Вы не вошли.
Спссите, глава 123
Цэнь Лин ухитряется ранить Мэй Лань, и хомячок на радостях раскрывает всем хитроплан секты судного дня: освободить Бай Шуанъина, пусть он разъебет мир, а секта зато в отсутствие адской канцелярии приберет к рукам дохуиллион бесхозных артефактов. План надежный, как швейцарские часы.
А-Шоу слушает, охуевает и изобретает все новые и новые предлоги сидеть на попе ровно и ничего не делать, ведь иначе сюжета не будет.
Фан Сю особой уличной магией делает большой бадабум. Кармические кирпичи валятся прицельно на головы Цэнь Лина и А-Шоу.
Окей, вотэтоповорот с хитропланом был интересный. НО! У анона тут же возник дохуиллион вопросов.
Во-первых и в-главных, как во все это вписывается Фан Сю? Его присутствие как-то помогает Бай Шуанъину снять печати, сам Фан Сю в курсе и не против, знает, почему так... и связан с сектой судного дня. При этом когда Бай Шуанъин предложил "проси что хочешь", Фан Сю не попросил разъебать секту судного дня, хотя вроде как считает их своими врагами. У меня уже подозрение, что после смерти бабушки секта судного дня добралась до Фан Сю, промыла ему мозг и заслала в адскую канцелярию целенаправленно.
Во-вторых, а секте судного дня апокалипсис как, норм вообще? Нахуя оно им? Руководство секты явно прошарено: живут хорошо, деньги у жертв отжимают, катаются как сыр в масле. И вот это все спустить в трубу ради артефактов, которые и без того можно потихоньку пиздить из хранилища? Сдается мне, хомячок сам не знает подробностей плана, что и логично: он просто мелкая сошка с промытыми мозгами. Пока могу вангануть, что Бай Шуанъин по сути своей не злое божество и не хаотик ивил, в секте об этом знают и на настоящий апокалипсис не рассчитывают, просто хотят убрать адскую канцелярию.
В связи с чем еще один вопрос: а анону-то почему должно быть не пофиг на судьбу адской канцелярии? Контора не то чтобы особо симпатичная: да, по идее все их жертвы должны быть мудаками, избежавшими наказания за грехи, но по факту мы видим, что гребут кого попало (Гуань Хэ вообще странно в чем-то обвинять, Мэй Лань — жертва мозгопромыва, Чэн Сунъюнь — жертва домашнего насилия, да и убийство мужа у нее было непредумышленное). При этом контора обещает победителю голодных игр исполнение желания, хотя по их же замыслу в голодных играх должны участвовать исключительно мудаки-свиноебы, и что такой вот свиноеб себе нажелает — вопрос, мягко говоря, открытый.
Короче, ебала жаба гадюку.
Спасите, глава 124
Махач продолжается, хомячок бесславно гибнет, Мэй Лань пытается добить Цэнь Лина, но тут А-Шоу наконец вмешивается, ведь автору надо растянуть сюжет еще на две арки. Квест официально закончен, дерущихся развели по разным углам, Фан Сю спасен, а А-Шоу даже не может предъявить претензии за все хорошее, ведь тогда будет ясно, что она с самого начала жрала попкорн и маялась хуйней.
Мне, чесгря, жалко хомячка ака Бай Суя. Автор, конечно, показывает его максимально неприятным, но, по сути, его, как и Мэй Лань, вероятно, завербовали еще ребенком и после этого планомерно промывали мозги. И весь его выпендреж "ах ты предательница, да я своих родителей тоже выпилил и не жалею" — чистейшие психзащиты.
Вообще, как по мне, структура первой половины книги с отдельными квестами, поисками разгадок и трогательными флешбеками была интереснее, чем это "найти макгаффин и выпилить максимальное количество адептов секты судного дня".
Спасите, глава 125
Махач продолжился вручную, Мэй Лань успела снять у Цэнь Лина одну жизнь из неизвестно скольки и сама сложилась в процессе. Цэнь Лин свалил. Окружающие, кроме Гуань Хэ, стоят в позе "жалко, но не очень". Лучший мальчик Гуань Хэ хотя бы попытался на помощь позвать
Пиздец осуждаю автора. Мэй Лань можно было бы прописать охуенную арку, где она учится жить дальше, берет на себя ответственность за совершенные ей преступления, как-то пытается помочь жертвам, приходит к осознанию, что она и сама жертва мозгопромыва. Но нет, нахуя, давайте просто ее убьем! Заодно вставим в новеллу посыл, что если ты нагрешил и раскаялся, тебе прямая дорога на выпил. Редемпшена не существует.
Пиздец, анон так бомбанул, что чуть новеллу не бросил.
