Книжечки

Анон · 2025-11-27 14:43:12

Меня ещё смутил момент, что как-то слишком просто у Решиной всё получалось всего добиваться своими сексами, и ей ни разу не встретился принципиальный мужик, ну или ушлый, который трахнул бы её и выпнул ногой под сраку из постели, но видимо ей везло

Я думаю, она же все-таки не просто сексуальная штучка, а умная женщина, которая и в партнеры выбирала себе таких же мужчин, которые понимали, что лучше поддерживать с ней хорошие отношения, как минимум потому что она может быть полезна в дальнейшем. А вот когда она насчет времени, когда она была юной я согласен. Меня вот смутило, как она быстро нашла выход на людей, которые были на конференции из этого отрывка.

▼Скрытый текст⬍

Берман молча надел очки и придвинул к себе сколотые скрепкой листы. Ольга поняла, что удар попал в цель. Шел 1987 год. Психиатрия катастроф была в тот период совсем новым направлением, толчок к ее развитию в России дала авария на Чернобыльской АЭС, а с тех пор прошло всего два года, и материалов было еще совсем мало. Постоянно крутясь на кафедре, Ольга знала, что вокруг конференции в Пекине было много разговоров, обсуждалось, поедет ли туда советская делегация, и если поедет, то в каком составе. И будет ли наше участие в конференции означать, что данное научное направление станет разрабатываться и в нашей стране. Назывались громкие имена известных ученых, которые могли бы достойно представить советскую психиатрию на этом научном собрании и которые в дальнейшем могли бы возглавить развитие психиатрии катастроф… Но все было впустую, ибо на китайскую конференцию наша делегация не поехала. Как раз в это время разразился скандал, Всемирная организация здравоохранения предъявила нашей стране претензии в негуманных методах лечения и использовании психиатрии для борьбы с диссидентами…

Она же студентка из небольшого города. Понятно, что хитрая, что пробивная, что готова расплачиваться сексом. Но откуда-то у нее должны изначально взяться такие знакомства, чтобы с кем-то переспать. Хотя если учесть, что она на 4-м курсе уже к этому времени, видимо, успела обзавестись связями :blabla:

ТС

Анон · 2025-11-27 21:22:04

Сегодня только вспоминал про Маринину и наткнулся на твой безблог, анон, аж ностальгией пробило (серия детства, как-никак). Спасибо за пересказы!

Анон · 2026-01-16 05:57:43

Анон пишет:

Сегодня только вспоминал про Маринину и наткнулся на твой безблог, анон, аж ностальгией пробило (серия детства, как-никак). Спасибо за пересказы!

Не за что!

А я после некоторого перерыва продолжаю

Чужая маска (1996)

Это, на мой взгляд, такой средний роман серии. Не самый лучший, но и не самый худший. Ярких персонажей здесь не появляется, развязка немного псевдонаучна, но зато есть целых три сюжетных линии.

Помимо основного сюжета, в романе цепляет (по крайней мере, меня зацепила) довольно неоднозначный начальный отрывок первой главы.

Каменской звонит Чистяков и предлагает включить телевизор.

– По РТР идет очень забавная передача про то, как у вас в милиции права граждан нарушаются. Посмотри, получишь удовольствие.
– Какое уж тут удовольствие, – вздохнула она. – Опять небось пинают нас грязными сапогами.
– Пинают, – со смехом согласился Алексей, – но ваши сопротивляются изо всех сил. Ты включи, не пожалеешь. Там приятель твой, генерал Заточный, с ними сражается.

Далее следуют дебаты Заточного ("в кителе, отлично сидящем на сухощавом поджаром теле, Заточный смотрелся намного эффектнее, чем в куртке или спортивном костюме") и правозащитника Поташова ("плюгавый мужичонка в огромных очках").

С одной стороны, поднимается весьма серьезная тема. Поташов говорит о том, что

люди жалуются на то, что в милиции их избивают и пытаются обманом вынудить признать себя виновными в том, чего они не совершали

То есть по сути прямо говорится про пытки.

С другой, все сводится к какой-то болтологии, и дискуссия быстро превращается в какое-то словоблудие, которое ни к чему не ведет.

Заточный внезапно выдает тейк, не имеющий отношения к изначальной теме:

В нашу систему сотрудники не с неба падают, их не в инкубаторах выводят. Они родились и выросли в нашей среде, так почему они должны быть лучше, чем мы все?

И сразу возникает вопрос, а кто "мы все"? Преобладающая часть граждан других граждан не избивает. Даже в 90-е.

А дальше начинается ещё больший бред. Правозащитник Поташов говорит не о том, что подобные случаи требуют служебного расследования и что закрывать глаза на них нельзя, и не о том, что если 100%-но предупредить избиения все-таки не получится, то все равно нельзя воспринимать их как норму, а то, что

Весь смысл вашей системы в том, что в нее должны приходить лучшие, чтобы бороться с худшими

что сразу же дает Заточному повод иронично спросить

А как вы собираетесь отличать лучших от худших? У них что, на лбу написано?

А после его ответа

– Должен быть строгий отбор и полная непримиримость к малейшим проступкам, не говоря уже о служебных нарушениях, – твердо заявил Поташов. – Только так вы сможете очистить свои ряды от тех негодяев, которые издеваются над гражданами.

И вовсе съехать с темы

– Хорошо, Николай Григорьевич, мы так и сделаем. Завтра вашу квартиру обворуют, вы позвоните в службу «ноль два», а там вам никто не ответит: мы всех девушек уволили, потому что они или на работу опаздывают, или с гражданами недостаточно вежливо разговаривают, или совершают административные проступки, например, нарушают правила дорожного движения.

И вот уже избиения и выбивание признаний сравниваются с опозданиями на работу и недостаточной вежливостью.

А Заточный уверенно вещает, что

в нынешних условиях милиция – это то же самое население, не хуже, но и не лучше. А для того, чтобы заниматься отбором элиты, нужно, чтобы к нам на работу стояла очередь…

А ведь в начале дискуссии никто и не требовал от милиции безукоризненности :dontknow:

В общем, интересное отражение жизни в 90-х со свободой слова тех времен. Вроде хорошо, что затрагивается серьезная тема, но и её обсуждение в итоге уходит куда-то в сторону. Хотя ведущий подытоживает

У вас есть конкретные факты? Если вы представите нам документы по таким фактам, мы пригласим экспертов из числа наиболее компетентных сотрудников правоохранительной системы и попросим в нашей следующей передаче прокомментировать их

так что, возможно, предполагается, что передача получит дальнейшее развитие, но в книге это уже не упоминается.

Далее в романе начинаются три сюжетных линии, которые изначально никак не связаны, хотя все они похожи между собой тем, что в них все замешаны любовные чувства.

Первая. Депутат Сергей Березин и Ирина.

Ирина находится где-то в санатории, откуда Сергей её должен забрать. Постепенно из их диалогов мы узнаём, что Ирина - не та, за кого планирует себя выдать. Раньше была другая Ирина, очень похожая на новую, - взбалмошная наркоманка, которая своими выходками легко могла испортить карьеру Березина. Новая Ирина - бывшая проститутка, но готова делать всё в рамках своей роли, чтобы помочь Сергею добиться своих целей на выборах.

В общем-то, это такая плавная сюжетная линия, сконцентрированная, в основном, на взаимоотношениях Сергея и Ирины. Хотя их взаимодействие начинается как выполнение деловых договоренностей, но постепенно между ними возникает симпатия. Ирина с удовольствием играет роль жены Сергея, обустраивает его дом, готовит домашние блюда, мечтает об общих детях.

Однажды, пойдя по магазинам, она сталкивается с мужчиной, который требует от неё, чтоб она его узнала. Ирина в шоке: кто должен его узнать? Это кто-то из её бывших клиентов? Это знакомый другой Ирины? Начинается скандал, который привлекает внимание милиции, обоих забирают в отделение. Ирине ничего не остается, как сказать, что она жена депутата Березина. Её бывший клиент утверждает, что она проститутка и работала в салоне. В отделении старший лейтенант узнаёт, что проститутка Ирина, действительно, существовала, но несколько месяцев назад умерла от передоза.

В общем, немало напугавшись, Ирина все-таки достойно выходит из ситуации. Постепенно она знакомится с друзьями Березина, его первой женой, которая была ещё до той Ирины, производит благоприятное впечатление на его избирателей.

Сергей тоже относится к ней с большой теплотой. Но секса между ними так и не происходит.

▼отрывок⬍

– Ира, я должен объяснить тебе… Вряд ли у нас что-нибудь получится. Ты очень хорошая, Ирочка, ты замечательная, добрая, но я не могу… Я все время помню о том, сколько мужчин пользовались твоим телом, сколько чужой спермы влито в твое нутро. Ты понимаешь меня?

– Да, – тихо ответила она, даже не пошевелившись. – Разве твоя жена была не такой?

– Это другое. Ты не обижайся, но ведь я любил ее, я очень ее любил, когда женился на ней. А когда потом из нее стала вылезать всякая гадость, когда она начала пить, принимать таблетки, шляться по случайным и не случайным мужикам, я все равно продолжал хотеть ее, потому что мое сердце помнило, как сильно я ее любил. В последнее время мы с ней не были близки, ты это знаешь, она совсем потеряла разум, почти ничего не соображала.

– Значит, ты никогда не сможешь любить меня? Ты никогда не простишь мне того, что я была проституткой?

– Ира, ну что ты говоришь! При чем тут «простишь» или не «простишь»? Ты ни в чем не виновата передо мной, ты не сделала мне ничего плохого, совсем наоборот, ты помогла мне и продолжаешь помогать, ты ухаживаешь за мной, ведешь мой дом, принимаешь моих гостей. Ты моя жена, Ира. Мы с тобой это придумали, и с этим мы с тобой умрем. Этого мы уже не сможем изменить, и я не хочу это менять. Я хочу быть твоим мужем, видеть тебя каждый день, заботиться о тебе, есть твои замечательные пироги, хвастаться друзьям и журналистам, какая у меня потрясающая жена, я хочу хвастаться тобой и гордиться тобой, я хочу просыпаться и засыпать рядом с тобой. Но я не смогу сделать самого главного… Прости, Ира, я не смогу.

– Но почему? Почему, Сережа? Я тебе отвратительна? Я кажусь тебе грязной?

Он молчал. Господи, ну что он мог ей сказать? Да, она казалась ему грязной. Да, он все время помнил о том, сколько раз ее лоно раскрывалось навстречу многочисленным мужчинам, чьих имен она не знала, мужчинам пьяным и агрессивным, отвратительным и вонючим, глупым и гнусным. И одна только мысль об этом парализовала его. Единственная женщина на свете, к которой он испытывал такую необъяснимую и такую огромную нежность, казалась ему грязной и порченой, и его тело отчаянно сопротивлялось тому, чтобы войти в нее.

В общем, такая вот грустная история, и Ирину даже немного жалко.

Вторая. Досюков Евгений Михайлович и Наталья.

Начинается эта сюжетная линия вроде грустно. Наталья едет к своему мужу (Досюкову Евгению) в МЛС на "свиданку", вокруг такие же несчастные женщины, матери и жены.

Однако очень скоро настроение меняется. Наталья - чтобы не ждать долго - едет в соседний город, чтобы перекусить там в ресторане. Внезапно знакомится с чернокожим журналистом Джеральдом, также внезапно оказывается у него в койке. В общем, несмотря на то, что её муж в колонии, отказываться от подобных радостных моментов в жизни она не собирается.

Однако свидание что-то переворачивает в ней. Муж уверен не только в своей невиновности (а сидит он за убийство), но и в том, что сможет её доказать. На Наталью это производит сильное впечатление.

вспоминая короткое трехчасовое свидание с мужем, она впервые почувствовала что-то вроде уважения к нему. К его несгибаемости, воле, мужеству

В общем, Наталья решает помочь мужу тем, чем сможет. Но есть нюанс. Всё, вот буквально всё указывает на то, что именно её муж и совершил убийство.

По словам хорошо знающих его свидетелей, Евгений вышел из подъезда, дошел до ресторана, где должен был быть человек, которого он намеревался убить, произвел несколько выстрелов. На его одежде следы пороха, на перчатках - следы смазки. Убитый перед смертью несколько раз повторил «Женька, Досюков Женька. Господи, за что? За что? Женька, за что?». В общем, кажется, что надеяться на оправдание нет смысла.

По совету мужа Наталья обращается к правозащитнику Поташову, а тот, в свою очередь, нанимает частного детектива Стасова.

Стасов принимается за дело, но ему, в общем-то, ничего не остается, кроме как повторно допросить всех свидетелей.
Он опрашивает соседа, приезжавших на вызов сотрудников милиции, врачей скорой помощи. И ничего :dontknow:

Всё подтверждает, что следствие сработало тщательно, что свидетели не подкуплены. А потом Стасов идет опрашивать Владимира Петровича Пригарина, который, как объясняет Наталья Стасова

там случайно оказался. Об убийстве Красавчикова и аресте Жени газеты через два дня раззвонили, да и по телевизору показывали, как Женю в наручниках ведут. Пригарин его узнал и сам пришел в милицию

И вот общается Стасов с этим Пригариным, а тот оказывается весьма примечательной личностью. Добродушный и моложавый, он рассказывает, что всю жизнь проработал в роддоме, и

Я ведь всю жизнь проработал в одном и том же роддоме, тридцать лет младенцев принимал. Конечно, мамочки всякие бывают, кто ж спорит, но в основной своей массе они излучают радость и счастье, а я в этих лучах три десятка лет грелся. Вы, наверное, в биополя и в биоэнергетику не верите?
– Ну, в общем… – растерялся Стасов. – Я мало в этом разбираюсь.
– Вот видите, а беременная женщина, роженица и молодая мамочка – это совсем особенные существа, у них такая биохимия и биоэнергетика, что только диву даешься. Самый свежий пример: врачи обнаружили, что вещество, уничтожающее вирус СПИДа, вырабатывается гормонами беременных женщин. По телевизору недавно сообщали.
– Вы хотите сказать, что все люди, работающие в роддомах, выглядят, как и вы, на двадцать лет моложе? – усомнился Стасов, которого разговор с Пригариным начал откровенно забавлять.
– Не обязательно, – очень серьезно отозвался тот. – Некоторые сохраняют внешнюю моложавость, другие выглядят на свои годы, но отличаются завидным здоровьем, третьи необыкновенно счастливы в семье и вообще в личной жизни, потому что заряжаются на работе добром и радостью и несут их своим близким вместо обычной усталости и раздражения. У всех по-разному бывает, но биоэнергетика, связанная с рождением детей, сказывается на всех. Редко кто не реагирует, только уж совсем особенные люди.

Также Пригарин рассказывает, что в милицию он пришел, потому что боялся, что обвиняют невинного.

Честно признаться, я в милицию пошел не для того, чтобы стать свидетелем обвинения, а совсем наоборот. Хоть я его видел-то совсем недолго, но он мне не показался уголовником или там бандитом каким-то, и я подумал, что, может быть, мои показания помогут ему оправдаться. А вдруг он как раз в момент убийства был там, где я его видел, и теперь не может этого доказать, потому что думает, что никаких свидетелей нет. В общем, помочь хотел, а вышло наоборот. Получилось, что я его видел как раз тогда, когда он после убийства домой вернулся.

А также то, что у него всю жизнь была замечательная память на лица

Я фамилию могу забыть или даже имя, ни одного телефона наизусть не помню, но лица запоминаю на долгие годы. Вы постройте сейчас передо мной десять тысяч женщин, я вам безошибочно отберу тех, у кого детишек принимал. Ни одной не пропущу, можете быть уверены.

В итоге Пригарин подтверждает, что видел Досюкова, правильно описывает его одежду и где он стоял. И только один нюанс смущает Стасова: на просьбу показать "наглядно, как именно стоял мужчина, как он курил и искал ключи", Пригарин показывает, что Досюков курил, "соединив подушечки большого и указательного пальцев".

И Стасова очень удивляет, откуда у молодого бизнесмена Досюкова такой тюремный жест. Он просматривает видеозаписи с отпуска, которые показывает ему Наталья, и видит, что "сигарету на всех кадрах Евгений Досюков держал одинаково – между указательным и средним пальцами".

Третья. Мистическая .

Этим делом и занимается Каменская. Если кратко: убит известный писатель Параскевич Леонид Владимирович. Труп обнаружила жена. свидетелей нет - дом только заселяется, никто никого не знает. Пистолет брошен там же, оружие брошено там же. Пока милиция ехала на вызов, куча любопытствующего народа все затоптала. Никаких зацепок. Единственное, что остается, - искать мотив.

Настя и следователь Ольшанский опрашивают мать писателя (Галина Ивановна Параскевич) и его жену (Светлану). Мать, в основном, поливает невестку грязью, но в ходе допроса Каменской удается узнать о двух его поклонницах, одной из которых является Людмила Исиченко - полностью сумасшедшая, которая преследовала писателя довольно долго и даже довела до нервного срыва его жену. И ещё она зачем-то одевается в одежду одного и того же цвета

Параллельно везде появляется призрак Леонида :casper: То его мать слышит его голос, то Людмила Исиченко общается с ним при помощи ритуала. Последняя так и заявляет Насте, мол, Леонид велел мне то, потом это.

После разговора со Светланой Настя вынуждена была снова ехать к Исиченко и уточнять у нее некоторые детали.
– Это правда, что Леонид обещал вам через год все устроить?
Исиченко стала мертвенно-бледной, отчего морщины на лице обозначились резче.
– Откуда вы знаете? Я не стану с вами разговаривать, пока вы не скажете мне, откуда вы это узнали.
– Мне Леонид сказал, – не моргнув глазом соврала Настя. В конце концов, чего мучиться, изобретая велосипед, когда на нем уже давно весь мир ездит.
– Леонид? Значит, вам тоже было видение?
– Было, – подтвердила Настя. – Он понял, что я хочу найти убийцу и помочь его мятущейся душе успокоиться, поэтому он пришел ко мне и рассказал про ваш договор.
– Он не велел мне ни с кем говорить об этом.
– Но это же было давно, – попыталась вывернуться Настя. – Ведь он не мог знать, что погибнет, иначе он снял бы свой запрет.
– Он запретил мне это уже после смерти.
– Значит, он вам является? – вырвалось у Насти прежде, чем она успела сообразить, что говорит очевидную глупость.
– Конечно, не вам же одной.

После допроса Исиченко к ней является Леонид и велит ей признаться во всем.

Жена Леонида Светлана тоже живет активной жизнью: договаривается с издателями о продажах еще не изданных книг, требуя за это более высокую плату, встречается с каким-то мужиком, который, судя по всему, в курсе случившегося. После того, как её свекровь требует части гонорара за книги, Светлана сообщает, что именно она была автором всех произведений.

Внезапно к Насте является Исиченко и признается в убийстве Леонида, мол, он сам её попросил. Настя в шоке: свидетелей нет, подтвердить происходящее некому. Единственная возможность - вести диктофонную запись. Исиченко рассказывает буквально всё, припоминая все подробности, и даже записывает все показания на бумагу. Сомнений в том, что именно она является убийцей, нет. А потом внезапно Исиченко выпивает яд и умирает.

Настя в шоке. Она и себя винит за то, что не предотвратила самоубийство, и понимает, что от начальства ей достанется, да и в целом, ей просто страшно.

Следователь Ольшанский дает Насте прямое указание:

медицинские карты Исиченко и Параскевича, с рождения и до последних дней. Найдите мне людей из окружения Исиченко, которые замечали странности в ее поведении. Найдите людей, с которыми в течение последних двух-трех недель перед гибелью общался Параскевич, и выясните у них, не был ли он необычно подавленным, не высказывал ли намерений прекратить бессмысленное существование и так далее. Сами знаете, что искать, не маленькие. Начнем собирать материал для посмертной экспертизы их психического здоровья

– Карта нужна обязательно, – категорически заявил Константин Михайлович. – Более того, нужна и карта из роддома, где написано, как протекали роды и не было ли патологии беременности у его матери. Если мы проводим посмертную психиатрическую экспертизу, то важно все, до самой мельчайшей детали, чтобы понять, какие отклонения могли быть у человека. Все поняла?

Именно с этого момента все три сюжетные линии начинают собираться в одну.

Настя отправляется в роддом, где когда-то родился Леонид Параскевич. А поскольку ехать нужно в подмосковный Чехов, она просит Стасова отвезти её на машине. И пока Настя запрашивает всю необходимую информацию в регистратуре, Стасов ожидает её в коридоре. И на стенде "Наши ветераны" он видит Владимира Петровича Пригарина. Того самого, который оказался случайным свидетелем в деле Досюкова. Странное совпадение, но объяснения этому ни Каменская, ни Стасов пока не находят.

И тут параллельно Коротков и Каменская начинают расследование еще одного дела - об убийстве старшеклассницы, труп которой находят в одном из подвалов. Под подозрение попадают, конечно, многие - и одноклассники, и учителя-мужчины. И вот один из учителей - Турин - кажется оперативникам каким-то уж совсем странным.

Там что-то странное. Сашка точно помнит, что два месяца назад этот Турин подробно и охотно рассказывал о всех своих учениках, в том числе и о Тане, и о Гене Варчуке. А за эти два месяца он, во-первых, чем-то заболел и уволился из школы, а во-вторых, не может рассказать о ребятах ничего вразумительного. Мнется, жмется… Черт-те что, одним словом. Не мог же он за два месяца все забыть.

За квартирой Турина устанавливают наблюдение. Ииии... обнаруживается, что туда довольно часто заходит жена убитого писателя.

Каменская тем временем изучает документацию роддома в Чехове, которая внезапно хранится там уже 30 лет. И внезапно из всех этих сухих справок и документов выясняет следующее:

Вот здесь документы по пищеблоку. По ним можно отследить, сколько человек в каждый конкретный день стояло на довольствии. А вот это журнал учета справок о рождении ребенка. Такие справки выписывает старшая медсестра молодым мамам, и на основании этой справки им в загсе выдают свидетельство о рождении ребенка

А дальше получается, что в некоторых случаях у меня пропадает одна роженица. Причем пропадает бесследно

Иногда количество потребляющих пищу женщин вдруг делается на единицу меньше, чем количество выданных справок. То есть, проще говоря, роженица еду не ела, питье не пила, неделю святым духом питалась, а справку получила.

Таинственная роженица, умеющая жить без еды и питья, появляется только тогда, когда доктор Пригарин делает чревосечение. Но тоже не во всех случаях. Кесарево сечение делается достаточно часто, ничего необычного в нем нет, но вот на этой табличке вы видите перечень только тех операций, в период проведения которых в роддоме появлялась некая бесплотная мамочка.

В общем, в итоге выясняется следующее.

В конце пятидесятых – начале шестидесятых, когда об узи ещё не слышали, гинеколог Виктор Федорович Лощинин обнаружил у себя способность определять двойню. Вот он и придумал - обманывать мамочку и уверять её в том, что ей необходимо кесарево. И поскольку она находилась по наркозом, он мог спокойно сообщать ей, что она родила одного ребенка, а второго младенца можно было продать другой женщине. Лощинин объединил вокруг себя других врачей, в частности Пригарина, и медсестер и начал свою деятельность.

Липовую мамочку нельзя было класть в стационар, потому что любой врач, который придет ее осматривать, немедленно обнаружит, что она не рожала. Поэтому ребенка потихонечку отдавали ей на другой день после операции, когда заканчивалась смена «своих». Старшая медсестра, бывшая сотрудница Дома ребенка, поставлявшая Лощинину клиентов, выписывала справку о рождении ребенка, и любой, кому пришло бы в голову усомниться, мог бы убедиться, что женщина на протяжении значительной части беременности наблюдалась в женской консультации, вот и записи все есть, и анализы. Самое главное – возвращаться с ребенком не туда, где тебя еще вчера видели стройной и подтянутой, а туда, где тебя не видели уже давно или вообще не знают. Эту проблему бездетные мамочки решали сами, либо возвращаясь туда, откуда приехали в Чехов, либо уезжая туда, где раньше и не жили. Но каждая из них на пристрастный вопрос о том, почему же она, будучи беременной, вдруг сменила место жительства и работу, уехала в другой город, а потом вернулась, могла бы ответить, что слава о прекрасном диагносте Лощинине и великом хирурге Пригарине заставила ее двинуться в путь.

В общем, жили себе Лощинин и Пригарин вполне себе неплохо, решили жилищные проблемы, а в конец 70-х, когда появилось узи, деятельность свернули. А потом вдруг сыну Лощинина понадобились деньги, а невестка оказалась стервой и не давала Лощинину видеть внука. Ну и бывший врач решил заработать денег, чтобы отдать их сыну и тем самым получить возможность оказать на него влияние.

В итоге все три сюжетных линии заканчиваются следующим образом.

Досюков Евгений Михайлович и Наталья

Тут всё грустно. Убил человека, конечно, не Досюков, а его брат-близнец, нарядившийся в его одежду, которую вынесла ему Наталья. Наталья надеялась, что Евгений женится на ней, так как после обвинения в убийстве он окажется в одиночестве и от него все отвернутся. Так оно и вышло. Но очень скоро Наталья поняла, что любит своего мужа. Она обратилась к Лощинину с просьбой как-то вернуть все обратно. Виктор Федорович пообещал ей помочь, заманил её в заброшенный дом и убил.

Мистическая.

Тут надо сказать, что писатель сам по себе был ебнутым. У него накопилось много проблем, которые он хотел решить путем своей якобы "смерти". На него очень давила гиперопекающая мать, его преследовала сумасшедшая поклонница, он выстроил свои отношения с издателями так, что они "по старой дружбе" покупали его рукописи за бесценок. Вот он и руками поклонницы убил своего брата, а сам начал выдавать себя за него - бывшего учителя. И вот такая смерть дала почувствовать ему свою безнаказанность, и он постоянно то пугал свою мать, прячась за мусорным баком и разговаривая с ней, то приходил к Исиченко в виде призрака. В общем, даже его жена, одобрившая план, была в шоке от того, какой её муж оказался злобный циник.

Депутат Сергей Березин и Ирина.

Ну и единственная пара, у которой всё сложилось относительно хорошо, поскольку они все-таки полюбили друг друга.

Вообще, весь план Лощинина был очень хитрым и продуманным. даже трупы кремировали на всякий случай: мало ли вдруг какая-то редкая патология у них. И никогда бы не раскрыли его преступления, если б не Стасов, который зацепился всего лишь за сигарету.

Сергей Березин уезжает в Чечню для участия в миротворческой миссии, где был ранен и умирал страшно и долго.

И единственное, о чем он думал, то и дело впадая то в забытье, то в бред, это о том, каким дураком он был и как глупо вел себя с Ириной. Сейчас, в этом сыром холодном подвале, слушая грохот орудий где-то снаружи и корчась от невыносимой боли в гноящейся ране, он понимал, все, что когда-то мешало ему быть счастливым, является на самом деле таким ничтожным и не имеющим никакого значения…

Ирина Новикова на допросе у Ольшанского вдруг в какой-то момент чувствует, что Сергей умер.

В какой-то момент она вдруг закрыла глаза, и по щеке скатилось две слезы.
– Сережа умер, – прошептала она. – Теперь уже все равно.
Труп депутата Березина был найден только спустя неделю, когда боевые действия в Первомайском закончились. Услышав об этом в телевизионных новостях, Ольшанский вздрогнул, вспомнив слова подследственной Новиковой. Неужели она еще тогда почувствовала? «Надо же, – подумал он, – какая разная бывает любовь. Вот и такая бывает. На чужих костях, на чужой крови замешенная, а такая нежная».

Отредактировано (2026-01-16 06:13:51)

Анон · 2026-01-16 13:42:29

Спасибо за обзор, анон! Хоть эта книга снова на грани с фэнтези, как и и книга про "злую антенну", но читать её было очень увлекательно, поэтому я закрывала глаза на все условности.
К слову, через несколько лет выйдет книга, а потом и сериал "Леди бомж", где завязка очень похожа на всю линию Березиных (там тоже бизнесмен нанимает бедную девушку прикидываться его скандальной женой-наркоманкой ради мутных бизнес-схем). Конечно, может идеи витают в воздухе, или обе писательницы вдохновлялись какой-то одной реальной историей, но такое ощущение, что Истомина невольно вдохновилась Марининой.

Анон · 2026-01-16 20:07:00

Анон пишет:

Спасибо за обзор, анон!

Не за что!

Анон пишет:

Хоть эта книга снова на грани с фэнтези, как и и книга про "злую антенну", но читать её было очень увлекательно, поэтому я закрывала глаза на все условности.

Ну там фэнтези только в конце появляется и служит объяснением происходящего, хотя меня немного разочаровало: вроде такая мрачноватая книга (убийства, проституция, наркотики, суицид, политика даже), а потом все объясняется какими-то псевдонаучными умениями старого доктора.

Анон пишет:

К слову, через несколько лет выйдет книга, а потом и сериал "Леди бомж", где завязка очень похожа на всю линию Березиных (там тоже бизнесмен нанимает бедную девушку прикидываться его скандальной женой-наркоманкой ради мутных бизнес-схем)

А вот не знаю, анон, не смотрел!

Кстати, забыл написать, что в "Чужой маске" действие происходит под Новый год и чуть позже, можно сказать, мой обзор почти совпал по датам

Анон · 2026-02-14 02:53:02

Не мешайте палачу (1996)

Роман заметно выделяется из серии. Маринина даже признавалась, что это своего рода эксперимент. Есть тут и псевдонаучная фантастика, и много-много политики. В итоге получилось немного нудно, но довольно мрачно и жутковато.

Потом, спустя несколько книг, в романе "Реквием" есть даже упоминание этой книги, которая в одном абзаце раскрывает весь сюжет.

Сауляк и его люди использовали методы нейролингвистического программирования, выполняя заказы высокопоставленных чиновников, стремившихся убрать политических конкурентов... Оказалось, даже в научно-исследовательском институте МВД России этой проблемой занимаются. Так что никакой псевдонаучной фантастики.

