(Текст внизу экрана: День 2. 11:00)
(Во дворе. Илья и Марья стоят у открытого багажника машины.)
И: Большинству собак для прогулки вполне достаточно широкого, правильно подобранного ошейника - например, такого... (Достает из багажника ошейник, поднимает вверх - камера показывает крупный план.) Но что делать, если собака не приучена ходить на поводке? Чтобы справиться, нужно умение...
М: А зачастую и физическая сила. Кроме того, если собака упорно тянет, или если владелец постоянно дергает поводок, животное может получить серьезную травму шеи. Поэтому рассмотрим другие варианты. Например, вот это - недоуздок, или халти. Вот сюда крепится поводок, и собаке просто становится неудобно тянуть.
И: Но не каждая собака согласна мириться с недоуздком на морде. Кроме того, он просто не подходит для короткомордых пород - таких, как мастифы. Ну и Женя говорит, что у Генриха и так были проблемы с намордником.
М: Правда, проблем с намордником мы пока не увидели, а вот агрессивная реакция на ошейник налицо. Здесь надо сказать, что мы не используем ни удавки, ни ошейники с шипами. Подробнее про разные виды ошейников читайте на нашем сайте, ссылка будет (показывает вниз) в описании.
И: Но даже если бы использовали - пытаться надеть строгач на пса, который огрызается просто на прикосновение к ошейнику, было бы, ну, преступной глупостью. Да и нельзя сразу начинать с аверсивных методов, когда нет даже контакта между владельцем и собакой.
(Текст внизу экрана: Аверсивный - причиняющий боль или неприятные ощущения.)
М: Поэтому в данном случае наш выбор - шлея. (Показывает) С первого взгляда кажется, что это только поможет собаке тянуть? Зависит от шлеи. Смотрите, здесь поводок крепится в двух местах - на спине и на груди. Собака, пытаясь тянуть, в итоге просто, мм, развернется.
И: Для начала, конечно, нужно, чтобы Генрих привык к шлейке. Но если он спокойно к ней отнесется, то, может быть, у нас получится даже пойти погулять.
(Мария закрывает багажник. Камера снимает, как ведущие вместе идут к подъездной двери.)
И: (уже не на камеру) Мы спонсора не забыли?
М: Сейчас чекну.
(Оператор снова наводит фокус на машину. Ведущие через пару секунд опять появляются в кадре.)
И: Может, не надо про намордник? Сегодня проблем нет, завтра появились, тогда что?
М: Надо, это показывает одну вещь. Мне кажется... (задумывается) Я убеждена, что Женя... как сформулировать...
И: Что Женя совершенно не знает свою собаку? Это и так видно.
(У Марии на мгновение лицо становится жёстким, даже злым. После чего небольшой фрагмент записи явно вырезан.)
М: ...ладно, что Женя довольно часто недоговаривает или умалчивает.
И: (опирается спиной на машину) Объясни на пальцах, а? Я верю, я даж согласен, просто с примерами?
М: (действительно разгибает пальцы, считая) Смотри. Женя сказала, что она биолог.
И: Ну люди вообще часто врут о профессии. Это к Генриху ни при чем.
М: Как раз при чем - помнишь, ветеринар не нужен, я сама справлюсь...
И: Блииин, да. А глистогонить не собирается, и когти подстричь тоже.
М: Кстати, когти - это два. С собакой ведь никто толком не гуляет? "Два раза в день", да, конечно.
И: ...Не, тут я даже понимаю. Смотри, она ведь вообще всего боится. Генрих ей порвал не только пуховик, но картину мира.
(Мария пытается не улыбнуться, но у неё не получается)
И: (весело) Что, фигню сказал?
М: Почему, довольно точно. Она серьезно испугалась.
И: Признаться в том, что боится гулять с собственной собакой, Женя ведь не сразу решилась?
М: (задумчиво) Понятно. Да, принимается. Но я все равно не думаю, что с Генрихом все полгода регулярно - (замечает камеру) Ты снимаешь?
И: (почти одновременно) Оставь-оставь, надо снять. Так, что дальше? Ошейник и намордник? Про намордник, может, просто сказала первое, что на ум пришло. Что еще?
М: Что Генрих не любит посторонних, особенно мужчин. Проекция?
И: Стопятьсот. Хотя меня он облаял. Мне не понравилось.
М: А вот щелкнул зубами - на Женю.
(Илья молча крутит ус. Лицо у него весьма мрачное - кажется, собственные мысли ему очень не нравятся.)
М: Что еще... множество, мм, баек? Нет, не то. Неправдоподобных историй.
И: В смысле, все эти сказки старого Арбата про спасение книжек с костра инквизиции?
М: Да, именно. Скажи, а как вообще работать с клиентом, который всячески старается не пересекаться с реальностью?
И: (с внезапной улыбкой) А Жене это понравится. Типа, что у неё случай весь такой исключительный и уникальный.
