Книг Дарьи Донцовой тред

Анон · 2021-12-27 13:02:49

Милый, хотя и глупенький, юмор или унылая душнота? Нормальные семейные отношения или терпильство и тетесрачество? Донцова окончательно скатилась или ее еще можно читать? Есть ли у нее достойные конкуренты в жанре? Обсуждаем тут!

Что можно найти в этом треде, кроме ностальгии:

Подсказка от анона, где можно найти книги бесплатно (нужен впн)

Накуры от анонов
накур от анона в стиле «если бы ГП писала Донцова»
накур от анона, в котором на книжные серии Донцовой наступает мультивселенная

Kроссоверный фанфик «Если бы ГП писала Донцова» (в роли ГГ – внезапно Гермиона)

Аноны смотрят сериал-экранизацию
ссылка на первый сезон сериала по книгам об Иване Подушкине
анон предлагает таймкоды с сериальными Ваней Подушкиным и Максом Вороновым
больше впечатлений про сериальных Ваню и Макса от анона
и тут + сравнение книг и сериала, авторские находки в сериале и комментарии анона

Чтения

▼«Безумная кепка Мономаха»⬍

▼«Чёрт из табакерки»⬍

▼«Букет прекрасных дам»⬍

▼«Любимые забавы папы Карло»⬍

▼«Вакантное место райской птички»⬍

▼«Кекс в большом городе»⬍

▼«Синий мопс счастья»⬍

▼«Гадюка в сиропе»⬍

▼«Созвездие жадных псов»⬍

▼«Полет над гнездом индюшки»⬍

Анон · 2022-10-04 19:08:38

Анон пишет:

А тогда ситуация выходит драматичнее.

Ну прост если бы нашлись другие свидетели, тогда бы уже подозрительнее выглядел он.

Но с другой стороны он мне тем и нравится, что он далеко не гений, однако людям многого и не надо, чтобы обмануться. Как-то это... жизненно.

▼Совсем спойлер⬍

Ладно, пасибо, у меня ещё по мотиву будет вопрос.

Анон · 2022-10-04 19:20:50

Анон пишет:

Там, где обычные люди по велению чувств совершают разные поступки, в том числе полную херню, у социопата — спокойный разум и расчёт, ему ничего глаза, образно выражаясь, не застилает, и часто насрать на всех, кроме себя, нет идей типа «маме тяжко собирать мне передачи в тюрьму». Нет — мне надо, так пусть собирает.
У него-то не болит, не ёкает, так что давит людям на уязвимые места так, как ему нужно, да и всё.

Вот и выходит. что Донцова этого специально не писала. а ощущаешь. что из всей семейки. Степа - самый страшный монстр. Да. родной отец и старшие братья тоже говно. но он за собой след оставил куда более страшный. В конце накопается о нем еще информация, подвигов у него столько. что ему расстрельная команда прогулы ставит.

Анон · 2022-10-04 19:22:09

Анон пишет:

у меня ещё по мотиву будет вопрос

▼Скрытый текст⬍

Анон · 2022-10-04 19:23:45

А в те годы разве нельзя было попросить о переносе заседания и выяснить, была родинка или нет? Ну там по врачам, куда он ходил, и все такое?

Анон · 2022-10-04 19:31:03

Анон пишет:

А в те годы разве нельзя было попросить о переносе заседания и выяснить, была родинка или нет?

Ну в теории можно было, но в принципе, наверное среднестатистический судья в деле, где есть признание убийцы уже, не будет заморачиваться, особенно если это не первый косяк в показаниях, а адвокат не Перри Мейсон.

Анон · 2022-10-04 22:28:01

Ой, анон вчера не утерпел, сам дочитал Гадюку, теперь ждёт, когда в самом-самом эпилоге у анончиков полыхнёт с очень дурацкой грамматической... э-э-э, ну, не ошибки, скорее неточности в английском) Причём совершенно непонятно нахуя сделанной.

Анон · 2022-10-06 16:15:59

Продолжаю начитывать книгу Гадюка в сиропе.
Глава 27.

▼Скрытый текст⬍

Сидит Лампа. переживает, и тут ей на ум приходит, что про Андрея они не знают вообще ничего. Значит можно сходить к нему домой, поглядеть чего, благо ключи есть.

Я со вздохом поставила на плиту чайник и тут заметила возле тостера три ключа с брелочком в виде черепа. Андрей забыл свою связку. Минуту я смотрела на ключики, потом решительно взяла их и вышла на лестничную клетку.
Милый сосед с каждым днем нравится мне все меньше и меньше. Никаких сведений о нем я не имела. Он ловко уходит от ответов на вопросы: кто его родители, где он жил раньше, есть ли родственники… Конечно, нехорошо входить в квартиру в отсутствие хозяина. Уголовные кодексы всех стран мира не поощряют подобные действия и трактуют их однозначно – взлом. Но я не собираюсь ломать дверь. Просто открою ее забытыми ключами, найду паспорт и посмотрю, где парень проживал ранее. Ну а дальше элементарно. Небольшая коробочка конфет или бутылка, и домоуправ расскажет подноготную бывшего жильца.
.....
Расчет меня не подвел. Паспорт лежал в той же коробочке из-под датского печенья. Я открыла первую страничку и ахнула.
Казин Андрей Константинович. На следующей странице – дата и место рождения. 29 сентября 1976 года, Москва. Ничего не понимая, я вертела в руках документ. Константинович!
А почему мы тогда зовем его Петровичем? Решив подумать об этом у себя дома, я быстро перелистала паспорт и нашла старый штамп прописки – «Новохерсонская улица, девятнадцать, квартира семь».

Когда Андрей и Лиза вернулись с прогулки, Лампа задала вопрос с подвохом, и Андрей подтвердил: да, Казин, да, Константинович.
И тут Лампу проняло.

Лиза права, к этой фамилии легко подобрать рифму – Казин, РАЗИН! Я нашла наконец человека, послужившего прообразом Степана, и этот человек вызывает у меня с каждой минутой все больше и больше подозрений.

Знаете, у меня ощущение, что когда писалась вся предыдущая часть книги, это писалось на кураже, на вдохновении, с душой. А когда до финала потребовалось немного дотянуть метр текста, и удержать читателя в напряжении, ДДД или её холопы, положили болт на все, неувязок и глупостей буквально до жопы.

Но сперва снова увидим Юру, а он вновь и вновь привлекает Лампу:

Утром я уже совсем собралась ехать на Новохерсонскую улицу, когда раздался звонок в дверь. На пороге, улыбаясь, стоял Юра Грызлов.
– Ехал мимо, решил зайти. Ну как деятельность Ниро Вульфа? Нашла Емельяна Пугачева?
– Степана Разина, – коротко поправила я. – Я нахожусь на завершающем этапе, Лена скоро окажется на свободе.
Юра хохотнул:
– Ну, дай бог нашему теленку волка съесть!
Мы сели на кухне и выпили кофе. Юра начал жаловаться на то, что новая его книга отчего-то плохо раскупается.
– На мой взгляд, там слишком много секса и крови, – робко сказала я, – конечно, я ничего не понимаю в литературе, но являюсь, так сказать, профессиональным читателем и, знаешь, главного убийцу вычислила у тебя сразу.
– Да ну? – расстроился он. – Наверно, исписываться начинаю.
– Давно ты в детективном жанре работаешь?
Грызлов закатил глаза:
– Я родился в 1960 году, а первый рассказ написал еще в школе, классе во втором, так и поехало. Графоман, что поделать, ручки шаловливые так и тянутся к компьютеру.
– Ты закончил Литературный институт?
Он покачал головой:
– Нет, педагогический областной, он в то время носил имя Крупской.
– Как тебя угораздило туда документы подать? – изумилась я.
Юра махнул рукой:
– И не спрашивай. Я ведь не москвич, отслужил в армии и явился столицу покорять. В МГУ на филфак не попал, на журфак даже и соваться не стал, без шансов, туда только блатных брали. По дури в Институт международных отношений двинул, МГИМО. Думал, корреспондентом в Париже или Лондоне стану после окончания. Вот идиот. Естественно, на сочинении огреб двойку, тут мне добрый человек и посоветовал документы в пед подать. Мальчик, да еще после армии – самый их кадр. Я и попал на отделение дошкольного воспитания – в группе четырнадцать девочек и Юрочка. Классное время. Кавалеры наперечет, нас девицы на руках носили. Жил я в общежитии, так можешь представить, четырехразовое питание имел. Студенточки одна другой лучше готовили. Ну а потом в газете работал, малотиражной, «Московский метрополитен» называлась, потом книги пошли…
– Ты же писал вместе с Андреем Мальковым?
– Да.
– Трудно работать в паре?
– Нет, – улыбнулся он, – я сидел дома и стерег рукопись, а Мальков бегал по издательствам и пристраивал новый роман.
Я вытаращила глаза:
– Да ну?
Юра мягко взглянул на меня:
– Лампа, ты удивительно доверчива, даже обманывать не хочется.
Я посмотрела в его красивое породистое лицо. А он, наверное, добрый мужик и ловелас. Небось дамы падают вокруг охапками. Интересно, почему Грызлов не женат? Уж наверняка не из-за отсутствия внимания со стороны женского пола.
– Послушай, Ева, – неожиданно начал Юра.
– Как ты меня назвал?
– Ева. Прости, пожалуйста, но Лампа так по-дурацки звучит, и потом, я все время боюсь назвать тебя торшером или бра… из Евлампии великолепно получается Ева. Неужели никто до меня не додумался?
Я покачала головой:
– Нет, как только не звали – Лампуша, Лампец, Лампадель, Лампидудель, а один молодой человек долго величал Электролампой Андреевной. Ева! Надо же!
– Нравится? – тихо спросил Юра и взял меня за руку.
Его ладонь оказалась большой, уютной, теплой. Такие руки были когда-то у моего отца. Неожиданно в моей душе поселились спокойствие и какая-то уверенность – все будет хорошо.
– Какие пальцы красивые, – шепотом продолжал Грызлов, – длинные, аристократические, ногти, как миндалины. Терпеть не могу дам с маленькими, обломанными ногтями. А у тебя просто идеальная форма, хоть и не делаешь маникюр.
– Да, – согласилась я, чувствуя, как к щекам приливает кровь, – руки у меня замечательные, жаль только, что ноги подгуляли, стою как на лыжах, ношу тридцать девятый летом, а зимние сапоги вообще сорокового размера.
Юра расхохотался. Я вырвала свою руку, вечно со мной так. Начинаю смущаться и несу чушь, даже обидно. И вообще, дама в моем возрасте должна спокойно выслушивать комплименты. Я же, как подросток, моментально начинаю краснеть и глупо хихикать, просто отвратительно. Вот и Юра начал потешаться, а ведь я ему явно нравлюсь, между прочим, я тоже нахожу его не противным, скорей даже приятным.

Похоже правы аноны, которые предполагали. что у Лампы слишком убита самооценка. и замылен глаз общением с хамливыми и бесцеремонными домашними. Уж раз она так расплывается. Хотя может. это Грязлов одарен в плане обольщения? :cool:

Он однако начинает накидывать предложения, от которых сложно отказаться.

