Лорд Скиминок
…И сказал Он: «Это мое, а это мое же!» И короли платили Ему дань, и вассалы их, и подданные вассалов. Двенадцать рыцарей противились Его власти, и погибли двенадцать, а Он смеялся. И хотел Он завладеть Мечом Без Имени, но не нашел меча. И был Он во гневе, и пленил дочь короля Локхайма – Тающего Города. Покорились все власти Его, но не было предела Его порокам. И вот тогда появился герой. Он пришел с Юга, он был тринадцатым, и в руках его сиял Меч Без Имени…
Хроники Локхайма
Итак, книга начинается с описания Чорного Пластелина. Вот так вот, еще до самого текста, еще до представления ГГ автор первым делом нагнетает обстановку, рассказывая о страслом и ужасном злодее. Запомним этот момент.
С первых абзацев начинается дэнбрауновщина.
Скиминок – это я, чтобы вы знали. Прозвище, конечно. В тех местах, где я побывал, мое обычное имя звучало как-то не очень… Зато в Соединенном королевстве и Окраинных княжествах меня громко называли лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени! Не слабо, а? По-моему, даже красиво. А главное, совершенно заслуженно.
Для начала: а почему, собственно, имя "Андрей" (ни разу не палевно) в мире, состоящем из псевдосредневековой солянки, "звучит не очень"?
"Имя Андрей греческого происхождения, переводится как «мужественный», «храбрый». Имя Андрей у разных народов имеет много форм: Анри (Андре) - у французов, Ондрей - у словаков, Эндрю - у англичан, Андреас - в Германии, Анджей - в Польше."(с)
То есть, имена "Вероника" и "Злобыня" в том мире никого не смущают. Прозвище "Бульдозер" тоже. А вот имя "Андрей", внезапно, никто не может переделать в Андре, Анри или Анджея, надо выдумывать прозвище.
Ну и пафосная линейка прозвищ ГГ, конечно, тоже радует. Хотя бы тем, что демонстрирует размеры эго ГГ.
Итак, Андрей с женой приезжают в Прибалтику на фестиваль народного творчества, подъезжают к некому неопределенно-средневековому замку на грузовичке.
Я рассматривал высокие стены, круглые башни с прорезями бойниц, массивные ворота, серый камень и какие-то двери, ходы, переходы… Все это очень интересно для художника. Художник – это моя профессия. Впоследствии я не раз благодарил судьбу, что успел получить образование и что учили меня в реалистической манере без всякого «авангарда». Есть такие места, где кубизм, например, запросто могут счесть происками дьявола и вас отправят на костер…
Можно, конечно, списать на вкусовщину, но, по-моему, такое "забегая вперед, скажу" отдает Дэном Брауном. А еще у Белянина в другом цикле (про Никиту Ивашова) был художник-кубист, и что-то его никто особо сжигать не торопился.
И да. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но разве художников учат либо в реалистичной манере, либо сразу на авангардистов? Чтец наивно считал, что сначала надо выучить основы, которые для всех одинаковые (светотень там, перспектива), а потом уже углубляться в отдельные стили, нет?
Я сидел в кузове позади всех. Когда машина остановилась, мне пришлось вылезать первым. Я положил руки на борт и…
Вот тут-то все и началось. Возможно, лучше было бы ничего не трогать и никуда не лезть. Но теперь уже ничего не изменишь… Я и не предполагал, что одна глупая шалость может неожиданно и властно изменить всю мою жизнь. Но так уж случилось…
Опять дэнобрауновщина. Во-первых, ну вот какую функцию несут эти лирические отступления? Во-вторых, чтец что-то не припомнит, чтобы в первой части ГГ как-то особо страдал из-за своего попаданства. Во второй-третьей частях рефлексия была, но тут-то, с точки зрения ГГ, никаких кардинальных изменений в его жизни произойти не успело, он в своем мире отсутствовал-то минут 15.
Между бортом и перилами лежал меч. Откуда он взялся – не знаю. Собственно, даже не настоящее оружие, а простенький муляж из алюминиевой полоски с деревянной рукояткой.
В то время я был человеком непьющим, так какая же нелегкая меня дернула вытащить этот меч и с грозным боевым кличем присоединиться к ряженым!
Вкратце: ГГ со своим деревянным мечом нападает на мужчину в костюме стражника. Стражник отбивается.
Когда я оглянулся назад, было уже поздно: меч стражника дотянулся до меня и, распоров рубаху, оставил длинную глубокую царапину на моем плече. Мне впервые пришла в голову мысль, что его оружие сделано из хорошей стали, тщательно сбалансировано и заточено.
Но зачем, Карл? Зачем на фестивале народного творчества артисту выдали настоящий меч? Это даже не сходка реконструкторов, почему "стражнику" дали не муляж, а боевое оружие? Тем более, что буквально в следующем абзаце автор пишет:
Я не бог весть какой фехтовальщик. Прямо скажем – почти никакой, но он был еще хуже!
