Стражники ввели запыленного гонца.
– Лорд Скиминок, я надеялся застать вас в Вошнахаузе, но меня направили сюда. Случилось великое горе! Король Плимутрок Первый просит вашей помощи.
– Что стряслось?
– Безбожный Раюмсдаль пленил кроткую принцессу Лиону. Он держит ее в Башне Трупов и требует взамен вашу голову. Его величество в отчаянии. Он ждет вас к себе в Ристайл и надеется, что вы сумеете ее спасти. Король также призывает всех верных ему вассалов и ленников вступиться за честь принцессы и пойти войной на сына Ризенкампфа!
В зале повисло напряженное молчание. Потом встал один из старых рыцарей и, глядя в пол, неуверенно произнес:
– Но ведь воевать против воли Ризенкампфа невозможно…
– Три года назад барон Хорст открыто отказал в ночлеге Раюмсдалю. На следующую ночь в его замок упала Черная Звезда, и гром разнес все до фундамента! – поддержал другой.
О! Ну хоть немного показали, почему Ризенкампфа боятся.
Но вообще интересно, разве их не будут считать изменниками, если они откажутся повиноваться прямому приказу короля?
– Мы все уважаем лорда Скиминока, но ведь как человек благородный он не откажет в спасении принцессе. Возможно, его и не убьют сразу, а со временем мы соберем достойный выкуп, – предложил третий.
– Что скажете, ландграф? – тихо закипая от негодования, приподнялся Чарльз Ли.
– Что я скажу? Жан, готовь лошадей, мы уходим. Лий, проверь мои вещи и собери продукты в дорогу. Благодарю за гостеприимство, господа. Враги ушли, бояться некого. Ввязываться в новую свару, право, не стоит. Подумаешь – принцесса… Не такая уж она и кроткая, надо признать. Да и король Плимутрок не должен вмешивать вас в свои личные проблемы. Тут дело тонкое, семейное. Желаю здравствовать в тепле, уюте и спокойствии!
– Куда же вы, милорд? – выдавил кто-то, в то время как остальные пристыженно молчали.
– Бить морду Раюмсдалю! – Я развернулся и быстрыми шагами направился во двор.
Эти же люди героически прибыли, чтобы спасти сэра Чарльза от Голубых Гиен. Но сейчас они все резко стали трусами, чтобы Андрей приосанился и посиял на их фоне.
…Из замка нас выехало трое. Мы молчали. Не оттого, что нам не о чем было поговорить. Просто каждый прорабатывал свой личный план мести белобрысому принцу. Но уже минут через десять сзади раздался грохот и лязг. Дружина сэра Чарльза и смешанный отряд из Вошнахауза догоняли нас. Матвеич доскакал первым и, отдуваясь, заметил:
– Мог бы и подождать!
Их внезапный приступ трусости даже на сюжет не повлиял никак.
Я не буду отвлекаться на мелочи и описание пейзажа. Кому интересно, пусть сам нарисует себе светлую пасторальную картинку.
Псст, Андрюша, если ты не хочешь на это отвлекаться, то просто не упоминай. Не надо приосаниваться над собственными читателями.
Замок принца был хорошо известен. Многочисленные очевидцы описывали его как огромный параллелепипед с полированными под стекло стенами, узкими бойницами, железными воротами, мрачным подземельем и специальной доской у входа, куда приколачивали за уши головы жертв венценосного придурка.
Так это замок или башня? Разные вещи все-таки.
Известно лишь, что крепость неприступна, гарнизон многочислен и свиреп, а бредовых попыток нападения на сына Ризенкампфа вообще никто и никогда не предпринимал. Весело… Народ здесь в целом не трусливый – значит, существовали какие-то другие причины.
Народ здесь в целом то боится Ризенкампфа до дрожи, то спокойно помогает его врагу. Короче, мнение народа меняется в зависимости от нужд сюжета.
Ближе к вечеру мы собрались на мини военный совет. То есть председатель – я, секретарь – Лия, слушатели – Жан-Поль-Клод-Шарден ле Буль де Зир (уйма имен в одном лице!).