Заодно вставим в новеллу посыл, что если ты нагрешил и раскаялся, тебе прямая дорога на выпил. Редемпшена не существует.
Анон, присоединяюсь к тебе со своими вилами и факелом 
Спасите, глава 126
Фан Сю сотоварищи вернулись в хаб и отсыпаются. Бай Шуанъин лениво размышляет, что от оставшихся печатей он бы и сам мог избавиться, но ладно уж, с Фан Сю интереснее, чем без Фан Сю.
А-Шоу тем временем анализирует новую информацию и приходит к тому же выводу, что и анон: окей, секта судного дня хочет апокалипсис, но как они сами-то собираются выживать при апокалипсисе? Даже если учесть, что секта судного дня сейчас официально вне закона, и последователей им искать сложнее, а вот в пост-апоке они могли бы развернуться, в пост-апоке комфорт существования сильно снизится, а риски возрастут.
Итак, на одной чаше весов у нас ГРОБ ПИЗДЕЦ АПОКАЛИПСИС. На другой чаше весов нежелание работать. Хорошо подумав, А-Шоу решает, что ей лень и влом отрывать зад от дивана и работать работу, даже несмотря на угрозу апокалипсиса. Честно, это настолько наглухо отбитая позиция, что анон даже уважением проникся.
Короче, следующий квест Фан Сю сотоварищи опять пройдут в компании Цэнь Лина. Если повезет, Фан Сю убьет Цэнь Лина, и А-Шоу не придется отрывать зад от дивана. Если не повезет, то Цэнь Лин хотя бы будет занят, и А-Шоу на какое-то время сможет расслабиться и посидеть на диване. Куда ни кинь, везде плюсы.
И последнее: Фан Сю дадут возможность выбрать других сокомандников помимо Цэнь Лина. Делаем ставки, кто из персонажей предыдущих арок настолько полюбился читателям, что автор решил их вернуть.
А-Шоу меня убивает. Даже если брать аргумент "она слишком имба и сломает весь сюжет" — сюжет уже идет к концу, самое время стрелять из ружей. Автор, не хочешь судорожно думать, почему слишком имбовый персонаж не может прийти и все порешать, — не вводи этого персонажа в текст. Там реально вся адская канцелярия должна носиться как ужаленные, совать носы в каждую щель и проверять каждый мелкий недочет. Такое ощущение, что это не вопрос жизни и смерти всего человечества (и существования самой башни с интересными квестами), а, не знаю, бюджетникам сказали подмести плац ломом к приезду начальства, и теперь они вяло спихивают друг на друга написание отчета об уборке.
Спасите, глава 127
Фан Сю в качестве награды выпросил себе:
- возможность прикарманить и использовать волшебный шарфик Мэй Лань;
- право сходить в подвал адской канцелярии и полюбоваться на запертую в подвале ебаку.
Я прямо вижу очами сердца картину "в адской канцелярии обсуждают просьбу Фан Сю".
Работник 1: Почему бы и да? Что такого может случиться?
Работник 2: Ммм, как-то подозрительно, что именно с появлением этого Фан Сю с ебаки начали слетать печати.
Работник 3: У Фан Сю показатели хорошие, нам за него уже две премии дали.
Работник 1: А за внештатные проверки ебаки премий не дадут, так что забей.
А-Шоу: Мммм, люблю полежать на диване поутру.
Тем временем главпара:
В смысле, Бай Шуанъин уже по уши, но вслух этого еще не признает.
Мне все еще обидно за Мэй Лань. Я понимаю, что шарфик она лично передала Фан Сю, но со стороны автора, кмк, это был очень циничный ход. Типа, была девочка, да и хуй с ней, самое ценное в ней — сделанный ее папой артефакт. И вообще только лучший мальчик Гуань Хэ расстроился гибели сокомандницы.
Спасите, главы 128-129
Цэнь Лин сидит в каком-то внутреннем чатике секты и обещает, что уж в следующий раз он этому Фан Сю ух!.. Только вот незадача: поскольку Фан Сю использовал псевдоним и почти сразу был похищен, а Бай Шуанъин всю дорогу корчил козью морду и отыгрывал "мы с Тамарой ходим парой", непонятно, кто из них двоих, собственно, Фан Сю. Цэнь Лин планирует убить обоих сразу.
А-Шоу всю голову сломала в поисках способа и не работать, и сохранить текущий статус кво. Бай Шуанъин следил за -А-Шоу и разбил лоб фейспалмом.
В итоге А-Шоу предлагает о править Фан Сю туда, не знаю куда... пардон, на супер-сложное задание, с которого еще никто не возвращался. Куратор Фан Сю логично не рад, А-Шоу дает Фан Сю выбор из нескольких заданий, Фан Сю ожидаемо выбирает то самое супер-сложное и опасное задание, ведь оно как-то связано с Бай Шуанъином.