То есть, вот у нас в наличии актер в костюме стражника. Фехтовать актер не умеет настолько, что левый мужик с деревянным мечом дерется лучше. Кто и зачем дал этому актеру настоящее оружие? А пох, автору надо, значит, логикой и обоснуем можно не заморачиваться.
Мне удалось выбить у него меч и резко подбросить вверх. Правда, в результате и я выпустил рукоять, а два наших меча закувыркались в воздухе. На землю упал один. Вернее, даже не упал, а медленно опустился клинком вниз, слепя золотым сиянием. Но это был не мой и не его меч…
Господи, что это было!
Ну, я не господь, но у меня есть пара версий.
▼Скрытый текст⬍
или
Я никогда ни раньше, ни потом не видел подобного оружия. Длинный узкий клинок белого, отдающего голубизной металла; длинная рукоять, равно удобная как для одной, так и для двух рук, чуть изогнутая крестовина, абсолютное отсутствие украшений – он и не нуждался в них. Вид, форма, дизайн меча были столь великолепны, что я замер в немом восхищении.
Браво. До чего подробное и детальное описание! Анон сразу смог визуализировать этот меч и понять, что в нем такого особенного!
Итак, к актеру-стражнику на помощь прибегают еще несколько актеров.
В том, что все происходит всерьез, я убедился после первых выпадов. Эти шестеро парней с явно уголовными мордами задались целью приготовить из меня французский салат.
Иииии... зачем? Что происходит? Чем этим актерам так не угодил рандомный турист-ноунейм? Даже если предположить, что это люди Ризенкампфа, понятнее все равно не становится: что прихвостни иномирного злодея забыли на фестивале в нашем мире? Зачем им убивать левого туриста? Что они планируют делать, если реально убьют левого человека на публике?
Но не переживайте, ведь меч-рояль сражается сам, а человек ему нужен в качестве модного аксессуара на рукоять.
Меч в моей руке жил собственной жизнью. Он парировал удары, он защищал от врагов, он создавал вокруг меня сияющий непробиваемый щит, а я лишь держался за его рукоять.
▼простите, ассоциативный ряд такой ассоциативный⬍
На ответные атаки не было времени, меня теснили. Я отступал к стене, пока моя левая рука не нащупала дверь. Меня буквально втолкнули в низенький проем и… все. На этом все.
В том смысле, что я попал в узкий замшелый коридор, освещенный коптящими желтыми факелами, а вся шестерка ломилась за мной вслед.
Вот так незатейливо ГГ попадает в другой мир. Почему другие люди никогда не заходили в эту арку? Хз. Если арка=портал и работает не для всех, то почему ГГ и атакующих пропустило, а других людей — нет?
И тут мой меч начал… убивать! Начал именно меч! Я включился гораздо позже. Ничего особенно интересного в этом нет, и раньше я представить себе не мог, что способен убить человека. Не знаю, что на меня нашло… Впрочем, не стану оправдываться.
Блин. Блин! А чтец-то еще грешил на Макдакуса, что тот маньяк, раз так спокойно убивает без особой рефлексии. Оказывается, на фоне некоторых экземпляров Макдакус еще ничего, адекватный. Он хоть поблевал после первого убийства, а Андрею-Скиминоку хоть бы хны.
Слушайте, может, он просто отбитый социопат? Это объяснило бы, почему он так бодро наплевал на жену в третьей части.
В узких коридорах с неожиданными поворотами и крутыми лестницами я имел преимущество. Стражники мешали друг другу, бестолково размахивая своими алебардами, и я поочередно зарубил четверых. Оставшиеся двое прекратили погоню.
Все! Ни рефлексии, ни шока, ни страданий "я убил человека". ГГ просто пофиг на четыре трупа.
Так я попал в замок Ризенкампфа. Ох, жуткое же это было место…
Запомним и эту цитату тоже. Посмотрим потом, что в этом замке такого жуткого.
Один раз я запнулся за какой-то выступ, выворотив небольшой камешек. Не долго думая, я швырнул его через плечо, и раздался оглушительный грохот! За моей спиной громоздилась куча камней. Тогда я еще не знал, что ходы замка нашпигованы разнообразными ловушками и пройти через них может лишь посвященный или счастливый идиот. Я был вторым.
Короче, вместе с мечом-роялем ГГ по акции выдали сюжетную броню. Ничего интересного, идем дальше. Хотя не могу не заметить, что это упущенная возможность одновременно додать экшна в духе Индианы Джонса и показать, чем так страшен замок ГЗ.
Наконец ход привел меня к новенькой деревянной двери, которая и впустила меня в королевские покои.
Какое-то время я стоял, просто ошарашенный увиденным. Передо мной были современные апартаменты.