Видимо, автору надоело, что эту книгу называют не политическим романом, а псевдонаучной фантастикой, и она решила высказаться

Ещё тут интересно, что сюжет, действительно, привязан к российской политической действительности, так как в том году как раз проходила Президентская кампания Бориса Ельцина (1996).

И в тексте даже есть описание предвыборной гонки.

Кто-то начнет клеймить сволочей-руководителей и добиваться, чтобы были выплачены задолженности по зарплате и пенсиям, кто-то будет доказывать, что придумал самый эффективный способ прекращения чеченской кампании, а кто-то начнет землю рыть в поисках компры на соперника и его группировку.

Но! Ещё в начале романа автор подчеркивает: совпадения случайны. И даже президент в романе безымянный. Просто Борис Николаевич Президент

Книга разделена на несколько частей.

1. "Возвращение"

В первой мы узнаем, что есть вот такой человек Сауляк Павел Дмитриевич, который очень много знает, поэтому в нем заинтересованы различные политические силы. Сауляк был связан с генералом-лейтенантом Владимиром Булатниковым.

Как рассказывает Насте Гордеев:

Жил-был когда-то генерал-лейтенант Булатников, начинал работать в КГБ, заканчивал там же, только название было другое. И был у него особо доверенный человек, агент. Сауляк Павел Дмитриевич. В девяносто третьем году, вскоре после октябрьских событий, генерал-лейтенант Булатников погиб при невыясненных обстоятельствах, а еще через некоторое, очень короткое, время Павел Сауляк оказался под судом и отправился прямым ходом в места лишения свободы.

У Владимира Васильевича Булатникова были две вещи, которые одинаково важны нам с тобой на сегодняшний момент. Во-первых, у него была репутация человека, который очень многое может, очень многое делает, но еще больше – знает. И во-вторых, у него был ученик, человек, которого он пестовал много лет, поднимал по служебной лестнице, отшлифовывал его мастерство и в конце концов довел его до должности собственного заместителя. Фамилия этого человека – Минаев, Антон Андреевич Минаев. После гибели Булатникова на его место пришел другой человек, заместитель из числа людей Булатникова его не устроил, и Минаеву пришлось перейти в другую службу, но в рамках все того же ведомства. И поскольку генерал-майор Минаев – человек, помнящий добро очень хорошо, мысль о непонятной гибели своего покровителя и учителя все это время не давала ему покоя.
– И он хочет задать несколько вопросов Павлу Дмитриевичу?
– Совершенно верно, – кивнул Гордеев.

Далее выясняется, что Минаев обратился к генералу Коновалову, а тот уже в свою очередь отдал приказ Гордееву - обеспечить доставку Сауляка в указанное место, потому как велика вероятность, что Сауляк, в гибели которого заинтересовано много людей, до него просто не доедет.

Каменская разрабатывает план, согласно которому она встретит Сауляка после выхода из тюрьмы и будет вести себя настолько экстравагантно и вызывающе, что запутает этим преследователей. Это ей удается. Делая вид, что она сумасшедшая миллионерша с припиздью, давно знающая Сауляка, она запутывает преследователей, которые решают приостановить операцию, пока не будет ясно, кто эта женщина.

Преследуют Сауляка две команды: одинокий человек в волчьей шапке и ещё пара мужиков. Неподалеку находится и Коротков, который делает вид, что он делает вид [2], что он влюблен в миллионершу, хотя на самом деле интересуется Сауляком. В общем, обитает неподалеку для подстраховки.

Настя старательно придуривается, попутно пытаясь понять, кто же такой этот Сауляк. Тот в свою очередь, наблюдает за ней с любопытством. Павел довольно мрачный и молчаливый человек, предпочитающий отгородиться от всех молчанием, но постепенно Насте удается вызвать его интерес, хотя она признается себе, что он вызывает у неё сильный страх, когда он смог её загипнотизировать ("Его тихий монотонный голос завораживал, увлекал ее в какую-то темную страшную пучину безволия").

По плану они должны были лететь в Екатеринбург, чтоб оторваться от преследователей, но внезапно самолет остановился в Уральске.

Вот это номер! Сон как рукой сняло. Интересно, что она будет делать в Уральске? Рядом – никого, кроме Короткова, но толку-то от него… Документы для нее и Павла дожидаются их в Екатеринбурге. А пытаться уехать из Уральска, имея документы на фамилию Сауляк, бессмысленно. То есть уехать, конечно, можно, но это пустая трата времени, сил и денег. Все равно за ними будет тащиться «хвост». Без помощи сотрудников аэропорта они не смогут сесть ни на один самолет, не засветившись.

Остается только остановиться в одной из гостиниц и ждать, когда можно будет улететь в Екатеринбург. По ТВ Уральска рассказывают местные новости:

– Как вам известно, – начал он, обращаясь к зрителям, – в нашем городе уже два года существует объединение родителей, чьи дети стали жертвой кровавого маньяка, который до сих пор не разоблачен и не привлечен к ответственности за свои злодеяния. Объединение охватывает матерей и отцов не только из нашего города, но и из некоторых соседних городов, где орудовал преступник.

Отрешенный от всего Сауляк внезапно зовет Настю пройтись. Преследователи и Кротков идут за ними. Сауляк тащит Настю из одного бара в другой, от чего у неё возникает ощущение, что он кого-то ищет. Сауляку становится плохо, и он уходит в туалет, Насте ничего не остается, кроме как сесть за столик с двумя преследователями и, изображая пьяную вульгарную бабу, отвлечь их.

Вечером в гостиничном номере между Сауляком и Настей происходит следующий диалог:

▼Скрытый текст⬍

На следующий день Настя вместе с Сауляком, наконец-то, прилетают в Москву. Павел благодарит её и напоминает сказанные слова. Настя рада, что все закончилось и чувствует себя обессиленной.

2. Операция "Стелла"

Тут начинается вторая часть уже конкретно про Сауляка. В этой части до хрена каких-то политиков, о которых почти ничего не известно, от чего они выглядят какими-то статистами. Толпа мужиков, но у них никаких особых отличий между собой. В общем, из-за этого читать как-то скучно, но может быть, политические детективы все такие.

Генерал Минаев уговаривает Сауляка отомстить за смерть Булатникова. Сауляк поначалу отказывается:

Но я не разделяю ваших чувств. Антон Андреевич, давайте будем говорить правду хотя бы сами себе, если мы не можем сказать ее другим. То, что делал генерал Булатников, то, что делали я и мои люди по его указаниям, преступно, и это еще мягко сказано. Нас всех нужно было расстрелять за то, что мы делали. И вас заодно, потому что вы знали об этом и молчали. А теперь вы хотите покарать людей за то деяние, которое сам Булатников совершал неоднократно. Ему, выходит, можно, а им – нет? Двойной счет, двойная мораль? Для вас Владимир Васильевич – командир, друг и учитель. Но для огромного числа людей он – обыкновенный убийца и подонок. Поэтому если вы хотите мстить за его смерть, то это должно остаться вашим сугубо личным делом. Вы не имеете права привлекать к этому делу кого бы то ни было и не имеете права ни от кого требовать помощи.

Потому все-таки говорит, что в некоторой степени обязан Минаеву за спасение и дальнейшую помощь.

У нас с вами отношения товарно-денежные, и я готов сделать то, что от меня требуется в рамках нашей сделки. Вы обеспечили мою безопасность на пути от колонии до Москвы, вы вложили в это большие деньги, и независимо от того, зачем вы кинулись меня спасать, я должен отплатить вам за это

В общем, они договариваются.

Сауляк отправляется проверять то, как поживает его команда гипнотизеров. Вот эти персонажи получились яркими и непохожими друг на друга.

Рита. Самая спокойная и дисциплинированная из группы. Хотя и самая слабая. Не могла переступить черту и приказать человеку убить себя. Перед тем, как спрятаться в тюрьме, Сауляк приказал всем скрывать свой дар и никак его не использовать. Рита послушалась и жила на небольшую зарплату. Встретившись с ней, Сауляк понимает, что она уже давно любит его.

Рита не была знакома и с остальными членами группы и даже не знала об их существовании. Павлу казалось, что, подчеркивая ее исключительность и уникальность, он сможет поддерживать в ней интерес к работе, поэтому никогда не говорил о том, что у него, кроме Риты, есть еще три человека, причем даже более сильных и одаренных. Опасно будить в женщинах ревность, даже если это касается не любимого мужчины, а работы. Павел стал для нее единственным, с кем она могла говорить о себе открыто и ничего не скрывая, кому могла пожаловаться на страх или усталость, от которого слышала слова одобрения и восхищения. И когда он исчез на два долгих года, она почувствовала себя одинокой, преданной, брошенной и никому не нужной

Подобрал Павел её в психушке, куда она попала после того, как её алкаши-соседи обвинили её в том, что она крала у них водку. А Рита на следствии уверяла, что они сами выливали водку в раковину, потому что она этого очень хотела.

В общем, Павел запугал её тем, что если она не будет с ним сотрудничать, ей вновь придется вернуться в коммуналку к буйным соседям, а то и в психушку.

Михаил Давидович Ларкин. Самый сильный и самый безнравственный. С детства пользовался даром, чтобы получать хорошие оценки. Но вот в КБ его дар уже не спасал.

Но Мише повезло, потому что мама его работала костюмером в театре, который частенько выезжал на зарубежные гастроли. Маму на эти гастроли, натурально, не брали, в театре были и другие костюмеры, у которых анкетка была получше. Но зато Ираида Исааковна была душой театральных кулис, ее обожала вся труппа, с ней делились радостями и проблемами, на ее плече выплакивали обиды, ей шепотом передавали все сплетни и слухи. Миша с самого детства любил бывать у матери на работе, и его, кудрявого пухлощекого ангелочка, баловали, сажали на колени, угощали конфетами и апельсинами, а в восемь лет он даже играл крошечную роль в спектакле. И, став взрослым, Миша Ларкин не перестал наведываться в театр, где ему всегда были рады, потому что по-прежнему обожали Ираиду Исааковну и переносили свою любовь и доверие на ее сына, при котором не стеснялись обсуждать свои дела.

В итоге на него вышел КГБ-шник и предложил ему "прислушиваться к разговорам, которые ведут актеры и прочие работники театра". С ним Михаил поделился тем, какое умение у него есть, и в итоге начал работать в группе Сауляка.

Пока Павла не было, занимался тем, что выдавал себя за колдуна-экстрасенса.

Гарик Асатурян. Веселый и дурашливый. Занимался спекуляцией, на чем был и пойман. Сауляк припугнул его неким сейфом, в котором якобы лежала папка с его делом, которому в любой момент можно дать ход.

Карл Фридрихович Рифиниус. Когда-то врач-психотерапевт, который использовал гипноз для лечения своих пациентов. Легко нравился женщинам, на чем и погорел, когда

Одна влюбленная по уши пациентка, прождав несколько месяцев, когда же наконец красавец доктор перейдет от комплиментов к делу, и так и не дождавшись, написала заявление в прокуратуру, из которого явствовало, что доктор Рифиниус, погрузив ее в гипнотический сон и воспользовавшись ее беспомощным состоянием, изнасиловал несчастную

Работал врач без ассистентов, а значит, свидетелей в его пользу не было, пациентка была женой какого-то крупного начальника, в общем, было ясно, что спокойно работать как раньше ему не дадут.

Работал он не из любви и благодарности, как Рита, не из жадности, как Миша Ларкин, и не из страха перед тюрьмой, как Асатурян. Он сотрудничал с Павлом из идейных соображений, ибо ненавидел весь свет, а особенно – тех, против кого, собственно, и работал чаще всего. Павел не обольщался насчет мотивов, которыми руководствовался бывший доктор, поэтому и задания давал ему соответствующие. Партийные деятели, работники правоохранительных органов, крупные руководители. Сауляк старался, чтобы каждый раз, выполняя задание, Карл чувствовал жгучую сладость мести.

Потом Павел подстроил так, чтобы у него на руках оказались доказательства причастности Рифиниуса к смерти одной девушки. "Вот этими доказательствами он его и держал."

Два года, которые Сауляк провел за решеткой, Карл-Константин вел жизнь тихую и спокойную. Пенсионного возраста он еще не достиг, но денег за время работы на Павла заработал столько, что мог о доходах не беспокоиться. Жил в своей просторной квартире, холил двух собак – ирландских сеттеров, ездил на охоту. Иногда приводил женщин, но никогда не допускал, чтобы они оставались у него жить. Через полчаса беседы с ним Павел с огорчением убедился, что ненависть Рифиниуса насытилась и угасла и единственным стимулом остался страх перед имеющимися у Павла доказательствами причастности к смерти той несчастной девочки. Стимул был, конечно, сильный, никто не спорит. Под воздействием такого стимула Гарик прекрасно работает и будет работать еще много лет, пока срок давности не истечет. Но Гарик – молодой, ему еще и сорока нет, а стало быть, спокойствия и мудрости тоже пока маловато. Рифиниус много старше, и как знать, не махнул ли он рукой на печальную перспективу попасть под суд. Тем паче материалы на Гарика были куда как весомее достаточно спорных улик, которые имелись на Карла.
– Я рад нашей встрече, – говорил Карл Фридрихович, попыхивая сигаретой, но Сауляк видел, что это неправда. Не рад он. Жил себе спокойно целых два года и хотел бы, наверное, жить так и дальше. Незачем ему искать на свою голову приключений.
– Карл Фридрихович, мне понадобится ваша помощь, но я обещаю, что это в последний раз. Я понимаю, что вам хочется покоя, вы устали от меня. Я ценю все то, что вы для меня когда-то сделали, а сделали вы немало. Это была трудная работа, и вы имеете полное право спокойно отдыхать от нее. И я прошу вас просто о личном одолжении, – мягко говорил Сауляк, стараясь не встречаться глазами с бывшим психотерапевтом. – Помогите мне в последний раз, и больше никаких заданий. Разумеется, ваша работа будет должным образом оплачена.
– Хорошо, – со вздохом согласился Рифиниус. – Я сделаю все, что нужно.
«С тобой надо заканчивать, – мелькнуло в голове у Павла. – Отработаешь в этот раз – и все. Конец».

То есть вот живет себе человек, живет, Сауляку и тем, на кого он работал, никак не вредит, но убрать его надо, потому как больше от него никакой пользы. Ну и ещё потому что он что-то знает. В общем, на этом желании людей, обладающих властью, убрать тех, кто им мешает, несмотря на любые жертвы, строится весь сюжет.

Получив список людей, виновных в смерти Булатникова, Павел Сауляк приступает к делу. Помимо этого, с помощью Риты, он связывается с двумя людьми, которые следили за ним. Ими оказываются Вячеслав Егорович Соломатин, который хочет помочь Президенту, и Григорий Валентинович Чинцов, который, напротив, работал на группировку, противостоящую Президенту. Собственно, именно эту группировку из семи человек должен был уничтожить Сауляк. Забегая вперед, скажу, что группировка эта была связана с контрабандой оружия и наркотиков. Чтобы проделывать свои дела, ей нужно было больше власти, поэтому они решили привести к власти своего человека.

Соломатин, кстати, тоже интересный персонаж, следующий за Президентом с детства, когда тот был ещё комсомольским лидером.

Трагедия Вячеслава Егоровича была в том, что, являясь по своему статусу чем-то вроде дворника, он имел душу холопа и честолюбие серого кардинала. Когда-то, много лет назад, комсомольский вожак-старшеклассник во время субботника подошел к ребятам из шестого класса, добросовестно драившим стекла в школьном коридоре, окинул придирчивым взглядом фронт работ и скривился:
– Ну и работнички! Как будто не для себя моете, а для чужого дяди. Вам же жить в этом здании, учиться в нем, вам самим должно быть приятно, когда стекла чистые и прозрачные. А вы? Только грязь разводите. Вон посмотрите, как у мальчика чистенько получается. Он по-настоящему старается, по-пионерски, а вы ленитесь. Лучше бы с него пример брали.

Теперь у Вячеслава Егоровича была небольшая должность в Администрации Президента. И он по-прежнему больше всего на свете хотел, чтобы ставший Президентом Лидер его заметил и оценил. Столько жертв принесено, столько обжитых уютных квартир брошено, столько скандалов с женой пережито из-за постоянных переездов или смены мест работы. И все это имеет смысл только в том случае, если под занавес он хотя бы какое-то время побудет человеком, приближенным к Президенту. Человеком, чье имя и лицо будет знать вся страна. Тогда, значит, все было не зря.
Но за время первого срока президентства Соломатин пробиться к своему Лидеру не успел. Ему не хватило совсем немного. И теперь вся надежда была на то, что Президента переизберут на второй срок. А для этого следовало постараться. Вячеслав Егорович всю жизнь все делал для себя сам, не ожидая, когда это сделают для него другие. И потом, он действительно был предан своему Лидеру и готов ради него на все.

В общем, с самого детства Соломатин так и был в команде Лидера, даже в институт и на работу устраивался так, чтоб Лидеру было выгодно. Хотя для Лидера он как был так и остался мелкой сошкой.

Итак, что в итоге делает Сауляк?

1. По заказу Чинцова, Сауляк дает задание Ларкину, и тот проникает в дом советника Президента Ратникову и под гипнозом заставляет его дать интервью. Ратников долгое время отказывал журналистам, поэтому интервью производит фурор.

– По словам Ратникова, Президент дал ему твердое обещание не допускать дополнительной денежной эмиссии, – говорил с экрана популярный комментатор. – Но поскольку никаким иным путем решить вопрос с задолженностями по зарплате не представляется возможным, то задолженность эта скорее всего в ближайшее время погашена не будет. Любопытно отметить, что сам советник Президента заверил журналистку Юлию Третьякову в полном единодушии по этому вопросу среди всех членов ближайшего окружения Президента. Иными словами, все, включая самого Президента, прекрасно знают, что задолженность в течение ближайших месяцев погасить не удастся. Цитирую: «Если из уст Президента или кого-либо из его окружения вы услышите твердые обещания погасить в марте – апреле все долги и выплатить заработную плату, которую многие жители России не получают с сентября прошлого года, то вы должны знать: это ложь. Включать печатный станок Президент не собирается. Задолженности погашены не будут». Конец цитаты. И эти слова произнес человек, который уже два года не давал интервью никому из журналистов. Что же заставило его нарушить обет молчания? Позволю себе высказать предположение, что в рядах президентской рати начались разногласия, связанные с содержанием его предвыборных обещаний.

2. Далее Ларкин убивает Юрцева, внушив ему, что у него головная боль и нужно принять лекарства. Юрцев берет у него таблетки, а потом принимает их на глазах у множества людей в банкетном зале. Кстати, Юрцев - это тот самый мафиози из романа "Чёрный список", где впервые появляются Стасов и Татьяна Томилина. Не остался он безнаказанным в итоге

3. Гарик Асатурян убеждает Изотова толкнуть его жену под машину.

4. Ещё одного человека, любившего ездить пьяным на огромной скорости, Рита убеждает свернуть по односторонней дороге так, чтоб он попал в аварию. Рита не могла отдать человеку приказ убить самого себя, поэтому Сауляк дал ей задание, последствий которого она не знала.

Движение по Сретенке было односторонним, только в направлении Садового, а никак не наоборот. Авария была неизбежна. Но Рите совсем не обязательно было это знать.

5. Карл Рифиниус выманивает материалы по чеченскому вопросу у одного из ученых.

6. Имиджмейкер Президента Шабанов якобы повесился.

С имиджмейкер связан ещё один интересный эпизод, который меня несколько удивил. Напомню, книга написана в 1996 году. И есть там такой отрывок.

«Я много думал…» На этом месте Шабанов остановился. Очень выигрышное место, из него нужно выжать все, что возможно. Всем известна манера речи Президента – рубленые фразы с большими многозначительными паузами и полное отсутствие мягких доверительных интонаций, которыми так славился первый президент СССР, умевший говорить без бумажки и глядя в глаза. Нынешнему этого не дано, не умеет. И учиться не хочет. Стало быть, что? Правильно, побольше интимности в эту фразу добавить. «Я много думал, – застучал пальцами по клавиатуре Шабанов, – не спал ночами, спорил сам с собой…» Отлично! Шабанов представил себе, как рослый широкоплечий Президент, возвышаясь на трибуне, будет произносить этот текст, глядя в бумажку, своим металлическим, лишенным теплых интонаций голосом. Трудно придумать что-нибудь более нелепое. На этой фразе выступающий потеряет пару очков, уж это точно.
В целом текст был уже готов и несколько раз отредактирован разными советниками. Шабанов – последний, потому что он – имиджмейкер Президента. Он должен расставить акценты, паузы, одним словом, превратить литературный сценарий в режиссерский. Евгений еще раз пробежал глазами строки, дошел до слов: «с марта месяца проблем с заработной платой не будет», и поставил пометку, означающую, что последнее слово надо произнести громко, четко, желательно по слогам. Задержки с выплатой зарплаты уже стали притчей во языцех, даже дураку понятно, что с марта снять проблему невозможно. Какой умник, интересно, придумал вставить это невыполнимое обещание в текст речи? Но как бы там ни было – вставил. Вот и пусть Президент погромче произнесет свою клятву. Март не за горами, и позор невыполненного обещания ляжет на него несмываемым пятном. Вся страна услышит это «не бу-дет», попробуй потом отопрись.

А я сразу вспомнил другую фразу, ставшую мемом: "Дефолта не будет. Твердо и четко". Я сначала подумал, что это отсылка. Но нет. Эту фразу Ельцин произнес уже в 1998 году. Совпадение? Кто-то из соратников Ельцина прочитал Маринину? Сам Борис Николаевич читал роман? Или он уже и до этого выражался подобным образом просто это не стало мемом? Ни хуя не понятно, но очень интересно

7. Мхитаров застрелился.

Работать с Мхитаровым Павел поручил Гарику и Рифиниусу. Вообще-то Сауляк не был сторонником групповых действий и долгое время не знакомил членов своей группы друг с другом, справедливо полагая, что так безопаснее для всех. И дело не только в лишних знаниях, которые в данном случае пользы не приносят, но и в опасности разбудить ревность, азарт, дух конкуренции. Не нужно это, ни к чему, мешает.

– Вы не знаете, почему мы работаем вместе? – спросил Асатурян, приступая к остывшему чаю. – Что там за сложности?
– Никаких сложностей, насколько я знаю, – пожал плечами Рифиниус. – Просто надо помнить о единстве психо-лингвистического пространства.
– Чего? – вылупился Гарик. – Вы о чем?
– Мхитаров – обрусевший армянин, и вы, Гарри, легко сможете подыскать слова-символы и слова-сигналы, которые проникнут в его подсознание. Мне это может оказаться не под силу. В некоторых случаях очень эффективным бывает использование родного языка объекта, особенно если он давно на нем не говорит. Употребление слов и понятий, неразрывно связанных с ранним детством, возвращает человека в то состояние зависимости, подчиненности и беспрекословного послушания, которое царило в его взаимоотношениях с родителями в те годы. Вы этот язык знаете, а я – нет. Поэтому Павел Дмитриевич поручил это задание вам. С другой стороны, господин Мхитаров несколько раз обращался к врачам, жалуясь на бессонницу и повышенную раздражительность. Я не исключаю, что это может быть следствием каких-то аномалий психики, и если это так, то методика работы с ним должна быть особой. Поэтому для выполнения данного задания Павел Дмитриевич пригласил и меня тоже, чтобы я мог глазами специалиста посмотреть на Мхитарова и скорректировать, если надо, применяемую методику.

8. У губернатора Сергея Георгиевича Малькова была дочь-наркоманка. Ларкин с помощью хитрости проникает к нему в дом и убеждает её застрелить своих родителей.

9. "Прокурорского работника" Лученкова расстреливает некий Базанов (это обсуждается уже в 3-ей части).

Длинный разбор получился, но мне самому было интересно разобраться, кто там на ком стоял.

3. Не мешайте палачу

В этой части сюжет снова переходит к Насте. Странные случаи с чиновниками, конечно, не могут не обратить на себя внимание. Юрцев, который отравился непонятно какими таблетками. Базанов, который расстрелял работника прокураторы на глазах у множества людей. Всё это требует расследования.

Тем временем обнаруживают первый труп одного из гипнотизеров - Карла Рифиниуса. По всем приметам он очень похож на человека, которого видели рядом с Мхитаровым. Настя передает его фотографию работающей в Петербурге Татьяне Образцовой. И по счастливой случайности снимок видит проводница, которая узнает Рифиниуса.

Выясняется и много другого. Базанов, расстрелявший Лученкова, не может толком объяснить, почему он это сделал. Юрцев отравился препаратом, который производили в ГРУ еще в 80-х. Все понимают, что вляпались в какую-то политику.

Помимо мертвых чиновников, перед Настей встает ещё одна задача. Некий народный мститель, он же палач, убивает маньяков, когда-то совершивших страшные преступления, но оставшихся безнаказанными. Разумеется, его необходимо вычислить и арестовать. Насят предполагает, что палач - это бывший сотрудник МВД, и произносит фразу, вынесенную в название романа:

– Не мешайте палачу, – спокойно сказала Настя. – По-видимому, он лучше нас знает, кого следует покарать. Весь вопрос только в том, кто опустит на голову приговоренного карающий меч.
– Понятно, – кивнул генерал. – И вас от этого не коробит?
– Коробит. Но только в том случае, если меч, как я уже сказала, будет опускать на головы приговоренных самозваный палач. Если же это будет делать государство, то мое правосознание будет чувствовать себя вполне прилично. Позвольте палачу показать нам дорогу к дому жертвы, не мешайте ему искать их. А уж казнить будем мы сами. Правда, кое-чем поступиться придется, но вы ведь, как я понимаю, умирать за принципы не собираетесь.
– Смотря за какие.
– Если нам удастся вычислить палача, мы не будем его задерживать до тех пор, пока он не покажет нам все жертвы. Преступник будет гулять на свободе, и нам придется сознательно пойти на это. Более того, нам придется придумать, как сделать так, чтобы не спугнуть его. Ведь если он, образно выражаясь, показывает нам дорогу к дому жертвы, а назавтра выясняется, что жертву арестовали, наш палач забеспокоится и, вполне возможно, к следующей жертве нас уже не поведет. Вообще-то я на вашем месте начала бы не с этого.
– А с чего?
– С кадров. С личного состава органов внутренних дел этих регионов. Откуда палач может знать, кто именно совершил эти серии убийств? Ответ, по-моему, сам напрашивается. Он – наш сотрудник.

В итоге Настя берет на себя анализ материалов по личному составу во всех областях, где произошли серийные убийства, и приступает к их изучению.

Вместе Рифиниусом и Асатуряном, пропадает и Рита. Сауляк звонит ей и понимает, что она куда-то пропала. Он требует у Минаева телефон Насти и обращается к ней за помощью. Выяснив фамилию Риты, Настя сообщает Сауляку, что его девушка убита.

Сауляк находится вместе с Настей, когда их обнаруживают шестерки Чинцова и начинают за ними следить. Сауляк уводит их подальше от Настиного дома, после чего они прощаются.

В этой же части рассказывается про детство Павла, который когда-то был добрым и общительным. Родился в семье дипломатов-шпионов, которые работали на Советский Союз сначала в Венгрии, потом в Чехословакии. Благодаря тому, что хорошо обучался языкам, проводил время не в посольской школе, а в обычных городских, так что провел детство в полном смысле на Западе. Потом - КГБ. Там же Павел начал совершенствовать свои навыки гипноза. Закончилось всё тем, что его попытались работать против Венгрии или Чехословакии. Павел категорически воспротивился, после чего его сплавили в психушке, где его подобрал Булатников. Вышел оттуда Павел уже другим человеком, далеко не весёлым и дружелюбным. Но что у него осталось на всю жизнь - привычка подчиняться кому-то - сначала строгий отец, потом армия, потом КГБ, потом Булатников. Сауляк сам осознает, что не может без того, чтоб кто-то управлял его жизнью.

4. Черная кошка в темной комнате

В этой части уже идёт расследование всех преступлений. Задачей Каменской, как мы помним, является анализ личного состава, так как она уверена, что Палач - из сотрудников милиции. Она обнаруживает внезапный факт: убийства в различных регионах, как совершенные маньяком, так и просто громкие, связаны со сменой кадров руководства УВД:

Значит, мы с вами установили, что в пяти регионах, где имели место преступления, совершенные маньяками, поменяли руководство УВД, а следом за этим примерно семьдесят процентов личного состава. Далее, обратите внимание на красные кружочки. Из десяти регионов, где шла интенсивная смена кадров, в пяти, как мы только что установили, были совершены серийные убийства. А еще в пяти? Там-то что такое произошло, из-за чего милицейские кадры поменялись? И выяснилось, что из оставшихся пяти регионов в двух тоже есть нераскрытые преступления, которые в серии не попали, но которые вызвали в свое время большой общественный резонанс. И только в трех регионах в период, предшествовавший смене кадров, ничего эдакого не происходило. Вот эти регионы и обозначены черными кружочками. Теперь смотрите, что получается. Есть два различных фактора: смена милицейских кадров и наличие тяжких нераскрытых преступлений, о которых известно всему населению области. И есть семь регионов страны, где наличествуют оба фактора. В пяти областях – серийные убийства, в двух – не серийные, но тоже очень громкие, и во всех семи – почти полная смена кадров на ключевых постах в нашей системе. Я понятно рассказываю?
– Вполне, – усмехнулся Коновалов.
– Пойдем дальше. В трех из этих семи регионов уже отметился некто, кого мы условно называем «палач». И вопрос состоит в том, чтобы понять: связана ли деятельность палача с теми двумя факторами, о которых я только что вам сказала. Если связана, то следующие жертвы будут в оставшихся четырех регионах, стало быть, искать и отлавливать палача надо именно там. Понимаете? В следующий раз он должен появиться не в любом из регионов, где есть нераскрытое тяжкое преступление, а только в одном из вот этих четырех, – Настя несколько раз дотронулась концом карандаша до экрана компьютера. – И если мы сумеем поднять все оперативные материалы и взять под наблюдение всех, кто так или иначе подозревался в этих преступлениях, но чья вина не нашла подтверждения, то мы таким нехитрым образом обязательно найдем палача, потому что он, следуя своей логике, должен объявиться возле хотя бы одного из этих людей.