Ах да: Фан Сю в курсе, что секта судного дня хочет освободить апокалиптическую ебаку, но не в курсе (или талантливо отыгрывает дурачка), что эта ебака — Бай Шуанъин. Так что для планов Фан Сю лучше, чтобы "ебака" сидела и дальше запечатанной. Бай Шуанъин внезапно комплексует и не хочет рассказывать о себе всю правду.
Еще Фан Сю разрешают самому выбрать сокомандников, Фан Сю выбирает людей из секты судного дня с намерением беспалевно их выпилить.
Куратор делает безуспешную попытку удержать Фан Сю от роскомнадзора и напоминает "вы вообще-то за ваших сокомандников отвечаете". Сокомандники ака Гуань Хэ и Чэн Сунъюнь безоговорочно доверяют Фан Сю и не спорят.
У меня ощущение, что А-Шоу очень хочет выпилить Фан Сю: то ли из зависти к успеху подчиненного, то ли из нежелания платить обещанную плату за пройденные квесты. Короче, эта адская канцелярия — типикал госка. Злободневненько.
Гуань Хэ и Чэн Сунъюнь все еще мебель. А вот не были бы они мебелью, можно было бы нормально развить конфликт "Фан Сю лезет в самую опасную ситуацию, не посоветовавшись ни с кем". Потому что по факту Фан Сю уже проебал 5 сокомандников из 7, а оставшиеся двое живы только чудом сценарным. Опять же, будь Гуань Хэ и Чэн Сунъюнь более компетентны, они могли бы свалить из этой группы и попытаться выжить сами.
Самым оптимальным вариантом, раз уж автору так неинтересно придумывать подсюжет для этих корзин без ручки, было бы "потратить одну награду/желание Фан Сю на досрочный выход сокомандников из игры". Все равно эти награды в последних арках уже не используются и не стреляют.
Цэнь Лин планирует убить обоих сразу.
Ну, удачи ему 
Ну, удачи ему
Вообще у меня сильное ощущение, что Цэнь Лин нифига не золотая молодежь, а одно из первых лиц и как бы не лично основатель секты под прикрытием. Иначе странно получается: у нас до конца книги две арки, а главгада еще не выкатили, зато к Цэнь Лину привлекают внимание всеми силами. Да и Мэй Лань хотела выпилить именно Цэнь Лина, а не, допустим, мужика, который ее в секту заманил в свое время.
Спасите, главы 130-131
Итак, о новом квесте практически ничего не известно: все, кто пытался его пройти, помирали, информации после себя не оставили. Квест проходит в неких горах, которые сами по себе супер-мистическая локация, вот та горная деревушка из первого квеста на окраине локации была расположена.
Вся группа начинает квест ииии... оказывается в той самой деревушке из первого квеста. Причем события первого квеста повторяются чуть ли не дословно. А-Шоу следит за группой и натыкается на надписи, которые буквально дублируют авторский текст. Такое мета-мета.
Фан Сю слегка паникует, потому что в первом квесте погибло девять человек, а у них всего восемь вражин в этот раз: две группы, обе из секты судного дня. Одну возглавляет дедуган "дедушка Дао", вторую — молодая девушка по имени Доудоу. Фан Сю поясняет, что дедуган и девушка — оба инфлюэнсеры и заманивают простой народ в секту.
Фан Сю сотоварищи находят то самое дерево, в которое Бай Шуанъин превратил мужика в 10 главе. Фан Сю выдыхает: раз дерево здесь, значит, на убой идет 8 человек, как раз по числу вражин. Дерево начинает глитчить, как в компьютерной игре, снова выдает дубликат авторского текста и мета-мета, затем превращается в обычное дерево. Фан Сю охуевает.
Двое сопровождающих Доудоу погибают, как и два старика из первого квеста. Запрет жрать принесенное с собой тоже дублируется, но народ из секты прошаренный и быстро приходит к мысли поискать храм или могилки с подношениями.
В храме изменился текст надписей, теперь там не правила становления божеством.
Бай Шуанъин думает, что местный главбосс квеста как-то связан с абилками самого Бай Шуанъина, но кто или что это может быть — без понятия.
Начало очень многообещающее с этим мета-мета дублированием и играми с четвертой стеной, анон аж проникся.
Любопытная мысль: вообще анон бы скорее ожидал, что восьмой квест повторит структуру первого, с новым подвывертом. Потом сообразил, что по-хорошему это и должен был быть восьмой квест, самый сложный, но Фан Сю его выдали вне очереди, чтоб зарплату не платить. Изящно.
Иначе странно получается: у нас до конца книги две арки, а главгада еще не выкатили, зато к Цэнь Лину привлекают внимание всеми силами.