Он две страницы назад опять был Жан-Батист-Клод-Шарден ле Буль де Зир! Ладно таймлайн, но несколько раз подряд проебаться с именем одного из основных персонажей?
– Никто и никогда не сможет взять крепость Раюмсдаля, а уж провизии у них на двадцать лет хватит. Если мне позволительно напомнить, мой лорд, у нас на весь штурм может быть часа два, не более. Потом сам Ризенкампф узнает о битве и обрушит на нас все громы преисподней. Принц не страшен, но его отец – великий колдун. Глупо недооценивать его мощь!
– Лия, ты растешь прямо на глазах. Учись, оруженосец! Девчонка, а как точно рассчитала ситуацию.
Опять Андрей впадает в мизогинию. Вот что странного в том, что неглупая девушка быстро нашла недостаток в плане?
– Ну что ж… Во-первых, по-моему, это явно рассчитанная ловушка. Ризенкампф ждет, что мы взбунтуем все королевство, двинемся на выручку принцессе Лионе, завязнем в боях под стенами, а он ударит неожиданно и разом покончит со всеми проблемами. Ваш народ получит серьезный урок, Меч Без Имени попадет в его руки, и люди надолго забудут, как поднимать оружие. Что такое гром и молнии, падающие звезды, я догадываюсь. Вот только не предполагал, что современное оружие можно затащить в ваш мир. Обычно такие вольности не допускаются…
Андрюша, ты же видел в Локхайме современную технику. И даже лазерные пистолеты. И ты уже в курсе, что Ризенкампф как минимум отправил меч в другую эпоху. Странно не то, что Ризенкампф притащил в этот мир вертолеты и пистолеты, странно то, что в третьей части Люцифер говорит:
– Это барахло не из нашего мира, но если очень уж надо, то его можно выкрасть, как твоего сына. Просто у нас он не будет стрелять. Хотя… кто его знает? Помнится, у Ризенкампфа еще как стреляли.
Натуральный дьявол с какого-то рожна не может заставить спаренный пулемет работать, а Ризенкампф может?
В дверь постучали. Маркиз де Браз вошел к нам, извинившись за беспокойство:
– Лорд Скиминок, там у ворот какая-то нищенка с больной девочкой на руках. Она требует вас.
Это Горгулия Таймс с Вероникой.
– …А потом над нами раздалось невнятное рычание. Мы подняли головы и увидели трех летающих демонов. Они бросились на нас, и Тихое Пристанище превратилось в ад! Земля вставала на дыбы, от грохота закладывало уши, раскаленные куски металла рвали тела, а демоны продолжали бросать Черные Звезды, сея смерть и разрушения. Не прошло и пяти минут, как от нашего общего дома осталось развороченное пепелище… – Голос Горгулии Таймс был безжизнен и сух. – Почти все погибли… Осталось не больше трех ведьм, и те настолько подавлены, что не верят уже никому. Я нашла девочку без сознания, по-видимому, ее здорово ударило о землю. Кусок железа влетел мне в плечо, я вырвала его зубами.
И, конечно, из всех обитательниц Тихого Пристанища выжили именно те, с которыми Андрей дружит.
А вообще мне непонятно, зачем нападать именно на ведьм? Они, по идее, нечисть, союзники Ризенкампфа. Если он хотел наказать их за помощь Андрею, то проще было потребовать, чтобы ему выдали именно Горгулию с Вероникой. Если он хотел спровоцировать Андрея, то почему именно сейчас? Раюмсдаль уже подготовил ловушку.
Где-то не так далеко валялись трупы бедных престарелых ведьм. Они сделали много плохого в жизни. Может, за свои злодеяния старушки и получили по заслугам, но ведь не этот маньяк им судья! У него самого руки по локоть в крови. Я почувствовал усталость. До этих пор все происходящее касалось лишь меня. Мы играли с врагом в кошки-мышки и не задевали посторонних предметов.
А как же сэр Чарльз, на замок которого напали Гиены?
