Бонд прекрасно понимал, что такое смертоносное и эффективное орудие, как Сильва, безопаснее всего держать под контролем, и разумом считал то, что М. удалось убедить его вернуться обратно в Ми-6, отличным ходом, но менее рациональные его части отныне совсем не знали покоя.
В новом здании было просторнее и светлее, чем в прежнем, и разумеется, куда уютнее, чем в мрачном бункере времен Черчилля, но Сильву условия для всех не устроили. Ему выделили не то, чтобы отдельный кабинет, конечно — нет, скорее наскоро отделенный перегородками небольшой закуток, где он теперь и царил в уютном полумраке с мягким желтоватым светом лампы и даже с негромкой музыкой из колонки.
В оупенспейсе, где сидели остальные программисты, подобное, разумеется, было недопустимо, но Сильве — теперь Родригесу, разумеется, но Бонд у себя в голове упорно продолжал называть его Сильвой — делали скидку на изрядно пострадавшие во время плена нервы, чем он и пользовался беззастенчиво.
- Как бы я не был рад вашему визиту, мистер Бонд, позвольте мне все-таки уточнить его цель, - учтиво пытал его Сильва в эту самую минуту, отпивая из белой ажурной чашечки что-то такое, что с равными долями вероятности могло оказаться и какао, и чаем с молоком. В его любви к нежным молочным напиткам было что-то неимоверно милое.
- Разумеется, мистер Родригес, - Бонд подошел настолько близко, что Сильва развернулся в его сторону вместе с крутящимся стулом, осторожно отставив горячо любимую чашечку в сторону. Какао все-таки, судя по запаху. - Но для начала позвольте поинтересоваться, как ваше драгоценное здоровье?
- Сердечно благодарю, мистер Бонд, не жалуюсь.
- Надеюсь, вас тут никто не обижает? Если что, вы мне только скажите!
- Ну что вы, тут работают очень душевные люди, порой даже слишком! Умоляю вас, мистер Бонд, ближе к делу, к сожалению, даже для вас я вряд ли смогу выделить много времени.
- Именно поэтому, мистер Родригес, я и предлагаю встретиться вечером, когда нас ничто не будет отвлекать от радости общения.
- Боюсь, мистер Бонд, мой личный график совершенно не рассчитан на подобные встречи.
- А завтра?
- В ближайшие несколько лет точно не рассчитан, мистер Бонд. Если у вас нет других вопросов…
- О, прошу прощения, чуть не забыл. Мистер Мэллори просил вас подойти к нему, если вас не затруднит.
- Огромное спасибо, что передали! Не пойму, что же помешало мистеру Мэллори просто написать мне? По другим вопросам ведь пишет!
- Понятия не имею, - невинно взмахнул ресницами Бонд, с немалым трудом добившийся привилегии быть личным посыльным для Сильвы. - В столовой сегодня отличные сырные палочки, я слишком много купил, не рассчитал свои силы, может, вы мне с этим немного поможете?
- Нет, что вы, я сыт, недавно пообедал. Огромное спасибо за предложение! Как жаль, что вам уже пора идти!
Сильва снова отвернулся от него и уткнулся в свой код, и Бонду оставалось только неохотно покинуть его уютный закуток и угостить палочками заметно воодушевившегося Кью.
Жизнь была несправедлива. Кью точно не отказался бы поужинать с Бондом! Но Бонд не собирался запудривать ему голову. Он вообще не одобрял романы с сотрудниками. Сильва не был обычным сотрудником, он был удивительным исключением и вообще в некотором роде существом из иного мира.
- Ну что, прилично он себя ведет, никого не достает? - строго поинтересовался Бонд, кивнув на логово бывшего кибертеррориста.
- Если не знать, кто он, так просто милейший человек, - ответил Кью. - Спрашивал, не беспокоит ли нас музыка, с Денни сливками поделился, когда у него кончились. В чате шутит много. Приходит вовремя.
Пунктуальность была слабым местом самого Кью, хронически опаздывающего.
- Если будешь от нас недалеко пробегать, заскочи к мне, пожалуйста, - попросил Бонд.
Кью вопросительно приподнял брови.
- Попросишь передать что-нибудь от тебя. Меня отрядили за ним присматривать, лишний повод будет подойти. Меня он не особо жалует, сам понимаешь.