Хмм, да. У меня-то лапки проверить, искать оригинал и смотреть, как много ещё остаётся — с тем же успехом могло быть и полновеллы
Что ж, значит, финал уж близится
Фан Сю его выдали вне очереди, чтоб зарплату не платить. Изящно
Вот жадины!

У меня-то лапки проверить, искать оригинал и смотреть, как много ещё остаётся — с тем же успехом могло быть и полновеллы
В самой новелле чуть меньше 200 глав, так что за экватор мы перевалили. Арок 8, по числу квестов, но седьмая и восьмая заметно длиннее остальных.
Спасите, главы 132-133
Фан Сю теоретизирует, что в данной локации события сами собой будут подгоняться под события первой арки, и оказывается прав: Фан Сю, Бай Шуанъин и несколько сектантов идут ночью на улицу исследовать локацию. Бай Шуанъин имеет какие-то подозрения насчет локации, квеста и местного тамады с интересными конкурсами, но молчит.
За группой наблюдает некий человек в Чорном, у которого лицо скрыто под талисманом с иероглифом.
А-Шоу пытается дозвониться до местного гугла ака старого-старого демона-книгочея, который дохуя всего знает (ад этого демона не трогает, потому что он сам по себе довольно безобидный, просто забурился в глубинку и читает). Гугл говорит, что об этом квесте записи были: мол, его быстро прошли, и сам по себе он легкий, а потом группа, "прошедшая" квест, исчезла без следа. На середине разговора гугл отключается, а к А-Шоу является человек в чОрном и вдумчиво на нее смотрит. А-Шоу считает, что человек в чОрном хотел получить от нее какое-то желание и выполнить в обмен на плату, но желаний не высказывает. Интересная параллель с разговором Цзя Сюя и Бай Шуанъина в первой арке.
Фан Сю подозревает, что если квест просто пройти как в первый раз, застрянешь во временной петле.
Фан Сю тыкает палочкой сектантов: дает им краткий пересказ истории с божеством горной деревушки и спрашивает их мнение. Сектанты отвечают, что есть только одно божество, которому их секта поклоняется, других божеств они не признают. Это божество вроде как прямой потомок основателя их секты и должно их защищать.
Подозреваю, что этот человек в чОрном — какой-то осколок личности Бай Шуанъина. Мб, кусок памяти.
Подозреваю, что этот человек в чОрном — какой-то осколок личности Бай Шуанъина. Мб, кусок памяти.
Интересненько 
Спасите, главы 134-138
Итак, Фан Сю манипуляциями подталкивает сектантов к нарушению запрета "нельзя выйти за территорию", после чего зовет на помощь А-Шоу, которая говнится, но идет, ведь она застряла здесь вместе со всеми.
И тут Фан Сю, Бай Шуанъин и А-Шоу проваливаются во флешбек. Чей именно — не очень понятно, это вроде как флешбек о временах, когда основатель секты судного дня запечатал Бай Шуанъина, но самого Бай Шуанъина не видно, основатель секты тоже сидит у себя в шатре аки Ахилл и якобы молится. Вокруг кучкуются безымянные неписи и некто Чжуан Фэн, очевидно, приближенный к основателю секты.
Фан Сю делает козью морду и вид "я к вам пришел навеки поселиться", Чжуан Фэн не протестует и разрешает поселиться, все равно вокруг дохуища народу: недавно в горах произошел то ли оползень, то ли не оползень, местные жители винят местное же божество, которому почти никто не молится, основатель секты обещает призвать божество к ответу. Фан Сю подозревает наебку, но молчит, памятуя, что это вообще флешбек и попытки разъяснить ситуацию не помогут. Хотя один раз у Фан Сю случается довольно жесткий вьетнамский флешбек в его детство, когда адепты секты судного дня во главе с бабушкой пытались совершить массовый роскомнадзор вместе с Фан Сю и его родителями. Родители взяли мелко-Фан Сю в охапку и сбежали в горы, и тут выясняется, — тун-тун-тууун! — что это те же самые мистические горы, где ребята сейчас тусят (и где была расположена деревушка из первой арки).
Интересный момент: автор все еще заигрывает с пост-пост-мета-мета, поэтому периодически всеведущий рассказчик отбирает ПОВ у третьего ограниченного лица и начинает вещать о своих мыслях и чувствах. И жаловаться, что Фан Сю, зараза такая, все никак не хочет по правилам играть. Причем по тексту не очень понятно, то ли этот всеведущий рассказчик — это Бай Шуанъин, то ли человек в чОрном, то ли вообще что-то третье.