Внимание, вопрос: а как ГГ понял, что это именно королевские покои? Смотрите, вот описание:
Высокие потолки, стеклянные столики с книгами и журналами, модные стулья из гнутых трубок и импортного кожезаменителя, телефоны, компьютеры, ксерокс – все как в самом престижном и солидном офисе.
И каким образом ГГ проассоциировал "солидный офис" с "королевскими покоями"?
Значение
устар. часть дома, предназначенная для жилья
Этимология
От покой «комната» < покой «тишина, спокойствие». Покои буквально — «место для отдыха».(с)
Как, Карл?
Миновав их, я попал в комнату, отделанную разными породами дерева. Итальянская мебель, паласы, мягкие кресла, шкафы с книгами, большой телевизор.
Опять описание на пятерочку. И да, вся эта техника (телефоны, компьютеры, ксерокс, телевизор) работает от электричества. Если мы уже на территории другого мира, то либо все это — просто бутафория (но нахуя?), либо у Ризенкампфа где-то заныкан работающий электрогенератор (и почему он тогда не устроил НТР?).
Кстати, далее в книгах упоминается, что спаренный пулемет в этом мире не работает. А телефоны и тв, получается, пашут?
Окна! Вот что мне запомнилось: в обеих комнатах не было окон!
И как эти комнаты тогда освещались? Хоть бы мимоходом упомянул, раз сам привлекает внимание к этой детали. Электричество? Свечи? Керосиновые лампы? Опять же, прое... упущенная возможность додать деталей и атмосферности.
Я внимательно разглядывал все вокруг, не выпуская меча из рук. Уж слишком странным было сочетание дикого средневековья и европейского дизайна. Да и какие такие организации могли разместиться в старом замке?
Приемная музея, например?
Мои размышления прервал легкий скрип двери. С противоположного конца комнаты на меня удивленно смотрела молодая женщина. На вид ей было лет двадцать – двадцать пять, невысокая, плотная, но гармонично сложенная, с короткими темными волосами, одетая в английский костюм-«тройку» синего цвета. Она была красивой, пожалуй, даже очень.
Встречайте почетного первого члена гарема нашего ГГ, королеву Танитриэль! Вопреки шаблону, первая девушка победительницей не окажется.
– Добрый вечер. Я случайно забрел в ваш замок и заблудился. Мне вообще-то давно пора уходить. Там, на фестивале… – Договорить не удалось, женщина порывисто бросилась вперед и, всхлипывая, повисла у меня на шее. Это было неожиданно, но приятно…
А еще ГГ там где-то жена ждет.
– Мой лорд, вы вернулись!
Ну вот, теперь я уж точно ничего не понимаю… Она что, приняла меня за кого-то другого? Черт, а я уже подумал, что просто ей понравился.
А жена все еще ждет.
Какое-то время ничего толкового от нее нельзя было добиться. Я пытался, потом плюнул и решил не спорить.
– Да. Вернулся я. Но ненадолго, у меня дела на фестивале.
Я просто напомню, что ГГ только что прикончил четверых человек. Но он не волнуется, что его может искать милиция, не пытается как-то спрятать меч, расспросить о происходящем, включить новости...
– Ризенкампф у власти! Он захватил трон и фактически управляет всем Соединенным королевством! Мой отец погиб. Народ стонет под пятой тирана. Нечисть вновь подняла голову. И за всем этим стоит зловещая тень Ризенкампфа! Вы ведь не допустите, чтобы он оставался безнаказанным?!
Ок, моар нагнетания. Ризенкампф плохой, чОрный пластелин, мы уже поняли.
– Нет. Накажу, всенепременно накажу, чтоб другим неповадно было! – Где-то я читал, что с сумасшедшими надо во всем соглашаться. – А что, здесь поблизости нет какого-нибудь врача, например психиатра?
Переговорщик 99 лвл. И да, почему он не подумал, что женщина — тоже актриса, нанятая исполнять роль королевы на время фестиваля? По-моему, объяснение напрашивается.
– Кто вы? – запоздало поинтересовался я.
– Королева замка Локхайм, – без тени гордости и высокомерия ответила она.
– А этот… Ризенкампф… Не выговоришь даже. Он ваш муж?
– Он король… – Ее голос предательски задрожал, а на ресницах вновь показались слезы.
Не переживайте, дорогие читатели, автор никак не будет развивать этот намек на изнасилование в браке.
– Ну, ладно… – Я поспешил исправить положение. – Семейные проблемы меня не касаются. Премного благодарен за медицинскую помощь. Мне пора.
– Как? Мой лорд, ведь у вас Меч Без Имени, разве вы не поможете мне?
– Что надо сделать? – поклонился я.
– Убить Ризенкампфа!
Какое-то время я молчал, потом, вспомнив о болезни бедняжки, согласился:
– Убить? Всего-то? Да буквально час назад я отправил в преисподнюю несколько стражников. Убить – это запросто. Раз – и ваши не пляшут. Вот прямо сейчас сбегаю и убью! Будет знать, как троны захватывать, милитарист! Где здесь выход?
