринте. Можно с ХЭ и фикситом (Алва проходит сам и выводит Ричарда?), можно дарк, где Алва совершает те же ошибки, сливая оруженосца, и проваливает испытания.

47. Лионель признается Чарли в любви. Я просто хочу это видеть!

48. Лионель/Валентин: сражение за победу в Битве экстрасенсов
Расследование всратых историй, саспенс на грани фарса, срачи с героями сюжетов, лавхейт участников - в общем все, за что (далеко не) все любят это шоу.
Ли и Валентин могут быть кем угодно: медиум - чернокнижник по классике или что-то подурнее. Например, шаман, который гадает на оленьих рогах. Они могут оказаться как настоящими экстрасенсами, так и коварными шарлатанами, пытающимися раскрыть друг друга. Главное - атмосфера

49. Ойген\Жермон. МодернАУ, ER, рейтинг на усмотрение автора, хэппи энд.

50. Алвадик, кроссовер с "Благочестивой Мартой", проза. 
Ричард после встречи с Оноре теперь истовый эсператист: постится, молится (особенно за эра) и противится идее человекоубийства.
 Алва также приходит к Создателю, угрожает Дораку оставить армию, принять целибат и отречься от винопития. 
Оба разговаривают с Катариной о целомудрии и со Штанцлером - о спасении души. 
В Олларию является Мирабелла с Айрис, находит узревшего свет истинной веры, но сраженного физической слепотой Алву в рубище, и Дикона, самоотверженно заботящегося о калеке. 
На самом деле, оба, конечно, здоровы и много грешат)

51. Вальдмеер, NC-17, драма, dark!Вальдес влюблен всей душой, и ради блага самого Олафа не намерен отпускать его на родину, нон-кон

52. Алва просит у Ричарда прощения за что-нибудь серьезное словами через рот. Не стеб.

53. Алвадики, NC-17, секс на кухне, охреневшая Кончита, у которой пирог из печи не вытащен, а там господа ебутся, прилагается, внешка любая

54. "Вредные задачи" Остера в переложении на условия и персонажей из Талига. Персонажи любые, рейтинг любой, юмор.

55. Детектив в духе Агаты Кристи, но в каноничном сэттинге. Пост-канон, расследование смерти Габриэлы, Джастина или любой кейс на усмотрение автора. Пейринг любой, можно джен. Очень бы хотелось алвадик с подросшим Диком, но необязательно) Участие в расследовании Алвы приветствуется

56. Готфрид Зильбершванфлоссе/принцесса Гудрун/Олаф Кальдмеер. 
Принцесса сначала испытала небольшой к Кальдмееру интерес, всё-таки мещанин дослужившийся до высоких чинов, он её вежливо отверг, но поскольку ей до этого не отказывали, тут может быть возмущение, что ею пренебрегли, страх, что кто-то узнает. А потом Кальдмеер случайно узнаёт маленький секрет кесаря и его дочери и скажем как-то это выдал... Юст, лавхейт, рейтинг NC-17 или R. Желательно, чтобы все выжили.

57. Алвадик, реинкарнация и трансмиграция
. После смерти Дик перерождается в другом мире (один или несколько раз), набирается опыта и прокачивается в психологии, прежде чем снова попасть в своё первое тело на следующий день после ДСФ. Взгляд на эра новыми глазами.

58. Хуан/ куча разного народа. Кроссовер с «Трудно быть богом» Стругацких. Рейтинг. Хуан Суавес – секс-прогрессор в Кэртиане. Добывать нужные сведения и манипулировать политикой Талига проще всего в постели!

59. Арлетта\Лионель, NC, инцест, порка. Из канона мы знаем, что одна из предыдущих графинь Савиньяк приказала выпороть самого Дидериха. С тех пор порка стала семейной традицией и прерогативой графинь. Лионель уже давно не ребёнок, но всё ещё даёт себя наказывать.

60. Надор после смерти Ричарда становится странным и страшным местом, филиалом Лабиринта, расползающимся по Талигу. Попытки Алвы понять и остановить, но без успеха, и Алва понимает почему. Хочется мистики, где кровь Повелителей стихий реально опора мира, а Ракан может заменить только одного (Повелители Ветра вымерли раньше). Без запасных Раканов!

61. Алвадик, реверс. Рокэ реально в положении Дика в первых книгах: Кэналлоа бедствует, семья требует невозможного, Салина посматривают на его наследство, на уши присел друг семьи дор Квентин, с собой в столице даже слуги нет, еще и коварная первая любовь на носу. Ричард, в свою очередь, властитель богатой провинции и герой войны, но несколько ожесточен за трудную жизнь, от оруженосца хорошего особо не ждет, глушит надорский кальвадос и поет завораживающие северные баллады. И да - кого-то в семье Рокэ убил и вроде не кается. 
Не настаиваю на ПОВ Рокэ, но если получится - было бы идеально.

62. По мотивам микро-накура про Альмейду, залетевшего от Хулио. Рамон познает прелести беременности и охуевает, будущий счастливый отец охуевает ещё сильнее и включает режим агрессивной заботы, окружающие тоже охуевают и заранее прячутся кто куда

63. Ричард Окделл с первого взгляда влюбляется в короля, и это взаимно. Фердинанд/Ричард против всего мира.

64. Вальдмеер, NC-17, драма, fem!Кальдмеер канонично попадает в плен, и когда это обстоятельство обнаруживается, оно меняет все, даб-кон

65. Приддоньяк, ПВП, оральный секс. Валентин делает минет Арно. Кинк на волосы Вали, на его красоту.

66. Катарину отравили на ДР (или сразу после). Детектив с поиском виновного(ных). Джен или любые пейринги.

67. Эмиль/Валентин (кнешность книжная) 
Нежно, задорно и спонтанно, с любым обоснуем, таймлайн любой. Кинк на кружева, чулки, одежду, раздевание. НЕ ангс, НЕ стеб

68. Вальдмеер, рейтинг любой, ожидание встречи, ревность. Кальдмеер исчезает по пути на казнь. После перемирия Вальдес приезжает в Эйнрехт и находит Кальдмеера в особняке под охраной, после ночи любви тот признаётся, что ему пришлось стать любовником кесаря Руперта

69. АУ от канона: сёстры Эгмонта живы, и одна из них замужем за Фердинандом.

70. РоРо, пост-Ракана, лунатизм, возможно, сомнофилия. Робер не просто видит кошмарные сны о прошлом, он во сне ходит (и не только). Рокэ узнает об этом и пытается что-то сделать. Рейтинг на вкус исполнителя, стекло можно, но без совсем уж черного финала.

71. Воспоминания Антонии Алва (или Инес) о доме, родных, о Кэнналоа.

72. Лидик, ливалентин, лилюсьен или любой другой пейринг с Лионелем, где присутствует разница в возрасте и звании в пользу Ли. Секс с явным дисбалансом власти и сил, можно дерти-ток, унижение, элементы больноублюдства, партнер обращается к Ли исключительно "мой маршал". В какой-то момент ему становится чересчур, он называет Лионеля по имени, и оказывается, что все это была игра по обоюдному согласию и к обоюдному удовольствию (пока не стало чересчур). Акцент на смену динамики и изменения в поведении Лионеля.

73. Вальдмеер, NC-17, драма, из Кальдмеера выбивают сведения в подвалах крепости, dark!Вальдес влюблен в его стойкость, но своеобразно, нон-кон

74. Двор Алисы глазами кого-то, кто не Арлетта.

75. Джен. Юмор! Ричард женился на богатой навознице, привез ее в Надор, и тут же вспыхнула война между двумя герцогинями – старой и молодой. Дик в шоке, надорцы с попкорном, при королевском дворе делают ставки.

76. Вальдмеер, NC-17, драма, Кальдмеер отказывает Вальдесу во время первого плена, и Вальдес не намерен упустить второй шанс, даб-кон

77. Каждый раз, когда новоиспечённый барон Дювье надевает свой новый орден Талигойской Розы, с ним (Дювье) случается какая-нибудь досадная неприятность.

78. Мирабелла/? Жанр – на выбор автора, можно драму, а можно юмор))) Мирабелла после смерти Эгмонта срочно ищет себе нового супруга, чтобы ее не упрятали в монастырь или не выдали замуж за кого-то из навозников. Главная цель брака – спасти Ричарда, чтобы его не убили, не отдали на воспитание в чужую семью и не отобрали герцогство, поэтому муж должен быть богат, влиятелен и не находиться в открытой оппозиции к трону, но при этом не отжал бы Надор для себя. При этом у невесты в придачу к таким запросам еще и возраст, характер и специфическая внешность. Результат неожиданный!

79. Дружба между Ричардом и Рокэ. Искренняя, тёплая, внезапная. Можно с врЕменным размолвками. Можно гетные линии у обоих. Или слэшные у обоих, но чтобы не друг с другом. Можно модерн!ау. Ричарду не обязательно знать, кто его друг на самом деле (известная личность, очень богатый и влиятельный человек, например). Ричард может тоже что-то скрывать (может, он шаман какой или играет на волынке, сын мятежника, (порно)писатель под женским псевдонимом, ещё что-то).

80. Катари видит, как Алва разговаривает с королём и понимает, что ревнует и завидует. Рейтинг любой, можно вообще джен. Катари хочет любви и внимания как равной, не чувствовать себя глупой девочкой, разменной монетой в интригах и сосудом для наследников короны, но все это позволено лишь мужчинам, и друг друга эти двое ценят больше, чем её.

81. Жизнь в посмертии. Семейства Окделлов, семейство Приддов и т.д. Чтобы все ходили в гости, сравнивали смерти. Джен, чёрный юмор. Можно любые пейринги.

82. Драма. Алва узнает, что Савиньяки расчетливо использовали его, чтобы прийти к власти в Талиге. В идеале – подслушивает разговор Арлетты с Лионелем. Алва может быть в отношениях с Ли, а может и не быть.

83. Вальдмеер. У марикьяре жестокие обычаи, под райос убивают всех. Есть лишь одно исключение для законных супругов, к которым могут прилагаться их слуги и подчиненные. И это единственный способ для Вальдеса спасти Олафа Кальдмеера...

84. Джен или алвадик или альдоробер. Персонажи смутно помнят себя доретконных. Когнитивный диссонанс, попытки расследовать произошедшее, возможно внутримировое мистическое объяснение.

85. Ричард уполз от Альдотвари и оказался на Рубеже. Теперь он, беспамятный, возвращается на Кэртиану с остальными Стражами выжигать скверну вместе с Бусиной. Течение времени на Рубеже может не совпадать с Кэртианским. Можно спасти мир силой любви и дипломатии, можно не спасать вообще.

86. Руперт - боевой монах Шаолиня. Вообще-то это тайна, но в экстремальных ситуациях Руппи превращается в "Джеки Чана". Можно и буквально.

87. Робер/Альдо, современное ау. Передружба, недоотношения. Альдо заказывает астрологу их с Робером натальные карты, надеясь на отличную совместимость. Но вместо "вы идеальная пара" получает метровый список причин, почему им даже в одной комнате находиться не стоит. Негодование Альдо: возмущение, угрозы, подозрения, что астролог сам на Робера положил глаз, предложения посетить таролога/гипнолога/хироманта/авгура, чтобы сравнить версии. 
Одиссея альдороберов по всем шарлатанам города

88. Алвадик, Алва куртуазно ухаживает за Диком. Дик в ахуе, ужасно смущается, удивляется, негодует, а потом переходит в контрнаступление! – в конце концов, кто тут тверд, незыблем и на полголовы выше, а у Алвы вообще волосы как у принцессы и надушенные кружева, лепестки ему больше пойдут!

89. Алвамарсель, ER, рейтинг низкий, hurt/comfort, у Марселя умер отец, поэтому он переживает, суетится, организует погребение и т.п. Рокэ тоже приглашён, но приезжает раньше и помогает справиться с горем, как умеет.

90. Алвадики, НЕ омеговерс,  секс с мпрегнутым Ричардом, нежно, мило, всяческие поглаживания по животу, и чтобы Алву прям крыло тем, что это его любовник, у них будет ребёнок, малыш, самый богатый и титулованный эвер, его будут холить и лелеять, оба отца жизни за него отдадут, а на мнение окружающих забьют и тд.НЦа

91. Кальденбург, NC-17, драма, fem!Кальдмеер, восторженный Руппи и Офелия, которая не верит в любовь в 20 лет, кинк на разницу в возрасте

92. Дайте Ричарда-эльфа из Надорских лесов, с устарелыми представлениями о мире и непониманием "этих странных людей". Явился в Кабитэлу в поисках предсказанного Короля.  Шпагой владеет плохо, привычней к мечам с клинком в форме листа ивы и длинному луку. Маскируется, притворяясь последователем этой новомодной человеческой веры - эсператизма. Денег из дома взял мало, потому что не в курсе инфляции.
Кстати, тогда понятно, почему ЛЧ целый Круг цепляются за Раканов - для них это, считай, вчера было)

93. Эйвон Ларак выходит из лабиринта беременным новым повелителем скал. Пейринг и рейтинг любые.

94. алвамарсель, постканон, Рокэ не удалось отвертеться от регенства, что не способтвует ни благостности характера, ни здоровым нервам окружающих
Марсель, устраивающий Рокэ разгрузку: хоть изолирует его от всего мира на сутки, хоть в отпуск увезет, хоть еще чего придумает. 
Усталый раздраженный регент, винишко, гитара, изощренные ласки и нежный секс

95. алвадик, Ричарда хотят выдать за кого-то/женить, он приходит к Рокэ и как в Гардемаринах "не хочу доставаться нелюбимому, люби меня", рейтинг высокий, ХЭ для алвадиков

96. Групповушка Ойген\Жермон\Арно\Валентин. Война кончилась, все выдохнули, устроили пирушку и пиздуховно, но задорно потрахались. Естественно, NC.

97. Приддоньяк. Арно, с отношением к сексу легким, как у  Эмиля, соблазняет Валю, которого считает девственником (ошибается). Хочет унизить и обидеть, но любовь нечаянно нагрянет, хэ. Хотелось бы, чтобы  Арно не был солнышком.

98. Хочу развёрнутую легенду об Арсаке и Сервилии (мпрежный вариант), с ломкой и мерзким, но дрочным нонконом последнего в плену и комфортингом от Арсака.

99. Иоланта/bottom!Фердинанд. Рейтинг повыше, кинк на подчинение. Без беременностей.
(Допы по желанию:
- шрамирование
- приказы на дриксен
- новосериальная внешка Фердинанда 
- случайный свидетель)

100. Вальдмеер
Вальдес соскучился по Кальдмееру и выпросил у ведьм возможность увидеть его на 10-20 минут. Он попадает в разгар жесткого допроса в Дриксен, но никто его не видит и не слышит, и он ничего не может сделать. Или может, на выбор автора.

101. Валедик, ОМП/Валентин, внешность любая, Валентин снизу.
Пост-канон, Ричард мертв (или считается мертвым, если автор захочет хэ), у валедиков был юст или разовый секс. 
Валентин неосознанно выбирает новых партнёров чем-то похожих на Дика. 
Бонус за реакцию кого-то заметившего из окружения.

102. Айрис/Иоланта. Айрис выжила (одна из сестер) и полноправная хозяйка Надора, который отделился от Талига.

103. Кроссовер с Хрониками Арции. Лионель Савиньяк оказывается сильно болен, серьёзно ранен и т.д. Потом вроде бы выздоравливает, но с постели встаёт совсем другой человек, точнее не человек, а бог-олень Ройгу. Ужасы, высокий рейтинг, возможно хэппи-энд.

104. Хорхе/Арно, пилотоканон, рейтинг любой, будни оруженосца, Хорхе играет на гитаре, Арно слушает под дверью и стесняется признаться своему эру в любви

105. Что-нибудь по мотивам накура про спасателей. Модерн-АУ, приключения, мистика, джен, рейтинг любой.

106. К Ричарду приходит астера в виде идеального доброго, ласкового эра Рокэ, который тискается и внятно разговаривает. Приходит регулярно. Однажды их застает настоящий Алва.

107. Альдоробер. Робер предал ещё живого Альдо, встреча при любых обстоятельствах (Робера схватили люди Альдо или наоборот, Альдо идёт под суд после поражения, что угодно), выяснение отношений, юст.

108. Вальдес попадает в дриксенскую тюрьму, например, после проигранной битвы, и его тюремщики либо Бермессер решают этим воспользоваться. Вальдеса с огоньком насилуют, не оставляя внешних следов, пока однажды Кальдмеер не ловит насильников прямо на пленнике. Спасение, комфорт и попытки завоевать доверие.

109. Алва находит в Олларии и читает дневники Ричара времен Раканы, не в силах оторваться - вплоть до последней записи, где Ричард собирается к Катарине. Неожиданные открытия  (не обязательно о любви Дика к Алве) и много стекла.

110. Валентин - частый гость в имении Савиньяков. Сначала Арлетта думает, что все дело в младшем сыне. Но несколько двусмысленных ситуаций заставляют задуматься, так ли это. Шпионаж, дедукция, опрос свидетелей. С кем из сыновей (но обязательно сыновей) на самом деле роман - на усмотрение автора

111. Паоло/Ричард первый раз в Лаик или, если Паоло выжил, где-нибудь ещё.

112. Алвадик, R-NC-17, Алва не клялся Фердинанду кровью, и Альдо получает на свою сторону "блистательного полководца", а Ричард - новую (старую) головную боль, Альдо из пилота

113. Алвадик страстно трахается после ора и вызова на дуэль вместо отправки к Марианне. Алва снизу, всем понравилось, об остальном подумаем завтра, юноша.

114. Вальдмеер, NC-17, модерн-АУ, Вальдес испытывает самолет, построенный Кальдмеером, кинк на лётную форму

115. Ойген/Жермон или Арно/Валентин, уютный супружеский рождественский изломный секс, ER, прямо флафф необязателен, но без драмы, раскладка любая

116. Ричард – крутой северный тан, прекрасный хозяйственник и руководитель, которого суровые надорские горцы уважают и любят.

117. пре-Алвадик, модерн!АУ. Ричард увлечен живым Рокэ, но не понимает его и с помощью character ai создаёт "своего" Рокэ, очень похожего на настоящего, но который "говорит" понятнее и готов Ричарда хвалить

118. Алвадик, преслэш. Алва приходит смотреть на спящего Дика.

119. Жермон\Йоган Катершванц, NC, PWP, отчасти по мотивам цитаты из канона и комента вчера в треде о том, что Жермон решил возродить традицию прохождения молодых людей через достойных мужей. Секс к взаимному удовольствию, восхищение молодым сильном телом, укусы, возможно, быстрый секс в публичном месте.

120. Ойген/Жермон, fuck or die, в результате оплошности Жермона во время  ритуала они должны переспать или он умрет, секс прошел благополучно, но теперь Жермон мается своими чувствами и не может понять, есть ли ответное от Ойгена, и решается на разговор, Ойген в шоке и объясняет что Жермон ему друг, брат, сослуживец etc но никак не любовник

121. Катари/Рокэ, даб-/нон-кон, рейтинг - R и выше, королева использует клятву иначе, чем все думают: любит смотреть, как Первый Маршал раздевается, стоит на коленях, вбирает ртом свои пальцы, пытается растянуть себя и др. Кинк на унижение, акцент на отсутствии телесного контакта — Катари нравится приказывать и наблюдать. Книгоканон.

122. Классический омегаверс с Диком-омегой, которого впервые накрыло течкой в особняке Алвы, а Алва — альфа, но внизапна! он ведёт себя порядочно: просвещает Дика про особенности анатомии и физиологии, утешает, успокаивает феромонами и мурлычет над ним.
И они так и не поебались.

123. альдоробер, кинон, Агарис. Робер медленно но неотвратимо влюбляется в Альдо. весна, море, романтика, сияющий Альдо и все хорошо. естественно, чувства окажутся взаимными, но переводить ли юст во что-то большее прямо в кадре или обойтись без признания вообще - на откуп автору. не ангст, не стеб.

124. алвадик, Ричард сверху.
Ричарду нравится везде гладить Алву после секса. Спина, поясница, соски, плечи, волосы, если слегка пальцы вводит в рот или анус вообще огонь. Без намерения возбудить, просто ласка. Но это конечно же рано или поздно приводит ко второму раунду.

125. Ричард Горик узнаёт, что его отца подставили и Эрнани на самом деле жив. Его действия. Рейтинг R или NC-17.

126. АУ: случайность в военном деле. Ренваха таки оказалась непроходимой. Или у Феншо оказалось чуть больше мозга. Или что-нибудь еще пошло не так. И наступили последствия. Джен, любой рейтинг.

127. Окделлы чернокнижники или занимаются черной магией. В Надоре своя атмосфера и своя северная мистика, остальные лишь знают, что Надор и Окделлы странные и лучше держаться от них подальше. Надор считается нищим непонятным краем, однако лишь Окделлы сдерживают загадочные северные силы.
Дорак решает вызвать Дика в Лаик, Дик насторожен и не привык к нормальному обществу, но пытается скрыть свои особенности и намерен выяснить, как Рокэ Алве удалось убить сильного чародея, его отца...

128. Приддоньяк, шизофрения. Постепенное и заметное поначалу только Арно усугубление психического расстройства Валентина. Арно любит и пытается спасти: покрывает, говорит с лекарями, пробует изолировать. Начинает сомневаться в причинах гибели братьев Валентина, от перенапряжения параноит, чувствует, что сам почти теряет рассудок. 
Хуже всего то, что из глубины безумия Валентин продолжает любить его тоже.

129. Кэцхен урурукают над тем, что Вальдес нашёл подходящего человека, любит его и любим им. Но на всякий случай проводят с Кальдмеером разъяснительную беседу: что будет, если тот их мальчика обидит

130. Алвадик, флафф (не стёб), рейтинг от R, таймлайн - Вараста или сразу после, книжный канон.
Ричарду не понравился первый секс с Алвой, и Алве стоило немалых усилий уговорить его попробовать снова (возможно, заодно рассказать о своём первом неудачном опыте) и постараться сделать так, чтобы второй раз получился лучше первого.

131. Постканонный алвадик с взрослым Ричардом и стареющим Алвой. «О, как на склоне наших лет нежней мы любим и суеверней...»

132. Алвадик, Рокэ кинкуется слабостью Ричарда, NC-17-R

133. Кальденбург, NC-17, реверс-ау, адмирал цур зее Руперт фок Фельсенбург и его адъютант Олаф Кальдмеер, взаимная тайная влюбленность

134. Алва/Ги Ариго: "Блондинов я люблю больше, чем блондинок, Ваше Величество"

135. Алвадик после отравл­ения. Алва влюблен в Ричарда, мечется ме­жду выгнать предателя и пониманием, что Дика использовали, а Дорак таки мудак + страх проклятия, но думает, что будучи рядом, сможет вернее защитить Дика от сме­рти (мол, я пытался отстраняться и все равно нихуя не помогл­о) и забирает его в Фельп. Объяснение пе­ред отъездом Алвы в Талиг.

136. Рокэ/Ричард/Рамон. Омегаверс, ау без восстания. Ричард - завидная омега на выданье. Грязный, разнузданный секс на троих, двойное проникновение, грязные разговоры, грубый секс, Breeding кинк, чрезмерная симуляция.

137. Что-то случилось с Абсолютом, и с Рокэ слетел флёр бесконечной удачливости и всеобщего обожания. Ему припомнили все его грехи, сместили с должности Первого маршала, Кэналлоа перешла под власть клана Салина, друзья отвернулись. Рокэ отныне вне закона. С горсткой верных слуг он осторожно пробирается в единственное место, правитель которого не объявил во всеуслышание, что не желает его видеть. Рокэ едет в Надор, которым правит Ричард Окделл. Изгнанники доедут, но как примет их молодой тан?

138. Алвадик, R илр НЦа, Ричард пытается спасти Алву, когда он на коне спасал Фердинанда, и его самого помещают в камеру над пекарней, доретконные персонажи

139. Отец Герман (книгоканон)\ кто-то из унаров. Отец Герман в тайне любит наказывать унаров весьма нестандартным способом. Телопредало, развратный священник, юноша, который хочет ещё.

140. Кальдмеер/Гудрун, принцесса решила от скуки подомогаться нового адмирала цур зее, только не делайте Кальдмеера покорным бревном, хочется динамики: пусть согласится и получает удовольствие, или красиво сможет отвязаться или сделать так что от него отвяжутся, или обходительностью доведет прелестную Гудрун чтобы она рвала и метала и весь дворец содрогался

141. Алву в Багерлее таки разбил инсульт с полным параличом одной стороны, и Дик его выхаживает.

142. Крэк! Периодически Алва превращается в манекен. Это замечают только его слуги, остальным норм.

143. У Алана и Женевьев сын и дочь. Время шло, девочка взрослела... Рейтинг PG-13 или R. Желательно джен.

150. Вальдмеер или кальдмейда. У Олафа Кальдмеера есть тайный дар - он может заставить человека смертельно в него влюбиться, но это имеет высокую цену. В бреду Олаф бессознательно применяет этот дар.

151. Кальденбург, NC-17, драма, постканон, Руппи становится кесарем, и намерен вернуть Олафа в Дриксен - для флота и для себя, даб-кон

152. алвали, первый раз, юный Ли перед Лаик соблазняет Росио
в кадре селянка, бусики, Эмиль, кто-то из родителей, за кадром неудачный опыт приобщения Рокэ к имперской любви
инцетуальные вайбы (еще не большечембрат, но уже почти что младший брат), без анальной пенетрации, но невинным рукоблудием алвали не ограничатся

153. Эстебан/Лионель, омегаверс, можно с мпрегом, рейтинг любой, но лучше невысокий, романтика по-савиньяковски

154. Эгмонт/Мирабелла/Лесничиха Дженни. Крепкие полиаморные отношения, инициатором которых выступила Мирабелла. Сплетни соседей и родственников их не задевают. Можно АУ от канона без восстания.

155. Альдо и Робер успешно организовали оборону Агариса от морисков. Нападение жители и гости города отбили, мориски понесли большие потери. Альдо решил не пытаться сесть на тронив Талиге, а связать своё будущее с Агарисом.

156. Кальдмеер/Вальдес, Вальдес симпатизирует Кальдмееру, Кальдмеер  это понимает и, зная что у марикьяре связи между мужчинами не осуждаются, расчетливо растит симпатию в нечто большее и пользуется, не ради мелочей в быту, но ради чего-то большего: военная обстановка, устройство обороны Хексберг и т.д.(как управлять кэцхен)))))) Вальдес ему конечно напрямую тайны не рассказывает, но в их беседах много то, что в Дриксен не знали, не думали об этом с такой стороны и т.п. Альтернативная концовка: Кальдмеера на родине не казнят, в результате новой стычки уже Вальдес в плену у Кальдмеера, который спокойно отдает приказ о повешении

157. Женевьева - покорная жена Гвидо Ларака. Но почему-то все дети от него умирают... NC-17 или R.
Можно мистику, можно Женевьеву-маньячку.

158. Вальдмеер, NC-17, приключения, космо-ау, на корабль Вальдеса установили новый ИскИн "Олаф", технофилия

159. Лабиринт, посмертное испытание: глюки с родными, любимыми, незаконченными делами, потаенными страхами и т.д.
Рейтинг, жанр, кинки, сквик - любые
. Персонаж - по выбору автора
Концепцию Лабиринта и посмертия можно трактовать и вертеть как угодно. Заказчик на строгом следовании канонической системе ни разу не настаивает

160. Кто-нибудь троллит Алву. Попаданец в любого персонажа, новый персонаж из "диких" мест, пришедший абвений и тд. Троллинг любой - но лучше тонкий.

161. Ричард попадает в будуар королевы раньше того дня, когда она и Штанцлер планировали, и видит такую картину: Катари яростно страпонит привязанного к кушетке Рокэ. Партнёры не сразу заметили Ричарда. Можно юмор, ангста не надо.

★ 16.Алвадик, R-NC-17, Реверс с обнаженным Алвой на пути на эшафот (вместо Алвы за какое-то предательство/ошибку к казни и публичному унижению приговорили Дика. Алва в числе наблюдающих (недобровольно)), внешность алвадиков любая
★ Вальдмеер, NC-17, драма, Олаф после всех событий стал совсем бессилен в постели, но Вальдес найдет способ доставить удовольствие, кинк на сухой оргазм
★ 111. Паоло/Ричард первый раз в Лаик или, если Паоло выжил, где-нибудь ещё.
★ 159. Лабиринт, посмертное испытание: глюки с родными, любимыми, незаконченными делами, потаенными страхами и т.д.
Рейтинг, жанр, кинки, сквик - любые
. Персонаж - по выбору автора. Концепцию Лабиринта и посмертия можно трактовать и вертеть как угодно. Заказчик на строгом следовании канонической системе ни разу не настаивает - Карлос Алва
★ 21. Алвамарсель, херт/комфорт. После несчастного случая у Алвы оказываются повреждены кисти обеих рук. Ему приходится заново учиться держать оружие и писать, и справляется он с этим плохо.
★ 159. Лабиринт, посмертное испытание: глюки с родными, любимыми, незаконченными делами, потаенными страхами и т.д. Рейтинг, жанр, кинки, сквик - любые. Персонаж - по выбору автора. Концепцию Лабиринта и посмертия можно трактовать и вертеть как угодно. Заказчик на строгом следовании канонической системе ни разу не настаивает - Катари
★ 129. Кэцхен урурукают над тем, что Вальдес нашёл подходящего человека, любит его и любим им. Но на всякий случай проводят с Кальдмеером разъяснительную беседу: что будет, если тот их мальчика обидит
★ 59. АрлеттаЛионель, NC, инцест, порка. Из канона мы знаем, что одна из предыдущих графинь Савиньяк приказала выпороть самого Дидериха. С тех пор порка стала семейной традицией и прерогативой графинь. Лионель уже давно не ребёнок, но всё ещё даёт себя наказывать.
★ 139. Отец Герман (книгоканон) кто-то из унаров. Отец Герман в тайне любит наказывать унаров весьма нестандартным способом. Телопредало, развратный священник, юноша, который хочет ещё.
★ 37. Близнецы Савиньяки трахают Ричарда, Рока наблюдает (или нет). Можно дабкон, тело предало, немножко больноублюдочнсти. 
Жанр любой,  таймлайн любой, рейтинг от R и выше. Ричарду должно понравится.
★ 73. Вальдмеер, NC-17, драма, из Кальдмеера выбивают сведения в подвалах крепости, dark!Вальдес влюблен в его стойкость, но своеобразно, нон-кон
★ 30. Вальдес привозит Кальдмеера на Марикьяру и знакомит с родителями. Первоначальная острая реакция на то, что сын приволок в дом варитского гуся, и постепенное принятие. Можно юмор, ★ часть два
★ 8. Алвадик, таймлайн Раканы, Дик выходит на поединок с Алвой за Альдо, оба ранены, но в итоге живы. Фиксит бодяги с кровной клятвой.
★ 12. Вальдмеер, NC-17, драма, Олаф после всех событий стал совсем бессилен в постели, но Вальдес найдет способ доставить удовольствие, кинк на сухой оргазм
★ 17. Любой пейринг или джен, и любой временной промежуток, главное без смерти персонажей. АУ, в которой сломанный Абсолют не засчитал смерть Эгмонта и попытался выпилить Ричарда, как «неудачного» Повелителя Скал. Не удалось, но Ричард в результате остался искалечен - недостаточно сильно, чтобы это мешало ему жить, но достаточно, чтобы привлекать внимание и мешать (шрамы, хромота и т.д).
★ 54. "Вредные задачи" Остера в переложении на условия и персонажей из Талига. Персонажи любые, рейтинг любой, юмор.
★ 70. РоРо, пост-Ракана, лунатизм, возможно, сомнофилия. Робер не просто видит кошмарные сны о прошлом, он во сне ходит (и не только). Рокэ узнает об этом и пытается что-то сделать. Рейтинг на вкус исполнителя, стекло можно, но без совсем уж черного финала.
★ 17. Любой пейринг или джен, и любой временной промежуток, главное без смерти персонажей. АУ, в которой сломанный Абсолют не засчитал смерть Эгмонта и попытался выпилить Ричарда, как «неудачного» Повелителя Скал. Не удалось, но Ричард в результате остался искалечен - недостаточно сильно, чтобы это мешало ему жить, но достаточно, чтобы привлекать внимание и мешать (шрамы, хромота и т.д).
★ 110. Валентин - частый гость в имении Савиньяков. Сначала Арлетта думает, что все дело в младшем сыне. Но несколько двусмысленных ситуаций заставляют задуматься, так ли это. Шпионаж, дедукция, опрос свидетелей. С кем из сыновей (но обязательно сыновей) на самом деле роман - на усмотрение автора, ★часть два, ★ часть три,  ★ часть четыре, ★ часть пять, ★ часть шесть, бонусная полиамория
★ 64. Вальдмеер, NC-17, драма, fem!Кальдмеер канонично попадает в плен, и когда это обстоятельство обнаруживается, оно меняет все, даб-кон
★ 41. Приддоньяк, ПВП, афродизиак. Что бы скомпромитировать Валентина, ему подливают в напиток афродизиак. На людях Валя держится, но когда он остаётся один, ему становится совсем плохо. Арно предлогает помочь, уверяя, что в этом нет ничего особенного.
★ 83. Вальдмеер. У марикьяре жестокие обычаи, под райос убивают всех. Есть лишь одно исключение для законных супругов, к которым могут прилагаться их слуги и подчиненные. И это единственный способ для Вальдеса спасти Олафа Кальдмеера...
★ 122. Классический омегаверс с Диком-омегой, которого впервые накрыло течкой в особняке Алвы, а Алва — альфа, но внизапна! он ведёт себя порядочно: просвещает Дика про особенности анатомии и физиологии, утешает, успокаивает феромонами и мурлычет над ним.
И они так и не поебались.
★ 64. Вальдмеер, NC-17, драма, fem!Кальдмеер канонично попадает в плен, и когда это обстоятельство обнаруживается, оно меняет все, даб-кон, ★ часть два, ★ часть три, ★ new! часть четыре, ★ new! часть пять, ★ new! часть шесть
★ 32. Алва/Ричард, юст, Ричард впервые замечает и понимает интерес Алвы к себе
★ 155. Альдо и Робер успешно организовали оборону Агариса от морисков. Нападение жители и гости города отбили, мориски понесли большие потери. Альдо решил не пытаться сесть на трон в Талиге, а связать своё будущее с Агарисом.
★ 100. Вальдмеер. Вальдес соскучился по Кальдмееру и выпросил у ведьм возможность увидеть его на 10-20 минут. Он попадает в разгар жесткого допроса в Дриксен, но никто его не видит и не слышит, и он ничего не может сделать. Или может, на выбор автора.
★ new! 97. Приддоньяк. Арно, с отношением к сексу легким, как у Эмиля, соблазняет Валю, которого считает девственником (ошибается). Хочет унизить и обидеть, но любовь нечаянно нагрянет, хэ. Хотелось бы, чтобы  Арно не был солнышком.
★ new! 105. Что-нибудь по мотивам накура про спасателей. Модерн-АУ, приключения, мистика, джен, рейтинг любой.
★ new! 102. Айрис/Иоланта. Айрис выжила (одна из сестер) и полноправная хозяйка Надора, который отделился от Талига.
★ new! 63. Ричард Окделл с первого взгляда влюбляется в короля, и это взаимно. Фердинанд/Ричард против всего мира.
★ 156. Кальдмеер/Вальдес, Вальдес симпатизирует Кальдмееру, Кальдмеер  это понимает и, зная что у марикьяре связи между мужчинами не осуждаются, расчетливо растит симпатию в нечто большее и пользуется, не ради мелочей в быту, но ради чего-то большего: военная обстановка, устройство обороны Хексберг и т.д.(как управлять кэцхен)))))) Вальдес ему конечно напрямую тайны не рассказывает, но в их беседах много то, что в Дриксен не знали, не думали об этом с такой стороны и т.п. Альтернативная концовка: Кальдмеера на родине не казнят, в результате новой стычки уже Вальдес в плену у Кальдмеера, который спокойно отдает приказ о повешении, ★ new! часть два

исполнение вне феста:
★ 80. Катари видит, как Алва разговаривает с королём и понимает, что ревнует и завидует. Рейтинг любой, можно вообще джен. Катари хочет любви и внимания как равной, не чувствовать себя глупой девочкой, разменной монетой в интригах и сосудом для наследников короны, но все это позволено лишь мужчинам, и друг друга эти двое ценят больше, чем её.