Кто-то (по утверждению секты судного дня, то самое божество ака Бай Шуанъин, но секте судного дня веры нет) юзает уличную магию и превращает дохуя мирных неписей в деревья. Солдаты, которых тоже хватает, роскомнадзорятся на этих деревьях, а анон резко вспоминает пейзаж из первых глав, где Фан Сю устроили испытание во сне. Там как раз деревья, висельники, еще речка была и кости, посмотрим, появятся ли они в следующих главах.
Я так понимаю, мелко-Фан Сю с родителями забрели в горы, наткнулись на какое-то мистическое место, и именно поэтому Фан Сю у нас неведома зверушка? Может даже, на старый алтарь Бай Шуанъина, что и породило связь главпары.
До сих пор не могу понять, как именно происходящее связано с Бай Шуанъином. Потому что мотивы-то его: и это гипножабье превращение в деревья, и требование "загадай желание", чтобы потом сожрать загадавшего, и сам Бай Шуанъин подтверждает, что этот флешбек имеет к нему отношение. Но все-таки кусочков паззла очень не хватает. И вроде как понятно, что это не Бай Шуанъин в бытность свою божеством насвиноебил, а секта судного дня его оболгала, но тогда чего он так боится и жмется поговорить с Фан Сю? К слову, сам Фан Сю тоже тупит: мысль "Бай Шуанъин и есть то самое божество" к нему в голову забрела, развернулась и ушла обратно.
А-Шоу мебель и уверенно придерживается принципа "сиди на попе ровно, плыви по течению, ничего не делай".
Спасите, глава 139
Шатер открывается, а там вместо основателя секты — пустота. Чжуан Фэн все еще стоит с покерфейсом, из чего анон делает вывод, что так и надо. Неписи вокруг мрут.
Фан Сю пытается как-то свалить из этого пиздеца в другой пиздец и просит А-Шоу рассказать подробнее про это ваше божество несчастий в надежде, что рассказ триггернет новый слой мета-мета, и Фан Сю сотоварищи провалятся в другую историю. Но А-Шоу настолько мебель, что попытки как-то втянуть ее в сюжет терпят крах: Чжуан Фэн вмешивается и начинает атаковать Фан Сю. Фан Сю блефует и устраивает представление "да мы же на одной стороне, своих не узнал?" Чжуан Фэн колеблется, и тут Бай Шуанъин раздупляется после нескольких глав успешной мимикрии под ветошь.
Анону весь этот флешбек про запечатывание напоминает арку с флешбеком в прошлое из "Зло как люди". Ну вы помните, там еще была слезодавилка с ребенком и собачкой, обмен телами и прочие интересные конкурсы. Вот тут то же самое: надо автору выдать матчасть, но прямо флешбек в тексте лепить не хочется? Давайте уроним героев в интерактивный флешбек, заодно решим проблему "герои не хотят словами через рот".
Спасите, глава 140
Бай Шуанъин утащил Фан Сю и А-Шоу в другую историю и в лучших традициях китаеновелл красиво упал в обморок. Фан Сю забеспокоился и превентивно одержался, чтобы Бай Шуанъин сидел в безопасности и восполнял силы.
А-Шоу размышляет, что у нее самой сил на такой фортель не хватило, видимо, Бай Шуанъин — какая-то подозрительная хтонь, надо бы проверить. Фан Сю размышляет, что Бай Шуанъин внезапно спас Фан Сю ценой вреда для себя, Фан Сю от него такой жертвенности не ожидал.
Тем временем перед Фан Сю и А-Шоу разворачивается флешбек Бай Шуанъина. Мы видим юную девочку, которая заблудилась в лесу, сделала подношение местным духам и молится о возвращении домой. Из земли высовывается призрачная рука (Фан Сю тут же узнает руку Бай Шуанъина из первых глав) и забирает одно из подношений — фарфоровую фигурку без лица.
Все это параллельно комментирует всевидящий рассказчик, причем становится понятно, что этот рассказчик — не Бай Шуанъин, а что-то левое. Сам Бай Шуанъин считает, что всевидящий рассказчик питается той частью его сил, которая до сих пор запечатана. Чтобы победить всевидящего рассказчика, надо снять/ослабить оставшиеся печати, а для этого надо еще лучше понять Фан Сю. Короче, сейчас Фан Сю будет смотреть флешбек своего обоже, пока обоже будет смотреть на реакцию Фан Сю.
Стреляющие ружья пошли! Без шуток, мне очень нравится, как стреляют элементы, подвешенные автором буквально в первых же главах.
Бай Шуанъин, похоже, изначально был местечковым божеством, потом эволюционировал? И у нас флешбек во флешбеке: сначала выдали половину истории о его запечатывании, теперь вот — историю о его развитии, потом вернемся в историю о запечатывании и досмотрим? Этакое "облачный атлас у нас дома". Одобряю.
Этакое "облачный атлас у нас дома". Одобряю.

