Тема Лолиты и других книг Набокова

Анон · 2026-04-28 14:04:19

Про "Лолиту" Набокова - фильмы и книги.

Чтения:

▼Скрытый текст⬍

Анон · 2026-06-10 20:20:48

У меня от всей сцены ощущение, что он изо всех сил пытается её отвадить от себя (во всех смыслах, и чтобы не шла с ним, и чтобы не появилась в родном городке), потому что юридически они всё ещё связаны, ей принадлежит значительная часть имущества матери (не зря же одновременно с письмом Долорес всплыл дом её матери и "общество"), которое он все эти годы, насколько я помню, проедал, и она может его жизнь разрушить, если объявится. Ну, и разумеется, она стала очень невдувабельной для него, и вся его великая любовь резко кончилась.

У меня противоположное впечатление. Он её по-своему, в кавычках, по-людоедски, по-гумбертовски, по-ганнибальски - "любит", и именно это понимает, глядя на то, как она ему не подходит, как она изменилась. И понимает, что его жизнь кончена, ничего лучшего, чем Лолита, у него не будет больше никогда. И все деньги он ей отдаёт. И два раза её зовёт с собой, искренне. Вот такая у него любовь. Не оправдываю его ни на микрон, конечно.

Анон · 2026-06-10 20:32:44

Анон пишет:

Остался лишь один вопрос: как, блядь, можно всерьёз сочувствовать Гумберту? Или, если речь о каком-нибудь Быкове, вжопливаться в него? Даже если отставить в сторону несчастную Лолиту, он же объективно мерзок - злобный, эгоцентричный, трусливый, ничтожный, брюзгливый, как старая бабка. Наверное, один из самых отвратительных персонажей мировой литературы

Именно. Даже не изнасилуй он ни одного ребёнка, он все равно остаётся мерзким.

Анон · 2026-06-10 21:01:42

Анон пишет:

и я утешал и баюкал сиротливую, лёгонькую Лолиту, лежавшую на мраморной моей груди

Я памятник себе воздвиг нерукотворный... :teeth:

Анон · 2026-06-10 21:08:19

Анон пишет:

На наши деньги у "дурочки" рента в 10к баксов, а у него — один раз теоретически поработал за три года.

Анон, ты забываешь, что у него папкино и дядькино наследства еще не все потрачены, плюс еще имущество Шарлотты.

Анон · 2026-06-10 21:11:01

А что стало с отелем, который его отцу принадлежал? Я забыл что-то

Анон · 2026-06-10 21:13:10

Продал его папка.

Анон · 2026-06-10 21:31:34

Анон пишет:

У меня противоположное впечатление. Он её по-своему, в кавычках, по-людоедски, по-гумбертовски, по-ганнибальски - "любит", и именно это понимает, глядя на то, как она ему не подходит, как она изменилась. И понимает, что его жизнь кончена, ничего лучшего, чем Лолита, у него не будет больше никогда. И все деньги он ей отдаёт. И два раза её зовёт с собой, искренне. Вот такая у него любовь. Не оправдываю его ни на микрон, конечно.

+1

Анон · 2026-06-10 21:52:15

Вот это, мне кажется, очень значимый момент:

Анон пишет:

и тут нежность моя переходила в стыд и ужас, и я утешал и баюкал сиротливую, лёгонькую Лолиту, лежавшую на мраморной моей груди, и, урча, зарывал лицо в её тёплые кудри, и поглаживал её наугад, и, как Лир, просил у неё благословения, и на самой вершине этой страдальческой бескорыстной нежности (в миг, когда моя душа как бы повисала над её наготой и готова была раскаяться), внезапно, с мерзостной иронией, желание нарастало снова… «Ах, нет!», говорила Лолита, подняв, со вздохом, глаза к небу, и в следующую минуту и нежность и лазоревый луч — всё распадалось.

Ранее он задаётся вопросом - почему она не видит его нежности к ней, его привязанности:

Анон пишет:

ибо ты ни разу не соизволила понять, что я способен, без каких-либо определённых намерений, нестерпимо хотеть уткнуться лицом в твою шотландскую юбочку, моя любимая!

А вот поэтому.
Потому что похоть для него всегда была на первом месте.
И она для него была в первую очередь объектом для удовлетворения этой похоти. И только уже потом, в его редкие моменты просветления, человеком.

И в этом смысле, мне кажется, Гумберт действительно меняется в финале, когда он на неё смотрит уже без похоти, не как на объект, а как на человека, и человек этот ему дорог. Но прошлого уже не изменишь никак.

Анон · 2026-06-10 22:31:20

Анон пишет:

Потому что похоть для него всегда была на первом месте.