★★★★★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ПЕРВОГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ВТОРОГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ ★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ТРЕТЬЕГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ ★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ЧЕТВЕРТОГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ ★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ПЯТОГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ ★

★ СПИСОК ЗАЯВОК ШЕСТОГО ТУРА C ССЫЛКАМИ НА ИСПОЛНЕНИЯ ★

▼Исполнение вне феста\исполнение заявок из предыдущих туров:⬍

★ 27. Алвадик, алатские поцелуи. В Варасте был момент, где Алва поит Дика из своего стакана, можно там, можно в другом месте. Можно, чтобы Алва пил из стакана Ричарда. Инициатор Алва, но Дик понял в чем суть. ХЭ
★ 28. Фердинанд, Алва, Ричард. По приказу короля Алва избавлялся от любовников королевы: Придда, Колиньяра, Феншо. Настало время Ричарда
★ 104. Килеан/Ричард, Алва/Ричард. Килеан берёт Дика в оруженосцы. Однажды Алва узнаёт, что Дик подвергается насилию у эра.
★269. Херт-комфорт с нонконом для Бермессера. Бе-Ме насиловали и пытали в плену, а потом закомфортьте на все деньги (но не теми, кем насиловали). Участники на усмотрение исполнителя, а ещё прописанность хёрта и комфорта хочу примерно поровну.
★ 228. Свальный грех (можно не всех сразу): Алваро/Арно-ст/Арлетта/Рокэ/Лионель. Больноублюдочные кинки, рептилоидная мораль, но всё по согласию, в идеале - по любви. Книжный (пре)канон, т.е. Эмиль есть, но не участвует. Без чистого алвали.
★ 1. Вальдмеер. Один из них попал в плен, и противники дарят его другому для сексуальных утех и извращений. Кто будет снизу, воспользуются ли пленником или откомфортят, на выбор автора. + 3. Гетеро изнасилование с любым/любыми из положительных персонажей канона. Без жести, ачетакова. В зависимости от статуса дамы потом или заплатить или кхм... позаботится, часть 2, часть 3, часть 4, продолжение, продолжение, продолжение, часть пять, частть шесть
+ вбоквел
★ 9. Валентин/Лионель. Нон-кон, щупальца, трахни-или-умри. Лионель принуждает Валентина к сексу - для магического ритуала или чего-то такого - Валентин в процессе проходит частичную трансформацию в спрута и уже он выебывает Савиньяка.
★ 42. Ли/Валентин. Ли берёт Валентина в оруженосцы. Асфиксия по обоюдному согласию. Рейтинг высокий
★ 79. Алвадик, первый раз, таймлайн Вараста. Алва отсасывает Дику после бегства в степь глухую.
★ 25. Первый секс Лионеля с кем угодно (предпочтительно Рокэ и/или Эмиль) после того как Ли оскопили. Обоснуй любой, но оскопление случилось уже во взрослом возрасте.
★ 154. Алва/Арно младший. В глазах Арно добрый дядюшка Росио превратился в объект вожделения, а поскольку со всеми вопросами и проблемами Арно привык обращаться к Алве (вдруг братья заругают), он по привычке идет к Рокэ. Возможен рейтинг, возможен отказ со стороны Рокэ.
★ 30. Леонард омега. Леопольд пытается воспользоваться этим для для карьеры сына и личных целей, подсовывая его нужным людям во время течки. Можно еще и Леонарда упорного грустного натурала при этом.
★ 220. Кальдмеер - Повелитель Волн. В иерархии астэр Повелители важнее вассалов. Кэцхен переходят на сторону Олафа, дриксенцы побеждают, флот Альмейды относит штормом. Раненый Вальдес в плену у Олафа. Кэцхен вьются вокруг Кальдмеера, он не понимает, что происходит.
★ 63. Алва/Дик/Катари. Альдо вынуждает Катарину выйти замуж за Ричарда. После смерти Альдо она пытается добиться ареста/казни Дика, но новоиспечённый регент Алва отправляет обоих в бессрочную ссылку в Надор. Катарина узнаёт, что в прошлом между мужем и регентом были нереализованные взаимные чувства, и решает использовать их, чтобы вернуться в столицу ко двору.  Предпочтительно в финале что-то вроде ХЭ со шведской семьей. Без хейта Катарины, часть два, часть три, часть четыре, часть пять
★ 3. Рокэ/Ричард/Катарина. Ричард приходит в себя в королевской спальне и понимает, что он связан и находится в полной власти Первого Маршала и Ее Величества. Хитрая парочка решает измучить юношу целиком и полностью. Шлепки (можно рукой, можно стеком), укусы, засосы после поцелуев, дразнящие касания перышком... В качестве кульминации взятие юнца без какого-либо сопротивления.
★ 52. Алвадик. Рокэ по какой-то причине обездвижен, но не лишён чувствительности. Но вместо того, чтобы убивать/мучить, как он мог бы предположить, Дик начинает его ласкать. Без нон-кона, желательно ХЭ

ДЕАНОНЫ

★ СПИСОК ССЫЛОК НА ИСПОЛНЕНИЯ ПЕРВОГО ТУРА НА АО3 И ФИКБУКЕ ★

★ СПИСОК ССЫЛОК НА ИСПОЛНЕНИЯ ВТОРОГО ТУРА НА АО3 И ФИКБУКЕ ★

★ СПИСОК ССЫЛОК НА ИСПОЛНЕНИЯ ТРЕТЬЕГО ТУРА НА АО3 И ФИКБУКЕ ★

★ СПИСОК ССЫЛОК НА ИСПОЛНЕНИЯ ЧЕТВЕРТОГО ТУРА НА АО3 И ФИКБУКЕ ★

ЛС для орг.вопросов\дополнений\прочего:

▼Скрытый текст⬍

УкаЧакаУкаУка

Перерыв после тура кроссоверов?

1. не делаем(голосов 16 [32.65%])

   32.65%

2. делаем до конца выкладок ЗФБ (5 марта)(голосов 33 [67.35%])

   67.35%

Всего голосов: 49

Гости не могут голосовать

Отредактировано (2023-12-04 16:12:49)

Анон

Re: ОЭ-фест

Альдо/Мэллит. Рейтинг, стекло, осознание Мэллит, что для Альдо она никто.

Анон

Re: ОЭ-фест

Валедик, можно без пейринга. АУ, детектив, современность, оба работают в полиции, акцент на разности характеров, экспрессивный Дик и сдержанный Валя. Желательно юмора.

Анон

Re: ОЭ-фест

Дик/любая из внучек Манрика
Без больших драм, ангста, юмора. Хотелось бы увидеть зарождение и развитие отношений глазами любого из героев пейринга.

Анон

Re: ОЭ-фест

Свальный грех на флоте. Гэнгбэнг с любыми подходящими персонажами ВМФ, высокий рейтинг, обоснуй на волю автора.

Анон

Re: ОЭ-фест

Алва+Кальдмеер. Взаимный давний юст.

Отредактировано (2022-12-16 20:32:00)

Анон

Re: ОЭ-фест

Рамон Альмейда/Альдо Ракан. Альмейда случайно спасает Альдо во время кораблекрушения (зачем Альдо понесло путешествовать морем - на усмотрение автора) и впечатляется "светлыми косами". Морские приключения обоих, рейтинг тоже по желанию автора.

Анон

Re: ОЭ-фест

Задорный тройничок Матильда/Мэллит/Селина. Рейтинг повыше.

Анон

Re: ОЭ-фест

А можно Ричард/Меллит? Они же оба потомки Лита, хотя Меллит - очень опосредованно связана с Ушедшим Богом. обоснуй, развитие отношений - по желанию исполнителя. Можно хоть пвп, хоть ER, главное чтобы был сделан акцент на мистической составляющей их связи. Травматичный опыт Меллит с Альдо и ЦХЛ исключаются!

Анон

Re: ОЭ-фест

Дик/Ринальди. Дик как-то выясняет истинное положение дел с Эридани (вещий сон, таймтревел, тайные дневники Беатрисы или Эридани) и проникается Ринальди как Альдо — настоящий Ракан высшей пробы, да ещё блондин.
Если с таймтревелом, то Рино тоже впечатляется упрямым и преданным неучтённым ПС, если без таймтревела, то он просто симпатизирует Дику как взрослый и поживший Страж.
Но желательно допинать его до восстановления памяти.

Анон

Re: ОЭ-фест

Алва в полном наряде японских гейш-ойран, с огромным бантом на пузе, сотней шпилек и сандалиями с оттакенной танкеткой. Кинк на то, как его раздевает клиент или наоборот, одевает прислуга.
Не модерн, не костюмированная мистификация. Алва в борделе с детства.

Анон

Re: ОЭ-фест

Посвящение в Торке. Эмиль и Лионель. Посвящать решили по очереди, но Ли так понравилось, а Эмиль не хотел, что на второе посвящение они поменялись, Ли пошел по второму кругу, а Эмиль "отсиделся"в борделе. Можно юмор.

Анон

Re: ОЭ-фест

Хочу Дика, сбежавшего в Гайифу и заведшего там хороших друзей и покровителей, которые помимо физической поддержки помогли ему избавиться от гомофобии и признать себя, если он гей или би и работать с эмоциями. Без коварных соблазнений и развращений, просто откровенные разговоры умных и здоровых психикой людей.
И после мысленной работы над собой Дика можно подключать к гайифским оргиям по дружбе.
Бонусом Дик одет по тамошней моде: сине-зелёно-голубая гамма под павлина, шелка, летящие рукава с прорезями и шикарные береты.

Анон

Re: ОЭ-фест

★ ПРИЕМ ЗАЯВОК ЗАКРЫТ ★

▼СПИСОК ЗАЯВОК ТРЕТЬЕГО ТУРА⬍

1. Рокэ/Эгмонт/Мирабелла, рейтинг повыше, нежный первый раз втроём. Сначала Мира хочет только смотреть, но распаляется в процессе. Без ревности, издевок и жестокости. Хотелось бы по накуру про Мирабеллу-дочь оружейника.

Эгмонт/Рокэ Алва/Мирабелла. Не драма, не юмор, не пвп. Хочется увидеть нормальные семейные отношения этих троих непохожих друг на друга людей. И чтоб Мирабелла не была такой истеричкой как в каноне, а умной, деятельной женщиной, которой втайне восхищается Алва. (Ренквахи, естественно, не будет, в Талиге мир)   
                                                                                           
2. Альмейда/Кальдмеер. Альмейда спасает Олафа из плена и комфортит. Хотелось бы подробного описания именно спасения.   
                                                                                       
3. Лионель/Фрида. Лионель бросает Мэллит по любой причине (лучше бы она ему просто надоела) и женится на Фриде.   
                                                                                       
4. Торка.
- Лионель проходит посвящение и понимает, что неправильно обращался с девственницами
- Ульрих-Бертольд посвящает Эгмонта
- Лионель пытается перехватить контроль при посвящении, его шлепают
- Ласточка пытается понять, кто ее брал последним
- Алваро узнает, что сын таки прошел посвящение, рвет, мечет и хочет мстить
                                                                                       
5. Берто/Альмейда/Дик, рейтинг на усмотрение автора, сайз кинк. БертоДик из второго тура в четыре руки комфортит Альмейду, узнавшего что Алва в Багерлее.   
                                                                                       
6. Фридрих/Лионель. Что-то в духе «Я тебя не отпускал», Фридрих безумно влюблен в Ли, мучается, жутко бесится и ревнует к Алве. Постоянно представляет как Алва и Ли трахаются и неистово под это дрочит. Пытается организовать похищение Ли и убийство Алвы. Получит он Ли или нет – на волю автора.
                                                                                           
7. Сватовство Тэргеллаха к Айрис, рейтинг не важен, по накуру про Мирабеллу-дочь оружейника, где дети собирать пистолеты научились раньше чем ходить и говорить. Мирабелла хочет оружейные секреты морисков, Шауллах - секреты Мирабеллы и её отца, оба не против совместного бизнеса, этакий цеховой сговор чтоб подвинуть дриксен, а Тэргеллах и Айрис хотят чтоб от них отстали и в море (можно вырулить в накур про Айрис-Пиратку).   
                                                                                       
8. Магически обусловленная смена пола и вынужденный брак, рейтинг любой   
                                                                                       
9. Давенпорт/Савиньяк старший. Лионель снизу, постепенно привязывается к Чарли. Чарли пытается как-то Лионеля контролировать. Рейтинг повыше.   
                                                                                       
10. Карл Борн/Арно Савиньяк старший. рейтинг на усмотрение автора. Давние устоявшиеся отношения и не вовремя вошедшая Габриэлла. Можно канонный финал, но особая благодарность если автор вырулит в ХЭ.   
                                                                                       
11. альфа!Руперт/омега!Рокэ. классический омегаверс со всеми штампами жанра, даб-кон. Руппи тащится от запаха Алвы и их внешнего сходства, проявляет настойчивость и получает отказы, пока у Алвы не начинается течка       
                                                                                   
12. Джастин/Ричард. Джастин жив, и они с Рокэ и правда просто друзья. Джастин приезжает на побывку в столицу, останавливается у Рокэ, чтобы поменьше пересекаться с отцом, и знакомится с новым оруженосцем Первого маршала, который поначалу почему-то смотрит на него волком, но постепенно начинает оттаивать.   

Ричард/Джастин. Джастин жив, обитает в Олларии, под другим именем, внешностью, без всяких титулов живёт обычную жизнь и его всё устраивает. (Алва скорее всего в курсе и помогает, но отношений у них нет). Дик случайно встречает Джастина, они становятся друзьями (как минимум, можно и рейтинг), Джастин помогает Дику разбираться в происходящем. Бонус за Алву, который узнаёт об этих встречах                                                                                           

13. Жермон/Ойген/Ирэна, доместик блисс и комфортный равносторонний треугольник                                                                                           

14. Хайнрих\Лионель. Сколько можжевеловой не выпьешь, все равно под Хайнрихом тяжеловато и задница болит на утро. Хайнрих хочет Ли, без близости переговоры не получатся, Лионель вначале заставляет себя с трудом, но потом получает удовольствие.                                                                                           

15. Ульрих-Бертольд Катершванц/Арно Савиньяк младший, можно + Норберт/Иоганн Катершванцы, рейтинг повыше, стёб. Арно гостит в Катерхаус, а "феликий фоитель" учит молодежь красиво отдыхать.                                                                                           

16. РоРо, комфорт-секс. Робер тяжело переживает гибель Марианны и больше ни в чем не видит смысла. Рокэ решает наполнить его жизнь смыслом, то есть собой.                                                                                           

17. Кальдмеер/Альмейда. ER. Что-нибудь мирное, милое, уютное. Тихий вечер у камина или ленивое зимнее утро. Любой таймлайн и любая AU, главное, чтобы без сильного оос.
                                                                                           
18. Рокэ/Эгмонт, Мирабелла. Можно тройничком, можно Миру просто понимающей женой, где Миру тоже любят, но скорее как сестру. Счастливая бытовуха, на сколько это возможно, "дядюшка Росио!", мелкие Ричард и Айрис, ВСЕ ХОРОШО. Желательно в формате "кусочка жизни" и с планом постороннего, в идеале Ричарда, который смотрит на всех трёх своих родителей.   
                                                                                       
19. Рамиро младший/Ричард Горик, хотя бы зарисовку.

Рамиро Алва младший/Ричард Горик, стеклище, высокий рейтинг.   
   
20. Ричард Окделл/Леонард Манрик, рейтинг повыше, хёрт/комфорт. Люра не убил Манрика, а отмордовал, можно с нонконом, и после смерти Люра Лео вместе с резервной армией достался Окделлу.

21. Вальдес/Рокэ, ER. Алва тоскует по морю и при любой возможности инкогнито посещает Хексберг, чтобы погулять по портовым улочкам, подышать морским воздухом, окунуться в шумную жизнь моряков и встретиться с любовником. Рейтинг любой, можно пост-канон

22. Ойген/Ирэна, гетный мейлдом, здоровый БДСМ-этикет, без особенной жести (можно в рамках закрытых полиаморных отношений с Жермоном)

23. Эридани/Ринальди
Эридани люто юстится по брату (а Ринальди это Ринальди, он брата любит, но именно как брата)
Соблазн что-то сделать с Ринальди пока он в заключении. Будет ли это в итоге только в мыслях или на деле, кто знает.."

24. Алва берет в оруженосцы Валентина. Джен или слэш по выбору автора.

25. Арно ст/Алваро. Маленькие близнецы и Росио тайком подглядывают за отцами, надеясь узнать интересные новости взрослых, и обнаруживают, что те любовники. Состав подглядывающих можно варьировать. Юмор и высокий рейтинг, но если автор увидит драму, заказчик будет только рад)

26. Жан-Поль Салиг(бывший Раймон Салиган)/Робер Эпине, рейтинг не важен. Рассветный таймлайн, ночь перед вылазкой в столицу,
сидят вдвоём с винишком в Лаик и вспоминают Марианну, грустят, скорбят и утешаются друг об друга. Отдельное спасибо за скачущего по ним кота и валяющиеся вокруг раканские реликвии.

27. Арно/Ричард или Берто/Ричард, роман в письмах. Ричард после выпуска из Лаик не забыл о том, что друзьям все-таки стоило бы писать, и постепенно дружеская переписка становится все откровеннее. Опционально - следует личная встреча в Торке/Хексберг.

28. Ульрих-Бертольд Катершванц/Эгмонт Окделл + другие торкские офицеры. Рейтинг повыше, но без жести. По недавнему накуру "нежный гэнгбенг - обряд посвящения в Торке", только в роли посвящаемого Эгмонт, которого никак не могут улюбить всей толпой и зовут непарного Катершванца.

29. Кальдмеер/Алва, соулмейт-АУ. Алва посещает Хексберг с намерением решить дальнейшую судьбу Кальдмеера, и Вальдес вынужден уступить своему соберано. Кальдмеер предпочитает казнь службе Талигу. Выведенный из себя его упрямством, Алва почти соглашается на это, но замечает у Олафа метку, идентичную его собственной. ХЭ на усмотрение автора.

30. Дьегаррон/Эмиль, Вараста, больная голова, неожиданно балагур и весельчак Эмиль оказывается очень внимательным и сострадательным товарищем, рейтинг любой (желательно повыше)

31. Принцесса Георгия / Рудольф Ноймаринен. История знакомства влюблённой в Мориса Эпине принцессы с будующим мужем, ухаживания и сватовство, рейтинг на усмотрение автора"

32. Кальдмеер/юный Рокэ, низкий рейтинг. Рокэ подросткового или юношеского возраста (не обязательно приписывать сюда Каммористу в целом) на море в ходе какой-то поездки-побега от обязанностей оказывается пойман флотом дриксов. Ему ничего не угрожает, домой его вернут и даже не ограничивают свободу, но ситуация его бесит, поэтому он сам бесит всех окружающих и ведёт себя как изысканное хамло. Олаф ещё не адмирал, но уже имеет звания и опыт, и морально устойчив к капризным требующим внимания богатым мальчикам, потомки что видел их толпами. Попытка провокации от Рокэ, Олаф не покупается, находят общие интересы, нормально общаются, взаимная симпатия. Остальные плюются, что один бесноватый нашёл другого странного. Можно включить, что Рокэ пытается соблазнять, но Олаф не хочет ничего такого, потому что они находятся в очень неравном положении, и социально, и как пленный/хозяин корабля.

33. Август Альт-Вельдер/Валентин Придд или Август Альт-Вельдер/Джастин Придд. Август боготворит жену и именно поэтому никогда не попробует с ней некоторые практики. Женщине такое просто не предлагают! То ли дело мужчине, офицеру, похожему на нее как две капли воды...
Любой рейтинг, жанр и таймлайн.

34. Фридрих/Кальдмеер. Принц крепко запал на безродного адмирала. Сперва охренение от собственных желаний (как так-то, от ведь простолюдин?!), потом попытки соблазнить и реакция Олафа на них.

35. посвящение в Торке на выбор из двух вариантов или совместить. как автору Леворукий на душу положит:
Эмиля, всей толпой, Рокэ участвует, за всех прочих именных персонажей, которые могут на том посвящении оказаться отдельное спасибо.
Лионеля. В этом случае участвуют и Рокэ и Эмиль, но без романсового алвали, близнецов можно не трахать, но чтобы взаимодействовали
сохранять ли идею с повязками из исполнения на заявку 58 прошлого тура - в случае с Ли - воля автора, в случае с Эмилем - не надо, пусть смотрит.
Вишеной на торте будет, если Ли осознает в процессе, что был не слишком хорош, а то и слишком не хорош, когда снимал бусики с оленя в Сэ

36. Дьегаррон/Рокэ, односторонние чувства, "он мой соберано и мой долг, как вассала — умереть за своего господина", юст, рейтинг любой, ХЭ на усмотрение автора

37. Милое и трогательное взаимодействие Алвы с маленьким Карлом, которому "дядя Росио" разрешает сидеть у себя на коленях во время Советов, учит ездить на пони и помогает ловить жуков Бонусом реакция двора на эту дружбу.

38. Спокон веков господствует обычай, что победителю принадлежит добыча...
Франциск Оллар/Женевьев Окделл/Гвидо Ларак. Рейтинг R. Можно с капелькой мистики."

39. Арсен Эпине / Леона Салина
Что было бы, если бы этот брак состоялся, рейтинг на усмотрение автора"

40. Леонард/Селина
Селина согласилась выйти замуж за Леонарда, подготовка к свадьбе или их дальнейшая совместная жизнь. Если будет упомянуты/показаны отношение и беспокойство из-за этого у их родни - отдельный плюс"

41. Алваро, Арно-ст., Арлетта.
Арлетта верна Арно, но слегка флиртует с Алваро. Тот подыгрывает, тоже понимая, что ничего не будет, это просто спектакль. Арно не злится на них двоих, когда они так развлекаются (не прилюдно, без скандальных сплетен), но может шутливо упрекать Арлетту, что она его позабыла. Можно Арно/Арлетта с рейтингом в итоге. Без реальной измены и без конфликтов между мужиками."                                                                                           

42. Тайная сексуальная жизнь Штанцлера. У СБЧ на самом деле завидное либидо и богатая фантазия. Как, с кем, и как он это скрывает - на откуп автору. Гет, слэш, разумные тентакли - что угодно. Только, пожалуйста, не фемдом.                                                                                           

43. Жермон Ариго / Ирэна Ариго (Придд) / Робер Эпине
Жермон привозит в Альт-Ведер своего кузена, с которым успел подружиться. Старые и новые чувства переплетаются, образуя интересный союз. R и выше.
                                                                                       
44. Мирабелла/Ричард. Герцогу непристало отправляться в столицу девственником, доверять какой-то безродной девке или даме лёгкого поведения такое не пристало, Мирабелла задумала решить эту проблему сама. Ричарду в процессе очень психологически плохо, в том числе и от того, что его молодое тело физиологически реагирует против его воли, Мирабеллу в процессе глючит и она на месте Ричарда представляет Эгмонта   
                                                                                       
45. Алва/Франческа. Много стекла, пост-канон, фокал Франчески. Лионель погиб, Эмиль женится на Фриде, родившей от него сына. Алва спасает репутацию Франчески. Франческа продолжает любить Эмиля и не может его простить. Она также видит, что ее муж недавно пережил утрату, и предполагает, что с Лионелем их связывала не только дружба. Вынужденный брак двух сильно поломанных людей, которые постепенно приходят ко взаимопониманию и теплым отношениям.   
                                                                                       
46. Альмейда/Рокэ, пвп, жаркий секс в каюте Каммористы.   
                                                                                       
47. Ричард Горик/Рамиро Алва. Лавхейт на грани одержимости, с уклоном в ненависть. Не флафф, открытый конец.   
                                                                                       
48. Валентин слегка влюблён в Жермона, но рассудил с безупречной логикой, что признаться будет неуместно, поэтому душно заботится о нём, ещё страшнее, чем Ойген. Нервно ходящий по стенке Жермон, расстроенный Валя, чьи старания не ценят. Явный юмор и флафф.                                                                                           

49. Карлос/Рокэ
Хоть братья не так часто видятся, но скучают друг по другу, и ждут каждой новой встречи, и когда Рокэ от марикьярской или багряноземельской родни возвращается, или когда сам Карлос к ним ездит. Детская привязанность с годами перерастает во что-то более неправильное

Карлос/Рокэ, Карлосу поручили присматривать за привезенным из БЗ младшим братом. Карлос берет его с собой в Торку. Нежное и умиленное отношение к плохо понимающей талиг Ласточке, для которой в чужой стране все в новинку. Карлос дает брату несколько уроков, которые тот запоминает на всю жизнь. Рейтинг можно высокий, можно детский.                                                                                   

50. Эмиль/Рокэ/Ли. Пока Рокэ гостил в Сэ, он очень сблизился с Эмилем. Их отношения глазами Лионеля, который страшно ревнует брата и с трудом преодолевает свою неприязнь к Росио. Пусть застанет их за поцелуями или чем-то менее невинным. ХЭ, рейтинг на усмотрение автора.   
                                                                                       
51. Ротгер Вальдес//принцесса Гудрун. Постканон, уползание, как вариант модерн-ау. Не юмор, но и без особой жесткости. Желательно бездумное ПВП, чтобы всем было хорошо.       
                                                                                   
52. Руперт/Герард. Герард очень похож на свою сестру, а Руперт отчаялся. Стекло, рейтинг по вкусу   
                                                                                       
53. Ирэна Придд / Габриэлла Придд. Сёстры были очень привязаны к друг другу, но теперь им предстоит выйти замуж. Последняя ночь вместе. R и выше.                                                                                       

54. Вальдес/Лионель. Вальдес долго затирает Лионеля по углам, получая удовольствие от процесса, Лионель вяло отбрыкивается, и изображает томную жертву грязных домогательств, а потом вдруг озвучивает, что закончил с бумагами, абсолютно свободен, и так раскладывает Вальдеса, что тот теряет дар речи. Кто сверху, неважно, главное, ощущение изумления, что ситуация резко повернулась.                                                                                           

55. Герард Кальперадо/Люсьен Сэц-Алан, рейтинг повыше случайно застают своих монсеньоров и утешаются друг в друге.                                                                                           

56. Алва/Арно-мл. Алва приезжает в Сэ, и Арно просит научить его танцевать и фехтовать по-кэналлийски. Со стороны Арно легкая влюбленность и восхищение                                                                                           

57. Рокэ Алва/Мирабелла Окделл. Эгмонт перед дуэлью на линии просит Рокэ Алву лично позаботиться о его вдове и детях. Как вариант даже жениться на Мирабелле (или Алва сам это решает). В любом случае Эгмонт пишет письмо жене об этом, только это письмо должно непременно попасть в руки Мирабелле. Относительный хэппи-энд.
                                                                                       
58. Анна-Рената/Ричард. Неожиданно милая история любви, прогулки по парку, два юных создания которые особо не втыкают, что делать. Офигивание двора, Эстебан, который мечится между "вызвать гаденыша!" и "сестре он нравится, она не простит", старшие Колиньяры, которые думают как эти отношения разыграть получше в свою пользу, Мирабелла, которая вроде и кривит нос, но в ней оказывается больше матери, желающей счастья сыну, чем гордости, Катарина ломающая веера и Алва с Фердинандом жрут попкорн наблюдая за милующейся парочкой, как за котиками.                                                                                           
59. Эмиль/Ричард, Вараста, секс без проникновения, комфорт для Дика
в идеале Эмиль технично уводит Дика из-под носа у Феншло, который тоже имеет определенные виды на Ричарда и неспешно исподволь соблазняет
Рейтинг высокий
если фокал Дика, то плюсом будет, если он в процессе еще и будет сравнивать этот опыт с тем, что было с Марианной
если фокал Эмиля, то его бесценное мнение о Рокэ, который делает вид что ни черта не видит, об Оскаре, вообще о ситуации в целом, вперемешку с дрочем на реакции Ричарда, который внезапно чувствительный и его ведет от одного только тактильного контакта
можно добавить элементы дабкона в виде алкоголя для разогрева
обоим все понравилось, оба хотят повторить, без драмы
сомнения Дикона на тему грех или не грех, возможно даже разговор на эту тему"                                                                                           

60. Злобная банда Савиньяков. Рокэ - незаконный сын Алваро, поэтому воспитывается у Савиньяков, Арлетте приходит в голову мысль продвинуть младшего Алву, который обожает ее мужа и ее сыновей, на трон Кэналлоа, а потенциал вообще огромный. Арлетта уговаривает мужа убить Карлоса, и Алваро официально назначает Рокэ наследником. Жестко, чтобы виднелся пейринг Арно ст./Рокэ.                                                                                           

61. Муцио/Луиджи. До женитьбы Муцио на Франческе они были друзьями с привилегиями, побольше каноничной магнолии Луиджи и подавляемой гомосексуальности и всяческой внутренней гомофобии                                                                                           

62. Марсель Валме / Иорам Ариго. Лаикская дружба. И не только дружба. R и выше"                                                                                           

63. Рокэ/Рокэ, селфцест, один из них в теле другого персонажа (но не Эгмонта), не нарушающего редкопейринговость. Рокэ знает, как соблазнить себя лучше всех, выдержит ли это знание проверку делом?                                                                                           

64. Кальдмеер/Бермессер. В битве при Хексберге Кальмдееру удается увести свой флот, но сам он все же получает реем и из-за этого слепнет, а "Ноордкроне" канонно гибнет. По возвращении в Метхенберг Вернер назначен временным командующими, пока Кальдмеер выздоравливает. Вернер и рад бы от него избавится, но приказ кесаря однозначен - если умрет Олаф Кальмеер, умрет и Вернер фок Бермессер. Поэтому Вернер забирает Олафа в свой дом. Вынужденное общение из-за дел флота, переходящие в уже вполне добровольное, постепенное узнавание друг друга, возникновение симпатии, а потом и чего-то больше. Вернется ли к Олафу зрение - на усмотрение автора.                                                                                           

65. Арлетта/Ангелика. Глубокий преканон, когда обе были фрейлинами Алисы, осторожная смесь неодобрения и интереса                                                                                           

66. Ринальди/Оставленная. Произошедшее в Лабиринте между Ринальди и Оставленной, которое Ринальди почти не помнит"                                                                                           

67. Рокэ/Эстебан. Что-то типа старых Квиров, где Рокэ (Брайан) такой весь крутой, можно в модерн АУ, а Эстебан (Джастин) всеми правдами и неправдами старается пролезть к нему в кровать, фирму, а если это канонный сеттинг, то в оруженосцы или в порученцы.                                                                                           

68. Рихард/Удо. В изгнании братская дружба перерастает во что-то большее. Можно добавить к ним Темплтона                                                                                           

69. Дьегаррон & Ричард. Некогда Дьегаррон был хорошим приятелем Эгмонта (его однокорытником, а после сослуживцем). Несмотря на Ренкваху, выбирает Ричарда на ДСФ. Пов любой, развитие отношений исключительно дженовое, использование образа "родительской фигуры                                                                                       

70. Алва/Ги Ариго. Ги помешан на Алве, а тот ему где-то в коридорах дворца снисходительно дрочит или дает себя полапать.                                                                                           

71. Георгия Оллар / Арлетта Савиньяк (Рафиано)
Фрейлены королевы Алисы были очень близки, не смотря на то, что часто не могли поделить ухажеров. Зато вполне могли поделить постель. Хотелось бы рейтинг повыше, но на усмотрение автра."                                                                                           

72. фок Варзов|Рокэ, хёрт/комфорт, джен. маркиз Алвасете в Торке получает серьезный перелом и едва живой доползает до маршальской ставки. Варзов выхаживает мальчика лично и мысленно готовит письмо Алваро о том, что не уберег его младшего сына. бонусом воспоминания о гибели Карлоса.                                                                                           

73. Дженифер Росклей/мальчики, которые ей достались или не достались! Любой рейтинг и жанр, приветствую юмор, только не чморите Дженни слишком сильно. Все мы немного Дженни)                                                                                           

74. Карлос/Ноймаринен. Юст. Юный, сурово воспитанный мальчик дико крашится в командующего, который тепло к нему отнёсся; не умеет словами через рот, но носится с мыслью героически каквкнижке спасти ему жизнь. Стекло или фиксит на выбор автора.                                                                                           

75. Альдо/Валентин. Таймлайн Раканы. Валентин считает, что став любовником, сможет подобраться к Альдо поближе, поэтому сперва подсовывает тому лжеисточники о фаворитах Раканов, а потом ненавязчиво предлагает себя в кандидаты. Раскладку желательно сохранить, можно привкус дабкона                                                                                           

76. Рокэ Алва/Эмильена Лансар. рейтинг, дабкон, Эмильена выкупает жизнь мужа сексом с Алвой. Алва искренне надеется, что после секса его попустит, но отвращение к насилию сильнее жажды мести. финал на откуп автору.                                                                                           

77. Альмейда/Филипп Аларкон, "вы капитан моего флагмана", "ни один марикьяре не пройдет мимо светлых кос", высокий рейтинг                                                                                           

78. Ливенпорт. Ли не нравится целоваться с Чарли, пока тот в усах - во-первых колючее, во-вторых повод для сплетен. Ли сам берется за бритвенный прибор, Чарльз протестует. Рейтинг на усмотрение автора
                                                                                       
79. Эгмонт/Рокэ. После посвящения Рокэ выясняет, что Эгмонт, тот который запомнился скорее всего и начинает его преследовать, по всем правилам охоты. Эгмонт, который находится в полном отрицании причин и придумывает все новые и новые оправдания почему юный Алва за ним ходит хвостиком. Можно взгляд со стороны, например от Фок Варзова   
а                                                                                       
80. Валедик. Альдо правит и решает устроить маскарад с кроссдрессингом. Юст, зажимания за занавеской. Рейтинг любой, но желательно повыше                                                                                           
81. Баата / Этери. Брата и сестру связывает больше, чем просто симпатия. Теперь, когда Этери замужем, они могут не заботиться о том, что их свзяь может иметь последствия. R и выше.
                                                                                       
82. Арлетта/Ли + Арлетта/Эмиль
после смерти отца Лионель заменяем его матери, это постоянная многолетняя связь.
дальше на выбора автора два поворота сюжета
первый: однажду Арлетта, находясь в растроенных перепутала близнецов, Эмиль так охуел, что не отбился от матери. В процессе Арлетта называет сына Арно. Но когда все заканчивается, она обращается к нему как к Лионелю, совершенно спокойно и так, что понятно - это не случайность, это дится долго. Если еще и Ли узнает об этом инциденте, будет вообще шикарно.