- Но мы обычно общаемся в чате, если ничего экстраординарного…
- Ну мало ли, неудобно тебе в чат заходить на бегу!
Кью неохотно кивнул.
Оказия выдалась уже на следующий день.
- Мистер Бонд, ну какая ж невыразимая радость снова увидеть вас так скоро, а я вот в полном порядке и все меня обожают, - быстро выпалил Сильва, прижав руку к сердцу. - И расписание у меня не поменялось, так что давайте сразу перейдем к делу, хорошо?
- Ну раз вы настаиваете… - Бонд попытался поцеловать Сильву, но получил нехилую зуботычину и еле удержался от того, чтобы не вмазать ему в ответ.
- Надеюсь, вы не ушиблись? Боюсь, вы меня неправильно поняли, мистер Бонд. Под делом на рабочем месте я обычно имею в виду исключительно рабочие поручения.
- Ушибся, - быстро сообразил Бонд, опершись о стену. - И голова что-то кружится. Вы не против, если я немного посижу тут у вас?
- Надо позвать врача, - не менее быстро сообразил Сильва, бросив взгляд на список коротких рабочих номеров, висящий над столом. - С сотрясением не шутят!
- Нет-нет! - Бонд живо перехватил его руку, уже набиравшую номер. - Не надо, мне уже лучше!
- Руки от меня быстро убрал, а то сразу реанимацию придется вызывать! - уже не так вежливо зашипел Сильва, когда Бонд всего-то погладил тыльную сторону его ладони большим пальцем.
- Не надо так нервничать, - мягко сказал Джеймс, неохотно выпуская его руку. - Вообще-то я именно с рабочим поручением и пришел, но вы были столь любезны, что я неправильно вас понял.
- Излагайте же!
- Кью очень просил вас скинуть ему что-то из белого столбика. Он сказал, вы знаете.
- А ему-то что помешало написать мне в чате? - Сильва на секунду воздел руки к небу в немой мольбе.
- На бегу было неудобно, - Бонд с удовольствием наблюдал, как длинные пальцы Сильвы порхают по клавиатуре, отправляя Кью искомые данные.
- Что-то еще, мистер Бонд? - не оборачиваясь, бросил Сильва.
- Мне крайне неудобно, но у вас не найдется салфетки и зеркала? Не хотелось бы давать пищу слухам и домыслам…
Сильва жалобно застонал.
- Смерти моей вы хотите, мистер Бонд! Смерти! Вы явно кара, посланная мне судьбой! Я конечно, изрядно нагрешил, но даже для меня это слишком жестоко!
Бонд помалкивал, втайне наслаждаясь крайне возбуждающими звуками несчастья, которые издавал Сильва, роясь в своих ящиках.
Он почему-то был уверен, что Сильва постарается сделать ему больно, стирая кровь с губы — нажмет на больное место посильнее или использует какой-нибудь особо щипучий антисептик, и решительно настроился терпеть, не издав ни звука, но Сильва, развернувший лампу в его сторону и крепко цапнувший его за подбородок, был на удивление осторожен, поэтому Бонд позволил себе заметить:
- А подуть? Без этого не заживет!
- Я вам не мамочка! - сердито ответил Сильва, но уголки его губ предательски дернулись, порываясь растянуться в улыбке, поэтому Бонд вышел из кабинетика крайне довольный.
Ко дню святого Валентина Бонд подготовился основательно.
К сожалению, даже заявившись на работу на полчаса раньше, он все равно оказался не первым, и на столе у Сильвы уже лежали коробка конфет и омерзительное плюшевое сердечко с ножками и ручками, в которых оно держало карточку, а в углу кабинета торчал высоченный и с точки зрения Бонда чудовищно безвкусный букет алых роз.
Джеймс небрежно отодвинул чужое сердечко и конфеты подальше в сторону и тщательно пристроил свои подарки в центре стола, вовсе не собираясь падать духом, в чем был совершенно прав, так как уже через час, заглянув осторожно в последнее время обожаемый отдел, увидел там очень приятную для себя картину.
Сильва полусидел на столе Дэнни — то есть частично оперся об него пятой точкой, собрав вокруг себя группку восхищенных сотрудников, и демонстрировал им подарок Бонда — игрушечного хомячка, повторяющего окончания фраз дразнящим тонким голоском. Ушки и лапки хомячка при этом очень выразительно подрагивали. Искренне смеющийся Сильва Бонду нравился еще больше, чем хомячок, поэтому он стоял тихо-тихо, стараясь не привлекать к себе внимания.