– Нападение было слишком неожиданным… – покачала головой седая наставница. – Мы так привыкли нападать на других, что просто не успели осознать, что сами подверглись нападению. И потом, мы не воины, мы – женщины.
Как будто одно противоречит другому.
И да: в стремлении показать, что Ризенкампф теперь серьезен, и заставить читателя проникнуться моментом, автор выпиливает именно толпу пожилых женщин. Не жителей Вошнахауза, не чертей, не отряд Злобыни, нет — каждый раз в опасности именно женщины и страдают именно они (Лия, которую спасают от изнасилования аж трижды, Веронику спасают от костра, Лию пытается забрать смерть, Лиону похищают и берут в заложницы). Сколько можно?
Четкого плана у меня не было, но где-то на задворках уже зрела идея. Кажется, я что-то вполне убедительное в борьбе с вертолетами уже видел, но где? Ага! Вспомнил! В первый день моего появления в Срединном королевстве в небе проплыл золотистый дракон. Оставалась мелочь – поймать дракона… И убедить его сотрудничать.
И Андрей свято уверен, что в этом мире, о котором он так мало знает, драконы обязательно разумны. А чтец бы посмотрел, как Андрей пытается вести переговоры с неразумным летающим огнеметом.
Представляете себе реакцию моих ребят на предложение пойти поймать дракона? Что сказала ворчливая Лия? А трусливый рыцарь? Ну да… они просто ошалели от восторга! Вы бы видели… Взбалмошная девчонка носилась по всем коридорам, докладывая каждому встречному:
– Мой лорд идет на дракона! Завидно, да? (Все жалостливо вздыхали и страшно завидовали.)
Лучше бы делом занялись: например, поискали какие-нибудь сведения о драконах. Разумны ли они, чем питаются, нападают ли на людей без провокации.
С нами увязался и Матвеич, ему как ветеринару, видите ли, безумно интересно посмотреть на живого птеродактиля. Так что пришлось ехать вчетвером.
Местные жители утверждали, что драконы водятся вблизи горной границы, недалеко от владений Чарльза Ли.
Вот! Вот и расспросите его!
– Эй, Жан, а напомни-ка мне, известны ли у вас случаи пленения драконов?
– Вообще-то нет. Их обычно убивают, а голову приносят в дар прекрасной даме.
– Я что-то не пойму, – опять влезла наша спутница. – Вы что, хотите взять его живьем? Каким образом? Возможно, у меня слабо развито воображение, но вы что, его на веревочке поведете?
– Это я еще не решил. Выясню на месте.
А раньше не мог об этом подумать? Лия задает вполне логичные вопросы, но Андрей, как всегда, рассчитывает на сюжетную броню.
– Они умеют разговаривать? – вспомнил я.
– Иссё как! – громко ответил кто-то. Но не Матвеич и не Лия с Бульдозером.
Мы медленно огляделись по сторонам. Никого!
– Галлюцинация! – догадался Жан.
– Сам ты галюсинасия! – возмутился голос.
Мы подняли головы вверх – из-за скалы высовывалась умильная морда обсуждаемого нами дракона…
По идее, фефекты фечи должны быть комическим моментом, вот только в третьей части мы узнаем, что
У Кролика не было отца, он погиб, спасая от наводнения жителей горной деревеньки. Такая трагедия. От горя юный дракон заболел. […] А когда он наконец выздоровел, то уже не мог произносить слова так хорошо, как раньше.
Но сейчас давайте дружно посмеемся над тем фактом, что ребенок от шока перестал выговаривать некоторые звуки, а логопедов в условное средневековье не завезли. Ухохотаться можно!
Наверное, я сплю. Ущипните меня, милорд… – шепотом попросила Лия.
– А дадай я ее усипну! – радостно откликнулся звероящер и, оглядев нас с чисто кулинарной точки зрения, заметил: – Потому сьто осень кусать хосеться…
То есть, папа людей от наводнения спасал, а сын их жрет без зазрения совести? Миленько.