Опять же: ни малейшей рефлексии.
– О! Благодарю, мой лорд… – Женщина просто светилась от счастья.
– А выход, выход где? – настаивал я.
– Из замка нет выхода… – мило удивилась она. Ей не приходило в голову, что я не знаю таких элементарных вещей. Выход, конечно, был – в этом я убежден. Раз можно войти, то можно и выйти. Но королева, похоже, говорила совершенно искренне. Что ж, если она ничего не знает, то попробуем найти этого «узурпатора». Естественно, убивать я никого не собирался, я не душегуб какой-то… Просто хотел выяснить, как пройти на фестиваль и не придется ли нести ответственность за трупы тех психов, что на меня наседали. Очень скромное желание, однако до его исполнения было весьма и весьма далеко.
О-ху-еть. Не, бро, не переживай, четыре трупа — это же такая фигня!
– Кто идет? Не волнуйтесь, пожалуйста, я умею вести себя в обществе. Думаю, что ваш муж интеллигентный человек и поймет, что…
– Это не муж! Это его сын, он убьет вас!
Дверь едва не сорвалась с петель. Не одобряю привычки открывать двери пинком ноги.
Плащик белый сними, ты вообще массовый убийца.
Появившийся в проеме парень словно сошел с кадров кинофильма о войне Белой и Алой Розы… Он был одет в голубой камзол с золотым шитьем, узкие бархатные штаны, запыленные сапоги, на плечах тяжелый плащ, отороченный мехом, и куча разных цепочек, колец, браслетов. На золоченом поясе узкий длинный кинжал, волосы русые и лицо как у наркомана. К тому же каждая деталь его одежды находилась в ужасающем диссонансе с остальными. Вкус молодцу явно не прививали.
И как именно они контрастировали? Цвета не сочетались? Аксессуары были плохо подобраны? В чем заключался диссонанс?
– Принц Раюмсдаль… – тихо прошептала королева и еще сильнее прижалась ко мне.
Парень некоторое время разглядывал нас злобными бесцветными глазами.
– Что, свиньи, не ждали?! – Его голос был на редкость пронзителен и пискляв. – А ты, тварь, опять плетешь заговор против отца?
Не знаю, как вы, а я теряюсь перед откровенным хамством. Просто слов не нахожу, разве что начинаю молча бить в морду…
Ммм, давайте посмотрим: Андрей стоит в объятиях чужой жены, причем он эту женщину считает душевнобольной и лжет ей в лицо, то бишь пользуется ее беспомощностью и уязвимостью. Но мудак тут Раюмсдаль (которого, опять же, логично было бы принять за актера).
Кстати, Раюмсдаль у нас вроде как ГЗ второй книги. Но при этом он описан таким жалким, что угрозы не ощущается.
Этот подонок схватился за рукоять кинжала.
– Эй, парень! – тихо закипая, встрял я. – Ты не мог бы говорить повежливее со своей мамой?
– Мамой? – Он вдруг засмеялся отрывистым, лающим смехом. – Да она мне не мать! Всего лишь жена моего отца, взятая им из жалости и по глупости. Теперь я вижу, что она не только злоумышляет против его власти, но и изменяет ему с каким-то нищим.
Ну, это слишком! Я, конечно, одеваюсь не у Кристиана Диора, но приличные джинсы и «мустанг» тоже стоят недешево. Во всяком случае, в своей среде нищим я не выглядел.
Я даже не знаю, с чего начать, все такое вкусное... Начнем с того, что Танитриэль выглядит на двадцать – двадцать пять, а Раюмсдаль, судя по описанию, либо подросток, либо молодой парень. Каким имбецилом надо быть, чтобы принять их за мать и сына?
Дальше. Андрея в речи Раюмсдаля первым делом раздражает не (несправедливое) оскорбление в сторону Танитриэль, а выпад в сторону его одежды. Миленько.
Ну и на закуску: а нельзя было прояснить ситуацию? Сказать, мол, мы не любовники, я вообще женат, неловко получилось.
– Уходите же! – Королева стала трагически заламывать себе руки. – Вы еще можете успеть. Врата открыты до заката.
Какие врата? Танитриэль буквально на прошлой странице говорила, что из замка нет выхода.
И этот ненормальный принц ринулся на меня, вытаскивая кинжал из ножен. Я отскочил в сторону и подставил ногу. Эта долговязая вешалка бижутерии, звеня, грохнулась на пол. Машинально я «пригладил» его рукоятью меча по затылку, и он затих.
Так можно и ЧМТ заработать. Хотя о чем это я, ГГ же социопат, ему на убитых-то пофиг.
Вам нужно бежать. Пройдите через две комнаты, потом направо, там будет шкаф, за ним дверь, ведущая в Срединное королевство.