Но как и все хорошее на свете, это тоже долго продолжаться не могло. Сильва почувствовал на себе взгляд, посмотрел в его сторону и сразу напрягся, прижав к себе игрушку, словно Джеймс явился ее отбирать.
- Ладно, ребята, повеселились и будет, - все еще улыбаясь, но уже словно по инерции, Сильва направился прямиком к нему.
- Мистер Бонд, вот вы-то мне и нужны!
Бонд покорно потащился за ним в его закуток, предчувствуя что-то неприятное.
- Ну что, мистер Бонд, - негромко, но угрожающе сказал Сильва, кивая в сторону сильно разросшейся горы подарков. - Сами признаетесь, что из этого добра ваше, или мне угадать?
Бонд хотел было заявить, что не совершал никаких преступлений, чтобы в чем-то признаваться, но сообразил, что любой намек на преступления Сильву может задеть.
- С удовольствием полюбуюсь на ваши логические выкладки, - игриво заявил он вместо этого.
- Вот это ваше, - возмущенно заявил Сильва, выудив коробку «Рафаэллок» в форме сердечка. - Вы решили, что раз я упоминал кокосы, то обязательно их люблю!
- А вы не любите?
- Люблю, но дело не в этом! А букет, я так понимаю, вот этот вот от вас?
Палец Сильвы обвиняюще указал на элегантный букет из белых астр. Бонд кивнул.
- Вы видели их на острове и возомнили, что они мне нравятся!
- А они вам не нравятся?
- Вы могли бы потрудится выяснить значения языка цветов не только в европейских странах!
Бонд не озаботился уточнить, что означают белые астры на языке цветов даже в европейских странах, поэтому скромно промолчал. Его логика была куда проще — он был уверен, что никто не станет осквернять поднос с отличной выпивкой цветами, вызывающими омерзение. Ну он бы точно не стал!
- Так вот, на языке цветов в Китае белые астры означают «Я люблю тебя больше, чем ты меня», и как вы понимаете, на острове это послание предназначалось вовсе не вам, - сердито продолжал отчитывать его Сильва.
- Значение, как мне кажется, и для наших отношений пока довольно точное, но если они вас раздражают, то давайте я их выброшу, - уныло ответил Бонд. - Я не хотел вас задеть или расстроить.
- Вы серьезно собираетесь выбросить живые цветы зимой? Право, мистер Бонд, я был о вас лучшего мнения! И Повторюшку я вам уж тем более не отдам!
- Повторюшку я бы и не взял, потому что он вас радует. А про него вы как догадались?
- Так у него ваши уши, - хмыкнул Сильва, и Бонд почувствовал, как кровь приливает к щекам, но не успел обидеться, потому что Сильва закончил фразу. - Столь же очаровательные.
- Вам нравятся мои уши? - воодушевленный Бонд сделал шаг поближе.
- Стойте где стоите, а? Я уже устроил разнос почти всем остальным, дав понять, чтобы не питали ложных надежд. Но вы не столь молоды, вы тоже немало пережили, и, думаю, поймете меня лучше, поэтому вам я скажу больше, Джеймс. Разумеется, если это останется между нами.
Бонд кивнул.
- Так вот, после плена полноценная близость для меня невозможна…
Ну ему же не могло показаться? Джеймс сделал последний шажок, отделяющий его от стула Сильвы, встал у него за спиной и деловито запустил руку ему в пах, ощупывая и поглаживая. Сильва дернулся, но Бонд второй рукой прижал его к стулу как можно крепче, успокаивающе приговаривая:
- Тихо-тихо-тихо, я просто проверю, все, все уже…
На какие-то секунды ошарашенный Сильва действительно замер и Бонд успел ощутить, как наливается кровью немаленький орган под его пальцами.
- Отпусти меня, придурок! - взревел Сильва.
Бонд неохотно выпустил его и на всякий случай отодвинулся.
- Не вижу никаких препятствий к полноценной близости! - радостно заявил он.
- Ах ты… - тут же вскочивший Сильва от ярости поперхнулся словами. Он так побагровел, что Бонд начал серьезно опасаться, что его хватит удар. - Убирайся отсюда, ублюдок!