Спасите, главы 141-142
Как анон и предрекал, у нас был краткий флешбек Бай Шуанъина на две главы.
Сначала он показал девочке дорогу домой. Потом отец девочки пришел помолиться о возвращении сбежавшей домашней птицы. Потом другие деревенские прочухали, что халяву дают, и тоже начали паломничество с молитвами и подношениями, храм построили, вот это все. Бай Шуанъин подзаебался выполнять однообразные молитвы и свалил в отпуск, за время отпуска ебнули сильные осадки, деревенские стали бурчать, что божество чего-то охамело, и уже взялись было за вилы с факелами, но тут приперся император. У него, видите ли, в стране неспокойно, на границе проблемы, а тут слухи о божестве, которое желания исполняет.
Сначала деревенские попытались объяснить, что божество обленилось и ничего не делает. Император сказал "плохо молитесь" и заебашил кровавые жертвы на зависть ацтекам. Бай Шуанъин охуел и решил свалить в спячку, а в горах из-за кровавых жертв полезли всякие ебаки. Император решил "плохой пиар, надо принимать меры", выпилил нахуй всю деревню, а приближенные пустили слухи, что божество всячески обласкало императора благодатью, деревенские живыми вознеслись на небо, возрадуйтесь.
Тут еще такой момент: та самая потерявшаяся девочка, которой Бай Шуанъин в свое время показал дорогу домой, к моменту приезда императора выросла и пошла в горы сказать спасибо господину горному духу. Безо всяких просьб, просто "спасибо, что помогли, я понимаю, что вас задолбали молитвами, зла не держу, вот вам подношение просто так, давайте еще встретимся". И так они больше и не встретились, потому что см. выше. И Фан Сю вангует, что Бай Шуанъин обозлился на человечество больше из-за незакрытого гештальта (подношение взял, а встретиться так и не встретились снова), так-то Бай Шуанъину человеческая грызня не особо интересна.
Да, Фан Сю перестал косплеить медленный газ и признал, что горное божество — это его обоже.
Бай Шуанъин вроде как и продолжил исполнять желания, но теперь уже по принципу обезьяньей лапы: хочешь богатства? Сдохни на золотом месторождении, такое. Народ почти перестал молиться, но за вилы и факелы хвататься было боязно, ведь теперь божество уже не понимающее и безобидное, а может вломить.
Короче, Фан Сю и А-Шоу фейспалмят ото всей этой охуительной истории и вроде как проваливаются обратно в предыдущий флешбек? Во всяком случае, там появился непись из предыдущего флешбека, с которым Фан Сю взаимодействовал.
Честно говоря, история Бай Шуанъина менее трагична, чем анон думал. То есть, нуок, он нех с нечеловеческой логикой. Охуел от человеческой логики по всей длине и обиделся. Бывает. Но так-то не сказать, что ему нанесли какую-то страшную моральную травму.
Спасите, главы 143-144
Короче, анон ошибся, и у нас рекурсия в кубе, а не в квадрате. В смысле, в этой матрешке три флешбека, а не два. Следите за руками.
Флешбек раз: про то, как запечатывали Бай Шуанъина. Начался с того, что Фан Сю сотоварищи приперлись незваными на этот праздник жизни, их пустили, Фан Сю разговорился с одним из неписей, и тот начал рассказывать свой трагичный флешбек. С этого момента начался флешбек два.
Флешбек два: за сто лет до дня икс ака запечатывания пришли адепты секты судного дня, сказали "у вас в горах злой дух бушует, щас мы ему устроим" и перерезали всех присутствующих. Примерно в этот момент что-то пошло не так, и Бай Шуанъин перенес Фан Сю с А-Шоу во флешбек три.
Флешбек три: о том, как Бай Шуанъин начал помогать людям, породив легенду о горном божестве, потом приперся император, устроил кровавые жертвы, вызвал пиздецому, выпилил всю деревню и свалил. Досмотрев этот флешбек, Фан Сю с А-Шоу возвращаются во флешбек два.
Флешбек два, часть 2: адепты секты судного дня устроили еще одно кровавое жертвоприношение, выпилили нахуй всех деревенских, организовали Бай Шуанъину хреновый пиар. Фан Сю предполагает, что после этого Бай Шуанъин обиделся и ебанул, секта судного дня пришла еще раз (теперь полным составом, включая основателя) и запечатала Бай Шуанъина. Из всех жертв, предназначенных на заклание, выжил только один ребенок, которого, по иронии судьбы, спрятали в храме Бай Шуанъина. Он и есть тот непись, который рассказывает флешбек два. Фан Сю говорит "окей, я понял, давайте вернемся на предыдущий слой рекурсии", и группа возвращается во флешбек один.