М: (искренне) Ты гений. ...Но проблему это не решает. Ну наговорим мы ей любезностей. Положим, уговорим Генриха отдать, и оставшееся время с чистой совестью снимаем трагическую сказку о том, как добрая женщина спасла щенка, но из-за, мм, состояния здоровья не смогла оставить себе. ...Разве что это и есть цель Жени. Хотя, нам плевать, наше дело animal welfare, то есть... (Илья кивает головой - понял.) А если она захочет работать дальше?
И: Так случай ведь штатный, Маш. Владельцы врут? Бывает. Сложная семейная ситуация - так у наших клиентов часто такое. Не пересекается с реальностью, говоришь... ну так ведь тоже не первый раз.
М: Да, но не в такой концентрации. И ещё я вот что думаю...
(Но съемка здесь почему-то обрезана. Следующий кадр - гостиная, Женя вместе с ведущими. В комнату заходит Генрих и направляется прямиком к Илье.)
И: (даёт себя обнюхать) Привет, реальность. Так, не надо мне морду о штаны вытирать.
М: Итак, Женя, сейчас было бы хорошо попробовать прогуляться с Генрихом. Мы посмотрим, как он будет вести себя, а также дадим вам несколько советов. (как будто спохватившись) Впрочем, вы сказали, что с утра уже гуляли?
Ж: (недоверчиво) Да?
М: Прекрасно, это облегчит нам работу. Принесите, пожалуйста, поводок и ошейник.
(Женя уходит. Кажется, её нет подозрительно долго - ведущие переглядываются.)
Ж: (за кадром) Мама, а где... ты куда поводок кладешь?
(Мария нарочито-подчеркнуто поднимает руку и разгибает еще один палец. Илья кивает.)
(Женя вбегает в комнату с поводком в руках. В спину ей прилетает что-то вроде "...Глаза разуй!")
И: ...Отлично, спасибо. Ошейник снять?
М: Пока не надо, мало ли что. Так вот, мы начнем с... Женя, дайте мне поводок, пожалуйста. Да, спасибо.
(Камера показывает Генриха - тот очень пристально смотрит на Женю.)
М: (кладет поводок на пол) ...Мы начнем с приучения Генриха к шлее. У меня с собой сегодня немного вареной курицы - от такого лакомства Генрих ведь не откажется, да, Генрих? - так же как и с намордником, постепенно и терпеливо...
(Камера дает более крупный план. Генрих подходит к Марии, интересуется - сначала курицей, потом начинает обнюхивать шлейку.)
Ж: ...Мне так и предстоит каждый раз Генриху курицу скармливать?
И: Отличный вопрос, я как раз хотел кой-что сказать.
(Женя, явно настроившаяся на ссору, неловко моргает.)
И: Понимаете, ставка просто слишком высока. Гулять с Генрихом на ошейнике я, честно, не рискнул бы. Не знаю, что там с ним прежний владелец творил - может, просто поводок дергал постоянно, или что похуже - но собак четко запомнил, что щас ему будут делать больно, и решил сразу кусаться. А прогулки необходимы. Поэтому нам сейчас кровь из носу важно, чтобы пёс спокойно воспринял эту странную фигню, которую на него надевают. ...Кстати, поэтому сейчас работает именно Мария, к ней Генрих относится спокойнее.
Ж: (кажется, вполне искренне) А разве просто лакомствами можно добиться преданности?
И: Нельзя, конечно же! Привязанность - вопрос времени. Мы за неделю Генриха можем научить, ну, паре вещей, которые облегчат вам жизнь. А наладить отношения с собакой - ваша задача. (шутливо) Хотя еда, конечно, не помешает. Я лично очень люблю, когда меня кормят.
Ж: (изобразив аристократический вид) Что поделать, имеет место вырождение - как у людей, так и у собак. Но ведь даже в этом забытом Босхом городе есть те, кто не намерен бегать за самками или трястись за каждую копейку.
И: ...Вы это о людях или о собаках?
Ж: И тех, и других. Я помню, в бытность мою в университете... каждый раз, идя к остановке, мне доводилось видеть необычную пару...
(Женя несет вдохновенную ахинею про мужчину с лицом Рутгера Хауэра и про верную овчарку. Камера в какой-то момент показывает Марию - та, кажется, зажимает себе нос, чтобы не рассмеяться.)
И: ...Да, это, конечно, история.
Ж: Несомненно! Не чета современным... васяткам с пивом и семками или гомункулюсам с синими волосами и кольцом в носу!
М: (внезапно) Почему - с синими волосами?
Ж: (скривив губу) Возможно, вам знаком термин "апосематизм"? Определенно, человек, добровольно выкрасившийся по последнему писку моды голожаберных, обладает такими же мозгами, что и моллюск. Хуже только наколки.
И: Да, так вот, если говорить о, ну, вашей истории... (запинается, выдыхает, говорит ровнее) Спасибо за прекрасный пример. Но такую привязанность ведь надо уметь заслужить, не так ли?