Беда для Гумберта (и для окружающих его) в том, что он инфантилен и законченно эгоистичен во всех своих мыслях и действиях. Он, сколько бы ни получал образования, навечно застрял в состоянии внутреннего наглого подростка, который понимает только свое "хочу" и презирает всех кругом в своей нитакусечности. Хотелки превыше любых моральных и уголовных законов.

Отредактировано (2026-06-10 22:32:00)

Анон · 2026-06-10 22:32:23

Анон пишет:

И в этом смысле, мне кажется, Гумберт действительно меняется в финале, когда он на неё смотрит уже без похоти

Ага, и половина мыслей про еблю все равно.

Анон · 2026-06-10 22:37:47

Анон пишет:

Кстати, я не помню, а Долли была в курсе, как погибла ее мать? ГГ ведь порол, что она в больнице.

А неизвестно. Нигде нет про то, что она узнала, но вопрос она формулирует как "где похоронена моя зарезанная мать" (murdered в английской версии) и в ссоре в Бердслее она говорит, что уверена, что это Гумберт ее убил.

Анон · 2026-06-11 01:08:48

Анон пишет:

У меня противоположное впечатление. Он её по-своему, в кавычках, по-людоедски, по-гумбертовски, по-ганнибальски - "любит", и именно это понимает, глядя на то, как она ему не подходит, как она изменилась.

Вот этому плюсану, кстати.
Анон «Лолиту» в первый раз читал довольно юным и после прочтения решил, что про любовь таки сказать можно, но с оговоркой. Вот все это, что Гумберт испытывает по отношению к Лолите - максимум хорошего отношения и привязанности, на которые он способен. Более светлых или человечных чувств к другому существу он не может испытать в принципе (ну, разве только к себе, любимому, но это не считается), так что имеем что имеем. Можно назвать любовью, за неимением других терминов.

Отредактировано (2026-06-11 01:10:11)

Анон · 2026-06-11 02:07:22

Анон пишет:

Остался лишь один вопрос: как, блядь, можно всерьёз сочувствовать Гумберту? Или, если речь о каком-нибудь Быкове, вжопливаться в него? Даже если отставить в сторону несчастную Лолиту, он же объективно мерзок - злобный, эгоцентричный, трусливый, ничтожный, брюзгливый, как старая бабка.

Так Быков сам злобный, эгоцентричный, брюзгливый и считает, что женщины созданы, чтобы радовать его либидо.

Анон · 2026-06-11 02:07:26

Тут ещё до чтений анон писал, и я с ним соглашусь - он к ней тупо привязался. Он столько раз её трахнул, что количество перешло в качество, и утратив сексуальную привлекательность она все равно осталась для него источником дофамина. Что вот она, живая, тёплая, в принципе та же самая, мозг радостно выдаёт ассоциацию с удовольствием, даже если самого удовольствия нет.
Ну и, он с самого начала понимал, что делает плохое. Кстати, у него не было такой мысли, когда он бил первую жену, там он считал, что прав.

Анон · 2026-06-11 09:59:51

Анон пишет:

Беда для Гумберта (и для окружающих его) в том, что он инфантилен и законченно эгоистичен во всех своих мыслях и действиях. Он, сколько бы ни получал образования, навечно застрял в состоянии внутреннего наглого подростка, который понимает только свое "хочу" и презирает всех кругом в своей нитакусечности. Хотелки превыше любых моральных и уголовных законов.

Для меня еще очень тревожное, что Гумберт как-то уж очень уклончиво обходит свои планы на "постаревшую" Лолиту. Да, он несколько раз думает, что мог бы на ней жениться, как только она достигнет более-менее подходящего возраста, но это ведь очень фантазийный вариант, в котором Долорес послушно исполняет роль инкубатора и штампует новых нимфеток для услады папочки. Чем старше она будет становиться, тем меньше власти он будет иметь над ней, и тем меньше у нее будет поводов молчать и вообще с ним оставаться. Не думаю, что он подумывал избавиться от нее криминальным образом, но если бы Долорес решила заговорить, Гумберт и без убийства Куильти оказался бы в тюрьме.

Анон · 2026-06-11 10:46:56

А тёмную Ванессу читать не будете? Я бы и со Стрейна в хорошей компании тоже с удовольствием побомбила.
Чтецу, кстати, огромное спасибо :heart:
В компании лучше заходит, сама я Лолиту читала в возрасте помладше и не все метафоры выкупила.

Анон · 2026-06-11 11:32:41

Спасибо чтецу, я лишний раз уверился, что большая часть книгу не читала, максимум видела кино, а меньшая часть читала жопой, потому что да, Гумберт мерзок и без педофилии. Это просто как же надо оголодать, чтобы видеть интеллигентного романтика в мудаке, бьющем одну жену и мечтающем убить другую.