***
Поскольку Сильва угрожающе надвигался на него, Бонд решил, что сейчас оптимальным решением будет дать ему успокоиться.
- И чтобы я больше здесь никогда тебя не видел! - яростно орал Сильва ему в спину.
Бонд постарался ретироваться максимально быстро, при этом все-таки сохранив чувство собственного достоинства, но не успел он отойти от входа на несколько шагов, как кто-то ухватил его за рукав.
Обернувшись, Бонд увидел М. Даже выйдя в отставку, Оливия Мэнсфилд все равно регулярно продолжала появляться в стенах Ми-6, и все воспринимали это как должное.
- Покидаешь поле боя бегством, Джеймс? - улыбнулась она.
- Вовсе нет, мэм!
- Как же ты умудрился так его довести? - М шагнула к входу в логово Сильвы, продолжая тянуть его за рукав, и осознав это, Бонд попытался ухватится за косяк. Если Сильва увидит его сразу после скандала, о прощении еще долго можно не помышлять.
- Нет, нет, ему надо немного успокоиться!
- Не надо трусить, Джеймс! Я в любом случае хотела поговорить с вами обеими, и слишком стара, чтобы бегать за вами по разным местам!
Вторую фразу М. произнесла, уже находясь внутри, и Сильва, все еще красный и тяжело дышащий, живо поднялся со своего места, демонстративно не смотря на Бонда.
- Присаживайся, мамочка. Навести тебе чай?
- Спасибо, не откажусь. Нельзя так сильно нервничать, у тебя давление поднялось, судя по всему! Если все принимать так близко к сердцу, может даже хватить удар! У тебя есть мелисса или мята?
- Я в порядке. Чай с мелиссой точно был.
- Вот и завари себе, она немного снижает давление и успокаивает. И съешь что-нибудь. Мне просто черный и вон ту конфетку. Джеймс, а ты какой чай будешь?
- Я не хочу, спасибо.
Меньше всего на свете Бонду хотелось, чтобы Сильва, которому и так стало нехорошо по его вине, еще и суетился сейчас вокруг.
- Тьяго, съешь что-нибудь! Переключи кровообращение на пищеварение! - продолжала командовать М.
- Я на сладкое уже смотреть не могу, - улыбнулся Сильва.
- Я сейчас принесу несладкое! - тут же подскочил Бонд.
- Не надо! - запротестовал было Сильва, но Бонд был уже за дверью. Правда, потопав ногами, как будто удаляясь, он тут же тихо вернулся и прижался к ней ухом.
- Джеймс так торопится тебе хоть чем-то угодить, Тьяго, - говорила в это время Оливия. - Если он чем-то и обидел тебя, то я уверена — точно не со зла. Почему вы поссорились?
- Конечно, не со зла, а по скудоумию! - сердито ответил Сильва. - Я весьма сокровенное хотел ему раскрыть, а он вдруг на ровном месте руки начал распускать, идиот! Сама понимаешь, что на домогательства я точно жаловаться не побегу, мне проще будет на удаленку перевестись. Только я приработался тут, с людьми отношения наладил…
- Не руби с плеча, мальчик мой, - ласково ответила Оливия. - Тебе нужно нормальное общение, нужны люди кругом… А Джеймсу дай еще один шанс, поговори с ним по человечески!
- Да вот что-то больше не хочется! - упрямо пробурчал Сильва, и приунывший Бонд тихо отошел от двери и рванул к себе на пятой скорости, чтобы его задержка в пути осталась не замеченной.
Кто-то - скорее всего, умница Ив - сообразил подарить ему чудесный съедобный букет из вкуснейших сухих колбас и оливочек. В маленьком кабинетике запахло так аппетитно, что М. улыбнулась и призналась, что тоже не откажется. Сильва заметно оживился, поводил своим чувствительным носом около вкусного букета и безошибочно потянулся к самой вкусной колбасе — с инжиром.
Жизнь потихоньку начинала налаживаться. Картонный стаканчик с чаем Сильва всучил ему уже не спрашивая. Посмотрев на Сильву, устроившегося на тумбе для бумаг, Бонд пристроился на соседнюю, и теперь их бедра порой соприкасались.