– А ведь у меня к тебе дело. – Он стал неожиданно серьезным.
– Какое? Если предложишь написать в соавторстве роман, то зря, я совершенно лишена фантазии.
– Между прочим, душа моя, ты угадала, – спокойно произнес он, вытаскивая сигареты, – именно роман, и именно вместе.
– Ну и чушь!
– Вовсе нет. Слушай внимательно. Последние вещи Малькова распродавались, честно говоря, плохо. Теперь Андрей умер. В издательстве считали, что читатели все-таки клюнут на раскрученное имя, и выпустили еще две книги под старым псевдонимом. Но, увы, никакого коммерческого успеха. И я решил: хватит, пора избавляться от Андрея Малькова. Умер и умер, похоронили да забыли. Буду теперь писать под другим псевдонимом, другие вещи. Меньше крови, изживу порнуху, введу динамичный сюжет, напряженное действие. Чтобы на каждых десяти страницах что-нибудь происходило…
– Как у Кондрата Разумова, – влезла я.
Юра поднял глаза:
– Именно, Кондрат великолепно писал. Кстати, ты не знаешь, остались ли после его смерти готовые работы?
– Лена говорила о двенадцати романах, но в компьютере с пометкой «новый» нашлось только восемь.
– Можешь показать?
– Зачем?
– Потом объясню.
– Конечно, пошли.
Мы отправились в кабинет, и Юра, тихонько напевая, принялся изучать содержимое файлов. Прошло примерно полчаса. Наконец гость щелкнул мышкой и, глядя на потухший экран, сообщил:
– Лена не обманывала. Рукописей и впрямь двенадцать, только четыре недописаны, ну да не беда, доделаем.
– Зачем?
Юра похлопал рукой по компьютеру:
– Вот здесь, Евочка, лежит наше с тобой состояние.
– Не понимаю…
– Об этих вещах никто не знает?
– Наверное, лишь Лена.
– Да забудь про Ленку, – вскипел Юра, – с ней все кончено. Убила мужа и получит по заслугам, лет десять, может, пятнадцать, если судья уж очень обозлится. А тут – сокровище.
– Все равно не понимаю!
– Евочка, – проникновенно зашелестел Грызлов, – у меня в мире книгоиздателей отличная слава. Если я принесу новый роман, в другом, чем раньше, ключе, то его выпустят обязательно.
– Ну и неси, а при чем здесь эти рукописи?
Он тяжело вздохнул:
– Ева, душенька, когда Лена, законная наследница неопубликованных детективов Разумова, выйдет на свободу, имя Кондрата будет прочно забыто читателями. Ни один издатель не захочет связываться с ней.
– Почему?
– Бесперспективно. Писатель умер, читатель его похоронил, новая поросль поднимается. Так что денег ей не заработать, а мы выпустим все и, конечно, оставим Ленке часть гонорара. Будет у нее копеечка, если на зоне не удавят.
– Ты хочешь сказать…
– Умница, сообразила. Издадим книги под моим новым псевдонимом, допустим Григорий Юров. Неплохо звучит, а? Восемь готовых вещей, а четыре я поправлю, допишу… Отличная идея!
Я удрученно молчала. Грызлов истолковал мое молчание по-своему и быстро добавил:
– Естественно, деньги поделим на три части – тебе, мне и Лене. Нам побольше, ей чуть поменьше.
– А Лиза и Ваня? – спросила я тихо. – Дети тоже наследники.
– Разделим Ленину долю на троих, – охотно согласился он.
Я молчала, не зная, как реагировать.
– Ева, душа моя, – тихо сказал Юра, – наверное, преждевременно произносить подобные слова, но с нашей первой встречи я пребываю в уверенности, что нашел в твоем лице невероятную женщину – умную, интеллигентную, красивую…
– Мэрилин Монро и Софья Ковалевская в одном флаконе, – фыркнула я, чувствуя, что опять начинаю краснеть.
– Если хочешь так, то да, – неожиданно серьезно ответил он, – ты женщина моей мечты.
– Но… – выдавила я из себя.
Он поднял руки:
– Евочка, только не подумай, что я собираюсь делать неприличные предложения! Упаси бог! Слишком много раз ошибался, заводя с дамами близкие отношения. Поверь, я очень не хочу тебя терять. Можно, начну ухаживать по всем правилам? Букеты, конфеты, концерты? Как ты относишься к тому, чтобы встретиться сегодня в семь вечера у колонн Большого театра? Или тебя больше привлекает вестибюль станции метро «Маяковская»?
.....
Но Юра не знал моего прошлого, поэтому внезапно сказал:
– Искренне надеюсь, что мы крепко подружимся, потому что нам теперь идти по литературному пути рука об руку.
Я вынырнула из воспоминаний и удивилась:
– Что ты имеешь в виду?
– Какой псевдоним кажется тебе привлекательным? – вопросом на вопрос ответил Грызлов.
– Григорий Юров ничего…
– Нет, твой псевдоним?
– Мой?!
– Конечно, нас же двое, гонорар и слава пополам.
Секунду я обалдело смотрела на него, потом тихо сказала:
– Но это же нечестно, мы фактически украдем чужой труд. Вот Лена выйдет…
Он с треском поставил на стол керамическую кружку, коричневая жидкость взметнулась вверх и выплеснулась на клеенку.
– Лена никогда не выйдет, все! Надо теперь подумать о детях – Лизе и Ване. Кстати, где мальчик?
– На Кипре, у ближайшей подруги Лены, она замужем за богатым киприотом.
– И как ты думаешь, сколько времени она будет заниматься чужим ребенком?
Я растерянно молчала.
– Вот видишь, – констатировал Юра, – не сегодня-завтра малыша пришлют назад, и что дальше?
А действительно, что?
– И с Лизой, – продолжал настаивать Грызлов, – с Лизой как?
– Я оформлю опеку.
– Тебе не разрешат. Во-первых, ты не родственница, а во-вторых… Ну-ка, ты где работаешь?
– У Лены в экономках.
Он рассмеялся:
– Официально оформлена?
– Нет.
– Значит, душа моя, для государственных органов ты являешься праздной дамой, существующей неизвестно на какие средства. Таким детей не дают.
– Но…
– А вот если ты покажешь книгу, где на титульном листе будет значиться твоя фамилия, то это другое дело. Подвиньтесь и снимите шляпу, поскольку перед вами популярная писательница, птица редкой породы. И если ты с детективом под мышкой явишься в Министерство образования или, не знаю, куда следует обращаться, чтобы усыновить ребенка, и скажешь, что хочешь пригреть в своей семье дочь лучшей подруги, осужденной за убийство, то тебе, даме-писательнице, сделают исключение. И Лиза останется с тобой на законных основаниях.
Я молчала, с трудом переваривая информацию.
– Да еще деньги пойдут, – искушал Грызлов. – Лене оставим.
– Но романов только двенадцать, и они скоро кончатся! Знаешь, как Кондрата выпускали? По книге в месяц. Запас только на год! И потом, у каждого писателя свой стиль, неужели никто ничего не заподозрит?
Юра улыбнулся:
– Слышала, был такой Миронов?
– Конечно, столп детективного жанра, еще при Советах пользовался бешеным успехом, только он умер примерно год назад.
– А книги все выходят…
– Ну, наверное, как у Кондрата, остались рукописи…
– Нет, – покачал головой Юра, – просто пишет другой, и никто ничего не заподозрил. Люди доверчивы, обмануть рынок легко.
– Вдруг Лену отпустят? Представляешь, какой скандал поднимется?
– Господи, – он вышел из себя, – да никогда ее не отпустят, потому что она убила мужа, понимаешь, она, больше некому. Или ты все еще ищешь мифического Емельяна Пугачева? А насчет количества книг не волнуйся, главное, удачно стартовать. За двенадцать месяцев я напишу пять повестей и дальше продолжу работать.
– Ну зачем тебе книги Кондрата, если ты сам пишешь, и потом, их же можно опубликовать под именем Разумова и получить деньги. Да Миша Галин от радости скончается, когда я скажу о рукописях.
– Галин – негодяй, а их издательство – сборище жадин, не понимающих, что автору нужно достойно платить, чтобы он спокойно занимался литературным трудом. Ломовую лошадь следует хорошо кормить, – серьезно сказал Юра, – а если расскажешь Мишке о рукописях, он моментально схватится и опубликует, естественно, все, только денег Лиза не получит ни копейки!
– Почему?
– Потому. Она несовершеннолетняя. Галин, естественно, выпишет денежек для вдовы раз в пять меньше, чем дал бы Кондрату, и честно положит их на сберкнижку. Теперь соображай, что случится с рублями через десять-пятнадцать лет, когда Ленка выйдет! Мы же с тобой получим кругленькую сумму, ты сумеешь дать Лизе образование да еще отложишь Ленину долю в долларах. А бакс, он и в Африке бакс, при всех режимах и перестройках. Понятно?
– Ну почему ты так уверен, что Лену осудят? И потом, Степан Разин вовсе не мифическая фигура, я нашла его мать, вернее женщину, воспитавшую парня, Раису Андреевну и…
Я уже собралась сообщить о смерти Степана и своих подозрениях по поводу Андрея, как Юра вновь стукнул кружкой о стол. На этот раз кружка развалилась на два почти одинаковых куска.
– Да выбрось ты эту дурь из головы! – крикнул Грызлов, но тут прозвенел звонок в дверь.

Но тут пришли Лиза, подружки, атмосфера уже не деловая. Юра дает афтографы. и мимоходом еще раз понравился Лампе, употребив любимое выражение её отца. А под конец забавное:

– Лампа, – закричала Лиза, – беги сюда скорей, мы научили Рамика подавать лапу!
....
– Ну, Лампа, давай скорей, – завопили дети, – а то он сейчас все забудет!
– Хороши дрессировщики, – засмеялась я, входя в детскую, – надо так научить, чтобы навсегда запомнил.
– Рамик, дай лапу, – произнесла Лиза, протягивая песику руку.
Щенок молча вилял хвостом.
– Дай лапу!
Собака радостно взвизгнула и еще сильней замела хвостом.
– Дай немедленно! – начала выходить из себя девочка.
Рамик потянулся носом к блюдечку, где аппетитно пахли мелко нарубленные кусочки сыра.
– Ну уж нет, – сказала Маша Гаврюшина и отодвинула подальше лакомство, – сначала команду выполни. Дай лапку!
И на этот раз никакого результата.
– Забыл, – вздохнула Лиза. – Уродский пес! Килограмм «Эдама» слопал, и никакой памяти!
– Знаешь, – предположила Маша, – мы вообще-то ему раньше другую команду давали.
– Какую? – заинтересовалась я.
Гаврюшина села на корточки перед мордой Рамика и, повернув ладошкой вверх тоненькую, словно церковная свечка, руку, попросила нежным голосом:
– Рамик, вытяни грабку!
Песик тут же подал лапу и счастливыми глазами посмотрел на «учительниц».
– Мы так говорили, – бесхитростно пояснила Маша, – но Лиза знает, что вы этих слов не любите, вот и стала при вас по-другому просить.
– Прелестно, – одобрила я «дрессировщиц». – Теперь наденьте ему на шею золотую цепочку и научите делать пальцы, вернее когти, веером. Андрюша придет в дикий восторг.

Ну да, как собаку обучите. так и будет реагировать.

Глава 28.

▼Скрытый текст⬍

Лампа уверена что убийца и Степан Разин - это Андрей, и перебирает в уме всех убитых , и не думает, что о некоторых жертвах ему неоткуда было знать, или что пистолет Ване он подсунуть едва ли мог. хотя с пистолетом самая главная дурь знаете какая (забегая вперед)? Что Лампа даже не попыталась составить расписание того рокового дня. чтобы знать когда где и кто был! Даже Лизу не спросила - и теперь строит ошибочные версии.
Двор где жил Андрей оказался богат на свидетельницу:

Я вышла во двор и села на лавочку. Сегодня отличная погода, ласковое солнышко приятно греет лицо, в воздухе пахнет наконец-то приближающейся весной, да и пора бы, скоро апрель. Долгожданное тепло выгнало на улицу молодых мамаш с колясками, и сейчас они вылавливали из луж упоенно пачкающихся детишек. Ладно, покурю и двину домой. В эту минуту крохотная собачка, скорей всего цвергшнауцер, подбежала ко мне и, поставив маленькие лапки прямо на джинсы, стала умильно повизгивать.
– Фу, Снаппи, фу, – закричала хозяйка, – не бойтесь, она не кусается!
Я подавила усмешку. Бояться собачонку размером чуть больше заварочного чайника! Нет предела хозяйскому тщеславию.

Да екарный бабай, Лампа! :bull: :bull: :bull:
Тетка просто ответственный собаковладелец. она понимает. не все любят собак, не все им умиляются, кто-то вон любых собак боится. Тщеславие тут никаким боком. это здравый смысл. У меня тоже сейчас небольшой пес, но это не значит. что можно его пустить бегать. и приставать ко всем.

Вот даром что я собачник. но иногда мелкими деталями. краткими очерками, Донцова разжигает огонь моих чресел.

Короче, собака жрет сигареты. и клянчит у курильщиков. этой привычке научил молоденький Андрюша, бабка его помнит, Лампа машет фальшивой ксивой, свидетельница рассказывает. А жизнь у Андрея была плохая, потому что рожден не в браке. без отца. мать родила его будучи несовершеннолетней, заботилась хреново, зарабатывала копейки, еще и запила. Вот он и рос как сорная трава, как бурьян и лопухи.

– А Андрюшу помните?
– Прекрасно. Безобразник и хулиган. Мой сын от него натерпелся. Мы даже жаловаться ходили к директору, чтобы мальчишку из нашего класса перевели, сам не учится и другим не дает. Только ничего не вышло, слава богу, в восьмом классе он ушел в какое-то ПТУ, то ли на шофера учиться, то ли на слесаря. А по мне, если честно сказать, Людка, мать его, врала. Бандит он стал, самый натуральный.
– С чего вы так решили?
– По ночам приезжал на роскошной машине, а в руках пакеты из супермаркета.
– Ну и что?
– Так в 1991 году! Помните, какие жуткие цены тогда в этих магазинах были? Простому человеку не подступиться, только бандиту.

И тут я в ахуе просто. Я плохо считаю, но так как тоже писал 24-летнего ( тоже 1976 года рождения. это для соблюдения таймлайна канона), то запомнил, и соотнес. В самом первом прочтении не заметил, а теперь оно сразу видно - в 1991 году, Андрею Казину, что 1976 года, было максимум 15 лет! И ни на какой роскршной машине он ездить не мог, и денег конских иметь не мог.
Да, типа раз он бандит. то при капусте. но не в 15 лет же!
В 15 лет он мог быть шпаной, карманником, мог отбирать что-то у сверстников и младших, но все равно. это слишком юный возраст для бандитской шестерке. С бандитами он мог пересечься очень косвенно - ходить с ними по одной земле, в одном городе.

И непонятно, то ли творец проебывает свой же канон, то ли свидетельница ненадежная. Концы с концами не сходятся, а Лампа пытается узнать, кто отец Андрея. Она подозревает, что раз Степан Разин оплодотворил Люду ( вот же совпадение имен!), то возможно Андрей его сын. Чтобы узнать точнее, Лампа едет к Раисе Андреевне Разиной - но та мертва, квартира опечатана. Умерла она, умерла. И вроде некриминальной смертью.

– Ночью вчера скончалась, – пояснила соседка, выходя на лестничную клетку.
Из открытой двери ее квартиры повеяло запахом полироли и стирки.
– Откуда вы знаете, что ночью? – полюбопытствовала я, продолжая сжимать в руке теперь абсолютно бесполезный сверток с фотографией.
– У Раисы сердце было больное, – пояснила женщина, – ее спальня прилегает к моей, у нас кровати даже рядом стоят, через стенку. Вот мы и договорились, если Рае худо станет, она постучит, я и прибегу. Она и ключи оставила для такого случая, очень уж боялась умереть, а потом лежать в одиночестве, непогребенной.
Нынешней ночью соседка услышала слабый стук и поспешила на зов. Раиса Андреевна лежала в постели и выглядела плохо. Наверное, ей стало худо еще вечером, потому что кровать была неразобрана, учительница рухнула прямо поверх цветастого покрывала и не сняла платье и тапочки.
– Раечка! – закричала соседка и бросилась к ней. – Что случилось? Где болит?
Но Раиса Андреевна оставалась неподвижной, глаза ее как-то странно смотрели из-под полуопущенных век, а из скривившегося рта доносилось мычание.
Насмерть перепуганная соседка вызвала «Скорую», но, как назло, «Скорая» все не ехала и не ехала. А больная беспокоилась, явно пытаясь что-то сказать. Наконец соседка сообразила и подсунула ей листок бумаги. С неимоверным усилием, левой рукой, та накорябала непонятные буквы – ghos… Закончить слово почему-то на английском языке она не успела, приехала «Скорая». Но врачи не сумели ей помочь, началась агония, и Раиса Андреевна скончалась, как сказали доктора, от обширного инсульта.
– И больше ничего? – тихо поинтересовалась я.
Соседка пожала плечами:
– Ничего. Вот ведь болезнь жуткая, только что была здорова, работала, к ней ученики весь день ходили, с четырех и до позднего вечера, прямо косяком, взрослые, дети. Она отлично зарабатывала. Последний около одиннадцати вечера забегал, так же, как и вы, о занятиях договариваться.
– Откуда вы знаете?
– Так я слышала. У нее звонок сильный, в нашей квартире отдается. Я в «глазок» глянула – стоит мужчина в шляпе и пальто. Рая дверь открыла и впустила его. Ну а где-то через час он ушел, сказал так громко:
– До свиданья, Раиса Андреевна, до понедельника.
– А она?
– Ну тоже вроде того что-то пробормотала.

Вернулась Лампа к свидетельнице, а та её убила уликой:

– После вашего ухода я принялась альбомы смотреть, – сказала Лимонова. – И припомнила-таки!
– Что?
– А вот, глядите. – И она сунула мне в руки еще одну черно-белую карточку. – Это 1977 год, там дата, на обороте, 22 апреля.
– Ну, – поторопила я, – и что же?
– А то, – радостно объявила Алла Марковна, – день коммунистического субботника, все вышли двор убирать, а Митрохин из семнадцатой квартиры карточек нащелкал, потом раздавал, фотолюбитель.
Я терпеливо ждала, пока болтунья подберется к цели рассказа.
– Это Люда, – сообщила Лимонова, – с коляской, внутри Андрюша сидит, да его плохо видно, с граблями ее мать, с метлой я, а вот, видите, двое мужчин с носилками?
Я кивнула.
– Слева – мой муж, а справа – отец Андрюши. Он тогда в очередной раз пришел, ну его к делу и пристроили. Молодой такой парень, вот только, как звать, не припоминаю. Простое имя…
– Костя, – прошептала я, уставясь на снимок, – его звали Константин.
– Правильно! – обрадовалась Лимонова и затарахтела дальше: – Кустарники сажали, а детскую площадку…
Но я не слушала ее, пытаясь справиться с обалдением. Было отчего потерять разум! С отлично сохранившегося снимка мне улыбался молодой, кудрявый и, кажется, абсолютно счастливый… Кондрат Разумов.