Анон · 2026-06-11 11:34:51

Да, чтецу спасибо гигантское, это самый полезный для меня опыт читений, которые были на холиварке, и отличный формат!

Анон пишет:

Для меня еще очень тревожное, что Гумберт как-то уж очень уклончиво обходит свои планы на "постаревшую" Лолиту.

У него нет планов. Ему выпал маньяческий джекпот, он отлично понимает, что долго это продолжаться не может, и серьёзных планов не строит. Все его планы - маниловщина, он прикидывает, можно ли продлить действие этого джекпота, но сам от себя скрывает, что его лафа скоро закончится, так или иначе.

Отредактировано (2026-06-11 11:43:28)

Анон · 2026-06-11 11:37:52

Анон пишет:

Можно назвать любовью, за неимением других терминов.

Ну почему же за неимением! Набоков прямо в тексте дал отличный термин: "мёртвая любовь".

Анон · 2026-06-11 11:38:18

Анон пишет:

Кстати, у него не было такой мысли, когда он бил первую жену, там он считал, что прав

Ну та же дура была с волосами крашеными аж под 30 годов, что с ней церемониться. :girly:

Анон · 2026-06-11 11:40:37

Анон пишет:

бьющем

...девочку-подростка.
Извините, аноны, меня как-то переебало по-новой, что ли, этим обилием насилия. Ну так-то, по простому.
Взрослых женщин бил, девочку принуждал к сексуальным практикам, от которых её тошнило, насиловал трижды в день и бил.
Любовь...

Анон · 2026-06-11 11:42:29

Анон пишет:

И в этом смысле, мне кажется, Гумберт действительно меняется в финале, когда он на неё смотрит уже без похоти, не как на объект, а как на человека, и человек этот ему дорог.

Но без похоти он на неё смотрит не потому, что сам изменился, а потому, что она изменилась! Она перестала его распалять, а компонента привязанности в его отношении осталась. Эта компонента и раньше была, см. отрывок про мраморную грудь, но раньше нежность и вина переходили в новый виток похоти, и он никак себя не останавливал. А теперь у него уже так не получается, можно продемонстрировать чистую, бескорыстную любовь (табличка).

Анон · 2026-06-11 11:52:48

О Лолите на Полке
https://polka.academy/articles/576

Анон · 2026-06-11 12:01:50

Привет, аноны! Заканчиваю сегодня основную часть текста.

Часть II, главы XXXIII-XXXVI

▼Скрытый текст⬍

Гумберт возвращается в Рамздэль и первым делом навещает могилу Шарлотты. Там же он размышляет по поводу другой могилы - помню, некоторые аноны обсуждали, насколько возможно, что Шарлотту всё-таки убил он сам.

Эх, Эдя, не повезло же тебе, подумал я, обращаясь мысленно к некоему Эдуарду Граммару, тридцатипятилетнему заведующему конторой в Нью-Йорке, которого недавно арестовали по обвинению в убийстве тридцатилетней жены Доротеи. Мечты об идеальном преступлении, Эд проломил жене череп и труп посадил за руль автомобиля. Два чиновника дорожной полиции данного района видели издали, как большой новый синий Крайслер, подаренный Граммаром жене на рождение, с шальной скоростью съезжал под гору как раз на границе их юрисдикции. (Да хранит Господь наших бравых полицейских — и районных и штатных!) Он задел столб, взнёсся по насыпи, поросшей остистой травой, земляникой и ползучей лапчаткой, и опрокинулся. Колёса всё ещё тихо вертелись на солнцепёке, когда патрульщики вытащили тело госпожи Г. Сначала им показалось, что она погибла вследствие обыкновенного крушения. Увы, ранения, вызвавшие её смерть, не соответствовали очень лёгким повреждениям, которые потерпел автомобиль. Я удачнее устроился.

В городе он подъезжает к бывшему дому Гейз, где сейчас живёт кто-то другой. По иронии судьбы, у новых хозяев дома есть маленькая дочь. К счастью, у этой девочки достаточно защитников.

Вдруг я заметил, что с газона, который я некогда стриг, смуглая, темнокудрая нимфетка лет десяти, в белых трусиках, глядит на меня с чем-то диким в заворожённом взоре больших чёрно-синих глаз. Я сказал ей два-три милых слова, совершенно невинных, — старомодный комплимент, вроде «какие у тебя прелестные глаза», но она поспешно попятилась, и музыка оборвалась, и весьма вспыльчивого вида черноволосый мужчина с блестящим от пота лицом выскочил в сад и грубо уставился на меня.