- Давай показывай свою говорящую мышку! - потребовала М., и Сильва довольно засмеялся, расстегивая пиджак. Повторюшка оказался у него во внутреннем кармане пиджака. Бонд старательно отгонял мысли о том, что игрушка наверняка нагрелась от тепла его тела.
- Что, слухи о Повторюшке уже разнеслись по всем отделам? Только он хомячок, а не мышка! Видишь, какие щечки? Ну давай, мамочка, скажи что-нибудь!
- Сразу видно, какой подарок тебе больше всех по нраву, - засмеялась М., и хомяк тут же повторил ее последние слова. - Носишь ближе к сердцу!
- Ближе к сердцу! - пропищал Повторюшка, и Сильва опять немного покраснел.
- Скажешь тоже! Это я, чтобы он потом на улице не остыл резко, электроника таких перепадов температуры не любит!
- Скажешь тоже! - повторил хомячок, и М. глядя на него, засмеялась еще радостнее.
- Ну до чего мило он дергает ушками! Где такого можно достать? Мне нужно для подарка!
Бонд с удовольствием бы подсказал, конечно, но подчеркивать, что это его подарок, было бестактно.
- Я посмотрю в интернете и закажу тебе, - пообещал Сильва, отключив игрушку и снова бережно убрав ее во внутренний карман пиджака. В отличие от Бонда, он предпочитал одежду довольно свободного покроя, поэтому снаружи хомяк был незаметен.
- Нет, просто скинь мне, когда найдешь, где их можно купить или заказать!
- Хорошо, мамочка, - согласился Сильва с легким вздохом.
Такой покорный Бонду он нравился еще больше.
- Подарки-то свои пересчитал уже, Тьяго? - усмехнулась М. - Сколько человек в этом году пострадали от твоих прекрасных глаз? Раньше ты чуть ли не статистику вел!
Бонд задумался, а проснется ли он завтра утром, услышав это, но Сильва открыто засмеялся, красиво запрокинув голову. Джеймс считал, что такая бесконечная шея была еще опаснее глаз, хотя глазищи, надо признать, тоже были ничего.
- Теряю хватку, мамочка! В молодости я б и зайти в этот кабинет не смог, до потолка было бы завалено все!
М. засмеялась.
- Ах ты хвастунишка! Ну ладно, сочтем преувеличение статистически незначительным. А у тебя, Джеймс, как сегодня успехи?
- Поскольку у нас тут взошла новая яркая звезда, мои акции немного упали, признаю, - хмыкнул Бонд. - Но я не жалуюсь, стабильное ядро это не затронуло.
- Это те преданные поклонницы и поклонники, которых ты безжалостно держишь во френдзоне много лет? - хмыкнул Сильва. - И это меня после этого называют жестоким!
- А ты всех своих милосердно отстреливаешь, что ли?
Сильва аж поперхнулся своим успокаивающим чаем, но к счастью, не от злости, а от смеха.
- Нет, обычно я просто переезжаю, когда совсем проходу уже не дают!
- А в твоем возрасте пора бы уже и остепениться, осесть на месте, - усмехнулась М.
- Ради того, чтобы завести свою постоянную френдзону? Что-то не мотивирует, - хмыкнул Сильва.
- А ты сначала заведи, - подначил его Бонд. - Первое впечатление ты создавать умеешь, не спорю, а вот дальше не испортить все вряд ли!
- Мамочка, он опять нарочно меня доводит, - пожаловался Сильва жалобным почти детским голоском, которому позавидовал бы и Повторюшка. - Нашлепай его по попе!
- Я против физических наказаний! - заявила М.
- Да? А вот меня за ухо дергала почему-то, - Сильва грустно потер свое аккуратное ушко, обычно незаметное под волнами волос, и у Бонда просто зачесались руки — так сильно захотелось его потрогать.
- Дай подую, - предложил Бонд. - Я тоже припоминаю один подзатыльник...
- Себе знаешь куда подуй! И что же ты на это ответишь, мамочка?
- Я отвечу, что подходы к воспитанию с годами меняются!
Время летело весело и незаметно. Маленький дорожный электрический чайничек Сильвы, которого хватало всего на две чашки, кипятился уже далеко не первый раз, колбасный букет изрядно отощал и рафаэлки тоже подходили к концу, когда к ним наконец постучался Кью.