Вот так вот, узнали кто есть Андрей. Захватывает, правда?

Глава 29.

▼Скрытый текст⬍

Сидит Лампа в кафе ( не забыв обругать дороговизну), и думает:

Вот оно, как повернулось! Оказывается, Андрюшка сын Кондрата! В голове моментально все стало на место. События сложились в стройную цепочку, и я сразу поняла, что к чему.
Значит, так. Андрюшина мать родила сына от Константина, так на самом деле зовут писателя.
Кондрат Разумов – это псевдоним. Я ведь знала об этом и могла бы вспомнить, когда увидела паспорт нашего бандита. Кондрат пару раз приходил в гости к бывшей любовнице, может, и деньги давал для мальчика. Хотя, что с него было взять по тем временам. Удачливый прозаик, успешный литератор, автор известных детективов, богатый человек – все это в будущем. В 1977 году он просто учитель русского языка и литературы с нищенским окладом.
Детство Андрюши было очень тяжелым – постоянно пьющая мать, и никаких родственников, которые могли бы помочь ребенку, ни бабушек, ни тетушек… Вероятно, Люда сказала мальчишке, кто его отец, хотя, очевидно, Кондрат не признал ребенка, фамилия-то у Андрея – Казин. Правда, отчество – Константинович.
Потом Кондрат резко пошел в гору, появились рецензии в газетах, интервью на телевидении. Представляю, какие чувства обуревали парня. Потом, став взрослым, он и задумывает преступление. Покупает квартиру, заводит хорошие отношения с отцом, прикидываясь почти приятелем, вкладывает в руки Вани пистолет. Все очень логично. Он, конечно, знал о дурацкой забаве Кондрата и Вани. Играя, они поднимали такой шум, что пару раз приходили соседи снизу, у которых раскачивалась люстра, и Кондрат откупался от них своими новыми детективами. Но почему Андрей решил убить отца? Да понятно, хотел отомстить за свое тяжелое, голодное и нищее детство. И ведь придумал просто изуверский план. А кажется таким простым, даже примитивным парнем!
Это что же получается? Лиза – родная сестра Андрея?
Господи, а вдруг он замыслил убить Лизу, а я так спокойно отпускаю с ним девочку! Нет, это уж слишком, да и зачем бы Андрею убирать сестру? Да наследство! Небось Кондрата станут переиздавать, значит, детям положены деньги, причем хорошие… Но он ведь официально не признан сыном.
– Еще кофе? – спросила официантка.
Я встала, сердито громыхнув стулом. Ну уж нет, хватит наливаться бурдой по ценам амброзии, а подумать спокойно можно и в метро по дороге домой.
Но чтобы полностью осмыслить ситуацию, пришлось покататься по Кольцевой линии вместе с парочкой бомжей, смотревших на меня очень внимательно. Наконец я разработала стратегию.
Завтра с утра я опять позвоню в больницу к Славе Самоненко и попытаюсь узнать, когда же разрешат посещения. Убийцу я нашла, да только улик никаких. Все на уровне домыслов и размышлений, а их к делу не пришьешь! Следовательно, надо наскрести хоть что-нибудь материальное, свидетельствующее о том, что Андрей безжалостный и хладнокровный организатор убийства Кондрата. Главное, держать себя в руках и делать вид, будто ни о чем не догадываюсь. Как ни в чем не бывало поить его кофе с пирожными, поправлять корявую речь… Вот только Лизу с ним теперь отпускать не стану.

Не буду лукавить, мне хочется править , в свое время я в эту бурду поверил. да. Я был моложе чем сейчас, книгу читал запоем. не все соотносил.
Вернулась лампа домой. там девочки кулинарничают, очередной пустой отрывок- и в конце приходит Андрей, и только теперь лампа видит. как он похож на Кондрата и на Лизу. Я думаю тут пополам реального сходства, и то, что мозг достраивает на основе имеющейся информации.
Лампу напрягает Андрей, но она крепится, и к счастью, он удалился:

Наконец Маша взглянула на часы и ойкнула:
– Домой пора.
Андрюша потянулся за пиджаком.
– А ты куда? – спросила Лиза. – Посиди еще!
– Гаврю отвезу, темно на улице, – пояснил парень.
– Не надо, – начала отбиваться Гаврюшина, – я не хочу эксплуатировать твою доброту.
– Ну Гавря! – протянул парень. – Как навалится на тебя за углом отморозок да насует чего не надо, я потом остаток жизни щуриться стану, что тачку завести поленился и тебя добросить. Нет уж, без базара, у меня воспитание не то, чтоб гирлу одинешеньку по ночи выпустить. Да если хочешь знать, и биксу какую тоже б не выгнал. Совесть то есть.
«Да, – подумала я, глядя, как он подхватывает туго набитую школьную сумку Гаврюшиной. – Интересно, кто же тебе привил столь джентльменские принципы и как с ними соотносится милая привычка убивать людей?».
Не успела за ними захлопнуться дверь, как я немедленно приступила к допросу Лизы. Для начала я предложила:
– Ты, наверное, устала? Давай разберу постель?
– Сама могу, – удивилась Лиза, – что я, больная?
В детской она стащила с покрывала десятка два плюшевых игрушек и ловко расстелила большое пуховое одеяло.
– Странно, – стала я издалека подбираться к цели разговора, – странно, что вы раньше не были знакомы с Андреем…
– Он приходил к папе иногда, – спокойно пояснила Лиза, вытаскивая из шкафа пижаму, – папа ему книги подписывал и в шутку называл своим консультантом.
– Почему?
– Ну он же бандит, – зевая, пояснила девочка, – всякие порядки их знает, правила, а папе это для книг требовалось. Только Лена его терпеть не могла. Они даже с отцом поругались. Папа утверждал, будто Андрюша бедный, запутавшийся мальчик, и потом, он же бросил разбойничать, теперь бизнесмен, и вообще, вон в Думе полно людей с криминальным прошлым, и ничего. А Лена злилась и орала, что он все равно негодяй и нас всех перестреляет.
«К сожалению, моя хозяйка оказалась не так уж далека от истины», – мелькнуло в моей голове.
– Папа тогда тоже заорал, – продолжала Лиза. – «Заткнись, Ленка, надоело, зудишь, словно жопа с ручкой! Кто зарабатывает, тот и хозяин, а Андрей сюда будет ходить».
Лена надулась и заявила:
– Вот и выбирай, или я, или он!
– На твоем месте, – тихо ответил Кондрат, – я бы не ставил подобных условий. Имей в виду, ни одна баба не должна мне указывать, с кем и когда я должен встречаться, ясно?
Потом они помирились. Андрюша продолжал изредка появляться.
– Он мне нравится, – бесхитростно призналась Лиза, – прикольный такой, правда, старый, двадцать четыре уже, вот я думала: если он за мной ухаживать начнет, разве плохо? Может, мне в него влюбиться?
Ну только инцеста нам тут до полного счастья не хватает!
– Выбрось дурь из головы! – строго заявила я. – Рано о свадьбе помышлять!
– Твоя правда, – вздохнула Лиза и с наслаждением вытянулась в постели. – Хорошо как! И чего я раньше не легла, прямо здорово, и завтра в школу не идти…
Я подоткнула одеяло и спросила:
– До Андрюши кто жил в этой квартире?
– Старушка, – ответила Лиза, – тихая-тихая, Девочка.
– Почему – девочка?
– Фамилия у нее такая, – сонно пробормотала Лиза. – Девочка Аргентина Ивановна.
– И куда она делась?
– Не знаю, уехала на новую квартиру, оставила папе только телефон, и все!
– Давно?
Лиза повернулась на бок и прошептала:
– Ну год назад, наверное, не помню, какая разница! Лампочка, погаси свет, сил нет…
Я выключила люстру, села к ней на кровать и, гладя девочку по голове, запела:
– Спи Лизок, спи-засни, сладкий сон себе мани…
– Лампуля, – прошептала девочка, – я тебя обожаю.
– И я тебя люблю, мой ангел, спи спокойно.

И вот очередная ниточка, новая цель. Вообще герои ДДД ( я говорю про классических четырех, новых не знаю) больше пригодны для сбора инфы, и социальной мимикрии. Аналитика не их конек. жаль что использовать такие таланты по назначению догадалась только Элеонора

Глава 30.

▼Скрытый текст⬍

Продила всех Лампа. и попутно новую машину Андрея увидела, с приметой

длинный, блестящий, серебристого цвета, на заднем стекле покачивалась игрушка – оранжевая ладошка с большими растопыренными пальцами.

Позвонила она этой бывшей соседке, договорилась о встрече, и только за порог. и тут...
Звонит Ржавый гвоздь.

Но не успела натянуть свитер, как в дверь позвонили. На пороге стоял Юра Грызлов, сжимавший в руках огромный букет роз.
– «Миллион, миллион, миллион алых роз из окна, из окна видишь ты», – пропел прозаик и протянул мне роскошный подарок. Я взяла букет в руки и тут же поняла, что невероятной красоты цветы – искусственные.
– Здорово сделаны, – улыбался Юра, вдвигаясь в прихожую, – от настоящих не отличишь. Даже лучше, не завянут.
Я сунула машинально нос в цветы и удивилась:
– Пахнут!
– Их специальной отдушкой опрыскивают, – пояснил Грызлов. – Скажи, здорово!
– Великолепно, – покривила душой я, – роскошные цветы, мечта.
– Очень рад, хотел тебе сделать приятное!
Я молча поставила веник в вазу. Нет, мужчины странные люди. Цветы на самом деле были отвратительны, хоть и похожи на настоящие до тошноты. Я терпеть не могу всяческих подделок – духов, как французские, кролика под норку, свитера якобы из шерсти… По мне уж лучше вообще ничего не покупать, чем приобретать эрзац. Кстати, частенько «заменители» очень дороги, вот Юра явно потратил кучу денег. Но скажите, разве может радовать глаз вечный букет? И бывает ли на свете вечная любовь?
– Ну, – произнес Грызлов, – какой из романов понесем первым?
Внезапно мне стало не по себе. Фальшивые цветы для фальшивой писательницы. Нет, я не хочу участвовать в дурацком спектакле. Но Юра весело продолжал:
– Я уже говорил в издательстве, там буря восторга, надо приниматься за работу. Пошли к компьютеру, хорошо бы почитать, что там Кондрат навалял. Ну, давай!
И он легонечко пнул меня в спину. Бесцеремонный толчок неожиданно пробудил меня от сна, и я сказала:
– Извини, но это невозможно. Романы после смерти Кондрата являются собственностью Лены, и ей решать, как ими распорядиться. Может, она захочет издать их под своим именем. Это ее право. Я же в воровстве участвовать не хочу, да и тебе не советую!
Грызлов посмотрел куда-то вбок и тихо спросил:
– Решение окончательное?
– И обжалованию не подлежит, – ответила я. – Впрочем, можешь быть уверен, я никому не расскажу про твои планы в отношении этих книг.
Внезапно он расхохотался:
– Ай да Лампа, ну и молодец, чудо, я тебя обожаю еще больше!
– За что? – удивилась я.
Прозаик ласково обнял меня за плечи.
– Понимаешь, мне фатально не везет с бабами, просто катастрофа! Такие кадры попадались – лживые, истеричные, жадные! Словом, если не говно, то палка!
– При чем тут это?
– А при том, моя радость, что когда я встретил тебя, то, честно говоря, слегка прибалдел. Ну разве бывают такие положительные, вот и решил проверить!
– Проверить?!!
Юра развел руками.
– Ну извини, понимаю теперь, что дурак, кретин. Но любая другая из моих баб моментально согласилась бы, предложи им кто без всяких усилий стать писательницей и получать деньги! А ты вон как отбрила, молоток!
Проверял! Он проверял мою порядочность?! От удивления я разинула рот. Ну и как на это реагировать? Бросить букет ему в лицо? Выгнать вон?
Очевидно, все эти мысли отразились на моем лице, потому что Юра вдруг вытянул руки вперед, сморщился и запищал тоненьким голоском:
– Ой-ой-ой. Электролампа Андреевна, милый, любимый Торшерчик, только не бей до крови по лицу, лучше кулаком по почкам. Сам знаю, что дурак и идиот!
И он картинно затрясся крупной дрожью. Мне стало смешно. Господи, да он просто большой ребенок. Правильно говорят, что гениальные люди отстают в развитии. Вот у моего отца был ближайший приятель, говорят, один из крупнейших математиков нашего времени, мировая величина… Угадайте, чем академик самозабвенно занимался в редкие свободные минуты? Расставлял оловянных солдатиков и играл в войну.
– Что мне сделать, чтобы заслужить твое прощение? – ныл Грызлов. – Только прикажи!
Я прищурилась:
– Значит, так, двадцать пирожных из французской кондитерской, той самой, что расположена на месте бывшего магазина «Российские вина» на Тверской. Двадцать отвратительно дорогих пирожных со свежими фруктами и взбитыми сливками, и, может быть, тогда я взгляну благосклонно в твою сторону.
– Через полчаса вернусь, – крикнул Юра и повернулся к двери.
– Нет, – охладила я его пыл, – давай встретимся вечером, около шести, мне надо съездить сейчас по делам.
– Куда?
– На Фестивальную улицу.
– Зачем?
Мне отчего-то не понравилось его любопытство, и я сухо ответила:
– Надо.
– Давай подвезу.
– Смысла нет, простоим в пробке, а на метро я за полчаса доберусь.
Еле-еле избавившись от Юры, я быстро оделась и понеслась к Аргентине Ивановне. По дороге притормозила у ларька, купила книгу «Кроссворды для шибко умных», а у метро зарулила на почту и попросила служащую:
– Можете оформить книжку как бандероль и отдать мне.
– Зачем это вам? – с подозрением поинтересовалась дама.
– Да сын все отправляет в газету письма, кроссворды решает, приз ждет. Расстраивается, жуть! Все никак не выиграет, вот хотела обрадовать ребенка…
– Давайте! – Она стала поласковее. – Сплошной обман эти конкурсы. У меня внук тоже весь испереживался, надо ему посылочку оформить. Эк вы ловко придумали.
Сунув обшлепанный печатями пакетик в сумку, я полетела на Фестивальную улицу.