Гумберт отчаливает от дома и поселяется в той же гостинице, куда заезжал в свой самый первый визит в Рамздэль, приводит там себя в порядок, назначает по телефону встречи с местным адвокатом и местным дантистом. В холле он сталкивается с некой миссис Чатфильд, матерью той девочки, с которой вместе Долорес когда-то отправили в лагерь. Миссис Чатфильд сразу же на него наседает (передаю привет порноанону при упоминании Салли Хорнер):

Она напала на меня с приторной улыбкой, вся горя злобным любопытством (не проделал ли я, например, с Долли того, что Франк Ласелль, пятидесятилетний механик, проделал с одиннадцатилетней Салли Горнер в 1948-ом году).

Гумберт ловко отговаривается: у девочки всё прекрасно, она вышла замуж за успешного молодого специалиста. Разговор переходит к лагерю:

«Конечно, помню Филлис. Филлис и лагерь Кувшинка. Да, конечно. Кстати, ваша дочурка никогда не рассказывала вам, как Чарли Хольмс развращал там маленьких пансионерок своей гнусной матери?»
«Стыдно!», крикнула миссис Чатфильд, «как вам не стыдно, мистер Гумберт! Бедного мальчика только что убили в Корее».
«В самом деле», сказал я (пользуясь дивной свободою, свойственной сновидениям). «Вот так судьба! Бедный мальчик пробивал нежнейшие, невосстановимейшие перепоночки, прыскал гадючьим ядом — и ничего, жил превесело, да ещё получил посмертный орденок. Впрочем, извините меня, мне пора к адвокату».

Не хочу даже комментировать это фетишистское высказывание про перепоночки.

Дальше Гумберт сначала едет к адвокату, где переводит своё имущество на имя Долорес, а от него - к дантисту, который, как вы помните, родственник Клэра Куильти. Дантисту он заговаривает зубы (извините за каламбур) вопросами про полное протезирование зубов взамен установленных у него сейчас мостов, между делом разведывая то, что ему нужно.

Во что обойдётся аппарат? Сколько это всё займёт времени, если он назначит мне первый визит, скажем, в начале ноября? Где сейчас находится его знаменитый племянник? Можно ли будет всё вырвать за один раз?

Он не видал «негодяя» с 1946 года, но был уверен, что его можно найти в родовом замке, улица Гримма, на окраине Паркинггона.

Узнав всё, что ему нужно, Гумберт чисто из удовольствия хамит дантисту и сваливает:

«Нет», сказал я. «Я передумал. Мне всё это сделает доктор Мольнар. Его цены выше, но как дантист он, конечно, гораздо лучше вас».
Не знаю, доведётся ли когда-нибудь моему читателю сказать такую фразу. Я уже испытал это дивное чувство сонной свободы в разговоре с госпожой Чатфильд.

Он добирается до Паркингтона, находит нужный ему дом и планирует вернуться туда на следующее утро: сейчас дом хорошо освещен и рядом полно машин, а ему надо, чтобы Куильти был один.
Наутро, хорошо смазав пистолет и взяв запасные патроны, Гумберт снова отправляется к жилищу Куильти. Сначала он просто звонит в дверь, но никто не отвечает, а после обнаруживает, что она и не заперта.

Тут надо сделать сноску на то, что уже много раз обсуждалось в треде - сцена разговора с Куильти и особенно сцена его убийства совершенно шизовые. Вполне возможно, что всё было не совсем так, как описывает Гумберт, некоторые детали прям суперстранные. Но я продолжу цитировать текст, как он есть, а выводы каждый может сделать сам.

В доме Гумберт пока что никого не видит и обходит его в поисках хозяина.

В последней из трёх спален, которые я осмотрел, кто-то явно провёл ночь. Была библиотечная, полная цветов. Была какая-то особая комната, почти без мебели, но с просторными и глубокими зеркалами и белыми медвежьими шкурами на скользком паркете. Были и другие покои. Меня осенила счастливая мысль. Если и когда появится хозяин (пошёл, может быть, погулять для моциона в парке или сидит в потайной норе), следовало бы ввиду моей общей неустойчивости и того, что процесс истребления может затянуться, помешать милому партнёру запереться в той или другой комнате. Посему, в продолжение пяти минут по крайней мере, я ходил — в ясном помешательстве, безумно-спокойный, зачарованный и вдрызг пьяный охотник, — и поворачивал ключи в замках, свободной рукой суя их в левый карман.

Пока он этим занимается, из уборной выруливает собственно Куильти, но будучи то ли пьяным, то ли обдолбанным, на Гумберта он не обращает примерно никакого внимания.

С серым лицом, с мешками под глазами, с растрёпанным пухом вокруг плеши, но всё же вполне узнаваемый кузен дантиста проплыл мимо меня в фиолетовом халате, весьма похожем на один из моих. Он меня либо не заметил, либо принял за недостойную внимания, безвредную галлюцинацию и, показывая свои волосатые икры, прошествовал сомнамбулической походкой вниз по лестнице.