- Я все понимаю, но мне давно уже пора ставить отдел на сигнализацию!
- Ох, мальчики, хорошо с вами, но пора и честь знать! - поднялась М.
- Вызвать тебе такси?
- Нет, меня подвезет Гарет.
М ушла, а накинувший пальто Сильва попытался было собрать свои букеты и подарки, так как впереди были выходные, но у него банально не хватало рук.
- Дай помогу, - Бонд избавил его от внушительной части добра. - Слушай, а давай я тебя подвезу?
Родригесу, по слухам, все никак не удавалось преодолеть британскую бюрократию и подтвердить права.
- Нет уж, спасибо, я вызову такси!
- Я буду держать руки при себе, - максимально убедительно заверил Бонд.
Сильва смотрел на него, явно терзаясь сомнениями, и не успел он слегка повести плечами, как Бонд просиял так, словно он согласился с большим энтузиазмом:
- Отлично, я не подведу!
Приятно было наткнуться на обескураженный взгляд тоже еще почему-то не уехавшего агента 009, подло занявшего с утра самое удобное место для парковки. А то Бонд не знал, кто был любителем всучивать на День святого Валентина высоченные алые веники из роз всем мало-мальски симпатичным новичкам любого пола, а вдруг с кем-то да выгорит!
- На завтра все в силе, Тьяго? - по-свойски поинтересовался проклятый 009 у Сильвы, снисходительно посмотрев на Бонда.
- Разумеется, Крис, - дружелюбно кивнул тот.
- А что у вас за общие планы, если не секрет? - поинтересовался Бонд, как только они отъехали от здания.
- Не секрет, мы с ним в тир вместе ходим, - ответил Сильва, и Бонд прикусил язык, чтобы не ляпнуть какую-нибудь гадость. Еще не хватало, чтобы Сильва подумал, что он завидует лучшему стрелку Ми-6! Если Бонд чему и завидовал, так это тому, что 009 так запросто звал Сильву по имени.
- И как успехи?
- Да я не ради успехов, так, чтобы форму совсем не растерять, - на удивление скромненько ответил Сильва.
Так-так-так, интересно, и где же это теперь он собирается применять свои стрелковые навыки? С другой стороны, мало ли клерков, которым подобные умения не пригодятся никогда в жизни, все равно ходят в тир, воображая себя лихими ковбоями…
В кои-то веки Бонд старался ехать помедленнее, но не помогло. Доехали они все равно возмутительно быстро, но и за это время небольшой дальнейший план у Бонда созрел, вернее, его ему подсказала сама природа.
***
К счастью, от помощи с переносом многочисленных даров до двери Сильва снова не отказался, а оказавшись под дверью, Бонд затоптался с ноги на ногу.
- Мне ужасно неудобно, но выпитый чай дает о себе знать…
- Заходи уже, - усмехнулся Сильва. - Туалет справа.
Когда он вышел, Сильва строго уставился на него.
- Мистер Бонд, - сухо заявил он, словно и не перешел сегодня с Бондом на куда более неформальный уровень общения. - Если я предложу вам остаться на ужин, подразумевая, что мы именно что поедим вместе, вы сможете удерживать себя в рамках приличий?
- Да, - поспешил заверить его Бонд.
- Как вы смотрите на мясо, приготовленное вчера, если оно лежало в холодильнике?
- Из твоих рук я съем все!
Сильва хмыкнул.
- Не так быстро, мистер Бонд, - почти пропел он. - Не так быстро. Придется подождать.
- Я могу чем-то помочь?
Вот так Бонд и оказался на кухне. Не то чтобы он обожал резать лук — но любоваться, как Сильва, закатав рукава рубашки и надев фартук, чистит от шкурки и режет помидоры, было вполне достойной наградой за такие труды.
Разговор естественным образом перекинулся на относительно безопасную тему любимых продуктов и их сочетания, а оттуда плавно перескочил на кухни разных стран. Сильва, колдуя над плитой, возмущался, что часть продуктов, к которым он привык в Гонконге, здесь вообще не достать, и Бонд пообещал, что если ближайшая миссия занесет его куда-нибудь поюжнее, он постарается добыть искомое.
Рис с овощами и курицей получился отлично — не слишком остро, не слишком жирно, и что курица приготовлена не только что, догадаться, не зная, было бы невозможно. Сильва разлил по бокалам вино, и вечер стал еще более приятным.