второй: Ли погибает, и Арлетта приходит к Эмилю, называет его именем брата, она практически сходит с ума, и Эмиль ей не отказывает. Да, в процессе опять всплывает, что эти отношения длились долго

рейтинг R и выше, драма, больноублюдочность, можно ангст, страдают все, но продолжают изображать счастливое благополучное семейство.
                                                                                       
83. ОМП/Жакна. Неискушенный прекрасный бакранский юноша и ядовитая Старая Придда. Можно заменить ОМП на каноничного персонажа.                                                                                           
                                                                                       
84. "Руперт фок Фельсенбург / принц Фридрих
Руперт тайно влюблён в ""блистательного"" принца, а тот отвечает наследнику Фельсенбургов взаимностью. Что-нибудь порнушное, задорное."                                                                                           

85. "Руперт фок Фельсенбург / принцесса Гудрун
АУ, в которой нет зелени. Кесарь умирает, и после короткого конфликта трон занимает Руперт. Чтобы укрепить своё положение он женится на принцессе Гудрун. Рейтинг на усмотрение автора."                                                                                           

86. Что нибудь порнографичное, желательно со свальным грехом на Северном флоте. Альмейда, Вальдес, Салина и прочие на усмотрение автора

Свальный грех на флоте. Гэнгбэнг с любыми подходящими персонажами ВМФ, высокий рейтинг, обоснуй на волю автора.                                                                                               

87. Паоло/Ричард. Паоло жив.
ER, оба уже взрослые. Как менялись события канона, рейтинг на усмотрение автора
                                                                                           
88. Ротгер Вальдес/Рокэ Алва, невзаимность со стороны Алвы. Кэцхен принимает обличье Рокэ, узнает он об этом или нет - на усмотрение автора. Рейтинг желательно повыше.
                                                                                           
89. Ойген Райнтштанер / Иорам Ариго
Бергер Ойген Райнштайнер дал присягу Талигу. Он счастлив служить, и он восхищается военными талантами герцога Алва, но есть одно но. Это ""но"" - Иорам Ариго, брат кородевы, убитый кенналийским герцогом. Единственный человек, которого Ойген любил. R и выше, не юмор, хочется пожевать стекла."                                                                                           
                                                                                       
90. Карло Капрас / Агас
Новый офицер напомниает маршалу о гвардейской молодости, о первой любви, и о том, что связь с Гирени - не то, что ему нужно. Рейтинг на усмотрение автора.
                                                                                       
91. Фердинанд/Катарина.
Фердинанд любит смотреть, как его супруга развлекается с: Алвой (в данном случае по прямому и недвусмысленному приказу короля, так что это как минимум дабкон), с Оскаром, с Джастином, с Эстебаном, с Лионелем, с Валентином, с Ричардом. Часть мужчин точно знают, что это представление для Его Величества (ну положим, Алва, Ли, Валентин) часть - нет. Секс без вагинальной пенетрации - ничего что могло бы привести к зачатию.
Бонусом: а потом Катари страстно и вдохновенно трахает кого-нибудь из своих фрейлин, искусная и нежная, страстная любовница"                                                                                           

92. Арно/Ричард. После смерти Альдо Дика отправляют на север, где Арно - единственный, кто искренне защищает Дика, пытается по мере сил разобраться в ситуации и помочь с этим Дику. Рейтинг любой. ХЭ                                                                                           

93. Карлос/Ричард
Карлос выживает вместо Рокэ.
Интересно почитать, как он мог бы решить вопрос с восстанием и Окделлами.
Рейтинг, жанр, направление полностью отдаю на фантазию автора"                                                                                           

94. Валедик. Вальтер Придд ещё до смерти Эгмонта регулярно навещает Надор вместе с Валентином. Дик с Валентином хорошо знают друг друга с детства и дружат. Уже после смерти Эгмонта часто переписываются. Можно первый раз до Лаик, можно в загоне или просто события после с учётом их дружбы/отношений. Хоть джен, хоть нца, канон любой                                                                                           

96. Роро. Робер/найери в виде очень развратного, соблазнительного Алвы, который хочет все позы камасутры. ПВП без необходимости объяснений, кто и зачем к кому влез в окно, но желательно в репликах сохранить вхарактерность.                                                                                           

97. Мэллит / Чарльз Давенпорт
АУ, Мэллит сразу принимает ухаживания Чарльза, становится его женой, уезжает жить в его земли. Они счастливо женаты уже двадцать лет, когда Мэллит начинает видеть кошмары, в которых она видиит свою жизнь из ""канона"", она размышляет о том, смогла бы или нет убить человека в этой реальности, и принесла бы ей радость жизнь без Чарльза."                                                                                           

98. Эгмонт/Рокэ. В Торке у них были довольно бурные отношения, однако после Эгмонту хорошенько промыли мозги и переориентировали на любовь к великой Талигойе. Рокэ был зол, но забыть и перестать любить окончательно так и не смог. Дуэль была. И вот Рокэ берёт Ричарда оруженосцем, и Ричард невыносимо напоминает отца: внешностью, мимикой, упёртостью. И, в отличие от спекулирующей на этом Катари, Рокэ действительно больно на это смотреть и кроет флешбеками. Акцент на эти флешбеки, рейтинг повыше.                                                                                           

99. Ливенпорт. День сурка. Ли умирает на глазах у Чарльз разными способами. Попытки спасти и/или вырваться из замкнутого круга. ХЭ                                                                                           

100. Ливенпорт. Игры с воском/со льдом/с холодным оружием. Рейтинг высокий                                                                                           

101. Лионель Савиньяк / Катарина Ариго
АУ, Магдала Эпине не умирает, становится королевой, а Катарина выходит замуж за Лионеля, в которого страстно влюблена. Она может жить почти без притворства, пока плетущий свои интриги Штанцлер не рассказывает её тайну Лионелю."                                                                                           

102. Ротгер Вальдес/Ричард Окделл. После отравления Алва отправляет Ричарда в Хексберг. Впечатления Дика от моря, знакомство с кэцхен, соблазнение Ричарда Вальдесом. Можно добавить алвадика в прошлом. Желательно хэ, но в процессе можно пожевать стекла.                                                                                           

103. Ли/Эмиль. Cock warming. Желательно преканон.                                                                                           

104. Ричард/Валентин/Айрис. Дик и Айрис друг у друга первые. У Дика и Валентина отношения с Лаик и дальше. У Айрис и Валентина брак. И все счастливы втроём. Рейтинг высокий, без ублюдочности, Валентин посерединке                                                                                           

105. Ли/Дик. Полностью одетый Ли, полностью обнажённый Дик. Без унижений. Можно ер, можно пвп. Рейтинг высокий                                                                                           

106. Лаик, унары нечаянно находят и пробуждают алтарь Лита. А дальше трахаются все, потому что сила земли, плодородие и энергия. Ратооны плюясь и матерясь покидают насиженное место, после четырехднейной оргии унары и преподаватели медленно попускаются, страшно хотят жрать, охуевают и собирают клочки шаблонов.
Можно юмор, но не стеб, рейтинг от ПГ-13, на подробном описании заказчик не настаивает, абсурдность и недобровольность ситуации, внезапные сочетания персонажей, трэш, угар и содомия в буквальном смысле."                                                                                           

107. Август Штанцлер / Катарина Ариго-Оллар
Нон-кон. Кансильер шантажирует королеву её происхождением, в обмен на молчание он требует близость. Катарина соглашается, зная, что отомстит. ПВП, но без особой жести."                                                                                           

108. Арно/Ричард. У Ричарда тяжёлое детство с физическими наказаниями за каждый промах, раздельное проживание с сёстрами, никакой ласки ни от кого. Лаик, очень тактильный Арно приучает его не бояться прикосновений и наслаждаться ими. Рейтинг любой                                                                                           

109. Арно ст./Рокэ, сомнительное согласие. Арно все чаще ловит себя на неприличных мыслях, рассматривая своего нового жильца. Все в поведении Рокэ ему кажется провокацией, призывом зажать и трахнуть. Рокэ, в свою очередь, испытывает к маршалу только восхищение и благоговение, родной отец с ним никогда не был так внимателен и добр. В конечном счете Арно переходит к решительным действиям, Рокэ не сопротивляется, но и удовольствия не получает. Графичный секс, который Алву травмирует на всю жизнь.                                                                                           

110. Валедик. Оллария после Лаик. Завязанные глаза (у кого, на выбор автора), игры с доверием. Рейтинг высокий                                                                                           

111. Валедик. Вместо дуэли энгрисекс. Можно прямо в парке. Рейтинг повыше                                                                                           

112. Алва/близнецы. Утренний секс, сонный Рокэ, активные братья, рейтинг высокий                                                                                           

113. Анри-Гийом Эпине / королева Алиса. История любви последнего рыцаря Золотых Земель и его Прекрасной Дамы. Рейтинг на усмотрение автора. Не юмор."                                                                                           

114. Ливенпорт. Вынужденный брак. Обстоятельный Чарльз, всё должно быть по правилам, несмотря ни на что. Ли снизу. ХЭ                                                                                           

115. Арно/Дик/Валентин. Лаик, уроки поцелуев и не только. Канон любой, рейтинг повыше                                                                                           

116. Джастин/Валентин, взаимный юст, много тактильности почти переходящей границы дозволеного, нежность, доверие, оба понимают всю недозволенность и неправильность таких чувств. Однажды Ангелика застает их в компрометирующей ситуации.                                                                                           

117. Ойген / Жермон. Пост-канон, Ойген узнаёт о смерти Жермона. За окном зима, совсем как в тот день, когда они побратались. Ойген пьёт можжевеловую и вспоминает. Возможно, о его чувствах никто никогда бы и не узнал, но тут на побывку прибывает младший сын Ойгена.
                                                                                       
118. Ли/Ричард. Омегаверс. Дик - омега, Ли - альфа (Рокэ бета). Среди герцогов больше альф нет, так что Ли - хорошая партия. Рейтинг любой. ХЭ   
                                                                                       
119. Айнсмеллер/Алва, пытки и/или нон-кон. Чтобы сбросить напряжение, Уолтер очень любит посещать самого ценного узника Багерлее.                                                                                           

120. отец Герман / унар Паоло. Отец Герман - тайный эсператист, а эсператистские священники никогда не чурались соблазнять молодых служек... или унаров. Нон-кон, высокий рейтинг."
                                                                                           
121. "Катарина Ариго-Оллар/ Луиза Арамона. Таймлайн - начало ЛП. Луиза начинает доверять королеве. Той требуется не только верный друг, ни и утешение. Рейтинг на усмотрение автора."   
                                                                                       
122. Ливенпорт. Соулмейт. Твой соулмейт чувствует резкие вкусы/запахи, которые чувствуешь ты.                                                                                           

123. Джастин Придд / Айрис Окделл
Восстание Эгмонта не случилось, но старшее поколение активно интригует против действующей власти. Они ораганизуют брак наследника Приддов со старшей дочерью Повелителя Скал. Сначала молодые ненавидят друг друга, но быстро понимают, что дело Людей Чести им обоим не близко, и объединяются, чтобы предоствратить покушение на Рокэ Алву.
                                                                                       
124. Алваэгмонт, инициатор Алва. Эгмонт наносит оскорбление Алве или просто является инициатором конфликта, в котором он не прав (причина на усмотрение автора, таймлайн любой).
Э: Я готов дать вам удовлетворение в любое время на ваше усмотрение.
А: Вот именно этого мне от вас и нужно.
Желательно рейтинг от R и додать горячего секса
                                                                                       
125. Рокэ/Эстебан. "Вы так спешили уличить меня в гайифском грехе с моим оруженосцем, что я, право, просто обязан наглядно продемонстрировать вам, о чем вы говорили". Можно даб-кон, но без жести. Рейтинг. Таймлайн на усмотрение автора, можно перед дуэлью. Бонусом - если на следующий день происходит семерная дуэль и Алва убивает Колиньяра.                                                                                           

126. Односторонний Сильвестр/Рокэ, юст. Дорак очарован младшим сыном Алваро с момента знакомства и долгие годы безуспешно пытается бороться с этим чувством. Когда он решает возвести Алву на трон, его наваждение переходит в одержимость. Фантазии о том, как однажды он склонит Алву к близости.
                                                                                           
127. Эстебан/Айрис/Дикон. В столице Айрис и Ричард оказываются одновременно (может быть, Айрис приглашает Штанцлер, чтобы если что, контролировать Ричарда), Эстебан ловит краш сразу в двоих и ловит би-панику. Повышенная доебчивость к обоим Окделлам, напористая и взрывная Айрис, которая бойко лезет защищать брата, нотки инцеста могут быть (но скорее невинного и в раскладе, в котором Окделлы не чувствуют, что совершают нечто плохое). Рейтинг на усмотрение автора
                                                                                           
128. Айнсмеллер/Рокэ.
Айнсмеллер долгое время был одержим Алвой или влюблен в него, считал Алву совершенством и чуть ли не молился на него, но Алва ему отказал и посмеялся над ним. Теперь Алва в тюрьме, и для Айнсмеллера это единственный шанс прикоснуться к совершенству. Акцент на одержимости, возможен нон-кон, но пожалуйста без графичных описаний пыток. Финал на усмотрение автора - Айнсмеллер может как оставить Алву в камере, так и убить (не доставайся ты никому), отпустить (мое божество должно жить) или выпилиться самому. Драма."                                                                                           

129. Лионель Савиньяк/Фердинанд. рейтинг повыше. Короля мучают кошмары, ему снится Багерлее, на его крик поздно ночью приходит Лионель и утишает монарха как умеет, а умеет он по высшему разряду (его в Торке научили). Кошмары отступают, Федя засыпает, на следующую ночь всё повторяется. Через пару недель Ли начинает о чём-то подозревать...                                                                                           

130. Сильвестр/Ричард. Кардинал шантажирует Дика "списком" и заставляет делать то, что нужно Сильвестру. Подробности и степень их отношений на откуп автора.   
                                                                                       
131. Валентин / одна из его сестёр, на выбор автора
Известно, что в Лаик Валентин приехал уже не девственником. Оказывается, что его первой партнёршей была одна из сестёр, юноша сам соблазнил её. Высокий рейтинг."                                                                                           

132. Салиган/Алва. Салиган учит Рокэ играть в карты, жульничать, лезет с ним в Гальтары и прочие преимущества дружбы. Можно рейтинг
                                                                                   
133. Омегаверс. альфа!Валентин/омега!Лионель. Оба скрывают свой статус. альфы и омеги есть только среди эориев, но встречаются не часто, и это воспринимается как атавизм в лучшем случае, в худшем как демоническое наследие, шансы на брак с женщиной сильно понижаются, и про альф и про омег полно дурацких и неудобных стереотипов.
и Ли и Валентин начинают реагировать друг на друга странно еще в Олларии. А потом они встречаются уже как маршал Савиньяк и полковник Придд. Пусть хоть на фоне стресса и вечного недосыпа у Ли цикл собьется и он критически обсчитается, и у Вали сорвет крышечку. Никто никого не убил, все относительно добровольно. Ли проще трое суток потратить на трах в альфой, чем неделю мучиться, рискуя бросится на первого встречного мужика и то бестолку, а потом еще неделю приходить в норму, Валентина же просто ведет от запах, а заодно и от давнего восхищения Лионелем. Вязка, метка, ветропляска, гормональная влюбленность ни к месту. Окружающие не понимают, что происходит, и как безупречный маршал Савиньяк вдруг ни с того ни с сего устроил разврат с полковником Приддои. Свою природу они не запалить сумели ( ну может парочка таких же скрывающихся и поняли, но жизнь дороже), а вот три дня горячего разврата, к тому же начавшегося чуть ли не на маршальском столе - нет.
И важный для заказчика момент: они меняются. то есть омега!Ли/альфа!Валя
рейтинг высокий   
                                                                                       
134. Рокэ. Отпуск в Кэнналоэ. Море, гранатовые рощи, красивые закаты. Признание в любви к родному герцогству. ""Нигде не хорошо так, как дома"".
Можно еще, чтобы пребывание на родной земле давало разные бонусы - меньше головной боли, лучше сон и вообще дышится легче и свободнее."   
                                                                                       
135. Савиньяки/Придды в любых комбинациях, лучше слэш. Типа Лионель/Джастин, Эмиль/Валентин, Арно ст/Вальтер и т.д.                                                                                           

136. Джастин/Айрис
Уползти Джастина, пусть находится при особе Алвы. Айрис обручена с Джастином и впоследствии знакомится с Алвой (Дик все еще его оруженосец), душевные терзания ""но мой жених такой хороший"" и ""но это же такой офигенный прекрасный Алва"". Бонусом - если на фоне есть устойчивый алвадик, и Айрис не может понять, с кем у Алвы отношения, то ли с Джастином, то ли с Диком. Вторым бонусом - если в постели с Джастином Айрис представляет Алву.
                                                                                           
137. Офицер, прошедший посвящение в Торке, дает советы жениху, как лучше провести первую брачную ночь, чтобы не испугать невесту. Может решить показать, на выбор автора.   
                                                                                       
138. гайифцы / Пьетро
Во время празднования Дня Рождения Лидаса все выпили несколько больше нормы, и понеслась гайифщина. Всем хорошо. Рейтинг."                                                                                           

139. Рамиро Алва/Ричард Горик. Кинк на беспомощное состояние одного и заботу о нем другого (заболел, что-нибудь сломал и тд), постепенное улучшение отношений при устойчивом хейте на старте. Рейтинг.
                                                                                           
140. Хорхе/Эмиль/Франческа (образца до мудроженственности), высокий рейтинг, без драм. Динамика взаимоотношений на усмотрение автора   
                                                                                       
141. Валедик. Оллария, бал/приём во дворце. Рокэ случайно проклинает Ричарда, чтобы он влюбился в первого, кто с ним заговорит. Это оказывается Валентин. Рейтинг повыше и ХЭ
                                                                                           
142. Айрис/Арно двойной взрывной темперамент приводящий к сексу в самых неожиданных местах, с риском, что могут застукать
Точно без варианта "застукала семья""
                                                                                       
143. Арно/Ричард. Омегаверс. Арно омега, Ричард - альфа. Ричард смущается своей природы альфы - сказывается воспитание Мирабеллы - Арно наоборот, вполне удобно чувствует себя омегой. Сближение в Лаик, переписка после выпуска. Ли, видя возможность, решает браком между Арно и Ричардом привязать Окделлов к своей политической партии.
Чувства Арно и Ричарда, которые вроде и испытывают чувства к друг другу, но брак все же договорной.
                                                                                       
144. Ли/Дик. Воспоминание Ли о посвящении в Торке - в качестве посвящаемого или одного из ""посвятителей"". Бонусом наличие там же в Торке Рокэ и Ричардово ""Но эр Рокэ бы никогда!. Акцент на фантазиях Дикона после рассказа и его возбуждении, которое он считает стыдным и грешным, но сопротивляться не может. Если после рассказа Ли Дик возвращается на улицу Мимоз и странно косит на Алву, а Ли на заданный вопрос ""Да какая кошка укусила моего оруженосца"" только скромно потупит глазки - автор заявки отсыпет исполнителю миллион сердец.
Эром Дика может быть и Алва, и Ли, и кто-либо другой. НЕ алвадик (на этом этапе текста)."                                                                                           

145. Ли/Ричард, модерн!АУ
Рокэ Алва аудитор, проверяющий компанию Лионеля, Ричард один из его подручных.
Или же Алва посылает Ричарда с проверкой в компанию Ли, разбираться в бухгалтерии, проверять.
Работа заполночь приводящая к неожиданным столкновениям Ричарда и Ли в пустом офисе"                                                                                           

146. Матильда/Мэллит
По дороге в Алат или уже в Сакаци дамы обнаруживают, что женщина в настоящем - это куда приятнее, чем мужчины, оставшиеся в прошлом или намечтанные в будущем. Постепенное сближение, рождающееся взаимопонимание и желание. Можно немного похрустеть стеклом, но не беспросветно. А лучше додать тепла и фемслэшной эротики. Рейтинг на усмотрение автора."                                                                                           

147. Алва/Альдо, в Багерлее. Алве очень быстро надоедает слушать болтовню Альдо, и он просто затыкает ему рот и трахает до полного изнеможения. Альдо и в ярости - его обставили! - и в восхищении - давно его так хорошо не трахали. "Завтра опять пойду". Рейтинг, само собой, высокий. И пожалуйста, пусть Альдо будет из фильмоканона.                                                                                           

148. после ДСФ Дорак посмотрел, как Рокэ выполняет обязанности эра, с кем общается Окделл и чувствует, что его профессиональная честь задета. Он наносит Рокэ визит... В общем, слово за слово, визит за визитом, ответное приглашение... Дорак озвучивает, что эсператизм, пока это вопрос веры, а не политки его не волнует, рассказывает потихоньку Дикону много интересного, постепенно трахает мозги в сторону самостоятельного думания, то есть аккуратно просвещает и воспитывает, внутренне сетуя, что мальчик-то податливый, не стоило его оставлять в Надоре. Айрис получает приглашение ко двору в качестве фрейлины, а Дикон постепенно проникается уважением и восхищением. И совершенно незаметно очаровывается и влюбляется, сначала платонически, а потом и вполне телесно. Любуется Сильвестром, старается быть достойным учеником, думает о том, что олларианские священники вполне могут жениться...
В общем, Сильвестру все удалось, разве что влюбленность, которая совершенно очевидна, была не запланировано (уж лучше бы влюбился в Рокэ) А с другой стороны это внезапно льстит и в какой-то мере хочется этими чувствами воспользоваться не только в политических целях, но и в личных.
Рейтинг не выше R
Можно односторонний юст со стороны Дика и аккуратный флирт и мягкое поощрение о Сильвестра, можно что-то большее, если Сильвестр снизойдет до примитивного и плотского.

Ричард и Сильвестр (не слэш!)
Сильвестр вместо Алвы берет на поруки Ричарда, чтобы воспитать его ""проолларовцем"", но привязывается к воспитаннику, который приятно удивляет Сильвестра вдумчивостью, усидчивостью и способностью к наукам. Хочется, чтобы Ричард в итоге стал новым кардиналом, который объединит обе церкви. Отношения с Рокэ (вражда или примирение) - на выбор автора.
                                                                                           
149. Валентин/Ричард или Валентин/Ричард/Арно
Валентин и Ричард, оба несколько социально слепые, не замечают, что юстятся друг на друга со страшной силой. Арно, как их друг, с них фейспалмит и в какой-то момент решает взять дело в свои руки. Просто ли он их сводит или активно участвует в происходящем, на усмотрение автора. Без варианта, когда на начало сюжета приддоньяки пара"                                                                                           

150. Ойген/Марсель. В актуальном каноне Ойген между делом замечает, что они с Марселем в Лаик были близки и протягивали друг другу руку помощи. Реакция общественности. Юмор, можно романс.                                                                                           

151. Штефан Гирке/Август Альт-Вельдер, дружба с привилегиями на фоне семейной рутины первого и несчастливого брака второго. Рейтинг любой.
Бонус: секс в Васспарде или столичном особняке после чинного семейного ужина, с риском спалиться перед Вальтером."                                                                                           

152. Дьегаррон/Арно. Киноканон. Арно после не очень серьёзной травмы/ранения, Хорхе (умелыми руками) делает массаж. Массаж заходит дальше. Флафф, рейтинг
                                                                                           
153. Ойген / Арно
Жермон уезжает к себе в имение, к тому же он женат, и Ойген понимает, что ему больше не о ком заботиться. Пока в его распоряжение не поступает Арно (если автор хочет, то Лионель и Эмиль погибли, но если нет, то просто заняты другими делами). Арно молод и несдержан, он рано потерял отца. Ойген, потерявший всю семью, видит в юноше родственную душу, и готов заботиться, оберегать и направлять."                                                                                           

154. Алва/Арно младший. В глазах Арно добрый дядюшка Росио превратился в объект вожделения, а поскольку со всеми вопросами и проблемами Арно привык обращаться к Алве (вдруг братья заругают), он по привычке идет к Рокэ. Возможен рейтинг, возможен отказ со стороны Рокэ.                                                                                           

155. Ричард/Марсель/Рокэ
По недавнему обсуждению. Ричард на севере, часто переписывается с Марселем, который жалуется на то, что Алва плохо спит и ест. Их совместные точки воздействия на Рокэ.
Можно джен
Рейтинг повыше прям совсем в идеале

Ричард/Марсель/Алва. аушный пост-канон. Отношения на троих, в фокусе Ричард/Марсель. Отношения, которые начались с объединяющего фактора Рокэ, переросшие в привязанность и крепкие чувства. Когда что-то случается с Марселем, Ричард бросает все и кидается в столицу
                                                                                       
156. Ли/Эмиль/Арно мл. ПВП, но с наличием мыслей "это неправильно, вдруг кто-то узнает, да и хрен с ним, нам хорошо, остальные пусть горят в Закате". Рейтинг высокий.
                                                                                           
157. Лионель + Селина и Мэллит.
Однажди Ли влезает в окошко не по графику, но девушки так увлечены друг другом, что не замечают. Ли узнает много нового и о самих девицах, и о том, как выглядит множественный оргазм у обеих, а заодно и то, что обе не чужды грубого секса, фистинга, дети толка и всякого таскания за волосы. В очень, чем больше кинко-сквиков в процессе - тем лучше.
В какой-то момент (заказчик любит, очень любит, когда персонажи разговаривают в процессе) Селина поминает Мэллит Лионеля. Можно прям пошлое: тебе больше нравится раздвигать для него ноги или сосать? После чего Ли еще и слушает бурные девичьи фантазии на тему, и что он оказывается мог бы сделать, и то, что они бы сделали с ним. Причем некоторые вещи он знает только в теории, а некоторые вообще физически невозможны.
В общем, хочу перепевку ""а по утру в шкафу нашли сгоревшего со стыда поручика Ржевского.
Если девицы таки бнаружат Лионеля с лицом лица, стояком и в шоке, и используют по назначению, в режиме затащили в койку, привязали и понеслось, заказчик будет счастлив. И да, девочки должны его заездить по максимуму. Вплоть до перевязать член и не давать кончить. Ну и вообще девочки совершенно невинно из чистого любопытства и на ажиотаже без стыда и совести творят полный разврат и ересь
Больше, больше шока для Лионеля. Чем травмированее морально он останется - тем лучше. И чтоб на своих ногах не ушел.
А с утра завтрак в постель, сиятельный, мы привели в порядок вашу одежду и скромно ресничками хлоп-хлоп, а глаза у обеих невинные-невинные.
Можно стеб, юмор обязательно, разврат и жестокое обращение с Лионелем приветствуется, трэш, пиздец, вот это все
Если прилепите концовку, где с утра прибегает Давенпорт, которому приснилось, что его маршалу очень плохо, и Ли вцепится в него руками, ногами и зубами, и уведите меня отсюда ради Создателя (можно не вслух)- будет совсем хорошо.
ООС заказчика не смутит"                                                                                           

158. по накуру драг кабарэ, Эмиль в образе и без.
Фраческе нравится когда он в образе, Лионелю - когда без.
Самому Эмилю нравится, когда его близнец трахает его жену
А Фрида просто любит а)наблюдать б)Франческу в)наказывать Лионеля за измены г)страпон
рейтинг любой
                                                                                           
159. Эмиль/Ли
Эмиль ради шутки или из ревности уводит у брата любовницу/любовника.
"Ты так хотел узнать, что мне нравится? перепалка, приводящая к внезапному результату"   
                                                                                       
160. Альдо/Удо Борн. Рейтинг, дабкон или нонкон. Перед тем как выслать Борна из столицы, Альдо его насилует. Дик узнаёт об этом случайно (не от Альдо, не от Борна) и прячет Борна у себя. Комфорт опционален, но чтоб дали выспаться и вообще уползите Удо подальше... Можно вместе с Ричардом.   
                                                                                       
161. Дьегаррон/Арно. Kissing It Better. Арно знает отличное лекарство от головной боли. Киноканон.   
                                                                                       
162. Лионель/Эмиль. Что за странные сны все-таки видят близнецы друг о друге? И как сны отражаются на реальности?
Можно порно, крипоту, или крипоту с порно вместе."                                                                                           

163. Эгмонт/Мирабелла
постепенное сближение, от равнодушия, через обиду из-за Айрис, к постепенному сближению и пониманию, что они оба живые люди, со своими больными местами, и нуждаются в уважении, семьи и тепле.
Если рейтинг, то страстный, нежный и неграфичный, а так бытовые сцены, дети, откровенные разговоры по душам, незаметно пришедшее семейное счастье.
Если восстания не будет - вообще хорошо."                                                                                           

164. Лионель/Валентин. Вынужденный брак, ритуал на лесном алтаре с оленьими рогами. Ли в венке из рябины, Валентин в шоке. Крипи атмосфера с легким налетом больноублюдочности. Можно омегаверс и мпрег. Рейтинг выкручен на максимум.                                                                                           

165. Айрис/Эстебан. Эстебан жив, дуэли не было, но отношеньки с Ричардом все так же натянуты. Алва сосватал маркизу Сабве старшую сестру своего оруженосца. Эстебан бухтит из-за нищебродства Окделлов, старомодных нарядов и посредственной внешности невесты, Айрис тоже не лезет за словом в карман, и между ними начинает так искрить, что Эстебан аж на стенку лезет, не знает, как уже дождаться свадьбы. Можно юмор, можно драму. Хэппи энд.                                                                                           

166. Валентин/Дейдре. Два любителя книг нашли друг друга. От общего увлечения – к дружбе – и, внезапно, – к любви.                                                                                           

167. Арлетта/Бертрам Валмон. Это правда, они любовники. Лионель ревнует и изощренно мстит за папу и себя. Таймлайн - юность Лионеля или позже.                                                                                           

168. Айрис/Рокэ Алва! *Блин, такой горячий пейринг вышел из моды, надо вернуть его в фандом!* Фемдом. Адская смесь для Алвы – худенькая светлоглазая блондинка и вдруг – сверху и со стеком! Все, как он любит! От R.   