И да, это уже третий за книгу случай, когда Андрей сотрудничает с людоедами (до этого были ведьмы и черти), и ему нигде не жмет.
– Дружище! У тебя нездоровый цвет лица. Ты не заболел часом?
– Восмосно… – неуверенно остановился он. – Песень посаливает, и в ухе свенит.
– А вот еще и прыщ на хвосте! – указал я.
– Де? Ой, мамоська!
– Держись, братан. Мы из общества защиты редких животных, особенно исчезающих рептилий. С нами пришел великий маг – ветеринар Матвеич. Не пройдет и года, как он поставит тебя на ноги.
– А я вас сють не съел… – повинился дракон. – Тысясю исвинений, хоспота, сахотите в мою скломную песелку…
Здесь мы людей едим, здесь не едим, здесь рыбу заворачиваем.
Ну вот. Видите, со всеми можно договориться, а уж с летающими ящерицами сумасшедшей длины и недалекого ума сам Бог велел!
Почему сразу недалекого ума-то? Среди людей ипохондрики тоже бывают.
Эй, ребята, великий маг утверждает, что опасность миновала. Сегодня нас есть не будут.
– И потом тосе… – грустно кивнул головой дракон. – Мне мосно есть только сволосей с повысенной кислотносью, а так, воопсе – овосьная диета! Одуваньсики лазные…
И как он должен жить на овощной диете? Ладно бы питался крупным рогатым скотом, но одуванчики? А у него пищеварение вообще рассчитано на такой рацион?
– А чем мне его кормить? – простонала наш каптенармус.
Вот мне тоже интересно. Там же минимум стог одуванчиков нужен на завтрак, обед и ужин.
– Держи себя с ним построже! – утешил я. – Будет особенно надоедать, найди ему какого-нибудь хулигана. (Господи, что я говорю! Она ведь так и сделает…) Я имел в виду, что… Расскажешь ему сказку, отвлечешь от мыслей о еде, а там что-нибудь придумаем.
Андрюш, это очень уебищный способ вставить авторскую ремарку в прямой речи. Не надо так. И ты уж определись, либо ты в ПОВе рассказываешь о событиях прошлого (на что указывает самое начало книги и часть ремарок), либо пересказываешь события, происходящие прямо сейчас. Не одновременно.
Как бы то ни было, ночь прошла спокойно. Встали мы рано, но пришлось ждать около двух часов, пока эта тварь нажрется одуванчиков.
"Эта тварь", вообще-то, разумный член вашего отряда, помогающий вам исключительно по доброте душевной. Пейоративы в его адрес в первую очередь не очень хорошо характеризуют самого Андрея.
Уже к полудню замаячил черный небоскреб.
– Башня Трупов! – проорал Бульдозер.
Так это башня или замок? Мне ж интересно!
На площадку высыпали люди, показался суетливый принц. Лия, тщательно прицелившись, плюнула ему на макушку и вроде бы попала. Потому что вместе с руганью в нашу сторону полетели стрелы.
– Весейинка усе насялась? – поинтересовался Кролик.
– Думаю, да! Сворачиваем отсюда в сторону, там больше места для маневра.
– А что, мы уже воюем? – поразился Жан.
– Еще нет! – успокоил я. – Пока они поднимут вертолеты, пока бросятся на нас… В общем, у тебя есть минуты две на то, чтобы развязаться и спрыгнуть. Высота-то всего метров шестьсот…
Жан, между прочим, ничего такого не сказал, задал невинный вопрос. Но Андрей заранее пассивно-агрессивно обвиняет его в трусости.
– И с сего они к нам пиистали? – искренне удивился Кролик.
– А у них сегодня кислотность повышенная! – объяснил я.
– О! Мосно мне твух? По екоментации токтоа… – скромненько попросил дракон.
Ну что ж, не вижу смысла отказывать. Он же исхудает в дым на вегетарианской пище. Сами попробуйте весь день жевать одни одуванчики, а потом летать на большие расстояния с тройным грузом…
Готтентотская мораль во всей красе. Если сожрать хотят друзей Андрея, это плохо, а вот если друзья Андрея жрут врагов Андрея, то все окнорм.