Гумберт пользуется этим, чтобы спокойно распаковать и приготовить принесённый с собой пистолет. После этого он идёт в спальню, куда ушёл Куильти, где между ними происходит ряд максимально упоротых диалогов.

«А я всё думаю, кто вы такой?», заявил он высоким хриплым голосом, глубоко засунув руки в карманы халата и уставясь в какой-то пункт на северо-восток от моей головы. «Вы случайно не Брюстер?»
Теперь было ясно, что он витает в каком-то тумане и находится всецело в моей власти. Я мог позволить себе поиграть этой мышкой.
«Правильно», отвечал я учтиво. «Je suis Monsieur Brustère. Давайте-ка поболтаем до того, как начать».

«Нет, я говорю о других — о людях вообще. Я не обвиняю именно вас, Брюстер, но, право же, ужасно глупая манера у людей входить в этот дурацкий дом без стука. Они пользуются сортиром, они пользуются кухней, они пользуются телефоном. Антон звонит в Бостон, Мария в Рио. Я отказываюсь платить. У вас странный акцент, синьор».
«Куильти», сказал я, «помните ли вы маленькую девочку по имени Долорес Гейз? Долли Гейз? Долорес в Колорадо? Гейзер в Вайоминге?»
«Да, да, вполне возможно, что это она звонила во все эти места. Но не всё ли равно?»
«Мне не всё равно, Куильти. Дело в том, что я её отец».

Куильти периодически куда-то совсем уплывает разумом, ищет сигареты, цитирует Киплинга, просит Гумберта не заниматься фигнёй и уйти. Гумберт просит его сосредоточиться на своей предстоящей смерти, но Куильти его всерьёз не воспринимает вообще. Для пущей убедительности Гумберт даёт предупредительный в пол. Это немного приводит Куильти в разум и он даже вспоминает, о ком идёт речь (или перестаёт делать вид, что не помнит, тут как знать).

«Сосредоточьтесь», сказал я, «на мысли о Долли Гейз, которую вы похитили…»
«Неправда!» крикнул он. «Вы чушь порете. Я спас её от извращённого негодяя. Покажите мне вашу бляху, если вы сыщик, вместо того, чтобы палить мне в ногу, скотина! Где бляха? Я не отвечаю за чужие растления. Чушь какая! Эта увеселительная поездка была, признаюсь, глупой шуткой, но вы ведь получили девчонку обратно? Довольно пойдёмте, хлопнем по рюмочке».
Я спросил, желает ли он быть казнённым сидя или стоя.
«Это я должен обдумать», ответил он. «Вопрос серьёзный. Между прочим — я допустил ошибку. О которой весьма сожалею. Я, видите ли, не получил никакого удовольствия от вашей Долли. Как ни грустно, но я, знаете ли, импотент. А кроме того, я ведь устроил ей великолепные каникулы. Она познакомилась в Техасе с замечательными людьми. Вы слыхали, например…»

После этого он неожиданно пихает Гумберта и тот роняет пистолет. Куильти снова начинает нести чушь, потом они оба замечают, что пистолет под комодом и какое-то время борются за него. Психическое состояние Гумберта тут, по-моему, без комментариев.

Мы катались по всему ковру, в обнимку, как двое огромных беспомощных детей. Он был наг под халатом, от него мерзко несло козлом, и я задыхался, когда он перекатывался через меня. Я перекатывался через него. Мы перекатывались через меня. Они перекатывались через него. Мы перекатывались через себя.

Наконец Гумберт отвоёвывает пистолет и предлагает Куильти почитать стихи. Блин, это даже в пересказке звучит как бред. Так сказать, стихотворный приговор, который он вынимает из кармана и заботливо передает драматургу, чтобы он почитал вслух.
Я его даже целиком закину под отдельный кат.