На прошлой странице:
– А выход, выход где? – настаивал я.
– Из замка нет выхода… – мило удивилась она. Ей не приходило в голову, что я не знаю таких элементарных вещей.
Как ваше имя, лорд?
– Андрей.
– Анд-рей! – мягко, по слогам проговорила королева. – Андрей, Андрей… Анджей, Андрес, Андрэ… Необычное имя. Слишком короткое для ландграфа Меча Без Имени.
Бля. У вас, судя по речи Танитриэль, есть аналоги имени Андрей, так чем оно необычное-то? И почему, допустим, имена "Лия", "Жан" и "Калл" не слишком короткие, а "Андрей" внезапно да?
Да, кстати, откуда у вас этот меч?
– Пожалуй, я пойду… – Мне совсем не улыбалось подвергаться допросу.
Почему? Меч он честно подобрал при большом скоплении народа, в чем проблема?
– Пора, пора, а то еще эти врата закроют. Какая там погода?
– Ветер.
– Не замерзну?
– Нет.
Нннно... он же... совсем недавно... был на улице...
Танитриэль надевает на Андрея фиолетовый плащ и провожает его.
Каждая комната из виденных мной имела минимум две двери. В одну вошли мы, а из другой вышел нам навстречу элегантно одетый мужчина лет сорока. Серая «тройка», модная прическа, дорогие туфли, презрительно-насмешливый взгляд, массивный перстень на левой руке – этакий симбиоз преуспевающего бизнесмена и отдыхающего от дел мафиози. Так я познакомился с Ризенкампфом. Сходство между отцом и сыном было очевидным.
В чем? Фамильный нос? Одинаковые глаза? Описания внешности Ризенкампфа нам не дали, про Раюмсдаля сказали, что у него русые волосы и лицо наркомана, одежда у них совершенно разного стиля, в чем сходство-то? Какое-то ультимативное "дорогая, ну ты ж умная, придумай сама".
– Тебе не надоело, Танитриэль? – Его голос был сер и скучен.
Королева гордо выпрямилась, но промолчала.
– Новый ландграф Меча Без Имени? Эта несносная железяка всегда находит свежих претендентов… Молодой человек, вас поставили в известность, что вы уже тринадцатый?
Вопрос относился ко мне. Что-то в этом гладком типе не внушало доверия. На всякий случай я покрепче сжал рукоять меча.
– Вообще-то нет. Я здесь недавно. Гулял тут поблизости, и вот… А что значит «тринадцатый»?
– Это значит, что двенадцать героев разных времен и народов брались за это оружие в тщетных попытках уничтожить меня. Все погибли.
– А моя прекрасная жена вбила себе в голову, что я тиран и узурпатор. Теперь упорно плетет заговоры. Из-за нее уже погибло двенадцать неглупых мужчин. Ну скажите, разве я похож на тирана?
– Нет, – на всякий случай соврал я.
– Вот именно, а она не верит. Полагаю, что она и вас подговорила меня убить.
– Негодяй! – не выдержала Танитриэль и, неожиданно разразившись бурными рыданиями, бросилась вон из комнаты. Мы остались одни.
– Что поделать – женщины! – развел руками Ризенкампф. Он нравился мне все меньше и меньше. – Да вы присаживайтесь, побеседуем пока.
Обещанный чОрный пластелин что-то при первом появлении ведет себя адекватнее всех остальных персонажей. А у Андрея пока нет никаких причин не любить Ризенкампфа, кроме авторского предзнания... простите, внезапной антипатии.
– Я бы рад, но спешу. Там, на фестивале, жена беспокоиться будет. Так что прошу простить – мне пора.
Заметьте: пока Танитриэль была в комнате, Андрей о жене не вспоминал.
– Разве королева не говорила вам, что отсюда нет выхода?
– Что значит нет? Я же вошел!
– Войти можно. Выйти нельзя! Я ведь не могу допустить, чтобы хоть какие-то слухи просочились в ваш мир.
– Какие слухи? Да я здесь ничего толком и не понял!
– Вот и хорошо, зачем же ждать, пока поймете…
Его голос был все так же ровен и бесстрастен, а меня уже трясло от бешенства. Нервы, нервы, нервы…
Опять же, с чего он бесится-то?
При этих словах меч в моей руке словно ожил. Резкий взмах, и он опустился на голову Ризенкампфа. Что за черт! Великолепная сталь отскочила, словно наткнувшись на невидимую преграду. Я ударил дважды! Бесполезно. Мой меч снова и снова отскакивал от золотистого сияния, окружавшего фигуру Ризенкампфа. Он хлопнул в ладоши, и из дверей вышли двое мрачных типов с огромными пистолетами в руках. Форма оружия была довольно необычной, и когда луч лазера впился в стену над моей головой, я бросился бежать, благо стрелки попались никудышные.