На всякий случай: да, мир — условно-средневековая солянка. Поэтому Кролика за людоедство я не осуждаю. А вот Андрея, у которого система ценностей должна соответствовать современной, и которому ничего нигде не жмет, — да.
Нас атаковали развернутым строем, небрежно поливая из крупнокалиберных пулеметов. От Кролика пули отскакивали, а в нас, к счастью, не попадали.
Крупнокалиберный пулемёт — пулемёт калибра 12 — 16 миллиметров, предназначенный для поражения вражеской броневой техники, самолётов, вертолётов, объектов фортификации, на увеличенной дальности. (с) Но от шкуры дракона пули отскакивают, потому что она укреплена сюжетной броней.
…Прохладная девичья ладонь нежно опустилась на мой лоб. Господи, голова просто раскалывается! Не хочу открывать глаза, полежу так…
– Милорд! – тревожно загудел бас Бульдозера. – Вы в порядке?
– Конечно нет! – раздраженно ответила Лия, положив мою голову себе на колени. – У него депрессия, связанная с легким недомоганием на почве нервного переутомления. (Я даже вздрогнул от такого подробного диагноза…)
А где Лия вообще набралась подобного? Напомню, это девочка, которая при первой встрече обозвала осьминога "скиминоком", потому что не знала такого слова. А тут диагнозы.
– Милорд, а вы не боитесь, что Ризенкампф нападет на вас?
– Нет, Жан. Во-первых, я уверен, что он давно в курсе всех дел и сознательно пожертвовал двумя вертолетами для того, чтобы уж наверняка втянуть нас в потасовку.
О, вот только сегодня в треде задолбавших тропов обсуждали, как бесит, когда герой берет выводы с потолка, и они оказываются верными. Андрей не знает способностей и ресурсов Ризенкампфа. Более того, пара вертолетов никак не помогут втянуть Андрея в потасовку, для этого Ризенкампф и Раюмсдаль уже сделали достаточно.
– Выходит, мы играем ему на руку?
– До определенного момента, – подтвердил я. – Мы встретим князя и чертей, а затем попытаемся проникнуть в башню…
А как? Натурально обрядившись в ниндзюков? Вот какой у Андрея был план? Спойлер: никакого, он опять выезжает на сюжетной броне..
– План хорош, господин полковник! – раздался насмешливый голос у меня за спиной. – Первая половина даже успешно завершилась, а вот вторая пока еще ждет своего решения.
Мы радостно обняли Брумеля и Злобыню Никитича. Сводный диверсионный отряд был готов ко всему. Изложив каждому его задачу, я решил пойти ва-банк и попытаться сбить с толку Раюмсдаля, заставив его сделать какую-нибудь полезную для нас глупость.
Серьезно, какие задачи он излагал? "Брумель, вы оденетесь как ниндзя и под покровом ночи попробуете перелезть через стену, пока ратники Злобыни делают подкоп"?
Андрея смищняво переругивается с Раюмсдалем, кому интересно, полная цитата под катом.
▼Скрытый текст⬍
– Твари! Скоты! Псы смердящие!
– Будем считать, что переговоры начались… – вежливо отметил я. – Как тебе наш дракон?
– Сволочи! Мерзавцы! Негодяи!
– Мне он тоже понравился. Итак, прежде чем мы разнесем эту халабуду вдребезги, ответь нам лишь на один вопрос: зачем тебе понадобилось красть Лиону?
– Хамы! Холопы! Быдло!
– Понятно. А я-то думал, может, у вас любовь… Тогда отдай ее мне, пожалуйста, пока она у тебя еще не всю посуду перебила.
– Каторжники! Висельники! Уголовники!
– Правильно, чего тянуть – мы заберем эту улыбчивую красотку, и ты добавишь нам два мешка с золотом, чтобы мы ехали не оборачиваясь!