Уже через день выясняется, что Палач вновь отметился и "ни одна из жертв палача по оперативным данным не проходила". Также выясняется, что у Базанова были внезапные провалы в памяти.

Настя понимает, что серьёзно ошиблась, и Палач не их сотрудник.

Тем временем Чинцов, потерявший связь с Сауляком, получает задание от своих новых хозяев - нужно заставить одного из военачальников уехать из Чечни как раз перед началом штурма, что позволит намекнуть в прессе на его боязливость и профессиональную несостоятельность. Чинцов понимает, что выполнить это задание не сможет, но ему предлагают крупную сумму, после чего он соглашается, понятия не имея, как будет выкручиваться. На помощь ему приходит Минаев, который готов выполнить задание:

Я считаюсь политическим соратником и, как предполагается, должен работать за идею, а не за деньги. А вы, напротив, специалист и работаете как раз за деньги, а не за идею. И если бы я сказал, что могу выполнить эту работу, то никакого гонорара мне не полагалось бы. Улавливаете?

О том, что Минаев и Чинцов связаны друг с другом узнает Юра Коротков, следивший за Чинцовым. Он докладывает Колобку об этом. Колобок решает пойти на хитрость и организовать слежку за Минаевым, который, как мы помним, является генералом ФСБ, значит, официально за ним следить нельзя.

Настя общается с Заточным и выясняет, что его отдел уже давно расследует ОПГ, занимающуюся контрабандой наркотиков и оружия. И перевалочные пункты у них как раз в тех регионах, где были совершены громкие убийства. Заточный предполагает, что кто-то использует нераскрытые серии, чтобы сменить руководство УВД. Настя более цинично предполагает, что сначала были выбраны регионы, а потом в них уже были совершены жестокие убийства случайных людей.

Мне вот этот диалог очень понравился:

– Я хотела понять, что было сначала, а что – потом. Высматривались регионы, где есть громкие нераскрытые убийства, провоцировался скандал, под эту марку меняли руководителей и ставили других, карманных, и потом делали в этих регионах свои базы. Так?
– Вероятно. Очень похоже, во всяком случае.
– А не наоборот?
– Не понял.
Заточный остановился, прервав размеренную ходьбу, и повернулся к Насте всем корпусом.
– Я не понял, что вы имеете в виду.
– А что, если сначала были выбраны регионы?
– Вы шутите! Как это может быть?
– Вот видите, и вы не верите.
– Ну, Настенька, в это трудно поверить. Это уже на грани фантастики. Выбрать удобный для преступных целей регион и потом ждать, не случится ли там чего-нибудь из ряда вон выходящего, чтобы поднять скандал? Невероятно. А если не случится? Так ведь можно и до седых волос прождать.
– Иван Алексеевич, вы слишком хорошо думаете о людях. Вы романтик?
– А вы?
– Я скорее циник. И я готова поверить, что все эти громкие серийные преступления были совершены специально. Понимаете? Умышленно. Они были частью плана. И тогда мне понятно, что обязательно есть человек, который об этом знает и знает тех, кто эти преступления организовывал и исполнял. Я исходила из того, что для палача розыск убийц – это вопрос раскрытия преступлений. Поэтому и пыталась найти его среди сотрудников милиции, поэтому и думала ошибочно, что его жертвы – это кто-то из фигурантов, проходивших по оперативным материалам. А на самом деле это может оказаться всего лишь вопросом осведомленности. Это звучит чудовищно, да?

Дальше начинается самый бредовый эпизод в романе :facepalm:

Сидит себе Минаев дома с женой, сидит-сидит. И вдруг к ему в дверь стучится женщина (соседка Ирочка), представляется соседкой и просит обменяться квартирами, так как у ней окна на другую сторону выходят, а ей за дочкой смотреть надо. Минаев идет смотреть квартиру, а там ремонт европейский. Минаев клюет и решает поменять квартиру на чужую. И это блин генерал ФСБ! А пока Стасов начинает за ним следить, его ловят, отвозят на квартиру и начинают допрос. В дипломате у Стасова находят документы, согласно которым следить за Минаевым решила Ирочка :facepalm: Дескать, чтоб за ним последили и узнали, не является ли он мошенником. Стасов, которого даже не бьют, подсовывает Минаеву дезу - якобы за ним следят. И показывает фото людей Чинцова, которых называет уголовниками. Минаев охреневает: мало того что Чинцов за ним следит, так у него ещё и уголовники в команде. Так между союзниками возникает недоверие.

А пока Настя догадывается, что Сауляк - Палач. В основном, на эту мысль ее наталкивает то, что его жертвы одновременно не сопротивлялись и не в кругу его знакомых. Она вспоминает, как Павел однажды чуть не загипнотизировал ее, и все становится на свои места.

Минаев вызывает Павла по телевизору:

После выполнения задания Минаева и отъезда из столицы Павел каждый вечер смотрел программу «Времечко», ибо договорился с Антоном Андреевичем о том, что связь будет осуществляться таким вот незамысловатым способом – посредством звонка в студию. Передача шла пять раз в неделю, с понедельника по пятницу, и возможность оперативно передать информацию была вполне надежной. Павел должен был смотреть передачу, обращая внимание только на звонки в студию и анализируя проскакивающие в этих звонках числа. Числовых кодов было несколько, каждый предназначался для передачи совершенно конкретного сообщения. «Ляг на дно, тебя ищут». «Выйди на связь, срочно». «Будь внимателен, опасность совсем рядом». «Немедленно возвращайся».

Женоненавистник Селуянов влюбляется в девушку :lol: (Честно говоря, это даже как-то мило).

Настя приглашает Сауляка в себе для беседы. Выясняется, что участник его команды Ларкин планировал загипнотизировать некоего Князева, просто сосисочника, чтобы тот Сауляка убил. Настя рассказывает Павлу о том, что знает:

– Генерал Минаев всегда ненавидел своего начальника и старшего товарища Булатникова. Терпеть его не мог. Готов был на стенку лезть от ненависти и злобы. Минаев завидовал ему, потому что не понимал, откуда у Булатникова такая власть и такие деньги. И поставил перед собой задачу выяснить это. Ну как, Павел Дмитриевич, интересно?
Павел поднял на нее растерянный взгляд. Она говорила совсем не о том. И она говорила вещи, которых он действительно не знал.
– Продолжайте, – сдержанно ответил он, стараясь не выказать любопытства.
– Антон Андреевич, пользуясь разными запрещенными приемами, узнал, что у Булатникова есть вы, Павел Сауляк, а у вас – группа. Но кто эти люди и сколько их, он так и не смог узнать. Хотя очень старался. Зато он понял, как действует ваша группа, какие приемы работы применяет. И сообразил, что это – золотое дно. Группу он решил прибрать к рукам.

Минаев планировал уничтожить всю группу Сауляка, оставив только самого сильного Ларкина.

Настя уже понимает, что все "маньяки" и другие убийцы были просто загипнотизированными людьми и спрашивает Сауляка, за что он их убивает: они же в сущности ни в чем не виноваты? Павел осознает, что она права и наказать ему нужно в первую очередь себя.

Но зачем ты убиваешь тех, кто, в сущности, ни в чем не виноват?
И в этот момент Сауляк понял, что она будто прочитала его мысли. Она услышала. И готова его отпустить, если он все расскажет. Может быть, так и вправду будет лучше…
– Так я могу считать, что мы договорились? – произнес он сквозь зубы.
– Да.
– Вы мне обещаете?
– Да.
– Если я все расскажу, вы дадите мне уйти отсюда?
– Да. Я надеюсь, мы правильно поняли друг друга.

Они не говорят друг с другом открыто, но понимают друг друга. На следующий день Сауляк травится теми же таблетками, которые заставил выпить Юрцева.

Новым советником Ельцина Президента становится Соломатин. Против Минаева возбуждают уголовное дело. Конец.

Роман, на мой взгляд, скучный, в нем много действующих лиц, про которых почти ничего неизвестно, кроме фамилии. Хотя и атмосфера эпохи 90-х тоже присутствует. Есть несколько интересных мест (как я уже писал, мне понравилось озарение Насти жестокостью преступников, которые организовали серии убийство просто, чтобы прибрать к рукам регионы), а в основном, книга представляет собой диалоги и краткие биографии скучных персонажей.

Я почему так долго писал, что разобраться в том, кто на ком стоял, тоже было интересно, хотя и душновато.

Кажется, Маринина где-то говорила, что для нее это был эксперимент: получится написать полностью политический роман или нет. Я рад, что больше она не экспериментировала так

Анон · 2026-02-14 13:27:51

Большое спасибо за подробный пересказ и рецензию, анон! При чтении были похожие чувства. Вроде очень интересно, особенно когда ещё не знаешь, в чём особенность Павла и хочется разобраться что с ним такое, и про расследование хочется читать дальше взахлёб, но когда появлялась очередная сцена "два одинаковых мужика говорят о скучном, но это надо запомнить, потому что через сто страниц этот диалог станет очень важным" мне хотелось отложить чтение. Но я старалась списать это на условности жанра. Всё-таки когда пишешь о политике, то не можешь всех сделать яркими харизматичными индивидуальностями. В общем, эксперимент был интересным, но спасибо, что Маринина ограничилась одной книгой в этом жанре
Про "Твёрдо и чётко" тоже подумалось, что пиарщики Ельцина могли почерпнуть идею из книги, потому что Маринина всё-таки была по-настоящему "народной" писательницей, и вряд ли её обошли вниманием, да хотя бы в целях понять, что этому народу нравится. Ну или совпадение, кто знает.

Анон · 2026-02-16 07:59:23

Анон пишет:

Но я старалась списать это на условности жанра. Всё-таки когда пишешь о политике, то не можешь всех сделать яркими харизматичными индивидуальностями

Да, я в итоге тоже к такому выводу пришел. Тем более что персонажей достаточно много.

Анон пишет:

Про "Твёрдо и чётко" тоже подумалось, что пиарщики Ельцина могли почерпнуть идею из книги, потому что Маринина всё-таки была по-настоящему "народной" писательницей, и вряд ли её обошли вниманием, да хотя бы в целях понять, что этому народу нравится. Ну или совпадение, кто знает.

Для меня эта нераскрытая загадка - самая интересная в книге

ТС

Анон · 2026-02-23 19:10:45

Стилист (1996)

Несмотря на привычное обилие трупов такой лёгкий лиричный роман, где в центре любовная линия и японская литература :please:

В книге мы немного узнаём о прошлом Насти, и оказывается, что у неё был аж целый любовный роман, когда она сильно влюбилась, а мужчина не отвечал ей особой взаимностью. Мне показалось, что этот факт как-то нарушает образ Каменской, потому что в предыдущих книгах подчеркивалось, что на сильные чувства она мало способна и больше загорается, например, от решения различных задачек с целью поимки преступника.

Но несмотря на эту нестыковку книга получилась довольно интересной, да и Настю с неожиданной стороны посмотреть тоже интересно

Сюжетная линия здесь как часто у Марининой не одна и начинается роман со знакомства с одним из основных героев книги - Владимиром Соловьевым.

Он – инвалид, передвигающийся в коляске. На костылях ходить он тоже может, но очень недолго. Из спальни – в ванную. Из кабинета – в туалет. Вот и все. Дом строили специально для него, между этажами – не лестница, а длинный пологий пандус. Хорошо, что к тому времени, как отказали ноги, он уже был достаточно богат. Деньги позволяют избежать многих унижений. И решают все проблемы. Ну, почти все.

Жена у Соловьева погибла, сын не особо им интересуется, проводя время на тусовках с бухлом и наркотиками.

Мальчику было пятнадцать, когда он остался без матери, и все вокруг его жалели и прощали любые выходки. Ребенок получил такую травму, у него психологический шок, вы же понимаете… Надо с ним помягче, надо проявить понимание. Он проявлял понимание до тех пор, пока не увидел совершенно отчетливо, что сын нагло спекулирует их общим горем, считая, что получил индульгенцию на веки вечные. С сыном он теперь не видится.

В тоже время у Соловьева не все так плохо, потому что у него есть работа, которую он искренне любит и которая приносит ему доход. Хотя о временах, когда его ноги были здоровы, он, конечно, тоскует.

А пока в отделе Гордеева ведется расследование пропавших юношей, похожих друг на друга как две капли воды.

все девять юношей были удивительно похожи друг на друга – смуглые, черноволосые, семитского типа, с большими темными глазами. Прямо родные братья. И причина смерти у всех была одна и та же – передозировка наркотиков. По заключению судебных медиков, состояние ануса свидетельствовало о том, что эти юноши вели активную гомосексуальную половую жизнь

Расследование велось неофициально, так как сведений о том, чтобы связать все эти пропажи в одну серию, было маловато. Единственной зацепкой было то, что одного такого мальчика, ехавшего в машине по направлению в коттеджный поселок "Мечта", видел сержант ГАИ. Настя просматривает список жителей этой Мечты и видит в нем фамилию своего любовника. Больше возможностей появиться в поселке и не вызвать подозрений у неё нет, поэтому она отправляется в гости к своему бывшему любовнику.

У Соловьева как раз день рождения, поэтому визит Насти оказывается вполне уместным. Кроме неё, его поздравляют только издатели и его помощник по дому Андрей. Эта сюжетная линия немного напоминает линию про Параскевича из "Чужой маски" - также в наличии много фактов об издательском деле.

Настя ничего не объясняет Соловьеву. О том, что она работает оперативником, она тоже скрывает. Врет, что она переводчица, как и он. Зачем пришла - сама не знает. "Захотелось увидеть тебя, посмотреть, каким ты стал за эти годы". Соловьев немного злится, мол, вот посмотри - инвалид и вдовец, но скоро успокаивается. Выясняется, что много лет назад Настя Соловьева очень любила, а он. скорее, был равнодушен, но боялся ей отказать, так как не хотел ссориться с её мамой - преподавателем вуза. Да и в целом, оказывать он не умел.

Приходят трое руководителей издательства. И Настя замечает, что они противятся ее присутствию. Даже называет про себя их дуэньями в штанах.

Каменская придумывает красивый предлог, чтобы продолжить общение с Соловьевым.

– Хорошо. – Она вздохнула. – Двенадцать лет назад ты меня не любил, я была тебе не нужна, я была тебе в тягость. Я тебя совершенно не интересовала. Но ты тем не менее встречался со мной и даже занимался со мной любовью. Должно было пройти довольно много времени, чтобы я поняла, что ты делал это не потому, что я тебе нравилась, а потому, что боялся мою мать. Ты боялся меня разозлить, потому что думал, что я могу пожаловаться маме, оболгать тебя, оклеветать, наговорить невесть чего, и тогда не видать тебе кандидатской степени. Как только до меня дошла эта неприятная истина, я оставила тебя в покое. Не могу сказать, что вся эта история прошла для меня безболезненно. Я очень страдала, Соловьев. Я очень тебя любила. Сегодня я пыталась понять, изменилось ли мое отношение к тебе, и с удовлетворением увидела, что воспринимаю тебя совершенно спокойно. Я больше не начинаю дрожать от одного твоего взгляда и не теряю голову, когда прикасаюсь к тебе. Ты стал другим, и я стала другой. И я с удивлением поняла, что могу снова начать любить тебя. Я, другая, могу опять полюбить тебя, тоже другого. Просто новая встреча двух других людей. Но я, Соловьев, теперь хорошо умею управлять своими чувствами. Повторяю, я МОГУ снова полюбить тебя, но весь вопрос в том, нужно ли это делать. И если я решу, что не нужно, то и не стану этого делать. Без проблем. С другой стороны, я могу решить, что нужно, а у меня все равно ничего не получится. И теперь я хочу услышать твой ответ. Можно без предисловий и без длинных объяснений того, что произошло много лет назад. Просто скажи, хочешь ли ты, чтобы я приезжала к тебе. Или ты хочешь, чтобы я сейчас убралась отсюда и ты больше никогда меня не видел.

Соловьев задумывается, нужно ли это ему. При этом, он прекрасно видит, что былой страсти у Насти уже нет. Тем не менее, она чем-то притягивает его. У них начинается своеобразный роман.

А пока в деле о пропавших мальчиках неожиданно появляются новые сведения. Некто украл видеокассеты из ларька. Украли 14 кассет по какому принципу неясно. Смотреть все 14 фильмов, ясное дело, ни у кого времени. Но один из розыскников нашел способ выявить нечто общее: с помощью мощного компьютера распечатали титры с кассет и обнаружили, что везде есть один и тот же актер, пусть и в эпизодических ролях. А актер этот как две капли похож на мальчиков, которые исчезли. Возникает предположение, что возможно, именно маньяк, убивающий мальчиков, кассеты и украл.

Людей катастрофически не хватает, поэтому в отделе Гордеева принимают решение взять на помощь оперативника Свалова - того самого, который придумал распечатать титры с кассет. Он должен обойти пункты проката кассет и собрать сведения, чтобы вычислить вора (выписать фамилии тех, кто брал интересующие оперативников фильмы). Свалова вводят в курс дела - он становится ещё одним из немногих, кто знает о маньяке. Но работа у него радости не вызывает - он занят тем, что подрабатывает на коммерческую фирму.

И вот тут начинается ещё один тонкий момент. Гордеев и другие оперативники скрывали информацию о маньяке ещё и потому, что

...если мы сегодня только заикнемся о том, что среди массы пропадающих юношей выделяется группа с семитским типом лица, то завтра все скандальные газеты на первых полосах поместят заметки о том, что в Москве действует подпольная антисемитская организация. Этим газеткам ведь что важно? Чтобы их раскупали. А для этого все средства хороши – и непроверенные данные, и слухи, и откровенное вранье. Лишь бы привлечь внимание людей, охочих до жареного с клюквенным соусом. Что будет дальше, догадываешься? Московские евреи впадут в панику. Начнут требовать принятия срочных мер и утверждать, что власти их не защищают, потому что они – евреи. Нельзя, деточка, рубить сплеча в таком деликатном вопросе. Я не уверен, что среди городского руководства имеется достаточное количество умных и тонких политиков, которые сумеют погасить скандал, никого при этом не обидев. Национальный вопрос – самый больной во все времена. И самый трудный. Он требует душевной чуткости, терпения и дальновидности. И все наши слова о том, что это дело рук маньяка, которому просто нравятся юноши с такой внешностью независимо от их национальности, окажутся гласом вопиющего в пустыне. Этого никто не услышит, потому что найдется масса людей, которым выгодно будет свести проблему к национальному вопросу и раздуть из этого громкий скандал. Выборы же на носу, не забывай.

Прекрасно понимает подобную расстановку сил и Свалов. И поскольку он хочет завалить всю работу, лишь бы от него отстали, то сам связывается с журналистами и рассказывает им обо всём.

С Соловьевым тоже не все так просто. Настя замечает, что о том, как он стал инвалидом, ее бывший не рассказывает - прямо-таки закрывается наглухо. Но получить какую-то информацию затруднительно, ведь прошло уже много времени. Настина мама говорит ей о слухах, согласно которым Соловьева избили. Слухи исходят от подруга жены знакомого Настиной мамы, с которой эта самая жена лежала в больнице. Но найти эту подругу не удается - она уехала далеко за границу.

Путь был один: проверять подряд все больницы и искать ту, в которой два года назад лежала Анна Сергеевна Малышева. Потом брать список всех женщин, которые находились в этой больнице одновременно с ней, и искать среди них работника «Скорой помощи». Работа огромная, трудоемкая, а ради чего? Ведь не преступника ищем, а всего лишь женщину, которая почему-то утверждает, что Соловьева избили. Причем совершенно непонятно, то ли она сама была в составе бригады, увозившей его в больницу, то ли услышала об этом от кого-то из коллег.

Впрочем, Настя пока и сама не знает, нужно ли тратить время на расследование того, что случилось с её бывшим любовником. Вроде что-то не так, но явного криминала же нет...

А у Соловьева, действительно, всё как-то не так. Мало того руководители издательства, с которым он работает, ведут себя как дуэньи в штанах, так они ещё и стремятся отгородить его ото всех людей. Неожиданно у него ломается компьютер, и к нему в дом приходит красивая молодая женщина, компьютерный мастер, кареглазая Марина из фирмы «Электротех». Довольно скоро у них начинает любовный роман, чему немало способствует его помощник по дому Андрей. А вот Настю Андрей явно недолюбливает, хотя та поначалу не обращает на это внимания. А Соловьев, напротив, скучает по Каменской, хоть и с удовольствием проводит время с Мариной.

В издательстве тоже свои шпионские игры. Любовница директора Оксана сливает информацию некоему Вадиму, целью которого является раскрутка издательства и дальнейшее его отжатие. Вадим получает от Оксаны информацию, а также дает ей различные советы, которые она умело вкладывает в голову директора. Оксана с Вадимом знакомы уже давно и именно его задумкой было сделать Оксану любовницей кого-то из руководства издательства.

А пока Настя, Коротков и Селуянов, собрав множество отпечатков пальцев людей, бравших кассеты в прокате, наконец-то, выходят на след подозреваемого в краже кассет. Появляется новый персонаж - Михаил Ефимович Черкасов. Когда-то давно был женат, но изменил жене с её же братом - Славиком (выглядящим, кстати, как пропавшие мальчики). После всего случившегося рассорился с женой и матерью, съехал от них, а теперь живет один и подрабатывает починкой различной техники.

Задерживать его за убийства пока нет никаких оснований, но в этот момент Гордеева вызывает к себе генерал Руненко, у которого на брифинге с журналистами прямо спросили про дело об убийствах еврейских мальчиков. Гордеев пытается объяснить, что национальность тут ни причем, но у него ничего не выходит. Генерал требует задержать Черкасова и в ходе допроса выяснить, где он держит мальчиков. Гордеев вынужден подчиниться.

Оперативники понимают, что информация ушла от Свалова, но изменить ничего нельзя. Настя пытается договориться с журналистом, но понимания не находит.

Черкасова берут легко и быстро. Он не оказывает никакого сопротивления, сразу признает кражу, а от убийств отказывается наотрез. В его квартире находят дневник, где он описывает свои сексуальные похождения, но никаких улик нет.

В целом, образ Черкасова довольно интересный получился. Не стереотипный.

Черкасов выглядел усталым и измученным, но держался ровно и даже с достоинством. Несмотря на неприязнь к нему, Настя почувствовала что-то вроде восхищения. Видно, человек за свою жизнь столько унижений и оскорблений натерпелся из-за нетрадиционной сексуальной ориентации, что выработал умение не терять присутствия духа и уважения к себе самому.

Ведет себя как мудак, прятал у себя молодого парня, скрывающегося от наркодилеров, пока родители не знали, где его искать. А когда этот парень умер от передоза, просто выкинул его труп где-то за городом. Но в тоже время - не убийца.

Возникает сложная ситуация - отпустить Черкасова нельзя, так как об этом сразу напишут журналисты и настоящий убийца может сразу совершить преступление, чтобы подставить его. Это Черкасову блестяще разъясняет следователь Ольшанский:

▼Скрытый текст⬍

– У каждого из нас своя правда, Михаил Ефимович. У вас – своя, у меня – своя, у Анастасии Павловны, – он слегка кивнул в ее сторону, – тоже какая-то своя правда. Вы точно знаете, совершали вы эти преступления или нет. То есть вы свою правду знаете и, вероятно, очень удивляетесь, почему она не очевидна для всех остальных. Не очевидна. И с этим вам придется смириться. Вашему слову, ничем не подкрепленному, никто верить не обязан. Это только в пунктах проката видеокассет у вас спрашивали фамилию и верили на слово, не заставляя вас предъявлять документы. Но хочу вам напомнить, что и там вы не называли свою настоящую фамилию. Если уж вы лгали в такой мелочи, то как я могу поверить вам на слово, когда речь идет о серьезных вещах? Все это я говорю к тому, чтобы вы отдавали себе отчет: вы не имеете права обижаться на нас за то, что мы вас в чем-то подозреваем. Раскрывать преступления – наша работа, и в ходе этой работы мы постоянно собираем, проверяем и перепроверяем различные факты и сведения, чтобы выяснить для самих себя совершенно точно то, что преступник уже и так знает, но, разумеется, рассказывать нам не собирается. Часто случается, что под подозрение попадают люди невиновные. Бывает даже, что их арестовывают и держат в тюрьме, а потом выпускают с извинениями. Но все-таки мы стараемся действовать как можно более аккуратно и осмотрительно, чтобы сведения, которые мы добываем в ходе работы, были проверенными. Мы делаем все возможное, чтобы понапрасну никого не обижать, и очень переживаем, если это все-таки случается. А теперь, Михаил Ефимович, я перейду к самой важной части нашей с вами беседы. Итак, мы не знаем, виновны вы в тех убийствах или нет. Пока не знаем. А через два с половиной часа время наше истечет, и я должен буду принимать решение. И если за эти два с половиной часа я не получу доказательств вашей абсолютной невиновности, то мне придется добиваться вашего ареста. Скажу честно, это будет непросто, потому что доказательств виновности у нас тоже нет. Я имею в виду – прямых доказательств. Есть только косвенные.

– Как же так? – Черкасов был удивительно спокоен, словно вел научную дискуссию с доброжелательным оппонентом. – У вас нет доказательств, но вы меня задержали?

– Вас задержали за кражу. И за эти трое суток собрали вполне достаточно доказательств того, что кражу совершили именно вы, так что в аресте нет жесткой необходимости. Вы полностью признались и даже раскаялись, добровольно дали все показания, выдали похищенное и теперь до суда вполне можете находиться дома под подпиской о невыезде. Поэтому, решая вопрос о вашем дальнейшем пребывании в камере, мы должны в основном исходить из вашего обвинения в убийствах. Может так случиться, что доказательств, я имею в виду достаточных доказательств, мы не найдем и вас отпустят, а окажется, что вы тем не менее виновны.

– Я же сказал, я невиновен.

– Я это слышал. А вот вы слушаете меня невнимательно. Это вы знаете, что вы невиновны. Вернее, вы так утверждаете. А я? Мне что прикажете делать? Верить вам? И если окажется, что вы виновны, а я вас отпустил, это будет неправильно.

– Но если окажется, что я невиновен, а вы меня арестовали, разве это будет правильно?

– Да, Михаил Ефимович, это будет правильно, и вот в этом-то и состоит самая сложная часть наших с вами переговоров. Вы, вероятно, уже знаете, что газеты опубликовали сообщение о том, что вас подозревают в этих убийствах. Именно поэтому нам пришлось вас задерживать, хотя мы еще не собрали доказательства ни вашей вины, ни вашей невиновности. Мы не хотели торопиться с задержанием, потому что, как я уже сказал, обычно тщательно все заранее проверяем и перепроверяем. Но так случилось, что информация попала к журналистам, они ее напечатали и огласили по телевидению, и нам пришлось задерживать вас раньше, чем мы это планировали. Если бы этого не случилось, вас, конечно, все равно взяли бы за кражу, имейте это в виду. Но тогда все было бы намного проще. Через трое суток вас отпустили бы домой без всякой головной боли. А теперь подумайте вот о чем. Если вы невиновны, значит, где-то ходит настоящий преступник, убийца этих юношей. Пока он спокоен, потому что благодаря неумным действиям журналистов считает, что мы крепко за вас взялись. Как только мы вас отпустим, он забеспокоится и начнет уничтожать улики или попытается скрыться. Более того, пока он думает, что мы вас серьезно подозреваем, он не совершит больше ни одного преступления, чтобы мы не поняли, что ошиблись. Вот, собственно, и все, что я хотел вам сказать.

– Значит, получается, что меня отпускать нельзя? Если я виновен, то понятно, почему нельзя, и если невиновен – то для того, чтобы дезориентировать истинного убийцу? Я правильно вас понял?

– Да, Михаил Ефимович, вы поняли меня правильно.

– А кто виноват в том, что журналистам стало известно насчет меня? Откуда они узнали?

– Это я виновата, – сказала Настя, которая понимала, что если Ольшанский оставил ее здесь, то какую-то роль она должна сыграть. Что ж, неприятно, конечно, но ведь действительно виновата. Доверилась Свалову.

– Вы им рассказали?

– Нет. Но моя вина в том, что я привлекла к работе молодого неопытного сотрудника, и он, несмотря на все мои неоднократные предупреждения и просьбы, передал информацию журналистам. И я не снимаю с себя ответственности за то, что не разглядела вовремя его низкий профессионализм. В результате ваше имя появилось практически во всех газетах. Хочу сразу сказать, Михаил Ефимович: если окажется, что вы невиновны, я готова оказать вам всяческое содействие, чтобы реабилитировать вас и очистить от таких тяжких обвинений.

– Что ж, спасибо, – кивнул он. – Я догадываюсь, что вы хотите мне предложить. Вы хотите, чтобы я при всех условиях остался в камере. Нет, нет и нет. Ни за что.

Конечно, Настя ничего другого и не ожидала. Гомосексуалисту в российских камерах появляться противопоказано, лучше сразу удавиться. Особенно если у него нет опыта внутрикамерной жизни.

– Я хотел вам предложить несколько иное. Вы не вернетесь в камеру. Но и домой вы не поедете. Мы вас изолируем. Вас будут охранять на тот случай, если вы виновны. А на тот случай, если невиновны, это позволит нам ввести истинного убийцу в заблуждение, поддерживая мнение о том, что вы арестованы и с вами ведется работа.

– А если я не соглашусь?

– Очень жаль. Тогда у нас с вами будет два варианта. Вы выходите отсюда, и убийца совершает новое преступление. Или ударяется в бега, и тогда мы уже никогда его не поймаем. Вы этого хотите?

– А какой второй вариант?