▼Скрытый текст⬍

За то, что ты взял грешника врасплох,
За то, что взял врасплох,
За то, что взял,
За то, что взял врасплох мою оплошность…
«Ну, это, знаете, хорошо. Чертовски хорошо!»
…Когда нагим Адамом я стоял
Перед законом федеральным
И всеми жалящими звёздами его —
«Прямо великолепно!»
За то, что ты воспользовался этим
Грехом моим, когда
Беспомощно линял я, влажный, нежный,
Надеясь на благую перемену,
Воображая брак в гористом штате,
И целый выводок Лолит…
«Ну, это я не совсем понял».
За то, что ты воспользовался этой
Основою невинности моей,
За то, что ты обманом —
«Чуточку повторяетесь, а? Где я остановился?.. Да».
За то, что ты обманом отнял
Возможность искупленья у меня,
За то, что взял её
В том возрасте, когда мальчишки
Играют пушечкой своей…
«Так-с, первая сальность».
Она пушистой девочкой была,
Ещё носила маковый венок,
Из фунтика ещё любила есть
Поджаренные зёрна кукурузы
В цветистом мраке, где с коней за деньги
Оранжевые падали индейцы,
За то, что ты её украл
У покровителя её,
— А был он величав, с челом как воск…
Но ты — ему ты плюнул
В глаз под тяжёлым веком, изорвал
Его шафрановую тогу,
И на заре оставил кабана
Валяться на земле в недуге новом,
Средь ужаса фиалок и любви,
Раскаянья, отчаянья, а ты
Наскучившую куклу взял
И, на кусочки растащив её,
Прочь бросил голову. За это,
За всё, что сделал ты,
За всё, чего не сделал я,
— Ты должен умереть!»
«Ну что ж, сэр, скажу без обиняков, дивное стихотворение! Ваше лучшее произведение, насколько могу судить».

После этого безумия Гумберт снова наставляет на него пистолет и спрашивает, хочет ли Куильти чет сказать перед смертью. Куильти он уже порядком раздражает, да и пистолет как-то напрягает, поэтому он в ответ выкатывает телегу: слушайте, отстаньте от меня, давайте закончим с этой стрельбой и как-то решим дело иначе. Можете вот забрать этот дом, а ещё у меня есть доступ к различным детям, если угодно, коллекция эротики, могу вам устроить несколько интересных развлечений. Кстати, не крал я вашу девчонку, уважаемый Гумберт, а она сама меня заставила её забрать и увезти. И уберите уже пистолет.

Гумберт стреляет, но промахивается. Куильти пытается удрать, но Гумберт его догоняет и в этот раз попадает ему в бочину. Я тут процитирую, чтоб вы могли оценить, насколько безумно всё это выглядит.

Я опять победил, и с ещё большей прытью Кларий Новус сел за рояль и взял несколько уродливо-сильных, в сущности истерических, громовых аккордов: его брыла вздрагивали, его растопыренные руки напряжённо ухали, а ноздри испускали тот судорожный храп, которого не было на звуковой дорожке нашей кинодраки. Продолжая мучительно напевать в нос, он сделал тщетную попытку открыть ногой морского вида сундучок, подле рояля. Следующая моя пуля угодила ему в бок, и он стал подыматься с табурета всё выше и выше, как в сумасшедшем доме старик Нижинский, как «Верный Гейзер» в Вайоминге, как какой-то давний кошмар мой, на феноменальную высоту, или так казалось, и, разрывая воздух, ещё сотрясаясь от тёмной сочной музыки, откинув голову, с воем, он одну руку прижал ко лбу, а другой схватился за подмышку, как будто его ужалил шершень; после чего спустился опять на землю и опять, приняв образ толстого мужчины в халате, улепетнул в холл.

Дальше Куильти продолжает бегать от него по всему дому, а Гумберт ещё приличное количество раз в него выстреливает. Однако, этот Куильти необыкновенно живучий!

ил вполголоса, с нарочито британским произношением, — всё время ужасно дёргаясь, дрожа, ухмыляясь, но вместе с тем как бы с отвлечённым, и даже любезным, видом: «Ах, это очень больно, сэр, не надо больше… Ах, это просто невыносимо больно, мой дорогой сэр. Прошу вас, воздержитесь. Ах, до чего больно… Боже мой! Ух! Отвратительно… Знаете, вы не должны были бы…»

Он шагал по галерее, окровавленный и важный, выискивая открытое окно, качал головой и всё ещё старался уговорить меня не совершать убийства. Я попытался попасть ему в висок. Он отступил в свою спальню с пурпурным месивом вместо уха.
«Вон, вон отсюда», проговорил он, кашляя и плюя; и с бредовым изумлением я увидел, как этот забрызганный кровью, но всё ещё подвижный человек влезает в постель и заворачивается в хаос простынь и одеял. Я выстрелил в него почти в упор, и тогда он откинулся назад, и большой розовый пузырь, чем-то напоминавший детство, образовался на его губах, дорос до величины игрушечного воздушного шара и лопнул.

Гумберт ненадолго совсем теряет связь с реальностью и ловит глюки.

Возможно, что в течение двух-трёх секунд я потерял связь с действительностью, но это отнюдь не походило на то потемнение рассудка, на которое норовят сослаться обыкновенные преступники; напротив, хочу подчеркнуть, что я ответствен за каждую пролитую каплю его пузырчатой крови; произошёл, однако, некий временной сдвиг: я сидел в супружеской спальне, где в постели лежала больная Шарлотта. Куильти умирал. Вместо пистолета (на котором я сидел) я держал в руках его туфлю. Я очнулся, устроился удобнее в кресле и взглянул на наручные часы. Стекло пропало, но они шли. Вся эта грустная история заняла больше часа.