Хе-хе-хе-хе-хе!
Лампа, ты болтливое золото, и твоя болтовня тебе обернется. Запомните этот твит! (с)

Дама со странным именем Аргентина Ивановна оказалась милой и крайне любезной. Без конца благодаря за хлопоты, она накрыла чай, подала вафельный тортик «Причуда», и мы славно поболтали о том и о сем. Разговор шел сначала вокруг детей и внуков, потом перекинулся на болезни, затем плавно перетек на цены и президентские выборы… Наконец я сочла момент подходящим и сказала:
– Какая у вас квартира милая, просто бонбоньерка, такая уютная.
– Да, – согласилась хозяйка, – мне тоже нравится.
– Наверное, раньше, лет двадцать назад, здесь вообще было как на даче.
– Не знаю, я недавно переехала.
– Ах да, – фальшиво спохватилась я, – вы же были соседкой Кондрата Разумова. Это он, наверное, ваши хоромы купил, вроде его квартира из двух сделана.
– Нет, – улыбнулась она, – он Осиповых отселил, из трехкомнатной, а со мной такая смешная история приключилась!
– Какая?
Как-то раз к Артентине Ивановне явился без всякого приглашения молодой человек весьма специфической наружности. Она даже сначала испугалась, узрев на пороге настоящего бандита. Но парень вел себя крайне прилично. Снял в прихожей ботинки, назвался Андреем и объяснил цель визита. Он фанат Кондрата Разумова и мечтает жить рядом с кумиром. В деньгах не стеснен совершенно, поэтому предлагает Аргентине Ивановне выгодный обмен, перевезет старушку с внушительной доплатой в свою квартиру. Там недавно был ремонт, куплена новая сантехника и кухня, причем он оставит и мебель.
Но Аргентина Ивановна наотрез отказалась ехать на Новохерсонскую улицу. Другой конец города – как конец света.
– Ни за какие сокровища! – ответила она Андрею.
Тот не растерялся и спросил:
– А куда бы вы поехали на тех же условиях?
Она призадумалась. На Фестивальной улице у нее живет дочь с внуком, а кататься на метро туда-сюда ей становится с каждым днем все трудней.
Андрей моментально согласился и развил бурную деятельность. Нашел подходящую квартиру именно в том доме, где обитала дочь старушки, сделал евроремонт.
– Он возил меня по магазинам, – удивлялась Аргентина Ивановна, – и спрашивал, какие обои и какой линолеум купить, поставил стеклопакеты и даже поменял паркет. Потом купил отличную кухню, словом, крайне боялся, что я откажусь переезжать. Вот ведь какая дикая вещь это фанатство! Мечтал жить рядом с Кондратом и столько денег за прихоть вбухал.
Кроме отлично отделанной квартирки, ей досталась еще и хорошая доплата. Старушка купила на свое имя «Жигули» пятой модели и стала любимой тещей для бедного зятя, мечтавшего о личном автомобиле. Словом, все остались довольны и счастливы…
Я посидела еще минут пятнадцать, а потом медленно пошла к метро. Вот оно как! Андрей задумал убийство давно и не пожалел денег для осуществления своего замысла. А это уже улика. Следователь может поинтересоваться: «Зачем вам, гражданин Казин, понадобилось меняться с гражданкой Девочкой?».
Маленькая, но зацепка. Ничего, скоро найдутся и настоящие улики!

Некоторые люди ругаю книги Донцовой, за продакт-плейсмент. За рекламу значит. Я к рекламе отношусь ровно, все же это как бы вариант нашего реального мира, с теми же странами, городами, валютами - а значит и брендами. Тем более что тортики от Причуды я любил раньше. люблю и сейчас. а потому не буду бухтеть, только чтобы бухтеть.

И тут ворвался ЭКШН!

Внезапно за спиной раздался страшный взвизгивающий звук, я обернулась и обмерла. Прямо на меня на невероятной скорости летела серебристая, длинная, похожая на ракету машина.
«Конец», – мелькнуло в голове. Деваться мне было решительно некуда, объятая ужасом, я, совершенно потеряв голову, рванула вперед и, не понимая, что делаю, налетела на какую-то дверь. В следующий миг она подалась, я оказалась внутри парикмахерской.
Автомобиль, утробно воя, вылетел на тротуар, как раз на то место, где секунду тому назад находилась я. Сквозь тонированные стекла машины смотрела тьма. Через мгновение иномарка унеслась прочь.
– Вот сволочь! – в голос закричали парикмахерши, побросав фены и расчески. – Убивать таких мало!
– Напьются – и за руль! – воскликнула уборщица, подбегая к двери. – Да вы сядьте, сядьте, на вас лица прямо нет, побелела вся!
Я машинально опустилась на подставленный стул. Колени мелко дрожали, спину покрывал липкий пот, и голова кружилась, отказываясь оценивать происходящее.
– Номер запомнили? – спросила косметолог.
Я покачала головой. Нет, конечно, перепугалась до обморока. Вот цвет – да, серебристо-лунный.
– И я номер не увидела, – вздохнула сидевшая у окна маникюрша. – Только ручку качающуюся, да сейчас у всех такие, милиция и искать не станет.
– Ручку? – медленно поинтересовалась я, чувствуя, что сейчас потеряю сознание. – Какую ручку?
– Ну, такую пластмассовую ладонь, оранжевую, на присоске, – пояснила девушка, – многие для прикола такие на заднее стекло крепят.
Я молча сидела на стуле, задыхаясь от нехватки воздуха. Маникюрша посмотрела на меня с жалостью, потом завернула инструменты в полотенце и сказала:
– Вот что, девки, свезу ее домой, все равно клиентов нет.
– Правильно, Танюшка, – одобрили коллеги, – а то дама совсем в обмороке.
Меня усадили в белую «Ниву» и доставили прямо до места. И, только поднявшись в лифте на свой этаж и оказавшись перед до боли знакомой дверью с номером «Сорок два» на слегка порванной обивке, я сообразила, что сказала доброй и приветливой Танечке не адрес Кондрата Разумова, а координаты Катиной квартиры.
Слезы дождем брызнули из глаз. Ну почему, почему сейчас здесь никого нет? Ну зачем они уехали в Майами? Бросили меня одну сражаться с этим кошмаром. И что теперь делать? Противный майор Митрофанов, выгнавший меня под конвоем, ни за что не захочет ничего слушать, он уже заранее решил, будто Лена убийца. Славка в больнице, а Володя Костин в Дубаи. Ну почему, почему я так радовалась, когда мы дарили ему эту путевку в Эмираты! И что теперь делать? Домой к Лизе возвращаться нельзя, потому что там я окажусь в жуткой опасности. Милый, замечательный мальчик Андрюша, любящий животных, трогательно ухаживавший за матерью-пьянчугой, фанат Кондрата и добрый приятель Лизы, только что пытался задавить меня, как собаку. Впрочем, как раз собаку он ни за что не задавит!

Ну что, аноны, помните мой твит? Наверное стоило бы Лампе подумать. откуда машина взялась именно там? Кто знал, куда она поехала?

С психу стала барабанить в квартиру Костина - а он и открыл! Ведь он недавно приехал - и все ему Лампа рассказала.

Где-то около семи я, полностью проинструктированная, открывала дверь квартиры Кондрата.
– Лампа! – крикнула Лиза. – А тут тебя Грызлов ждет, говорит, вы договорились, уже волноваться начал, а мы его с Машей успокаиваем.
Я вошла на кухню, краем глаза отметила, что на столе стоят зефир, конфеты «Коровка» и торт, явно испеченный хозяйственными девчонками, и спросила:
– А где пирожные? Корзиночки с натуральными фруктами и взбитыми сливками?
Юра открыл было рот, но тут Маша Гаврюшина взвизгнула:
– Ой, тетя Лампа, вы постриглись, как здорово!
– Ну ничего себе, – рассердился Юра, – я ее тут жду, а она по парикмахерским ходит!
– Случайно попала, – отмахнулась я, – это все машина, которая меня убить собиралась.
– Как убить? – заорали Лиза и Маша.
– Рассказывай немедленно, – потребовал Юрий.
Часам к одиннадцати все успокоились. Грызлов, взяв с меня честное слово, что я завтра не выйду на улицу, повез Машу Гаврюшину домой. Где-то около половины двенадцатого в квартиру очень тихо, почти на цыпочках, вошли Костин, Митрофанов и какой-то неизвестный мужик. Пока Володя и Митрофанов объяснялись с Лизой, мужик плюхнул меня в коридоре на пол на бок и довольно долго укладывал мои руки и ноги. Потом он наклеил на мой висок «рану», открыл пакет с чем-то красным и щедро полил часть моей головы, плечо и пол. По запаху я сразу поняла, что клейкая жидкость – настоящая кровь, и невольно дернулась.
– Лежи тихо, – велел мужик, – рот приоткрой и глазами не очень мигай. Свет в коридоре я потушу, пусть полумрак будет. Смотри не чихай и помни: ты – труп.
Потом послышался голос Лизы:
– Ой, жуть какая!
– Собаку с кошкой запри в гостиной, – велел Володя, – ну, давай, роль хорошо выучила, не подведешь?
– Что я, лохушка сраная? – обозлилась Лиза. – Без базара, по понятиям, авторитетно сварганю.
– Молоток, – одобрил Костин, – начинай, в натуре.
– А-а-а, – словно пожарная сирена завыла Лиза, кидаясь на лестничную клетку, – спасите, помогите.
Захлопали двери, послышались чужие голоса, топот, кто-то вскрикнул, потом взвизгнула женщина. Лиза орала как ненормальная:
– Убили, убили, застрелили, насмерть убили…
– Попрошу всех разойтись, – раздался суровый голос Костина, – освободите место происшествия, Сеня, опроси свидетелей, девочку – в «Скорую помощь».
– А-а, – визжала Лиза, – не хочу, менты позорные, легаши долбаные, волки неумытые, дайте умереть вместе с Евлампией Андреевной! О-о-о, что теперь со мной, сиротой, будет, о-о-о!
На мой взгляд, она явно перебарщивала, но из толпы перепуганных соседей неслись сочувствующие вздохи и всхлипы. Свою лепту в происходящее внесли и котенок со щенком. Запертые в гостиной, они сначала тихо поскуливали, а затем начали выть во всю мощь своих легких. Какофония стояла ужасающая. У меня отчаянно чесался правый глаз, и больше всего на свете я боялась чихнуть. Представляю, что случится тогда с соседями! Парочка настоящих трупов умерших с перепугу людей нам тогда обеспечена.
Наконец послышался лязг, дверь закрыли.
– Лампа, садись, – велел Володя.
Я немедленно повиновалась и пару раз с наслаждением чихнула. В прихожей, кроме Костина и Митрофанова, стояли еще двое крепких парней в синих комбинезонах.
– Давай, Лампец! – приказал Костин. – Полезай!
– Куда?
– В мешочек, – ласково сообщил один из юношей, ловко расстилая огромный черный пластиковый пакет.
– Зачем?
– А как мы тебя отсюда унесем? – вскипел Митрофанов.
– Трупу положено быть в упаковке, – философски заметил другой юноша. – Лезьте, лезьте, в лучшем в виде доставим. Только до труповозки и потерпеть, а в машине сразу наружу выберетесь

Потом была лишня. дурацкая "юморная" сцена, где Лампа-труп вылезла из труповозки воды купить. а продавец в обморок упал.

28 Марта Володя привез Лизу. Девочка кинулась с плачем мне на шею и принялась вываливать новости. Рамик и Пингва здоровы и отчаянно хулиганят. Бедная Маша Гаврюшина, которой ни в коем случае нельзя было рассказать правду, утопала в слезах и готовилась печь блины на моих поминках. Но самое невероятное известие пришло от Андрея. Он явился к Лизе абсолютно серый и прерывающимся голосом сообщил, что поскольку теперь у Лизы нет никого из родственников, то заботиться о ней станет он, поскольку является ее сводным братом.
– Это правда? – тарахтела девочка.
Я молча кивнула.
– Ну прикол! – взвизгивала Лиза. – Улет, прикинь, Лампа, я-то в него чуть не влюбилась! Зато как здорово, такой брат! Мечта! Ну и пусть матери разные, по отцу еще роднее получается! Здоровски вышло, клевота! Гавря умрет, когда узнает! Уснуть не встать!
31 Марта Володя неожиданно примчался домой в полдень и сообщил:
– Все, птичка в клетке. Давай, собирайся, помнишь, как себя вести?
Я кивнула. Еще бы, все дни, проведенные в томительном одиночестве и ничегонеделании, я без конца репетировала свою роль и надеюсь, что справлюсь с ней отлично.
Меня привели в небольшую комнату, и вновь потянулись минуты, наконец прозвенел звонок. Прежде чем двинуться к выходу, я бросила взгляд в небольшое зеркало. Следовало признать, вид у меня был офигительный. На висок вновь наклеена рана, на лбу, щеке и шее – следы крови. Гример постарался на славу. Мое лицо было сине-бледным, вокруг глаз – черные пятна, нос заострился и вытянулся, губы – абсолютно бескровны. Волосы взлохмачены, торчат в разные стороны, и одета я в жутко перемазанный свитер, ставший жестким от засохшей крови, и мятые брючки, словом, настоящий оживший труп, роль которого и предстояло сыграть.
Звонок прозвучал вновь. Я подхватила со стола подносик, на котором стояли пирожные, те самые, из французской кондитерской, корзиночки со свежими фруктами и взбитыми сливками, тихо-тихо отворила дверь и, как тень, неслышно шмыгнула в соседнюю комнату.
В кабинете за письменным столом мирно сидел Володя, строча ручкой по бумаге, спиной ко мне скучал мужчина, естественно, не ожидавший моего появления.
– Черт, – пробормотал Володя и попросил: – Будьте добры, дайте с соседнего стола ручку, эта не пишет.
Мужик обернулся, и я узнала Юру Грызлова. Прозаик увидел меня и побелел. Я вытянула вперед подносик с пирожными и тихо-тихо завыла:
– Что же, Юра, ты не захотел мне купить пирожных в день моей смерти? Денег пожалел? Думал, Андрей задавит Лампу насмерть, и корзиночки ни к чему?
– Кто, что?.. – забормотал Юра, впав почти в бессознательное состояние. – Кто это???
– Где? – спокойно спросил Володя, не отрывая глаз от бумаги.
– Там, там, – тыкал пальцем в сторону двери Грызлов.
– Где? – переспросил майор, глянул в мою сторону и равнодушно ответил: – У двери? Никого.
– Как никого, – запинался Юра, – вон она стоит…
– Успокойтесь, – вздохнул Володя и налил воды, – выпейте, мы одни.
– Съешь пирожное, Юрочка, – тихо провыла я, делая маленький шажок к столу, – специально для тебя расстаралась, свежие, съешь, голубчик.
– Не подходи, – бормотал Грызлов, отмахиваясь руками, – не приближайся…
Лицо его приобрело синевато-красный оттенок, и Володя с неподдельной тревогой спросил:
– Вам плохо?
В эту секунду распахнулась дверь и вошел Митрофанов.
– Я-я-я, – заикался Юра.
– Что с ним? – поинтересовался Митрофанов.
– Сам не пойму, – развел руками Володя, – говорит, кто-то у двери стоит.
– Где? – удивился пришедший. – Здесь? Никого нет.
– Возьми, Юра, – ныла я, подбираясь ближе, – возьми сладенького, съешь, чтобы моя душенька успокоилась.
– Уйди, Лампа, – еле-еле ворочая языком, ответил Грызлов.
– Лампа? – нахмурился Володя. – Вам кажется, что на пороге Евлампия Андреевна Романова? Так она умерла, ее убили. Знаете, кто заказчик? Вы, гражданин Грызлов.
– Да, да, – затряс головой Юра.
– Зачем, зачем, – вздыхала я, – зачем ты это сделал, Юрочка? Съешь пирожное, не отказывайся.
– И Кондрата тоже убили вы? – скорей утвердительно, чем вопросительно, поинтересовался Митрофанов.
– Да, да, да, да! – заорал Юра, теряя всякое самообладание.
Я подобралась к нему вплотную, подсунула пирожные под самый нос и потребовала:
– Ешь немедленно!
Он как-то странно крякнул, я схватила его за плечо и крепко сжала:
– Сейчас же ешь корзиночки!
– Она живая, – взвизгнул Юра и упал со стула.
– Ну, Лампа, – разозлился Володя, – мы так не договаривались, чтобы за плечи хватать. Смотри, он теперь в обмороке.
– Ничего, – ответила я, – подумаешь, ему полезно!