– Я сообщу прокурору некоторые факты, которые подтверждают, что вы представляете опасность для общества, и тогда он даст санкцию на ваш арест даже за такую ерундовую кражу. Не хочу вводить вас в заблуждение, поэтому скажу еще кое-что. Если человек до суда находился на свободе, то суд при определении меры наказания может приговорить его с равной степенью вероятности и к реальной мере, и к условной. То есть может отправить вас в зону, а может и оставить дома на время испытательного срока. Но если вы до суда будете находиться под арестом, то реальная мера вам гарантирована. Это не пустые угрозы. Я вам объясню, в чем тут фокус. В срок наказания засчитывается срок пребывания под арестом. Поэтому если вас приговаривают к реальному лишению свободы с отбыванием наказания в колонии, то расчет идет – день за день. А если вас приговорят, например, к штрафу, то совершенно непонятно, как засчитывать время пребывания в камере. День за тысячу рублей? За десять тысяч? Или как? Для исправительных работ такая норма предусмотрена, там прямо в законе указано, за сколько дней исправработ считать один день пребывания в тюрьме. А про другие меры там ничего не сказано. Поэтому по так называемым «арестантским» делам приговоры обычно заранее предопределены, вопрос только в сроке. Вы уверены, что в колонии вам с вашими особенностями будет хорошо? Так что выбирайте.

– Вы загнали меня в угол, Константин Михайлович. Я знаю, что я невиновен, а вы вынуждаете меня…

Разговор шел трудно, то и дело пробуксовывая. Ольшанскому приходилось все время делать вид, что он сомневается, что не знает, виновен Черкасов или нет. На этом была построена вся беседа. Хотя Настя была теперь уже совершенно уверена, что Черкасов – не тот, кто им нужен. Да и Ольшанский, она это видела, склонялся к той же мысли. Но как же это получилось? Неужели совпадение? А если не совпадение, то что же? Что?

Черкасова увели обратно в камеру до двадцати ноль-ноль. Как только за ним закрылась дверь, следователь расстегнул пиджак и буквально сорвал его с себя. На рубашке под мышками и на спине расплылись огромные пятна пота.

– Черт, ну и работенку мы с тобой себе выбрали, Каменская. Час разговора – а как будто вагон угля разгрузил. За каждым словом следи, чтобы чего лишнего не сказать. Вдруг невиновен, а я его обижу, настрою против себя. Вдруг виновен, а я лишнее сболтну, карты приоткрою, игру вам испорчу. Да еще по ходу каждое его слово взвесить и оценить, правильно отреагировать, не упустить ни единого шанса добыть информацию для дела и одновременно склонить его к сотрудничеству. Нет, ты скажи, Каменская: я виртуоз? Или так, на грядке вырос?

– Вы – маэстро, – искренне сказала Настя. – Паганини вербовки. Бернстайн допроса.

– Обидеть хочешь, – покачал головой Ольшанский. – Слова незнакомые говоришь, унижаешь.

– Не хотите Бернстайна – можно Гершвина, – засмеялась она.

– Ну, ты нахалка, Каменская. Ты что же, полагаешь, что я не знаю, кто такой Леонард Бернстайн? Я, по-твоему, чучело безграмотное, урод необразованный? Такое у тебя обо мне мнение, да?

– Простите, Константин Михайлович, – смутилась Настя, – но вы же сами сказали, что слова незнакомые… Я не хотела вас обидеть.

– Да, сказал. И знаешь какое это слово? Вербовка. Вот этого слова я не знаю и знать не хочу. Это твоя работа, которую я за тебя как дурак только что выполнял, вон аж весь вспотел. А мое дело – закон. Протоколы, акты, постановления, заключения, представления и прочие официальные документы. А вы, голуби мои, дело запороли, а меня отдуваться посадили. Теперь я должен был изо всех сил делать вид, что у меня есть основания Черкасова подозревать, хотя ежу пьяному понятно, что он тут ни при чем. Когда знаешь, что человек врет, делать вид, что веришь ему, не так уж сложно. А вот попробуй-ка сделать вид, что не веришь человеку, когда знаешь точно, что он говорит правду. Попробуй при этом смотреть ему в глаза и доказывать, что у тебя есть основания сомневаться. Я посмотрю, сколько килограммов живого веса ты на этом потеряешь.

– Простите, – снова пробормотала она. – Константин Михайлович, давайте уже мириться, а то и без того тошно.

– А ты что, думаешь, я сержусь? – изумился Ольшанский. – Ты уже от меня отвыкла, Каменская, давно мы с тобой вместе не работали. Сколько? Месяца два?

– Почти три, – с облегчением улыбнулась Настя. – В конце января дело Параскевича закончили. Вы правда не обижаетесь?

– Да нет, что ты, Настасья? Ты уже забыла, что я все время придираюсь и брюзжу. Манера такая. Не зависай. Открой лучше окно, что-то и правда жарко тут у тебя.

Настя знала, что Ольшанский не преувеличивает. Его манеру разговаривать на грани откровенного хамства знала вся Московская городская прокуратура, все Управление уголовного розыска плюс сотрудники Экспертно-криминалистического центра и Федерального бюро судебных экспертиз. Многие не любили его за это, многие просто терпели из необходимости, а некоторые отдельно взятые личности просто-таки ненавидели. Были и такие, которые его любили, но они оказались в меньшинстве. Возглавляли список жена Ольшанского Нина и две их дочери, а в конце шли имена полковника Гордеева и майора Каменской. Эти двое уважали следователя за высочайший профессионализм, абсолютную независимость и неподкупность, безупречную юридическую грамотность и бесконечную доброту к друзьям и просто симпатичным ему людям. Для Насти это было не столь бесспорным, как для Гордеева. Если Виктор Алексеевич был знаком со следователем Ольшанским много лет и столько же лет ценил его и уважал, не замечая неприятных особенностей его характера, то Настя начала свое знакомство с Константином Михайловичем не так давно, года четыре назад, и с первого же момента столкнулась именно с хамством и резкостью, которые произвели на нее впечатление крайне неприятное и тягостное. Причем настолько сильным было это впечатление, что затмило даже знаменитый профессионализм следователя. И только чуть больше года назад их отношения нормализовались, Ольшанский объяснил Насте, что хамит всегда и всем, и просил ее не обращать внимания, дабы это не мешало им нормально работать, раскрывать преступления и успешно отлавливать всяких разных убийц, от бытовых до наемных.

Сразу после двадцати ноль-ноль из камеры вновь привели Черкасова, который заявил, что подумал и решил согласиться на добровольную изоляцию, но только при условии, что, когда все кончится, милиция публично его реабилитирует и никогда никому не скажет, что он – вор. Что ж, Михаил Ефимович своего не упускал.

Коротков и Селуянов повезли его на заранее подготовленную квартиру, охраняемую приспешниками одного мафиози среднего пошиба, который считал себя должником Селуянова и рад был оказать ответную услугу. А Настя убрала со стола бумаги в сейф, сняла удобные кожаные туфельки-тапочки без каблука, в которых сидела на работе, сунула ноги в кроссовки, надела куртку и поплелась домой. Она чувствовала себя такой вымотанной, словно за последние несколько дней переделала трехлетний объем работы. И что самое главное, вся эта работа оказалась никому не нужна. Потому что Черкасов – не он. Не убийца. Не маньяк.

И все надо начинать сначала.

В общем, Черкасова уговаривают спрятаться в никому неизвестной квартире, где он может чувствовать себя в безопасности, но откуда и скрыться ему не удастся.

А пока Настя занимается Черкасовым, она как-то и забыла о Соловьеве. Общаться с ним ей тяжело, поэтому она с удовольствием прекратила любые встречи. Даже на его звонки она перестала отвечать. А потом вдруг ей позвонили и сказали, что в его доме обнаружены два трупа - помощника Андрея и его любовницы Марины.

Тут внезапно начинается глава, где Вадим учит Оксану нравиться своему любовнику-директору, который ей, как выяснилось, изменяет.

▼Скрытый текст⬍

– Ясно, – вздохнул он. – Вы в постели устраиваете сафари. Он – охотник, ты – тигрица, которую он должен загнать в угол и усмирить.

– Я думала, это как раз то, что нужно мужчине – чувствовать себя победителем.

– Не всем, детка. Если бы наш друг Есипов был неудачником, твоя стратегия была бы правильной. Пусть у него в делах не получается, но зато в койке он – ого-го! При помощи секса он поддерживает свою самооценку. А у Есипова в делах и без того все отлично, он богатеет день ото дня, он сегодня возглавляет самое мощное издательство в Москве, так что ему в постели самоутверждаться не нужно.

– Так что же ему нужно, недомерку этому? – раздраженно спросила Оксана.

Ей была неприятна мысль о том, что все ее сексуальные старания в течение двух лет оказались ненужными и неправильными.

– Судя по тому, как ты описала эту женщину, ему нужна не любовница-соперница в игре, а любовница-мать. Ты Фрейда читала?

– Слышала, – поморщилась Оксана.

Ее всегда задевало, когда Вадим спрашивал ее о книгах, которых она не читала, или о вещах, которых она не знала. Образованностью и эрудицией Оксана похвастать не могла, и, когда выяснялось, что Вадим знает намного больше, она чувствовала себя уязвленной и даже слегка униженной.

– Но хотя бы про эдипов комплекс знаешь?

– Про это знаю, – с облегчением улыбнулась Оксана. – Но я думала, это бывает только у психически больных.

– Нет, детка, не только. Конечно, если человек болен, то он на почве эдипова комплекса может убить отца, чтобы не смел прикасаться к матери. А если человек здоров и нормален, он инстинктивно выбирает себе в партнерши женщину, которая либо напоминает ему мать, либо с которой он может вести себя как сынок с заботливой маменькой. С таким мужчиной нужна совсем особая тактика в постели, чтобы он был доволен. И тебе придется ее освоить.

– О господи, – тяжело вздохнула Оксана, – вот морока-то! Ну давай, учи. Только будет ли толк от этого…

– Не гарантирую. Но пробовать надо. Первое: ты не должна быть агрессивной. Второе: ты не должна считать само собой разумеющимся, что твой партнер сам прекрасно знает, что и как надо делать. Должно подразумеваться, что он робеет и при этом знает и умеет далеко не все, а твоя задача – мягко и ненавязчиво его научить. И тут же показать, что он быстро освоил науку и добился прекрасных результатов. Ему нужно признание своих способностей, поощрение, похвала, то есть то, что ребенок в детстве получает именно от матери. Третье: ты должна его жалеть и утешать. Обнимать, прижимать его голову к своей груди и баюкать. Четвертое: ты должна следить за речью. Никаких резких фраз и высказываний за гранью цензурного. Почаще употребляй слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами. Миленький, маленький, сладенький, солнышко и так далее. Уяснила?

– Я не смогу, – удрученно ответила Оксана. – Это не мой стиль. Я так никогда не делаю.

– Будешь делать, потому что так надо, – жестко произнес Вадим.

– Да ну, Вадик. – Она капризно надула губки. – Сопли какие-то получаются. Не койка, а колыбель, залитая сиропом.

– Ничего, потерпишь.

– А если не получится? Если я все сделаю, как ты говоришь, а ему совсем другое надо?

– А если, а если, – передразнил он насмешливо. – Не ошибается только тот, кто вообще ничего не делает. А кто ничего не делает, у того ничего и не получается. У нас есть цель? Есть. И мы с тобой должны работать для ее достижения. И рисковать, куда ж без этого?

Когда Вадим ушел, была уже глубокая ночь. Оксана забралась в постель, свернулась калачиком и попыталась представить себе, как будет по-новому заниматься любовью с Кириллом. Картина энтузиазма у нее не вызвала. Миленький, сладенький… Тьфу, пакость какая. Но Вадим прав, надо стараться, надо вырвать Кирилла у этой грудастой старухи. Потому что речь идет о больших деньгах, о таких, которые дадут ей свободу выбирать мужа не по кошельку, а по сердцу, сохранив приличный уровень жизни. Ради этого можно и в сиропе побарахтаться.

Хз, зачем это нужно в ходе сюжета, видимо, для небольшой клубнички

Настя предлагает Соловьеву свою помощь, пока ещё скрывая то, что она работает в милиции. Она выясняет, что Марина никогда не работала компьютерным мастером, фирмы, которая якобы её направила, никогда не существовало. У него в доме что-то пытались найти, но что именно неизвестно. Они разбирают бумаги Соловьева, и самое странное, что они находят, - это шпаргалка по криминологии. Находят они и ещё один важный документ, с помощью которого можно было бы понять, что издатели переиздавали книги, переведенные Соловьевым, незаконно.

Начинается расследование. На допросе директор издательства уверяет, что Соловьев никак не может быть убийцей и, вообще, стоит за него горой. Настя понимает, что издатели непременно хотят, чтобы с ними работал именно Соловьев. Но пока не знает почему.

Анализируя улики против Черкасова, Каменская понимает, что его хотели подставить - как минимум ему подбросили блокнот убитого парня. Его просят вспомнить, кому он так мог насолить, что ему мстили, но Черкасов понятия не имеет. Настя понимает, что должна быть ещё одна улика, которую они упустили.

Черкасова задержали по подозрению в убийствах только потому, что он совершил кражу. Если бы не кража видеокассет, его не нашли бы. Но ведь кража была случайностью, и если неизвестный доброжелатель у Черкасова существует, рассчитывать на то, что Михаил совершит кражу и на этом попадется, он не мог. Он должен был принять меры к тому, чтобы подозрение в убийствах мальчиков пало на Черкасова. И блокнота Валерия Лискина для этого было совершенно недостаточно. Более того, блокнот мог стать только одним звеном в цепочке, причем звеном последним, самым убедительным. В качестве первого звена он не годился.

Черкасова отвозят домой и просят обследовать квартиру и понять, не пропала ли у него какая-то вещь, по которой его можно однозначно идентифицировать. Вещь, действительно, находится - это небольшая подвеска.

А Настя внезапно разгадывает тайну Соловьева. Разгадывает просто безо всяких улик - вспомнив стихи японского поэта, метафоры из которых Соловьев использовал в своих книгах. Все оказывается довольно просто: живет в Японии один автор - фантазия у него очень хорошая, а словарный запас никакущий. Кто-то из издателей натолкнулся на его рукописи и понял, что это золотая жила, если их обработать. Вот такой обработкой и занимался "стилист" Соловьев. Кроме него, эту работу выполнить не мог никто, ведь он практически переписывал весь текст заново. Дальше там уже малоинтересно и всё сводится к тому, что на Соловьеве издатели огромные бабки делали, поскольку именно его тексты и переводили на другие языки.

Примерно в это время раскрывается и убийство в доме Соловьева. Этот тот самый Вадим, сотрудник налоговой полиции, который пытался прибрать к рукам издательство. Сдала его Оксана, которая была в него влюблена, а когда поняла, что Вадим никогда на ней не женится, сильно обиделась. Плюс её немало напугало то, что в издательство пришел уголовник, который угрожал девушку в качестве мести за убитую Марину. А Вадим сказал, что не знает, как ей помочь.

В общем, Вадим приехал к дому Соловьева, увидел открытую дверь, не удержался и вошел. Натолкнулся на Андрея и Марину и убил их.

Находят и подковку, которую подобрал один из мальчиков-шестиклассников, нашедших труп. Уже никто не сомневается, что Черкасова кто-то хочет подставить. Но Черкасов твердо уверен, что ненавидеть его не за что. Начинают шерстить прошлое Черкасова. Выясняется, что в студенческие годы он ухаживал за одной девушкой - Яниной. Потом Черкасов изменил ей с парнем, из института его выгнали "за гомосексуализм", а девушка на долгое время оказалась посмешищем всего вуза. Прошло время, девушка вышла замуж, у неё родились еще дети, обо всем произошедшем она постаралась забыть. А вот её муж так Черкасова и не простил.

Разумеется, он убивал мальчиков не только из-за ненависти к Черкасову. Он действовал в составе группы, которые устроили "бардак для гомосексуалистов".

Мальчишек с первого же дня сажали на иглу и держали их постоянно под кайфом, пока они не умирали. И давали ими попользоваться избранной элите за хорошие деньги

Ну и попутно трупы мальчиков использовались, чтобы подставить Черкасова. Жил муж Янины прямо напротив Соловьева, отсюда и связь с коттеджем "Мечта".

В итоге преступления расследуются, а еще одним человеком, пострадавшим от произошедшего, становится Соловьев. Издательство скоро будет закрыто, платить ему такие большие деньги никто не будет. Да и любимую работу он потерял. Руководители издательства, которым он так доверял, устроили его избиение, чтоб он не мог уехать за границу (случайно оставив улику в виде шпаргалки по криминологии в его дипломате). Да и с сыном Соловьева они поссорили, убедив, что это он с дружками избил отца.

В итоге Соловьев остается один - одинокий инвалид, без любимой работы, почти без денег, без друзей. Один из немногих персонажей, которых, действительно, жалко. В книгах Марининой он больше не появляется, так что что там с ним дальше, неизвестно. Честно говоря, сюжет книги очень напоминает мечту какой-то озлобленной девушки, которая когда-то была не взаимно влюблена и очень хочет, чтобы спустя много лет ее бывший, наконец-то, оценил её и влюбился заново. И вообще, чтобы все у него было плохо, а у нее нормально.

Настя признает, что она "разрушила его такую размеренную, налаженную и обеспеченную жизнь". Но в тоже время не хочет чувствовать себя виноватой, так что заканчивается книга так:

Ну и пусть, подумала Настя со внезапным ожесточением. На всех не угодишь. Она не золотой червонец, чтобы всем нравиться. У нее есть дело, и она его делает. Как умеет.

Анон · 2026-03-06 13:03:23

Спасибо за разбор, анон! Соловьёва жаль, да. Вообще тут второстепенные герои неплохие. Мне, кстати, и Черкасов показался интересным персонажем, хоть и не без изъянов, но видно, что писался без попыток очернить героя, только потому что он гей. Муж Янины тоже показался симпатичным персонажем, сама их пара тоже вызывала приятное впечатление. Обидно, что в итоге он оказался таким страшным преступником, который ради мести обидчику жены заставил страдать стольких людей. При этом идеальный отец, прекрасный семьянин, любящий муж. Думаешь, как одно с другим уживается?
У меня с этой книгой было забавное «недоразумение». На моём издании на обложке был голый мужской торс. В сочетании с названием «Стилист» я решила еще до чтения аннотации, что в книге точно будет затрагиваться тема ЛГБТ, точнее, конкретно геев, и я была уверена, что книга названа «Стилист» в честь персонажа, который работает стилистом, собственно, представился некто манерный стереотипный гей, вокруг которого разворачиваются кровавые события в мире шоу-бизнеса. Внезапно оказалось, что в книге действительно немного раскрывается тема ЛГБТ-персонажей, вот только «Стилист» оказался совсем другой, и слово в ином значении.

Анон · 2026-03-10 23:37:32

Анон пишет:

Мне, кстати, и Черкасов показался интересным персонажем, хоть и не без изъянов, но видно, что писался без попыток очернить героя, только потому что он гей

Мне тоже) И ещё мне понравилось, что он изображен таким обычным мужиком, вроде тех, которые часто живут по соседству. Нет, в персонаже каких-то стереотипных черт, типа жеманности или работы стилистом опять же, которые иногда незнающие люди приписывают геям. Обычный чел со своими достоинствами и недостатками - не белый и пушистый, но и не злодей.

Анон пишет:

В сочетании с названием «Стилист» я решила еще до чтения аннотации, что в книге точно будет затрагиваться тема ЛГБТ, точнее, конкретно геев, и я была уверена, что книга названа «Стилист» в честь персонажа, который работает стилистом, собственно, представился некто манерный стереотипный гей

Я примерно того же ожидал, думал, некий визажист будет главным героем

ТС

Анон · 2026-03-22 12:53:06

Иллюзия греха (1996)

Очередной роман с элементами псевдонаучной фантастики, к моей радости последний в серии: в остальных книгах о Каменской суровый реализм

Книга у меня вызвала неоднозначное впечатление: с одной стороны, очень хорошо передан дух 90-х с их нищетой, с другой, логика в некоторых местах притянута за уши.

В центре повествования - девушка с трудной судьбой Ирина Терехина. Несколько лет её мать выкинула из окна двух её младших сестер и братика, а затем выпрыгнула из окна. Все выжили, но остались инвалидами. А мать вообще не помнит, как и зачем она это сделала. Ирина сумела сбежать и спрятаться у соседей. После чего её отправили в приют, и покинув его после совершеннолетия, Ирина понимает, что осталась одна с четырьмя инвалидами на руках. В общем, вся жизнь её и свелась к тому, чтобы заработать денег на операцию её брату Павлику, а также на лекарства матери и фрукты младшим.

Образования, естественно, у неё никакого нет, поэтому она берётся за любую работу, лишь бы она приносила деньги, работая одновременно и дворником, и уборщицей в ресторане, и разносчицей чебуреков. Помимо этого, она сдает комнаты в своей квартире, где у неё проживают тихий сосед-бухгалтер, поссорившийся со своей женой, и время от времени сменяющие друг друга челноки из южных регионов РФ. Когда Ира только-только начала сдавать комнаты, она обратилась к Стасову, которого знала с детства. Он пытался отговорить её сдавать комнаты, объясняя, что это опасно, но не смог. Так что они договорились, что Стасов через свои знакомства в милиции будет пробивать всех новых жильцов Ирины, но сдавать комнаты она все-таки будет.

Несмотря на несколько работ, живет Ира очень бедно: питается то остатками еды в ресторане, то тем, что оставит кто-то из продавцов на рынке. Вместо масле покупает самый дешевый маргарин на бутерброды. О том, чтобы купить новую одежду и речи нет. В общем, все уходит на потребности детей или откладывается на лечение Павлика.

Плюс ко всему этому, у Иры с детства какое-то кожное заболевание, на лечение которого нет ни времени, ни сил. Из-за чего внешность у неё прямо-таки отталкивающая, о чем Ира прекрасно знает.

Не знаю, зачем было добавлено это кожное заболевание, превращающее персонажа в какую-то одноногую собачку. Видимо, чтобы был обоснуй того, что у Ирины нет никаких отношений.

Было и то, в чем Ире весьма повезло: не считая покрытого прыщами лица, здоровье у неё было достаточно крепкое. Несмотря на тяжелую работу и плохое питание, она совсем не уставала и могла обходиться несколькими часами сна в сутки. Обычный человек от такой жизни быстро бы загнулся, но Ира была таким вот не устающим солдатом.

Несмотря на тяжелую жизнь, Ирина - человек довольно добрый, но только по отношению к тем, кого она считает своими. По отношению к остальным Ира довольно груба и недоверчива.

В целом, атмосфера выживания в 90-х, да и в целом, жизнь простых и не богатых (если не сказать нищих) передана весьма тщательно и подробно. Я еще подумал: живи Ира сейчас, то у неё с её выносливостью намного больше возможностей заработать было бы, начиная от курьерства в Яндексе, заканчивая мытьем квартир через Авито, но в 90-х все было намного сложнее.

Несколько цитат про персонажа.

▼про жизнь простых людей⬍

Открыв дверь дворницкой кладовки, где хранились метлы, лопаты и скребки, она увидела, что ее метлы нет. Именно ее метлы, которую она любовно подбирала себе по росту и долго шлифовала черенок, придавая ему форму, удобную для ее маленьких рук.

- Вот суки, - злобно прошипела Ира. - Суки паршивые. Даже метлу сперли. Узнаю, кто это сделал, глаза выколю. Конечно, это были происки Таньки-паразитки. В этом Ира нисколько не сомневалась. Ну ничего, она с ней еще разберется. Горючими слезами Танька умоется. И хахаль ее вместе с ней. Хотят дармовую квартиру получить, нанялись дворниками, а сами не убирают ни черта. Приходят раз в три дня, полтора раза метлой махнут - и бегом домой. А участок так и стоит неубранный. Ира попросила, чтобы участок закрепили за ней и дали ей вторую ставку, она может и в четыре утра на работу выходить и успеет убраться на обоих участках. Все лучше, чем насильно посылать других дворников доделывать Танькину работу. Но если бы сделали так, как предлагала Ира, то Таньку - паразитку пришлось бы увольнять и с квартиры гнать. Все были с таким решением согласны, кроме, разумеется, самой Таньки. Ее хахаль подослал своих дружков - бугаев с наглыми мордами и резиновыми дубинками, и они быстро объяснили дворницкому начальству, что к чему и почему Таньку нельзя с квартиры гнать. Начальники Таньку оставили в покое, закрыв на все глаза, а Ире до ихних политесов дела нет, она каждый раз как встретит эту оторву, так обязательно ей в глаза говорит все, что думает о ней. Танька, тридцатилетняя деваха с испитой рожей, вся золотыми цепями обвешанная, тоже в долгу не остается. Воюют они, короче говоря. Вот метлу теперь сперла, сука...

▼отношение к мужчинам⬍

Дядя Владик. Конечно, в ее возрасте смешно называть кого-то дядей или тетей, пора уже переходить на имена-отчества, но Стасов всегда был для нее дядей Владиком. Когда он переехал в их дом, Ире и десяти лет не было еще. Дочка у него совершенно замечательная растет. А жена, тетя Рита, - сука. Мало того, что развелась с таким мужиком, так еще и водит к себе какого-то мерзкого типа. Для Иры Терехиной все женщины, не умеющие ценить хороших мужиков, были суками. И тетя Рита сука. И бывшая жена Георгия Сергеевича - тоже. Господи, достался бы ей такой непьющий приличный человек, как нынешний жилец, она бы ноги ему мыла и воду пила, каждый день Бога благодарила бы. А о таком, как дядя Владик, и мечтать нечего. Красавец, и служба достойная, и добрый, и тоже, между прочим, не употребляет. Ну если только чуть-чуть, по случаю. И чего этим бабам надо? Горя они настоящего не нюхали, нужды не знали, вот и кочевряжатся, принцесс из себя изображают, нос воротят. Ну уж такой-то, как Георгий Сергеевич, чем может быть плох? Денег мало зарабатывает? Так зато честные эти деньги, и ночами можно спать спокойно, тюрьмы и пули не бояться. А если тебе мало, пойди и сама заработай. Вставай в пять утра и иди улицу мести, а вечером полы мой и посуду в ресторане, как сама Ира. А то все хотят заморского принца с яхтой и замком в Шотландии. Чтобы пальчиком не пошевелить, а получить все и сразу. Суки. Одно слово - суки.

▼про характер⬍

Ее очень выручала законодательная неразбериха, пользуясь которой можно было работать в нескольких местах одновременно. В пять утра она вскакивала и бежала подметать тротуары или сгребать снег - в зависимости от сезона. В восемь мыла подъезд и лестницы в стоящей рядом шестнадцатиэтажке. В половине одиннадцатого мчалась на вещевой рынок разносить воду, горячую еду и сигареты торговцам. В пять, когда рынок закрывался, возвращалась домой, ходила в магазин, готовила еду, убирала квартиру, два раза в неделю ездила в больницу к младшим, раз в месяц - к матери Вечером, с десяти до двенадцати, мыла полы и выполняла прочую грязную работу в расположенном поблизости ресторанчике. Она не спрашивала себя, сколько это может продлиться. На сколько сил хватит. Просто жила так, потому что другого выхода не было. Врачи сказали, что Наташе и Олечке помочь уже нельзя, а маленькому Павлику - можно, только для этого нужны очень большие деньги, потому что надо делать несколько операций, а они дорогие. О том, можно ли помочь матери, она даже и не задумывалась. Она рано поняла, что задумываться вредно. Несколько лет назад услышала по телевизору, что известный молодой киноактер тяжело болен и для его лечения нужны деньги. С экрана телевизора обращались к гражданам и спонсорам: помогите, дайте кто сколько может, расчетный счет такой-то... А актер умер. Ира всего один раз подумала о том, что если уж у киноактера и его друзей денег на лечение не хватило, то куда ей одной, нечего и пытаться собрать средства на лечение Павлика. Но этого единственного раза оказалось достаточно, чтобы она сказала себе раз и навсегда: "Нечего задумываться. Надо дело делать и двигаться вперед Нельзя останавливаться, нельзя расхолаживаться, иначе никогда ничего не получится".

Ей было семнадцать, когда она вполне самостоятельно дошла до великой шекспировской фразы: "Так трусами нас делает раздумье, и так решимости природный цвет хиреет под налетом мысли бледной..."

Сейчас ей было двадцать. И она двигалась к своей цели, как автомат с бесконечным запасом прочности.

Параллельно как обычно идет еще одна сюжетная линия - Каменская расследует убийство Екатерины Бенедиктовны Анисковец. Убитой уже за 70 и поначалу у следствия возникает версия, что убийство было осуществлено с целью ограбления - погибшая всю жизнь жила посреди коллекции дорогих картин, собранных её отцом-академиком. Но постепенно выясняется, что все картины на месте, и причина убийства совсем в другом.

В целом, такая интересная сюжетная линия получилась, с уклоном в ретро. В дальнейшем у Марининой будет еще немало сюжетов о периоде СССР, но эта, кажется, первая.

Поскольку никаких зацепок нет, Настя пытается узнать хотя бы что-то о жизни убитой, и мы окунаемся в советские времена.

Анисковец была веселой и дружелюбной, у неё было много друзей - как устоявшийся круг ровесников, так и молодежь лет на 10, а то и 20 моложе. В основном, интеллигенция и богема: она любила театр и постоянно посещала спектакли. Кроме того, она часто предоставляла свою квартиру различным парам, которые стремились сохранить свои отношения в секрете. Ей доверяли, поскольку знали, что чужие тайны она умела хранить.