Ну вот и что это было? Сколько тут правды, сколько Гумберт придумал/наглючил? А как знать.

Так или иначе, Гумберт кое-как отмывается от крови и спускается вниз. Там неожиданно появились люди: какие-то гости, которые наливают себе напиточков и вообще-то ждут Куильти, чтобы поехать с ним на какую-то игру.

Я остановился в дверях и сказал: «Господа, я только что убил Клэра Куильти». «И отлично сделали», проговорил краснощёкий тип, предлагая при этом напиток старшей из двух красоток. «Кто-нибудь давно бы должен был его укокошить», заметил толстяк. «Что он говорит, Тони?», спросила увядшая блондинка из-под арки бара. «Он говорит», ответил ей краснощёкий, «что он убил Ку». «Что ж», произнёс ещё другой господин, приподнявшись с корточек в углу гостиной, где он перебирал граммофонные пластинки. «Что ж, мы все в один прекрасный день должны бы собраться и это сделать». «Как бы то ни было», сказал Тони, «ему пора бы спуститься. Мы не можем долго ждать, если хотим попасть к началу игры».

Музыка на мгновение остановилась для перемены пластинки, и тут донёсся глухой шум со стороны лестницы. Тони и я поспешили в холл. Куильти, которого я совершенно не ждал, выполз каким-то образом на верхнюю площадку и там тяжело возился, хлопая плавниками; но вскоре, упав фиолетовой кучей, застыл — теперь уже навсегда.
«Поторопись, Ку», смеясь крикнул Тони, и со словами: «По-видимому, после вчерашнего — не так-то скоро…», он вернулся в гостиную, где музыка заглушила остальную часть его фразы.

Не дожидаясь, пока остальные поймут, что именно случилось, Гумберт уходит, садится в свою машину и отъезжает от дома. Он едет сам не понимая куда, думая о том, что оставил в доме свой плащ и пистолет; выезжает на встречку под мысль о том, что он сделал, что хотел, почему бы не попробовать понарушать правила.

Редкие автомобили, проезжавшие по им предоставленной мною стороне, оглушительно гудели на меня. Автомобили же, попадавшиеся навстречу, виляли, шарахались и кричали со страху. Вскоре я стал приближаться к более населённым местам. Проезд сквозь красный свет напомнил мне запретный глоток бургундского вина из времён моего детства.

Вероятно, если бы не эти приколы с нарушением правил движения, Гумберта отловили бы не так быстро, но скоро ему преграждают путь патрульные машины. Гумберт не собирается сопротивляться, он просто съезжает на обочину и ждёт, пока его вытащат и доставят куда нужно, а в это время вызывает в памяти одно из воспоминаний: как-то вскоре после исчезновения Долорес ему стало плохо за рулём, он вышел проблеваться и подышать и оказался у обрыва над небольшим городом. Детали этого воспоминания я процитирую целиком - во-первых, как поклонник набоковского языка, я очень люблю это описание, во-вторых - это почти конец и его как будто важно оставить цельным.

Когда я подошёл к ласковой пропасти, до меня донеслось оттуда мелодическое сочетание звуков, поднимавшееся, как пар, над горнопромышленным городком, который лежал у моих ног в складке долины. Можно было разглядеть геометрию улиц между квадратами красных и серых крыш, и зелёные дымки деревьев, и змеистую речку, и драгоценный блеск городской свалки, и, за городком, скрещение дорог, разделяющих тёмные и светлые заплаты полей, а за этим всем — лесистые громады гор. Но даже ярче, чем эти встречные, безмолвно радовавшиеся краски — ибо есть цвета и оттенки, которые с умилением празднуют свои встречи, — ярче и мечтательнее на слух, чем они для глаза, было воздушное трепетание сборных звуков, не умолкавших ни на минуту при восхождении своём к гранитной полке, на которой я стоял, вытирая мерзостный рот. И вдруг я понял, что все эти звуки принадлежат к одному роду и что никаких других звуков, кроме них, не поднимается с улиц прозрачного городка. Читатель! Мелодия, которую я слышал, составлялась из звуков играющих детей, только из них, и столь хрустален был воздух, что в мреющем слиянии голосов, и величественных и миниатюрных, отрешённых и вместе с тем волшебно близких, прямодушных и дивно загадочных, слух иногда различал как бы высвободившийся, почти членораздельный взрыв светлого смеха, или бряк лапты, или грохоток игрушечной тележки, но всё находилось слишком далеко внизу, чтобы глаз мог заметить какое-либо движение на тонко вытравленных по меди улицах. Стоя на высоком скате, я не мог наслушаться этой музыкальной вибрации, этих вспышек отдельных возгласов на фоне ровного рокотания, и тогда-то мне стало ясно, что пронзительно-безнадёжный ужас состоит не в том, что Лолиты нет рядом со мной, а в том, что голоса её нет в этом хоре.