Алва/Айрис, фемдом. Айрис открыто демонстрирует свои чувства, завоёвывает Рокэ и женится на нём выходит замуж, а тот может только глазами хлопать от её напора.
В нце Айрис заваливает и объезжает охуевающую Ласточку, при этом он ловит кинк на "сильную руку" и позволяет себя таскать за волосы, слегка пороть и т.д.
В ходе супружеской жизни можно перейти и к страпону.                                                                                       

169. Чем занимаются унары в Лаик по ночам? Серия неожиданных историй примерно на такие сюжеты: Окделл пытается дрессировать крысу: «Ты здесь тоже как в тюрьме, моя маленькая?» Арно пьет вино, заначенное для него братиками в секретном антикарлионовском чулане. Валентин читает любовный роман и борется с подростковыми прыщами. Эстебан рисует лошадок и вспоминает любимого коня, который остался дома. Берто в истерике делает шпаргалки по землеописанию. Карл тайком пишет отличные сонеты, которые стесняется кому-нибудь показать. При этом каждый задумывается о ком-нибудь из однокорытников. И так далее в этом духе. Юмор приветствуется! Рейтинг любой.                                                                                           

170. Дженнифер Рокслей и ее романы – Марсель, Джастин, Валентин, может быть еще кто-то. Основная мысль: тяжело быть женой мямли, труса и дурака, приходится добирать на стороне. Светская история в духе Шодерло де Лакло, можно драму или вообще стеклище.                                                                                           

171. Элиза Штарквинд/Алваро Алва. Юность надо провести так, чтобы было, что потом вспоминать всю жизнь! Высокий рейтинг.                                                                                           

172. Ричард|Хорхе Дьегаррон. Дьегаррон берет Дика в оруженосцы на спор с Алвой, тот не верит, что из Окделла может получиться что-нибудь путное. Кто выиграл? G или PG-13.                                                                                           

173. Робер/выходец!Марианна Робер/выходец!Айрис
я слишком люблю тебя, чтобы оставить одного
ты мой жених, я твоя невеста"                                                                                           

174. В юности Эгмонт Окделл любил участвовать в играх горцев… В Торке Эгмонт, выпив, любил об этом вспоминать. Эгмонт, килт, овцы, камни, бревна, танцы, гордые горцы и охуевающие не горцы в количестве.                                                                                           

175. Пять раз, когда Рокэ Алва пошел в бордель, но все сложилось совсем не так, как он планировал. Юмор.                                                                                           

176. Мирабелла/Ойген. Наместник Надора после смерти герцога женится на герцогине и воспитывает ее детей. «- Кто посмел ставить в вину эреа то, что она старше своего мужа? - Ее первый муж».                                                                                           

177. Альдодик! Альдо втихаря хочет получить гайифский опыт, отвешивает Дику несколько комплиментов в качестве соблазнения и понеслось. Качество секса на усмотрения автора, но Дик, даже если им и не доволен, не страдает по поводу произходящего, потому что делает счастливым Альдо. Возможно, однажды их застукает Робер.                                                                                           

178. "Селина/Лионель, Селина/Арно, Селина/Валентин, Селина/Чарльз, Селина/Руппи, Селина/Герард, Селина/Жермон, Селина/Ойген... - в общем все, кого автор хочет поместить в контекст заявки и пофантазировать

Селина нёх, её сила пробуждается и поддерживается чужими болью, страхом, желанием, семенем и кровью. Она приходит к беспробудно спящим жертвам, садится в изголовье, гладит ласково по голове, и дальше для них начинается кровавый эротический кошмар, у каждого свой. естественно. Селина там только зритель, на утро же жертвы чувствуют смертельную усталось, и возможно, обнаруживают у себя небольшой порез.
Кто убьет Селину и как - на усмотрение автора, можно и и не одним персонажем. Но заказчик бы хотел в этом участие Луизы.
Отдельно вкусный момент будет, если сама Селина о том, что она нёх, не знает, искренне переживает за всех. Встреча двух ипостасей одной личности, когда опасность станет реальной.
Дарк, мистика, ужасы, сексуальные сквики и больные кинки, психодел и больноублюдочность, драма. Не стеб. смерть прочих персонажей по желанию автор, но факультативна"                                                                                           

179. Фрида/Лионель/Чарли, где все в основном довольны, но Лионель периодически чувствует себя заложником. Можно немного драмы, можно немного мпрега. Но не обязательно. Эта троица в любом виде смотрится.                                                                                           

180. Алва/ОЖП.
Расскажите, какую женщину в Талиге представляете, которая подойдёт Алве и которой подойдёт Алва
Любой таймлайн, но! Не попаданка и не фем!версия."                                                                                           

181. Лионель влюблен в Леонарда и пылает к нему страстью, но выглядит это крипово.                                                                                           

182. Ричард/офицеры Торки. Гэнгбэнг. Катарина умерла родами, Ричарда после гибели Альдо ссылают в Торку, а там - здрассте, посвящение! Сперва некоторые офицеры брезгливо говорят, что и пальцем к нему не притронутся, потом некоторые наоборот, собираются его "наказать". В результате все случилось совсем не так, как многие рассчитывали: Ричард неистово сопротивляется - до истерик и обморока, а потом испытывает ПТСР, сидит в углу, не разговаривает и боится спать. Заканчивается тем, что пришел лесник и всех прогнал приезжает Алва, видит, что с Ричардом все еще хуже, чем раньше, и увозит его с собой. НЕ АЛВАДИК!                                                                                           

183. Чета Рокслеев и Валя. Муж в курсе любви Дженифер к оруженосцам и поощряет. Сначала просто смотрит, потом и участие принимает. Валя в афиге, но постепенно привыкает, хотя сначала, конечно, страдает. А потом входит во вкус и просвещается не хуже, чем Ричард у Марианны и эра Рокэ.
                                                                                           
184. Ли/Эмиль. Асфиксия. Опционально в публичном месте (за портьерой на балу и т.д.) Рейтинг высокий                                                                                           

185. Алва/Катарина/Дик.
Дик влюблён в королеву и испытывает сложные чувства к эру, Катарина и Алва в странных, но отношениях (без имитаций со столами), замечают, решают, что им интересно. С их стороны особо бурных чувств нет, но и желания попользоваться и вытереть ноги тоже нет, скорее страсть к экспериментам по различным причинам.
!Катарина не злодейка (может, они просто с Алвой долго в политике и знают цену друг другу), рассказы о всяких ужасах если от неё и были, то не вполне такие, как в каноне, и вообще это была проверка
!не финальный алвадик, Дик так и не знает, на кого смотреть больше                                                                                       

187. Дорак заказывает сексуально окрашенные религиозные полотна с Эгмонтом, котороо тайно вожделеет. Тайная слежка, афигевший художник.   
                                                                                       
188. Леодик в духе Мотыльков с юстом и переходом от взаимного пренебрежения к тоже взаимному комфорченья.                                                                                           

189. Ли/Дик. Кинк на перчатки. Ли какое-то время не касается Дика без перчаток. Но снимает перчатки как признание привязанности. Обусловлено внутренними тараканами или традициями - на усмотрение автора. Рейтинг любой                                                                                           

190. Арно ст /Лионель
Арно видит как его старший сын смотрит на Роси, как в свои пятнадцать близнецы все еще периодически просыпаются в одной постели, замечает и то, что Миль делает авансы служанкам, а Ли не смотрит с интересом нина одну из девушек
И на пальцах объясняет старшему сыну, что именно его ждет. Дабкон, без грубости, без боли, аккуратно, но при этом ни нежно и не бережно, холодно. Арно комментирует процесс, добавляя оценочных и уничижительный суждений. Ли в шоке, он возбуждается от ласк отца чисто механически, но при этом его трясет. На каком месте воспитательной программы остановится Арно ст. решать автору, но Ли получает стойкот отвращение к самой идеи близости с мужчиной, просто физическое прикосновение ему неприятно.

Плюсом будет если Рокэ или Эмиль узнают/застанут кусок воспитательного процесса.
Рейтинг на усмотрение автора, без фиксита, открытый финал
И только Арлетта в блаженном неведении"                                                                                           

191. Навеяно накуром про Ричарда-порнороманиста. Картель ""Синалоа"" решает открыть в Талиге ГАЗЕТУ! Желтая пресса, от которой приходят в ярость Штанцлер, Дорак и Катя одновременно: все сплетни, которые они распространяли ради политических интриг, теперь ничего не стоят, потому что все предпочитают читать примерно такоэ:
"Астрап явился во плоти пастушке из Эпине. Свидетельница явления Абвения рассказывает нашему корреспонденту о размере плоти Астрапа!"
"Огородник из Надора вырастил тыковку забавной формы. См. на 8 странице"".
"Говорящий козел из Бакрии продан на аукционе в Гайифе за миллион золотых! Информация о покупателе-козолюбе уточняется"".
"В Придде начали гнездиться лебеди-убийцы!"
                                                                                           
192. Гудрун/Фридрих/Бермессер, где и гет, и слэш, и все кайфуют.                                                                                           

193. Алва/Кальдмеер/Вальдес, тройничок. Желательно Кальдмеер снизу, остальное на волю автора.
                                                                                           
194. По мотивам коммента в треде. Любые герои Этерны ждут подачи заявок на тур редкопейрингов.                                                                                            

195. Алисацентрик хочу. Без пейринга же можно? Хочу про крутую мощную Алису, которую боялись Алваро и ко. Скандалы, интриги, расследования, ЛЧ против ЛЛ.
                                                                                       
196. Мирабелла, Ричард, девочки. Дикон отказывается приносить присягу в ДСФ, возвращается в Надор. По пути или сразу по возвращении из-за заражения лишается руки - степень попадания на откуп автору, от просто кисти и вплоть до всей руки. Мира выбирает быть матерью, а не фанатичной эсператисткой и революционеркой.                                                                                           

197. Арно ст./Рокэ. Рокэ влюбляется в отца друзей, который совсем не похож на его собственного: он внимательный, веселый, заботливый. Между ними возникает взаимное притяжение, и после некоторых колебаний они ему поддаются (что-то вроде как в Call me by your name). Рейтинг высокий! Можно чуточку стекла о невозможности продолжения этих отношений.   
                                                                                       
198. Арно/Ричард. Киноканон. Вараста. Пьяный Бонифаций их обвенчал. ХЭ, желательно рейтинг                                                                                           

199. Ливенпорт и Хайнрих/Ли. Ли попадает в плен к Хайнриху, его спасает Чарли. Вероятно, Чарли ведет себя прилично и только комфорит без секса. Но можно и с сексом, если автор придумает, почему Ли после плена согласится. Можно спасать его пузатым для пущей драмы! Такие себе немножко руки, тока с мпрегом.                                                                                           

200. Ли/Кальдмеер. Ли приходит лечить Кальдмеера от депрессии своим ЦХЛ и проникается адмиралом цур зее. Желательно ХЭ.                                                                                           

201. Эстебан. Дуэли не было, как и Альдо на троне. Строительство военной карьеры, язвительные перепалки с Ричардом, когда пересекаются при дворе, шепоток за спиной о "втором Вороне". "Я хочу быть первым собой, а не вторым Вороном"                                                                                           

202. Дик/Гудрун, встречи на балах в Олларии. Дик залип и смущается так, что готов зарыться в землю, Гудрун ловит лулзы, но доброжелательно и поощряет неловкие ухаживания.
Бонусом Дику выдаётся случай выступить в защиту чести Гудрун (против Алвы, Фридриха или кого-то ещё, кто пренебрежительно выскажется о ней), что растрогает Гудрун и она вручит ему свою ленту, как при награждении орденами в Дриксен.                                                                                           

203. Алва/Валентин времен первых книг. Валентин слишком много думал об отношениях Алвы и Джастина, а когда увидел его сам — влюбился и пошел в атаку. Алва поддается его напору. Что-нибудь легкое, приятное, без стекла, Валентин отмораживается рядом с Алвой, а Алва воспринимает его более-менее на равных.                                                                                           

204. Мирабелла/Лит. В духе мифов. Мирабелла ждёт супруга из похода/с охоты, ночью к ней является Лит в образе Эгмонта. По утру приходит весть о том, что Эгмонта задрал медведь.
У Миры от Лита рождается двойня - Айрис и Ричард."                                                                                           

205. Ливенпорт, первый римминг, можно в ER. У Чарльза усы, у Лионеля - интересные ощущения. Высокий рейтинг!                                                                                           

206. Арно ст./Эгмонт. Два великих ебаря Талига, мечта всех дам и сыновей друзей, на самом деле влюблены друг в друга.                                                                                           

207. Альдо пользуется своей красотой на полную, захватив власть, флиртуя и соблазняя всех полезных. Желательно,не давая им (это только Роберу!) или давая минимально. Достойный конкурент Алве. Совсем шикарно, если на него при этом еще и Катя западет.                                                                                           

208. Эмиль/ОЖП
Underage, Милю 14-16 и никаких бусиков он не снимал. Зато красивый солнечный мальчик умудрялся привлекать внимание не девственниц, а вдовиц, и просто соскучившихся замужних дам. Было интересно, горячо, весело и какой же Савиньяк спасует перед дамой?
Так что всему научили за красивые глаза. Кто именно - на усмотрение автора. С тех пор Эмиль дамам не отказывает практически никогда, ебарь душевный, любовник задорный, но он не влюблялся никогда больше чем на неделю, и не завел ни одного романа дольше, чем на месяц.
Флер некоторой больноублюдочности за счет разницы в возрасте привествуется. Будет здорово, если автор сделает небольшой акцент на том, что Эмиль еще не очень понимает что вот это все и как: чего хочет, что чувствует, чего не хочет. То есть член стоит, а мозгов еще нет. Самому Эмилю при этом абсолютно норм. Если автор найдет именного персонажа, будет хорошо, но не принципиально.
Если автор при этом напишет технический даб-кон... ну, заявка подразумевает

Графика и рейтинг - по усмотрению автора
не стеб, не ангст, элементы юмора и драмы можно, можно взгляд со стороны, но наблюдающему персонажам/персонажу ситуация должна быть тоже норм
Без прямого посыла, что ебать детей плохо"                                                                                           

209. Выходец!Оскар Феншо-Тримэйн/Катарина Оллар, на базе реконструкции. Карл - сын Оскара. После расстрела в Варасте Оскар находит дорогу в королевский дворец, ужасно мстит Катарине за то, что выдала его Алве, убивает Фердинанда и уводит Карла. Хоррор, высокий рейтинг, не ХЭ для Олларов. Вернувшийся с войны Рокэ Алва обнаруживает себя королём, Квентин Дорак счастлив.                                                                                           

210. Дик/Гудрун, мейлдом с подачи и обучения от Гудрун. Дик помирает от кринжа и смущения, но выполняет пожелания Гудрун: осторожно таскает за волосы, ругает, наступает на неё, шлёпает и т.д. Вне условных "сессий" ведёт себя с принцессой крайне трепетно, уважительно и нежно, и во время них это тоже прорывается. А Гудрун плющит от такого контраста.                                                                                           

211. Ойген как самый востребованный и доминантистый доминант во всей Торке, а то и Талиге. Практики на усмотрение автора, но даже в те суровые времена, когда БДСМ еще не избрели, Ойген уже изобрел велосипед и применял основные принципы                                                                                           

212. Ричард Окделл, ОМП и ОЖП: блядство, разврат, оргии, вещества, магия или техника за гранью фантастики. После смерти в Кэртиане (можно более ранней по сравнению с каноном) Ричард попадает в другой мир, где получает высокий статус и кучу плюшек (покровительство высшей силы, особые способности - что угодно). Существующий или оригинальный сеттинг, можно мультикроссовер, Ричард "сильно изменился за лето", и у него всё хорошо. Высокий рейтинг, Ричард изначально книжный.                                                                                           

213. Алваро, Карлос, Рокэ. После смерти Карлоса Алваро всегда незаметно для самого себя сравнивает младшего сына с Карлосом, скорее всего не в пользу Рокэ. Постоянные воспоминания о погибшем сыне, тоска по нему. Рокэ это видит и чувствует и из-за этого очень бесится, пытаясь доказать что-то отцу, при этом он тоже скучает по брату, хоть возможно и в какой-то степени завидует. Придут ли Алваро с Рокэ к какому-то пониманию и совместному переживанию горя или нет - на выбор автора                                                                                           

214. Любая из женщин нашего канона в отношениях с Ли. Очень тяжёлые роды. Лионель, у которого сдают нервы, Арлетта лезущая под руку со своей мудроженственностью. Ли, который в первый и последний раз сорвался так, что наорал на мать.                                                                                           

215. Дик/Фердинанд, дружба с взаимным комфортингом. После случайных встреч в саду Дик начинает его жалеть, проникается и привязывается к нему.
По мере взросления Дика дружба с комфортингом может перейти в дружбу с привилегиями."                                                                                           

216. Твари/Ричард. Ричарда не съели, а залюбили, но своим твариным, криповым способом. В идеале хоррор. А лучше даже бодихоррор. Тело Ричарда тоже меняется под длительным воздействием лабиринта. Твари очень любвеобильные, тактильные и изголодавшиеся по натуральным повелителям.                                                                                           

217. Валентин и Ричард соулмейты. После активации связи стремительно начинают делить по полам сильные ощущения и эмоции: и боль, и удовольствие, и гнев, и тоску и радость, некоторые стремления и обрывки мыслей. Прежить чужую смерть соулмейта можно, но не факт что получится, и после этого долго, очень долго восстанавливаться и физически, и душевно и разумом тоже. Некоторым не удается до конца жизни.
Активация связи во время их дуэли.
Не стеклищное стекло, можно открытый финал, не дес-фик
секс возможен, но не обязателен"                                                                                           

218. Паоло/Берто + Ричард. Лаик, унар Ричард случайно становится свидетелем смелого эксперимента темпераментных южан; они
вовлекают его в действия развратного характера, ему нравится. Высокий рейтинг, тёплые отношения без безумных страстей, можно не первую встречу, а ER. Любой вид интимного взаимодействия (секс с проникновением необязателен). Книжный канон, не омегаверс, без смертей главных персонажей в кадре, экстремальных кинков и членовредительства.                                                                                           

219. Фишки с "на Изломе Повелитель только один" не существует. Рокэ, растущий в полной семье, любимый младший сын. Кид-фик, желательно кусочек жизни летнего Кэнналоэ.                                                                                           

220. Хуан/Луиза, порочная рассудочная связь двух взрослых людей. Хуана заводят пшеничные косы Луизы. Луизу поджигает кэналлийская страсть.                                                                                           

221. Ричард и тетушки (по мотивам цитаты из канона про "портреты сестер отца в кабинете"). Вайбы Пратчетта, юмор, семейная поддержка
                                                                                           
222. Дженифер Рокслей/Валентин
соблазнение, фем дом, делиться с подругами
                                                                                           
223. Марсель узнаёт, что он теперь абвениарх и должен перетрахаться со всеми эориями из системы 1+4+16. Любой жанр, любой рейтинг.                                                                                           

224. Рокэ/Сильвестр, прогулки под ручку, кэнналийские серенады под окном, непринужденный и ни к чему не обязывающий флирт; для обеих сторон все происходящее - этакое своеобразное развлечение и отдохновение от трудов праведных, и переходить черту, за которой начинается нца, они не планируют. И все бы хорошо, но в один прекрасный день Дорак в особо крупных размерах проебывается в политических игрищах. Алве ничего не остается, кроме как вместо прогулки под ручку по-тихому Дорака устранить.                                                                                           

225. "Давенпорт и Сэц-Алан на фоне спермотоксикоза по своему маршалу и слегка подвыпив (или не слегка) сливаются в страстной сублимации.
Как вы можете его так ненавидеть?!
Как вы можете его так любить?!
Сейчас я вам покажу КАК!!!
и показывают страстно и громко. за продолжение дискуссии на тему как, куда и как так можно (и вот так тоже можно! о! продолжайте! ) отдельное мур-мур!
Ну и да, конечно маршал Ли должен застать эту картину маслом.
                                                                                       
227. Ричард/Герард, ER. Как справляются с несовпадением биологических ритмов представитель племени сов и утреннее чудовище. Флафф и/или юмор.   
                                                                                       
228. Свальный грех (можно не всех сразу): Алваро/Арно-ст/Арлетта/Рокэ/Лионель. Больноублюдочные кинки, рептилоидная мораль, но всё по согласию, в идеале - по любви. Книжный (пре)канон, т.е. Эмиль есть, но не участвует. Без чистого алвали.                                                                                           

229. "Айрис|Жермон, Айрис/Валентин, Ричард|Фрида
АУ, восстания Эгмонта не случилось, Окделлы живут обычной жизнью, Ричарда в ДСФ берёт к себе оруженосцем Жермон. Ричард и Жермон отлично ладят, из писем Айрис составляет о Жермоне очень хорошее впечатление. Айрис - фрейлина Катарины, она обручена с Валентином, но всеми силами оттягивает свадьбу, так как не любит его. Фердинанд умирает (смерть на откуп автору), а чуть позже родами умирает и Катарина. Айрис, как наиболее приближенная к ней фрейлина, узнаёт, что Катарина - не Ариго, но ей велено хранить тайну. Айрис, помимо симпатии, заочно проникается к Жермону ещё и сочувствием. На лето двор отбывает в Ноймаринен, где о Карле и остальных детях заботится их тётка Георгия. Айрис также едет в Ноймаринен, куда пребывают и Жермон с Ричардом. Айрис влюбляется в Жермона без памяти, её разрывает от желания рассказать ему правду, от любви, но она поклялась хранить тайну. Ричард же при дворе встречает Фриду, и также безумно влюбляется в неё (пусть тут Фрида будет вдовой). Брат и сестра могут говорить о своих чувствах только друг с другом, и только они понимают друг друга. (Жермон видит в Айрис маленькую сестрёнку своего оруженосца, Фрида в Ричарде - брата молодой Айрис, не воспринимает его всерьёз, чувства и брата, и сестры невзаимны).
Хотелось бы ХЭ.
                                                                                           
230. Ли/|Эмиль. Обмен телами, реакция окружающих, кто заметил, кто нет. Бонус за Рокэ/Эмиль или тройничок                                                                                           

231. Кэналлийцы/Салиган после Салиган/Рокэ. Соберано Алваро узнал, что Салиган учил Рокэ гайифской любви и вообще плохому, и приказал наказать, но не до смерти. Среди прочего Салигана пытают водой, имитируя утопление. Высокий рейтинг! Акцент на пытках, максимальная жестокость и изощрённость, с минимумом телесных и максимумом психических последствий. Рокэ ничего не знает.                                                                                           

232. Ли/Альдо. Даже не знаю, как это вышло, но у них бы отлично получилось сплестись в психически ненормальном экстазе. И смотрелись бы вместе шикарно!                                                                                           

233. Слэш, Лионель в сексуальном рабстве. Не омегаверс, но можно мпрег. Без Алвы. Книжный канон.                                                                                           
                                                                                       
234. Лионель/Мишель Эпинэ. Страшные переживания Ли по поводу Ренквахи, память о любви - случившейся или не случившейся.                                                                                           

235. Руппи/Гудрун, анальный гетный секс. У Гудрун первый раз, но ей понравилось.                                                                                           

236. Рамон/Рокэ\Ротгер, юношеские сексуальные эксперименты. Рокэ хочет, чтобы Рамон и Ротгер его трахнули, они не хотят навредить. Любой рейтинг, лучше без страданий. Опционально: групповой секс по пьяни и/или кроссдрессинг Рокэ. У Рамона всё большое.                                                                                           

237. Лионель Савиньяк/Ричард Окделл (фоном Эмиль/Дик).
У Дика и Эмиля были очень теплые отношения в Варасте, переросшие в любовь, однако Эмиль погиб. Дик скучает по нему, однажды напивается и вываливает Лионелю, как тяжело живется без Эмиля, как он думает о нем и так далее. Лионель, который привык все держать в себе, максимально шокирован, однако ему тоже тяжело без близнеца. В итоге Лионель и Дик тянутся друг к другу сначала просто "чтобы не быть одному", а потом все становится серьезно. Хочется, чтобы Лионель, который увлекается мистикой, повлиял на раскрытие у Ричарда силы Повелителя Скал.
Не ПВП, желателен невысокий рейтинг."   
                                                                                       
238. "Селина и полк солдат, нон-кон, но без сколь либо значимых физических повреждений (ну предположим, что и селина девушка прочная и эластичная, и у нас не полк, а небольшой отряд, и в общем издеваться как-то дополнительно над ней не будут, не говоря уже о том, чтобы бить и прочее)
потом применить ЦХЛ (пусть он думает, что удачно, а девушка получит таки оргазм)
после всего этого счастья Селине уже что за Хайнриха, что за тварь закатную, что за выходца - все равно
пожалуйста, без совсем сквичных описаний и без хейта, в рамках трех больноублюдочных кинков. Селина не сойдет с ума, не самоубьется.
поддержка и утешение со стороны Мэллит"                                                                                           

239. Фрида/Лионель/медицина. Фрида с энтузиазмом лечит Ли всем тем, о чем он намекал Мэл.                                                                                           

240. "Робер/Ричард
Покровительство старшего товарища к одураченному наивному Дику, спасение от тюрьмы и плахи (Робер выбил помилование для Дика), а потом уже Дик вырастает и заботится о Робере. Слэш не обязателен."                                                                                           

241. Альдо Ракан и Айрис Окделл - король и королева талигойские (Эгмонт и Ричард живы, Альдо успешный уважаемый король).                                                                                           

242. Марсель Валме/Луиджи Джильди. Во время андийской оргии пьяные Марсель и Луиджи "берутся на слабо", и Марсель демонстрирует на Луиджи все прелести гайифских развлечений. Алва и "пантерки" наблюдают, не забывая и о своём удовольствии. Не AU. Высокий рейтинг!
                                                                                       
243. Эгмонт/Рокэ в рамках недавнего накура с флудилки. У Эгмонта с Рокэ устоявшиеся отношения с разрешения Мирабеллы, однако к Излому должен остаться лишь один Повелитель Скал. Эгмонт погибает (чтобы жил Дик), Рокэ остается жить с осознанием того, что он так и не смог обмануть Абсолют.
                                                                                           
244. Дик/Ирэна Придд, договорной брак, но со взаимной симпатией. Дик учится быть сдержанным и коварным, как Придд, Ирэна оттаивает эмоциями и учится их прямо выражать, как Дик. Взаимный комфортинг.   
                                                                                       
245. Робер/Рокэ
однажды Робер и правда так замотался, что уснул и не просыпаясь трахнул Алву. Алве понравилось. Не понравилось ему то, что наутро Робер ничего не помнит, даже снов эротических не видел. Алва пытается соблазнить, намекнуть, спровоцировать, но регулярно невысыпающийся Робер не вдупляет, чего от него хотят. В итоге Алва не выдерживает и сам имеет Робера где уж приспичило. Роберу тоже все понравилось.
Легкий юмор, не стеб, романс, рейтинг повыше
Марсель может смотреть на попытки Рокэ соблазнить Робера и веселиться"                                                                                           
                                                                                       
246. Альдодик с мпрегом. Альдо канонно погибает, а Ричарду ничего не остается, как вступить в борьбу за трон. Но он в этом деле оказывается достойным соперником, потому что от всех этих потрясений единственный из повелителей освоил свою стихийную магию. До некоторого времени он так и не узнает, что Альдо не был Раканом.                                                                                           

247. Ричард Окделл/Джастин Придд. Пусть Ричард и Джастин вместе пройдут Лабиринт и вернутся в мир живых к ужасу и шоку окружающих, а еще больше они будут шокированы, узнав о связи ПС и ПВ. (H+)                                                                                           

248. Ричард Окделл: селфцест. Книжный канон. Высокий рейтинг.   
                                                                                       
250. Марсель рассказал Эмилю, что трахнул найери, и Эмилю теперь тоже хочется
но собрать набор из найери, фульги и эвро не так-то просто. Пусть заебется, короче.
Групповушка, пвп, юмор, порно-весело-задорно. Хвост найери применить так, как напрашивается"                                                                                           

251. Валентин/Айрис/Катарина
Валентин просто очень неудачно зашел и увидел Катари с Айрис в однозначной ситуации.
Не стойте столбом, граф Васспард, закройте дверь. С этой стороны. Нам как раз кое-чего не хватает.
По результатам обе беременные (поиграем до кучи с таймлайном)
рейтинг, жанр, последующее развитие событий на усмотрение автора
                                                                                           
252. Людвиг Ноймар| (или /)Август Альт-Вельдер, преканон. Людвиг - сова, а потому первая и главная обязанность оруженосца - будить эра. Разнообразные способы побудки. Невыспавшийся Людвиг несет чушь в обществе офицеров, оруженосец с истинно спрутьей невозмутимостью переводит тему. Юмор.   
                                                                                       
253. Ричард (Рихард) Окделл/Кримхильда
Ричард женится на Кримхильде из Гаунау (куда деть Фридриха -на усмотрение автора), Селина выходит замуж за Хайнриха. Борьба за власть.Черная магия Селины против Силы Скал. Не нужно делать из Ричарда политического гения, пусть просто прислушивается к советникам (или жене), которые дают дельные рекомендации в борьбе за трон. Победа Ричарда (Рихарда -как его называют в Гаунау), казнь Селины. Без  жести, пожалуйста. Хотелось бы почитать про политические интриги и взросление Ричарда, который перестает верить всем и вся, наконец-то открывает глаза и учится думать.
                                                                                       
254. Алваро и Ричард
Джен!
Алваро жив, берет на воспитание Ричарда Окделла (после восстания Эгмонта). Не ангст.
                                                                                       
255. Марсель/Герард, ненавязчивое соблазнение, эксперимент, желание проверить собственное обаяние и вообще развлечься. А Герард влюбляется с первого раза.
Можно потом утешить Герарда Эмилем
                                                                                           
256. Фердинанд / Катарина
АУ, Катарина - дочь Пьера-Луи, похожа на своего старшего брата, темновлоса и кареглаза. Фердинанд обожает свсою жену, а она - его. А ещё она учит фрейлин и придворных дам стрелять из пистолета в  парке, фехтовать в дворцоввых коридорах,  устраивает соревнования, бодро шутит. Сильвестр, Штанцлер, супрем Придд и другие видные сановники просят Фердинанда угомонить жену, но это единственное, в чём он может сопротивляться им всем, и не даёт Катарину в обиду.
                                                                                       
257. Реверс битвы в Фельпе. Пантерки переламывают ход битвы, становятся героинями войны и захватывают Алву, Марселя, Джильди и прочих симпатичных моряков, и фемдомно развлекаются с ними: опаивают, связывают, порют, перевязывают член, ебут ночами напролёт и вагинально, и страпонами (можно и в уретру).
Лесбопантер оставьте лесбопантерами, но им можно потрахаться среди привязанных пленников на обозрение — такое ""возбудим и не дадим"
У Зои с Поликсеной тоже взаимные чувства, осознаваемые в ходе битвы, но у няшной оленяшки Поликсены ещё есть всратые кинки и непомерное эго, ущемлённое сальными взглядами Луитджи. И, когда он оказывается в её власти, она устраивает ему игры с ножом, имбирь в жопу, фистинг, золотой дождь и плевки. У Луитджи от этого полнейший шок и разрыв шаблона (и не исключено, что и ануса, в прямом смысле).
Бонусом Зое приходится вмешиваться и осаживать заигравшихся пантер, чтобы пленников не искалечили всерьёз (особенно Поликсену)."                                                                                           
                                                                                       
258. Альмейда/Хулио Салина/Аларкон
просто красивое пвп, светлые косы, сайзкинк и желание чего-то поострее (чего именно - на откуп автору) рейтинг высокий, пвп"                                                                                           

259. "Фердинанд + мелкоОкделлы.
После восстания Эгмонта и внезапной смерти Мирабеллы (хз от чего) корона в непонятках, куда деть окделлят. На время их привозят ко двору, где внезапно между Ферди и Диком завязывается нечто вроде дружбы (сначала на почве ненависти к кардиналу и Манрикам, затем Дик понимает, что Фердинанд в общем-то несчастный человек, которым вертят все кому не лень, а Фердинанд осознает свою ответственность за судьбу последнего из рода Окделл). Без слэша, разумеется.                                                                                           

260. Ричард/Тэргеллах. По любой причине Алва - или кто-то другой отправляет Ричарда к Тэргеллаху. Можно без пейринга. Акцент на новых ощущениях Ричарда - другая еда, погода, природа, обычаи. Рейтинг любой. Можно юмор, можно драму.                                                                                           

261. Дик/Гудрун после гибели обоих встречаются в Лабиринте, знакомятся и комфортят друг друга.
Два варианта: они с комфортом обустраиваются в Лабиринте навечно или выходят обратно в мир живых во главе войска Тварей и после всего наводят там свои порядки."                                                                                           

262. Ричард Горик / Ричард Окделл.
Ричард Горик каким-то образом (воскресает, выходит из Лабиринта - неважно) попадает в современный Дику Окделлу мир, учит его разбираться в политике и хозяйстве. Горик выдает себя за внебрачного сына Эгмонта Окделла (чтоб не было много вопросов), сначала он сильно зол на своих потомков, а так как под рукой только Ричард, то ему и достается на орехи. Потом Горик проникается, начинает относиться к Ричарду более душевно, помогает избежать покушений, выбрать правильную сторону."                                                                                           

263. Арно и Катершванцы.
Арно с детства залипал на братьев и завидовал. А тут оказавшись в Торке стремительно сдруживается с Катершванцами, а они влипают в это солнышко, но не знают, что делать, потому что ну не делить же его на двои, а по поведению Арно непонятно, благосклонен ли он хоть к кому-то из них. В итоге признаются и просят выбрать. Арно смотрит на них долго, задумчиво, в голове шевелятся мысли и его осеняет: ура, у него будут его собственные близнецы!
Додайте Арно кинк на близнецовость: пусть его возбуждает, как братья целуются, обнимаются, зеркалят другу друга, и сразу хочется между ними. А Катершванцев так же заводит делить одного любимого на двоих
                                                                                           
264. Кальденбург. Руппи обожает своего адмирала и всячески комфортит его после плена и второго плена, опционально нонкона а не как в каноне.
Рейтинг низкий, если переходит в высокий, то уважительно и без дабкона/нонкона Кальдмеера.
                                                                                           
265. Робер/Меллит в тамлайне последних книг или постканон. Они встретились (случайно или намеренно) и поняли, что чувства у обоих есть и взаимны (были до этого или односторонние на усмотрение автора) рейтинг тоже на усмотрение (но анон хотел бы таки секс между ними состоялся, пусть даже просто упоминанием) не стеб и не юмор.   
                                                                                       
266. Альдо/Мэллит. Рейтинг, стекло, осознание Мэллит, что для Альдо она никто.
                                                                                           
267. Валедик, можно без пейринга. АУ, детектив, современность, оба работают в полиции, акцент на разности характеров, экспрессивный Дик и сдержанный Валя. Желательно юмора.   
                                                                                       
268. Дик/любая из внучек Манрика. Без больших драм, ангста, юмора. Хотелось бы увидеть зарождение и развитие отношений глазами любого из героев пейринга."                                                                                           
                                                                                       
269. Алва+Кальдмеер. Взаимный давний юст
                                                                                       
270. Рамон Альмейда/Альдо Ракан. Альмейда случайно спасает Альдо во время кораблекрушения (зачем Альдо понесло путешествовать морем - на усмотрение автора) и впечатляется "светлыми косами". Морские приключения обоих, рейтинг тоже по желанию автора.                                                                                           

271. Задорный тройничок Матильда/Мэллит/Селина. Рейтинг повыше.   
                                                                                       
272. А можно Ричард/Меллит? Они же оба потомки Лита, хотя Меллит - очень опосредованно связана с Ушедшим Богом. обоснуй, развитие отношений - по желанию исполнителя. Можно хоть пвп, хоть ER, главное чтобы был сделан акцент на мистической составляющей их связи. Травматичный опыт Меллит с Альдо и ЦХЛ исключаются!   
                                                                                       
273. Дик/Ринальди. Дик как-то выясняет истинное положение дел с Эридани (вещий сон, таймтревел, тайные дневники Беатрисы или Эридани) и проникается Ринальди как Альдо — настоящий Ракан высшей пробы, да ещё блондин.
Если с таймтревелом, то Рино тоже впечатляется упрямым и преданным неучтённым ПС, если без таймтревела, то он просто симпатизирует Дику как взрослый и поживший Страж.
Но желательно допинать его до восстановления памяти.
                                                                                       
274. Алва в полном наряде японских гейш-ойран, с огромным бантом на пузе, сотней шпилек и сандалиями с оттакенной танкеткой. Кинк на то, как его раздевает клиент или наоборот, одевает прислуга.
Не модерн, не костюмированная мистификация. Алва в борделе с детства.
                                                                                           
275. Посвящение в Торке. Эмиль и Лионель. Посвящать решили по очереди, но Ли так понравилось, а Эмиль не хотел, что на второе посвящение они поменялись, Ли пошел по второму кругу, а Эмиль "отсиделся"в борделе. Можно юмор.                                                                                           

276. Хочу Дика, сбежавшего в Гайифу и заведшего там хороших друзей и покровителей, которые помимо физической поддержки помогли ему избавиться от гомофобии и признать себя, если он гей или би и работать с эмоциями. Без коварных соблазнений и развращений, просто откровенные разговоры умных и здоровых психикой людей.
И после мысленной работы над собой Дика можно подключать к гайифским оргиям по дружбе.
Бонусом Дик одет по тамошней моде: сине-зелёно-голубая гамма под павлина, шелка, летящие рукава с прорезями и шикарные береты."