Я даже не буду шутить про завербованных Ризенкампфом имперских штурмовиков, просто спрошу, почему он не устроил НТР, с его-то способностью тырить технологии из других миров. И да, спаренный пулемет в этом мире не работает, а лазеры — пожалуйста.
Торопливо нырнув в комнату, я быстренько влез в шкаф и попытался получше спрятаться среди висящего барахла. Шаг, другой… Похоже, шкаф был вместительным. На третьем шаге в лицо мне ударил яркий свет, и я понял, что проваливаюсь в неизвестность…
Я осмотрелся. Меня выбросило на довольно высокий холм в цветистое разнотравье. Невдалеке зеленел лес, под холмом бежала маленькая речонка, где-то на горизонте синели башни города. Судя по силуэту – средневековье.
Как? Как он сделал этот вывод? По отсутствию небоскребов?
Конечно, я еще с детства мечтал о романтическом приключении с прекрасными дамами, рыцарями и волшебниками и вот теперь – пожалуйста, получил что хотел! Но что же это я не визжу от счастья? А вот не визжится! Положение идиотское! Где-то в другом времени меня ждет жена. Как мне выбраться отсюда, неизвестно. Когда выберусь, тоже неизвестно. А тут еще что-то прогромыхало, и надо мной плавно пролетел золотистый дракон… Мамочки! Хватит! Я домой хочу! По горло сыт вашей экзотикой.
Обратите внимание: только сейчас наш ГГ понял, что попал в другой мир. До этого он был уверен, что находится в нашем мире, что не мешало ему выдавать неадекватные реакции.
На полянке двое здоровых мужиков с дебильными мордами сдирали куртку с худенького светловолосого мальчугана лет шестнадцати. Именно он, извиваясь и подпрыгивая, без устали вопил: «Помогите!» Честно говоря, я не герой и не особенно люблю лезть куда не просят. Но пройти мимо не удалось. Вопли бедняги просто звенели в ушах. Однако, может, он сам виноват?
Самадуравиновата, теперь и в вашей любимой юмористической фентези!
– Отпустите ребенка! – Я не узнал своего голоса, настолько он сделался свирепым.
– Ребенка? – переглянулись двое. – Иди своей дорогой, путник, и не мешай добрым людям поразвлечься.
– Мой рыцарский долг велит заступаться за слабых и униженных! – Где-то я читал, что рыцарей все боялись, а эти парни были явно не из высшего света.
– Ты рыцарь? – расхохотались они. – А где же твой конь? Где доспехи? Где щит с гербом? Растерял или продал? Катись отсюда. Мы не боимся твоего меча!
– И даже готовы его купить за приемлемую цену… – подмигнул один.
– Хоть объясните по-человечески, зачем вам невинное дитя?
– Вот именно! – гнусно улыбнулся другой. – Именно – невинное! Слушай, а может, ты тоже хочешь, а? Мы готовы взять тебя в долю. После нас… – И он стал медленно расстегивать пояс мальчика.
Вот тут я взорвался. Они сочли меня «голубым»! Они посмели предположить!
Опять же: то, что два бандита хотят изнасиловать подростка, ГГ не смущает. А вот то, что его самого, как ему кажется, оскорбили — вот это повод для драки. С помощью меча-рояля Андрей вырубает бандитов (а что ж не убил сразу?) и зовет "мальчика" с собой. "Лий" заявляет, что сбежал из дома, потому что дядя хотел "его" выгодно женить, кхм. Заметим, что Андрей считает "Лия" ребенком, но дяде нигде не жмет тащить "ребенка" под венец. А во второй книге "ребенок" успешно вступает в брак.
– Я пришел издалека. Титул – ландграф Меча Без Имени, вот этого самого. Герб? – Я посмотрел на пряжку, скрепляющую мой плащ. Она изображала то ли взрыв, то ли вывернутые корни дерева, то ли осьминога. Сойдет, пожалуй… – Вот мой герб. Осьминог! А прозвище мое… не знаю, не имею пока.
Его лицо все больше бледнело и вытягивалось, челюсть отвисала, а глаза пытались принять форму правильного квадрата. Он тонко взвыл и вновь упал мне в ноги.
– О нет. Только не это, вставай сейчас же!
– Простите, мой лорд!
– За что?! – заорал я.
– Я был непозволительно дерзок с вами. С самим ландграфом! А это правда Меч Без Имени?
– Думаю, да. Вставай на ноги, несовершеннолетний… По крайней мере, двое моих знакомых именно так называли эту железку.
– А их мнению можно доверять? – Паренек все же встал, но держался настороженно.
– Не знаю. Это сказала королева Танитриэль, а некто Ризенкампф подтвердил.
– Кто?!
Я едва успел подхватить мальчика. Лий был в глубоком обмороке.
Ладно, "Лий" по жизни особа эмоциональная. Андрей приводит "Лия" в чувство, они вместе идут к городским стенам.