Флешбек один, часть 2: тот самый непись, будучи ребенком, нихуя не понял и решил, что во всем виновато злобное божество, а тут секта судного дня обещает наказать божество, это хорошо.
А-Шоу пидорасит от осознания, что вся эта башня, построенная, чтобы запечатать злую ебаку ака Бай Шуанъина, — по сути фикция и хуйня какая-то. И да, до А-Шоу и Фан Сю уже в целом дошло, что вот это горное божество/запечатанная ебака и есть Бай Шуанъин. Впрочем, я вангую, что А-Шоу ничего со своим новым знанием делать не будет, ибо не работать ни в какую — это ее принципиальная позиция.
Тем временем Бай Шуанъин потихоньку разбирается с всеведущим рассказчиком. Рассказчик ноет, что его все перебивают, рассказать нормально не дают, желаний не загадывают и даже мета-мета на спад пошла, ну что за жизнь.
То есть, секта судного дня сначала нашла неопытное божество, потом устроила божеству пиздецому, запечатала, а теперь планирует освободить, чтобы озлобленное долгим заключением божество устроило апокалипсис?.. Вы знаете, это так упорото, что даже заслуживает уважения.
ибо не работать ни в какую — это ее принципиальная позиция.
В принципе, понять можно, но осуждаю
теперь планирует освободить, чтобы озлобленное долгим заключением божество устроило апокалипсис
Выглядит так, как будто это и был план. Может, у них даже не один божок этакой консервой до кондиции доходит? 
Выглядит так, как будто это и был план
Это однозначно и есть план, просто это план высокой степени упоротости, такой придумают не только лишь все.
Спасите, главы 145-146
А-Шоу: Значит, вначале было слово, и слово это было...
Фан Сю: Zzzzzzzzzzz...
А-Шоу: Бай Шуанъин.
Фан Сю: А? Что? Где Бай Шуанъин?
А-Шоу:
Выясняется, что Бай Шуанъин — это не просто горное божество, а что-то вроде изначального духа этого горного хребта (а хребет, напомню, не простой, дохуя магический и чуть ли не пуп мира). И природной силы у него дохуища, а вот опыта не завезли.
Основатель секты судного дня ака Чжуан Гуйцюй выползает на свет божий. Выглядит он как ребенок, но в маске, голос старческий. Чжуан Гуйцюй идет на то место, где Бай Шуанъин впервые помог заблудившейся девочке, и устраивает представление "я ребенок, я заблудился, помоги мне, добрый горный боженька". Бай Шуанъин выползает на помощь, и Чжуан Гуйцюй начинает пытать его заклинаниями. Бай Шуанъин закономерно пытается уебать в ответ, Чжуан Гуйцюй подключает других заклинателей, и они общими усилиями запечатывают Бай Шуанъина. Другие заклинатели погибают в процессе, а Чжуан Гуйцюй планирует собрать дивиденды ака огромное количество кармы (?).
Фан Сю думает, что Бай Шуанъина выбрали, потому что он от людей и их подношений не зависит. Другие божества, мол, даже если обозлятся на человечество, апокалипсис устраивать не станут, а Бай Шуанъин хотел. Еще Фан Сю немного ангстует на тему "я такой же продуманный манипулятивный мудак, как Чжуан Гуйцюй, поэтому хорошо понимаю его образ мыслей" Чи Сяочи ангстовал убедительнее ладно, шучу, у Фан Сю тоже неплохо выходит.
Вот этот момент про карму очень интересный: у секты считается, что надо при жизни поднакопить добродетели, чтобы в следующий раз хорошо переродиться. И что после смерти все души уходят в горы. Посмотрим, что там за хитроплан, что-то мне подсказывает, что апокалипсисом дело не ограничится. Вообще Бай Шуанъин вроде как умеет управлять кармой, а Чжуан Гуйцюй хочет карму собрать... не метит ли он сам на место божества?
Бай Шуанъин какая-то Эльфаба Тропп: раз помог ребенку вернуться домой — аукнулось, два спрятал ребенка в своем храме — аукнулось, три пришел на помощь "заблудившемуся ребенку" — аукнулось. Анон бы тоже обозлился и впал в модус No good deed goes unpunished, Бай Шуанъин еще хорошо держится, уважаю.
Спасите, главы 147-148
Бай Шуанъина запечатали, Чжуан Гуйцюй пропиарился и предложил хитроплан: а вот давайте мы это природное божество не просто запечатаем, а будем для этого использовать энергию предметов одержимости, алтари поставим, пусть божество в заточении хорошо кушает, глядишь, побыстрее успокоится. Так и появилась башня.
Во время запечатывания рядом валялась книга, которая, я так понимаю, и стала предметом одержимости, устроившим Фан Сю сотоварищи облачный атлас.