▼Анисковец⬍

Из этих опросов вырисовывался портрет семидесятичетырехлетней женщины, прожившей яркую жизнь. Нельзя сказать, чтобы жизнь эта была уж очень веселой. Жених девятнадцатилетней Кати ушел на войну в сорок первом и в сорок третьем погиб. Первый ее муж, врач-ортопед по фамилии Швайштейн, был арестован по делу врачей-вредителей и умер в камере, не выдержав зверского обращения вертухаев. Второй муж погиб в автокатастрофе. С третьим, как известно, ей пришлось развестись по причине страстной любви оного к юной прелестнице. Детей у Екатерины Бенедиктовны действительно не было, тут соседка-беженка не ошиблась. Что-то там заковыристое было со здоровьем по женской линии.

Иная женщина, трагически потерявшая жениха и двух мужей и неизвестно за какие грехи наказанная бездетностью, могла бы считать свою судьбу несчастной, а жизнь - неудавшейся. Но только не Екатерина Бенедиктовна. Более жизнерадостного, веселого и дружелюбного человека трудно было себе даже представить. В кругу ее общения постоянно на протяжении всей жизни находились писатели и поэты, художники и артисты, она бывала на всех театральных премьерах, вернисажах и поэтических вечерах, а в последние годы не пропускала ни одного мероприятия, которое устраивал Клуб ветеранов сцены. Хотя она никогда не была сценическим работником, многие старые актеры, режиссеры и театральные художники считали ее "своей", потому что именно ее когда-то приглашали на генеральные репетиции и именно она всегда сидела на премьерах в первом ряду, ободряюще улыбаясь и сжимая в руках огромные букеты цветов, которые щедро дарила им, когда опускался занавес. В промежутках между законными браками у Екатерины Бенедиктовны случилось несколько громких романов с людьми, чье имя было в то время на слуху. Заканчивались эти романы по-разному, в одних случаях бросали ее, в других - она сама уходила первой, в третьих - любовники расставались по обоюдному согласию под давлением обстоятельств, но ничто не могло стереть улыбку с ее лица и приглушить ее заливистый смех.

Настя общается с подругой Екатерины - Мартой Генриховной Шульц и та рассказывает о ней, что она была веселая и открытая, но при этом, легко хранила чужие секреты, болтушкой она не была. Так что некоторые тайны она унесла с собой в могилу. Во время беседы со свидетельницей вдруг случается та самая сыщицкая удача, которая помогает раскрыть преступление в дальнейшем. Шульц случайно сталкивается с Ириной, которая пришла в милицию со Стасовым, чтобы пробить очередного своего жильца.

Марта Генриховна задумчиво посмотрела вслед Стасову и его спутнице.
- Какая странная девушка, - сказала она, когда дверь за ними закрылась.
- Почему странная?
- Совершенно невоспитанная. И взгляд у нее какой-то дикий. Затравленный. Это у вас называется "трудный подросток", так, кажется?
Можно было бы просто молча кивнуть и не развивать тему. Но Настя была признательна Марте Генриховне за обстоятельный и довольно откровенный рассказ об убитой Анисковец, и ей хотелось сделать своей собеседнице что-нибудь приятное, тем более что беседовать с ней, видимо, придется еще не раз. А что может быть приятнее в этой ситуации, чем рассказ, слегка напоминающий сплетню, который Марта потом сможет пересказывать своим знакомым, ссылаясь на то, что "это ей прямо на Петровке рассказали под большим секретом". У пожилых людей главная радость - поговорить, а главная удача - новая пища для разговоров.
- Что вы, Марта Генриховна, Ира уже давно не подросток, ей двадцать лет. Просто она выглядит так, потому что жизнь у нее трудная. А насчет того, что она невоспитанная и дикая, вы отчасти правы, но вряд ли надо ее за это судить. Я вам расскажу, если хотите. Страшная трагедия.
Разумеется, Шульц хотела. И еще как!

Настя рассказывает трагическую историю Ирины, и Шульц внезапно заявляет, что, возможно, Анисковец знала маму Ирины.

Народная мудрость говорит, что терпеливых Бог любит. А еще говорят: тому, кто умеет ждать, достается все. Насте Каменской совсем не нужно было это ритуальное чаепитие с семидесятилетней чрезмерно разговорчивой свидетельницей. У нее была масса текущей работы, ей нужно было сделать несколько срочных телефонных звонков, но она считала необходимым проявить терпение, чтобы сохранить у Марты Шульц хорошее впечатление о работниках уголовного розыска. И была за это вознаграждена сторицей. Потому что Марта Генриховна, о чем-то поразмышляв, внезапно произнесла:
- А вы знаете, мне кажется. Катя знала маму этой девочки.
- Почему вы так решили?
- Я теперь вспомнила, об этом ужасном случае действительно было написано почти во всех газетах, да и по телевизору рассказывали. Катя газеты не выписывала и не читала их, но, как-то придя ко мне в гости, увидела случайно заметку и сказала: "Несчастная. Я знала, что добром это не кончится".
- Что еще она сказала? - спросила Настя, чувствуя, как вмиг пересохли губы.
- Больше ничего. Вероятно, это была одна из тех альковных тайн, которые было невозможно вытянуть из Кати. Проводив Марту Генриховну вниз, Настя стала подниматься к себе на пятый этаж. Неисповедимы пути твои, сыщицкая удача! А если бы Стасов не зашел к ней? А если бы ушел сразу же и не встретился с Мартой Шульц? А если бы Ира Терехина оказалась нормальной воспитанной девушкой и Марте не пришло бы в голову ее обсуждать? Удача балансировала на тонком шесте, каждую секунду грозя свалиться в пропасть и разбиться, но все-таки удержала равновесие и благополучно добралась до места назначения

.

Непонятно, с чего Настя решила, что разговор, состоявшийся несколько лет назад, имеет отношение к убийству Анисковец в настоящем времени, но больше никаких зацепок в деле не было, поэтому Каменская начинает копать в эту сторону. Прежде всего, она пытается найти в среде Анисковец какого-то её знакомого, с кем она бы делилась альковными тайнами, дескать, "потребность поделиться секретом - вещь совершенно естественная независимо от того, чей это секрет, твой собственный или чужой". То есть она либо вела дневник, либо все-таки с кем-то делилась, но поскольку никакого дневника найдено не было, то...

Настя опрашивает Ирину Терехину, а также медработников больниц, где находятся ее сиблинги и мама. В общем, выясняется следующее: около семьи Терехиных, действительно, время от времени возникает некий мужчина, врач, который, судя по всему не является их родственником, но уже длительное время интересуется их судьбой. Мужчину со схожей внешностью недавно видели и у Анисковец. Также Настя выходит на давнего знакомого Анисковец - Семена Федоровича Родченко. Через архив КГБ Коротков и Настя выясняют новую историю, уходящую корнями еще в сталинские времена.

Мужа-ортопеда засадили в результате доносов от не менее чем 10 человек, входящих в близкий круг Анисковец. Донос Родченко был самым ярким и потому стал заключающим. Екатерина Бенедиктовна не знала о том, что доносы на её мужа были написаны всеми её друзьями, она знала лишь о доносе Родченко, поэтому она при всех оскорбила его и отказала ему от дома. Тем не менее прервать свои отношения они так и не смогли, поэтому так и встречались втайне ото всех. За всю жизнь Родченко так и не рассказал Екатерине о том, что её друзья также писали доносы.

Конечно, когда она меня принародно оскорбила и запретила переступать порог ее дома, порыв сделать это был очень сильным. Но он быстро прошел. Я подумал: а чего я этим добьюсь? Я уже потерял Катю, я больше ее не увижу, и оттого, что она выгонит из своего дома еще кого-то, мне легче не станет. Потом, спустя несколько месяцев, она вернулась ко мне, и я был так счастлив, что вообще забыл о том, чтобы с кем-то сводить счеты. Тем более что передо мной эти люди, в сущности, не были виноваты, они были виноваты только перед Катериной. За что бы я мог им мстить? Только за то, что им повезло больше и про них Катя не узнала? Так это не их вина и не их заслуга. Все вышло случайно. На моем месте мог оказаться кто угодно, любой из них. А через несколько лет наступил следующий этап, когда я уже ни за что не рискнул бы открывать Кате глаза на ее окружение, даже если бы у меня такое желание появилось. Мы старели, кто-то умирал, кто-то тяжко болел и уже не вставал, кто-то уезжал в другие города, поближе к детям, которые могли бы за ними ухаживать. Нас, стариков, знавших друг друга лет сорок-пятьдесят, оставалось все меньше. Вам, наверное, рассказывали, что Катерина всегда была душой компании, любила общество, вокруг нее постоянно вращалось большое число людей. Но вы задумывались, кто были эти люди? Среди них старых друзей и знакомых было не так уж много. И одним махом лишить Катю всех этих людей, рассорить ее с ними? Вынудить ее отвернуться от Марты, от Ивана? Она осталась бы совсем одна. Вся прочая молодежь не заменила бы ей этих людей.

Рассказывает Родченко и о враче, встречавшимся с матерью Ирины Терехиной. Появляется еще одна свидетельница, которая могла бы его знать - Елена Романовская, певица времен 70-х, Тихий ангел песни. "Знали бы они, какой это был ангел! Из койки в койку прыгала не переставая. Прошу прощения за грубость, но блядища она была первостатейная. Из абортов и венерических заболеваний не вылезала. Но муж! Муж у нее был в аппарате ЦК", - рассказывает Родченко :lol:

В общем, из-за очередного подцепленного заболевания Тихий ангел песни знакомится с неким молодым врачом, которому потом и предоставляет квартиру для встреч Анисковец.

Каменская и Коротков пытаются отыскать этого врача и внезапно сталкиваются с чередой убийств людей, которые могли бы его видеть. Убивают Романовскую, убивают медсестру из больницы, где лежат дети Терехины, и сестру Марфу из больницы, где находится их мать. Каменская начинает подозревать, что врач активно заметает следы, так как не хочет, чтобы его нашли.

Тем временем этот врач, который действительно, существует, живет себе и в ус не дует. Это известный и опытный радиолог, который придумал способ использовать излучение таким образом, чтобы совершенствовать еще не рожденных детей, воздействуя на беременную женщину. В общем-то, на этом фантастическом элементе весь сюжет и строится.

Экспериментирует доктор над детьми исключительно своими, а женщин, согласившихся стать матерями его детей, было в его жизни около десяти. Естественно, о своих опытах он им не говорит, да и вообще, врет о себе, что он женат. На данный момент он экспериментирует над двумя женщинами - экстравагантной Верой и скромной Зоей.

Получающиеся в результате дети обладают различными сверхспособностями. Ну и становится ясно, что Ира и её сиблинги - как раз дети этого доктора, с которым их мать встречалась несколько лет. Поэтому Ира может спать по 2-3 часа в сутки, её сестра Наташа - обладает способностями к техническим наукам, а у Оли феноменальная память на любые данные.

Разумеется, всем этим не могли не заинтересовать - кто? Правильно, происламские террористы!

В общем, начиная с террористов в книге заканчивается реализм и начинается какой-то сюр.

Как террористы вышли на доктора - всё это в книге объясняется. Суть их идеи в том, что они хотят украсть методику доктора, а затем наделать себе множество солдат с различными навыками :facepalm: Вернее, они даже не сами хотят наделать, а продать методику более богатым террористам. Обитают все эти террористы непосредственно у Иры на квартире.

К ней мы пока и вернемся.

На сцену выходит новый персонаж - фсбшник Олег, по совместительству муж Веры, который пытается выйти на их след. Для этого он знакомится с Ирой и начинает за ней ухаживать. Олег - неплохой парень и хотя встречается он с Ирой исключительно ради того, чтобы поближе подойти к происламской группировке, ему по-настоящему жалко нищую девушку, напоминающему ему мать.

Поздно ночью Олег приходит в квартиру к Ире, она старается обставить все так, чтоб о его посещении никто не знал:

Перед уходом Олег спросил:
- Я не понимаю, почему ты прячешься. Кому ты чего должна?
- Ничего и никому. Оберегаюсь. Люди - стадные животные. Если можно одному - значит, можно всем. А если никому нельзя - так никому. И в голову не придет попробовать. Мои жильцы кого только не водят сюда. Один Шамиль чего стоил, слава Богу, съехал. У него каждый день гости были. Если б он знал, что ко мне мужчины ходят, - все, конец. Не отбилась бы.

Такие вот суровые принципы выживания...

Олега скоро убивают, Ира узнает, что он ходил к ней только ради её квартирантов. Ещё один удар, но Ира встречает его стойко.

Кстати, упоминаются в романе и Зюганов с Ельциным:

- Девушка, ну что вам, трудно ответить? У меня задание опросить сто человек в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет, а вы как раз подходите. За кого вы будете голосовать на выборах?
- Отвяжись, я сказала.
- Ну за кого? - заныл паренек. - За Ельцина или за Зюганова?
- А их что, двое всего? - насмешливо спросила Ира. Она политикой не интересовалась, но была убеждена, что приход к власти коммунистов перекроет ей все возможности зарабатывать деньги. Поэтому к информации о предвыборной борьбе она прислушивалась и знала, что кандидатов не двое, а целых одиннадцать.

Я почему на этот отрывок внимание обратил: через пару книг в романе вновь зазвучит голос молодежи со своим мнением о коммунистах. Дескать, они кэээк придут к власти, как устроят СССР 2.0, запретив всем работать и заниматься бизнесом. Как пишут в Вики: "Чтобы избавиться от главного противника — Зюганова, штаб Ельцина развязал информационную войну против последнего: в прессе начали публиковать гипотетические негативные последствия победы Зюганова на выборах, масштабы которых нередко раздувались". Агитация? А может, просто желание лучше передать атмосферу того времени :dontknow:

Впрочем, ладно. Сюжет мчится на всех порах. Олега убивают, вместо него к Ире приходит знакомиться новый фсбшник - майор Александр Ташков. Ташков - это какой идеальный светлый человечек, всю жизнь любит Зою (а она об этом не знает), а также является обладателем огромного богатства, которое досталось ему в наследство и к которому он ни разу не прикоснулся.

Наконец-то, становится ясно, что тихий и скромный бухгалтер, проживающий в квартире Иры и есть её отец и тот самый доктор. Узнав, сколько вокруг него померло народу, он слегка удивляется.

Становится, ясно, почему мать Иры выкинула всех детей из окна. Она, дескать, решила, что существование таких детей - это грех :facepalm: Почему это произошло только после рождения четырех детей и что она себе надумала, неизвестно.

И самое главное - террористы похищают Наташу. Ту самую сестру Иры, которая находится в больнице и здорово знает математику. вывозят её внезапно в Карпаты на запад Украины. В некий выкупленный санаторий. Как террористы вывезли девочку на инвалидной коляске на такое далекое расстояние, ни будучи никем замечены, неясно.

Но самое главное не это. Ире вешают лапшу, что дескать, ею заинтересовался некий бизнесмен, и она будет работать у него программистом. Она, будучи наивной девочкой, почти всю жизнь находившейся в больнице, некоторое время верит этому. Параллельно с ней начинает заниматься техническими науками студент Мирон, который, кстати, к самим террористам отношения не имеет - его принуждает отец. И тут сразу появляются вопросы. 1. Почему какой-то левый студент, который об их деятельности и не знает ничего? У международных террористов больше нет никого, кто бы знал математику? 2. Вот они хотят предъявить потенциальному заказчику Наташу. Дескать, если нужно создадим еще больше таких Наташ. Но Наташа - это всего лишь девочка, которая легко вкатывается в математику. Чем можно доказать то, что ее способности - результат радиологии? Как, вообще, можно повторить результат по созданию "Наташ", если об этом неизвестно ничего? Логичнее тогда уж спиздить доктора, не? Понять, как была создана Наташа, пытается некий "иранский врач". Ну да, не группа специалистов-исследователей хотя в лаборатории, а отдельный врач в заброшенном санатории.

В любом случае выясняется, что скоро санаторий понадобится для группы раненых влиятельных чеченских руководителей. Так что, террористы решают, что хуй с ней, с операцией по продаже "Наташ", надо всех поубивать скорее и готовиться к их приему.

Наташа и Мирон как могут пытаются дать понять, где они находятся. Мирон объясняет главному террористу Василию, что Наташа очень переживает из-за того, что ей могут дать какое-то обезболивающее, которое вызовет у нее сильную аллергию, которая приведет к смерти. Такая проблема, действительно, есть, и Наташа весь период, пока находится в Карпатах боится принимать обезболивающее и страдает от боли. Но на этом внимание вообще не акцентируется :smoke:

Террористы воруют из больницы мед.карту. Каменская и Ко узнают об этом уже поздно - карта спизжена, отследить террориста невозможно.

Дальше начинается еще веселее. Наташа и Мирон понимают, что нужно каким-то образом убедить террористов привести из Москвы некую вещь, благодаря чему их можно будет отследить.

Наташа пишет телеграмму с Днем рождения Павлику, где несколько раз называет его золотым человечком. Каменская изучает текст и спустя некоторое время понимает: имеется в виду Гольдман! Именно этот учебник она обещала принести Наташе в больницу. Но нет, Наташа не попросит привести в Карпаты учебник Гольдмана - Гольдманов-то до хуя!

Каменская берет учебник Гольдмана и выписывает оттуда все указанные там монографии, учебники и пособия. Её надо найти там самую редкую книгу.

- Тогда надо выбирать старые издания, - посоветовал Леша. - Книги по математике обычно не переиздаются, особенно те, которые написаны в сороковых-пятидесятых годах. Но и таких книг в "Задачах и теоремах из анализа" оказалось немало. Какую из них имела в виду Наташа Терехина? Вероятно, она точно знает, что одна из этих книг действительно очень редкая, но какая именно? И потом, откуда она может это знать? Она же в больнице лежала, а не в библиотеках работала. Значит, это должна быть книга, о распространенности которой можно судить по одним только выходным данным.
Настя разложила перед собой карточки и стала внимательно изучать их. Автор... Название... Издательство... Год издания... Нет, ничего, ни малейшего намека. А это что такое?
- Леш, что такое ВЦП?
- Всесоюзный центр переводов. Была такая организация в советское время.
- Разве они что-нибудь издавали?
- Нет, они переводили. В основном по заказам учреждений и организаций.
- И куда потом эти переводы девались?
- Уходили к заказчику. Но в одном ты права, в центре переводов материалы оформляли по типу изданий. Печатали на машинке, поскольку компьютеров тогда еще у них не было, делали несколько ксерокопий, листы сшивали и закатывали в специальную фирменную обложку. Погоди, я тебе сейчас покажу, у меня, кажется, есть где-то такой перевод.
Алексей ушел в комнату и через несколько минут вернулся с переводом.
- Вот так они выглядели.
Настя пролистала материал и заглянула на последнюю страницу. Да, так и есть, Лешка не ошибся, на последней странице внизу отпечатаны выходные данные - дата, номер заказа, тираж. И тираж-то крошечный, пять экземпляров всего. Пожалуй, название работы, рядом с которым стоят буквы ВЦП, это как раз то, что надо. А во всей книге Гольдмана есть только одна работа, помеченная заветными буквами. Дюруа, "Логические основы современного анализа"

Откуда Наташа могла знать, что такое ВЦП? :wall: Хотя если в учебники Гольдмана был указан список литературы с указанием тиража она вполне могла обратить внимание на то, что у какой-то книги тираж совсем маленький. Но опять же к школьным учебникам списки монографий обычно не прикладываются...

Ладно... Едет, значит, террорист за учебником "Логические основы современного анализа". Настя сторожит их в библиотеке. А террорист оказался не так прост: он не пришел за учебником в библиотеку, а подговорил выкрасть его библиотекаршу... Но его все равно выследили.

Фсбшники отправляются в карпатский санаторий. Подобраться к нему не так просто: можно штурмовать, но тогда погибнут люди. И Ташков решает выкупить его. Купили-то его все равно за взятку! Но это ладно. Владелец санатория требует времени на то, чтобы собраться и съехать. Приезжают протестующие:

"Кацапы, долой с украинской земли!" "Украинские земли - украинцам!"
- Мы останемся до тех пор, пока вы не уберетесь отсюда!
- Вам верить нельзя!
- Убирайся из усадьбы, она принадлежит детям!
- Кацап толстобрюхий, на украинском хлебе отожрался!
- Мотай отсюда, пока цел! Нам работать негде из-за таких, как ты!

В общем, обманом террористов удается выманить прямо в руки фсбшникам. Они думают, что подкупили "толстого мента", и он их вывезет потихоньку. А он их вывез прямо в руки ФСБ :chearleader:

Заканчивается все благополучно, разве только Вера убивает доктора. Это одна из редких книг в серии, где концовка позитивная, даже трогательная:

Раз в неделю к ней приходили Зоя с Ташковым, с тем Ташковым, который отдал все свои деньги, чтобы спасти Наташу. Ира не знала, куда их усадить и чем угостить, ей казалось, что она не расплатится с этим серьезным человеком до конца своих дней. Она так радовалась, что Зоя все-таки решилась рожать! У нее будет хоть и не родной, но братик или сестричка, с которым можно будет ходить гулять, играть в прятки или пятнашки, которого можно будет забирать из садика. И может быть, ей, Ире, даже доверят когда-нибудь отвести его в первый раз в школу. Павлика она, наверное, в школу уже не поведет. У нее будет семья, состоящая не только из одних инвалидов. В этой семье будет Мирон, будет Зоя и ее ребенок и даже, кажется, будет Ташков. У нее все будет хорошо, надо только очень много работать и очень сильно верить.
И Ира верила

В общем, неплохая книга получилась, запоминающаяся и с необычным сюжетом, но вот террористы какие-то нелогичные совсем

Анон · 2026-03-22 14:18:00

А в какой-то из более поздних книг Ира и ее семья тоже упоминаются, только не помню, в какой. И вроде там у них все хорошо.

Анон · 2026-03-22 17:54:52

Анон пишет:

А в какой-то из более поздних книг Ира и ее семья тоже упоминаются, только не помню, в какой. И вроде там у них все хорошо.

Да, в "Седьмой жертве".

ТС

Анон · 2026-03-23 12:15:51

Анон пишет:

Иллюзия греха (1996)
Очередной роман с элементами псевдонаучной фантастики, к моей радости последний в серии: в остальных книгах о Каменской суровый реализм

:great: :heart: Эта книга у меня тоже вызвала двоякие чувства: вроде и хочется после каждого вотэтоповорота хвататься за голову и кричать "не верю!", но с другой так захватывает!
Показалось, что самой Каменской в книге не очень много, но в этот раз я не в претензии, потому что второстепенные герои в основном хороши. Особенно Ира понравилась. Мне кажется, кожное заболевание и ершистый характер как-то уравновешивают одноногособачность, из-за чего героиня кажется живой и настоящей, а не ходячей иконой, как часто у авторов бывает соблазн делать с такими героями.

Анон · 2026-03-29 20:47:47

Анон пишет:

Эта книга у меня тоже вызвала двоякие чувства: вроде и хочется после каждого вотэтоповорота хвататься за голову и кричать "не верю!", но с другой так захватывает!

Ну вот я первый раз, когда читал, было прям интересно, но когда террорист отправился за книгой в библиотеку, я как-то сразу заметил, что сюжет все бредовее и бредовее. Хотя роман в любом случае запоминающийся: я некоторые прочитал и постепенно забыл, а вот выживание Иры и её умение прям хорошо запомнилось.

Анон пишет:

Показалось, что самой Каменской в книге не очень много, но в этот раз я не в претензии, потому что второстепенные герои в основном хороши.

Мне кажется, так даже лучше: в каких-то книгах акцент на Каменской, её чувствах и развитие как персонажа, в каких-то - на других героях. А то было бы слишком скучно и однотипно как-то.

Анон пишет:

Особенно Ира понравилась.

Ира - классная и запоминающаяся, да Особенно характер запоминается.

Анон пишет:

Мне кажется, кожное заболевание и ершистый характер как-то уравновешивают одноногособачность, из-за чего героиня кажется живой и настоящей, а не ходячей иконой, как часто у авторов бывает соблазн делать с такими героями.

Ну вообще, да, ты прав :blabla: Из-за её перка могла бы получиться, хоть и небогатая, но популярная спортсменка и красавица.

ТС

Анон · 2026-04-04 17:22:00

Светлый лик смерти (1996)

Вот эта книга цепанула меня, начиная с неё подряд несколько интересных идут. Название, правда, смешное. Про Каменскую тут тоже мало, в основном, акцент не на сыщиках, а на других персонажах. Каких-то особо выдающихся злодеев наподобие маньяков, террористов и некрофилов тут нет, зато полно бытовых мудаков, которых можно легко встретить и в жизни. Среди мужских персонажей тут нет ни одного положительного персонажа, так что получилось даже немного мизандрично. А вот пострадавшими оказываются исключительно женщины. И тут уже мизогинно вышло :dontknow: В общем, такая едкая и даже злая книга получилась, затрагивающая отношения между М и Ж.

Начинается сюжет с приезда девушки Любы Сергиенко в аэропорт. У неё нет денег, она не может добраться до дома, поэтому просит возможности позвонить в отделении милиции. Её женатый любовник Стрельников не отвечает, так что Люба начинает обзванивать всех подряд и дозванивается до их общей знакомой Ларисы Томчак.

Лариса забирает Любу и выясняется следующее. У Стрельникова медовый месяц. Причем, с подругой Любы Милой :smoke:

Люба в шоке, а Лариса просто удивлена и пытается узнать, что произошло с Любой и почему она оказалась в аэропорту без денег:

Любаша, хоть ты мне объясни, что у вас там произошло. Почему вы уехали вместе, а вернулись порознь? Почему ты там застряла? Мы, честно признаться, решили, что у тебя сделался роман с каким-нибудь богатым турком, ты осталась в Турции, а Мила рассказала об этом Стрельникову. Тогда все более или менее понятно. Это так?

Далее следует рассказ Любы о том, как они с Милой работали в Турции. Рассказ очень интересный и атмосферный и, наверное, на тот момент жизненный. Я помню, в то время часто публиковались статьи в газетах, где рассказывалось, как россияне ехали подработать в другую страну и, не зная законов того государства, оказывались в настоящем рабстве.

В общем-то, с Любой и Милой получилось тоже самое. Некие строители заманили их в Турцию под предлогом трудоустройства:

– Денег с собой не берите, – предупреждали строители, – они вам не понадобятся. Только на первые два-три дня, пока мы будем решать организационные вопросы. Потом приступите к работе и сразу получите аванс. Оклад отель-менеджера – около двух тысяч долларов, так что если вы проработаете сезон, то вам на все хватит. И покушать, и золотом обвешаться, и в кожу и меха закутаться, еще и домой привезете.

В общем, девушки верят, приезжают в Турцию без денег и ждут, когда им найдут работу. Спустя некоторое время выясняется, что предложить им могут лишь работу массажистками в отеле. Хозяин сразу предлагает им оказываться интимные услуги клиентам, но на отказ реагирует абсолютно спокойно. Начинается адская работа: по сути девушки ничего не видят, кроме того, что постоянно делают массажи за копейки. Люба держит лицо перед русскими и говорит им, что хоть платят и мало, "зато мы весь сезон на курорте". Через месяц хозяин отказывается платить, дескать, нечем, и предлагает поработать еще месяц. Рабочая виза закончилась, девушки абсолютно бесправны, так что они соглашаются.

Заканчивается все тем, что деньги хозяин платит только Миле, которая спала и с ним, и с клиентами, пока Люба занималась только массажами. Мила считает, что она в своем праве, высказывает подруге, что они могли бы неплохо заработать, если бы работали группой и согласились ложиться под стариков и лесбиянок, и оставляет Любу одну. Любе остается только пытаться заработать деньги на унизительных и низкооплачиваемых работах, в результате чего она устает и физически, и морально. Ей предлагают переспать за деньги, но Любе противно ложиться под некрасивых старых мужчин.

▼Длинный, но интересный отрывок про Турцию, если кому хочется подробнее⬍

… Первые пять дней прошли в восторженном угаре. Курортные районы Турции действительно райские места, а уж в апреле, когда еще нет изнуряющей жары, – особенно. Девушки с наслаждением разглядывали выставленные в витринах золотые изделия, приценивались, и в свете будущей зарплаты в две тысячи долларов колье, браслеты и серьги казались им до смешного недорогими. Они заходили в каждый магазин, где продавались кожа и меха, мерили пальто, шубы, куртки и выбирали модели, которые непременно купят, как только заработают деньги. Отбоя от предложений выпить чашечку кофе бесплатно не было, хозяева магазинов, ресторанов и баров им улыбались и зазывали к себе, и жизнь казалась радужной и прекрасной. Пригласившие их фирмачи каждый вечер рассказывали о том, где и с кем они говорили насчет работы для девушек и кто и что им обещал. Однако прошло пять дней, потом десять, а с работой ничего не получалось. Денег не осталось совсем, хотя тратили они их очень осторожно, только на еду и то весьма скромно, даже лишний раз кофе выпить не решались. На одиннадцатый день строители объявили им, что ничего не получается. Единственная работа, которую они сумели для них найти, – массажистками в отеле. Выбора не было, купить билет до Москвы им было не на что, и девушки согласились. Обе они в свое время закончили курсы массажистов. Собственно, на этих курсах они и познакомились, подружились, а уж потом вместе решили учиться в гостиничном колледже.

Строители отвезли их куда-то между Сиде и Манавгатом. Через два дня хозяин отеля, свободно говоривший по-английски и по-немецки, пригласил их поужинать и высказал свое предложение по-деловому просто и без обиняков. Однако и не обиделся, услышав в ответ мягкое вежливое «нет». Любе казалось, что вопрос тем самым был исчерпан раз и навсегда. До середины мая девушки вкалывали как проклятые, массируя спины, животы, бока, ноги, покрытые бронзовым загаром и пахнущие соленой средиземноморской водой. Апрельские гости отеля были в основном из Германии и Норвегии, к середине мая стали появляться русские. Соотечественники охотно вступали в разговоры с хорошенькими массажистками, спрашивали о порядках в отеле, интересовались, много ли девушки здесь зарабатывают. Услышав ответ, презрительно фыркали. Стоило ли уезжать за границу, чтобы ломаться за такие гроши.