И на этом пока все, а конец-концов позже будет. Да, такой я вредный :troll:

Раз был экшн ( хоть и короткий). то нужна музыка из экшн-фильма https://www.youtube.com/watch?v=K7lVYRZTzFA

Анон · 2022-10-06 17:23:38

Анон пишет:

у Лампы слишком убита самооценка. и замылен глаз общением с хамливыми и бесцеремонными домашними.

Ну, у нее еще была матушка с гиперопекой и крайне неудачный первый брак, так что самооценка была в хлам убита еще до Катерины и остальных.

Анон · 2022-10-06 17:44:25

Так я это и имел в виду, что родители сделали мимозой хрупкой. и теперь она либо не может здраво себя оценивать, либо до последнего терпит говнистое отношение.
Вообще из четырех классических. обоснуй есть у трех, но вот например когда так обтекает Вилка, мне непонятно.
Даша вся из себя интеллигенция, Иван тоже ( еще и родительский пример, когда мать истерикует, отец тихоня), Лампа росла в оранжерее - а когда такая фигня происходит с Вилкой. в противоречие её предыстории, это странно.

Анон · 2022-10-06 18:31:32

Странно, что

▼спойлер⬍

Анон · 2022-10-06 18:35:19

Анон пишет:

Странно, что

Классика с разводом разводилы

Анон · 2022-10-06 18:58:00

Ну Юра же

▼Скрытый текст⬍

Отредактировано (2022-10-06 19:04:13)

Анон · 2022-10-06 19:52:58

Анон пишет:

когда такая фигня происходит с Вилкой

Это правда, особенно если учесть, что ее может мотать от дерзко-резкой дворовой чики до интеллигентской мямли в рамках одной книги.

Анон · 2022-10-06 20:13:06

Анон пишет:

Анон пишет:
когда такая фигня происходит с Вилкой
Это правда, особенно если учесть, что ее может мотать от дерзко-резкой дворовой чики до интеллигентской мямли в рамках одной книги.

То она в мыслях размышляет. что увиденный худосочный мужчинка ей в драке проиграл бы - а то выслушивает словесные помои абы от кого.
То она лихо пиздит светскую львицу, которая опыта драчек не имела - а то её кто-то играючи из квартиры выталкивает.

Парадокс.

Анон · 2022-10-07 07:04:42

Анон пишет:

Зато как здорово, такой брат! Мечта!

Мечта останется мечтой, Лиза :sadcat:

Анон · 2022-10-07 14:51:24

Анон пишет:

Анон пишет:
Зато как здорово, такой брат! Мечта!
Мечта останется мечтой, Лиза

Ага, вместо годного Андрея сраный Кирилл- типичные хамливый заебистый ребенок-говнюк, и Лизу такой же сделает, убив всю индивидуальность. У этих дурацких детей-подростков из семей гг ваще нет индивидуальности. кроме косметических деталей.

Анон · 2022-10-07 16:30:04

Ладушки, вот мы подобрались к концу. Книга Гадюка в сиропе сейчас завершится.

Глава 31.

▼Скрытый текст⬍

Сидят все вместе. и пришла пора рассказать, что к чему.

– А я так и не поняла, – тихо сказала Лиза, – зачем дядя Юра все это затеял?
– Гнус, – сказал Андрей, – крысятник!
– Вы у Лампы спросите, – посоветовал Володя, – она во всем лучше всех разобралась.
Я молча уткнулась носом в чашку. Вот ведь вредный, знает, что я понятия ни о чем не имею, и издевается.
– Расскажите, дядя Володя, – попросила Лиза.
– Ладно, – неожиданно охотно согласился майор, – тебе, детка, и впрямь следует знать правду. Только начать придется издалека, аж с 1975 года.
Мы замерли с раскрытыми ртами.
– Итак, – начал Костин, – в московском доме на лестничной клетке мирно живут люди.
Одна квартира коммунальная, и там полно жильцов, в частности, Костя Разумов, тогда еще никому не известный учитель русского языка и литературы в простой общеобразовательной школе, и его семья.
Соседняя отличная четырехкомнатная квартира – отдельная. Там живет Люда Казина с мамой и папой – директором ювелирного завода. Хорошенькая шестнадцатилетняя Людочка страшно нравится Кондрату, он вообще любит девушек намного моложе себя. То, что Людочка еще не достигла совершеннолетия, не смущает парня. У них разгорается страстный роман, в результате которого она беременеет. Как на грех, именно в этот момент папа, ювелир, попал под следствие, и мать Кондрата категорически потребовала, чтобы сын прекратил отношения с дочерью «расхитителя социалистической собственности». Кондрат был послушным сыном.
Мама Люды в спешке обменяла квартиру и быстро уехала подальше от сплетен. Делать дочери аборт она не разрешила, и на свет появился хорошенький и здоровый мальчик, названный Андрюшей.

То что у Андрея отчество Константинович. это на самом деле дань уважения дедушке, а не в честь реального отца.

– Интересное дело! – налетела я на Андрея. – Зачем же ты говорил, что по батюшке Петрович?
– Ой, Лампочка, – засмеялась Лиза, – это я виновата, назвала его Петрович, сама не знаю почему!
– Мог бы меня поправить!
– Смущать не хотел, – буркнул Андрюша, – чего это я взрослую женщину конфузить стану! Решил, потом как-нибудь…
Я смотрела на него во все глаза. А ведь я подумала, что он специально скрывает от нас свое родство с Кондратом…
Володя хихикнул:
– Ты, Лампудель, неопытный оперативник. Иногда самые простые объяснения – самые верные.
Я молчала.

Вот так, иногда нет никаких тайн и секретов, а просто стечение обстоятельств. Тем паче что Андрей никого не обманывал, и полным ФИО не представлялся. сами поверили что Петрович.

Мама Андрея оказалась гордячкой. и когда Кондрат ( так его будем звать. для простоты) попытался наладить отношения, и вернуться в семью, она его отвергла. Конечно и Кондрат гад, что на сына забил ( не в результате же партеногенеза он возник), и Люда дура. Когда от твоей гордости кто-то страдает, то это не гордость, а гордыня. а тут страдали и она, и Андрей. Она родив рано просрала образование, работала за гроши, пила- а следом страдал и Андрей. Страдал - но мать все равно любил.

В восьмом классе он благополучно вылетел из школы в ПТУ, где выучился на автомеханика. Шел 1990 год, в стране почти голод, в тотальном дефиците все, от лекарств до туалетной бумаги. Чтобы не сдохнуть с голоду, Андрей пристроился подмастерьем в гараж. Господь дал ему настоящий талант, и хозяин гаража быстро скумекал, какой алмаз попал к нему в руки. Андрюша мог починить любой, даже совсем умерший автомобиль, он чуял любые неполадки и заработал от рабочих кличку Рентген.
В феврале 1990 года к гаражу подкатила роскошная иномарка. Возле шофера сидел хозяин – здоровенный мужик с абсолютно лысой, безукоризненно круглой головой.
– Глянь там, – велел он мастерам, – стучит.
Минут через десять мужики позвали Андрея, и тот в секунду устранил неисправность. Лысый хмыкнул и спросил хозяина:
– Умыл вас, придурков, пацанчик, а?
– Да у него, блин, талант, – ответил тот, – прямо петушиное слово знает, самородок, блин, чинит, а как – не пойму!
Лысый поманил Андрея пальцем:
– Ну-ка, сколько тебе этот жмот платит?
– Тридцать долларов, – ответил подросток.
– В день?
– В месяц.
Мужик расхохотался, обнажив металлические зубы.
– Ежели прямо сейчас со мной поедешь, будешь сто гринов в день иметь.
Андрейка вытер руки ветошью и нырнул внутрь кожаного салона. Так он попал к Глобусу, или Валерию Петровичу Дворнину, авторитету, влиятельной фигуре в криминальном мире.
Глобус отнесся к парнишке по-отечески – может, оценил великолепный дар, сделав его своим личным шофером и механиком, а может, просто припомнил свое голодное военное детство. То, что безотцовщине при пьющей матери приходится ой как худо, Глобус знал на собственной шкуре. Он вообще был странной фигурой в криминальном мире. Не любил крови, старался не ввязываться во всевозможные разборки с применением огнестрельного оружия, морщился при виде женских слез и обворовывал исключительно банки и инофирмы, причем не с помощью автоматов, а используя фальшивые бумаги. Андрея он берег, на дела не брал. В 1993 году Глобус потихоньку перебрался в легальный бизнес, занялся торговлей, скорешился с солнцевскими, которым тоже надоело погибать во цвете лет под пулями. В 1994 году Андрюша стал хозяином процветающей автомастерской и бензоколонки. Все было оформлено наиправильнейшим образом, и претензий к парню сегодня не имеет даже налоговая инспекция.
В 1998 году Глобус умер без всякого криминала, в своей постели от сердечного приступа. Андрюша к тому времени стал уже совсем взрослым – 22 года. Его жизнь после смерти покровителя не изменилась. У него было процветающее дело – пара ремонтных мастерских, салон по продаже автомобилей, бензоколонка…

Вот такая вот фантастика. И мальчишка, чинящий иномарки ( их в девяностом чинить-то умели небось только в трех СТО, одно из которых было в НАМИ), и добрый мафиози - но так и быть, я не стану прикапываться. Пусть будет так. Важно то, что Андрей молодой. при деньгах - и он отчаянно пытался спасти мать. Клал в разные больницы. к знахарям и бабкам мотался. использовал все, и ничего не получалось.

– Да брось ты меня, Андрюшка, видать, судьба такая, в водке утонуть.
– Глупости! – вскипел сын. – Я же не пью!
– Так ты в отца пошел, большой он теперь человек, – усмехнулась Люда. – Кто бы знал, что так повернется.
– А кто мой отец? – спросил Андрей.
– Писатель, Кондрат Разумов, детективы пишет, да ты его книжки все время читаешь.
Андрей обомлел:
– Врешь!
– Ей-богу, – перекрестилась Люда, – да у меня и письма от него есть, гляди! Можешь сходить познакомиться.
В эту ночь Андрюшка проворочался на шелковых простынях без сна. Он помнил мать только опухшей от пьянства и, честно говоря, думал, что она и не помнит имени мужика, сделавшего ей ребенка. А тут такой поворот событий. Было отчего сойти с ума.
С одной стороны, ему страшно хотелось поближе познакомиться с отцом, с другой – он боялся, что тот просто не пустит его на порог. Андрей даже не поленился сходить в Дом книги на Арбате на встречу с писателем Кондратом Разумовым, получил от него автограф, но так и не решился заговорить.
Детективы Кондрата он обожал и скупал все.

Он очень хотел обрести семью, но и боялся. А когда погиб Кондрат, хотел наладить контакт с Лизой, но Лампа пришла раньше.

– Андрей! – строго сказала я. – Ну-ка, отвечай быстро, почему бампер твоего «Линкольна» был в крови?
– Так я собаку задавил!
– Это правда?
– Да, – кивнул Володя, – на самом деле, а на следующий день он поехал на место происшествия, нашел хозяйку, девочку, и купил ей щенка.
– А зачем тогда ты избавился от «Линкольна Навигатора»?
– Очень уж собак люблю, – тихо пояснил сосед, – до жути прям. Как садился за руль, просто плохо делалось, осточертел мне этот «Линкольн» долбаный, ну я и продал!
– Не ври! – сурово сказала я. – Его разбирали в гараже недалеко от нашего дома.
– Откуда вы знаете? – обомлел он.
– Неважно, знаю, и все.
– «Линкольн» тот паленый, – забубнил Андрюша, – пацаны его из Питера пригнали по заказу для одного ханурика, а тот придрался, что цвет не тот, и не взял. Ну братаны мне его и предложили за копейки. Чего, думаю, добру пропадать, вот и взял. А уж когда собаку ту несчастную переехал, то в гараж сволок, разбирайте, говорю, побыстрей. Продать-то нелегко. Такие машины только на заказ берут.
– Зачем врал, что продал?
– Ну, Лампа Андреевна, – заныл Андрей, – вы такая строгая, слово лишнее сказать боялся, все поправляете и учите, не поверите, я от вас прям мокрый уходил. Ну как я мог сказать, что «Линкольн» ворованный? Прикиньте на минутку, что бы вышло? А «Вольво» я честно купил, в салоне, ей-богу.
– А почему «Линкольн» не у себя в мастерской разбирал?
– Так тот гараж тоже мой, – пояснил Андрей, – у меня там мелочь работает, на ерунде учится, самая их работа; ломать – не строить.

И снова простое. и изящное объяснение. И вот что я скажу, у всех нас темное прошлое, которое мы прячем. и не афишируем. Это не значит что у каждого из нас в прошлом есть преступление или какая-то ужасающая тайна, но думаю никто из нас не живет с душой нараспашку, рассказывая каждому встречному-поперечному/перпендикулярному о том, как совали жуков в муравейник, или прогуливали школу. Ни один нормальный человек не живет настолько открытым, чтобы все и каждый знали его биографию, на все сто.

Мы на эту тему разговаривали с коллегой, и она сказала справедливое:
Ну так-то и более серьезные вещи, чем прогулы в школе люди скрывают, и совершенно не обязаны всем докладывать. Даже о преступлениях, если за них было честно от звонка до звонка получено наказание. Есть, конечно, исключения, когда такое прошлое ставит человека в группу риска по отношению к другим людям. Ну, типа, будущий супруг имеет право знать, что ты сменил пол, преступника не возьмут в спецслужбы, педофила - работать с детьми. Но и то, все эти люди обязаны отчитываться только перед теми, для кого это имеет непосредственную важность (партнерам, работодателям), а никак уж не каждому желающему.

Поэтому ничуть не странно, что Андрей не рассказал, что машина угнанная, ведь это не та информация, которую стд теми, кто нам нравится. нам неудобно в чем-то таком признаваться.

– Еще есть вопросик к тебе.
– Ну? – насторожился он.
– Откуда ты узнал, что в Кондрата выстрелил Ваня?
– Лиза сказала.
Я так и подпрыгнула.
– Лизавета? Велели же всем молчать!
– Брату можно сказать, – отрезала девочка.
– Но когда ты проболталась, ты ведь не знала об этом!