Фан Сю объясняет хитроплан: за прошедший дохуиллион лет адепты секты судного дня распространили свою версию истории и свою альтернативную религию, и люди молятся некому "горному божеству", а молитвы уходят не Бай Шуанъину, а Чжуан Гуйцюю. Потому что Чжуан Гуйцюй хочет сам стать дохуя сильным природным божеством, а Бай Шуанъина превратить в демоническую НЕХ. Цэнь Лин как-то с этим связан, вроде как он искуственно созданный демонический НЕХ — не в плане "гомункул", а в плане "хуман, но по абилкам и характеристикам не отличишь от эволюционировавшего божества".
Окей, этот хитроплан логичнее и адекватнее, чем "давайте устроим апокалипсис на все деньги". И освобождать от оков, я так понимаю, адепты судного дня хотят не Бай Шуанъина, а Чжуан Гуйцюя.
Все еще не ясно, как со всей этой историей связан Фан Сю. Автор упорно пытается провести параллели между Фан Сю и Чжуан Гуйцюем, мол, они оба мыслят нешаблонно и способны на жестокость, но я лично не верю: Фан Сю до жестокости и цинизма секты судного дня как пешком до Татуина, сколько бы он ни стоял в позе "я чудовище".
Спасите, главы 149-151
Фан Сю, обсудив происходящее с А-Шоу, начинает переть на врага напролом. А-Шоу охуевает, но не потому, что творится какая-то ебань, не потому, что у них на кону реальный апокалипсис, нет — А-Шоу не устраивает мысль, что у Фан Сю с Бай Шуанъином романтические отношения, и если объединить силы с Фан Сю, придется засунуть свою гомофобию куда подальше и терпеть молча.
А-Шоу: Хммм. Если ничего не делать, миру пиздец и апокалипсис. Если объединить силы с Фан Сю, придется перебороть свою гомофобию...
Фан Сю немного трындит с Чжуан Гуйцюем на тему "кто вы, сударь, и чего приперлись". Минутка фангерлинга: Чжуан Гуйцюй дохуя вежливый в общении, даже когда его собеседник — странный хмырь с явно враждебными намерениями. Люблю вежливых персонажей
А дальше Фан Сю делает ход конем и предъявляет претензии лично всевидящему автору: мол, у вас история какая-то не такая, у гг все вышло с первого раза и без проблем, кто так делает вообще, это же никто читать не будет. Всевидящий автор в ахуе резко нерфит Чжуан Гуйцюя, и тот теряется, не находит ответа, начинает мямлить, пока Фан Сю сияет.
Присутствующая массовка палит по Фан Сю магией, Фан Сю флексит, успешно отражает часть атак и регенерирует повреждения (спасибо Бай Шуанъину, устроившему легкий боди хоррор). Также Фан Сю делает вывод, что главным табу данного квеста является "загадать желание". Ну логично: мы знаем, что Бай Шуанъин, когда обозлился, исполнял желания по принципу обезьяньей лапки, знаем, что человек в чОрном приставал ко всем с требованием загадать желание, можно было догадаться.
По желаниям: Фан Сю хочет никогда не расставаться с Бай Шуанъином, но желание загадывать отказывается. Бай Шуанъин — парень простой: захотел — взял, прямо заветных желаний у него и нет. А-Шоу вроде как должна быть слабым звеном, но тут она выдает свою трагичную предысторию: она, оказывается, была военачальником как раз во времена Чжуан Гуйцюя, и когда император дал Чжуан Гуйцюю войска для геноцида, на границе людей не хватило, последовала череда поражений, А-Шоу выдали замуж за врага в рамках мирного соглашения, и она устроила себе и врагу Красную Свадьбу. Так что если человек в чОрном может исполнить "ящик водки и исторические границы тысячелетней давности обратно", то милости просим. Охуел даже Фан Сю.
Фан Сю всю дорогу устраивает на врага психологическую атаку: звук долбежа в дверь, который появился еще в арке с собачкой. Непонятно, что за фигня, но на нервы действует.
Всевидящий автор тем временем паникует и придумывает хитроплан: вот сейчас Чжуан Гуйцюй сольется, Фан Сю уверится в своей победе, и тут-то всевидящий автор нанесет свой удар! Правда, Фан Сю не особо покупается.
Интересная лексика:
木已成舟 — уже свершившийся факт, "поезд ушел"
Вы знаете, мне очень понравился мета-мета уровень с Фан Сю, критикующим сюжет истории. Это было прям от души.
Боди хоррор тоже был от души, уважаю.
Чжуан Гуйцюй: А теперь — боди хоррор!
Фан Сю: Да разве ж это боди хоррор? Смотри и учись, пока я жив!
Чжуан Гуйцюй: Ааааааааа! Kill it with fire!
Отредактировано (2026-10-12 10:51:02)