 

Отредактировано (2022-12-17 08:08:38)

Анон

Re: ОЭ-фест

126. Односторонний Сильвестр/Рокэ, юст. Дорак очарован младшим сыном Алваро с момента знакомства и долгие годы безуспешно пытается бороться с этим чувством. Когда он решает возвести Алву на трон, его наваждение переходит в одержимость. Фантазии о том, как однажды он склонит Алву к близости.

▼850 слов, канон какой канон⬍

Триумфальный зал, где заседал Совет Меча, подавлял своей мраморной золоченой красотой, но кардинала Сильвестра это едва ли трогало. Он привык к вычурной красоте, как привыкают ко всему что ни есть в мире — к великолепию цветущей вишни, к глупости людей, в особенности облеченных властью, ко лжи, что покоряет сердца вернее правды, к собственному безверию.

Имелось в мире лишь одно явление, к которому достопочтенный кардинал не сумел привыкнуть — и оно снова опаздывало на Совет. Если спросить о причинах, наверняка отговорится похмельем. Явление звалось Первым Маршалом Талига.

Сильвестр называл его Рокэ.

Сердце неприятно прихватило. Оно, глупое, всякий раз слишком часто колотилось, стоило лишь подумать о нем.

Пробили часы, обозначая начало Совета, однако сегодня и король задерживался. Вопреки извечной привычке, Сильвестр не стал рассматривать собравшихся. Их тайные помыслы давно перестали быть загадкой, а желание казаться сложнее, чем есть, опостылело.

Рокэ, однако, не спешил. Придет ли он? Сильвестр никогда не знал.

Он никогда не знал Рокэ.

Удивительно, насколько память меняет прошлое. Той далекой весной Сильвестр был еще молод, хотя самому себе казался почти стариком. Соберано Алваро, добрый друг и учитель, позвал его погостить, и Сильвестр — для соберано, конечно же, всегда и навечно Квентин — предвкушал долгие разговоры, отменный шадди и неспешные вечерние прогулки. Все это он получил, и сполна, однако случилась и неожиданность, затмившая собой милые сердцу ожидаемые радости.

Рокэ Алва, теперь уже единственный сын соберано. Недавно вернувшийся из Багряных Земель, явно тяготившийся своей новой ролью и оттого то ли потерянный, то ли озлобленный. Их скупо представили; Рокэ скользнул по Сильвестру незаинтересованным взглядом и сказал, что пойдет к морю. Его штаны были подвергнуты до колен, белая рубашка — наполовину расстегнута. На потемневшей от солнца шее болтался кулон из ракушки. Сын соберано выглядел как простолюдин, разве что аккуратные босые стопы выдавали высокородное происхождение.

Сын соберано выглядел как простолюдин той порочной и сладкой породы, к которым Сильвестра неизбежно тянуло. В Дораке таких, доступных и на все готовых, хватало, и не поддаваться обаянию юной страсти было иной раз невыносимо.

Иной раз не поддаваться не получалось. 

— Постарайтесь достучаться до него, — так сказал соберано Алваро, когда они остались наедине. — Учите. Наставляйте, если сможете. Особенно когда меня не станет. Росио бывает своеволен и глуп, однако он весьма талантлив. Нельзя позволить ему пропасть.

Сильвестр обещал, и Алваро сделал вид, будто поверил ему. Босые ноги и загорелые ключицы приснились Сильвестру в первую же ночь, и сон этот отозвался томлением плоти, которое, как нравилось думать, осталось в далеком прошлом.

Прошлое незаметно перетекло в настоящее и не позволило от себя спрятаться.

— Вы верите в Создателя? — спросил Рокэ, спустя несколько дней отыскав Сильвестра на берегу.

Был вечер, и с океана тянуло почти осенней прохладой. Рокэ сел рядом и запустил ладони в песок. У него были очень красивые руки, к ним пошли бы кольца.

— В моем, скажем так, ремесле это излишне, — честно ответил Сильвестр.

Рокэ помолчал. Он пропускал песок сквозь пальцы и смотрел на разбивающиеся о берег высокие волны. Сильвестр залюбовался его профилем, залюбовался до томного жара в паху — и едва не отпрянул, когда Рокэ вдруг посмотрел на него в ответ. Ослепительно-синие глаза глядели хитро и смело, они подчиняли, забирались прямо в душу — в то, что от нее осталось.

— Я бы хотел поверить, — прошептали влажные губы. — Когда веришь, легче. Вижу, в этом вы мне не поможете. Жаль.

Рокэ упруго поднялся на ноги и удалился, и ветер беспощадно трепал его черные распущенные волосы. Сильвестр подумал, что хотел бы остановить его, вернуть, уронить на золотистый песок. Он чувствовал это так же ясно, как запах моря — гибкое сильное тело, что не желает покоряться — и все же льнет к прикосновениям. Как же давно…

«Учить и наставлять», — вспомнил Сильвестр. Ему хотелось рассмеяться.

Так началась одержимость, так начали свой отсчет годы пустого мучительного вожделения. Рокэ взрослел, становился сильнее и опаснее, и похоть также нисколько не уменьшалась. Она лишь густела, как кровь в старом теле.

Всё-таки Сильвестр был тогда очень, очень молод. После краткой встречи на берегу Рокэ больше не пытался говорить о вере, однако о войне рассуждал и слушал охотно. Политика его не интересовала, но и к разговорам о ней он постепенно привык, демонстрируя изрядную сообразительность, и однажды…

Мысль прервалась. Двери распахнулись, и в зал вошёл Первый Маршал. В такие моменты его было легко представить королем, и Сильвестр не отказывал себе в этой фантазии. Рокэ как мог противился идее, но его несогласие не имело значения. От судьбы не сбежать и не скрыться, Сильвестр это знал по себе.

От уродливой страсти — тоже. Сильвестр любил представлять Рокэ другим — благодарным, осознающим меру своей власти и ответственности. Но чаще — просто благодарным. Он бы выражал свою признательность, стоя на коленях и разрешая иметь себя в рот. Он бы любил Сильвестра. Он, этот Рокэ из фантазии, был похож на настоящего не более чем отражение в разбитом зеркале. Сильвестр привык довольствоваться таким, доступным. Воображал, как берет его на столе в кабинете, или зажав у стены, но никогда в спальне.

В спальню он бы отвел настоящего Рокэ, того, кто остался в той далекой весне. Того, кого больше нет.

Первый Маршал по-кошачьи улыбнулся, точно зная все эти нечистые помыслы. Сильвестра это не смущало, ведь на самом деле Рокэ ничего не знал. Ни того, что однажды станет королем, ни истинной меры одержимости Сильвестра.

На все загадки Рокэ у него имелись свои, и так было, есть и будет.

Двери снова распахнулись, на этот раз пропуская Его Величество. Совет пора было начинать.

Отредактировано (2022-12-17 07:41:29)

Анон

Re: ОЭ-фест

98. Эгмонт/Рокэ. В Торке у них были довольно бурные отношения, однако после Эгмонту хорошенько промыли мозги и переориентировали на любовь к великой Талигойе. Рокэ был зол, но забыть и перестать любить окончательно так и не смог. Дуэль была. И вот Рокэ берёт Ричарда оруженосцем, и Ричард невыносимо напоминает отца: внешностью, мимикой, упёртостью. И, в отличие от спекулирующей на этом Катари, Рокэ действительно больно на это смотреть и кроет флешбеками. Акцент на эти флешбеки, рейтинг повыше.

▼2000 слов, R⬍

— Росио, — шепчет Лионель. — Не вздумай, Леворукий тебя побери…
Но Алва не слушает его. Он рассматривает высокую фигуру среди таких же стоящих унаров, улавливая шепотки вокруг. Еще бы — как будто это Эгмонт Окделл ступил на площадь из Рассветных Садов, куда давным-давно отправил его Рокэ.
Конечно, Алва знал, что у Эгмонта родился сын. Мирабелла Окделл все же одарила супруга такой милостью, разбавив череду дочерей, которые в будущем обещают стать завидными невестами. Точнее, обещали. Несмотря на былое величие Надора, мало кто захочет сейчас связываться с детьми предателя. Яблоко от яблоньки.
И сын Эгмонта, Ричард. Стоит, только глаза пробегают по рядам. Кого он там ищет, Людей Чести? Ни один из них не рискнет нарушит прямой запрет кардинала. Да, все они дружили с Эгмонтом, некоторые даже разделяли его идеи, но Эгмонт Окделл давно лежит в могиле, а вот тем, кто сейчас расположился на галерее, еще жить и жить. Один за другим эры называют имена выпускников, и Алва знает, что никто не назовет имя Ричарда.
Лионель продолжает что-то говорить, кажется, убеждает Алву не делать глупостей и не лезть поперек воли Сильвестра. Рокэ знает, что так нужно, это правильно. Ричард вернется в Надор, униженный и опозоренный, и останется там до конца своих дней, влача жалкое существование в холодном замке.
Рокэ знает, как правильно, и называет имя Ричарда Окделла.

— Вы убийца!
Ричард невыносимо похож на отца.
Алва смотрит на него и не может даже защититься, закрыться от этого искреннего праведного гнева. Ричард стоит напротив него, лицо искажено яростью, он прекрасен в своей злобе, и Рокэ отстраненно думает, что с такого Окделла стоило бы нарисовать картину. «Праведный святой в гневе».
Святой… совсем как Эгмонт.
Эгмонт Окделл не совершал ошибок, о нем не сплетничали по углам, передавая вино по кругу, он был великолепен, прям, непогрешим. И совсем, губительно не похож на молодого Росио Алвасете. Не иначе как Леворукий свел их вместе, а уж с чего все началось, за давностью лет не вспомнил бы и сам Алва. Кажется, с чертова холода — Росио и подумать не мог, что есть места, где холод проникает под кожу, растекается по венам вместе с кровью, заставляет медленнее думать. Как будто даже рука со шпагой движется неохотно, да так, что молодой Окделл легко обезоруживает маркиза Алвасете.

— Очень неплохо, маркиз Алвасете — Эгмонт улыбается, защитный колпачок упирается противнику в сердце, и Рокэ кажется, будто он все еще слышит недовольный звон собственной выбитой шпаги.
— В Кэналлоа я бы не дал вам и трех минут, — Рокэ улыбается в отвпет. — Но, должен признать, я еще не привык фехтовать на таком холоде.
Эгмонт убирает шпагу, серые глаза — серые, опять серые, как скалы и небо вокруг — смеются:
— Торка немилостива к южанам.

Ричард… Чертов Окделл даже двигается так же, как его отец. Щурится, вглядывается в противника — хотя что он хочет там увидеть? Ему пока далеко до Эгмонта, не хватает ни грации, ни силы, хотя со временем он обещает стать неплохим фехтовальщиком. Ричард хмурится, тонкая складка залегает между бровей — совсем как у его отца, когда происходило что-то, что ему не очень нравится. Алва стоит очень близко, на расстоянии вытянутой руки со шпагой, отсюда он может рассмотреть каждый завиток чуть отросших русых волос, и только Леворукий знает, каких сил стоит держать себя в руках, чтобы не дотронуться до Ричарда.
Алва знает, он помнит, какими мягкими были чужие пряди.

— Не ждал вас так поздно, маркиз Алвасете.
Росио ступает бесшумно, как кот на охоте — синие глаза блестят, он мягко улыбается. Они зимуют здесь уже третью неделю — Торку завалило кошкиным снегом, небо хмурится и через день продолжает извергать из себя новые снегопады.
— А мне показались, что ждали.
Эгмонт вздрагивает.
Росио подходит медленно, будто опасаясь спугнуть. Момент истины, правильно ли он истолковал чужие взгляды, которые Эгмонт бросал на него, когда думал, что Росио не видит. Взгляды, задержавшиеся чуть дольше обычного на тренировках, на советах, где они пересекались, и даже в бане, куда маркиза Алвасете затолкали после очередного долгого дня, проведенного на свежем воздухе. Так не смотрят на друга или товарища, скорее на что-то красивое, ценное, чем ты очень хотел бы обладать, но понимаешь, что никогда не сможешь себе этого позволить.
Он останавливается совсем рядом с Эгмонтом, смотрит, улыбаясь, медленно поднимает руку, чтобы коснуться чужого лица. Эгмонт не сопротивляется — серые глаза глядят настороженно, плечи под пальцами напряжены, когда чужие пальцы легко касаются их.
— Что вы делаете, маркиз? — голос звучит глухо, словно Эгмонту вдруг стало нечем дышать.
— Соблазняю вас, конечно, — отвечает Росио и целует его.

Ричард смотрит хмуро, сжимая бокал с вином, пока Ли пересказывает Росио очередную байку. Алва краем глаза смотрит на оруженосца — да, пить тот совсем не умеет. Совсем как отец. Лионель не задает никаких вопросов, беседа течет плавно и неторопливо, но Рокэ видит, как старый друг смотрит на Окделла — как на диковинную зверушку, про которую еще сложно понять, насколько она опасна.
Словно раздумывает, не лучше ли прибить ее сразу, не дожидаясь, пока она укусит протянутую руку.
— А скажите, Ричард, — вдруг поворачивается Лионель. — В Надоре все еще носят килты?
Чтоб тебе гореть в Закате вечность, Ли, бессильно думает Рокэ, до самого скончания времен.

— Килты? — смеется Эгмонт.
Они лежат в постели, им совершенно некуда торопиться. Росио уйдет к себе, но в запасе у него есть еще несколько часов. Эгмонт улыбается, и Росио готов отрубить собственную руку, лишь бы Окделл продолжал улыбаться ему так.
Фехтовать можно и одной рукой, правда ведь?
— Да, в некоторых горных селениях все еще носят килты. Да и в самом Надоре мужчины надевают их на некоторые праздники. Не скажу, что это самая удобная одежда, но, думаю, тебе бы понравилось. Я привез один с собой, кстати говоря, сам не знаю, зачем. Хочешь примерить?
Эгмонт помогает ему приладить клетчатую ткань, и Рокэ чувствует себя несколько неуютно, но это ощущение быстро исчезает, едва он замечает загоревшиеся глаза любовника.
— Нравится вид, герцог Окделл? — мурлыкает Росио и кружится.
Сильные руки хватают его, впечатывая в разгоряченное тело, разворачивают спиной, бросают на постель. Рокэ изворачивается, смотрит через плечо, охает под весом Эгмонта, вздрагивает, ощущая зубы, впившиеся в шею. Святой Эгмонт, надо же! Не такой уж он и каменный, хотя в определенных местах… Лионель был бы в шоке, расскажи ему Рокэ о том, сколько раз Эгмонт может любить его за ночь.
Но Росио не расскажет. Все это — приглушенные стоны, жар чужого тела, руки, поцелуи, все это только для него одного.
— Росио, — шепчет Эгмонт, — проклятая закатная кошка, только мой.
Он несдержан и порывист, Росио всегда считал себя темпераментным, но Эгмонт даст ему сто очков вперед. Может быть, это как-то связано с холодом? Чтобы согреться, северяне вынуждены быть очень, очень страстными.
Росио стонет, когда Эгмонт наконец входит в него, и все посторонние мысли быстро улетучиваются из его головы.
Каждый раз они любят друг друга как в последний, и почему-то для Росио к этой бесконечной нежности всегда примешивается горечь. Вот и сейчас он прогибается в спине, подавляя желание кричать, ощущая Эгмонта в себе, руки комкают простыню, а в груди сжимается так, что становится тяжело дышать. Он и Эгмонт Окделл, надо же.
Чужая ладонь касается живота, гладит, спускается ниже, и Росио захлебывается стонами. Движения Эгмонта становятся судорожными и неровными, он глухо рычит что-то и выходит, и Росио, скручиваемый оргазмом, чувствует, как теплое заливает ему спину.
Он расслабляется, падает на постель, ему хорошо до закатных тварей, а Эгмонт осторожно вытирает его тряпицей.
— Закатная кошка, — шепчет он позже куда-то в шею Росио. — Всегда мечтал взять тебя в килте.
Росио смеется, зарываясь лицом в волосы Эгмонта, перебирает их руками, вдыхает запах, напоминающий о лесе и опадающих листьях. Хоть бы эта ночь не кончалась вечно, думает он.
Хоть бы они не закончились никогда.

Ричард Окделл в форме — отдельный вид Заката.
Мундир сидит на нем как влитой, гораздо лучше придворных вычурных одежд, и Алва смотрит, смотрит, не может никак насмотреться, потому что в форме Ричард — чистая копия Эгмонта. Человек, рожденный для войны, для битвы. Таким не суждено мирно вспахивать землю или возиться с бумагами, для них есть только одна стезя — как и для самого Рокэ. Мало кому из таких предначертано встретить старость в постели в окружении благоговеющих внуков — такие, как Эгмонт, умирают со шпагой в руке, незыблемые, несломленные.
Каждый раз, когда Алва смотрит на Ричарда со спины, в груди болезненно жмет, дыхание перехватывает — будто тот, другой, из прошлого, похожий на Ричарда как две капли воды, сейчас повернется с улыбкой и назовет Рокэ совсем другим именем.
Но человек оборачивается, и Алва подавляет разочарованный вздох. Это все еще Ричард Окделл, оруженосец Первого маршала.
— Я нужен вам, монсеньор? Я хотел бы искупаться в реке.
И Алва отвечает лишь:
— Идите, Ричард.

Они купаются в реке, плещутся как дети. Холодная вода отрезвляет, выбивает дрожь из тела, Росио едва сдерживается, чтобы не начать стучать зубами.
— Тебе бы стоило хоть раз побывать в Кэналлоа. Там хотя бы можно плавать в море без риска умереть, — бурчит он.
Эгмонт смеется и плещет на него водой:
— Замерз, южная пташка? Иди сюда.
Они целуются, и Алва прижимается теснее, чувствуя, какой Эгмонт горячий. Как будто холодная вода действительно не в силах остудить жар чужого тела. Росио вздыхает, кладет голову на плечо Эгмонта.
Одинокая звезда коротким росчерком пролетает над их головами, и Алва загадывает: «Пусть…», но звезда уже исчезает.
— Успел? — спрашивает Эгмонт, но Росио лишь качает головой.
— Разве тут что-то загадаешь? Она погасла быстрее, чем я успел подумать о том, чего хочу. Приезжай в Алвасете, — шепчет он. — Я покажу тебе настоящее южное море. И настоящий звездопад.
Вместо ответа Эгмонт целует его, жадно и жарко, скользит руками по телу, прижимается теснее.
Росио действительно надеется, что Эгмонт согласится.

— Вы дрались с моим отцом на дуэли, зная, он не сможет сражаться в полную силу!
Алва прикрывает глаза. Даже эти обвиняющие интонации, мимика, бурные жесты напоминают ему об Эгмонте. Хотя тот, конечно, обвинял его совсем по другому поводу.
Рокэ мог бы многое объяснить Ричарду. Про линию, про идеи великой Талигойи, отравившие разум Эгмонта Окделла, про выбор, который развел их в разные стороны. И про то, что та самая Талигойя, за которую умер Окделл, оказалась лишь жалкой подделкой, никогда не существовавшей нигде, кроме разумов заговорщиков. Золотом дураков.
Он мог бы сказать, что Эгмонт задолжал ему, возможно, не так много, как показалось бы другим — всего лишь душу самого Алвы, которую продолжает корежить спустя столько лет. Как будто Эгмонт умер — и сбежал, скрылся, спрятался, а Рокэ остался один со всей своей памятью и болью, которой не становится меньше.
Но Алва молчит.

Когда они видятся в предпоследний раз, Эгмонт странно несдержан, берет его снова и снова и не дает Росио ни заговорить, ни перевести дыхание, и Алву не покидает ощущение, что он прощается. Росио задыхается в чужих руках, кричит, не сдерживаясь, потому что Эгмонта становится слишком много — руки, поцелуи, прикосновения, даже воздух пропах им, и серые глаза ни на миг не отрываются от лица Алвы.
Разглядывая после собственное тело, покрытое следами укусов и поцелуев, Росио нервно смеется:
— Ты решил меня отметить, чтобы я не забыл?
Но, когда он смотрит на Эгмонта, смех застревает у него в горле.
Следы сходят через несколько дней.
Но Рокэ действительно не может забыть.

— Как вы могли, это же бесчестно! Как вам вообще совесть позволила, хотя о чем это я, ведь у вас нет совести!
Ричард злится не на шутку, и Алва отстраненно размышляет, начнет ли оруженосец все-таки громить его кабинет или сдержится. Эгмонт бы не начал, но Алва ведь и не убивал отца Эгмонта.
— Он был вашим другом, а вы убили его!

Эгмонт смотрит на него холодным оценивающим взглядом, будто прикидывая, в какое место лучше всего воткнуть шпагу. Он пришел сюда убивать. Серые глаза напротив кажутся застывшими, заледеневшими, и Алве хочется проломить этот чертов лед, чтобы увидеть наконец, осталось ли за ним что-то еще.
— Откажись, — еле слышно шепчет Алва. — Прекрати. Подумай хотя бы о своей семье.
Лицо Эгмонта кривится, про другого человека Рокэ бы сказал, что он сейчас разрыдается. Но это Эгмонт Окделл, человек из стали, тверд и незыблем, как и положено Повелителю Скал.
Он не отвечает, но в серых глазах что-то меняется, и теперь они смотрят почти так же, как в их последнюю ночь вдвоем в Торке. От этого взгляда у Алвы внутри все покрывается льдом, мучительно сжимается сердце.
А он ведь думал, что это чертово сердце давно уже превратилось в железо.
Когда все заканчивается, Эгмонт не умирает сразу. У Алвы есть еще несколько мгновений, и он падает на колени, поддерживает голову и говорит, говорит, не осознавая даже смысла слов, что произносит.
Эгмонт тянет ладонь к его лицу, но рука падает на полпути, он слаб и с каждой секундой жизнь утекает из него все быстрее. Он хмурится, будто чем-то недоволен, красивое лицо искажает гримаса боли, он силится что-то сказать. Алва склоняется ниже, отводит пальцами упавшие на лоб русые волосы.
— Росио, я…
Пытался ли он извиниться за то, что когда-то покинул Алву, или за выбор неверной стороны, который заставил их обоих поступить, как должно, или хотел сказать что-то другое — этого Рокэ уже не узнает.
— Прости, прости меня, — шепчет Алва, но ему никто не отвечает.
Серые глаза, в которые он смотрит, пусты и безжизненны.
Эгмонт Окделл умер.

Ричард продолжает что-то говорить, но Алва уже не слушает его. То ли это выпитое вино, то ли игра света, но вместо Ричарда он видит Эгмонта, расхаживающего по кабинету в порыве праведного гнева. Русые волосы растрепаны, глаза сверкают от ярости, Эгмонт тяжело дышит, сжимая руки в кулаки, явно сдерживая желание наброситься на Рокэ.
Алва не двигается, ничего не говорит, застывший, замерший, весь поглощенный созерцанием человека напротив. Эгмонт, пробушевав еще несколько минут, наконец вылетает из его кабинета, громко хлопнув дверью. Тишина звенит, совсем как шпаги в день их дуэли.
Росио опускает голову, закрывает глаза. За окном воет ветер — Торку, наверное, опять завалило снегопадом. Он как наяву видит человека, только зашедшего в дом с улицы — со снегом на одежде и ресницах, человека, который для Алвы так и не смог по-настоящему умереть.
Эгмонт Окделл улыбается, протягивает ему руку, серые глаза сверкают сталью. И в тишине кабинета Росио, мыслями далеко отсюда, в холодной снежной Торке, шепчет одно-единственное слово:
— Прости.

Отредактировано (2022-12-17 15:20:15)

Анон

Re: ОЭ-фест

237. Лионель Савиньяк/Ричард Окделл (фоном Эмиль/Дик).
У Дика и Эмиля были очень теплые отношения в Варасте, переросшие в любовь, однако Эмиль погиб. Дик скучает по нему, однажды напивается и вываливает Лионелю, как тяжело живется без Эмиля, как он думает о нем и так далее. Лионель, который привык все держать в себе, максимально шокирован, однако ему тоже тяжело без близнеца. В итоге Лионель и Дик тянутся друг к другу сначала просто "чтобы не быть одному", а потом все становится серьезно. Хочется, чтобы Лионель, который увлекается мистикой, повлиял на раскрытие у Ричарда силы Повелителя Скал.
Не ПВП, желателен невысокий рейтинг.

Автор очень сильно извиняется, прочитал заявку невнимательно и получилось как раз ПВП и рейтинг (и никаких сил скал, к сожалению), поэтому по желанию Заказчика можно не засчитывать как исполнение.
АУ, ООС (!!!), рейтинг не выше R, стекло, читать на свой страх и риск
1110 слов

▼Скрытый текст⬍

Я смотрел в эти лица
И не мог им простить
Того, что у них нет тебя
И они могут жить

Наутилус Помпилиус “Я хочу быть с тобой”

Вечер во Фрамбуа шёл своим чередом. Эр Рокэ поблагодарил Их Величеств за оказанную честь и объявил о причитающихся офицерам наградах, в том числе и генералу от кавалерии Эмилю Савиньяку. Посмертно. Гости опустошили свои кубки в полагающейся уважительной тишине, но чем дальше, тем больше искреннего смеха слышалось вокруг — люди, как и полагалось, радовались победе.

На губах эра Рокэ играла светская улыбка, но Дик уже достаточно наловчился различать её оттенки. Она была куда менее искренняя, чем до приезда столичных гостей, и куда более печальная, чем та, что нередко мелькала в Варасте, особенно в тесной компании Дика и Эмиля. Сердце кольнуло болью. Вернее, её отголоском. С того самого дня на Дарамском поле Дику казалось, будто он окружён вязким серым коконом — даже удивительно, что это было незаметно постороннему глазу — и сквозь него не могли пробиться ни бурная радость, ни горькое отчаяние. Оно и к лучшему.

Перед Диком на кресле застыл Лионель Савиньяк, на его губах блуждала тонкая придворная улыбка, а лицо казалось одновременно таким знакомым и поразительно чужим, что смотреть было страшно, но не смотреть — невозможно. И он смотрел. Поэтому, наверное, невольно замечал, как каменел профиль и становился пустым взгляд, когда граф думал, что гости заняты друг другом и на него никто не обращает внимания. Никто, кроме Дика.

— Это несправедливо!

— Что именно? — спросил Лионель, чуть обернувшись, и Дик понял, что произнёс это вслух.

— Улыбки, радость, тосты, планы на будущее… Как будто ничего не случилось. А его просто нет! Как они могут?! — выпалил Дик на одном дыхании, слишком поздно осознав, что сболтнул лишнего.

Лионель окинул Дика цепким холодным взглядом, и сразу стало ясно: он всё понял, всё прочитал, принял к сведению и сейчас обдумывает дальнейшие действия. Скорее всего, раньше Дик покраснел бы и отвёл глаза, но теперь тугой кокон тупого безразличия надёжно защищал его. Лионель негромко хмыкнул и произнёс так, чтобы слышал только Дик:

— Он не хотел бы иного.

— Чего именно? — недоумённо спросил Дик, чуть наклоняясь вперёд.

— Чтобы ты оплакивал его судьбу, например. Или носил вечный траур. Уж поверь мне, ему больше нравился смех, и он всегда предпочитал “Кровь” “Слезам”.

— Я знаю, — прошептал Дик и прикусил губу: ком в горле мешал дышать.

— Так и вышло… — горько закончил Лионель.

Кривая ухмылка исказила его черты, словно кто-то ненавистный проворачивал кинжал в сердце. Казалось, что из уголка рта вот-вот заструится алой струйкой кровь.

Наконец вечер был окончен, и все разошлись, даже эр Рокэ покинул зал, оставив своего оруженосца в компании Лионеля Савиньяка и нескольких бутылок белого. Есть не хотелось совершенно, а несколько выпитых на голодный желудок бокалов располагали продолжить.

— Присаживайся, — окликнул его Лионель, кивая на опустевшее кресло рядом с собой. — В ногах правды нет. Можешь поискать её в вине.

Дик внял совету. Они пили молча, время текло незаметно. Из тела постепенно уходило напряжение, вслед за ним уплывал и разум. Дик не помнил, как оказался у стены, крепко, до судорог сжимая в пальцах жёсткую ткань придворного мундира, самозабвенно целуя сухие горячие губы.

Сильные руки вдруг оттолкнули его, разрывая поцелуй. Ощутимо встряхнули.

— Дикон, — позвал знакомый голос с совершенно чужими жёсткими интонациями. — Дикон! Посмотри, на меня. — Тот с трудом поднял глаза, встретившись с абсолютно трезвым взглядом Лионеля. — Ты же понимаешь, что я — это не он?

Дик энергично закивал. О, он прекрасно понимал, чувствовал буквально в каждом движении, но это его не останавливало. По крайней мере не сейчас, когда наконец удалось хоть чем-то пробить тяжёлый мглистый кокон, снова почувствовав жар желания. Дик проклинал себя за него, но отказаться был не в силах.

— Хорошо, — отрывисто бросил Лионель и перехватил его за запястье — крепко, останутся синяки, но было плевать — и потянул за собой куда-то в глубину коридоров. — Тогда пойдём.

Они оказались в комнатах, отведённых графу, хотя Дику было бы всё равно, даже будь они посреди тронного зала. Лионель прижимал его тяжестью своего тела к мягкой кровати под выцветшим балдахином, ни капли не похожей на твёрдую узкую походную койку. Дик терялся в ощущениях, но чётко осознавал, с кем он был сейчас. Вернее — с кем не был. Он чувствовал отличия в каждом поцелуе, непривычно остром, похожем на укус, в голодном взгляде, в хищном наклоне головы, в незнакомом запахе, отдающем морозной стылостью даже в жарко натопленной комнате, в каждом прикосновении чужих рук к его коже, жадном, требовательном.

Потом пришла боль, тупая, тянущая. И заполошный горячий шёпот на ухо. Его просили — или приказывали? — потерпеть. И он терпел, почти наслаждаясь этой болью, потому что она тоже проходила сквозь отрешённость и равнодушие, её можно было по-настоящему ощутить.

А ещё позже пришло наслаждение — и за него Дик ненавидел себя яростнее всего. Он обессиленно уткнулся лицом в разворошенную постель, на обнажённой спине остывали капельки пота и чужого семени. Позади послышался шорох, и прохладная ладонь легла на шею, чуть надавив, прошлась до затылка, ероша волосы. И это движение было таким родным и знакомым, а от того ещё более неправильным, что Дик не выдержал. Слёзы текли из глаз сквозь сомкнутые веки и тут же впитывались в ткань. Всё тело мелко тряслось, но он даже не мог устыдиться своей слабости — уже совершенно иная боль накрыла его тугой волной.

Лионель молчал, за что Дик был ему безмерно благодарен, но руку не убрал, осторожно перебирая взмокшие пряди.

Наконец слёзы закончились, и Дик смог перевести дыхание. Давление с затылка исчезло, послышался усталый голос Лионеля, непривычно мягкий, но даже сейчас его сложно было спутать с голосом брата:

— Миль всегда любил лошадей. Иногда казалось, что он научился ездить верхом раньше, чем ходить. Конечно же, это не так, но всё равно… Рокэ видел тело уже после, а ты был рядом. Мне нужно знать, что было раньше: сталь или копыта?

— Сталь, — не задумываясь, ответил Дик.

— Это хорошо. Он не хотел бы умереть по вине тех, кого так любил.

— Я был рядом — и ничего не смог сделать! Я отдал бы всё, чтобы оказаться на его месте, — неожиданно для себя произнёс Дик, с трудом сдерживая вновь подкатившие слёзы.

Лионель лишь кивнул, принимая его слова. Не споря и не отговаривая. Тоже хотел бы поменяться ролями с братом? Или, не раздумывая, отдал бы Дика в обмен на его жизнь? Как ни старался, Дик не смог отыскать обиду в своём сердце: Лионель знал и любил брата дольше, чем Дик жил на этом свете.

Дик потянулся за одеждой, неспешно надел и только тогда поднял взгляд на Лионеля: тот выглядел холодным и отстранённым, лишь чуть покрасневшие скулы и беспорядок в одежде, которую он так до конца и не снял, говорили о том, что произошло между ними.

— Разрешите идти? — слишком формальное обращение само сорвалось с губ.

Линель слегка поморщился от его тона и бросил:

— Свободен.

Не давая себе передумать, Дик быстро подошёл к постели, знакомым движением положил ладонь на загривок Лионелю и резко провёл вверх по затылку — и почувствовал лёгкую дрожь под рукой.

И тогда Дик тоже многое понял.

Что ж, если он может поддержать брата Эмиля — любым способом — он сделает это, пообещал себе Дик. Развернулся и вышел из комнаты.

Анон

Re: ОЭ-фест

255. Марсель/Герард, ненавязчивое соблазнение, эксперимент, желание проверить собственное обаяние и вообще развлечься. А Герард влюбляется с первого раза.
Можно потом утешить Герарда Эмилем

1200 слов, кое-как вписанных в канон. Низкорейтинг

▼Скрытый текст⬍

Капитан Валме еще спал, когда Герард вошел в светлую комнату. Монсеньор предупреждал, что тот не знаком с армейскими порядками и что по столичной привычке непременно лег за полночь, но Герард все равно сперва постучал, выждал минут пять, постучал снова и только тогда отворил дверь.

— Господин капитан!

Тот натянул на голову легкое одеяло, снаружи осталась лишь русая макушка.

— Господин капитан, монсеньор уже отзавтракал и ушел с адмиралом Джильди. Мне было велено дождаться вас и тогда…

— Корнет Арамона, — глухо отозвался все же проснувшийся капитан, — у вас дивно приятный голос, один из самых приятных, что мне доводилось слышать по утрам…

Герард ощутил, как потеплели щеки. Конечно, капитан Валме не имел ничего в виду, не мог иметь, это низкое воображение так истолковало слова: с Герардом случалось такое, и каждый раз казалось, что он бесконечно виноват перед матушкой и Создателем.

— …и все же он несколько слишком громкий. Завтрак, говорите?

Капитан Валме сел на постели и оглядел Герарда, словно хотел удостовериться, что ничего не переменилось со вчерашнего вечера. Задержал взгляд на руках, и Герард поспешно спрятал их за спину, остановился на лице, и тут же из забранных в хвост волос выскользнула светлая прядь. Капитан Валме усмехнулся.