– Зато мы весь сезон на курорте, – весело отвечала Люба. – И бесплатно. А вы – только две недели.

Разумеется, ей не было весело, и работу свою она вовсе не считала пребыванием на курорте. Рабочий день – с девяти утра до девяти вечера и без выходных. Четырехзвездный отель должен обеспечивать своим гостям услуги в любое время. Но не рассказывать же этим довольным жизнью отдыхающим о своих бедах. Люба терпеть не могла, когда ее жалели и считали несчастной или неудачницей.

По прошествии месяца подошло время получать первую зарплату – обещанные владельцем отеля сто пятьдесят долларов. И тут Любу настиг очередной удар. Хозяин заявил, что дела у отеля идут плохо, гостей намного меньше, чем ожидалось, и платить массажисткам ему нечем. Пусть отработают еще месяц, потом, если дела пойдут хорошо, он заплатит за весь период работы.

Девушки устроили скандал, кричали, плакали, умоляли. Владелец велел им прийти на следующий день после обеда, он подумает, что можно сделать.

– Он нас дурит, – зло говорила Люба. – Даже если мы останемся еще на месяц, нет гарантий, что он нам заплатит. Он так и будет кормить нас «завтраками».

Мила угрюмо молчала. Они оказались в абсолютно бесправном положении. Туристическая виза, которую они получили за десять долларов, прилетев в Анталью, действительна всего месяц, и месяц этот истек две недели назад. Теперь, чтобы иметь право хоть на что-нибудь, нужно получать новую визу, которая стоит уже намного дороже. Они не могут обратиться в полицию, чтобы выколотить деньги из хозяина, потому что у них нет права работать в Турции. Они не могут вообще ничего.

На следующее утро они снова вышли на работу. Люба решила, что это правильно: не нужно злить хозяина. Если прогулять, он, может быть, и заплатит обещанные деньги, но на второй месяц их не оставит. До обеда Люба успела обслужить пять человек, закрыла массажный кабинет и постучала в соседнюю дверь, за которой работала Мила. Пора было идти к хозяину. Дверь оказалась запертой. Люба несколько раз подергала за ручку и на всякий случай громко позвала подругу. Она знала ее характер и потому была уверена, что Мила занимается не только оздоровительным массажем. Но по царящей за дверью тишине стало понятно, что Милы там нет.

Люба поднялась в офис к хозяину. Сидевшая в приемной секретарша бросила на нее сочувственный и какой-то сальный взгляд, от которого Любе стало не по себе.

– Шефа нет, – сообщила она, и Любе показалось, что она с трудом сдерживает гадкую ухмылку.

– А когда будет?

– Завтра.

– Но он назначил нам прийти сегодня. Он должен заплатить нам за работу.

– Он уже заплатил, – сообщила секретарша и все-таки ухмыльнулась.

Люба опрометью бросилась в ближайшую деревню, где они с Милой снимали комнату. Ворвавшись в дом, она сразу увидела подругу, складывающую в сумку свои вещи.

– Заплатил? – запыхавшись, радостно спросила Люба.

Мила подняла на нее холодные голубые глаза, не прекращая своего занятия.

– Мне – да.

– Что значит «тебе – да»? – не поняла Люба. – А мне?

– А тебе – нет.

– Как это? Почему?

– Потому что нечего строить из себя целку-невредимку. Ты что, маленькая? Не понимаешь, как здесь деньги зарабатываются?

Люба в изнеможении присела на стул. Только сейчас она почувствовала, как от бега по полуденной жаре колотится сердце.

– Ты ему дала?

– Милая моя, не «дала», а «давала», весь этот месяц, каждый божий день. За это он мне и заплатил. Если бы ты была поумнее, он бы и тебе заплатил. А так – сиди, соси палец.

– Но ведь я работала! – в отчаянии воскликнула Люба. – Я же вкалывала как вол! Думаешь, я не видела ничего? Я в день делала по пятнадцать-двадцать массажей, а ты – максимум пять-шесть, я считала. У нас нагрузка считается общая, но я же работала в три раза больше тебя, потому что ты еще и с клиентами трахалась. Я знаю, мне через стенку все слышно. К тебе в кабинет только мужики ходили, знали, за чем идти.

Мила рывком застегнула «молнию» на сумке и вскинула ремень на плечо.

– Да, я трахалась с клиентами. И с хозяином тоже. И заработала деньги. А ты – нет. Потому что каждый зарабатывает как умеет. В первый же вечер, когда хозяин сделал нам предложение, все могло бы решиться. Если бы ты не была такой дурой и недотрогой, мы бы как сыр в масле катались. Мы обе должны были согласиться, за групповуху он отвалил бы куда больше денег. А если бы мы согласились ложиться под лесбиянок из числа отдыхающих или под дряхлых стариков, мы бы уехали отсюда в бриллиантах с ног до головы. Но только обе, понимаешь? Вместе. Проститутка-одиночка сейчас никакой ценности не имеет, их вон пруд пруди, в том числе и из наших, русских. Сейчас ценится только хорошая группа. А ты со своими идиотскими принципами и сама денег не заработала, и мне не дала. Все, привет.

Она решительно двинулась к двери.

– Куда ты? – беспомощно спросила Люба.

– Куда надо. С такой, как ты, все равно каши не сваришь. Буду сама выбираться из этого болота.

Дверь за ней закрылась. Минут через пять Люба спохватилась, что не спросила Милу, заплатила ли она домохозяину свою долю за снимаемую комнату. Она выскочила из дома и помчалась к стоянке такси, но было поздно. Турция – не Россия, здесь такси ждать не приходится, они всегда под рукой.

Она все-таки пошла к владельцу отеля на следующий день.

– Если вы заплатили моей подруге, то должны заплатить и мне, – твердо сказала она.

– Твоя подруга работала гораздо лучше, – невозмутимо ответил владелец, – поэтому ей я заплатил. А ты работала плохо. Нагрузка у вас была средняя, не более двадцати пяти человек в день на двоих, вы не особенно надрывались, но к ней ходили постоянные клиенты, а это означает, что им нравилось, как она работает. Раз нравилось клиентам, значит, нравилось мне. Это принцип работы нашего отеля.

– Из этих двадцати пяти массажей двадцать делала я, – пыталась убедить его Люба, – а Мила – только пять. Это несправедливо. Вы должны заплатить за мою работу. В конце концов тот факт, что к Миле ходили постоянные клиенты – это в немалой степени и моя заслуга. Я вкалывала без продыха, чтобы клиенты не ждали в очереди, потому что Мила делала массаж очень долго. Слишком долго. Вы не можете не понимать, с чем это связано. Если бы я работала так же медленно и с перерывами, как она, гостям пришлось бы ждать под дверью, и они наверняка пришли бы к вам жаловаться. Но они ведь не жаловались, верно? Значит, я тоже работала хорошо. И вы должны мне заплатить за месяц работы.

– Ничего не знаю, – отмахнулся турок. – Я с самого начала предупреждал, что нагрузка считается на весь массажный кабинет в целом, а не на каждую массажистку в отдельности. Разбирайтесь между собой сами. Это ваши проблемы. Я дал деньги твоей подруге, пусть она с тобой поделится.

Люба исчерпала запас вежливого красноречия и сдалась. Она поняла, что если хозяин платить не хочет, а он именно не хочет, то сделать с этим она ничего не сможет. Она здесь бесправное существо, живущее без визы, без денег и без разрешения на работу.

Оказалось, что и за комнату Мила свою долю не заплатила. К счастью, домохозяин был жалостливым человеком и согласился поверить Любе на слово, что она обязательно заплатит, когда сможет. Через пару дней Люба поняла, что так продолжаться не может. Денег взять негде. Пришлось снова идти к домохозяину. Тот подумал немного и предложил ей работать в его магазине за угол и еду. За пару месяцев, сказал он на плохом немецком, ты свой долг отработаешь.

Работа в магазине трикотажных изделий состояла в том, чтобы зазывать русских покупателей и заниматься ими. Стоять на пороге или сидеть на улице на стульчике и бросаться наперерез каждому русскому, предлагая посмотреть товар. Это было ужасно. Люба знала, что русские покупатели принципиально отличаются от всех других. Немец, норвежец или англичанин никогда не пойдет в магазин, если ему не нужно что-то конкретное. Когда нужно – он идет и покупает. Когда не нужно – сидит в баре и попивает пиво. Русские же, отравленные десятилетиями дефицита и «доставаний», привыкли заходить в магазин на всякий случай, авось что дают. Пусть и ненужное, но дефицитное, которое может пригодиться потом, когда-нибудь. Это осталось в крови, несмотря на то, что в России, по крайней мере в Москве, понятие дефицита уже исчезло из обихода, и в магазинах было все, что душа пожелает. Русские, которых Любе удавалось зазвать в магазин, придирчиво разглядывали майки, блузки, сарафаны, спортивные костюмы, спрашивали, сколько стоит в долларах и в турецких лирах, просили показать другой цвет или размер и ничего не покупали. Люба судорожно раскрывала пакеты, раскладывала изделия на столе, расхваливая их качество, торопливо рылась на полках, отыскивая то, что они просили, твердо зная при этом, что ничего не выйдет. Они просто валяют дурака, получая удовольствие от того, что с ними так носятся.

В начале июня вдруг объявилась Мила, увешанная золотыми цепями и браслетами, лоснящаяся довольством и еще больше постройневшая. Люба не сомневалась, что стройность эта приобретена в результате систематических физических упражнений «верхом на партнере».

– Я уезжаю, – объявила она. – Просьбы, поручения?

Люба быстро набросала коротенькое письмо Стрельникову, сложила в конверт и приписала сверху номера телефонов – домашнего и в офисе.

– Больше ничего? – удивленно спросила Мила.

– Больше ничего. Как видишь, похвастаться мне пока нечем, так что сообщать о себе мне нечего. А родителям я и так звоню.

– Ну как знаешь, – пожала плечами подруга.

К концу июля владелец дома и магазина наконец заявил, что Люба больше ничего ему не должна и может считать себя свободной. К этому времени она успела познакомиться с двумя молодыми казахами, которые учились в Турции, а летом подрабатывали точно так же, как она, в магазинах. Один – в ювелирном, другой – в меховом. Это были веселые бойкие парни, не стеснявшиеся своей работы и, казалось, не чувствовавшие себя униженными. Они объяснили Любе ее первоначальную ошибку: не нужно было соглашаться на оплату работы помесячно, нужно было требовать, чтобы владелец отеля платил за каждый день работы. Здесь это принято.

Вообще в Турции оказалось множество казахских студентов. Турция заключила договор с Казахстаном о взаимном обмене студентами, и казахские ребята, приехавшие в рамках этого соглашения учиться в Стамбул и Анкару, летом работали в курортной зоне. Все они прилично говорили по-турецки, потому что первый год обучения считался подготовительным и был посвящен полностью изучению языка и литературы. Со знанием языка им было, конечно, намного проще, да и друзьями они здесь обзаводились. Казахские парни и помогли Любе найти другую работу, не такую унизительную и дававшую хоть какую-то перспективу рано или поздно уехать. Это была работа менеджера в ресторане «Дюпон» в Кемере.

Впрочем, слово «менеджер» оказалось, разумеется, эвфемизмом, прикрывающим все ту же работу зазывалой и переводчиком. Ресторан находился на территории комплекса «Марина», что означало «Приморский», и был расположен между огромным пятизвездным отелем «Тюркиз» и пляжем. Хозяин ресторана, окидывая Любу с ног до головы плотоядным взглядом, поставил свои условия. За каждого русского посетителя ей будет начисляться доллар. Кормить ее будут на пятнадцать долларов в день. Плата за жилье – тоже пятнадцать долларов в сутки. Таким образом, чтобы оправдать свое пребывание в «Дюпоне», она должна обеспечить как минимум тридцать клиентов. Все, что получится сверх этого, будет накапливаться до тех пор, пока не хватит на билет до Москвы и на дополнительный визовый взнос. А это без малого пятьсот долларов. Рабочий день с двенадцати дня до полуночи. Она должна привлекать посетителей в ресторан, помогать им с меню, объяснять, что из чего приготовлено, быть милой и любезной и всеми силами стараться сделать так, чтобы они почувствовали себя в «Дюпоне» уютно и комфортно и обязательно пришли еще раз и привели с собой друзей. И чтобы заказывали много.

Доллар с клиента. Даже чашка кофе стоила два доллара. А стакан свежего апельсинового сока – еще дороже. Если питаться на пятнадцать долларов в сутки, ожирение тебе не грозит. Порция рыбы с гарниром – двенадцать долларов, мясо, конечно, дешевле, еще два доллара – простой овощной салат из помидоров, огурцов и лука с оливковым маслом.

В ресторан заходили довольные жизнью загорелые курортники в еще не просохших после купания плавках и купальниках. Такие же москвичи, как и сама Люба, они казались ей существами с другой планеты. Она бросалась к ним, приглашая посетить ресторан, предлагая свою помощь в выборе и заказе блюд, но частенько наталкивалась на высокомерный взгляд и произносимое холодно:

– Я говорю по-английски и в вашей помощи не нуждаюсь.

Как правило, это говорили роскошные длинноногие девицы, чем-то неуловимо похожие на Милу. Они не хотели быть русскими в этом курортном раю, они хотели быть иностранками, отдыхающими в международном отеле и свободно пользующимися международным английским языком. Как немцы, англичане, датчане, итальянцы и австралийцы, которые в сентябре – октябре понаехали в Кемер.

Предложений «поправить материальное положение» кроватно-постельным способом было много, но Люба не смогла себя переломить, хотя случались минуты, когда она всерьез пыталась это сделать. Уговаривала себя, убеждала, что это вынужденная мера, а не блядство, но при мысли о том, что будет делать с ней потный волосатый турок с масляными глазками и кривыми ногами, к горлу подкатывала тошнота. Ну почему к ней пристают именно такие? Ведь есть же красивые молодые турецкие парни, высокие, стройные, с мускулистыми ногами и огромными сияющими глазами в обрамлении невероятной длины ресниц. Если бы ее материальное благополучие было поставлено в зависимость от такого вот красавца, ей легче было бы уговорить себя и уступить. Все-таки не очень противно, можно перетерпеть.

Но за месяцы, проведенные в Турции, Люба быстро поняла, что для молодых красавцев она интереса не представляет. Молодые красивые турецкие мальчики специализируются на дамочках средних лет и старше, желательно состоятельных и с неутоленным сексуальным голодом. Дамочки ищут здесь плотских утех вдали от скучных мужей и надоевших любовников (если таковые вообще у них имеются) и готовы за это хорошо платить, а юные турецкие аполлоны-жиголо готовы пойти им навстречу и неплохо подзаработать. Такие же, как Люба, светловолосые молодые славянки, представляют интерес только для мужчин постарше, которые сами уже лишились внешней привлекательности, но зато готовы платить за удовольствие.

Так и тянулись дни. С полудня до полуночи – «Добрый день, загляните в наш ресторан, в нашем меню всегда свежая рыба, креветки, омары, другие морепродукты, кебаб… Простите. Всего доброго. Надеюсь, вы все-таки к нам зайдете…» Голос просительный, жалкий, униженный, и сама она жалкая и униженная, а мимо проходят сияющие счастьем и здоровьем соотечественники, и самое большее, на что они способны, это удостоить Любу таким же взглядом, каким смотрят на бездомную собаку, которую, конечно, жалко, но никому в голову не придет взять к себе домой. Жара, духота, зной, отдыхающие ходят в купальниках или в крайнем случае в майках и шортах, а она должна целый день быть «при параде», в юбке и блузке, в босоножках на каблуках, которые безжалостно натирают распухающие от жары ноги. От запахов, доносящихся с кухни, кружится голова, потому что Люба постоянно голодна. Но разве можно сказать об этом хозяину? Он, конечно, начнет кормить ее лучше, но ведь за ее же счет. Будет отчислять не по пятнадцать долларов, а по двадцать. Зазвать в ресторан двадцать человек – это только на пропитание. Нет уж, лучше потерпеть. В полночь «Дюпон» закрывался, и Люба плелась туда, где снимала угол. Это был именно угол, а не целая комната. Четыре девушки – три студентки-турчанки и она сама – ютились в тесной конуре без кондиционера и с единственным крошечным окошком где-то под потолком. Дышать нечем, все тело покрыто липким потом, и задремать удается только ближе к рассвету, когда становится чуть прохладнее. В семь утра студентки вставали – их рабочий день начинался в девять, и хотя идти было недалеко, собираться они начинали заранее. В доме был только один туалет, совмещенный с душем, и пользовались им все обитатели – без малого человек пятнадцать, включая и хозяев. Чтобы умыться, приходилось стоять в очереди. После ухода студенток спать уже было невозможно, дом наполнялся голосами проснувшихся детишек, да и жарко становилось. К двенадцати – снова на работу. И до полуночи.

Вот, собственно, и все…

В общем, Люба возвращается домой измученная и уставшая. Она хотела скрыть всё, что происходило с ней в Турции, но перед Ларисой неожиданно открывается.

Дальше в книге рассказывается про милую компашку, состоящую из трех пар:
1) собсна женатик Стрельников и Люба,
2) Лариса и Слава Томчаки,
3) Гена и Анна Леонтьевы.

Всем им (кроме Любы, естественно) лет под 40 и знакомы они достаточно давно, а мужики так и дружат со студенческих времен. Правда, дружба эта какая-то односторонняя. Стрельников - самый активный из них троих давно подмял под себя обоих друзей и вьет из них веревки. Например, он, как правило, переходя на следующую должность, уговаривает друзей пойти за ним. Даже если им это не так уж и выгодно. Ну а потом уже на правах начальства командует ими как хочет.

Ненависть Ларисы к Стрельникову была огромной. Бездонной. Безмерной. Но говорить об этом она могла только с Аней Леонтьевой и с Любой. Ни ее муж, ни муж Ани и слышать ничего не хотели. Для них Стрельников был фигурой неприкосновенной, и говорить о нем дурно было запрещено категорически.
– Почему Слава ему все прощает? – недоумевала Люба. – Неужели он не понимает того, что понимаешь ты?
– Да не хочет он понимать. Он влюблен в своего Стрельникова, как девица в жениха. Что бы этот изверг ни делал – все хорошо. Ума не приложу, чем он их с Генкой так приворожил…

У него была очаровательная привычка звонить часов около шести из машины и говорить своей секретарше:
– Наталья Семеновна, скажите Томчаку, чтобы не уходил. Он мне нужен. Я буду через двадцать минут.
И Томчак сидел в своем кабинете как привязанный. Через полчаса он звонил в приемную, недоумевая, почему Стрельников до сих пор его не вызвал, раз уж он ему так нужен. Наталья Семеновна отвечала:
– Владимир Алексеевич занят, у него посетители.
Томчак ждал. Каждые десять минут звонила Лариса, потому что они собирались куда-то идти: в гости, в театр, на банкет, и вообще у них были вполне определенные планы на этот вечер. В конце концов, она ждала мужа к ужину, без него за стол не садилась и хотела хоть какой-то определенности.
– Иди домой, – говорила Лариса. – Ничего не случится.
– Он просил, чтобы я не уходил. Я ему нужен.
Наконец в девятом часу распахивалась дверь и на пороге кабинета Томчака возникал Стрельников собственной персоной, невозможно красивый, в распахнутой дорогой куртке и с сотовым телефоном в руках.
– Собирайся, пошли по домам, – говорил он как ни в чем не бывало.
– Ты хотел о чем-то поговорить со мной? – робко напоминал Томчак.
– Завтра поговорим. Мне пришла в голову одна идея, завтра расскажу.

Ну и далее рассказываются различные скандалы в семьях Томчака и Леонтьевых, например, когда Стрельников обещал Леонтьевым служебную машину, чтобы забрать дочку из больницы, а потом тупо отдал эту машину как раз своей любовнице Любе, которая понятия не имела о том, к чему это приведет. Из этих нескольких историй можно сделать очевидный вывод, что Стрельников мудак полнейший, но его друзья полностью ему подчинены и искренне его любят.

Тут сюжет возвращается к Миле, которая находится на свидании с... геем. Разумеется, на встречу она шла не с ним, а с неким красавчиком Виктором Дербышевым. А Алик просто встретил её, пока Виктор занят. Ну а потом Милу находят мертвой.

Далее начинается расследование, и у оперативников вызывает удивление то, что Мила перед смертью несла что-то тяжелое.

– Грунт здесь довольно твердый, высота каблука одиннадцать сантиметров. Чтобы каблук ушел в землю полностью, убитая должна была весить килограммов сто, а в ней от силы пятьдесят пять – пятьдесят семь, это и на глазок видно. Я вам потом точный расчет сделаю, но и так понятно, что хрень какая-то.
– Может быть, она несла в руках что-то тяжелое? – предположила Настя.
– Сорок кил, а то и больше? – скептически прищурился Олег. – Умерь полет фантазии, Настасья. Ты посмотри на тело, дамочка ничего тяжелее бутерброда в жизни в руках не держала. Мускулатура совсем не развита.

В целом, расследование расписано скучновато. Появляется Татьяна Томилина, которая случайно видела убитую. Идет параллельный довольно скучноватый сюжет про то, как Стасов уговаривает её переехать в Москву. Томилина тут притянута за уши - хочет попробовать себя в роли оперативника и идет опрашивать Томчака, якобы ей "как автору небезразлична история девушки, которая читала мою книгу, может быть, за несколько минут до того, как трагически погибла". Бред какой-то, честно говоря.

А вот изучение жизни Милы намного интереснее. Пока подозрение падает на Любу, но её решают пока не беспокоить.

– Подозревается Любовь! – патетически воскликнул Коротков. – Роскошное название для бестселлера, если написать «любовь» с маленькой буквы.

Это вот, видимо, Маринина изначально так хотела книжку назвать

Стрельников, не желающий оказаться в центре скандала, уговаривает друзей чуть изменить показания, чтобы подозрения не пали на Любу. Это замечает следователь Ольшанский.

На прошлой неделе Вячеслав Томчак говорил Короткову, а затем и следователю о том, что у Любы Сергиенко были очень веские основания ненавидеть свою подругу Милу Широкову. Мила гадко поступила с ней в Турции, когда исчезла, забрав причитающиеся им обеим деньги за месяц работы и не заплатив свою долю за жилье. Не говоря уж о том, что воспользовалась глупой, но вполне типичной мужицкой слабостью и окрутила Стрельникова. Сегодня при повторном допросе Томчак от всего отказался, сослался на эмоциональный всплеск, вызванный внезапной гибелью Милы, вследствие чего он якобы многое додумал, а кое-что и просто выдумал, беседуя с Коротковым и с Ольшанским. На самом деле ничего плохого Люба Сергиенко про свою подругу не рассказывала. А роман Любы со Стрельниковым был и до ее отъезда в Турцию на последнем издыхании.

На даче у Томчака находят письма Милы, которые, как все думают, подкинуты Стрельниковым. Всем, включая Настю, кажется странным, почему Стрельников их не выкинул тупо.

Начинается более подробное расследование жизни Милы. Оказывается она настолько любила секс, что все свободное время только и занималась тем, что искала новых партнеров. У себя на работе она шутила:

– Нет, вы подумайте, девочки, опять я не удержалась. Ну что же я за блядь такая, а? У меня мозги, наверное, не в голове, а где-то в лобковой зоне. Ведь нарвусь когда-нибудь на крупные неприятности. Ой, девчонки, как же он мне нравится! Такой славный…
Мила спокойно и как бы удивленно произносила вслух все те слова, которые при другом раскладе сказали бы ей в лицо. И ни у кого не хватало сил злиться на нее. Да и за что злиться?

У симпатичной молодой женщины трудностей найти сексуального партнера не было, тем более что нравились ей мужчины разные - начиная от бизнесмена из Африки, заканчивая грузчиком. И тут вдруг выясняется, что ко всему этому она искала мужчин через брачное агентство "Купидон". И да, встречаясь со Стрельниковым, продолжала это делать

Про агентство тоже очень интересная часть книги. Сейчас понятно, все на сз или в социалках сидят, а раньше всё было иначе. Так что, мне интересно было узнать, как эти агентства работали. (Кстати, пару месяцев что ли назад в треде про убийства ссылку вносили, там тоже про брачное агентство много, только в США, интересно про их работу - https://murders.ru/lenta_731-01.html).

Владелица агентства рассказала, что Мила когда-то активно знакомилась везде подряд, но столкнулась с тем, что её избили и ограбили. Найти, понятное дело, никого не удалось, а в агентстве хотя бы адрес и паспортные данные человека есть. Переписка там велась через абонентские ящики, настоящие адреса не раскрывались.

Мила обращалась в агентство так часто, что по словам владелицы, оно во многом существовало, благодаря ей.

Владелица агентства честно признается, что правила у неё не совсем честные, например, тем, кто ей нравится она оказывает небольшую поддержку:

– Да что ж тут сложного? Обычные законы конкуренции. Кто первый – тот и прав. Кто не успел – тот опоздал. Если я даю клиенту сразу три номера, то еще большой вопрос, с кем из трех кандидаток он встретится в первую очередь. Поэтому если кто-то из женщин у меня на особом положении, я сначала даю только ее номер, а потом уж, если с ней не складываются отношения, даю номера остальных. А в некоторых случаях, как, например, с Милой, я вообще не даю сразу такому мужчине никаких номеров, чтобы не зависеть от его сиюминутного настроя. А вместо этого даю его номер Милочке. Тут уж я уверена, что она ему непременно напишет. Ну а дальше – как сложится.

Выясняется, что у Милы был номер Дербышева, а вот Дербышев её номер не получал.

Тамара Николаевна выдвинула один из картотечных ящиков, порылась в нем и достала карточку из плотного картона, на которую была приклеена фотография.
– Вот, пожалуйста, взгляните. Красавец мужчина, менеджер фирмы, торгующей недвижимостью. Холост. Состоятелен. Требование только одно – внешняя привлекательность и молодость партнерши. Представляете, сколько дамочек хотело бы познакомиться с ним? Конкуренция была бы бешеная. Поэтому в первую очередь его номер попал именно к Миле. А уж если бы у них не срослось, тогда я рекомендовала бы ему других клиенток. Но ему я ни одного номера не дала бы, пока все мои подопечные, которые у меня находятся на особом положении, не попытали бы своего счастья.
– А кто может оказаться у вас на особом положении? Что для этого нужно?
– Нужно мне понравиться. Что, цинично звучит? Что ж, расценивайте это как вам угодно. Видите, я с вами предельно откровенна. Есть женщины, которым я искренне хочу помочь и потому выделяю из всех остальных. А есть женщины, которые оставляют меня равнодушной. Есть по-настоящему несчастные и неудачливые, а есть просто щучки-потребительницы. Я ведь не механически выполняю свою работу, а стараюсь вникнуть во внутренний мир своих клиентов.

Тут сюжет возвращается к Любе Сергиенко - выясняется, что она покончила с собой. Начинается расследование, чтобы понять, как прошли последние дни её жизни. Становится ясно, что дни, проведенные в Турции, сказались на ней довольно сильно, и от предательства подруги и дальнейших унижений она просто впала в депрессию.

Она вернулась к родителям, но никакой поддержки от них не получила. Отец, несмотря на её состояние, в первый же день спрашивает, когда ей на работу. Мать пытается как-то понять, что же произошло, почему они расстались со Стрельниковым, но Люба замыкается.

Это вот реально грустный отрывок: вроде бы и отец, и мать любят свою дочь, но из-за своей всратой манеры общения и желания поучать доверие между ними потеряно ещё с подросткового возраста дочери.

Люба внутренне съеживалась. Всю жизнь она панически боялась своих родителей. Они никогда не били ее, но при каждом удобном случае говорили: «А мы тебя предупреждали… Вот, мы так и знали, что этим все кончится… Так тебе и надо, мы же тебе говорили…» Это было невыносимо. Ни разу в жизни Любе не удалось получить от них дельный совет, потому что сперва приходилось рассказывать о том затруднении, в которое она попала, и тут же начиналось: мы предупреждали, мы говорили, так тебе и надо, не надо было тебе… Конечно, если бы у нее хватало мужества вытерпеть эти нотации, дослушать, какая она глупая и непослушная, потому что ее сто раз предупреждали, а она все равно сделала по-своему, так вот, если бы она смогла дождаться окончания всего этого, то потом, может быть, и полезный совет услышала. Может быть. В том-то все и дело. Совет – он еще только «может быть» и «потом», а выговор – он уже сейчас имеет место быть. Лет с пятнадцати Люба Сергиенко решила, что лучше со своими проблемами к родителям не обращаться. Пусть думают, что у нее все хорошо. Не надо рассказывать им о своих неприятностях и давать повод порассуждать о том, какая она глупая и нехорошая и вообще сама во всем виновата. Господи, конечно, сама, кто же спорит. Можно подумать, она этого не понимает. Но ведь о неприятностях рассказывают не для того, чтобы тебе сказали «ты сам дурак», а для того, чтобы тебе посочувствовали и помогли. Только для этого. И почему люди таких простых вещей не понимают?
Мать порой сетовала на скрытность дочери.
– Почему ты ничего мне не рассказываешь? – обиженно говорила она, в очередной раз обнаружив, что в жизни Любы произошли какие-то события, о которых она не знала.
«Потому что ты не умеешь слушать, – каждый раз хотела ответить Люба. – Потому что ты начнешь причитать, предупреждать и читать мне мораль, вместо того, чтобы просто принять к сведению».

Неожиданно Люба находит поддержку в религии. Тут в романе тоже хорошо передана атмосфера 90-х с множеством сектантов, раздающих литературу на улицах, разные странные личности, предлагающие коммерческие услуги, при церкви. Я прям сразу вспоминаю, как книжные киоски наводнили различные издания "Белая магия", "Черная магия" :casper: Куча шарлатанов тогда давала объявления в газетах о своих услугах. В общем, для людей тогда всё это было притягательно и в новинку, и многие за это цеплялись.