Как не старайся не торопиться, а вкусная еда все равно заканчивается быстро, да и бутылка вина за беседой подошла к концу. По всем правилам приличия, раз уж вечер не имел продолжения, пора было прощаться, как бы сильно Бонду не хотелось остаться.
- Это был просто невероятный вечер! - искренне сказал он, поднимаясь. - К сожалению, мне уже пора!
- К насколько сильному сожалению, Джеймс? - промурлыкал Сильва, и сердце Бонда забилось быстрее.
- Просто неимоверному!
- Мы не договорили в прошлый раз, Джеймс. Сейчас ты в состоянии адекватно воспринимать информацию?
- Да.
- Опираясь на устойчивость своей психики, ты можешь, конечно, лично для себя психические и давно зажившие физические травмы основанием для каких-либо ограничений не считать, а вот я, видимо, устроен несколько уязвимее и уж не обессудь, ориентироваться буду на свои ощущения, а не на твои.
Сильва не опустил глаза — но его голос стал совершенно пустым. Глядя на бесстрастное лицо Бонда, он немного успокоился, не увидев там жалости или вины, которые сейчас были бы совершенно неуместны.
- Я не буду вдаваться в подробности, тут важнее последствия. Если для тебя принципиально, чтобы я был снизу, мы не договоримся. Я люблю быть сверху, но если ты считаешь односторонний проникающий секс несправедливым, мы можем обойтись вообще без него. Я не переношу, когда мне сжимают мошонку, кроме того, мне надо контролировать весь процесс. Не надо меня резко хватать и все такое. Это не самые удобные ограничения, Джеймс, и я прекрасно пойму, если тебя это не устроит, и не стану на тебя за это обижаться.
- Мы можем заниматься оральным сексом и тебя можно осторожно трогать, если это не мошонка? - деловито уточнил Бонд. - А если я задену ее случайно, лаская член?
- Если это легкое поверхностное касание — ничего страшного. Мне главное, чтобы ты ее целенаправленно не лапал.
- А задницу можно?
- Сверху да, но глубже не лезь. Кто первый в душ?
- Я, если ты не против.
И в душе, и поджидая в спальне Сильву, Джеймс напряженно думал — нет, не о себе, не о том, каким он оказался придурком, об этом сейчас думать было нецелесообразно.
Он не беспокоился и о том, что должно было произойти в этой постели дальше. Да, ограничения были не самыми удобными, а его опыт с мужчинами довольно ограниченным — но он не экзамен сдавать пришел, а взаимное влечение и желание способны были сгладить и куда более щекотливую ситуацию. Собственной несдержанности он тоже не боялся - терпкая горьковатая нежность, словно засевшая под ложечкой после завуалированного признания Сильвы в том, что с ним случилось, была сильнее давно накопившейся неудовлетворенной страсти.
Бонд не особо удивился, поняв, что Родригеса, с его-то кошачьей грацией и какой-то вызывающей, провоцирующей сексуальностью, насиловали в плену и что он не до конца справился с последствиями. Его скорее поразило, что довериться он почему-то рискнул именно ему, несмотря на все соперничество между ними и грубые выходки, которые Бонд себе позволял в последнее время. Джеймс знал, конечно, что нравится Сильве — но у него сегодня хватило ума облапать беднягу за интимные места, удерживая силой, что для травмированного человека само по себе должно было стать огромным красным флагом, независимо от симпатий. Мазохиста Сильва особо не напоминал, несмотря на свою привязанность к М. Что-то тут было не так.
Впрочем, все лишние мысли вылетели у него из головы, когда принявший наконец душ Сильва вплыл в спальню и дразняще-неторопливо начал освобождать свое тело от халата. Под халатом, правда, обнаружились черные боксеры, но в целом излишней стеснительностью несчастный травматик определенно не страдал - гордо поворачивался, демонстрируя, что невыигрышных сторон не имеет, и прямо-таки расцветал под восхищенным взглядом Бонда. Наброситься на него, значит, не смей, а он так и будет тут своими прелестями издалека крутить?
- Подойди, - властно, но не грубо потребовал Бонд.
Сильва вальяжно подошел к кровати и оперся на нее коленом, вызывающе глядя на Джеймса.