У него на щеке отпечаталась подушка, а панталоны задрались повыше колен, открывая голени. Солдаты шептались, что столичные дамы ценили общество капитана — виконта! — Валме, и, кажется, Герард понимал, почему. Тот улыбнулся и похлопал по постели.

— Сядьте-ка рядом, корнет Арамона. Это приказ старшего по званию!

Герард неловко присел на краешек постели. От капитана Валме пахло вином, розовой водой и живым телом, от простыни еще исходило слабое тепло. Вдруг лица коснулись пальцы, небрежно и будто бы испытующе.

— Так вы еще даже не бреетесь, — рассмеялся капитан. Смеялся он легко, как бывает с людьми, которые ведут счастливую беззаботную жизнь. — У вас девичьи щеки и полковничья дотошность, корнет! Нечасто такое встретишь.

Герард вдруг понял, что дышит тяжело и спешно, а рука капитана Валме скользнула к шее, задержалась там на мгновение и отстранилась, оставив на коже пустоту и прохладу.

— Четверть часа, и я буду за столом! И лучше бы шадди был горячий.

***

Разгадывать монсеньора Герард не брался — пустое. Иногда тот бывал удивительно разговорчив, расспрашивал о Кошоне и родителях, о книгах и любимых полководцах. Слушал, подперев голову рукой, и Герард забывал, что беседует с герцогом. Иногда тот становился… маршалом, и каждое его слово было приказом. И Герарду чудилось, что он обычный мальчишка, которому повезло увидеть в окошко смотр войск.

Капитан Валме был куда проще, но истолковать не выходило и его. Он был совсем не военный, но при этом офицер, чудесно фехтовал, но часто появлялся без шпаги, находил для каждой дамы изысканные слова, но иногда клал ладонь Герарду на колено или наклонялся к самому уху. И запомнить получалось не то, что он сказал, а как тепло волновало дыхание. Герард замирал и ждал, что вот-вот… что-то изменится. Но капитан Валме выпрямлялся и снова оказывался на расстоянии нескольких шагов.

— Надо привести тебе девицу! — как-то бросил тот. Он чередовал формальное обращение с дружеским, и это тоже мешало поймать чужое настроение. — Какие тебе нравятся?

— Не нужно, господин капитан, — Герард замотал головой.

Монсеньор ушел, оставив их в темной гостиной одних. Пустое кресло между ними.

— О, сколько лет я не видел такого искреннего румянца!.. Оллария, знаешь ли, заставляет черстветь. И все же…

Капитан Валме заговорил о женщинах. Он не называл имен, но описывал каждую, не цвет волос и глаз, но кожу, ласки и касания. Они были разные, порывистые, сдержанные, развращенные, но думать выходило только о том, как не выдать нахлынувшего жара и отчего у капитана такие яркие глаза. От вина ли?

— …и вот столько ты упускаешь, Герард. Ну, удалось мне распалить твою юную фантазию?

Да, да! Герард чувствовал, как тело осторожно просит о внимании, как частое дыхание сушит губы, но ни одна из дам, что когда-то одарили капитана своей любезностью, не казалась ему стоящей. Герард сжал ладони в кулаки.

— Господин капитан, а в любовь вы не верите?

Он знал, как наивно это прозвучало. Что в глазах капитана и монсеньора он мещанское дитя, которое выросло в крохотном городке, и что о любви вздыхают лишь барышни и старые девы.

— Ты говоришь про Веннена, а я читаю тебе стихи из альбомов. Право, болтаю с тобой и вспоминаю, как дивно все было в шестнадцать!

Наверное, тот верил, оттого и не ответил прямо. Капитан Валме занял кресло монсеньора, вновь приблизился к уху Герарда и заговорил:

— Я утро за утром девицу встречаю, ее красоту каждый раз замечаю, и розы ланит, и очей синеву, однажды я мимо пройти не смогу…

***

— Корнет Кальперадо! Недурно звучит, а?

Имя странно ложилось на язык, но голосом капитана Валме оно вовсе распадалось на слоги и теряло смысл. Тот повторял его, повторял, а Герард никак не мог взять в толк милости, что ему досталась. Казалось, до нее надо дорасти, дожить, а пока она была велика в плечах и волочилась по земле.

В дождливом Урготе не любили балконов, но тут он был, и капитан Валме вытолкал Герарда наружу. Дохнуло сыростью, а слабая морось тут же окутала обоих.

— Наверняка в Кэналлоа не бывает таких погод! — воскликнул капитан. — Рассчитываю на приглашение, дор… Герардо? Херардо? Уж не знаю, как тебя теперь звать.

— Как вам угодно, сударь.

Капитан Валме рассмеялся — и Герард снова не знал, что тот имеет в виду. Смеется над ним или сами обстоятельства кажутся ему забавными? Веселый ли это смех или злой? Но капитан отставил бокал на парапет, а его руки легли Герарду на плечи, весомо и однозначно.

Значит, вот как оно должно произойти. Герард послушно закрыл глаза, и лицо капитана оказалось где-то совсем близко, в десятых долях бье. Герард разом хотел и боялся, стыдился и разрешал себе забыть на мгновение о дозволенном и запретном. Отчего он, а не любая дама, которая согласилась бы составить капитану Валме компанию?

Тот поцеловал его, и щегольские усы защекотали кожу над верхней губой. Сделалось разом жарко, несмотря на непогоду, и холодно где-то внутри. Герард вспомнил о своих руках и вцепился в локти капитана. Приоткрыть губы, чуть вытянуть — у него получится!..

Отчего он никогда не гулял в Кошоне с девицами, Герард не знал. Руки капитана Валме оказались на спине, у лопаток, и все девицы растворились в сбивчивых воспоминаниях.

***

— Я поеду в Олларию, — объяснял капитан Валме, — а ты — в Фельп к Савиньяку. Расскажешь ему, если он еще не знает. Ну и побудешь у него на посылках.

— Я не поеду, — выдохнул Герард.

Он сказал бы громче, но в соседней комнате постоялого двора спал Чарльз Давенпорт, и будить его не хотелось. За эти месяцы капитан Валме подрастерял лоск, перестал быть похож на завсегдатая салонов, но Герард заметил это случайно. Изменился запах, касание щетины при поцелуе стало жестче, ладони грубее. А шутки по-прежнему были понятны не всегда.

Их обоих бросил монсеньор, а теперь капитан Валме бросал Герарда.

— Упрямство — качество не самое плохое, — но отчего ты не хочешь? В кавалерии веселее, чем в нынешней Олларии, Эмиль — чудесная компания. Через год будешь щеголять новенькой перевязью…

— Я не хочу вас оставлять, сударь!

Герард глядел на кувшин для умывания: оказалось, он расписан в мелкий синий цветочек, а на ручке — крохотная трещина. И как он не замечал?..

Капитан Валме не засмеялся — усмехнулся, и Герард вдруг вспомнил, сколько тому лет и сколько ему самому. Наверняка он покраснел, он вообще легко заливался краской, но не от стыда, от сожаления и неожиданной пустоты. Капитан подошел, похлопал его по плечу, но ладони не задержал.

— Дам тебе денег, если нужно. И не забудь будить Савиньяка пораньше, он заслужил.

Отредактировано (2022-12-18 00:03:43)

Анон

Re: ОЭ-фест

44. Мирабелла/Ричард. Герцогу непристало отправляться в столицу девственником, доверять какой-то безродной девке или даме лёгкого поведения такое не пристало, Мирабелла задумала решить эту проблему сама. Ричарду в процессе очень психологически плохо, в том числе и от того, что его молодое тело физиологически реагирует против его воли, Мирабеллу в процессе глючит и она на месте Ричарда представляет Эгмонта

1400 слов, PG-13, беспросветное стекло, обратная (и странная) композиция, ООС, героибыникогда, ричард очень одноногая собачка

▼Скрытый текст⬍

Сухая ладонь коснулась щеки, и Ричард зажмурился, не в силах смотреть на склоненное к нему женское лицо – знакомое до последней черточки, отразившееся, будто в неровной поверхности пруда, в нем и сестрах; обычно бледное, сейчас это лицо полыхало лихорадочным румянцем, заметном даже в тусклом свете масляного фонаря.

– Эгмонт… – голос был тихим, сорванным, и от звучащей в нем истомы и дрожи Ричарду хотелось заткнуть уши. Не видеть, не слышать, не ощущать…

Не ощущать всем свои телом чужой вес – такой маленький, почти птичий, не ощущать горячее прикосновение обнаженной кожи к коже, не ощущать мягкую щекотку распущенных волос – темно-русых, совсем как у него; обычно собранные в плотную косу, сейчас они легонько задевали его плечи, и от этой невесомой ласки хотелось заскулить в голос.

Но он не мог сдвинуться с места, вдавленный в раскаленную – так будет ощущаться Закат, когда он попадет туда – постель. Собственное тело, безвольное раскинувшееся по сбившимся простыням, казалось чужим, обессиленным.

Охваченное болезненным, лихорадочным удовольствием, оно было его погибелью: предало Ричарда, подчинилось похоти, и сейчас он мог только отчаянно комкать в пальцах простыню, ощущая, как против своей воли подается бедрами вверх, снова и снова, и внутри вместе с обжигающим наслаждением зарождается звериный, отчаянный вой.

– Эгмонт, ты…

Вновь этот шепот, и вновь скользнула по щеке и ниже, к шее, тонкая рука – изящные пальцы, сухая кожа, трепещущая венка на запястье. Ладони уперлись в плечи, чуть надавили, царапая ставшую невыносимо чувствительной кожу короткими ногтями, и Ричард ощутил, как исчезает вжимающее его в кровать невесомое тело, успел на мгновение почувствовать надежу – все закончилось, и можно проснуться, оставив за спиной остро пахнущий потом и мылом, липкий, душный кошмар.

Но ничего не закончилось: вновь обожгло прикосновением кожи к коже бедра, и вновь стало тесно, узко, горячо, неимоверно плохо и хорошо.

Ричарду показалось, что его обдали крутым кипятком и одновременно – бросили в ледяную воду. Он прикусил губу – с силой, до боли, зажмурился до алых кругов на обратной изнанке век, но телу было все равно, тело выкручивало в мучительном удовольствии, и вместе с этим выкручивало его душу, перемалывало его на куски, словно Ричард был крохотным зверьком, попавшим под горный обвал.

– Эгмонт, муж мой…

Снова шепот; сорванный, едва различимый. Ричард зажмурился еще крепче, и по вискам наконец соскользнули, путаясь в волосах, слезы.

***

За окном гас тревожно-алый закат. Тающее в изломанной линии горизонта солнце уже окружала густая осенняя чернота подступающей ночи, и Ричарду показалось на миг, что небо превратилось в жаровню с россыпью мерцающих углей.

Отпрянув от окна, он сделал с десяток шагов – от стены к стене. Собственные покои, всегда казавшиеся ему уютными, безопасными, теперь ощущались тесными, и стены словно бы смыкались, грозились раздавить. Ричард обхватил себя руками за плечи, ссутулившись; его знобило.

Матушка сказала, что придет к нему после заката; когда замок отойдет ко сну, когда погаснет кухонная печь, и слуги разойдутся по своим комнатам, а Эдит и Дейдри, тихонько пробежавшись в мягких войлочных туфлях по коридору, шмыгнут в покои к Айрис, чтобы пихаться локтями под колким одеялом и слушать, как сестра читает им с пожелтевших странц потрепанной тонкой книги старые надорские сказки: про Рыцаря-Оборотня, про кошек, сторожащих Закатные Врата от чудовищ, рвущихся с другой стороны, про кровожадных обитателей холмов, красящих свои смешные колпаки кровью несчастных путников, про голодных огромных рыб, обитающих в мутных лесных озерах, и призрачных всадниках, чью кавалькаду можно увидеть в небе на Осенний Излом.

Ричард бы все отдал, чтобы оказаться сейчас в пахнущей мятой и ромашкой комнате Айрис, придвинуть к ее кровати старое, скрипящее кресло и, забравшись в него с ногами, слушать тихий голос сестры.

Треснула, надрываясь, рубашка у ворота, и Ричард разжал чуть подрагивающие пальцы. Он не мог думать про сестер, не имел никакого права – сейчас, не перед тем, что ему предстояло.

В горле встал холодный, горькой комок, и Ричард, с трудом сглотнув, вновь вцепился в надорванный ворот.

Он не станет. Не посмеет. Не послушается.

Сейчас, вот-вот, скрипнет – надо бы смазать нижнюю петлю – дверь, матушка шагнет через порог, и он скажет ей, что ничего не случится: род Окделлов – не род безумцев и кровосмесителей, и они не посмеют…

Не посмеют.

***

Он забыл, когда видел в последний раз матушку с распущенными волосами; в памяти остался какой-то смутный образ – льющийся сквозь окно солнечный свет, яркие пятна тканного ковра на полу, сшитая из лоскутков мягкая игрушка и теплые руки матушки, и ее пахнущие ромашкой волосы.

С грохотом горного обвала провернулся, запирая дверь, ключ в замочной скважине.

– Возьмите у меня накидку, Ричард.

Об её голос можно было порезаться. Серая накидка легла на руки неподъемной тяжестью, и Ричард смял колючую шерсть в пальцах, моля Создателя о возможности вырваться из этого липкого кошмара, и не видеть стоящую перед ним в одной ночной рубашке матушку.

Она прошла мимо него – пахнущая мылом и горячей водой, и Ричарда замутило. Вцепившись крепче в накидку, он зажмурился, ощущая, как стынут на губах все слова, которые он был готов произнести еще десять минут назад: все возражения, уговоры, доводы, протесты – всё слилось где-то под ребрами холодным комком страха, и вытащить это из себя не было сил.

Едва слышно зашелестела одежда.

– Вы должны знать грошовую цену женскому телу, чтобы суметь вопротивиться греху. Посмотрите на меня, Ричад.

Кажется, он замотал головой. То, что предлагала матушка было дурным сном, безумием, грехом.

– Ричард.

Лучше бы она ударила. Лучше бы она накричала на него.

Не в силах противиться скользнувшей в тихом голосе мягкости Ричард разомкнул влажные от подступающих слез ресницы.

Сброшенная на пол ночная рубашка лежала у ног матушки смятой тряпкой. Длинные темно-русые рассыпались по обнаженным плечам – ниже Ричард не мог заставить себя посмотреть; позволь он себя это – и камни бы разошлись у него под ногами, чтобы поглотить его проклятую душу.

– Раздевайтесь и ложитесь на постель.

– Мы…

– Мы сделаем это. Выбирая меньшее зло, мы поднимаем щит против зла большего. Покаяние исцелит вас, но душа ваша будет закалена, и похоть не совратит вас с предначертанного пути.

Ричард на мгновение представил себе, как отступает к двери. Как матушка идет следом, беззвучно ступая босыми ногами по ледяным камням пола. Как он наконец проворачивает ключ в скрипящей замочной скважине – и вырывается на свободу.

– Ложитесь на постель.

Пол не раззверзся под ногами, когда Ричард шагнул вперед, свод не обрушился ему на голову, хотя он молил об этом Создателя – и Четверых, Леворукий не явился забрать его душу, когда дрожащими пальцами он потянул с плеч рубашку.

Только в душе что-то беззвучно надломилось, когда он опустился на ледяные простыни.

***

Сквозь потускневшие от времени витражи с трудом пробивались солнечные лучи, и в замковой часовне было тускло, мрачно. Святой Алан, собранный из запыленных осколков стекла, смотрел вниз с печальной улыбкой.

– Я не совсем понимаю, о чем вы, матушка.

– Столица – опасное место, и попав туда, вы окажетесь беззащитны перед пороками, Ричард. Не смотрите так, я понимаю: вы молоды и легко попадете в сети распутства и разврата.

Матушка перебирала в пальцах старые четки, и вытертые временем деревянные шарики с сухим стуком касались друг друга. Ричард поежился; холод, не покидавший замковую часовню даже в самые жаркие и душные летние дни, пробирался под колет и рубашку, полз вверх по спине и растекался по рукам.

– Я все еще не понимаю вас.

– Вы – герцог Окделл, и не имеете права связываться с дешевыми падшими женщинами, поддавшись похоти.

Щеки обожгло, будто от пощечины.

– Я бы не стал..!

– Вы станете, – матушка чуть повысила голос. – Не пытайтесь уверить меня, Ричард, что окажетесь сильней плотского зова. Вы юны, неопытны и не сможете удержать себя в руках. А значит, должны узнать до отъезда в Олларию, что есть презренная близость тела, чтобы потом найти в себе силы отказаться от соблазна.

– Вы же не отправите меня к кому-то из служанок?..  – сердце тяжело билось в груди, и стылый воздух часовни стал густым, как утренний туман, стелющийся над пастбищами.

– Герцогу Надора не пристало знаться с простолюдинками из прислуги. Я приду к вам этим вечером сама.

Ричард отшатнулся от сидящей на деревянной скамье неподвижно, словно обратившись в вытесанную из гранита статую, матушки. Быть может, ему почудилось? В часовне было душно, и воображение могло сыграть с ним дурную шутку. Он зажмурился, с трудом сглотнув ставшую в миг горькой слюну, а потом испуганно распахнул глаза, услышав шелест одежды; матушка поднялась со скамьи.

– Вы меня услышали, Ричард. Мы совершим, что должно.

Он смотрел на залитый тусклым светом силуэт, тонкий, истонченный постами и горем, и будто видел вместо матушки кого-то другого; незнакомого, отдавшего душу Закату – никто другой не осмелится предложить своему сыну плотскую близость, так откровенно и просто, таким сухим и ровным голосом.

В ушах зашумело, и Ричард едва расслышал отрывистое: “будьте готовы вечером”. Глухо захлопнулась дверь в часовню, и он остался среди витражей, старых алтарей и безмолвных камней наедине со своим ужасом.

Святой Алан смотрел грустно и обреченно, и солнце поблескивало на его щеках слезами.

Отредактировано (2022-12-18 00:44:27)

Анон

Re: ОЭ-фест

Объединение двух заявок:
Из второго тура

58. Офицеры Торки/юный Росио по давнишнему накуру, нежный гэнгбенг, счастливый Росио, "если его отец узнает, нам снимут голову, но как тут отказать?"

Из третьего тура редкопейрингов

4. Торка.
- Ласточка пытается понять, кто ее брал последним

1800 слов чистого ПВП. Ни одна Ласточка не пострадала.

▼небольшое предупреждение⬍

Аноны, имена я почти все выдумала, а звания писала от фонаря. Если сильно накосячила, скажите, я исправлю когда/если дойду до деанона. Но если бы я полезла в матчасть, то скорее всего докопалась бы до идеи "да ничего у них там вообще быть не могло", а мне очень хотелось написать.
И ещё, я хэдканоню эту историю в рамках будущего накура про счастливый трисам с Мирабеллой оружейницей, поэтому никакого стекла у меня нет  просто боюсь, что у предыдущего фика очень сильные вайбы

▼собственно текст⬍

Быстрее всех нашелся Энтони Давенпорт.
У него был короткий, белесый шрам на губе, из-за него улыбка всякий раз казалась застенчивой и неуверенной, даже когда полковник травил пошлейшие байки о своих похождениях. И этот шрам Рокэ почувствовал языком, когда кто-то самый смелый, самый первый целовал его, коротко покусывая губы, гладил по плечам и шептал: "До чего же горяч! Голова от тебя плывет, корнет". Не самые куртуазные слова, но на Рокэ после них сошли спокойствие и уверенность, что всё будет хорошо, ему понравится. Ему уже нравилось, поэтому он легко и без сомнений открыл рот, почувствовав, что губ коснулось нечто намного крупнее пальцев. И с удовольствием следовал тихим советам: "Попробуй пошевелить языком, вот так, да... Приоткрой пошире, не бойся, я не буду глубоко. А теперь сожми губы... Как же хорошо". Семя его оказалось густым и горьковатым на вкус.
Притворяться, что он не понял вопросительный взгляд Рокэ, Давенпорт не стал. Улыбнулся своей кривоватой, застенчивой улыбкой и коротко кивнул. Рокэ молча кивнул в ответ. Как два попутчика, что не смущаясь, провели вместе ночь, а наутро разъехались каждый в свою сторону. И то, что было между ними, легко и без сожалений забылось.

Гадать был ли среди принимавших его посвящение маршал Савиньяк было страшно до  подгибающихся коленей, но тот не стал мучить. Видимо догадавшись о сомнениях Рокэ, он, после осторожного вопроса о самочувствии и настроении, сказал как бы невзначай:
- Знаешь... Я никогда не мнил себя святошей, но все же есть вещи для меня невозможные.
Рокэ был ему благодарен и совсем чуть-чуть разочарован.

Генерала фок Лехнера Алва узнал бы ещё быстрее, просто встретил позже. Как оказалось, тот лишь за день до посвящения вернулся из отпуска. Он был большим человеком, как Рокэ теперь уже знал - большим везде, и голос его тоже был большой, громкий. Даже шепот у генерала выходил раскатистым, на всю комнату.
Рокэ тогда не понял зачем ему подмышкой мажут маслом, дёрнулся в первый момент от неожиданности и щекотки, и услышал тот громовой шепот с непередаваемым бергерским выговором:
- Не бойся, корнет, не обижу. Рядом кто-то тихо засмеялся:
- Ну и место же вы выбрали.
В ответ снова загремело:
- Порву же мальчишку, зачем ему такая радость. Меня и женщина-то не каждая принять может.
Судя по внушительной дубинке, сунувшейся Рокэ под руку, фок Лехнер себя не переоценивал. С другой стороны кто-то негромко сказал, с характерным для южного Талига перекатываюшимся "р":
- Хорошо ещё между бёдер.
- Можно. Если соберусь на второй заход, - ответил Лехнер.
Двигался он размеренно и плавно, явно растягивал удовольствие. Временами останавливался, чтобы погладить по шее - от его тяжёлой руки вдоль позвоночника искрами пробегало тепло. Время от времени громадный член утыкался Рокэ в шею. Было смешно, неловко, немного стыдно и очень, очень горячо. Он опустил голову, попытался коснуться головки языком, но в это время горячие пальцы в заду сменил не менее горячий член и остальные ощущения на время померкли.
Эти двое излились одновременно - в подбородок ударила тугая струя, а тот, кто был сзади, сильно сдавил бедра пальцами, вскрикнул и несколько раз суматошно толкнулся, прежде чем замереть. Рокэ тоже ужасно хотелось кончить, но ему не дали, кто-то сильно, даже больно сжал член. Почти сразу его перевернули на спину, ноги оказались на чьих-то плечах, но прежде, чем им снова овладели, голову Рокэ приподняли и дали напиться "Девичьей слезы" - лёгкой, освежающей, не способной затуманить голову. Почти сразу подбородок защекотала шелковистая бородка, к губам приникли поцелуем и Рокэ благодарно отозвался, впустил в рот терпкий от вина язык, - без сомнения "кровь", но какая не разобрать - ответил, смелея, попробовал своим языком сделать то же самое. Услышал короткий смешок.
- Ваши губы слишком хороши, корнет, но я должен уступить очередь следующему.
Рокэ не успевал следить сразу за всем, что с ним делают: его давно уже крепко трахали, целовали-кусали щиколотки, гладили бёдра, к губам прижимался чей-то член, а он острее всего ощущал, как бородка щекотно проходится по шее, груди, и как твердые губы накрывают сосок. Он тогда излился первый раз.
После короткого отдыха Рокэ снова перевернули. На спину тонкой струйкой полилось вино, его слизывали сразу трое, а кто-то - совершеннейший безумец - налил вино в ложбинку между ягодиц, но прежде, чем начало щипать, приник губами, вылизывая не только снаружи, но и внутри. Самого Рокэ в это время кормили с рук дольками яблок, вымоченных в красном вине. Он старался прихватить губами пальцы, облизывал их, кусал не больно, и с удовольствием слушал, как кто-то довольно вздыхает над ухом.

Фок Лехнер на второй заход похоже, так и не собрался - тот, кто брал потом Рокэ между бёдер был намного стройнее. И судя по уже знакомому грассирующему "р" и оглушительному шлепку по ягодице, это был капитан Ру-Сорель по прозвищу "Пятерня". Сплетня о том, что без этого шлепка он якобы не способен кончить, была в числе первых, услышанных Рокэ в Торке. Капитан служил в одном из дальних гарнизонов на самой границе, в Торку наезжал редко и уже на следующее утро вернулся к себе.
Оно и к лучшему, все равно не тот.

Дня через три Рокэ встретился с фок Лехнером. Затянутый в мундир гигант, улыбнулся ему так тепло и добродушно, что Рокэ даже в голову не пришло подать знак, что он генерала узнал. Вот с кем служить точно будет легко, а большего и не надо, генерал тоже был не "тот".

Как жаль, что Рокэ так и не смог понять сколько Людей Чести принимало участие в посвящении. Если человек с бородкой был только один, то значит он был и тем, кто первый взял у Рокэ в рот.
Его тогда усадили на чей-то член, тонкий и длинный, напрашивающийся на сравнение с шилом. Почти распяли. Держали под коленями, за щиколотки, держали за горло - осторожно и неотвратимо. Двигаться самому не было никакой возможности, но сидевшего позади это кажется совсем не смущало. Он только просил время от времени: "Сожмитесь ещё, корнет. Ох, да... Вы - чудо".
В пальцы Рокэ втиснули два каменно стоящих члена, а чужие руки поверх его задавали нужный темп.
Все чувства балансировали на острие между наслаждением и мукой и когда, уже знакомо уколов кожу на бедрах короткими волосками, вокруг члена сомкнулись губы, Рокэ не выдержал - закричал.
Стоявший слева, рассмеялся и сказал:
- Поднажмите, капитан. От ваших усилий и нам всем хорошо, - а самого Рокэ погладили по щеке и ласково попросили. - Пожалуйста, чуть легче, юноша. Будет обидно лишиться достоинства, а мы ведь ещё можем вас порадовать.
Каким-то чудом, Рокэ удалось слегка разжать пальцы, но остальное он не запомнил, все слилось в мареве невыносимо ослепительного удовольствия. Тогда он думал, что острее чувствовать уже не сможет. Как потом оказалось, он ошибался.

Корнета Сэц-Эпри Рокэ не узнал, но по тоскливому и жадному вожделеющему взгляду понял - он был в том доме на окраине. Чувствовать на себе подобный взгляд было неприятно, Рокэ не хотел продолжения, корнет точно не был тем, кого он искал.
Он долго думал, как поступить. Предложить ли дружбу, особо намекнув, что большего от него ждать не стоит или будто случайно обронить запомнившуюся фразу из записки: "что было на посвящении - остаётся на посвящении"? Но все разрешилось само собой: неудачная шутка, ссора, вызов "до первой крови".
Рокэ оцарапал противнику запястье и вздохнул с облегчением: вожделение из глаз Сэц-Эпри исчезло, как по волшебству. Может быть позже они с корнетом помирятся и даже подружатся, а пока пусть держится подальше.

После этого он искать перестал. Стоило представить, что тот, до сих пор неузнанный, но кого никак не получалось забыть, тоже будет придумывать поводы для отказа, на душе начинали скрести все закатные кошки разом.
Разумнее было бы если не выбросить все случившееся из головы, то хотя бы не выделять последнее удовольствие той ночи среди остальных, но Рокэ не хотел, малодушно убеждая себя, что не может. Поэтому каждую ночь самозабвенно окунался в воспоминания.
Он представить не мог, что такое вообще возможно, что его играючи удержат на руках. На члене. Разумеется, глубоко толкаться у силача не получалось, а сам Рокэ мог только беспомощно цепляться за мощные плечи, но каждое короткое движение отзывалось так ярко, обрывалось обжигающим холодом в животе, как будто он раз за разом прыгал с Игольной скалы в Алвасете, выныривал и прыгал снова. А потом его закрутило штормовым прибоем, в морской пене прибавилось собственное семя, стало хорошо, а потом плохо, потому что шторм не кончился, продолжил крутить и раскачивать, и только ласковые уговоры - "продержитесь ещё немного корнет, прошу вас, будет хорошо" помогли удержаться на плаву, не захлебнуться совсем. У Рокэ не осталось сил и голоса, не осталось даже семени, чтобы выплеснуться. Он мог только вздрагивать, хватая открытым ртом воздух и смаргивая под повязкой непрошенные слезы.
Почему-то воспоминание о губах, стирающих капли с его щеки, о тихом шёпоте "на сегодня с вас достаточно, корнет" было самым сладким. Осознание, что когда-нибудь оно истлеет, забудется вслед за остальными, наполняло Рокэ сожалением.

***
Из сна его вырвали шум и голоса за дверью.
Рокэ вскочил, судорожно вспоминая где он и что должен сделать.
Все правильно, ставка девятого полка, письмо для капитана лично в руки. Но Окделла на месте не оказалось, пришлось ждать. Хорошо, что адъютант пустил в кабинет, не оставил на жёсткой скамье в коридоре. На ней вряд ли бы удалось подремать.
Неделю назад фок Варзов как-то всё же узнал, что Рокэ проходил посвящение. Ругать не стал, но свое неудовольствие поведением оруженосца выразил таким количеством поручений, что Рокэ, возвращаясь вечером в свою комнату хотел даже не спать - умереть. Даже привычный к ранним подъёмам, он перестал высыпаться и старался прикорнуть при любом удобном случае.
Дверь распахнулась, капитан Окделл вошёл в кабинет, на ходу снимая перчатки.
- Добрый вечер. Простите, что заставил ждать, дела. Надеюсь, генерал не ждёт ответа немедленно? Начинается метель, не советовал бы вам возвращаться сегодня. Корнет?
Окделл протянул руку за письмом, а Рокэ словно снова летел в море со скалы.
Ему не понадобилось вычислять по приметам, шрамам, особенностям речи или привычкам, чтобы узнать сразу. Сошлось все: рост, фигура, аккуратная русая бородка, голос. И самое главное - ответное узнавание во взгляде. На короткий миг, но Рокэ его заметил.
- Корнет Алва?
Рокэ спохватился, вынул письмо.
- Простите капитан.
- Ничего страшного. Понимаю, вечер поздний, все сегодня устали. Шадди, может быть?
- Нет, спасибо.
Рокэ смотрел, как Окделл зажигает ещё одну свечу, вспарывает кинжалом конверт, читает, нахмурившись. Его суровость казалась напускной и очень хотелось верить, что это не самообман.
Капитан замер над письмом и Рокэ решился. Шагнул ближе, потянулся к лицу, тронул бородку. Руку перехватили, но он уже успел почувствовать знакомую шелковистую колкость.
- Корнет! - Окделл поднялся, замер напротив. - Вам ли не знать... то что было на посвящении - остаётся на посвящении. Для вашего же блага...
Рокэ бы поверил. Он бы тут же попрощался и уехал, несмотря на усталость и метель, если бы не неуверенная заминка перед словами и короткий, жадный взгляд брошенный на его лицо. И то, что руку его Окделл так и не выпустил из своей.
- Что ж, - Рокэ шагнул ближе, - пусть тогда там и остаётся. Но кто сказал, что два офицера и дворянина, встретившись в Торке, совершенно случайно, разумеется, не могут, допустим... подружиться?
Невыносимо долгую минуту Окделл смотрел, молча, и Рокэ многое бы отдал чтобы узнать, какие мысли проносились в его голове.
А потом он махнул рукой, будто разрубая что-то и едва заметно улыбнулся.
- Думаю, на сегодня с вас хватит поездок, корнет. Разделите со мной ужин?

Анон

Re: ОЭ-фест

30. Дьегаррон/Эмиль, Вараста, больная голова, неожиданно балагур и весельчак Эмиль оказывается очень внимательным и сострадательным товарищем, рейтинг любой (желательно повыше)

1300 слов, наверное, R (я путаюсь в рейтингах, памагите)

▼Скрытый текст⬍

Эхо от выстрелов все еще гуляло в больной голове Дьегаррона, хотя пробитое пулями тело генерала Феншо уже минуту как лежало на земле. Савиньяк прав: Феншо повезло умереть быстро. В отличие от четверых тяжелораненных, последний из которых отошел только час назад, промучившись всю ночь и утро.

В голове звенело все сильнее, сквозь этот звон до Хорхе донесся голос соберано, но вставать почему-то не хотелось. Алва сказал: «можете быть свободны», вот Хорхе и посидит тут свободно в тени, камень опять же прохладный…

— Вставайте, маркиз, — его потянули вверх, и он с облегчением оперся на руку Савиньяка.

Кошкино солнце, кажется, вознамерилось выжечь все живое в степи, и заодно глаза генерала Дьегаррона, поэтому в спасительную темноту палатки он ввалился как в Рассветные сады, торопливо поблагодарив своего провожатого. И не сразу заметил, что тот не ушел, а раздобыл где-то кусок полотна, смочил остатками воды из кувшина и водрузил на лоб уже растянувшемуся на походной кровати Хорхе.

— Эмиль, не нужно.

— Видели бы вы себя со стороны, — хмыкнул Савиньяк.

— Я имею в виду, что не нужно вам лично возиться со мной. Это занятие для порученцев.

— Можно и порученцев припрячь к делу, — согласился Эмиль, высунулся из палатки с пустым кувшином и кликнул кого-то из корнетов, приказав набрать воды похолоднее.

Хорхе прикрыл глаза, звуки лагеря отдалились, кровать медленно поплыла в сторону. Быстрый топот, негромкие голоса неподалеку, жаркий воздух колыхнулся навстречу, не принеся свежести. Похоже, он задремал на террасе, а ведь обещал Бласко пойти вместе к морю, понырять со скалы. Надо вставать, брат ждет…

На лоб опустилась холодная мокрая ткань, Хорхе вздрогнул, вскинулся, но его удержала рука на груди:

— Лежите уж.

Эмиль. Кавалерист привык сдерживать норовистых лошадей, что ему раненый сослуживец.

— Простите, я, кажется, заснул.

— Именно это вы и должны сделать, Хорхе.

— Некогда мне спать!

— А я убежден, что времени полно. Вы слышали, что сказал маршал: до вечера мы абсолютно свободны. И мне очень приглянулась ваша палатка, пожалуй, здесь я и скоротаю время.

— Она чем-то лучше вашей? — улыбнулся Хорхе и тут же сморщился от боли.

— Здесь мне нравится компания, — легко отозвался Эмиль.

— Я нынче, как видите, плохой собеседник.

— Вам и не нужно ничего говорить, — голос Эмиля упал до низкого полушепота, и этот звук неожиданно обласкал слух, не принеся новой боли раненой голове. — Спите, я вполне способен посидеть молча.

— Лучше расскажите что-нибудь, — так же тихо попросил Хорхе.