Люба тоже обратилась к подобному богоугодному человеку Павлу. Коротков и Лесников приходят к нему домой. Павел объясняет, что выступает для своих клиентов кем-то вроде психолога, предлагает выполнить различные ритуалы, которые отвлекают человека от горя или от злости. Чем хуже человеку - тем сложнее и запутаннее ритуал.

Я произвожу ряд манипуляций, которые воспринимаются клиентками как ворожба, и говорю: «Отныне твою соседку будет точить болезнь, и ты часто будешь видеть ее бледной и с синяками под глазами, особенно по вечерам. Счастье покинет ее, она начнет часто плакать, и глаза ее будут постоянно красны от слез. Любовь оставит ее, и хотя она изо всех сил будет делать вид, что у нее все в порядке, знай, что это притворство. Ее разлюбили. И даже если ее не бросили, она все равно живет рядом с мужчиной, который ее не любит». И все в таком же духе в зависимости от причин ненависти клиента к объекту. Вот и все.

При виде Любы Павел понял, что эмоции у клиентки сильные и от желания извести соперницу её так просто не избавить. Но зато и денег от неё можно вытянуть немало. Он придумывает сложный ритуал, который ей нужно выполнить: в определенное время сходить на могилу бабушки Милы, долго сидеть, не шевелясь, не пользоваться техникой и т.д. Всё это должно было привести к тому, что бабка призовет Милу к себе.

Ну вот Мила умерла, но Люба никакого облегчения не почувствовала. Заплатила "за результат" Павлу, а потом покончила с собой.

Настя допрашивает отца Любы, подозревая, что именно она и убила Милу. Потом чувствует себя хреново от того, что докопалась до убитого горем человека: ведь если Люба убийца, она все равно никуда не убежит.

Где-то на этом интересная часть книги заканчивается. Дальше расследование приближается к концу и становится как-то скучнее.

Лариса Томчак внезапно находит фотографию, где изображена девушка и трое друзей - Стрельников, Томчак и Леонтьев. Вот прям не видела фото ни разу, а как раз когда началось расследование, вдруг наткнулась :facepalm: Лицо девушки кажется ей знакомым, и она вспоминает, что когда проходила практику в гинекологии (хотя, вообще-то, она психиатр - так можно? ), эта девушка пришла на прием и выяснилось, что её изнасиловали, а она ничего не помнит. Лариса решает, что это мог быть кто-то из трех друзей, возможно, и её муж, и начинает свое расследование.

Находит сына этой девушки. Он, хоть злится на её любопытство, но рассказывает ей, что мать покончила с собой из-за мужа, который сначала трахался со всеми подряд, а потом ушел. А мужем этим оказывается - внезапно Дербышев. Лариса назначает ему встречу через бюро, а дальше все заканчивается как и с Милой - приходит гей Алик, обещает проводить к Дербышеву, яд в вине, смерть.

В общем, всё сводится к Дербышеву. Он уверяется, что с Милой не встречался, но следователь решает его задержать. Это во многом и спасло Дербышева, поскольку убийство Ларисы Томчак произошло тогда, когда он был за решеткой.

Настя подозревает, что Дербышева кто-то хочет подставить и, скорее всего, это сын Стрельникова, который из-за денег не хочет, чтобы отец женился второй раз.

По словам Насти выходит следующее:

Сашенька [сын Стрельникова] с Наташенькой [его подруга] подбирают ключ к ящику Дербышева, благо номер-то им Тамара Николаевна сказала, и ждут, когда туда упадет письмо от потаскушки Милочки. Письмо упало. Они его забрали и ушли. Таким образом, сам Дербышев действительно письма от Широковой не получал и фотографии ее не видел. И уж тем более не писал ей в ответ. Потом, а может быть, и раньше, Наташенька якобы по служебной надобности оказывается в офисе у Дербышева и ворует там немножечко чистой писчей бумаги для обычного принтера. Предварительно убеждается в том, что Дербышев за эти листы хватался руками, то есть оставил на них отпечатки своих пальцев. Там же ей удается раздобыть документ, выполненный Дербышевым от руки, этот документ им послужит образцом для копирования почерка. А Сашенька где-то примерно в это же время едет следом за Дербышевым в конно-спортивный клуб, прикидывается фотографом и делает снимки. Ему же нужно что-то послать Широковой в ответном письме. И это не может быть фотографией любого красивого мужчины, это должен быть снимок именно Дербышева, потому что у Тамары Николаевны в регистрационной карточке есть его фотография, и Мила ее видела

Если честно блеванул, когда Каменская назвала Милу потаскушкой.

Ольшанский решает пойти ва-банк, собрать у себя в кабинете всех, кто так или иначе связан с этим делом, и опросить всех перед лицом друг друга.

Приезжает Стрельников, Томчак, Леонтьевы, сын Стрельникова, его подруга Наталья и Дербышев.

Наталья сразу ведет себя агрессивно и спрашивает:

– Ну что, козлы, – раздался грубый насмешливый голос молодой женщины, – собрались в кучку? Может, заодно и обсудим, кто из вас изнасиловал мою мать?

Томчак, Стрельников и Леонтьев хранили молчание. Вид у них был такой, словно они увидели привидение. И снова Анна Леонтьева первой пришла в себя.
– Позвольте, что означает эта фраза насчет изнасилования? – возмущенно спросила она. – Кто такая ваша мать?
– Мать Натальи Александровны звали Надеждой Романовной Цукановой, – ответил следователь. – Вам это имя что-нибудь говорит?
– Впервые слышу, – мгновенно откликнулась Анна.
Эти слова повисли в зловещей тишине. По лицам ее мужа и двоих его друзей было понятно, что уж они-то это имя точно слышат не впервые. И тут Настя поняла, в какую жуткую ситуацию они все попали. Если Надежду Цуканову действительно изнасиловал кто-то из троих друзей-сокурсников… То ведь это вполне может быть Стрельников. А вдруг Наталья – его дочь? Выходит, его законнорожденный сынок спал с собственной незаконнорожденной сестричкой? И это станет сейчас предметом публичного обсуждения, да еще в присутствии самих Стрельниковых, старшего и младшего. А если в изнасиловании виновен Леонтьев? Здесь ведь сидит его жена. Ой, елки-палки…

Следователь требует, чтобы Анну Леонтьеву и сына Стрельникова вывели из кабинета. Продолжает допрос.

В итоге выясняется следующее. Все убийства придумала и организовала Наталья, которая пользовалась фотографией Дербышева и назначала встречи женщинам. Про то, что он изменяет матери, она знала с детства, так как всегда любила шариться по чужим вещам. Тогда же ей начала закрадываться в голову мысль о мести. Геем ей пришло в голову притворяться, так как выдать себя за обычного мужчину было сложнее. Следя за Милой, она наткнулась и на Стрельникова. Решила мстить уже и ему. В результате погибают три женщины, которые Наталье ничего и не сделали. А трое друзей и Дербышев остаются на свободе и, в общем-то, чувствуют себя неплохо.

Следователь Ольшанский предлагает трем мужчинам признаться, кто именно изнасиловал мать Натальи. Стрельников берет вину на себя. Позже Леонтьев звонит ему и благодарит за это.

Заканчивается роман размышлениями Стрельникова о том, что если история получит огласку, наверное, он не получит нового назначения, но это неважно, Гена - его друг, а друзьям надо помогать.

Отредактировано (2026-04-04 17:22:38)

Анон · 2026-04-07 09:42:29

Да, помню, мне очень вкатила в "Светлом лике смерти" и сюжетка Любы и Милы, и особенно тема токсичной мужской дружбы Стрельникова с Томчаком и Леонтьевым. Маринина очень точно описала типаж людей типа Стрельникова и вообще довольно смело осветила тему, которая обычно всячески романтизируется. И я уверена, что у другого автора этот же сюжет подавался как история настоящей дружбы, в которую вмешиваются всякие там бабы и дети, потому что не раз видела такое в книгах и фильмах. А Стрельников бы преподносился как эдакий чудаковатый гений, которому за креативность прощаются все его косяки, тем более что настоящие друзья должны всё прощать и понимать.
Под конец и правда книга начала сливаться. Лично мне не хватило психологического накала, что в истории трёх "друзей", что в поведении преступников. Но в остальном мне книга очень вкатила.

Анон · 2026-04-13 10:57:21

А с дружбой там, вообще, интересно. Мне кажется, Томчак и Леонтьев как раз воспринимают мужскую дружбу весьма романтизированно: друг прежде всего! Они даже свои семьи и карьеру ставят на ниже, чем отношение Стрельникова. Может быть, все было бы не так драматично, если б Стрельников был бы таким же пассивным и ведомым как Томчак и Леонтьев, но Стрельников целеустремленный и амбициозный мудак, причем, довольно хитрый и хорошо манипулирующий, и им все время приходится делать выбор между своей семьей и им, своей карьерой и им. Так что, в книге как раз хорошо показано, как может складываться жизнь мужчин, для которых первоочередны другие мужчины, которых они считают своими друзьями.

А это ведь довольно распространенное мнение среди всякого МДшников и пикаперов, что на первом месте у мужчины должен быть он сам, потом его друзья, потом его дело, и где-то там потом уже жена, дети.

И в конце поступок Стрельникова тоже интересен. Получается, для него тоже важна была дружба, и в конец концов он ставит её на более важное место, нежели карьера, и справедливость, и честность. То есть дружба превращается в некую сверхценность. Вроде бы красивый поступок, но в тоже время с каким-то душком.

ТС

Отредактировано (2026-04-13 10:57:30)

Анон · 2026-04-20 20:09:03

Имя потерпевшего — Никто (1996)

Небольшой совсем роман, во многом нужный, прежде всего, чтобы показать, как Татьяна Образцова и Ирочка в Москву перебрались. Вообще, начиная с этой книги во многих романах серии появилось множество отрывков о том, как толпа коллег и друзей Каменской то День милиции справляют, то свадьбу, то кого-то свести пытаются и из-за читать стало скучнее. Но в этой книге ещё пока ничего такого не наблюдается, а Настя и Татьяна ещё почти не знакомы.

Начинается всё с того, что Образцова собирается в Москву к своему мужу Стасову, Ирочка плачет, так как уже привыкла быть дуэньей при подруге и менять свой образ жизни не хочет, ну и привязались они друг к другу, конечно. Татьяна не знает, что делать, к тому же, выясняется, что и на работе всё не так просто. Начальник не хочет её отпускать, а уйти на гражданку и восстановиться на службе она не может, так как не пройдет медкомиссию.

В итоге заканчивается всё тем, что начальник Образцовой сгружает на неё кучу дел "одно другого гаже. В основном это были дела, давно «запоротые», по которым своевременно не было сделано самое необходимое, и теперь предстояла нудная, рутинная, но требующая недюжинной изобретательности работа по восстановлению того, что еще можно было восстановить, и по равноценной замене того, что восстановить уже нельзя. И только одно из девяти принятых ею дел было еще относительно свежим, всего месячной давности. Но тоже, судя по всему, радости не сулило. Татьяна решила начать с него."

Дальше всё самое интересное и начинается.

Татьяна берется за дело об убийстве Бахметьевой Софьи Илларионовны 1910 года рождения (т.е. на в 1996 году ей было 86 лет). Все подозрения падают на её квартиранта - 20-летнего Сергея Сурикова, который жил с ней и ухаживал за ней, за что ему была обещана квартира. Коллеги уверяют Татьяну, что сомневаться нечего - Суриков и убил, просто надо его дожать.

Татьяна вызывает Сурикова на допрос. Он рассказывает, что у него был некий покровитель из органов, который его впоследствии бросил. Сергей родился в семье, где матери на него было пофиг, он ушел из дома, жил, где попало, бухал, употреблял наркотики, но подсесть не успел. В какой-то момент он не нашел места для ночевки, ему стало плохо с сердцем, его подобрала какая-то старушка, которая и привела его к Бахметьевой.

Бахметьева его лечит и в обмен на завещанную квартиру предлагает остаться у себя в квартире и помогать ей. Ставит только два условия - устроиться на любую работу и не водить никого к ней домой. Постепенно у Софьи Илларионовны и Сергея становятся всё более теплые отношения. Сергею нравится общаться с ней и узнавать что-то новое.

И снова Сережа не очень отчетливо понимал, о чем она толкует. Он был настолько безграмотен, что к тому моменту даже и представить себе не мог, как можно убить человека за квартиру. Зачем? Квартира же тогда ничья будет или по наследству отойдет… Короче говоря, не соображал он в этих делах ничего. Но кое-что понял хорошо: он должен идти работать, не прикасаться к наркотикам и никого из своих знакомых не приводить в эту квартиру. Тогда у него на ближайшее время будет крыша над головой, где он не чувствует себя лишним и ненужным, а впоследствии – собственная квартира. Это его единственный шанс, правильно сказала та бабка, которая его на улице подобрала, больше никаким путем и никогда он никакого жилья не получит. Все было изложено предельно четко. И была еще одна вещь, которую в тот момент осознал Сережа Суриков и которая тогда настолько потрясла его, что превратилась в руководство к действию и в конечном счете изменила всю его жизнь. Он глупее этой старой, этой дряхлой бабки Софьи! Он знает меньше, чем она. Он понимает меньше, чем она. Это стыдно. И это надо исправить. Как странно, что он никогда раньше не замечал своей ограниченности и необразованности. Наверное, это оттого, что общался только с такими же, как он сам, прочитавшими в жизни полторы книжки, да и то в раннем детстве, и смотревшими только боевики по видаку. У него давно уже нет собственного дома, где можно было бы почитать книжку или посмотреть телевизор, какую-нибудь нормальную программу, а не бесконечное кон-фу, и увидеть, какими бывают обычные молодые парни в его возрасте, чем занимаются, как разговаривают, о чем думают. И даже какие фильмы снимают. Ничего этого Сережа Суриков никогда не видел и не знал, вся жизнь его была в общении с такими же придурками-недоносками, как он сам, без конца ширяющимися и поддающими, трахающимися с такими же беспутными, как и они сами, девками. Вот и вся его жизнь. Дурацкая, никому не нужная. И ему самому тоже не нужная. Может быть, Софья Илларионовна вообще единственный человек на свете, которому он нужен. Пусть ненадолго, всего на несколько лет, пока она еще жива, но нужен. Вот и останется он рядом с ней, пока она жива и дышит. Будет помогать ей, будет ходить для нее в магазин, будет разговаривать с ней и, может быть, поймет, почему она умнее его, почему он понимает и знает так мало….

Всё это на допросе Сергей, конечно, не рассказывает, уж слишком личное, но из воспоминаний становится ясно, что Бахметьева становится для него очень близким человеком. В общем-то, отношения между ними, их диалоги и постепенно возникающая любовь и благодарность Сергея и являются самой интересной частью книги.

Татьяна понимает, что Сергей глуповат, не образован и часто даже не понимает, о чем его спрашивают. Выясняется, что квартира Бахметьевой завещана некоей Зое Николаевне Гольдич, о которой он не может ничего сказать и начинает нервничать.

– Я обнаружила, что доверенность на имя Зои Николаевны Гольдич была выдана раньше, чем доверенность на ваше имя. Вы можете как-нибудь это пояснить?
Ловушка была сложной для такого нетренированного человека, как Суриков. Получалось, Татьяна спрашивала его о том, почему одна доверенность была выдана раньше, чем другая. Но кто сказал, что эта другая доверенность вообще была? Нигде в материалах дела нет ни одного упоминания о доверенности на имя Сергея Сурикова. Ни единого. Человек посообразительнее и поопытнее, конечно, не попался бы и ответил: «Позвольте, какая доверенность на мое имя? Я не понимаю, о чем вы говорите». Но Суриков услышал только то, что было произнесено, то есть вопрос о сроках: почему одно раньше, другое позже. У Татьяны не было времени проверять нотариальные конторы, она предполагала сделать это на следующей неделе, так что генеральная доверенность на имя Сергея Леонидовича Сурикова была плодом ее профессионального воображения. Вернее, плодом ее подозрений.
– Ну… это… Бахметьева боялась, что Зоя что-нибудь не так сделает, и на всякий случай на меня тоже выписала…
– Спасибо. Теперь понятно. Хорошо, на сегодня достаточно, у вас усталый вид. Завтра продолжим.
Татьяна нажала кнопку и вызвала конвой. Сурикова увели.
Дрожащими руками она закрыла папку и обхватила голову руками. Вот, значит, как дело обстоит. Существовала только одна подлинная доверенность – на имя Сурикова. А доверенность на имя Гольдич – подделка, липа, как и паспорт неуловимой дамочки. «На всякий случай на меня тоже выписала». Как же! Где это видано, чтобы генеральная доверенность выдавалась двум разным людям. Наивный Суриков этих тонкостей, конечно, не знал. В любом случае действительным признается документ с более поздней датой составления. Так что либо Гольдич получала право совершать сделки и распоряжаться имуществом от имени Бахметьевой, либо Сергей. А не оба одновременно «на всякий случай».

Татьяна понимает, что доверенность появилась уже во время следствия и кто-то из её коллег подделал её и добавил в дело. Она идет к начальнику и рассказывает ему обо всём.

Тем временем Настя Каменская расследует другое дело. Убита семейная пара. Женщина - бывшая жена Сергея Бахметьева - ещё в СССР расстрелянного икорно-бриллиантового короля начала 70-х. Настя уверена, что корни преступления уходят ещё в советское время и отправляется в Питер к следователю, который вел это дело. Но следователь не говорит ей ничего нового, хотя советует поискать мать Бахметьева, которая, возможно, ещё жива.

«Бахметьева продолжает меня удивлять. Сегодня я сказал ей, что завтра закончу составлять обвинительное заключение. Следствие завершено. Она меня спросила: „Вы уверены, что поймали всех виновных?“ – „Откуда такой странный вопрос, Софья Илларионовна? Вам известно, что есть и другие?“ – „Нет, я не об этом. Если вы точно уверены, что отдаете под суд всех, кто виноват, то все справедливо. Когда меня, например, арестовали в тридцать пятом, я все двадцать лет мучилась вопросом: почему я? Ну почему я? Понятно, что был план по отлову врагов народа, и этот план нужно было выполнять за счет кого угодно. Но по какому принципу отбирались эти „кто угодно“? Очевидно, что по случайному. Просто судьба тыкала пальцем и попадала в кого-то. Вот в меня попала. Но почему именно в меня, а не в соседа? Вы понимаете, о чем я говорю? Элемент случайности убивает саму идею справедливости“. Я ошарашенно смотрел на нее, не зная, что ответить».

Настя встречается с Татьяной, они понимают, что в разных городах были совершены преступления, касающиеся Бахметьева: в Питере убита его мать, в Москве - его вдова и её новый муж. Татьяна и Настя предполагают, что оба преступления связаны с Суриковым.

Сюжет вновь возвращается к его воспоминаниям:

Он даже не заметил, как старая женщина вошла в него, в его плоть и кровь, свила гнездо в его душе и стала жить в теле Сергея Сурикова. Он был просто очень привязан к ней и не видел в этом ничего плохого или опасного для себя.
Через полтора года он уже не мог дня без нее прожить. И после работы в магазине мчался домой как угорелый. Он скучал без Софьи Илларионовны, без ее интересных рассказов о таких вещах, о которых Сергей и не слышал никогда, без ее острого юмора, без ее мудрых и рассудительных суждений. И она нуждалась в нем, в его помощи и заботе, она ждала его каждый день с работы с горячим ужином, ласково называла «сынком» и «Сереженькой», а главное – она умела сделать так, что каждая проблема, кажущаяся неразрешимой, вдруг представала понятной и простой, такой, с которой справиться – как нечего делать.
Они нужны друг другу, и им хорошо вдвоем, тепло и уютно. Не нужна Сергею никакая собственная квартира, пусть бы Софья жила подольше, и он – рядом с ней. Вероятно, года через два-три его мнение переменилось бы, желания и стремления стали бы другими, но сейчас, зимой девяносто шестого года, Суриков думал именно так и хотел именно этого: чтобы его хозяйка Софья Илларионовна Бахметьева жила в добром здравии как можно дольше. Софья – его стена, теплая, крепкая и надежная, которая защитит от любых невзгод и опираясь на которую можно жить без неприятностей и осложнений. Софья – врач, который вылечит от любой хвори, не отдавая его в больницу. Софья – его учитель, она заставляет его слушать ее рассказы и учит думать и запоминать, сопоставлять и делать выводы. Она приучила его читать, пусть понемногу, но постоянно, каждый день перед сном, и он сам чувствует, что стал соображать быстрее и лучше. Благодаря Софье на работе в универсаме его считают чуть ли не интеллектуалом, достойным университетского диплома, смотрят с уважением и даже снисходительно относятся к тому, что он, когда слабость одолевает, по полдня не работает, в подсобке отсиживается. А с врачом тогда как помогли! Да разве для другого какого-нибудь грузчика стали бы они так в лепешку расшибаться, и врача разыскивать, и машину давать? Не стали бы. А для него сделали. Почему? Да потому, что он им Софьиными рассказами уши замылил, умным прикинулся, приличным. Нет, куда ни кинь, а кругом он Бахметьевой обязан. Софья – домоправительница, которая приготовит обед, приберет в комнате и пришьет оторвавшуюся пуговицу. Софья – мать, которая приласкает, погладит по голове, спросит, как дела и отчего глаза грустные. Софья – друг, которому можно рассказать все без утайки, не стыдясь и не стесняясь, и получить дельный и мудрый совет.
Софья Илларионовна для него – все. Дай ей бог здоровья и долгих лет жизни.

Также мы узнаем и о судьбе Бахметьевых. Софью Илларионовну отправили в лагерь, так что воспитывать сына у неё не было возможности. Когда она вернулась, это уже был сформировавшийся негодяй и повлиять на него она не могла. Бахметьева расстреляли. Его вдова вышла замуж и потребовала от Софьи Илларионовны навсегда прекратить любые попытки связаться с внуком.

Софья сама не заметила, как начала умоляюще заглядывать в глаза Елене. Мысль о разлуке с единственным внуком – последним родным по крови существом на этом свете – была непереносима. И облегчить боль могла только надежда. А Елена не хотела давать пожилой свекрови эту надежду.
– Ладно, посмотрим, – милостиво снизошла невестка. – Значит, так, Софья Илларионовна, на следующей неделе мы уезжаем в Москву. Адрес и телефон я вам, конечно, оставлю, но полагаюсь на ваше благоразумие и надеюсь, что вы не станете ими пользоваться.
– Зачем же тогда оставлять? – скупо усмехнулась Софья.
– Ну, мало ли что. Заболеете тяжело, или еще какая беда приключится.
Бахметьева молча взяла бумажку с московским адресом и телефоном, но ни разу ими не воспользовалась. Слишком острым и болезненным было воспоминание о том, как унижалась она перед этой соплячкой, как просила и заглядывала ей в глаза. Софья ее так и не простила. И не за новое замужество и отлучение от внука, а именно за это унижение.

В общем, дальше все понятно. У искренне любящего Софью Илларионовну Сергея возникает желание отомстить тем, кто её когда-то обидел. Но когда он приезжает к вдове её сына, она и её муж уже оказываются мертвы. В итоге выясняется, что оба убийства совершил внук Бахметьевой.

Татьяне по-настоящему жалко Сурикова, поэтому она не упоминает в деле о том, что он собирался совершить убийство. В любом случае Сергей ей не верит и идет к ней на могилу.

Уезжая в Москву Настя и Татьяна обсуждают дело.

– Знаешь, у меня Бахметьева все из головы не идет. Какой же невероятной силы была старуха, если внуку пришлось ее убить. Ты можешь себе представить? Я все понять не могла, зачем он ее убил. Взял драгоценности из родительского сейфа – и живи в полное свое удовольствие. Мало ли о чем он со своей бабушкой договорился. Бабушка старенькая уже, да и далеко она, за шестьсот километров. Можно с ней не делиться, она и не пикнет. Зачем он ее убил? А сегодня во время разговора с Суриковым я поняла, почему он это сделал. Внук знал, что не сможет ей противостоять. Знал, что не посмеет ослушаться. Чувствовал, что она сильнее. Она и его сумела поработить. В точности как несчастного Сурикова. Только Суриков ее преданно любил и хотел жить под ее властью как можно дольше. А Виталий хотел из-под этой власти вырваться и распоряжаться ценностями единолично.
Она помолчала, потом добавила:
– А Суриков так и не понял ничего. Не поверил, что Бахметьева могла так с ним поступить. Как собака, которую хозяин бьет, а она ему руки лижет. Господи, когда он уходил, я чуть не расплакалась.
...
Снова в темном купе воцарилось молчание. Потом раздался Настин шепот:
– Знаешь, о чем я подумала? Эта старуха и нас с тобой поработила. Ее уже на свете нет, а мы с тобой лежим и обсуждаем, как нам материалы уголовного дела подтасовать. Дела, которое она же и придумала. А мы теперь головы ломаем, как нам спасти человека, которого она пыталась погубить. Ведь мы с тобой идем на должностные нарушения. Понимаем это, а все равно делаем. Она больше месяца в могиле лежит, а мы под ее дудку пляшем.
– Скорее не «под», а вопреки. Но все равно пляшем, тут ты права.

Заканчивается книга тем, что против ОПГ, в которую входили работники милиции и судмедэксперты, возбуждают дело.

В целом, роман очень интересный и троп умная и хитрая старуха+современный наивный молодой парень довольно необычно показан. Персонаж Бахметьевой один из самых ярких в серии, хоть и раскрывается он, в основном, в диалогах с Сергеем. В более поздних книгах серии этот троп тоже появляется, пусть и не так ярко, а взрослой женщиной, у которой хотят учиться, выступает уже Каменская

Анон · 2026-05-12 07:05:44

Мужские игры (1997)

Вот эта вот книга одна из лучших в серии, имхо. Забегая вперед, скажу, что серия про Каменскую явно делится на две части: где она служит в оперсоставе, и где она вышла на пенсию. Вот вторые книги какие-то совсем другие, они не лучше, не хуже, просто другие, поэтому я с ними не сравниваю. А вот среди первой половины серии "Мужские игры" - одна из лучших.

Название книги говорит само за себя: суровые мужские игры между собой и что происходит с женщинами, которые оказываются вовлечены в эти игры. Роман опять немного мизандричен: почти все мужские персонажи в нем поступают как мудаки. Даже Настин отчим признается, мол, мы мужчины, нам нравится нажимать на кнопочки. Даже Доценко и Заточный ведут себя жестоко. Ну уж а о преступниках и говорить нечего.

Начинается роман с того, что Гордеев уходит на другую должность, а на его место приходит некий Мельник, получивший прозвище Барин. Весь отдел расстроен: Гордеев был, действительно, хорошим начальником, для которого важно, в первую очередь, дело, а не свои амбиции.

Мельник почти сразу же показывает себя иным. Ему важна отчетность и подчинение. Например, он требует, чтобы каждый вечер все оперативники отчитывались перед ним за сделанную работу, не учитывая то, что у сыщиков день ненормированный и может так статься, что вечером он как раз будет допрашивать свидетеля. Но Мельнику это безразлично. В целом, Мельник сразу показывает себя "мужичком с характером", но самодуром. В вечер прощания с Гордеевым он откровенно подкатывает к Насте, пытаясь переманить её на свою сторону. Настя в шоке и неприязнь её только усиливается.

В целом, вот эта вот проблема, если не сказать трагедия, человека, искренне любящего свою работу, который вынужден смотреть, как новый начальник разваливает всё то, что строилось долгие годы (а в отделе многие начинают думать о том, чтобы сбежать), передана очень хорошо, и Насте сочувствуешь прям сразу.

Первый же конфликт Насти возникает, когда Барин-Мельник требует от неё за 20 минут подготовить аналитическую справку, а у неё и компьютера нет для этого. Настя бегает вся в мыле, пытаясь понять, кому так внезапно понадобилась эта справка, и выясняется, что... её любимому отчиму, который пришел к Мельнику за данными для своей научной деятельности.

Отчим пытается её увещевать.

– Ну конечно, – зло сказала Настя. – Он проявил инициативу, а ты с удовольствием ее поддержал. Тебе, наверное, очень понравилось, что ради тебя кнопки нажимают и людей на уши ставят, хотя никакой необходимости в этом нет. Папа, я никогда не подозревала в тебе такого барства. Почему ты его не остановил? Сказал бы, что это не срочно. Или вообще ушел бы. Почему ты позволил ему изгаляться надо мной? И вообще, зачем ты к нему пошел? Ты же знаешь, что эти справки делаю я, и всегда брал их именно у меня, а не запрашивал официальным путем.
– Ребенок Настя, не злись. Я не мог знать, что для тебя это будет так сложно.
– Да какая разница, сложно или нет! – взорвалась она. – Даже если не сложно, все равно, зачем ты позволяешь ему корчить из себя курбаши? Неужели тебе самому не противно? Это же типичные замашки крутого босса, гадкие, хамские, а ты поддерживаешь его и с удовольствием участвуешь в этом спектакле. Прости, папуля, но от тебя я этого никак не ожидала.
Леонид Петрович примирительно улыбнулся и полез за сигаретами.
– Перестань, ребенок, – спокойно сказал он. – Тебе не нравится Мельник, это за версту видно, поэтому каждое лыко получается в строку. Ты столько лет работаешь в мужском коллективе, а так и не научилась понимать мужские игры. Да, ему приятно нажимать кнопки и отдавать приказания, которые быстро исполняются. Ну и что в этом плохого? Да, и мне было приятно, что для меня, начальника кафедры, твой шеф так старается. Мы – мужчины, у нас свой взгляд, свои мерки. Глупо нас за это осуждать. И перестань дерзить начальнику, это непрофессионально. Держи себя в руках.

Словосочетание мужские игры в книге повторяется несколько раз. Видимо, чтобы и до самых непонятливых дошло, что имелось в виду.

В любом случае начальство начальством, но работу никто не отменял, и Насте приходится расследовать серию из убийств. Семь человек задушили в подъезде. Криминалисты выяснили лишь то, что убитые не ожидали нападения, и то, что убийца был высокого роста.