Еще одна косвенная улика объяснена. Но зачем Андрей чуть не наехал на Лампу?
А он её спасал.

– Юрий Грызлов обратился к Андрею с предложением убить тебя. Андрюша поступил очень умно. Согласился и тут же пришел к Митрофанову. Вот они вдвоем и решили, чтобы не спугнуть Грызлова, инсценировать покушение. Андрей мастерски водит машину, просто ас. Он бы никогда тебя не задел, а со стороны все выглядело более чем убедительно.
– Ох и ни фига себе! – завопила я вне себя от негодования. – Да я чуть не умерла, хорошо, дверь в парикмахерскую оказалась под рукой!
– Я бы мимо вас проскочил, – сказал Андрей, – прямо на волосок, но мимо!
– Ну Митрофанов, ну и сволочь, почему меня не предупредил?
– Боялись спугнуть Грызлова, он к тому моменту был под большим подозрением, недоставало только кое-каких нюансов.
– Зачем вообще было соглашаться убивать меня! – орала я, размахивая руками. – Бред!
– Вовсе нет, – возразил Володя. – Андрей сказал Грызлову, что тебя спасла случайность, и он попытается еще раз.
– Зачем?!!
– Чтобы Грызлов не обратился к кому-нибудь другому, кто уж точно сделает из тебя отбивную, дура! – наконец-то вышел из себя майор. – Да ты подумай на минуту, как к тебе относится гражданин Казин, если он, с его биографией, пришел в милицию!

Между прочим да. кто лампа Андрею? Никто, мог или прибить. или занять позицию хатаскрайника. Но он этого не сделал, предпочел спасти. а как?

Пафосно отказаться её давить? Найдут других убийц. а он не может стать рабом лампы, что словно джин, всегда с ней. и от всего оберегает, у него работа, дела, а она дома не усидит.

В теории он мог схватить Юру, увезти в лес, и сжечь его, или утопить, но это перебор - и мы еще в мире Донцовой, тут хорошие себя так не ведут.

– Да уж, – наморщил лоб Андрей, – никогда в легавку не бегал, а тут потопал. Тут вопрос как стоял: либо я этого Грызлова мочу, либо он вас, Лампа Андреевна. А мне на мокрое дело идти не с руки, даже ради вас, вот и побежал в ментовку. А Митрофанов ничего, с понятием мужик, зря вы на него гоните!

Но почему Юрий Грызлов хотел её смерти? Скоро узнаем!

Глава 32.

▼Скрытый текст⬍

Степан Разин чалился на зоне в городе Козельске, и там он нашел лазейку.

Маленький, скучный провинциальный городок, где половина населения работает в зоне – воспитателями, конвойными… Степан попал во второе подразделение, там служил отрядным Юра Николаев. У Юры была любимая младшая сестра Верочка.
Степан интересный, воспитанный парень, выгодно отличался от других обитателей зоны. И статья у него висела «интеллигентная» – спекуляция, как тогда говорили – фарцовка. Не убийство, не мошенничество, не разбой и не изнасилование…
В 1983 году Верочка Николаева закончила медучилище, и любящий брат пристроил ее на работу в зону, посадил в медпункт. Степану не составило никакого труда влюбить в себя молоденькую неопытную дурочку.

Я не хочу копировать Пучкова. но он сам из меня лезет. В этом Козельске получается такая хреновая зона, что странно. как контингент сам не разбежался - ах да. там первоходы. им смысла бежать нет. поймают. добавят, проще отсидеть.

А пока нарратив нам рассказывает все. что мы и так знаем. Что Степан любит только себя. и каждого растопчет. если надо. Что поломал немало судеб, но таки попал на зону. Однако и там нашлась влюбчивая натура - которой небось по всем уставам нельзя влюбляться в контингент.

Верочка влюбилась в него тут же. Сначала она просто поила Степана в медпункте чаем с конфетами, затем начала таскать туда домашние обеды. Брат Юра, узнав о связи сестры с осужденным, пришел в негодование и велел ей немедля разорвать отношения. Но Вера не смутилась, более того, она объяснила брату:
– Степа попал в зону по глупости, осознал вину и исправился. В Москве у него пожилая мать, больной отец, отличная квартира, дача, машина. Между прочим, и незаконченное высшее образование… И он меня любит, а за кого прикажешь выходить замуж в Козлятинске? За Сережку-алкоголика? Или Ваську-слесаря?
Юра, обожавший сестру, вызвал Степана на разговор.
Тот подтвердил: да, он любит Верочку без памяти. Николай навел справки и узнал, что все правда. И квартира есть, и дача, и машина, а мать – пожилая, вполне приличная женщина, отец дышит на ладан.
Юрий резко изменил свое отношение к Разину, он не хотел упустить выгодного жениха для сестры и велел влюбленным:
– Ведите себя аккуратно, не дай бог, кто-нибудь прознает, всем нагорит. Ты, Степка, кончай в медпункт шастать, это подозрительно выглядит.
– Где же нам встречаться? – всплеснула руками Вера.
– Я все устрою, – ответил брат.
И, правда, устроил. В колонии имелась так называемая гостиница. Вход в нее был расположен со стороны дороги, перед контрольно-пропускным пунктом. Там жили родственники, которым были разрешены трехдневные свидания с заключенными. Им предоставляли комнатку с кроватями, а в конце коридора имелись общая для всех кухня, ванная и туалет.
Подобные свидания дают не всем, а только тем, у кого нет замечаний, да и немногие родственники могут провести с осужденным трое суток. Гостиница частенько пустовала. Именно этим и воспользовался Юра.
Каждый раз, оставаясь дежурным по лагерю, он орал на Степана, придирался к мелочам и тащил того в карцер. Поздно вечером, когда в зоне не было никого из начальства, Юра приводил Степу в гостиницу, а с улицы проскальзывала с сумкой домашних вкусностей Вера. До семи утра комната была в их распоряжении. Иногда Юрий заглядывал к влюбленным и пропускал с ними рюмашку.
Через полгода он искренне начал считать Разина своим зятем. Потом случилось страшное.
Зимней ледяной ночью здание гостиницы вспыхнуло, как костер. В лагере из работников были только дежурный на КПП, Юрий да охранники. Дежурный нарушал должностную инструкцию, задавая храпака на диване, парочка охранников мирно резалась в домино. В Козлятинске никогда ничего не случалось. В эту зону отправляли первоходок, людей, которым не было никакого смысла бежать – догонят и навесят еще срок. Вот лагерная охрана и расслабилась. Словом, когда пожар заметили, огонь уже сжирал крышу. Поднялась суматоха, послали за пожарными. В самом Козлятинске команды не было, машину гнали из соседнего Мокеева… В общем, когда труженики багра и брандспойта явились по вызову, от старой деревянной гостиницы не осталось ничего.
Наутро на поверке недосчитались Степана, опять поднялась суматоха. К тому же на работу не вышел Юрий Николаев, остался закрытым и медпункт.

Извините аноны. но Вера и её брат - сказочные тупни, и у них случилась несовместимая с жизнью глупость. Они работают на зоне. могли бы посмотреть дело. узнать. кто есть Степан. "Интеллигентная статья" - это значит что преступник грабил умом, а не приставив нож к горлу, и все. Мошенник и есть мошенник.

Немного в сторону - мой дальний-дальний родич работал на зоне. на трех, охранял зэков. По его расплывчатым рассказам выходило такое, что наиболее приличные ( если можно так сказать) люди, это хулиганы. вандалы, убийцы. кто покалечил человека. Среди них чаще попадаются те. кто совершил преступление по ошибке. случайно. в состоянии аффекта или опьянения. Они могут исправиться, и не собираются всю жизнь быть уголовниками. Не все такие, но таких все же хватает.
Противоположная ситуация с ворами, мошенниками, насильниками. Среди них по его словам, почти все ( кроме тех, кого посадили по ошибке) являются носителями убеждений. что ИМ все можно, а общество должно им. Что они могут насиловать, грабить и обманывать, потому что им можно, они для этого и живут. Поэтому связаться к кем-то из них, это слишком опасно.

Казалось бы, охранник знает, кого стережет, жулика, который всех обманывал и шантажировал. Сеструху надо спасать, добиваться перевода, устроить в нормальную больницу. а не поддерживать общение с зэком.
Да, на зонах сидельцы имеют послабления, когда куплена охрана и администрация, но тут Степану и денег тратить не пришлось, все или легковерные, или тупые!

Огонь уничтожил немало, а начальство делало все. чтобы никто ничего не понял, кто там время проводил...

Короче, Степан Разин жив.

– Степан несколько недель жаловался Вере на повышенное давление, – спокойно пояснил Володя, – девушка давала ему клофелин.
Набрав нужное количество таблеток, он подсыпал их в самогонку, которую приносила Верочка. Юра же, как всегда, пришел навестить влюбленную парочку.
Выпив «коктейль» из водки и клофелина, Вера и Юра заснули мертвецким сном. Степан преспокойно снял с несостоявшегося родственника брюки, рубашку, накинул его тулуп, ушанку, вышел через парадный, никем не охраняемый вход на улицу и был таков. Перед уходом он зарулил на кухню, там в шкафчике пылилась огромная бутыль с керосином. В колонии не было магистрального газа, на кухне в гостинице стояли баллоны, иногда они заканчивались, и тогда доставали примус.
Степан, не колеблясь, вылил горючую жидкость в комнату, где спали брат с сестрой, потом чиркнул спичкой.
Он великолепно знал, что тревогу поднимут не сразу. В четыре утра в Мамонове, крупном райцентре, находящемся в пяти километрах от Козлятинска, затормозил на полторы минуты пассажирский поезд Владивосток – Москва. Молоденькая проводница согласилась подбросить до столицы симпатичного паренька всего за пять рублей. Степан поднялся в вагон, девушка лязгнула железной подножкой, состав начал набирать ход… На секунду за окном промелькнул проблеск пламени.
– Пожар, видать, – зевнула проводница. Степан промолчал, мысленно прощаясь с уголовником Разиным, молодым человеком с подмоченной биографией. Утром на столичный вокзал с поезда сошел Юра Николаев, милый, легко конфузящийся парень, приехавший покорять столицу из провинции.

Я знаю, термин "самадуравиновата" не в чести, и так говорить нельзя. Но пример Веры и Юры другим наука, они доверелись Степе. и где они? Сгорели заживо, потому что ему сидеть надоело, а что живые люди сгорят- ну пусть горят. кто люди, а кто Степа? Ближе самого себя у него никого нет, вот так.
Такое вот социальное ОБЖ у Донцовой. за это её и люблю.

Хитрый Юра устроился на стройку рабочим, получил временную прописку, потом поступил в областной педагогический институт. Его жизнь – цепь обманов, но судьба вновь благоволит к парню, и ректор педагогического института верит приятному абитуриенту, со слезами на глазах рассказывающему, как в поезде лишился багажа, стал жертвой ограбления. Пропали все документы – аттестат об окончании школы, военный билет, вот только паспорт цел… Проникшись жалостью к бедному парню, профессор разрешает ему сдать выпускные экзамены с условием, что юноша потом представит копии бумаг. Мальчиков в педе хронически не хватало.
Юра блестяще сдал экзамен, поступил на первый курс и… завел роман с дочерью самого ректора, не слишком красивой Танечкой. Через полгода, как раз после зимней сессии, сыграли свадьбу. Юра использовал шанс окончательно запутать свою биографию и, в доказательство того, что без памяти любит молодую жену, отказался от фамилии Николаев и взял фамилию супруги. Угадайте, как его теперь зовут?
– Ну? – спросил Андрей. – Как?
– Как? – эхом отозвалась Лиза.
– Интересно? – хохотнул Костин и принялся с шумом хлебать чай.
– Давай не тяни, – велела я, – говори быстрей!
Володя медленно отставил чашку, мы как завороженные смотрели ему в рот.
– Грызлов, – закончил майор, – он стал Юрием Грызловым. Не слишком благозвучно, зато безопасно.
– Во, блин! – в голос воскликнули Андрей и Лиза.
Я же не сумела выдавить из себя даже звука.
– Грызлов, – повторил Володя. – И я теперь буду в дальнейшем его именовать только так, чтобы не путаться.
Юра счастливо жил с молодой женой все пять лет, пока учился в институте. Папа-профессор души не чаял в зяте, построил молодым кооперативную квартиру и подарил свою машину – «Москвич» темно-вишневого цвета. Естественно, ни о каких копиях документов речь не заходила никогда.
В 1989 году Юра получил диплом и тут же оказался в аспирантуре. Не успели на доске вывесить приказ, как случилось несчастье, подробности которого известны только с его слов.
Вечером они с женой ехали с дачи. Якобы муж доверил руль только что получившей права супруге, а та не справилась с управлением и влетела прямехонько в опору линии электропередачи. Свидетелей происшествия не было. Танечка погибла мгновенно, на Юре остались только царапины и ушибы.
– Он убил ее! – выкрикнула я.
– Это недоказуемо, – вздохнул Володя, – но, думается, смерть несчастной женщины не была случайностью.

И снова пользуется своими чарами, влюбляет женщин, а потом кидает, и хорошо если жива останешься.

Грызлов работал в разных изданиях, а через несколько лет принес небольшую детективную повесть в «Фила-Пресс». У него налицо явный литературный дар, он быстро пишет, ловко склеивает сюжет, но… его романы абсолютно не оригинальны, рынок завален подобной литературой. Хозяева «Фила-Пресс» колеблются, стоит ли им начинать раскручивать нового автора, и тут главному редактору в голову приходит гениальная мысль – выдать повесть Грызлова за новую вещь популярного Андрея Малькова.
Мальков быстро спивается, а денег в него вложено куча. Юра был не в восторге от этого предложения, но «Фила-Пресс» соглашалось иметь с ним дело только на этих условиях.
Если просмотреть все книги, выпущенные Мальковым за несколько лет до смерти, то станет понятно, что детективы вышли из-под пера Грызлова. Андрей теперь только пьет по-черному. Честно говоря, Юру через два года начала тяготить эта ситуация, он попытался начать собственную карьеру. Но странное дело, повесть, вышедшая под фамилией Грызлов, не имела никакого успеха и осела на полках мертвым грузом. Произведения же Малькова раскупались хорошо, и Юре пришлось работать под чужой личиной. Наконец Мальков умер…
– Он и его убил? – тихо спросил Андрей.
– Нет, – покачал головой майор, – тот сам допился до белой горячки и цирроза печени.
Юра понял, что наконец наступил момент, когда он сможет навсегда попрощаться с Мальковым, в издательстве, правда, были недовольны, но, кроме «Фила-Пресс», в Москве полно других фирм. Спешно сдав последние три рукописи, на которые у него были заключены договоры, Юра принялся за работу, наведя контакты с «Макмаиздат» и «Онкоглобол», но тут возникли более чем серьезные проблемы, связанные с Кондратом Разумовым.

И нам повторяют, что Кондрат неукратимый ебырь. но Лена с этим научилась жить. она тоже не верна, и изменяла мужу с Грызловым. И тут...