Принц окончательно обалдел от моей наглости и перешел от ругани к истерическому перечислению обид:
– Ты зачем мне крышу сжег, гад?
– Я мстю и мстя моя страшна!
– А папиных демонов зачем побил?
– Кролику кушать хотелось. Да не мелочись ты, один же остался.
– А на голову зачем плюнул? – взвыл, уже чуть не плача, Раюмсдаль.
– Это не я. Это Лия. – Я погрозил ей пальцем и пообещал: – Она больше не будет!
– Мы с папой тебя убьем, убьем, убьем!
– Так что ты решил насчет принцессы?
– Все равно убьем! Будем убивать медленно и мучительно. И тебя, и пажа, и рыцаря, и мужика этого, и черта, ой! Где же вы, паразиты, живого черта взяли?
– Слушай, придурок! – Мое дипломатическое терпение иссякло. – У тебя две минуты на то, чтобы вывести сюда ее высочество. К исходу третьей я сотру в пыль твою крепость и построю на ее месте приличный санаторий! Если будешь себя хорошо вести, то, возможно, попадешь в штат массовиков-затейников. Если нет, то я продам тебя Голубым Гиенам за нитку бус и розовый бантик!
– О, Сатана! Возьми мою душу, но отдай мне в руки этого Скиминока! – возопил принц, исчезая в окошке. Буквально через несколько минут ворота приоткрылись, и стражники вышвырнули пыльный мешок, в котором, судя по всему, барахтались два человека.
– Жан, тащи это в лагерь, – шепотом приказал я. – Мне не хочется видеть наследницу трона упакованной в мешковину с запахом прошлогоднего базара.
ЧСХ, план Раюмсдаля и впрямь неплох (заслать к Андрею шпиона под видом освобожденного пленника). А вот Андрея вообще не насторожило, что принц непонятно с чего отпустил высокопоставленного заложника.
Но представьте себе наше удивление, когда по прибытии на место из мешка вылезли двое мужчин! Принцессы не было и в помине. Первый оказался шустрым малым в монашеской рясе, а второй… Вы не поверите! Красная сутана, шапочка, бегающие глазки, крысиный овал лица – кардинал Калл собственной персоной.
Напомню, вот как Андрей описывает кардинала при первой встрече:
Рожа самая крысиная. Выражение лица – соответственное.
После этого кардинал требует повесить Андрея вообще без причины:
– Ваше высочество, вы не смеете отдавать свое сердце этому ничтожному дворянчику… Он не королевского рода.
– Его папа был сантехником… – робко заступился за меня Бульдозер, а Лия взглянула на кардинала так, что на нем едва не задымилась шапочка.
– Сан… в смысле святой? – не понял он.
– Духовное лицо! – нагло подтвердил я.
– Все равно нельзя. Ваше высочество, его нужно повесить!
– Вот-вот, – поддакнул подлый кардинал. – Я же говорил, казните его во избежание интриг и сплетен, в целях профилактики и гарантий спокойствия политической обстановки.
– Вы не посмеете! – неожиданно тонким голосом заверещала Лия. – Лорд Скиминок – благородный рыцарь. Он совершил подвиг. Он гость!
– Взять его! – махнул рукой кардинал Калл. Несколько особенно пьяных рыцарей вылезли из-за столов и двинулись ко мне.
Потом кардинал отдает монахам приказ захватить Андрея в плен. Потом посылает уже других монахов, которые приписывают Андрею кучу несовершенных преступлений и пытаются повесить. А сейчас...
– Не держите на меня зла, ландграф. Готов признать, что погорячился на том памятном пиру. Но признайтесь, ведь это вы украли девчонку прямо с костра?
– Украл. А что, ваше высокопреосвященство всерьез верит в ее виновность?
– Ну, не будем об этом… – поморщился кардинал. – Время от времени бывает просто необходимо сжигать кого-нибудь для острастки. Это поддерживает пламя чистой веры у прочих прихожан.
– Неужели нельзя назначить компетентную комиссию для решения спорных вопросов?