Он был хорош, зараза, и прекрасно знал об этом. Сложен отлично, плечи широченные, ноги длинные, ягодицы округлые, было за что подержаться, но ничего лишнего при этом не наблюдалось, не перекачанный, но крупные мышцы отчетливо выделялись. При свете бра видно было только шрам на правой ноге, видимо, большую часть шрамов от пыток Сильва свел, и Бонд понимал его лучше, чем кто бы то ни было. Дело было вовсе не в эстетике. Он и сам свел сетку шрамов с мошонки, устав натыкаться в постели на жалостливые взгляды, а уж тем более объяснять менее тактичным людям, а что же такое ужасное с ним приключилось и насколько это было больно.
Бонд приподнялся на кровати и потянул Сильву к себе.
Они целовались чувственно и неторопливо, и настойчивее был Сильва, которому не надо было излишне осторожничать. Бонд выждал, пока он немного привыкнет к его объятиям и впился ему в шею, всасывая кожу с энтузиазмом вампира. Такая шикарная шея не могла быть дана человеку просто так, она просто обязана была быть чувствительной!
Сильва сильнее откинул голову назад и сдавленно застонал.
***
Серенькое зимнее утро наступило быстро. Заснули они очень поздно, но Бонд все равно проснулся в половину восьмого, а снова уснуть не смог. Когда он осторожно встал с постели, Сильва приоткрыл один глаз, убедился, что все в порядке, и мгновенно отключился снова. Джеймс даже немного ему позавдовал, а может, и не немного — у него самого способность быстро засыпать снова с возрастом практически отвалилась.
Немного полюбовавшись на сладко спящего растрепанного Сильву, Бонд умылся и перебазировался на кухню, провел там ревизию довольно скудных припасов, нашел муку, яйца, немного молока и треть пачки джема и решил, что ближе к тому моменту, как Сильва проснется, приготовит блинчики.
Эти небольшие хлопоты немного отвлекли его от беспокойства по довольно тривиальному поводу.
Сильва появился, когда тесто подходило к концу, и тут же стащил с тарелки блинчик. Длинные передние пряди волос были закручены на макушке резинкой в забавную гульку.
- Тебе идет!
- Это чтобы не намокли при умывании, - хмыкнул Сильва и снова потянулся за блинчиком.
- Куда! - возмутился Бонд. - Чашки доставай!
После завтрака разомлевший Сильва пожаловался:
- Ты слишком вкусно готовишь! Я так объелся, что мне теперь лень идти в тир! Но я обещал!
- Надо дать тебе хороший стимул, - ухмыльнулся Джеймс. - Ужин тоже с меня!
Сильва нахмурился и явно начал подбирать ответ поязвительнее. Разумеется, он был в своем праве — Бонд и эту-то ночь получил скорее измором, наверное, проще было уже согласиться на разок, чем бесконечно его отшивать. Кажется, это было все.
- Ну, на ужин хотелось бы чего-то полегче, - выдал вдруг Сильва, и Джеймс не без труда вышел из своего тоскливого ступора.
Казалось бы — теперь можно было перестать беспокоиться, но первоночальные сомнения Сильвы в целесообразности продолжения их отношений были очевидны.
О чувствах Бонд говорить не любил. Не было ничего более омерзительного и жалкого, чем заунывные докапывания вроде «А почему ты все-таки согласился в итоге, ты же явно сомневался?»
Пока Сильва наводил красоту и перебирал рубашки, Джеймс машинально бросил взгляд на заправленую кровать и вдруг заметил там знакомые уши Повторюшки, спрятаного от случайных взглядов между стеной и подушкой.
Он уже приготовился было отпустить шутку про постельные предпочтения Сильвы, но тут же вспомнил слова М. и как порозовел тогда Сильва, утверждая, что держит игрушку на груди, чтобы она не испортилась.
Сильва слишком резко обернулся, когда Бонд подошел к нему, замер на долю секунды, когда оказался у него в объятиях, и с тихим выдохом расслабился. Самое дорогое действительно стоило почаще держать ближе к сердцу.
Твой кот прожил счастливую и долгую кошачью жизнь, а ты был для него прекрасным опекуном. (Мне тоже пришлось усыпить кошку с терминальной стадией ХПН, это, к сожалению, нельзя вылечить, можно только замедлить.)