Но тут случилось непредвиденное. Кондрат, мило улыбаясь, зазвал к себе Юру и сказал:
– Почитай-ка рукопись моей новой книги, должна выйти в апреле.
Грызлов удивился. Подобные просьбы не в ходу у литераторов.
– Зачем в рукописи? Подаришь издание…
– Почитай, почитай, – ухмыльнулся Кондрат, – тебе понравится.
Юра в недоумении забрал роман домой, устроился в кресле и чуть не лишился чувств. Главного героя зовут Степан Разин, воспитывает его в детстве тетка… Слишком много совпадений с реальными событиями. Нет только описания зоны и пожара.
В полном ужасе Грызлов позвонил Кондрату и спросил:
– Сколько ты хочешь за рукопись? Откуда ты все узнал?
И получил ответ.
Разумов нанял детектива следить за Леной, а потом обратился в то же агентство с просьбой отыскать компромат на Грызлова.
– Это только тебе, мерзавец, казалось, что концы в воду спрятаны, – чеканил Кондрат, – на самом-то деле все выеденного яйца не стоило. Сначала стали проверять Юрия Грызлова и узнали, что он… «получился» из Юры Николаева, а тот, оказывается, вот незадача, давным-давно погиб при пожаре… В книге-то я не всю информацию использовал.
Грызлов первые минуты просто не знал, как реагировать.
– Книга выйдет в апреле, – продолжал Кондрат, – а потом я соберу пресс-конференцию и раскрою тайну главного героя, то-то шум поднимется! Представляешь? Газеты, телевидение, радио – все о тебе заговорят. Если в тюрьме, куда ты обязательно попадешь, найдется бумага и карандаш, твой новый роман, написанный за решеткой, будет иметь успех!
– Зачем ты все рассказываешь? – спросил Юра. – Почему меня предупреждаешь?
Кондрат помолчал и ответил:
– За ошибки, Юрочка, следует расплачиваться. Небольшая денежная инъекция, и я меняю имя главного героя и стараюсь забыть не слишком приятную правду про тебя.

Короче, Кондрата убили нетрудовые доходы. Он не только писатель, он видать еще пощипывал людей, мол напишу про тебя. Грызлову он дал десять дней, чтобы тот добыл и принес ему пятьсот штук баксов. А тот решил, что убить будет дешевле, вот он и план подсмотрел.

Юра тоже прикинулся испуганным. На следующий день он привез двадцать тысяч и сказал Разумову:
– Буду приносить деньги частями.
Грызлов мог сразу притащить сто тысяч, но ему нужен повод для посещения квартиры Кондрата.
– Мне без разницы, – пожал плечами Разумов, – только лучше по пятьдесят тысяч, как раз за десять дней пятьсот выйдет.
Изображая испуг, Юра начал действовать. Самое интересное, что «сценарий» убийства он взял из романа «Загон с гиенами», основная роль в нем отведена без памяти влюбленной в Грызлова Лене – Юрий, как всегда, хочет решить проблему при помощи женщины.
Не так давно она со смехом рассказала любовнику, что в свое время закрутила роман с Антоном Семеновым. Сначала смазливенький паренек нравился ей безумно, потом она поняла, что избранник альфонс, жмот, мечтающий жить за ее счет, и разорвала отношения.
– Прикинь, какой мерзавец, – ухмылялась Лена, – за деньги на все готов, мать родную продаст. А уж самомнение! Купил пистолет и положил в машине в «бардачок», боится, что на него нападут! Ну кому такой урод нужен!
Моментально вспомнив Ленины откровения, Юра поехал в Дом литераторов, где в ожидании очередной «любви» тусовался Антон, и угостил мужика ужином. Любящий поживиться за чужой счет парень с удовольствием ел и много пил. К концу вечера он был пьян в лоскуты. Юра оттащил Ромео в машину и забрал пистолет.
Затем Грызлов пришел к Разумову с очередной порцией денег и подарил Ване пистолет, предупредив ребенка:
– Никому не показывай, вот начнете в войну играть, то-то папа удивится!
Он ничем не рисковал, современные игрушки до отвращения похожи на настоящее оружие, к тому же Ванечка моментально согласился с тем, что изумительный револьвер надо применить во время очередных «боевых действий», и быстро спрятал подарок.
– Погоди, погоди, – заволновалась я, – но ведь «зауэр» подарила сыну Лена…
– С чего ты это взяла? – усмехнулся Володя.
– В магазине сказали, что она специально заказала такой…
– Правильно, ну и что? Лена каждый день совала пареньку игрушки, да у того пистолетов в детской по протоколу обыска было сто шестьдесят две штуки.
– Сколько?
– Сто шестьдесят две штуки, – повторил Володя, – это не считая автоматов, пулеметов, ружей, гранатометов и электронных танков, слава богу, уменьшенных размеров. Так что ничего особенного в ее подарке нет.
– Я думала, что кто-то вынул из упаковки игрушку и вложил туда настоящее оружие…
– Нет, Юра просто дал Ване пистолет и велел спрятать, а тот послушался, и было это буквально за час до смерти Кондрата.
Грызлов великолепно знал от Лены, что Разумов никогда не пропускал игры в войну, а час икс у них с сыном всегда был ровно в семь. Юра пришел в шесть, отдал Кондрату очередные двадцать тысяч и подсунул Ване «зауэр».
– Но я не помню, чтобы он входил! – удивилась я.
– Ты ушла за хлебом, – тихо ответила Лиза, – дверь открыла няня, Анна Ивановна, дядя Юра буквально десять минут побыл и ушел.
– Ну почему ты мне об этом не рассказала! – накинулась я на Лизу. – Почему молчала?
– Ты не спрашивала, – резонно ответила девочка, – и потом дядя Юра постоянно ходил, ничего особенного в его визите не было.

Лампа, а почему ты не попыталась структурировать тот день, когда случилась беда? Не догадалась, что пистолетик надо было дать в ближайшее время, иначе бы Ваня мог о нем забыть, а оружие бы затерялось среди игрушек? И вообще. план слишком рисковый, чтобы его оттягивать, надо было сразу обозначить, кто когда и где, и не Лиза детектив в этой истории.
(Блядь, как я хочу теперь фикосерию, чтобы идет время, и Лиза Лампе помогает в её детективных делах, а не лепит филлеры вместе с Кириллом, и не устраивает подлые штучки.)

Соблазненный большой суммой денег, Антон Семенов оговорил Лену. Для пущей убедительности Юра подключил к делу и Ангелину Брит.
С ней тоже просто. Она была патологически жадна и ненавидела Лену черной ненавистью.
Лену увезли в милицию, а довольный Юра успокоился. Но тут жадный Антон позвонил ему и потребовал деньги за молчание. Но он не знал, с кем имеет дело, и погиб под колесами автомобиля, который Грызлов благополучно угнал, а после свершения преступления бросил на соседней улице.
И тут в дело вступила Лампа. Ангелина Брит была напугана до предела визитом нашей Марпл и позвонила Грызлову. В истерике она вопила, что расскажет правду, что Юре мало не покажется…
Литератор успокоил ее, сказав, что Антон попал под машину случайно, и обещал Лине привезти десять тысяч баксов прямо сейчас, немедленно. Глупая и жадная девица согласилась, дальнейшее известно.
Я молча вертела в руках чайную ложечку. Господи, какая же я дура! Ведь я нашла номер телефона Юры в памяти аппарата Брит и думала сначала, что она сама позвонила убийце, а потом забыла про эту версию. Ну не идиотка ли! Была в двух шагах от разгадки!

Многие ругают детективы Донцовой, что слишком мол много смертей, а типа в детективе должна быть одна смерть, чтобы её расследовать. Но пардон. тут сразу обоснуй, злодей убирает свидетелей и помогальников, ибо это надежно, и не вызывает моральных мук.

Грызлов везде все подчистил. влезал в комп Кондрата, но тут явилась Лампа с дискетами, и рассказала про Леокадию. Да аноны, всю дорогу он все узнавал от неё.

– Да. Юра сказал, будто забыл ключи в издательстве, вернулся и подменил дискеты, бросил на столе у Галина пустые. Только допустил ошибку. Я принесла информацию на «Сони», а он подменил на «IDK». Потом расспросил меня, где я нашла «Загон», напросился в гости, симулировал сердечный приступ, а пока я бегала в аптеку, вновь уничтожил в компьютере все следы романа, он только не знал, что осталась распечатка. А затем выписал из телефонной книжки адрес Леокадии Сергеевны и разорвал блокнот на мелкие кусочки. Он правильно решил, что я подумаю, будто Рамик сожрал книжечку.
– А зачем он ее рвал? – поинтересовался Андрей.
– Не хотел, чтобы я еще раз поехала к машинистке или позвонила ей. Он решил уничтожить в компьютере информацию, заявился к Леокадии Сергеевне, которая не знала о смерти Разумова, представился его приятелем, отвел старушку к себе в машину и отключил в ее комнате все электроприборы. Здорово придумал, любой человек подумает, что плохо разбирающаяся в компьютерах старушка решила избежать пожара. Вот только зачем он ее убил?
– А ее никто не убивал, – пожал плечами Володя.
– Как, – подскочила я, – как не убивал? Я сама видела труп!
– Да ну? И где же?
– Передача «Петровка, 38» показывала…
– Так-таки показывала?
– Конечно, крупным планом труп старушки, я ее по серьгам опознала.
– По серьгам, – передразнил майор, – ну молодец! Юра и не думал убивать Леокадию Сергеевну. Он приехал к ней и сказал, что нуждается в срочной перепечатке романа, посадил старуху у себя на даче за компьютер, дал ей какие-то бумаги и велел их набивать. Сумму за услуги предложил такую, что бабушка согласилась на его условия – пожить во время работы на даче у Грызлова. Она и сейчас там, в полном здравии. Юра хотел привезти ее домой в ближайший понедельник. Он, конечно, мерзавец, убийца, но не маньяк, лишние трупы ему ни к чему, и, где можно обойтись без крови, он старался не убивать.
– Но серьги, камеи в оправе…
– Интересно, – хмыкнул майор, – сколько пожилых женщин любит подобное украшение. И потом, что же ты внимательно не посмотрела в лицо трупа.
– Да его показывали всего пару минут, все в крови, ужас! Я не рассмотрела как следует.
– А серьги, значит, приметила, – хохотнул Володя. – Молодец, майор Пронин.
Я не нашлась, что ответить.

Слава богу, Леокадия жива. А Юра/Степа тем временем уже все знает от Лампы, и что она нашла его родню - но сестер он не убивал. Галину сбил случайный водятел, а Рита сама допилась, как Билли Бонс.

– А Раиса Андреевна?..
– О! – пробормотал Володя. – Знаешь, Грызлову удивительно везло, вот и думай после этого, как господь относится к негодяям.
Раиса Андреевна единственный человек, которого Юра на самом деле боялся. С Галей он практически не встречался, та рано убежала из дома и скорей всего не узнала бы младшего брата. Рита тоже не слишком часто общалась со Степаном, он приходил в гости к настоящим родителям от силы два-три раза в год. Но вот Раиса Андреевна!.. От нее следовало избавиться всенепременно, и Юра поехал по знакомому адресу. Правда, сначала позвонил и прикинулся отцом будущей ученицы, получил приглашение и поехал в квартиру, много лет бывшую его родным домом.
Время для визита он специально выбрал позднее, на лестнице горела тусклая лампочка, шляпу он надвинул на лицо…
Раиса Андреевна впустила сына, пригласила его пройти в гостиную. Юра вошел в до боли знакомую комнату, приемная мать подняла глаза и недоуменно посмотрела на возмужавшего, но тем не менее отлично узнаваемого Степана.
– Степа, – пробормотала она и упала на стул, – ты жив!
В кармане Юры ждали своего часа великолепные таблетки, сделанные израильтянами. В малой дозе – они отличное сердечное лекарство, в большой – смертельно опасны. Он намеревался подбросить их воспитавшей его женщине в чай или воду. Но у Раисы Андреевны была гипертоническая болезнь, и с ней от невероятного волнения случился удар. Грызлов понял, что мать вот-вот скончается, отнес ее на кровать и преспокойненько ушел, радуясь, что события приняли такой оборот. Раиса Андреевна и впрямь не дожила до утра и ничего никому уже не рассказала.
– Она только написала странное слово, почему-то по-английски – ghos.
– Да, – согласился Володя, – соседка рассказала нам то же самое. Пришлось взять словарь, и знаешь, что вышло?
– Что?
– Оказалось, что слова ghos нет, но есть ghostly – привидение или призрачный. Бедная учительница пыталась, как могла, сообщить, что к ней приходил фантом, призрак, давно умерший человек.
И как только я не догадалась посмотреть в словарь!
– Но почему она писала по-английски? – осведомилась Лиза.
Костин вздохнул:
– Инсульт – загадочная болячка, может, бедняжка просто забыла, как будет нужное слово по-русски, а по-английски припомнила. Знавшие ее люди отмечают, что Раиса Андреевна великолепно владела этим языком, вот в минуту болезни в памяти и всплыл нужный термин.
– Но когда Юра уходил, – сказала я, – соседка подглядывала у «глазка». Она припомнила, как мужчина буркнул: «До свиданья, Раиса Андреевна». А учительница якобы ответила!
– Нет, – возразил майор. – Дело было не так. Грызлов, уходя, для отвода глаз громко произнес слова прощания. Но Раиса Андреевна лежала на кровати и не могла ответить. Соседка просто домыслила ситуацию, как иногда бывает со свидетелями.

Вот, как я и говорил, её смерть была только наполовину естественной.

А дальше лампа так тупит. что я разделяю злость Костина:

– Почему Юра сразу не убил меня? – тихо спросила я. – Он знал, что я ищу Степана Разина, даже меня дразнил, называя себя Емельяном Пугачевым.
– Ты была ему нужна, – коротко бросил майор.
– Хочешь сказать, он полюбил меня и поэтому пожалел?
Володя стукнул кулаком по столу.
– Дура! Имей в виду, этот субъект никогда и никого не любил. Это чувство ему незнакомо. Ты была ему просто временно необходима.
– Зачем?
– Ну, он пребывал в абсолютной уверенности, что Лену осудят за убийство, и хотел украсть романы Кондрата.
– Да почему? Он ведь и сам умел писать!
– Во-первых, не так хорошо и увлекательно, во-вторых, Грызлов просто хотел нажиться на чужом труде, а в-третьих, ему очень импонировала мысль о том, что покойный Разумов станет невольным «спонсором» живого Грызлова. Юра-то успел оттащить ему восемьдесят тысяч долларов и хотел вернуть утраченное. С твоей помощью он думал выудить романы из компьютера и забрать их себе. Ему обязательно требовалась ты, ну как он мог войти в квартиру? Взломать замок? Так квартира Разумова подключена на пульт, сразу бы приехал патруль. Нет, ему следовало привлечь тебя.
– Но он же влез один раз без меня в компьютер, симулировав сердечный приступ?
– Правильно, но не мог же он каждый раз изображать смертельно больного и отсылать тебя в аптеку, тем более что за десять минут ему было не справиться. Это не секундное уничтожение информации. Рукописи Кондрат хранил в разных файлах и в разной степени готовности, требовалось время, чтобы разобраться в чужом компьютере. Вот Грызлов и стал соблазнять тебя гонорарами и известностью. Понимаешь теперь, что, как только он обрел бы дискеты, ты моментально бы получила билет в одну сторону.
– Куда?
– На тот свет, дорогуша.