– Зачем? Люди должны доверять местному священнику и быть уверены, что он легко разгадает любую уловку дьявола. Вы лучше расскажите, как вам удалось разогнать весь Приблудинский монастырь.
– Как-нибудь позже, но вкратце история такова: отец настоятель оказался изрядной свиньей и активно грешил, прикрываясь вашим именем, но Господь Бог покарал его по заслугам.
– Аминь, – кивнул кардинал. – Про инквизиторов тоже умолчим?
– Дело прошлое.
Да, кстати, чуть не забыл: вас не очень смущает присутствие чертей в нашем отряде?
– Пустяки… – добродушно отмахнулся кардинал. – Вербуйте всех, кого сочтете нужным, только спасите принцессу! А договориться по этому поводу с Богом уже моя забота. Думаю, что сумею уладить необходимые формальности…
Ого! Его высокопреосвященство начинал завоевывать мое уважение…
Характеры персонажей тоже меняются в соответствии с нуждами сюжета, короче. А еще кардинал, который сознательно позволяет сжигать невинных людей, теперь хороший, потому что за наших.
Так, давненько я не брал замков. Примерно столько же, сколько не защищал… А что говорит об этом мировая история? Думай, голова, думай – шапку куплю! Штурм, осада, поджог, подкуп стражи, подкоп, артобстрелы, бомбежка, подрыв, что еще? Стоп! Зачем мучиться? Подорвать его к чертовой матери!
Вместе с Лионой, которая находится где-то внутри. То-то ее отец обрадуется! И чем Андрею поджог не понравился? Летающий огнемет у них есть, драконий огонь вроде как нанес Башне Трупов ущерб, зачем лишние сложности?
– Господин кардинал, у вас уже изобрели порох?
– Что? – хором заинтересовались все.
– Ясно. Сейчас изобретем. Нужны сера, уголь и селитра.
Ну да, как это попадас — и вдруг не притащит в новый мир какое-то изобретение? Добрая традиция, можно сказать, и закрытый пунктик бинго.
Серу достали черти, уголь пожертвовал дракон (у него, пардон, отрыжка такая), селитру где-то достали ратники.
Блин, как все просто-то! Нахуя заморачиваться с селитряницами, с поиском месторождений, с прочей хуетой? Надо просто "где-то достать" селитру! А почему бы им заодно спаренный пулемет "где-то" не достать?
– Ваше преосвященство, я все хочу спросить: тот монах, что был с вами в мешке, вам не очень нужен? А то Лия одна не успевает…
– Он не мой монах, – категорично ответил кардинал.
– Как не ваш?
– Я думал, он тоже пленник, но в моей свите такого пронырливого молодца не было.
Нехорошее подозрение шевельнулось в душе. Все настороженно переглянулись.
– Жан! Где этот тип?
Пятиминутные поиски ничего не дали.
– Шпион Раюмсдаля! – грустно кивнул Брумель. – Боюсь, что тайна вашего порошка уже известна принцу.
И это был неплохой план... Только вот все враги Андрея резко тупеют по велению сюжета.
– Садись, поговорить надо. Мне требуются утешение и сочувствие. Как ты думаешь, чем сейчас занят принц?
– Наверняка готовит кучу вашего взрывного порошка.
– Так… ты хоть что-нибудь слышал о сострадании? Иди отсюда! Лия! Подойди… Слушай, а тот парень видел точную рецептуру?
– По-моему, да. Он стоял у меня за спиной.
– Ладно, добивай… Значит, по-твоему, они в замке имеют возможность изготовить большое количество пороха?
Нет! Во-первых, где они возьмут такую кучу селитры? Ингредиент специфический. Во-вторых, Ризенкампф успешно тырит из иных миров военную технику, зачем размениваться на порох, когда можно достать, скажем, взрывчатку или ракетницу? Или сразу танк.
– Да, уж принц не станет мелочиться – будет кидать лопатами. Потом они подожгут все это и сбросят на нас.
– Сущий бред! Подожгут… Да они и чирикнуть не успеют… Что?! Я сказал, что порох надо поджигать? Я это сказал?