Судя по изменившейся интонации ласкающего полушепота, Эмиль улыбнулся:

— Однажды мы с братом вздумали подшутить над ментором словесности. Лионель уже тогда умел писать презабавные сатирические сонеты…

Хорхе слушал и дремал. Он знал, что все еще в Варасте, что вечером нужно явиться пред очи соберано, что в степи сухой ветер, злое солнце и прорва ызаргов. Но над любимой бухтой в Дьегарроне мягко рокотала гроза, и время от времени на лоб падали крупные холодные дождевые капли. Он был дома.

***

Хорхе распахнул глаза и не увидел перед собой ничего, кроме густой темноты. Торопливо сел, на ощупь нашел свечу и огниво. Эмиля в палатке, конечно, уже не было, а сам он проспал. Кошки!

В маршальском шатре был только сам Алва. Не дав подчиненному и рта раскрыть, он спросил:

— Как вы себя чувствуете, генерал?

— Готов выполнять боевую задачу, господин Проэмперадор! — отрапортовал Хорхе.

Алва покачал головой, явно намереваясь что-то сказать, но тут в палатку вдвинулся епископ Бонифаций в сопровождении Шеманталя.

— Ночь в степи — яко постылая жена, душит и разом холодит, все дневное тепло ровно под землю проваливается. Нет ли чего согреться, сын мой?

Алва приглашающим жестом указал на стол, где стояла фляга с касерой и стаканы.

— Угощайтесь, Ваше Преосвященство.

Бонифаций угостился. Тишина казалась напряженной и выжидательной, но Хорхе почел за лучшее ее не нарушать. Что же такое рассказывал Эмиль о детстве и о брате, что-то интересное и смешное, а он заснул на полуслове. И где Эмиль сейчас? Хорхе сел боком к столу, чтобы свет не резал глаза, и приготовился ждать.

Наконец за пологом завозились, и появились отсутствовавшие офицеры. Курт Вейзель имел предельно серьезный вид, а Эмиль, втолкнув в шатер Окделла, осмотрел собрание и, остановившись на Хорхе, подмигнул.

***

После совета Эмиль снова вызвался в провожатые, и Хорхе не нашел что возразить.

— Вы меня не разбудили, — мягко упрекнул он Савиньяка.

— Поверьте, вы ничего не пропустили, — так же вполголоса, как рассказывал давешнюю историю, ответил тот. — Обрили и перевешали бириссцев, а зрелище это, я вам скажу, малоприятное. Не настолько, как казнь несчастного Феншо, но тоже ничего хорошего.

— Вы не одобряете расстрел Феншо?

— Леворукий, конечно, не одобряю! — Эмиль даже восклицать умудрялся тихо. И было совершенно неправильно получать такое удовольствие от его голоса теперь, когда он говорил о смертях. — Будь я на месте Алвы, разжаловал бы генерала к тварям, и все. Но я не на его месте, а приказ есть приказ. Алва знает о моей позиции, если что. Вот, решил и вам сказать.

— Он, конечно, мой соберано, но не думаете же вы, что я побежал бы сдавать вас ему? — возмутился Хорхе.

— Конечно, не думаю. И не хочу, чтоб вы думали, будто я осуждаю маршала за спиной, — Эмиль откинул полог.

— Вы на такое не способны, — без тени сомнения сказал Хорхе, зажег фонарь и, невольно морщась от света, повернулся к собеседнику.

— К кошкам это все. Я завтра уезжаю, вы остаетесь. — Эмиль стоял близко, будто готов был снова подхватить болезного генерала под руку.

— Да, вам нужно отдохнуть.

— Выгоняете? — усмехнулся Эмиль.

— Как можно? — улыбнулся в ответ Хорхе. — Я еще не сказал спасибо за помощь. Благодаря вам спал как младенец. Но сейчас вы рискуете не выспаться и завтра свалиться с лошади.

— Кавалерист вывалится из седла только мертвым, — засмеялся Эмиль.

— Не шутите так.

— Не стану. Но завтра мы действительно расстаемся на неопределенное время, и я хочу попросить вас о двух вещах.

— Все, что в моих силах.

— Первое: берегите себя. Нет-нет, не возражайте, что задачи остальных опаснее: это война, и здесь тоже может стать жарко. А вы ранены. Пообещайте хотя бы иногда отдыхать.

— Обещаю. А второе?

— Один поцелуй.

Хорхе даже не слишком удивился. Эмиль смотрел с явно сдерживаемым вожделением, но не делал ни движения навстречу, оставляя решение за ним. Молодой ведь совсем, должно быть, лет на десять моложе, и что ему в разменявшем пятый десяток кэналлийце? Хорхе качнулся вперед и прижался к красивым губам.

Эмиль низко застонал, бережно обхватил обеими ладонями затылок Хорхе и проник языком в рот. Обласкал, отстранился, напоследок легонько прикусив нижнюю губу, и повел цепочку поцелуев по челюсти вниз, к шее. Хорхе наконец обнял его, подтолкнул к кровати, что Эмиль воспринял с дивным энтузиазмом. Хорхе не успел опомниться, как уже лежал поверх одеяла в одной рубахе и расстегнутых штанах, а Эмиль нависал сверху, опираясь на локоть, и выбившаяся из хвоста светлая прядь щекотала Хорхе щеку. Он потянулся было раздеть Эмиля, но тот опять зашептал своим мягким тоном, который превращал и без того контуженные мозги Хорхе в кисель:

— Тшш, просто лежи. Тебе нельзя напрягаться, я сам все сделаю.

Он сбросил мундир куда-то в темноту, туда же полетела рубашка, и Хорхе не удержался, потянулся потрогать гладкую кожу, задеть маленькие соски. Эмиль перехватил его руку, поцеловал в раскрытую ладонь и снова распластался сверху, стараясь не ложиться всем весом.

— Я не сломаюсь, Эмилио.

— Знаю. Но я собираюсь сделать так, — и Эмиль обхватил одной рукой оба члена, прижимая их друг к другу и медленно проводя вверх-вниз.

Хорхе задохнулся, не ожидав, что такая простая ласка отзовется сладким замиранием в животе. Он гладил Эмиля по бокам — большего упрямый любовник ему позволять не собирался — смотрел в черные, даже темнее собственных, глаза, а рука Эмиля двигалась все быстрее, быстрее, пока наконец не принесла освобождение. Хорхе излился первым, и посчитал бы это позором на свои седины, если бы несколькими секундами позже Эмиль не последовал за ним.

— А вот теперь я и правда должен уйти, — обтерев обоих и приведя в порядок свою форму, сказал Эмиль. — Иначе не смогу не трогать тебя до самого рассвета. Только дождусь, пока ты заснешь.

— Долго ждать не придется, — полусонно отозвался Хорхе. — Ты странно на меня действуешь. Расслабляюще.

Эмиль мягко рассмеялся:

— Просто ты еще не поправился.

— В следующий раз я буду здоров, и проявлю больше активности.

— Буду ждать с нетерпением.

Хорхе спал. Гроза уходила в открытое море, посверкивая беззвучными короткими зарницами.

Отредактировано (2022-12-18 06:22:07)

Анон

Re: ОЭ-фест

45. Алва/Франческа. Много стекла, пост-канон, фокал Франчески. Лионель погиб, Эмиль женится на Фриде, родившей от него сына. Алва спасает репутацию Франчески. Франческа продолжает любить Эмиля и не может его простить. Она также видит, что ее муж недавно пережил утрату, и предполагает, что с Лионелем их связывала не только дружба. Вынужденный брак двух сильно поломанных людей, которые постепенно приходят ко взаимопониманию и теплым отношениям.

▼Скрытый текст⬍

“Ты – особенная, тебя можно любить, лишь отдаваясь своей любви полностью, не допуская ни единой посторонней мысли. Когда тебя видишь, это приходит само, но я ушел, и за меня взялась жизнь; я не мог думать только о тебе, и я перестал думать о тебе вообще. Если мы встретимся, если ты меня примешь, возможно, я вновь стану твоим, пока не уйду. Это скверно, но это так.”
Во рту горчило, в горле комом стояло унижение. Письмо - единственное письмо за все время - все объясняло, но она была влюбленной дурой и не хотела верить очевидному. Граф - тогда еще Лэкдэми - увидел чужую вдову, влюбился, провел с ней месяц, уехал и забыл. Ах нет, не забыл - перестал думать. А она отдала и себя, и свое сердце, сколько его осталось после смерти Муцио… Приехала, готовая принять, любить, гореть в пламени неземной страсти. И была встречена графиней Арлеттой, в траурном черном платье, в глазах которой - таких похожих на ее собственные - горе мешалось с сочувствием.
Маршал Лионель Савиньяк погиб в Паоне во время какой-то секретной миссии. И маршал Эмиль Савиньяк, ставший из наследника главой рода, скоропалительно женился на герцогине Урфриде Ноймаринен, которая удивительно быстро осчастливила его наследником. Злые языки говорили, что для рожденного слишком рано беловолосый младенец очень крупный и здоровый. В глазах Эмиля растерянность мешалась со смущением, но и только. В глазах Урфриды за вежливыми сожалениями виднелись насмешка и довольство.
“Франческа, умоляю, пойми меня правильно, я не смогу просто жить с тобой в одном доме, мне нужно вернуть наше безумие, вскрики, невнятные обещания. Я не думал, что можно влюбиться до страха – нет, не смерти, не измены, а обыденности.”
Ложь? Или это с ней обыденность страшна, а с новой графиней Савиньяк можно обсуждать соусы и генералов? Да стоит ли об этом думать. Остается выразить графине Арлетте сочувствие по поводу гибели старшего сына, поздравление с рождением внука, и вернуться в Фельп. Франческа Скварца, Франческа Гампана, сумевшая возвести на трон Фельпа Великого Герцога, найдет чем заняться. Ее не страшит ни смерть, ни измена, ни обыденность. Смерть и обыденность случились с ней раньше, после пропажи Муцио, она свыклась и смирилась. Измену пережить и принять было сложнее. Как она могла так ошибиться? Принять чужое увлечение за любовь. Громкие слова, красивые жесты - всего этого было в ее жизни в достатке и раньше, и до брака, и во время вдовства. Что ж, она ошиблась, поверив. А может, Эмиль был искренен в своих чувствах - только они не выдержали разлуки. Прости. Прощай. Забудь.

- Вы позволите пригласить вас на прогулку, сударыня? - изысканно одетый кэналлиец склоняется в глубоком поклоне. Он ничуть не изменился с Фельпской кампании, стал казаться даже моложе. Только глаза, в которых тогда виделись азарт, радость или сожаление сейчас застывшие, пустые.
- Разумеется, герцог Алва, - в голосе удивление.
- К моему глубочайшему сожалению, я второй раз становлюсь свидетелем вашего горя.
Франческа ответила бы, что пропажа и смерть мужа несравнима с разрывом помолвки, но это было бы бестактно. Поэтому она просто кивает, легко кладет руку на подставленный локоть и следует за герцогом.
- Жениться, не разорвав предыдущую помолвку, недостойно дворянина и оскорбительно для вашей чести. Лионель Савиньяк бы обязательно это исправил, но мой друг, - Франческа слышит паузу перед словом “друг”, такую короткую и такую многозначную, - погиб. Я хотел бы сделать то, что не успел сделать он.
Герцог Алва остановился, посмотрел ей прямо в глаза своими невозможно синими, сапфировыми. - Франческа, я прошу вас стать моей женой и герцогиней Алва.
Ей хочется рассмеяться. Или зарыдать. Или ударить наотмашь. Эмиля, за ее разбитое сердце. Мертвого Лионеля, за предположение, что она могла бы заменить одного близнеца другим. Герцога, за то, что он нарушил ее с таким трудом удерживаемое спокойствие.
- Благодарю вас, герцог, но судьба уже показала мне, что отмеренное мне счастье я получила.
- Я не стану лгать и говорить о счастье. И не намереваюсь навязывать вам свое общество, если вы согласитесь. Вы можете жить при дворе или уехать в Кэналлоа, но в любом случае вы будете окружены почетом и уважением.
- Это очень щедрое предложение. Но зачем это вам, герцог Алва?
- Я последний в роду и намерен остаться таковым. Наш брак защитит вашу репутацию и избавит меня от навязчивого внимания.

Помолвка короткая до неприличия, а свадьба не пышная. Официально - из уважения к трауру госпожи Арлетты. Рокэ Алва поддерживает графиню, на плечах которой синий кэналлийский плащ поверх траурного платья. Это наверняка что-то значит, но Франческе довольно своего горя, чтобы бередить расспросами чужое. Они приносят брачные обеты, обмениваются браслетами и в карете едут в резиденцию регента, чтобы разойтись по своим спальням.
Двор, еще недавно провожавший Франческу усмешками и шепотком, замирает. Герцогиня Алва и жена регента выше мелочной мести, и благосклонно кивает присевшей в реверансе молодой графине Савиньяк. Хорошо, что младенцев и детей не берут ко двору. Смотреть на сына Эмиля было бы невыносимо. Смотреть на счастливую соперницу не интересно. Впрочем, искреннее желание недавних сплетниц стать ее наперсницами и доверительницами можно использовать, и информация о придворных интригах стекается к герцогине. Регент обсуждает с ней политику за ужином, а переписка, которую Франческа ведет с герцогами Джильди и Фомой, Флавионом и Улаппом помогает Талигу восстановить разрушенную войнами экономику.
В годовщину смерти Лионеля Савиньяка герцог Алва запирается в кабинете, пьет и играет на гитаре почти до рассвета. Маршал Эмиль отправлен в расположение армии, а графиня Арлетта вернулась в Сэ.
Зимой супруги Алва едут в Кэналлоа на полтора месяца. Алвасете прекрасен, его белые башни над лазурным морем, его крики чаек и песни ранят душу и исцеляют одновременно. Этот замок полон воспоминаниями об Алваро и Долорес, о Рамоне, Рубене и Карлосе, об Инес и еще одной сестре, имени которой Франческа не знает. Рокэ Алва рассказывает ей о том, что помнит - и сам удивляется тому, сколько хороших и веселых воспоминаний прячется в белых стенах и теплых волнах. Она рассказывает о Фельпе, и моряцких выходках, и байках, на которые так щедр был Муцио. Об Эмиле и Лионеле они не говорят.
Они пьют вино и смотрят на закат над морем с балкона дворца, и Франческа смеется над давней шалостью, когда герцог легко, едва касаясь, обнимает ее плечи, все так же глядя вдаль. Стоит золотой час, стрекочут цикады, сладко пахнет цветами, такими яркими на белом мраморе. Кэналлоа наполнено жизнью, и Франческа кладет голову на плечо мужу.

Анон

Re: ОЭ-фест

21. Вальдес/Рокэ, ER. Алва тоскует по морю и при любой возможности инкогнито посещает Хексберг, чтобы погулять по портовым улочкам, подышать морским воздухом, окунуться в шумную жизнь моряков и встретиться с любовником. Рейтинг любой, можно пост-канон

Получилось почти PWP, бессмысленное и беспощадное, возможен ООС. В жизнь моряков не окунались только в Ротгера
Ротгер упоминает алвадик, которого не происходит на самом деле.

▼2000 слов, R⬍

На вопрос, почему Ротгер Вальдес стал моряком, он неизменно отвечал: «Чтобы море всегда было со мной», и в этом не было ни капли лжи. Он родился возле моря, жил вместе с морем и смерть свою найдет тоже в море. Многие на флоте были одержимы морем, молились его богам и считали, что соленая вода помилует, а ветер будет попутным. Многие приносили дары и соблюдали старые приметы, но лишь некоторым всегда везло.
Любимая бухта Вальдеса была сегодня занята. Он нахмурился, разглядывая незнакомца, сидящего к нему спиной у самой кромки воды, но плотный черный плащ с капюшоном мог принадлежать хоть Леворукому, хоть святой Октавии. Вальдес потянул шпагу из ножен и тихо подошел ближе.
Словно почуяв его, человек обернулся, и Ротгер с облегчением убрал оружие.
— Нет, ну почему ты всегда приезжаешь тайком? — хмыкнув, Ротгер уселся рядом. — А как же почетный эскорт, свита, на крайний случай, верный Хуан?
Рокэ Алва усмехнулся, переводя взгляд обратно на море:
— Ты ведь знаешь, с почетным эскортом меня бы провожала вся Оллария, а в Хексберг только бы ковер не раскатали под ногами. И потом, — Алва развернулся к Вальдесу всем корпусом, синие глаза блеснули. — Я ведь приехал к тебе.
Ротгер поцеловал его, сдерживая желание стиснуть до хруста костей и прижать, вплавить в себя. Они не виделись уже кошкину вечность — да и непросто было встретиться, если они Первый маршал и вице-адмирал Талига, запертые в круговерти повседневной изматывающей суеты. Хексберг не был так уж близко от Талига, да и не может Алва взять и уехать посреди дня.
— Что ты придумал на этот раз? — глухо спросил Вальдес, уткнувшись в чужую шею. Он всегда помнил и эти синие глаза, и мягкость волос, и запах Алвы, пьянящий, одуряющий, запах солнца и южных соцветий, но реальность, как и полагается, оказалась лучше любых воспоминаний.
Рокэ издал непонятный звук, похожий на мурлыканье, но все же ответил:
— Сказал, что мне нужно в Кэналлоа, Окделла отправил в Надор.
— Как поживает твой оруженосец?
Алва неосознанно повел плечами, будто пытаясь сбросить чужие руки, но спустя мгновение снова расслабился.
— Вылитый Эгмонт, помноженный на четыре. Дерзкий, непослушный, открытый, честный, искренний. И полный дурости и безрассудства, надо сказать, а Штанцлер старательно пытается развить в нем эти качества.
— И он тебе нравится, — с легкой улыбкой заметил Ротгер.
Он уже отстранился от Алвы и теперь просто сидел, глядя на волны. Море накатывало ровно, не нарушая ритма — раз и два, волна и следующая, унося все тревоги и печали, не оставляя ничего, кроме покоя.
У Вальдеса есть море и Росио — что еще может быть нужно?
— Тебе не о чем беспокоиться, мое бешеное сердце, — засмеялся Алва. — Окделл — настоящий святой, его удар бы хватил, узнай он, чем мы здесь с тобой занимаемся.
Ротгер только фыркнул:
— Так привози его в Хексберг. Пока мы будем заняты, девочки развлекут твоего невинного. Я бы посмотрел на его лицо, если кэцхен примет твое обличье.
Во взгляде Алвы мелькнуло что-то непонятное, сказавшее больше, чем любые слова, на миг Вальдесу показалось, что Алва сейчас оскалится, и он предпочел закрыть скользкую тему. «Для себя бережешь, но и коснуться не можешь. Очень, очень в духе Росио». Какие конкретно отношения связывали эра и оруженосца, он не знал, да и какое это имело значение? То, что Алве действительно было нужно, мог дать ему только Хексберг и, возможно, Алвасете: крики чаек по утрам, морской ветер, шорох волн.
К слову сказать, девочки никогда не показывались, если в Хексберг рядом был Алва — может, чувствовали его странную, непонятного происхождения силу, которую иногда улавливал и сам Ротгер. И никогда, никогда не приходили к нему в обличье Росио, зная, что Вальдес не удовлетворится обманкой.
Ему нужен был реальный Алва — в драке, в дружбе и в любви. Да и тот, кто изведал настоящего, никогда не согласится на призрачные дары кэцхен. Вальдес любил девочек, приносил им сверкающие жемчуга и не забывал повидаться всякий раз, как возвращался из рейда, но ни разу не захотел вкусить их любви, пока Росио был далеко.
— Хексберг — не просто море и скалы, — невпопад произнес Алва. — Здесь мне даже дышать легче. Оллария слишком душит.
Ротгер только тихо вздохнул — и этот человек при каждом удобном случае уговаривает его выбраться в столицу. Он прекрасно знал, о чем именно говорит Алва — как шумная Оллария могла сравниться с Хексберг? Отравленная придворным подхалимством и бесконечной политикой, полная неприятных людей, слишком тесная, совсем не подходящая для рожденных возле моря. Как можно запереть ветер в четырех стенах и ждать, что ему будет там привольно?
— Пойдем, — Вальдес встал и шутливо поклонился. — Должен же я угостить любимого соберано отменной выпивкой? Кажется, где-то я еще сохранил запасы «Крови».
Они сидели в доме Ротгера и неспешно пили, обмениваясь репликами — Рокэ веселил придворными сплетнями и очередными заговорами, а Вальдес травил последние морские байки. Ну как можно было не рассказать Алве, как Альмейда задумал самолично сходить в рейд и чуть не проспал отплытие собственного корабля? Они смеялись, Ротгер, поудобнее устроившись в кресле, все чаще и чаще молчал, слушая негромкий голос Алвы, как размеренный шум прибоя, накатывающего волнами на берег. Ему было хорошо, почти так же, как на палубе родного корабля.
Ротгер был дома — и дом этот не был просто местом. С Алвой он пошел бы и в Закат.
— Ты как море, — сказал он Рокэ, и тот, конечно, засмеялся.
— Такой же бурный?
— Такой же неистовый. И в любви, и в драке.
Росио отставил бокал и усмехнулся. Закатное солнце ложилось золотом на его волосы, и Алва весь казался каким-то неземным, призрачным, невесомым. Словно к Ротгеру пожаловала одна из кэцхен, а сам Алва, конечно, остался в Олларии. Куда Первому маршалу разъезжать по портовым городкам да навещать любовника? Своих дел невпроворот.
Но Алва посмотрел прямо на Ротгера, улыбнулся, чуть склоняя голову, и Вальдес выдохнул — проведя бок о бок с ведьмами столько лет, он выучил все их повадки и без труда отличил бы кэцхен от реального человека.
Настоящий Рокэ, сидящий прямо перед ним, расслабленный и какой-то слишком спокойный, будто отринувший все свои тревоги, донимающие в столице, негромко произнес:
— Не знаю, как у нас с дракой, а от любви я бы не отказался.
Он встал, в два шага оказался рядом и одним движением выдернул Ротгера из кресла, впиваясь в губы, руками заползая под рубаху, щекоча лицо отросшими прядями.
— Я скучал, — выдохнул Росио, на миг отстраняясь.
Вальдес не дал себе труда ответить, приник к шее поцелуем, пытаясь одновременно развернуть Рокэ в сторону лестницы, ведущей в спальню. Запах Алвы опьянял, его хотелось всего и сразу, неважно как, где, сколько раз. Это же Росио, родной, знакомый до последней прядки волос или старого шрама, похожий как две капли воды — та же страсть, любовь к морю, безумие в глазах и действиях.
Они целовались судорожно, как какие-нибудь подростки, в первый раз дорвавшиеся друг до друга, спотыкаясь на лестнице и приглушенно смеясь, когда кто-то из них в очередной раз ставил ногу мимо ступени. Дверь в спальню Ротгера они открыли спиной самого Ротгера, на кровать падали, уже путаясь руками в завязках одежды. Вальдес любил это безумие, которое накрывало их каждый раз — как будто на море после спокойного дня разразился ужасающий шторм, губящий все на своем пути.
Он вывернулся из-под Алвы, оказавшись сверху, прижимая к кровати, укусил подставленную шею, засмеявшись, выплюнул изо рта попавшуюся прядь черных волос. И тут же был опрокинут на спину.
— Я слишком соскучился, чтобы уступать тебе первому, — прошептал Алва.
Сильные руки перевернули Ротгера на живот, скользнули выше, плотно зафиксировали запястья, губы коснулись плеча. Вальдес завозился под Алвой, желание становилось нестерпимым, он был как обнаженный клочок нервов, весь состоял только из чувств и ощущений. Давление с рук исчезло, Рокэ переместился, горячее дыхание коснулось спины и поползло вниз к пояснице, руки легко дотронулись до ребер и переместились к ягодицам.
— Масло, там, — Ротгер прерывисто выдохнул и махнул рукой, не отрывая головы от подушки.
Связные мысли растекались в голове, оставляя за собой только страсть и ничего больше, и как тут можно было думать о чем-то еще? Рокэ, горячий, тяжелый, совершенно шальной от желания, ласкал его, прижимался, шептал по-кэналлийски и, казалось, заполнял собой все пространство комнаты. Он, казалось, совершенно обезумел — кусал, целовал быстро, лицом зарываясь в такие же черные волосы, как будто наконец получил желаемое и все никак не мог насытиться.
— Росио, ну же!
Ротгер зашипел, но не двинулся, ощущая Алву в себе, только оскалил зубы и глянул через плечо:
— Кажется, вы и правда скучали, соберано.
Рокэ навалился на него, ладонью зажимая рот, двигаясь медленно и размеренно:
— А вы все также дерзки, вице-адмирал.
Вальдес укусил подставленную руку, но тут же обвел языком пальцы, будто извиняясь, втянул их в рот, слыша резкий вздох за спиной. Чужая ладонь сгребла его волосы и потянула, заставляя сильнее прогнуться в спине и запрокинуть голову, подставляя шею. И почему их любовь всегда так напоминала схватку?
Ротгер привык бороться — и на море, и на суше, но здесь ему не нужно было сражаться. Если бы несколько лет назад кто-то сказал бы, что можно выиграть, отдаваясь, он бы только посмеялся. Но сейчас все было по-другому, с Росио вообще все было иначе.
Он обернулся — Алва прикрыл глаза, тяжело и рвано дышал, продолжая двигаться, весь освещенный закатным солнцем — и позвал:
— Росио!
Алва склонился к нему, глаза у него были шальные и бешеные, и поцеловал, прикусывая губы, шепча что-то, до боли впиваясь пальцами в плечо — к утру наверняка проступят синяки — второй рукой помогая, лаская сильнее и быстрее, приближая к разрядке. Они сливались воедино — черное к черному, никаких нежности и любви, не сейчас, только горячая страсть, от которой теряют последнее самообладание. Ротгер уронил голову вниз, почти не выдерживая ни бешеного темпа Алвы, ни его лихорадочных поцелуев, застонал коротко и зло, чувствуя, как волна поднимается внутри.
Рокэ двинулся еще раз, другой, третий, укусил за плечо, и Ротгера накрыл шторм.
Где-то вдалеке он услышал стон и ругательства Алвы, и спустя какое-то время уставший Росио опустился рядом с ним, протягивая чистую тряпицу.
— В такие моменты я благодарен, что не кавалерист. Не хотелось бы завтра сидеть на лошади, — задумчиво произнес Вальдес и потянулся поцеловать Алву.
Тот лежал, довольный и ленивый, разморенный только что схлынувшим удовольствием, прикрыв глаза и наполовину завернувшись в одеяло.
— Что же, до моего отъезда еще есть время, так что я с удовольствием посмотрю, как хорошо вы сможете заездить меня, вице-адмирал. Или ваши кавалерийские навыки оставляют желать лучшего? — насмешливо спросил Рокэ.
Вальдес только засмеялся и ткнул Алву в плечо. В этом был весь Росио — бесконечные насмешки, но никогда со злым умыслом или желанием обидеть, и Ротгер не обижался. В конце концов, он знал своего соберано довольно долго, чтобы всерьез воспринимать его шутки. На Алву невозможно было злиться — как не будешь злиться на ветер, что походя разметал опавшие листья и полетел дальше.
Ротгер подтянул к себе одеяло, дожидаясь Росио, плещущегося у таза с водой. Солнце за окном уже село, начинало темнеть, над Хексберг разливалась сонная тишина.
Уже засыпая, он услышал шепот:
— Может, в Хексберг мне так хорошо, потому что ты здесь.
Спустя пару дней на рассвете Вальдес стоял в своей любимой бухте, бездумно глядя в море. Солнце подсвечивало воду розовым, вокруг стояла оглушительная тишина, разрушаемая только мерно накатывающими волнами — ни чужого вздоха, ни шороха. Ротгер прикрыл глаза, ощущая, как разливается в душе спокойствие.
Шаги он услышал, но даже не повернул головы.
— Так и знал, что найду тебя здесь.
Алва, уже облачившийся в дорожную одежду, смотрел на него с легкой улыбкой, и Вальдес про себя в который раз отметил целительную силу Хексберг — как будто здесь Рокэ сбрасывал весь давящий на него груз ответственности и наконец расправлял крылья.
— Ты так храпишь, Росио, что выспаться невозможно, — хмыкнул Ротгер в ответ. — Возможно, это дурное явление обусловлено близостью к морю?
— Все может быть, мой друг. В следующий раз выдели мне отдельную комнату, — расхохотался Алва и ступил на шаг ближе.
Ротгер обнял его, рукой перебирая черные волосы, вдыхая запах. Им обоим пришла пора возвращаться к повседневным делам: Алву ждала Оллария с ее интригами, а Вальдеса — порядком раздраженный Альмейда, у которого с трудом были выторгованы несколько свободных деньков.
Они оба ненавидели долгие прощания, да и было в этом что-то такое обреченное, как отсроченная смерть, как если бы им не довелось встретиться снова. А Вальдес знал, что Алва вернется.
Он всегда возвращался.
— Береги себя, Росио. И постарайся никого не убивать без причины, особенно Окделла.
— Уверяю тебя, он дает мне достаточно поводов удовлетворить это желание, — усмехнулся Алва.
Он поцеловал Вальдеса, быстро и коротко, мазнул черными волосами по щекам и отступил назад, разрывая объятие, развернулся и пошел обратно. Ротгер смотрел, как он уходил, и знал, что Росио не обернется.
Вальдес смотрел и смотрел, пока силуэт Росио не исчез за поворотом и чувствовал необъяснимое, невероятное спокойствие. Его не волновали ни вероятные отношения Рокэ с Окделлом, ни предстоящая долгая разлука — как можно поймать и удержать ветер в ладонях? Он знал, что однажды Алва уйдет, обретет что-то другое, что даст ему больше покоя и свободы, чем море и Хексберг, как знать, может быть, северные скалы и дремучие леса Надора с их ледяными реками — но не в этот раз.
Вдалеке ему почудилась призрачная фигура — одна из ведьм приглядывала за своим любимцем. Ротгер склонился в шутливом поклоне и прошептал, глядя туда, где совсем недавно скрылся Алва:
— Сберегите его для меня, девочки.
Он знал, что кэцхен дружны с ветром, так неужели не договорятся, чтобы ветер хранил своего Повелителя? Вальдес обернулся, последний раз посмотрел на волны, и отправился обратно. Пора было возвращаться к Альмейде и ежедневной суете.
Он шел по берегу, и на душе было спокойно.
У Ротгера Вальдеса было море и человек, которого он любил, — и больше ему совсем ничего не было нужно.

Отредактировано (2022-12-18 19:19:21)

Анон

Re: ОЭ-фест

164. Лионель/Валентин. Вынужденный брак, ритуал на лесном алтаре с оленьими рогами. Ли в венке из рябины, Валентин в шоке. Крипи атмосфера с легким налетом больноублюдочности. Можно омегаверс и мпрег. Рейтинг выкручен на максимум.     

1512 cлов
не знаю, насколько оно больноублюдочное вышло, но осторожно, по факту это секс по принуждению и без удовольствия, и рейтинг недетский, но без особой графичности
автор вдохновлялся музыкой группы Stille Volk

▼La dansa de la corne⬍

От фонаря Валентин отказался — за пределами пятна света мрак всегда сгущается сильнее. Утром тропинка до поляны не показалась ему длинной, и он решил, что справится.

Валентин должен справиться.

Он выдержал церемонию в церкви с подобающим достоинством. И последовавший за церемонией приём — все эти двусмысленные улыбки, сочащиеся ядом и насмешками поздравления, ледяное лицо отца, одобрительную улыбку графини Савиньяк («Добро пожаловать в нашу семью, дитя») и раздувающиеся от ярости точёные ноздри виконта Сэ.

Осталось последнее испытание.

Прелые листья скользили под гладкой подошвой туфель. Для прогулок по ночному лесу сапоги подошли бы больше, отстранённо подумал Валентин, но сколь неуместен тогда был бы общий вид. Нелепая мысль удивительным образом придавала решимости.

Из леса выползали тонкие пряди тумана. Полупрозрачный батист длинной рубашки цеплялся за ветки, словно кусты и деревья пытались остановить Валентина. Тревожно шелестели листья над головой. Какая-то птица дважды пронзительно крикнула и смолкла.

Птичьему крику ответила далёкая флейта — должно быть крестьяне праздновали свадьбу своего господина. К флейте присоединилась скрипка, влились бубен и барабан, отмеряя ритм. Мелодия получалась быстрая и беспокойная. Низкие мужские голоса хором затянули песню — Валентин слова разбирал с трудом: что-то про рога и бесконечные танцы в лесу.

Тропинка вилась между деревьями и казалась бесконечной. Нитки рябиновых бус на шее с каждым шагом становились всё тяжелее. Музыка предостерегала и подгоняла, поднимая из глубины души все страхи, которые Валентин так тщательно пытался усмирить последние полгода.

Голова опустела, в ней кружились бессвязные обрывки чужих речей — Савиньяки потребовали виру…По старинному обычаю…Древняя кровь заключает браки на алтарях…это дело чести… — и безумный смех Габи.

Флейта смолкла, мужские голоса тянули на одной ноте несколько звуков, всё выше и выше, под несмолкаемое «бум-бум-бум» барабанов. Впереди за деревьями появилось оранжевое зарево. Ночная тьма сгустилась, лес по бокам тропинки словно придвинулся плотнее, вставая стеной: другого пути нет, только вперёд.

У Лионеля Савиньяка лицо такое же бесстрастное, как у отца, а глаза тёмнее ночи. В Фабианов день он стоял у трона и смотрел на Валентина — как охотник смотрит на свою жертву в прицел — и генерал Рокслей так и не назвал его имя, и никто не осмелился. Все знали, что он отныне принадлежит Савиньякам.

Кровь за кровь, жизнь за жизнь.

Сын за отца. За выстрел безумной, которая призналась в том, что сделала, не оставив никому выбора.

Бам. Бам-бам-бам. Бам.

Песня оборвалась резко, оставив Валентина в оглушительной тишине.

Поляна была маленькая, поросшая травой по колено — стоило сделать шаг, и подол сорочки тут же намок от росы. Валентин замер, пытаясь унять бешено бьющееся в груди сердце.

В центре поляны перед статуей оленя пылал костёр, и стена мрака отрезала это место от всего остального мира — за пределами освещённого круга было невозможно разглядеть ничего. Но и рядом с огнём всё стало иным, зыбким, неверным. Тело каменного зверя налилось жизнью, поднятое копыто вот-вот опустится, напряжённые мышцы оживут, подбросят оленя в прыжке.

Валентину мучительно захотелось сглотнуть, но рот пересох. Обнажённое тело под тонкой тканью сотрясала мелкая дрожь, влажная ткань неприятно липла к ногам.