Крепостные стены выглядели весьма внушительно. Это вам не киношная бутафория.
А почему Андрей сравнивает стены именно с "киношной бутафорией", а не со стенами настоящего средневекового замка, который видел совсем недавно? Приосаниться захотелось?
– Я говорю, какого черта вы там разорались?
– А я говорю – открывай ворота! Мой благородный господин не привык ждать!
– Какой еще господин? – недовольно буркнул стражник.
– Ландграф Меча Без Имени, высокородный лорд Скиминок.
Все прозвища абсолютно заслужены, помним.
– Благородный лорд Скиминок! Наш король будет рад увидеть твои деяния под стенами нашего города. Соверши подвиг, и ворота почета и славы откроются перед тобой. Таково слово короля!
А обычные люди в город как попадают? Торговцы там, ремесленники? Или это правило только для знати? А знать не обижается, что их за воротами маринуют?
Неожиданно из-за поворота стены показался всадник. Увидев нас, он радостно подпрыгнул в седле и подъехал ближе. Не знаю, как вы, а я впервые видел вблизи настоящего рыцаря в полном облачении. Масса железа, ремней, тряпок, перьев и всякого оружия. На его щите красовалась черная жаба в обнимку с белой розой. Могучий рыжий конь уверенно нес всю эту тяжесть, и я невольно почувствовал глубокое уважение к… животному.
Как у животного позвоночник-то выдержал, когда Жан в полном боевом облачении "подпрыгнул в седле"?
– Он спрашивает, кто вы, – догадался Лий и тут же выдал всю информацию: – Благородный лорд Скиминок, ландграф Меча Без Имени будет рад скрестить оружие с достойным противником.
Рыцарь гулко расхохотался. Этот «внутришлемный» смех почему-то дико раздражал.
– А чего ты, собственно, ржешь? Что смешного сказал мой слуга?
– Нечестивый раб! – ответил он, приподняв забрало. – У тебя нет коня, доспехов, щита и даже шпор, а ты смеешь называться благородным лордом? Мне стыдно пачкать о тебя оружие. Беги прочь, балаганный шут, а не то копыта моего коня запляшут на твоей спине!
Говорил он грозно, но сам голос был какой-то неуверенный… Почувствовав слабину, я решил быть понахрапистее:
– Сам вали отсюда, устрица несчастная! Был бы у меня консервный нож, ты бы по-другому запел. А что касаемо доспехов и коня… Ну… знаешь ли, у богатых свои причуды! Мы тебя не боимся, и не дави нам на психику. Если дойдет до дела, так один мой меч стоит всего твоего железа! – прихвастнул я, но это вроде бы подействовало.
Парой абзацев ранее:
– Какого черта?
– Открывай, мерзавец!
Все переговоры вел Лий, причем на редкость уверенно. Мне бы так не удалось.
Либо у Андрея шизофрения, либо черепашка нагло врет.
…Мама дорогая! Этот упакованный придурок и впрямь разгорячил своего скакуна и взял копье наперевес. Он в самом деле решил драться! Честно признаюсь, сначала я хотел удрать. Любой человек, если он не псих и не самоубийца, поступил бы так же. Однако было одно «но»… Куда? В поле не побежишь – догонят. В город не пускают. Обернувшись, я увидел толпу народа на крепостной стене. Все что-то выкрикивали и были явно перевозбуждены ожидаемым зрелищем. Лий, как ненормальный, прыгал вокруг меня и истошно орал одно и то же: «Вы ему покажете, мой лорд?» А рыцарь уже брал разбег… Что я мог? Весь опыт жителя двадцатого века со всей наукой, техникой и кучей таких знаний, от которых мой противник попросту сбрендил бы, – был здесь бессилен! Обладатель жабы и розы готовился пришпилить меня к воротам города. Гулко застучали копыта. Мой меч задрожал, и рукоять явственно потеплела. Не знаю почему, но на меня снизошло удивительное ощущение покоя. Я поднял меч над головой и двинулся навстречу лязгающему и громыхающему врагу. Если захотите испытать что-то подобное, попытайтесь остановить танк безопасной бритвой «Жиллетт». Все происходящее уже мало зависело от меня лично. Когда его копье находилось в метре от моей груди, я прыгнул в сторону, а Меч Без Имени, дотянувшись до древка, мягко направил его вниз, в землю… Ах, какой был эффект! Что-то вроде прыжка с шестом прямо с бегущей лошади. Рыцарь пролетел метра три и на такой же высоте гулко вписался в стену!
Короче, сюжетная броня и меч-рояль не подвели.
– Благородный лорд Скиминок, ландграф Меча Без Имени, мы все видели ваш подвиг. Ворота города открыты. Наш славный король ждет вас к ужину, а пока слуги отведут вас в приготовленные покои.