Дальше там такая логика начинается, на мой взгляд, несколько притянутая за уши. Если жертвы не пугались, значит, маньяк - женщина. Если она высокого роста, то возможно, баскетболистка.

Настя отправляет симпатичного высокого и обаятельно Михаила Доценко в Федерацию баскетбола, чтобы под видом научного работника узнать о спортсменках с нервными срывами. Михаил знакомится с некоей дамой, обожающей сплетни. Она рассказывает ему про Анну Лазареву - девушку, которая дважды пыталась отравиться после того, как из-за возраста ушла из спорта. Собственно, именно с появления этой случайно подозреваемой и начинается самая интересная часть сюжета.

Ну и как обычно параллельно развиваются другие сюжетные линии. Одна из основных это существование некоей государственной программы, в которую вербуют людей, так или иначе связанных с криминалом.

Вербовка происходит исключительно силовыми методами: в квартиру врываются, человека избивают и заставляют сделать признание на камеру.

Первым из таких людей является Мамонтов Никита, трусливый парень, совершивший убийство. Сделав признание, он пугается и решает обратиться за помощью к Короткову. В назначенный час Никита на встречу не является, Коротков отправляется к нему домой и приходит к... трупу.

Это была классическая ловушка, которую расставляли сотни раз и в которую попадались сотни людей. Более того, она была описана в десятках детективных романов и показана в десятках кинофильмов. Но в нее все равно продолжали попадаться.
Майор Коротков был опытным оперативником. Поэтому сначала он долго звонил в дверь квартиры Никиты, потом осторожно толкнул ее. Убедившись, что дверь открыта, он не стал заходить внутрь, притворил дверь и позвонил в соседнюю квартиру

Коротков догадывается, что если он войдет в квартиру, обвинения в убийстве ему не избежать, поэтому благоразумно вызывает своих коллег.

Впрочем, полностью отвертеться от обвинений ему не удается. Уже скоро в газете выходит статья, где указывается, что Никита был завербован милицией (а именно Коротковым), но милиционеры "Они даже не позаботились о том, чтобы факт сотрудничества Никиты с уголовным розыском не стал достоянием гласности. И разумеется, слухи достигли заинтересованных ушей. В преступной среде измен не прощают". Коротков в шоке, Мельник в гневе и обвиняет Короткова в том, что его агента расшифровали.

Вторым человеком, к которому заявляются с видеокамерой, является Евгений Ильич Парыгин, один из главных героев этого романа. Когда к нему заявляются трое парней, он хватает стул и бросает его в окно, тем самым привлекая внимание прохожих. Парни сбегают.

Парыгин - один из интереснейших персонажей в книге и прописан достаточно подробно. Это хитрый и опытный киллер со своими принципами. Как говорит о нём Маринина в интервью, „Настоящий киллер может быть только таким, а не той туфтой, о которой пишут в газетах. Абсолютно социализированный человек с безупречной репутацией, на которого никогда не падет подозрение. Прописан там, где живет, работает там, где прописан, с идеальными документами.“ Его здоровый образ жизни, сложившийся почти 20 лет назад, так и не претерпел изменений. Абсолютная стабильность - и в выборе еды, и в месте работы на заводе.

И к тому же, это довольно безжалостный человек, никогда не испытывающий к другим хотя бы симпатии, но тем не менее где-то к середине книги начинаешь ему как-то даже сочувствовать.

Перед Парыгиным стоит довольно сложная задача. Его брат взял в долг крупную сумму денег для бизнеса и был обманут поставщиками товара. Возвращать ему денег было не с чего, так что он покончил с собой. Но кредиторы повесили долг на вдову брата, оставшуюся с единственным сыном. Парыгин относится к ней абсолютно равнодушно, более того, она даже раздражает его своими попытками соблазнить, но в память о брате считает себя обязанным ей помочь.

Но вернемся пока к Насте.

Неожиданно с ней связывается Анатолий Владимирович Старков — начальник охраны и разведки Денисова. Настя напрягается, ожидая новых неприятностей, но всё оказывается намного грустнее. Денисов умирает от рака. В ближайшее время его ждет операция, и он хочет встретиться с Настей перед ней. Эдуард Петрович честно признается, что вряд ли переживет операцию и согласился на неё только для того чтобы дать надежду близким. Напоследок Денисов рассказывает Насте о некоей государственной программе. суть которой состоит во внедрении людей в крупные коммерческие структуры типа банков. По его словам, с программой что-то "нечисто", и он просит Настю, чтобы она предупредила его людей после того, как она "разворошит гнездо".

Ничего конкретного Денисов Насте не говорит, лишь то, что один из резидентов программы трудоустроился в некую структуру и был убит. А вместе с ним и руководитель службы безопасности.

На следующий день Насте звонит Старков и сообщает, что Денисов умер. Настя искренне переживает его смерть, хотя и признает то, что их отношения - честной сыщицы и крупного мафиози - были очень странными. В любом случае его просьбу она собирается выполнить.

Итак, перед Настей стоят четыре важные задачи.

1. Найти серийного убийцу, задушившего 7 человек.
2. Помочь Юрию Короткову разобраться с газетной статьей.
3. Понять, причастна ли к убийству Аня Лазарева.
4. Ну и с подозрительной государственной программой разобраться.

1. Анализ серийных убийств в романе очень надуман. Появляется некий профессор Самойлов, разработавший "хронобиопсихологический метод" поиска убийц. Судя по описанию, это бредятина полная. Что-то про пересечение времени жизни убийцы и жертвы. ну и учитывание дат рождения. Профессор приходит к выводу, что убийства совершили разные люди, не маньяки. Настя ему верит типа наука все дела. Хотя эта часть романа с профессором самая слабая, но видимо, Маринина решила не углубляться в криминалистику, чтобы роман не был слишком занудным, и придумала вот такое вот.

2. Начинаются разборки с газетной статьей. Мельник требует от Короткова, чтобы он выяснил, откуда у журналиста взялась информация. автором статьи является любящий бухнуть Валентин Баглюк, который руководствовался при написании предоставленной ему видеозаписью, в дальнейшем оказавшейся липой. Коротков привозит его к Мельнику и оставляет для разговора.

На следующий день Мельник собирает всех на совещании и в бешенстве сообщает, что Коротков проявил "поразительный непрофессионализм, который граничит уже просто с халатностью и безразличием к выполняемой работе".

– Вчера вы вполне успешно переложили свою работу на меня. Вы сбросили мне Баглюка как ненужный груз, ставший обузой, и радостно побежали пить кофе в кабинет к своей подружке Каменской. К счастью, я оказался в данной ситуации больше сыщиком, чем начальником, поэтому сделал за вас то, что вы сделать поленились или забыли. Я получил от Баглюка все сведения, какие только смог из него вытрясти. И слава богу, что я это сделал.
Он выдержал драматическую паузу, сверля глазами Короткова, который стоял перед ним, пылая багровым румянцем.
– Потому что если бы я этого не сделал, то сегодня информация оказалась бы утраченной безвозвратно. Вчера поздно вечером журналист Валентин Баглюк погиб в автокатастрофе. Он вел машину в состоянии сильного алкогольного опьянения и на скользкой дороге не справился с управлением. Садитесь, Коротков. Я надеюсь, из случившегося вы все сделаете выводы. За три недели я уже понял, что под руководством Гордеева вы привыкли жить как одна большая семья. Может быть, это и неплохо с точки зрения психологического климата. Но для серьезной работы совершенно непригодно. В семье можно не вымыть посуду или не постирать носки, потому что это сделает за тебя кто-нибудь другой, а и не сделает, так тоже ничего страшного. Грязная посуда, как и грязные носки, никуда не убежит. Пора забыть эти привычки. Вы находитесь на службе, и будьте любезны помнить об этом. Всё. Все свободны.

При этом, сам Мельник никакой информации никому не сообщает. Коротков возмущен и предлагает Каменской вместе разобраться с гибелью Баглюка. Выясняется, что с его машиной "поработали". А в его вещах находится бутылка коньяка, которая вызывает у Насти пока еще плохо осознаваемую тревогу.

С этого и начинается самая тяжелая и грустная часть романа. Настя долго пытается не думать об этой бутылке, но потом все-таки признает, что изрисованная этикетка на ней указывает на то, что когда-то из этой бутылки пил её отчим. И видимо, именно с ним и пил Баглюк. А значит, её любимый отчим причастен к убийству Баглюка. Настя впадает в депрессию, поделиться своим горем ей не с кем. Чистяков уехал, своим родственникам она признаться в таком не может. Чем дальше продолжается расследование, тем тоскливей становится Насте.

В какой-то момент она не выдерживает и напрашивается в гости к генералу Заточному. Заточный соглашается, и Настя, сидя у него на кухне, вдруг не выдерживает и начинает плакать. Заточный сразу встает и уходит, он не переносит женских слёз. Но даже и после того, как Настя успокаивается, разговаривает он с ней довольно сурово, мол, мне все равно, что вы женщина, никто вас в розыск не тащил. Настя так и не решается рассказать ему правду и говорит лишь о том, что не может работать с Мельником, а после встречи с Заточным окончательно впадает в депрессию.

В общем, довольно неприятная сцена и читать её тяжело. Хотя это вот постепенное впадание во все большую депрессию передано очень хорошо, например, когда Настя в какой-то момент ловит себя на мысли, что хочет, чтобы снег шел и шел и, в конце концов, завалил бы все вокруг, а время бы остановилось.

3. Сюжетная линия с Аней Лазаревой начинается поначалу даже позитивно, хотя мы почти сразу узнаем, что судьба у девушки была довольно грустная.

В детстве Аня была некрасивой, а потом еще и выросла так, что обогнала всех одноклассников, что стало поводом для насмешек и буллинга. Другие девчонки активно встречались с мальчиками, а за Аней закрепился статус страшненькой и неинтересной. Всё немного изменилось, когда она начала заниматься баскетболом. Тут её рост был преимуществом, но период, когда над Аней издевались, уже успел повлиять на её характер. Она очень хотела быть любимой, так что любое мимолетное внимание воспринимала, как возможное замужество. Из-за этой прилипчивости парни довольно быстро расставались с ней, так что Аня оставалась одна.

– Ее тоже выгнали из команды?
– Нет, возраст, знаете ли… Она сама ушла. Но как-то жизнь у нее не складывалась. Аня очень хотела замуж выйти. Знаете, это даже неприлично выглядело. Над ней девочки посмеивались. Она была какая-то… несовременная, что ли. Считала, что если парень с ней переспал, то у него серьезные намерения. И ужасно переживала, когда оказывалось, что это не так, что он через два дня о ней и думать забыл. Она совсем не умела быть гордой, мгновенно влюблялась, таскалась за каждым своим возлюбленным по пятам, проходу не давала, в глаза заглядывала. Начинала подарки делать, домой приглашать, чтобы познакомить с родителями. Конечно, парни от нее как от чумы шарахались. Для них переспать с девушкой во время сборов – дело самое обычное, там постоянно кратковременные романы заводятся, и никто от них голову не теряет. А Анечка к каждому знаку внимания, даже самому незначительному, относилась как к предложению руки и сердца.

После определенного возраста с баскетболом пришлось завязать. Аня предполагала, что будет тренером как и все бывшие спортсмены, но тут развалился СССР, тренеры в таком количестве стали не нужны, так что и её образование оказалось бессмысленным. В результате две попытки покончить с собой, но к счастью, неудачных. Некоторое время спустя Аня устроилась продавщицей газет, и это как-то отвлекло её от грустных мыслей.

Доценко решает "поработать" с Аней и начинает за ней ухаживать. Аня моментально влюбляется в высокого красавчика, а вот Доценко остается равнодушным и воспринимают Аню исключительно как необходимую часть своей работы. Нет, он по-доброму относится к ней, хотя и некоторое время продолжает подозревать, но как женщина она ему неинтересна, встречаться и долго целоваться с ней ему скучно и утомительно, так что в какой-то момент - когда они с Каменской приходят к выводу, что Лазарева не причем, - он просто не приходит на встречу, отчего Аня понимает, что её бросили и впадает в истерику.

И тут на сцену выходит Парыгин. Как опытный киллер он ни разу не попадался сыщикам, но однажды, убегая с места преступления, он поскользнулся, упал, повредил ногу и ушиб скулу. Тогда милиция начала опрашивать всех мужчин его возраста с поврежденной ногой и синяками на лице. Опросили и Парыгина, но быстро отпустили. Так вот, после того, как в квартиру Парыгина ворвались беспредельщики с видеокамерой, он и решил, что возможно, опера силовыми методами выбивают признания у всех, кто засветился, так что решил проследить за Доценко, который его когда-то допрашивал.

Доценко, по мнению Парыгина, ничего интересного не делает, только встречается со своей "дылдой". И вот в какой-то момент Доценко просто не приходит на встречу, и Парыгин видит, как девушка медленно впадает в истерику, и понимает, что дело не просто в ссоре. Он подходит к Ане и начинает её успокаивать, тут же у него появляется план, как девушку можно использовать.

Тут еще интересная зеркальная ситуация получается: в то время как Заточный от женских слез просто разворачивается и уходит, Парыгин реагирует на них абсолютно спокойно.

Евгений не боялся женских слез. Он знал, что некоторые, да что там некоторые – большинство мужчин их не переносят, теряются, не знают, что делать, и от этого либо становятся агрессивными и грубыми, либо сразу идут на попятный и уступают плачущей женщине. С ним такого не происходило. В сущности, он не видел разницы между женщиной плачущей и смеющейся. И в том, и в другом случае это было физиологическое проявление сильных эмоций, а полюс, положительный или отрицательный, значения не имел. Поэтому он молча стоял перед рыдающей девушкой, не испытывая ни малейшего психологического дискомфорта, и терпеливо ждал, когда истерика закончится

Дальше следует описание отношений Парыгина и Ани. Парыгин уговаривает её идти не домой и не к подругам, где её "замучают вопросами", а отправиться куда-нибудь в другое место. Аня некоторое время находится в таком шоке, что полностью подчиняется Парыгину и отводит его в квартиру, которую сняла для встреч с Доценко и где они ни разу не были. Всё это время Аня то замыкается в себе, то начинает истерить и драться, то тихо плачет.

Парыгин несколько удивляется таким перепадам настроения, но решает, что лучший способ расположить к себе Аню - переспать с ней.

Он позволил себе быть неделикатным, но выбранная им линия оказалась правильной. Анна мгновенно откликнулась на грубую ласку и крепко обняла Евгения, подставляя губы для поцелуя и прижимаясь к нему длинным мускулистым телом. Все дальнейшее произошло просто и обыкновенно, Анна отдавалась умело и с немалым энтузиазмом, что позволило Парыгину не испытывать чувства вины. В нем было достаточно и мужской силы, и изобретательности, чтобы не дать Анне заподозрить притворство и искусственность своего любовного пыла.

Собственно, дальше начинает этап приручения Анны. Парыгин обосновывается у неё в квартире, постоянно занимается с ней сексом, обещает жениться и постепенно сам привыкает к ней и даже подумывает о том, не завести ли семью на самом деле.

Но долг брата для него превыше всего. Поэтому он решает использовать Аню, а уж если она выживет, то на ней в самом деле, можно жениться.

В итоге он предлагает Ане шантажировать человека, который хотел заказать убийство. Всю основную часть (встречу с ним, разговоры по телефону) Аня должна была взять на себя. Парыгин же планировал либо записать на видео убийство Ани, которое совершит заказчик, либо получить деньги, если он все-таки их отдаст.

Заканчивается его план совершенно непредсказуемо: заказчик нападает на Аню, она начинает отбиваться, в итоге они падают с недостроенного здания. В тот же миг приезжают милицейские машины, ищущие Лазареву, так как Мельник продолжает настаивать на том, что именно она является маньячкой и её нужно отловить.

Парыгина задерживают, но он быстро ориентируется и выдает себя за случайного прохожего, так что его скоро отпускают.

После смерти Ани ему внезапно становится тоскливо, чему он сам удивляется.

▼Мысли Парыгина⬍

Внезапно он понял, что ему жаль Анну. Как странно… Он почти никогда никого не жалел, холодно и отстраненно считая, что каждый человек сам виноват в своих несчастьях. Но Аня ни в чем не была виновата, она погибла потому, что Парыгину нужны были деньги для вдовы брата. Брат взял деньги в долг, не смог отдать, ушел из жизни, оставив жену и сына на растерзание зубастым кредиторам и на попечение Парыгина. Брат поступил неправильно, что уж тут говорить. Но Аня-то тут при чем? Почему ей пришлось расплачиваться за эти ошибки?
Потому что так решил он, Евгений Парыгин. Потому что дура Лолита и ее маленький сын для него дороже, чем малознакомая, в сущности, женщина, которую он подобрал в метро, рыдающую от обиды на неверного возлюбленного. Но так ли это на самом деле? Может быть, он лжет сам себе? Может быть, ответил себе Парыгин мысленно. Потому что дело, конечно же, не в Лоле и не в мальчике, а в покойном брате и в той дружбе, которая их всю жизнь связывала. А Анна для него – не просто малознакомая женщина, а женщина, которая хотела выйти за него замуж, которая спала с ним, готовила ему еду, смотрела на него преданными и доверчивыми глазами и готова была сделать все, что он прикажет. Он сам, своими целенаправленными спланированными действиями привязал ее к себе, обещал замужество и последующие золотые горы, он старался завоевать ее доверие и заставить помогать ему. И в том, что она погибла, целиком виноват только он. Он знал, что это может произойти, и не сделал ничего, ни единого шага, чтобы предотвратить беду. Более того, запасливо взял с собой камеру, чтобы заснять это и впоследствии дожать Петра Михайловича, если он не принесет денег на условленную встречу, а вместо этого попытается убрать шантажистку. Он, Парыгин, был холоден, расчетлив, циничен и жесток, своими руками посылая Анну на смерть. И нечего дурака валять и строить из себя несчастного и несправедливо обиженного коварной судьбой.
Но Аня могла бы остаться живой. Могла бы, если бы Петр не стал финтить и отдал деньги. И еще если бы черноглазый капитан Доценко ее не бросил. Тогда Парыгин и не познакомился бы с ней, и не было бы всего остального. Может быть, на ее месте была бы какая-то другая женщина. Или вообще пришлось бы претворять в жизнь совсем другой план. Да, верно, все как раз и началось с того, что Аня плакала в метро из-за своего хахаля, тогда и план в голове у Парыгина зародился. Теперь все ясно, виноват капитан. Не бросил бы он Анну, она осталась бы жива.
Ему стало легче от этой мысли. Сознание, что можно больше не обвинять только себя, открыло шлюзы, в которые хлынуло горькое сожаление. Он и вправду мог бы жениться на ней и жить счастливо. А почему нет? Аня была бы ему хорошей женой, родила бы девочку. Теперь уже ничего не будет.

В итоге он решает продать квартиру и расплатиться ею за долги брата. С квартирой тут немного надуманно вышло: Парыгин несколько раз задумывается о том, что скорее всего, заказов у него больше не будет (а значит, и квартира как дополнительная база ему не нужна), но вместо того, чтобы сразу продать её, городит чепуху с шантажом от лица Ани.

Заканчивается его жизнь довольно внезапно: он попадает в перестрелку между патрулем и теми, кто караулил жену его брата. Перед смертью он проклинает Доценко:

Для вас, ментов, люди – грязь. Вы по головам, по трупам пойдете, только чтобы свою игру с нами сыграть и выиграть. Вы мимо человека прошли, в дерьмо его втоптали, уничтожили и дальше побежали

При этом, Парыкин признает, что сам он дерьмо.

– Запомни, капитан… – едва слышно проговорил Парыгин. – Мужские игры – дело серьезное. Они бывают крутыми… бывают жестокими… но они должны быть честными. Если ты играешь против меня, то это твое дело и мое. А третьих сюда не вмешивай.
– Я против вас не играл. Не довелось.
– Не обо мне речь… Это я так, для примера… Не знаю, против кого ты играл, когда Аню… когда с Аней… Но ты не имел права. Так нельзя, капитан. Она живой человек, а ты заставил ее страдать… Ненавижу тебя.
– Пусть так. Но вы заставили ее умереть. Чем же вы лучше меня?
– Я не лучше. Я такое же дерьмо, как и ты. Но я хотя бы это понял. А ты – нет. Аня умерла счастливой… я дал ей радость… а ты дал ей только слезы и горе… Будь ты проклят!

4. В общем-то, на этом интересная часть романа заканчивается. Дальше Настя довольно быстро разбирается с государственной программой, причем как-то случайно.

– Еще как важно. Ты же убойную-то новость еще не слышала. Как услышишь – сразу поймешь. Короче: в банк «Русская тройка» приходил некий дяденька, который утверждает, будто знает, кто убил Нурбагандова, и даже называет и убийц, и причину убийства. Причем приходил он к начальнику кредитного отдела банка, а тот, кого он намеками называет в качестве организатора убийства, взял в «Тройке» солидный кредит и испытывает в данный момент большие трудности с его возвращением. Имя посетителя нам известно.
– Откуда информация?
– Из банка, от того мальчишки, который теперь Вавилова замещает. Он что-то к нашему Мишке доверием проникся и позвонил с просьбой проверить этого посетителя.
– Верить можно?
– Думаю, да, – Коротков пожал плечами и тут же ловко оседлал стул, усевшись на него верхом лицом к спинке. – Но и проверить тоже надо. Так что сама понимаешь, отсутствие надзора со стороны ненавистного Барина сильно развязывает нам руки, потому как дядя Паша Жерехов для нас – свой, он нам доверяет и накатает бумагу на наружное наблюдение, не требуя с нас особых объяснений.

Настя связывается с Заточным и сообщает ему найденную информацию.

К Насте приходит отчим, она не выдерживает и расспрашивает его привычку рисовать на этикетках бутылок. Выясняется, что отчим рисовал на бутылке, которую оставил у Мельника. Настя, наконец-то, испытывает облегчение и понимает, что виноват в смерти журналиста исключительно Мельник. Через некоторое время от нервного перенапряжения она внезапно попадает в больницу.

Когда она болеет дома, её навещает Заточный. Они понимают, что в государственной программе были свои терки между начальством, поэтому и были выбраны такие "заведомо провальные" кандидатуры как Никита и Парыгин. Участники программы в книге тоже достаточно колоритные: чего стоит хмурый румяный коротышка Зеленин, который предлагает устраивать кандидатов в коммерческие структуры людей, убивать их, а затем требовать от руководителей за это благодарности, что несколько шокирует даже его коллег.

Также Заточный признается, что Настю использовали втемную.

▼большой отрывок⬍

Заточный весело рассмеялся, легко встал с кресла, прошелся по комнате и остановился прямо перед Настей.

– Настенька, неужели вы могли подумать, что ваш приятель Денисов знает то, чего не знаю я? Да грош мне цена была бы, если бы я не знал всего того, о чем таинственным шепотом сообщил вам покойный Эдуард Петрович.

– Значит, вы знали? – растерянно пролепетала она, не зная, что и думать.

Она чувствовала себя полной идиоткой, впрочем, за последний месяц это было не впервые.

– Конечно, знал. И очень на вас рассчитывал, потому что понимал, что все рано или поздно замкнется на вас.

– Как это – замкнется на мне? Откуда вы могли знать, что Денисов перед смертью захочет поговорить со мной?

– А мы этого и не знали. Это была чистая случайность, сыгравшая нам на руку. Мы делали ставку совсем на другое.

– На другое? На что же?

– На вашу нелюбовь к новому начальнику.

– Что?!

– Да-да, Настенька, вы меня поняли правильно. Мельника слишком активно двигали на это место, и нам стало любопытно, кому и зачем это место понадобилось. Это ж не синекура какая-нибудь, а адский труд…

– Кому это – вам? – перебила его Настя.

– Нам. Мне и Гордееву. А потом узкий круг любопытных, конечно, несколько расширился. Так вот, мы стали приглядываться к Мельнику и решили, что с ним что-то не в порядке. Но давление сверху было слишком сильным, тянуть было уже нельзя, и сопротивляться тоже возможности не было. И Гордеев сделал вид, что уступил. Мы очень рассчитывали на вас, Анастасия, мы знали, что, если за Мельником что-то есть, это обязательно проявится, и вы не сможете не заметить. А если заметите – непременно раскрутите до конца, такой у вас характер. Вы ведь тоже любопытны и не любите нераскрытых тайн. Теперь вы понимаете мою реакцию, когда вы вдруг заявились ко мне домой и стали плакать и просить забрать вас из отдела? Дело только-только начало раскручиваться, а вы хотите уйти с арены. Я не мог этого допустить. И потом, для меня было очевидно, что чем скорее вы раскусите Мельника, тем быстрее к вам вернется Гордеев, но я не мог вам этого сказать.

– Почему?

Она спросила это, глядя в упор в желтые тигриные глаза Заточного.

– Почему вы не могли сказать мне все с самого начала? Вы использовали меня втемную, как безмозглую куклу, вы двигали меня, как пешку по шахматной доске. Иван Алексеевич, неужели вы до такой степени мне не доверяли?

– Не в этом дело. Когда играют в ТАКИЕ игры, речь не идет о доверии. Речь может идти только о целесообразности.

Настя закрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Только сейчас она почувствовала, как устали напряженные мышцы спины.

– Что вы со мной сделали… Если бы вы знали, что я пережила за это время… Мне жить не хотелось. Я была вынуждена подозревать собственного отчима, который для меня все равно что отец. Я каждый день жила с этим и не знала, что с этим делать… Если бы я заранее знала, что все дело в Мельнике… Господи, Иван Алексеевич, ну почему, почему вы мне не сказали!

– Так было нужно. Вы были естественны и вели себя правильно. И только поэтому не спугнули Мельника. Вы ведь не актриса, и никто не смог бы поручиться за то, что вы сыграете достоверно. Повторяю вам, это серьезные игры и в них поблажки не делаются никому.

Заточный уходит. Настя понемногу успокаивается и звонит в город Денисова. На этом роман оканчивается.

Анон · 2026-05-12 07:22:38

Анон пишет:

симпатичного высокого и обаятельно Михаила Доценко

Анон, ты напомнил мне про чуть ли не первый увиденный мискаст в моей жизни! В книге у нас симпатичный высокий, ещё емнип черноглазый Доценко. В кино - милый, но вовсе не хот-хот, от которого все женщины сходят с ума, а скорее плюшевый Дужников. И не черноглазый!

Анон · 2026-05-12 08:11:48

Анон пишет:

В книге у нас симпатичный высокий, ещё емнип черноглазый Доценко. В кино - милый, но вовсе не хот-хот, от которого все женщины сходят с ума, а скорее плюшевый Дужников. И не черноглазый!

Надо мне, наверное, все-таки начать сериал смотреть

А так-то, да, совсем Дужников на Доценко не похож

Анон · 2026-05-12 16:41:59

Спасибо за обзор, анон! "Мужские игры" действительно крутой роман, пусть и не без недостатков (мне тоже показалось надуманной версия, что маньяк непременно девушка-баскетболистка, и что оперативники схватились за неё как за единственно верную да и вся часть с вычислением маньяков математическим методом), но в остальном он действительно интересный и захватывающий. В нём столько всего происходит, что у меня в памяти он отложился как две книги Помню, что при чтении очень жалела Аню, мне всех подобных героинь у Марининой жалко, хоть они встречаются сильно реже популярных у мужчин раскрасавиц. Хотелось ей хоть какого-то счастливого финала, но с Парыгиным явно никак бы не вырулило к нему.

Анон пишет:

Анон, ты напомнил мне про чуть ли не первый увиденный мискаст в моей жизни! В книге у нас симпатичный высокий, ещё емнип черноглазый Доценко. В кино - милый, но вовсе не хот-хот, от которого все женщины сходят с ума, а скорее плюшевый Дужников. И не черноглазый!

У меня такое ощущение, что часть черт Доценко перешла к сериальному Лесникову (не зря его в сериале зовут Михаилом), а часть к Доценко-Дужникову. Но чёрные глаза так никому и не достались

Анон · 2026-05-24 15:31:49

Анон пишет:

Спасибо за обзор, анон!

Пожалуйста :please:

Анон пишет:

Хотелось ей хоть какого-то счастливого финала, но с Парыгиным явно никак бы не вырулило к нему.

Я помню, первый раз читал, всё надеялся, что она каким-то образом жива останется :sadcat:

ТС

Холиварофорум

Объявление

#26 2025-11-27 14:43:12

Re: Книжечки

#27 2025-11-27 21:22:04

Re: Книжечки

#28 2026-01-16 05:57:43

Re: Книжечки

#29 2026-01-16 13:42:29

Re: Книжечки

#30 2026-01-16 20:07:00

Re: Книжечки

#31 2026-02-14 02:53:02

Re: Книжечки

#32 2026-02-14 13:27:51

Re: Книжечки

#33 2026-02-16 07:59:23

Re: Книжечки

#34 2026-02-23 19:10:45

Re: Книжечки

#35 2026-03-06 13:03:23

Re: Книжечки

#36 2026-03-10 23:37:32

Re: Книжечки

#37 2026-03-22 12:53:06

Re: Книжечки

#38 2026-03-22 14:18:00

Re: Книжечки

#39 2026-03-22 17:54:52

Re: Книжечки

#40 2026-03-23 12:15:51

Re: Книжечки

#41 2026-03-29 20:47:47

Re: Книжечки

#42 2026-04-04 17:22:00

Re: Книжечки

#43 2026-04-07 09:42:29

Re: Книжечки

#44 2026-04-13 10:57:21

Re: Книжечки

#45 2026-04-20 20:09:03

Re: Книжечки

#46 2026-05-12 07:05:44

Re: Книжечки

#47 2026-05-12 07:22:38

Re: Книжечки

#48 2026-05-12 08:11:48

Re: Книжечки

#49 2026-05-12 16:41:59

Re: Книжечки

#50 2026-05-24 15:31:49

Re: Книжечки

Подвал форума