Ж: Служат собаки на границе.
И: ...Нужно стать для собаки авторитетом, которому можно безоговорочно довериться. Я не сильно философствую, если скажу - хочешь изменить других, меняйся сам? Вас явно впечатлил этот хозяин овчарки, например.
Ж: Предлагаете мне сразу отправиться на помойку?
И: Ну что вы.
Ж: (еще сильнее скривив губу) Хотя, пожалуй, в этой картине есть что-то зловеще-пророческое. В самом деле, кому в наши дни нужны настоящие люди? Их сразу надлежит вынести на помойку жизни, как и старинные книги - настало время айподиков и озабоченных приматов.
М: (гладя Генриха - тот позволил надеть на себя шлейку) Женя, а позвольте, я опишу вам иную картину?
Ж: Да ну?
М: Представьте - где-то через полгода или год, чудес не обещаю, вам удалось наладить отношения с Генрихом. Пёс теперь вас искренне любит, с удовольствием слушает команды, да и в целом хочет быть рядом с вами. Он неплохо себя ведет в общественных местах, и вам теперь не страшно ходить по городу.
Ж: Если бы здесь было куда ходить...
М: Почему нет? В конце концов, вы сможете просто сесть в парке читать книгу. Более того... вы знаете, опыт дрессировки зачастую придает людям уверенность в себе и спокойствие; внутреннюю силу, как вы это назвали. Может оказаться, что вы и без собаки в достаточной безопасности, чтобы к вам не привязался никакой, мм, недобрый человек.
(Женя, кажется, хочет возразить, но не возражает.)
М: И потом, регулярные прогулки отлично сказываются на здоровье. Может быть, вы так найдете единомышленников, приобретете новые хобби, ну, например... (смотрит мимо камеры, смеется) Вот хотя бы фехтование, спасибо, Олег! Очень аристократическое занятие. Или - вы упомянули верховую езду, вы когда-то занимались?
Ж: Можно и так сказать. Знаете, это некоторая память предков, "темное мышечное чувство" - как татре не нужно учиться пасти овец, или золотистому тезему гнаться за дичью - помню, занятие по нормальной анатомии, берешь в руку скальпель и... (бросает взгляд в сторону Ильи, осекается) Да, так вот - представьте, я в первый раз на конюшне, до этого лошадей мне доводилось видеть только в кино или на иллюстрациях. И вдруг, неожиданно для себя и для окружающих, я уверенно подхожу к лошади с нужной стороны, оглаживаю, вывожу из стойла - мой тогдашний наставник даже счел, что я его разыгрываю.
И: (уважительно) Однако вы смелая женщина.
Ж: Какое отношение мой пол имеет к смелости?! Если вам раньше доводилось иметь дело только с истеричными бабами, так имейте в виду-!
И: (успокаивающе поднимает руки) Не-не-не, я совсем не то имел в виду. Простите, глупость сморозил. Нет, просто вспомнил - есть у меня одна подруга, ну, знакомая с универа, только я по собакам, а она по лошадям. Так вот, заманила она меня на конюшню. Я сам не маленький, но реально опешил - лошади же огромные! А уж когда сел, а там высоко, и оно еще под тобой шевелится - страшновато было, я скажу. А еще я боялся - вот не смейтесь, все в голове стояло то место, где Вронский "непростительным движением" лошади спину сломал.
Ж: (медленно) То есть, вы... ездили?
И: Да я больше сено таскал. Но это отлично, что вы в теме разбираетесь - на поводке, например, что лошадь, что собаку вести, основные правила те же.
М: (снимает с Генриха шлею) Может, вам удастся вернуться к верховой езде? Тем более, что у вас так прекрасно получалось.
Ж: Да уж не с моей спиной.
М: Или просто к общению с лошадьми? Что-то вроде иппотерапии. Та конюшня, о которой вы вспоминали, до сих пор существует?
Ж: Она... ну... нет, её нет.
М: Жаль. Может, удастся найти другую?
Ж: Вы видели, что в наш "просвещенный век" творят с безответными лошадями? Эти, с позволения, навозные девки из проката, измывающиеся над животными... Напоминает, знаете ли, стихотворение любимого поэта, процитирую вам по памяти. (пафосно) "Век рыцарства давно прошел. Конь голодает. Но осёл, убогая тварь, будет беспечно овсом и сеном питаться вечно." Это, конечно, не только о лошадях. Но хотелось бы вернуться в тот век, когда слышалось цоканье копыт, а не чад гробовозок...
И: "О дурачье! Мой лучший миг отнять вы не смогли: Я помню стоголосый крик - и ветви пальм в пыли."
(Молчание.)
М: Что-то знакомое...?
И: Честертон.
М: Точно! У него неплохие стихи бывают.
Ж: ...Мне не близка авраамическая религия, уж извините.