Лампа, иногда ты бесишь тупостью. За это тебя и люблю кстати
Уже битый час все вспоминали деяния Юры/Степы, уже должно быть ясно, он напрочь отбитый, он носитель той самой гнилой философии, что окружающие для него. Ну как можно заподозрить. что он кого-то полюбил?

– Но я ему отказала, сказав, что хозяйка романов – Лена.
– И подписала себе смертный приговор. Грызлов обратился к Андрею.
– Почему именно к нему?
– Посчитал, что парень, тесно связанный с криминальным миром, не откажется заработать на ерунде, подумаешь, бабу задавить. Себе он на этот день приготовил безукоризненное алиби и вообще проявил крайнюю осторожность. Сначала договорился с Андреем по телефону, а потом встретился с ним в гриме. Нацепил парик блондина, очки, усы наклеил, бороду… Договаривались они в парке, чуть ли не у Кольцевой дороги.
– А как же Андрей узнал, что это Юра?
– Ишь, баснописец, – фыркнул наш сосед, – да я как по телефону услыхал, что о вас речь идет, Лампа Андреевна, тут же братанам свистнул, и они этому убийце-крысятнику на хвост сели, вот мандавошка гнидистая! Прямо до дома довели, уржаться можно. Этот козел долбаный, только со мной поговорил, капусту отслюнил, в тачку сел и рванул. А мои уж на выезде ждут. Так этот урод позорный и бороду, и усы отцепил, кретин!
– Андрей, говори нормально, – машинально поправила я и возмутилась: – Так ты еще и деньги у Грызлова взял?
– Конечно, – захохотал страшно довольный Андрюшка. – Авансик за вашу смерть!
– Ничего смешного тут нет, – вскипела я. – Немедленно верни все.
– Ага, – хихикнул он, – я эти баксы в фонд помощи ментам перечислю.
Я с сомнением посмотрела в его сторону: что-то не верится.
– Ты бы ему спасибо сказала, – укорил майор.
– Спасибо, что не задавил меня! – выпалила я.
– Вас, Евлампия Андреевна, я никогда бы тронуть не смог, – ответил Андрюша, – и вообще, я не по мокрому делу, на мне крови нет, дядя Володя проверял.
– Почему же ты меня полюбил? – удивилась я. – Вроде я без конца замечания делаю и вообще за убийцу тебя считала.
– За куриный супчик, – серьезно ответил парень.
– За что?
– Помните, я свинкой заболел?
– Ну?
– А вы мне суп-лапшу сварили из курочки, морковь кружочками, лук и вермишель звездочками, мама иногда, когда не пила, такой делала, вкусный очень, – тихо пояснил Андрей.
Я растерянно заморгала. Куриный супчик… Ну кто бы мог подумать!

В свое время меня это рассмешило, а теперь вызывает умиление. Приятно видеть доброту, которая не остается безнаказанной. Скептики скажут, что доброта и участие есть слабость, но как видим. они её и спасли.

И напоследок.

Все, – сообщил Володя, – еще вопросы будут?
– Как вы до всего докопались? – поинтересовалась я.
– Нет ничего тайного, что не стало бы явным, – серьезным тоном провозгласил майор, – не к чему тебе заглядывать на нашу милицейскую кухню. Грызлова заподозрили давно, как только Лена призналась, что он ее любовник. Кстати, столь нелюбимый тобой Митрофанов проделал гигантскую работу.
Я фыркнула и демонстративно закурила. Человек, нагло выгнавший меня на улицу, не может рассчитывать на добрые чувства с моей стороны. Никогда!

И это пиздежь, потому что эпилог скажет. как было.

Эпилог.

▼Скрытый текст⬍

«Загон с гиенами» упал на лотки и прилавки книжных магазинов в конце апреля. Хитрый Миша Галин моментально понял, как можно использовать ситуацию с арестом Грызлова, и быстренько распространил среди журналистов информацию о том, что в книге описаны подлинные события, а главный герой на данном этапе ждет суда. Шум поднялся невероятный, несколько недель все средства массовой информации, в особенности бульварные газеты, кричали о «Загоне». Ситуацию обострило еще то, что Лена наотрез отказалась давать интервью, а следователи хранили упорное молчание. Тут даже респектабельный «Коммерсантъ» не выдержал и отправил к Митрофанову репортера. Но майор только подлил масла в огонь, ляпнув на вопрос: «Правдивы ли слухи о документальности романа?».
– Не могу ответить «нет».
Правда, через секунду он спохватился и добавил:
– И не могу сказать «да».
Но корреспондент умышленно опустил в статье вторую часть ответа, и вновь поднялся шум. В итоге издательство, спешно допечатавшее тираж «Загона», осталось крайне довольно.
Прошло полгода. Лену давно выпустили, она продала квартиру Кондрата и исчезла в неизвестном направлении. Может, уехала на Кипр. Однако вчера на лотках я увидела новую книгу со знакомым названием «Яблоко на елке», так именовался один из неопубликованных романов Кондрата. На титульном листе стояло имя автора – Мария Крол, а на задней обложке была помещена фотография… Лены. Значит, она все же в Москве и решила стать «писательницей». Честно говоря, мне захотелось найти ее и потребовать Лизину долю. Но Андрюшка остановил мой порыв:
– Нехай подавится, нам с сеструхой эти деньги не нужны.
Андрей по-прежнему владеет авторемонтным бизнесом. Свою квартиру он тоже продал, купил другую, говорит, слишком неприятные воспоминания связаны со старой.
Я вернулась в наши с Катей хоромы, Лиза живет пока со мной, ей на днях выдали паспорт, и никто из официальных представителей властей не поинтересовался, что случилось с девочкой, но нам это только на руку. Андрюша хотел забрать сестру к себе, но я не разрешила. Лиза пока еще маленькая, и за ней нужен присмотр. Скоро из Америки вернутся Катя, Сережка, Юлечка и Кирюшка, приедут и наши животные. Надеюсь, они благосклонно отнесутся к Пингве и Рамику. Что же касается Лизы, то Катя всегда мечтала иметь в придачу к сыновьям еще и дочь.

Ну Романовы всех подбирают, в Лене я не сомневался, все понятно.

Грызлов сидит в тюрьме «Матросская тишина» и ждет суда; говорят, приговор будет суровым.

И на этом все. Даже обидно. ведь бывало нам давали мощный такой инфодамп, кого на сколько осудили, а тут все так кратко.

Между прочим, Митрофанов оказался не таким уж и противным, и мы иногда вместе пьем чай у Володи Костина дома.

Ну я же говорил пиздеж. А вообще грех не снимаю, ведь как Митрофанов был показан злым, грубым, некомпетентным и некрасивым, так и остался. Все прощение и мастерство за кадром, и вообще кроме этой книги его нигде не будет.

Кончается все юмористической сценой. где Лиза,лампа и Андрей выгуливают Рамка, его едва не сбивает машина, и лампа со страху так начала по фене ботать, что водила предпочел свалить. Все.

А теперь подведем итоги. Книга мне все равно нравится, 4 из 5 ставлю. Сюжет неплохо разгоняется, наполнение не бесит. рассказы о том и о сем уместны, а юмор местами веселит.

Персонажи , и разберу трех.

Юра Грызлов, он же Степан Разин вышел прекрасно. Да. опытный или внимательный читатель его быстро срисует, но в том и прелесть, что одни читают книжку как разгрузочную. не думая и взлетая на волнах эмоций. А кто читает вдумчиво, тот занимается гимнастикой для мозга, и приятно ощутит себя умнее и наблюдательнее лампы. Мотив у негодяя понятный, методы не сверхестественные. Просто социопат живет хорошо, и ради этого готов на все. И убивает либо простыми методами, либо чужими руками пытается, никаких несуществующих ядовитых тварей,аномальных голосов, или спиц, стуком которых останавливают сердце.

Лиза как я вижу, многим анонам понравилась за то же, за что и Лампа в самой первой книге. История развития персонажа, который из соплеобразной инфантильной неумехи превращается в нормального человека. Как жалко что дальнейшие книги сделают её стандартным злоебучим доставучим ребенком, которых уже было, одного " Кирюши" много. Образ Лизы подвергнется ошаблониванию, и это прискорбно. С тем же успехом можно было её в дальнейшие книги не включать, типа Лена оказалась благороднее, или Андрей взял под опеку.

Андрей. Вот его аноны тоже любят, и есть за что. Фактурный, узнаваемый. создавал интригу, принимал участие в поимке негодяя. до кучи брат Лизы по отцу - и бляха-муха. как обидно, что его нет в дальнейших книгах! Я даже придумал прикольный тандем из него и Лампы, представляете? Она бы входила в доверие, искала кто что знает, кого спросить - а он бы давал волшебные сто баксов, доставал бы некоторые незаконные вещички, водил бы машину ( с погонями), пробивал инфу по братве, раздавал бы недругам лещей...
Но к сожалению единый шаблон ДДД такого не позволяет, детектив работает в одиночку, командная работа только у Ивана Подушкина ( но и ему иногда приходится расследовать соло). А значит, если бы Андрей остался, его ждала бы участь хуже смерти. он был бы элементом этой безумной семейки. ХХодил бы, тупил, говорил и делал "смешные" глупости, и был бы пятой ногой теленка-мутанта. Тем более что есть примеры подобного, вот Лиза превратилась в шаблон ( а в линейке даши в поздних книгах появился и остался Тема, внебрачный богатый туповатый сын Дегтярева. и он как по мне, нахуй не нужен).

Но есть фанфики, и может однажды кто-то добрый, умный и хорошо пишущий, перепишет парочку книг ДДД. внедрив туда Андрея безболезненно и уместно.

Вот так и кончилась книжка, всем спасибо за внимание. Если посчитаете, что мне можно доверить еще обзорчик - пишите.
А если считаете что мне начитывать не стоит, тоже пишите, прямота -это важно.

Под конец элемент 2000 года, ностальгическая ценность https://www.youtube.com/watch?v=NcfFV9eesZI&t=98s

Анон · 2022-10-07 16:50:57

Так вот, по мотиву-то собственно.

▼Скрытый текст⬍

Анон · 2022-10-07 17:03:37

Анон пишет:

Андрей. Вот его аноны тоже любят, и есть за что. Фактурный, узнаваемый. создавал интригу, принимал участие в поимке негодяя. до кучи брат Лизы по отцу - и бляха-муха. как обидно, что его нет в дальнейших книгах! Я даже придумал прикольный тандем из него и Лампы, представляете? Она бы входила в доверие, искала кто что знает, кого спросить - а он бы давал волшебные сто баксов, доставал бы некоторые незаконные вещички, водил бы машину ( с погонями), пробивал инфу по братве, раздавал бы недругам лещей...

Блин, я теперь захотел такой фанфик... :sadcat:

Спасибо, чтец! :heart: Было здорово вспомнить книгу, такая ностальгия))

Анон · 2022-10-07 17:04:07

Анон пишет:

Ведь я нашла номер телефона Юры в памяти аппарата Брит и думала сначала, что она сама позвонила убийце, а потом забыла про эту версию. Ну не идиотка ли! Была в двух шагах от разгадки!

Вот этот момент такой жизненный. Действительно, было всего пять номеров. В фитнес-клуб она даже смоталась, не поленилась, потому что по одному из номеров явно был убийца и надо было искать. А потом бытовуха и прочие стрессы вышибли из головы первоначальную цель, и когда ей перезвонил Грызлов, она, конечно, с ним о Брит поговорила, но напрочь забыла, что это кандидат в убийцы, и раз четверо предыдущих отпали, то... Чисто склероз подвел.

Анон · 2022-10-07 17:14:49

Анон пишет:

Так вот, по мотиву-то собственно.

В донцверсе это видимо весомо. По описаниям, Мальков (бывший носитель имени, под которым издавался Грызлов) и Разумов чуть не Кинг и Роулинг. народ в экстазе. читают и верят, а еще пример Парина. Походу тут народ вообще такой легковерный. и написав про Александра Будкова. что он торгует рабами и насмерть насилует детей, можно загубить реального Гудкова. особенно если написать его похожим. В этой вселенной гипертрофированная сила писательского слова. и отношение соответствующее.

Анон · 2022-10-07 17:23:02

Анон пишет:

В этой вселенной гипертрофированная сила писательского слова. и отношение соответствующее.

Городское фэнтези, которое мы заслужили :smoke: Ну, разве что так.

Моей фантазии максимум хватало на то, что это Юростёпа повёлся на пустую угрозу и слишком помешан на себе, чтобы допустить, что читателям будет насрать, но он вроде не единственной жертвой был. С другой стороны, подумалось после твоего ответа, что наверное, если бы Донцова написала книгу про Маринину - серийную убийцу, народ бы реально заинтересовался :lol:

Анон · 2022-10-07 18:27:40

Спасибо, чтец! У тебя вышли не только чтения, но и достаточно подробный, вдумчивый анализ. Читай еще, хочу еще таких разборов )

Анон · 2022-10-07 18:45:01

Анон пишет:

сраный Кирилл- типичные хамливый заебистый ребенок-говнюк, и Лизу такой же сделает

Блин, а мне наоборот они вместе нравились до какой-то книги, хорошо поладили (ну, в рамках донцовского любимого трапа "мы ругаемся как не в себя, но мы семья и друг за друга горой, несмотря на противоречия"), хотя если бы Андрей остался, я бы тоже радовался.

Анон · 2022-10-07 19:08:46

Каждый проходной герой - детище конкретного негра, а постоянных персонажей надо писать разным людям, они просто не могут не быть шаблонными, что ли.

Холиварофорум

Объявление

#1 2021-12-27 13:02:49

Книг Дарьи Донцовой тред

#1726 2022-10-04 19:08:38

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1727 2022-10-04 19:20:50

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1728 2022-10-04 19:22:09

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1729 2022-10-04 19:23:45

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1730 2022-10-04 19:31:03

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1731 2022-10-04 22:28:01

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1732 2022-10-06 16:15:59

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1733 2022-10-06 17:23:38

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1734 2022-10-06 17:44:25

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1735 2022-10-06 18:31:32

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1736 2022-10-06 18:35:19

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1737 2022-10-06 18:58:00

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1738 2022-10-06 19:52:58

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1739 2022-10-06 20:13:06

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1740 2022-10-07 07:04:42

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1741 2022-10-07 14:51:24

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1742 2022-10-07 16:30:04

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1743 2022-10-07 16:50:57

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1744 2022-10-07 17:03:37

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1745 2022-10-07 17:04:07

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1746 2022-10-07 17:14:49

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1747 2022-10-07 17:23:02

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1748 2022-10-07 18:27:40

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1749 2022-10-07 18:45:01

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

#1750 2022-10-07 19:08:46

Re: Книг Дарьи Донцовой тред

Подвал форума