На этом мы окончательно возвращаемся к Гумберту в тюрьме. Он пишет, что написал весь этот текст за 56 дней, что пишет под псевдонимом (старался выбрать имя "погнуснее"),

Посредине работы, однако, я увидел, что не могу выставить напоказ живую Лолиту. Я, может быть, воспользуюсь кое-чем из моей повести на закрытых заседаниях, но её напечатание приходится отложить.
По причинам, которые могут показаться более очевидными, чем они есть на самом деле, я против смертной казни; к этому мнению присоединятся, надеюсь, мои судьи. Если бы я предстал как подсудимый перед самим собой, я бы приговорил себя к тридцати пяти годам тюрьмы за растление и оправдал бы себя в остальном. Но даже так Долли Скиллер, вероятно, переживёт меня на много лет. Нижеследующее решение принимается мной со всей законной силой и поддержкой подписанного завещания: я желаю, чтобы эти записки были опубликованы только после смерти Лолиты.

И напоследок обращается к Долорес:

Будь верна своему Дику. Не давай другим мужчинам прикасаться к тебе. Не разговаривай с чужими. Надеюсь, что ты будешь любить своего ребёночка. Надеюсь, что он будет мальчик. Надеюсь, что муж твой будет всегда хорошо с тобой обходиться, ибо в противном случае мой призрак его настигнет, как чёрный дым, как обезумелый колосс, и растащит его на части, нерв за нервом. И не жалей К. К. Пришлось выбрать между ним и Г. Г., и хотелось дать Г. Г. продержаться месяца на два дольше, чтобы он мог заставить тебя жить в сознании будущих поколений. Говорю я о турах и ангелах, о тайне прочных пигментов, о предсказании в сонете, о спасении в искусстве. И это — единственное бессмертие, которое мы можем с тобой разделить, моя Лолита.

Всё, финал.

Я отдельным постом ещё внесу, аноны, предисловие и послесловия (к американскому и к русскому изданию). Предисловие фиктивное, игра Набокова под псевдонимом, где он пишет о героях книги как о реальных людях и даёт некоторые замечания об их судьбе (например, узнать о смерти Долорес можно только из предисловия). Послесловие уже настоящее, где Набоков под своим именем пишет о самой книге и о её издании. Это, как по мне, просто интересно.

Спасибо за то, что читали мои чтения, за отзывы и дополнения! Я очень люблю этот роман, но ничего, включая последние покаянные абзацы, не переубедит меня в том, что Гумберт - мудак, насильник и больной человек. Я всегда считал, что несмотря на то, что повествование ведёт Гумберт, "Лолита" - книга в первую очередь о трагедии Долорес, которую Гумберт так тщательно пытается скрыть за своей точкой зрения.

Анон · 2026-06-11 12:36:32

Чтецу спасибо! Анон был ридонли, но прочитал все и вспомнил, и как-то даже особо болезненно было читать.

Анон пишет:

А тёмную Ванессу читать не будете? Я бы и со Стрейна в хорошей компании тоже с удовольствием побомбила.

Плюсую! Я бы с удовольствием обсудил с анонами.

Холиварофорум

#1 2026-04-28 14:04:19

Тема Лолиты и других книг Набокова

#2126 2026-06-10 20:20:48

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2127 2026-06-10 20:32:44

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2128 2026-06-10 21:01:42

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2129 2026-06-10 21:08:19

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2130 2026-06-10 21:11:01

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2131 2026-06-10 21:13:10

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2132 2026-06-10 21:31:34

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2133 2026-06-10 21:52:15

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2134 2026-06-10 22:31:20

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2135 2026-06-10 22:32:23

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2136 2026-06-10 22:37:47

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2137 2026-06-11 01:08:48

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2138 2026-06-11 02:07:22

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2139 2026-06-11 02:07:26

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2140 2026-06-11 09:59:51

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2141 2026-06-11 10:46:56

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2142 2026-06-11 11:32:41

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2143 2026-06-11 11:34:51

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2144 2026-06-11 11:37:52

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2145 2026-06-11 11:38:18

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2146 2026-06-11 11:40:37

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2147 2026-06-11 11:42:29

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2148 2026-06-11 11:52:48

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2149 2026-06-11 12:01:50

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

#2150 2026-06-11 12:36:32

Re: Тема Лолиты и других книг Набокова

Подвал форума