Он заставил себя идти вперёд к застеленному шкурой алтарю под оленьми копытами. Жар костра опалил его лицо и тело. 

Лионеля («Супруга», — напомнил себе Валентин) не было видно, и он растерялся, не представляя, что делать дальше — ждать стоя? лечь на алтарь? надо ли скинуть рубашку?

Где-то в лесу снова раздались ритмичные глухие удары — словно перестук копыт.

Валентин погладил мягкую шкуру на алтаре, пропустил мех между пальцами, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

Он примет любую участь как полагается.

Лионель возник за спиной бесшумно, положил горячие ладони на плечи, и Валентин отшатнулся непроизвольно и ударился коленом и бедром об алтарь. Он развернулся, прижался к холодному камню — и тут же выпрямился, вспомнив о достоинстве.

Савиньяк выглядел диковинно и по-варварски дико — белая туника, скрепленная на одном плече и обнажающая грудь, сверху накинут меховой плащ, на распущенных волосах причудливый венец из оленьих рогов и рябиновых ветвей. От его близости разило жаром так же, как от костра, и Валентину мучительно хотелось отодвинуться, спрятаться в сумрачной прохладе леса

— Пейте, — сказал Лионель, и в руках у Валентина оказался кубок, наполненный до краёв чем-то густым, тёмным и терпким. — До дна!

У вина был привкус крови и каких-то неведомых Валентину трав, оно обожгло гортань и упало внутрь огненным шаром — дрожь, наконец, прекратилась, но и невидимые путы, сдерживавшие ужас внутри него, сгорели в этом огне.

Лионель вынул кубок из его пальцев и небрежным жестом отбросил в сторону. Запустил руку в волосы на затылке, больно потянул, заставляя Валентина запрокинуть голову, обнажая горло. Второй рукой рванул ряды бус на его шее. Нитки впились в кожу, лопнули — посыпались, разлетелись ягоды.

Валентин сжал губы — он ждал грубости и боли, он был вирой и искуплением вины, но никто не требовал, чтобы он принимал чужую ненависть с радостью. Лионель смотрел на него своими непроницаемыми чёрными глазами, и Валентин не отводил своих глаз, хотя внутри всё сжималось и каменело под этим тяжёлым взглядом.

Придды не оправдываются — он заучил этот урок твёрдо.

Лионель улыбнулся криво, хищно, выпустил его волосы — лишь для того, чтобы подхватить под бёдра и подсадить на алтарь. Валентин вцепился в мягкую шерсть под руками и сухо осведомился:

— Мне развернуться? Как вы предпочитаете?

— Вы дерзите, — в бесстрастном голосе Лионеля прозвучало что-то похожее на восхищение. — Не вздумайте отворачиваться. Хочу видеть ваши глаза.

Он навис сверху, вынуждая Валентина откинуться назад на локти, широко раздвинул его колени и вклинился между ними, задирая рубашку. Притёрся пахом к паху, прижался своей напряжённой плотью к мягкому естеству Валентина. Наклонился к самому уху, обдал мочку горячим шёпотом.

— Будет больно, — сообщил он почти равнодушно. — Надеюсь, вы не питаете каких-либо иллюзий на этот счёт, дорогой Валентин?

— Делайте уже, что должно, — ответил Валентин, не справившись с раздражением, и Лионель укусил его за нижнюю губу, и одновременно палец его толкнулся ниже, вторгся в самое беззащитное.

Валентин укусил в ответ — от отчаяния и муки, рот наполнился кровью и Лионель навалился всем весом, прижимая его лопатки к алтарю. Рябиновые листья и длинные волосы мазнули по лицу.

Валентину хотелось закрыть глаза, выскользнуть сознанием из тела, которое терзала боль, но он запрокинул голову и заставил себя смотреть — в ночное небо в кольце ветвей, на колючие холодные звёзды и яркие искры от костра. Барабаны били глухо, где-то на границе слуха, и к ним снова добавилась флейта, которая выводила тоскливую, полную смятения мелодию.

Лионель тяжело дышал над ухом, и этот звук тоже вплетался в тревожную музыку.
Справиться, говорил себе Валентин. Я должен.

Бам-бам-бам. Бам.

Боль стала почти нестерпимой, но он терпел, только кусал губы, не позволяя вырваться ни одному вскрику, но солёная влага наволакивалась на глаза против его воли, и совладать с ней никак не получалось.

— Проклятье, — Лионель приподнялся и вытащил свои пальцы. — Ты слишком узкий.

— А вы рассчитывали на иное? — Валентин позволил яду выплеснуться на язык и вдруг почувствовал себя лёгким и почти всемогущим.

Лионель посмотрел на него — белые скулы, тёмные провалы глаз, пятнышко крови на идеальных губах.

— Мальчишка. Ядовитая тварь, — сказал он задумчиво. — И я могу тебя сломать.

Он положил руку на горло Валентину и стиснул слегка, но железные пальцы передавили трахею, и Валентину пришлось стиснуть челюсти изо всех сил, чтобы не забиться под этой рукой, судорожно хватая ртом воздух, как рыба выброшенная на берег. Удалось дёрнуть уголком рта, возвращая Савиньяку кривую ухмылку.

Пальцы на горле разжались, скользнули по линии челюсти, по щеке, собирая слёзы.

Лионель прижал указательный палец ко рту, лизнул и вдруг плавным рывком выпрямился. Снял с головы варварский венец, положил на алтарь рядом, провёл ладонью по ноге Валентина от колена к паху.

Валентин приготовился к новой боли, но Лионель мешкал. Что-то звякнуло. Пальцы вернулись обратно, смазанные чем-то скользким, они больше не разрывали при каждом движении, а распирали и растягивали.

Валентин почти сожалел о прежней муке — то, что можно было терпеть, не прилагая усилий, словно бы лишало смысла всё уже пережитое.

Но разочарование его оказалось напрасным — барабаны ударили с новой силой, и пальцы покинули его тело, сменившись иным органом. Лионель толкнулся с силой, плавно и глубоко, натягивая Валентина на себя, вышибая воздух из груди и словно насквозь пробивая внутренности.

Валентин снова стиснул зубы, сдерживая, сглатывая крик — должно было остаться хоть что-то, что Лионель от него не получит.

Бам. Высоко и тонко простонала флейта. Бам. Жалобный звук подхватила скрипка, вплела в яростную злую плясовую мелодию.

Бам. Бам. Бам.

Звёзды с вышины смотрели пристально и безучастно.

Лионель толкнулся снова и снова, жёсткие его пальцы впивались в бёдра Валентина, словно крючья.

Бам. Бам. Бам.

Рогатый венец попался Валентину под руку на очередном толчке, он смял тонкие листья в кулаке, оцарапал ладонь о ветки, но потом нащупал гладкую кость и обхватил её пальцами.

Небо над алтарём расплывалось и дрожало в мареве слёз, внутри невыносимо саднило и жгло.

Лионель молчал и дышал хрипло и бешено, врываясь внутрь на каждый удар барабанов, ускоряясь вместе с ними, и прекрасное правильное лицо его искажала мука и ярость, словно не Валентина терзал он на древнем алтаре, а самого себя.

Бам. Бам. Бам.

Бам.

Лионель содрогнулся и упал сверху, прижимая Валентина всей тяжестью, выскользнул из него, оставляя внутри вместо облегчения странное чувство опустошённости и горячее жгучее семя.

Шелестели деревья. Потрескивали поленья в огне. Какое-то насекомое трещало в высокой траве.

Валентин с усилием разжал руку, выпуская рогатый венец. Отвёл от своего лица спутанные светлые пряди, осторожно положил ладонь на потное твёрдое плечо.

— Вы тяжёлый, — голос сел и язык не слушался.

Лионель вздрогнул от его прикосновения, но неловко перекатился на бок, а потом на спину, лёг рядом — плечо к плечу, бедро к бедру.

Отредактировано (2022-12-18 17:38:18)

Анон

Re: ОЭ-фест

131. Валентин / одна из его сестёр, на выбор автора
Известно, что в Лаик Валентин приехал уже не девственником. Оказывается, что его первой партнёршей была одна из сестёр, юноша сам соблазнил её. Высокий рейтинг."     

дарк!Валентин/Габриэла, даб-кон из-за неполной дееспособности Габриэлы. Рейтинг между R и NC-17. Упоминаются Август/Ирэна и Арно/ОЖП.

▼1100 слов⬍

— А Эстебан ведь приврал, — заговорщическим тоном обратился Арно к Валентину, когда дверь библиотеки закрылась за мэтром Шабли.  — Он не так опытен, как хочет казаться. Не бывает столько крови у девчонки, там самое большее ложечка для шадди.
— А ты, значит, знаешь? — насмешливо спросил Валентин, проходя щеткой по пыльным стеллажам.
— А то, — в звонком голосе Арно притаилась улыбка. — Да и не я один. Я заметил, кто из ребят ему не поверил, а кто уши развесил. Ты не поверил.

Валентин молча смахивал паутину с корешков, но Арно продолжил разговор.

— У нас в Сэ обычай есть: если девица из простых хочет отдать первую кровь благородному, то вешает рябиновые бусы на статую в графском саду. Кто-то из нашей семьи может снять бусы и прийти к ней ночью.
— Красиво,  — хмыкнул Валентин. — И ты снимал?
— Снимал.
— А как ты угадал, кто именно повесил бусы?
— В первый раз мне садовник рассказал. А другая была грамотная, она записку оставила.
— Ого, так у тебя было целых две женщины! Конечно, ты можешь просветить Эстебана.

Арно ткнул товарища щеткой под ребра — тот возмущенно ойкнул.

— Я просто хотел попробовать с девушкой, которая мне понравится. Не с кем попало.
— Понимаю.

Валентин отложил щетку и наклонил голову, чтобы прочесть надписи на потемневших корешках.

— Это вот перед Лаик было, на Летние Молнии, — мечтательно продолжал Арно, — Рябина только краснеть начала. Хорошо, что успел. Когда я выйду из загона и получу у эра первый отпуск, она уже замужем будет. Ну, а ты? Рассказывай давай, я же вижу, что у тебя было.

— Ну, было, — Валентин вытащил книгу с полки и усердно протер обложку рукавом.
— Тоже девица?
— Нет. Молодая вдова. Жила в нашем доме.
— Это ты зря, со служанками потом хлопот не оберешься.

Валентин открыл томик посередине и бездумно перелистнул несколько страниц. Арно не торопил, позволяя товарищу скрывать смущение.

— Я старший сын герцога. Моя кровь не принадлежит мне. Я не мог допустить, чтобы наследник нашей семьи появился на свет в каком-нибудь борделе. Хотел это контролировать.
— Ясно. И как она, хорошенькая?
— Нет.

Арно открыл рот, чтобы пошутить над этим, но Валентин опередил:

— Не хорошенькая. Первая красавица Придды.
— Вот как! Эх, где ваше воспитание, унар Валентин? — усмехнулся Арно. — Ты должен был сказать, что первая красавица Придды — твоя сестра.

Валентин сложил губы в странную улыбку.

— Виконтесса Альт-Вельдер очень красивая. Но она лишь вторая.
— Значит, здорово вдовушка тебя зацепила, раз так говоришь! Ну так что? Где ты ее заловил?
— Да я давно задумал, но не было подходящего случая. А потом случай подвернулся. Зашел к ней в комнату, пока все ужинали.
* * *
Последнее лето перед началом взрослой жизни Валентин проводил у сестры в Альт-Вельдере. Днем бродил по окрестностям, купался в озерах, искал тайные места, которые когда-то показал Юстиниан. Вечерами сидел с книгой у камина, пока Ирэна вышивала и занимала беседой сестру. Габриэла в то лето была почти нормальна, только часто заговаривалась, и Ирэна не спускала с нее глаз.

Так прошел месяц, но, наконец, сонный покой Альт-Вельдера нарушил его хозяин. Август приехал в короткий отпуск и не скрывал, как сильно соскучился по жене. Он с обожанием целовал ее руки при всех и губы — когда считал, что их не видят. Забывая приличия, он заключал Ирэну в объятия в альковах или укромных уголках сада, и Валентин несколько раз стал невольным свидетелем чужой страсти. Вероятно, не только он, потому что у Габриэлы резко испортилось настроение. Ирэна из-за этого нервничала.

То был третий день пребывания Августа в поместье. Позвонили к ужину. Хозяин вел в столовую хозяйку, Валентин — Габриэлу. Он усадил сестру за стол и занял кресло сам, когда увидел, что Август задержался за спиной своей супруги и мимолетно коснулся губами ее шеи. Габриэла отшвырнула столовое серебро.

— Я не голодна и страшно устала сегодня. Лягу пораньше. Доброй ночи, виконт.
— Я провожу, — подскочил Валентин.

Он снова подал руку Габриэле и поймал благодарный взгляд зятя. Слуга в дверях хотел было пойти за ними, но Валентин покачал головой и только забрал шандал на три свечи. Темные лестницы вели наверх, в женские покои. Тени брата и сестры ползли за ними по стенам, пока они поднимались.

— Благодарю вас, — недобро сказала Габриэла, даже не обернувшись, когда Валентин поставил подсвечник на каминную полку. — Доброй ночи.
— Нет, Габи, подожди, — шепотом сказал он, кладя руки ей на талию. — Подожди…

Валентин шагнул к ней вплотную, коснулся шеи так же, как Август касался жены, а потом прильнул губами к ее голому плечу: Габи носила более открытые платья, чем Ирэна. Ее кожа источала еле слышный аромат жасмина. Несколько его лихорадочных поцелуев она перенесла неподвижно, потом попыталась вырваться и зашипела.

— Вы!.. Как вы смеете…
— Тихо, Габи, тихо! — Валентин крепко держал сестру одной рукой, а второй зажал ей рот. — Все хорошо, все хорошо, это я, я тебя люблю…

Он знал, как успокаивать сестру в приступе гнева, хотя никогда не делал этого в одиночку, и потому продолжал крепко обнимать сзади и шептать в шею “люблю тебя, Габи, все хорошо”, а она только извивалась в его руках, но не пыталась оторвать их от себя. Наконец, юноша рискнул ослабить хватку и развернуть сестру к себе. Ее огромные глаза казались совсем темными, а неровный свет скрадывал обычное сходство с Ирэной и Юстином, как будто перед Валентином была совсем незнакомая женщина. Он не знал, кого увидела Габриэла в нем самом, но на поцелуй она ответила так страстно, что он чуть не задохнулся.

Валентин покрывал поцелуями шею, шелковую кожу грудей, пытался наугад расстегнуть крючки платья, а Габриэла влекла его глубже во мрак комнаты. Она рухнула на кровать — проклятое платье так и осталось на ней — и шумно вздохнула, когда брат задрал ей юбки и навалился сверху. А Валентин гладил ей бедра между чулками и поясом, и касался в темноте неизвестного, влажного, манящего. Ничего не видя, он на ощупь искал вход, погружая пальцы в складки плоти, и Габи стонала:

— Давай, давай, возьми меня…
— Тише, тише… —  повторял Валентин, высвобождая из штанов свое напряженное естество.

Он в два движения довел себя до полной твердости, прижал головку к чужой промежности наугад, попытался толкнуться. Сестра ловко перехватила член и помогла ему войти. Было немного больно и очень сладко. Габриэла тяжело дышала под ним. Пару мгновений он лежал с закрытыми глазами, привыкая к новому, невероятному ощущению, но потом Габи обхватила его ногами, обвила руками шею и опять увлекла в поцелуй. Ее губы были горячими, лоно — нежным и податливым, волосы пахли жасмином. Каждый толчок опьянял наслаждением, и Валентин кончил очень быстро.

— Еще, еще, пожалуйста, — запросила Габи. Она схватила руку брата и положила себе между ног, где все было мокро от его семени, и он ласкал ее внутри, и она ласкала себя. Когда Габи вскрикнула, Валентин снова зажал ей рот, и она несколько раз промычала чужое имя в его липкие пальцы.

— Теперь спи, спи, моя хорошая, я тебя люблю.

Уходя, он распустил завязки балдахина и забрал шандал с оплывшими свечами.

* * *
— А у тебя потом не было неприятностей? Ну, она не пыталась рассказать кому-то, денег просить? У нас матушка строго следит, чтобы не брюхатили служанок. Учить новых, говорит, долго.
— Конечно, она всем рассказала, — Валентин захлопнул книгу, и взглянул на Арно поверх облачка пыли. — Но ей никто не поверил.

Отредактировано (2022-12-19 09:33:54)

Анон

Re: ОЭ-фест

38. Спокон веков господствует обычай, что победителю принадлежит добыча...
Франциск Оллар/Женевьев Окделл/Гвидо Ларак. Рейтинг R. Можно с капелькой мистики."

Автор честно старался вырулить в R (на мой взгляд на NC-17 не тянет). Упоминается Алан/Женевьев.

▼предупреждения⬍

Драма, нон-кон без особой жести, Франциск и Гвидо не очень хорошие люди, смерть персонажа, фикс-ит. Извиняюсь, если заказчик хотел чистое пвп с хэ, но в моей голове не случилось так увязать. Мистика есть, но вероятно, не в ту степь, куда задумывалось заказчику. Автор ни в каком виде не поддерживает изнасилования и любые виды насилия.
Про Ричарда вроде бы нашлось, что ему восемь, про Эдварда не накопал или пропустил, поэтому по этому тексту ему около пяти-шести лет. Возможны другие фактические косяки со стороны канона.

▼2300 слов⬍

Вторая свадьба Женевьев Окделл была совсем не похожа на первую. Вокруг гремели песни и танцы, рекой лилось вино, в полутьме напоминавшее кровь. Пышное празднество объединяло сразу два повода — захват Кабитэлы бастардом и пожалование герцогского титула Гвидо Лараку.
И молодой жены вместе с Надором.
К чести Гвидо, сначала он почти не притрагивался к кубку в отличии от своего нового короля — раскатистый смех Франциска разносился под сводами залы, отражался от стен, и Женевьев хотелось зажать себе уши руками и отвернуться, скрыться с этого варварского праздника. Но где-то в Кабитэле оставались Ричард и Эдвард — ее маленькие дети, пропавшие после захвата города. Женевьев заверили, что мальчики найдены и находятся в королевском дворце, давая понять, что, если она не будет благоразумна и послушна, за жизнь детей предателя не дадут и сломанной монеты. Но повидать сыновей не позволили.
Кто-то из прислуги склонился к ее кубку, но он был полон — Женевьев не собиралась пить. Ей нечего было праздновать, носить траур ей уже не позволили, моментально выдав замуж за первого встречного, кто был угоден Оллару.
Зря она подумала о бастарде. Отродье Леворукого, на миг прекратив смеяться и пить, на всю залу провозгласило:
— Время выпить за молодых!
Присутствующие грянули одобрительными воплями, зазвенели кубки, в глазах замелькало от засверкавших драгоценных камней, которыми обвесили себя олларовские псы. Ларак молча толкнул ее ногой под столом, и Женевьев подняла кубок, поднесла к губам, но пить не стала, притворившись, что сделала небольшой глоток. Казалось, стены сжимались вокруг, давили, свет факелов резал глаза, а волосы, заплетенные в тяжелую прическу, заставляли все ниже и ниже опускать голову.
Знакомое лицо мелькнуло рядом, Боб, один из прежних слуг, тихо шепнул ей на ухо и отошел в сторону, сливаясь с прочими.
Она не запомнила ни остаток пира, ни других поздравлений, которыми осыпали Ларака новоявленные графы и виконты, получившие славу, титулы и земли из рук бастарда. Время для Женевьев остановилось, замерло, словно она сама стала камнем. Ее тормошили, заставляли встать, сесть, что-то говорить, и она безропотно выполняла все, что от нее требовали. Встав во главе шумной процессии, Франциск Оллар самолично проводил молодых до резиденции, где ныне обитал Гвидо Ларак. Женевьев равнодушно оглядела знакомые интерьеры, помнящие Алана и Ричарда, и глубоко в душе что-то шевельнулось и угасло, какая-то застарелая боль, как будто бы принадлежащая не ей.
Камню ведь не бывает больно.
Служанка — новая, Джейн куда-то подевалась, и Женевьев могла только молиться о том, чтобы она выжила, — провела ее в комнату. Комнату, которую Женевьев Ларак когда-то делила с Аланом.
Здесь все еще сохранился его запах, казалось, прикрой глаза, и Алан войдет, вернется с очередного Совета, уставший, но улыбающийся. Женевьев знала, что он никогда не любил ее по-настоящему, ей далеко было до девочки в окошке, которую однажды встретил Алва и прикипел всей душой, далеко до бури страстей и эмоций семьи Алва. Она была просто Женевьев Окделл, жена герцога Окделла, Повелительница Скал, она знала свой долг и никогда не отступала от него.
Дверь отворилась снова, и в спальню вошли бастард и новоявленный муж.
— Ах, герцогиня Ларак, выглядите просто превосходно! — голос Франциска так и звенел от радушия, но круглые глаза глядели холодно и цепко. Как у совы на охоте.
— Вы пришли засвидетельствовать нашу брачную ночь? — негромко спросила Женевьев.
Ей не было страшно. В конце концов, она уже была мертва.
Франциск неспешно опустился в кресло. Его невозмутимости могли позавидовать камни — Женевьев все еще не понимала, как он мог столько выпить и при этом выглядеть абсолютно трезвым.
— Можете считать, что я пришел лично удостовериться, что вы не заколете вашего замечательного мужа, едва он прикоснется к вам. К тому же наши предания говорят, что победителю принадлежит добыча. От нее нельзя отказаться или удача отвернется в самый неподходящий момент.
Она посмотрела на нового короля, коренастого, усмехающегося, полного какого-то злого любопытства, словно Франциск сгорал от нетерпения посмотреть на спектакль, что вот-вот развернется перед ним.
— Ваша удача уже покинула вас, — медленно и веско уронила Женевьев. — Рамиро Алва мертв.
Франциск не двинулся, не бросился залепить ей пощечину, хотя герцогиня Ларак не удивилась бы такому раскладу — чего еще ждать от бастарда?
Он наклонился вперед, доверительно глядя ей в глаза:
— Я бы советовал вам, сударыня, внимательнее следить за тем, что вы говорите и кому. Или мне напомнить вам, что отродье Алана еще живо только по моей милости? Начинайте, Ларак!
Гвидо приблизился к Женевьев, нерешительный и весь какой-то потускневший. От того собранного холодного мужчины, что вел вдову Алана к алтарю, не осталось и следа. Женевьев презрительно поглядела на мужа — и это будет именоваться Повелителем Скал?
— Вы что, боитесь, муж мой? Ваш король приказал вам, так делайте, что должно! — резко произнесла она.
Гвидо наконец отмер, протянул руку, нерешительно дотронулся до завязок праздничного наряда. Франциск молча наблюдал за ними, лениво покачивая ногой. Женевьев не сопротивлялась, позволяя снять с себя украшения и верхнее платье, и Ларак замер, когда она наконец осталась лишь в исподнем. Король поднялся, обошел Женевьев со спины и остановился. Она почувствовала чужие пальцы в своих волосах, вынимающие заколки из вычурной прически, и лишь скривилась. Ей не было ни больно, ни противно, все ее чувства угасли, затаились под толстым слоем пепла.
— Стало быть, мне не показалось, роды и впрямь не испортили вашей красоты, — задумчиво сказал Франциск, со спины разрывая исподнее платье.
Женевьев переступила через ткань, осевшую к ее ногам — не иначе как погребальный саван — и осталась стоять обнаженной. Ларак, видимо, пытаясь сохранить какие-то остатки несуществующей чести, старался не смотреть на жену, упорно разглядывая порванные тряпки на полу.
— Ну же, Гвидо, — добродушно посетовал Франциск, — неужели вы не знаете, что делать с обнаженной женщиной? Так я подскажу вам.
Сильные руки развернули Женевьев, и король поцеловал ее — без намека на нежность или осторожность, просто брал то, что добыл в бою. Хотя он ведь и не завоевывал ее, просто захотел чужую жену, списывая все на старые несуществующие обряды. Жесткие губы смяли ее рот, одна рука по-хозяйски прошлась по спине, спускаясь на ягодицы, вторая сжала тяжелые волны волос, оттягивая в сторону, позволяя укусить в шею. Женевьев терпела, не чувствуя стыда или омерзения — она ни в чем не порочила память своего мужа, она была Повелительницей Скал и пойдет до конца, чего бы ей это ни стоило.
Оллар подхватил ее и забросил на кровать, подошел следом, на ходу дергая завязки узорчатых бридж. Узурпатора можно было бы назвать даже красивым, если бы не гримаса довольства и похоти, уродовавшая лицо.
Гвидо тем временем звенел кубками, разливая что-то, и приблизился к постели, протягивая один Женевьев. Под взглядом Франциска та подчинилась и выпила, зная, что трюк, который она проворачивала в пиршественной зале, не пройдет. Вода опалила внутренности, растеклась теплом по венам, задурманила, словно туда подмешали сакотту.
Оба, и Франциск, и Гвидо, стояли неподвижно, будто ожидая чего-то. Женевьев продолжала полулежать на кровати, не понимая, почему они медлят, — вряд ли они поверили, если бы вдова, только потерявшая мужа, бросилась ублажать нового, а вместе с ним и короля. Текли минуты, тишина звенела, не нарушаемая даже дыханием. В глазах Франциска Женевьев видела нетерпеливый интерес — с таким дети отрывают крылышки мухам и смотрят, что будет дальше. Если эффект кажется недостаточным — иногда еще и лапки. По одной.
Женевьев тряхнула головой — мысли дурманило, а жар, никуда не исчезавший, сосредоточился в животе и пополз ниже, опаляя желанием. Она стиснула зубы, ну конечно, бастард придумал дать ей афродизиак, чтобы унизить посильнее. Что же, терпеть станет еще сложнее, но ей нужно хотя бы постараться не терять концентрацию. Не забыть, кто она на самом деле.
Не шлюха, подаренная плебею в честь праздника.
Ей стало душно, Женевьев облизнула губы, отбросила волосы подальше на подушку, ей казалось, что они будто давили ее тяжелым плотным одеялом.
— Гвидо, — насмешливо позвал король, — мне кажется, у нас есть необходимый эффект.
Ларак обошел кровать, Женевьев услышала шорох срываемой одежды, чужие пальцы коснулись шеи, огладили грудь.
— Так не пойдет, — подал голос Оллар, — поверните ее, так она будет доступна для обоих.
Руки бастарда обожгли ее, и Женевьев едва сдержалась, чтобы не застонать. Если ей что-то и было нужно — только чтобы проклятый ублюдок коснулся ее снова. Сзади завозился Ларак, она почувствовала, как прогнулась кровать, а язык провел по позвоночнику, опаляя огнем кожу. Оллар же, приспустив штаны, ласкал себя и, завидев взгляд Женевьев, издевательски показал, что ей следует делать.
Ей не оставалось никакого выбора — одна часть ее еще пыталась сопротивляться, другая же, одурманенная, отравленная, большая часть молила прикоснуться к мужчине. Губы пересохли, как в лихорадке, она облизнулась и склонила голову перед Франциском Олларом, лаская его ртом, подчиняясь ему, одновременно чувствуя, как сзади в нее втискивается Ларак и вздрагивая от желания податься ему навстречу.
Сперва ей было больно. Для Алана она в первую очередь была герцогиней Окделл, матерью его наследника, а только потом — женщиной. Он не спешил размениваться на милости и нежности, а их последний раз случился так давно, что Женевьев уже почти не помнила этого. Осада Кабитэлы не оставляла времени на любовь.
Ларак задвигался в лоне Женевьев, Франциск сгреб ее волосы в кулак, наматывая на руку пряди, заставляя брать чаще и глубже. Она давилась, задыхаясь, но тело умоляло о продолжении, руки судорожно стискивали простыни и, наверное, только благословением Создателя Женевьев еще не кричала в голос, лишь еле слышно стонала. Гвидо положил руки ей на бедра, задвигался резче, застонал и излился, наполняя жену своим семенем. Видимо, у приспешников Оллара времени на куртизанок не находилось тоже. Франциск же никуда не спешил, его глаза не отрывались от лица Женевьев, а усмешка не сходила с лица.
— Вот так, сударыня, постарайтесь еще немного, мне же нужно полностью почувствовать свою добычу… Да, Гвидо, не стесняйтесь, она пробудет в этом состоянии еще около часа, сразу же покажите ей ее место. Жен нельзя распускать и содержать в нежности.
Он толкнулся бедрами вперед, входя на всю длину, Женевьев подавилась, закашлялась, на глазах выступили слезы, но проклятое пламя, опаляющее ее внутренности, никуда не делось. Руки Ларака вновь коснулись ее, пальцы вошли внутрь, сразу три, лаская, пока сам герцог восстанавливался после первого захода. Желание кричать и извиваться становилось нестерпимым.
Женевьев взглянула на бастарда. Если бы к ней пришел Леворукий и предложить продать душу взамен на жизнь этого короля, она бы не раздумывала долго. Оллар задвигался чаще, рука на затылке Женевьев сжалась, он отстранился и бросил Лараку:
— Я думаю, Гвидо, вы согласитесь со мной, что бывшая жена предателя недостойна королевского семени.
И спустя пару движений выплеснулся Женевьев на лицо. Теплое семя стекало по щекам, Женевьев разглядывала короля, пока Ларак продолжать ласкать ее руками, и не чувствовала ничего, кроме брезгливой опустошенности — ни злобы, ни унижения. Такие недостойны даже ненависти — кому вздумается ненавидеть вшей или блох? Их давят и травят, не размышляя лишние мгновения.
Король поднял с пола торжественное платье Женевьев и вытер себя, отбрасывая испорченные одежды на пол.
— Благодарю за оказанную честь сударыня, — назвать то, что он изобразил, поклоном, Женевьев не смогла. — Считайте, что внесли свой посильный вклад в процветание и удачу великого Талига. Проявите себя, как следует, Гвидо, через девять месяцев я хочу услышать о родившемся наследнике.
Хлопнула дверь, и король покинул спальню. Женевьев прикрыла глаза — следующий час обещал быть долгим.

Она лежала без сна, тело болело и молило об отдыхе, но из головы наконец-то улетучивался проклятый олларовский дурман. Гвидо Ларак, взяв жену еще дважды и вдоволь наполнив ее семенем, под конец даже озаботившись о ее удовольствии, счастливо спал на своей половине кровати. Женевьев повернулась, ткнула Ларака в плечо, но муж продолжал довольно похрапывать.
До рассвета еще оставалось время, и она, стискивая зубы от разливающейся по телу боли, медленно поднялась с кровати.
Золотистый вепрь, отлитый на стене, без шума вошел в панель, едва Женевьев нажала на него, открывая тайник. Она взяла в руки кинжал, когда-то подаренный ей Аланом, и сердце сжалось. А ведь не хотела принимать подарок — что она, какая-то разбойница из сказок? Она герцогиня Окделл, Повелительница Скал, хозяйка Надора, на что ей стальной нож, если любой из ее вассалов сочтет за честь заслонить ее от удара, и муж ее будет первым, кто загородит Женевьев своей спиной?
Не вышло. Не было в спальне ни Алана, ни его людей, и никто не защитил ее ни от бастарда, ни от его приспешника.
Кинжал лег в руку как родной, Женевьев даже почудился еле слышный звон стали. Она приблизилась к кровати, взглянула на Гвидо. Молодой еще, совсем не старый мужчина, темные волосы, легкая улыбка, шрам, пересекающий щеку. Все могло бы сложиться по-другому для Гвидо Ларака, но он предрек свою судьбу, когда вложил в ее руку кубок с отравой.
Лезвие поймало лунный луч, сверкнуло, и Гвидо Ларак остался лежать, улыбаясь с перерезанным горлом.
Дело еще не было сделано. Женевьев смотрела на кровь, заливающую постель, и ничего, совсем ничего не чувствовала. Все, что было в ней хорошего, умерло вместе с Аланом, все, что было в ней плохого, выцвело, став блеклым и серым, высветив одну-единственную цель.
Дверь бесшумно отворилась. Боб заглянул в комнату, склонился, протянул плащ и дорожную одежду — простое черное одеяние без лишних изысков.
— Мы нашли их, герцогиня. Ваши сыновья у наших вассалов. Прятались в одном из подвалов, к счастью, слуги Рокслеев нашли их раньше олларовских стражей, — шепотом доложил Боб.
— Все спят? — уточнила Женевьев.
— Как и было уговорено, все приготовленное вино было отравлено, проспят до полудня, если не больше. Не проснутся, даже если над ними бить в барабаны.
— Хорошо. Приготовь все, мы уезжаем. Я спущусь, когда буду готова.
Боб поклонился и вышел. Женевьев медленно просунула пальцы в рукава, поморщилась — болело нутро, спина, пальцы, сводило челюсть, ныли места укусов. Ларак не был нежен, а под конец разошелся так, что даже сквозь дурман снадобья Женевьев чувствовала боль.
Она накинула плащ, подавляя стон. Ее боль сейчас не имела никакого значения, нужно было убираться из столицы как можно скорее, но, поддавшись порыву, Женевьев подошла к окну и опустилась на колени в пятно лунного света.
Гвидо Ларак мог сколько угодно именоваться Повелителем Скал — но он даже не был в Надоре. Родные стены замка не видели его и не признали, а без этого титул оставался просто титулом. Но Женевьев была женой Алана, Повелительницей Скал, матерью наследника, будущего Повелителя. И она была Окделл — насильно проведенная церемония не заставит ее отказаться от своего настоящего имени.
И она зашептала. Она молила камни о спасении и о мести — за смерть своего мужа, за свою поруганную честь, за страх своих детей, все это время просидевших в сырых подвалах. За сотни других разрушенных жизней и сломанных судеб, за все, что произошло по вине короля-бастарда. За всех погибших во время осады, за десятки таких же, как она сама, женщин, разделивших ее судьбу стать добычей победителей.
Женевьев молилась Скалам сильнее, чем когда рожала Ричарда и просила Создателя разрешить ее от бремени поскорее. Но сегодня Создатель отвернулся от нее, не обрушил на насильников праведный гнев, а ранее не отвел руку палача от Алана. Скалы — вот и все, что у нее осталось. Она простояла на коленях еще несколько минут, взывая к Скалам, прося о справедливости и возмездии, и не слышала ничего, кроме собственного дыхания.
Скалы молчали.
Женевьев встала. Все, что она должна была сделать в Кабитэле, она уже сделала. Тело Гвидо Ларака остывало в кровати, и Женевьев, даже не взглянув на своего второго мужа, покинула спальню, скрывая лицо широким капюшоном.
По земле около королевского дворца поползла первая трещина.

Отредактировано (2022-12-19 03:47:48)