– Да, – испуганно переглянулись Лия с Бульдозером. – Вы при всех говорили – насыплем порошок, подожжем, и от крепости – одни камешки!
– Общий сбор! – завопил я. – Все идем к Башне Трупов, у меня нехорошее предчувствие!
Через полчаса мы прибыли на место. Елки-палки, он все-таки это сделал! По моему приказу черти быстренько обежали вокруг крепости – результат был неутешительным. По всему периметру стен к гладкому граниту были прислонены мешки с порохом.
Да. Андрею даже делать ничего не пришлось: его противник загнал себя в ловушку по собственной тупости. Читерство 99 лвл.
– Глянь-ка вверх, ландграф… – хлопнул меня по плечу князь.
Из глубины небес на нас плавно опускалось розоватое облако. Через минуту в нем уже угадывались стройные башни, неприступные стены, великолепные здания. Я такой красоты сроду не видел! Зрелище потрясало своей изысканностью, утонченностью и величавостью.
– Локхайм – Тающий Город, – любезно подсказал Жан.
Ризенкампф тоже резко отупел и не понял, что его корзиночка в смертельной опасности.
– Папа! Я поймал его!
Голос принца вывел меня из лирического состояния. На край облака к золоченым перильцам вышел чопорный джентльмен в черной мантии и длинном плаще. Давненько не виделись, а здороваться почему-то не тянет.
– Нашему подлецу все к лицу… – хмыкнул Злобыня Никитич.
Красавчик, да.
Ризенкампф обвел медленным взглядом мою разношерстную команду и, воздев руки к небу, заговорил нараспев, стилизуясь под средневекового мага:
– Я ждал многих, но пришли не все. Те, что придут следом, найдут лишь прах и пепел. Преддверье Вечности сомкнется над их головой, а душа оледенеет страхом Преисподней! (Не скажу, что всем это было интересно, но мы его слушали.) Раб упадет ниц, пыль не запачкает одежду Сильного, а ничтожный червь, восставший против льва, обречен на нелепую смерть под царственной пятой. (Это ж надо, как расписывает – такие аллегории…) Плачь, ландграф, ибо пришла твоя бесславная кончина!
О! Наш неглупый вроде бы злодей начал злодейский монолог!
Тропы и клише, конечно, всякие нужны, но вот конкретно тут наш красавец-Волдеморт мутировал в доктора Зло.
– Спешу и падаю! Я тут буквально взмок от рыданий и всех замучил вопросами: когда же наконец придет ненаглядный Ризенкампф и соизволит меня убить? Мы тут уже косеем от скуки! Где ты шлялся столько времени?
– Смерть распахивает объятья, и ее могильное дыхание входит в твои легкие… – начал было мой враг, но я его перебил:
– Где ты был, я спрашиваю? Сколько можно гоняться за тобой по всей стране? Мне ведь, знаешь ли, может и надоесть… Я попросту найму еще трех драконов и разнесу твой летающий городишко в щебенку! И не моли меня о пощаде! Ты что устроил в Тихом Пристанище, олигофрен эдакий? Справился, да? Спустил вертолеты на пенсионерок и повесил себе медаль за боевые заслуги? Молчать! Не возражать! Я тут не потерплю самоуправства!
Окружающие, естественно, ржут над искрометными (нет) шуточками Андрея.
Ризенкампф попытался сделать умное лицо, и из облака блеснул тонкий луч лазера. Он спалил елку за моей спиной. В Башне Трупов торжествующе захихикали. Я выхватил Меч Без Имени. Второй луч натолкнулся на серебристое лезвие, меня повело в сторону, а лазер, как бы срикошетировав, задел Кролика по носу. Дракон ошарашенно затряс головой и… чихнул! Мама дорогая! Сноп искр посыпался на мешки с порохом.
– Ложись! – не своим голосом заорал я.
Взрыв был ужасен…
Но выжили все, включая находившихся в замке Раюмсдаля и Лиону.