Ворота медленно отворились. Лий прошмыгнул вперед, а я решил задержаться. Не поверите – мне было жаль беднягу рыцаря. Стражник даже удивился:
– Зачем он вам, милорд?
– Но ведь его нельзя бросить здесь одного, без сознания, раненого. Я хочу забрать его с собой. Ну-ка, милейший, помогите мне.
До этого Андрей бросал "одного, без сознания, раненого" Раюмсдаля и двух несостоявшихся насильников (ладно, их не жалко). Сейчас-то что изменилось?
Лий все никак не мог уяснить, зачем мы притащили с собой побежденного рыцаря.
– Пойми, дубина! – в пятый раз объяснял я. – Во-первых, из соображений элементарной гуманности. Он все-таки человек и тоже не мог войти в город, не совершив подвига. Во-вторых, на нем можно заработать. Страж у ворот утверждал, что за этого типа должны дать неплохие деньги.
– А! Ну это другое дело, мой лорд. Взять за него хороший выкуп – вот это я понимаю! А пока посадим его на хлеб и воду и закуем в цепи.
– Ты что, больной? – оторопел я. – Откуда у шестнадцатилетнего недоросля столь изощренные садистские наклонности?
Ага, то есть "Лию" около 16? Но тогда зачем было вводить читателей в заблуждение, описывая "Лия" не иначе как ребенка?
– Когда-нибудь я научу тебя нескольким приемам, и ты сможешь выходить один на шестерых. Бац-бац – и все по кучкам. Даже такой бульдозер тебе не противник.
– О… – засиял Лий. – А что такое «бульдозер»?
[...]
– Не бейте меня… – Рыцарь испуганно заслонился рукой.
Вообще-то его кулак был размером чуть меньше моей головы. У парня явные комплексы. Или же он просто трус, решил я.
– Успокойся, мы тебя не обидим. Думаю, что урок ты усвоил и не будешь бросаться с превосходящим вооружением на пешего противника. Меня зовут Скиминок, его – Лий, а тебя?
– Жан-Батист-Клод-Шарден ле Буль де Зир! – старательно выговорил он.
– Господи, Боже мой! Бульдозер! – ошарашенно выпялился на меня Лий. – Так вы его знаете?
То есть, имя "Андрей" для них слишком странное, а "Скиминок" и "Бульдозер" в самый раз?
ГГ отправляет "Лия" мыться, сам одевается с помощью Жана.
Когда дверь в ванную комнату закрылась, я попросил Жана помочь с выбором костюма. Ну не помню я, как тогда наряжались для особо торжественных встреч! Он согласно кивнул, быстро вытащил из кучи одежды тонкую рубашку с кружевами – блеск, ручная работа, мечта жизни! Неглаженая… Потом какие-то штаны в обтяжку, как лосины. Я примерил и отложил в сторону. Ну их, лучше в джинсах пойду. А вот пиджачки симпатичные, и мы выбрали темно-зеленый с серебряным кулоном. Подходящего размера сапог не оказалось – пришлось остаться в кроссовках. Представляете, как я выглядел? До пояса очень средневековый, а ниже… Зрелище запоминающееся, смею вас уверить.
Ну и нафига он тогда вообще переодевался?
А вообще сейчас будет доебка до мышей: "Скиминок" попадает в условно-средневековую солянку. При себе, как верно заметили НПЦ, у него только одежда, плащ и меч. Для жителей этого мира он выглядит как нищий, о чем ему и сообщают Раюмсдаль, два бандита и Жан. Но никто не возражает, что этот нищий выскочка зовет себя лордом, и никому не жмет, что этого лорда тут же позвали на прием к королю, да еще и одеждой и жильем обеспечили. Как думаете, дело в условности местного средневековья или в нетаковой снежинковости ГГ?
– Послушай, дружище. Нам надо поговорить начистоту. Забудь про сегодняшнее поражение. Тебя сразил не я, а Меч Без Имени. Это, знаешь ли, такая премиленькая штучка – делает лишь то, что взбредет в голову именно ей. Так что не злись. Я не собираюсь требовать за тебя выкуп. Можешь отправляться домой хоть сегодня. Коня и доспехи тоже забери… – Как видите, я изо всех сил старался быть великодушным. Представьте себе мое разочарование, когда этот «бульдозер» рухнул мне в ноги и завопил не хуже Лия:
– Не гоните меня, благородный лорд! Мой отец этого не переживет. Меня уже шесть раз возвращали за выкуп и три раза бесплатно. Отец сказал, что лишит меня наследства, если я не прославлю его имя подвигами. Какие подвиги?! Я не могу, я не хочу драться! У меня руки дрожат и глаза сами закрываются… Не гоните меня… Отец проклянет, а потом умрет от позора. Я – его единственный сын и… и… трус… Я – трус, милорд! Я…
Совсем не клише, ну ни разу.
▼ноуп! вообще не помню таких персонажей⬍
И не то чтобы о таких персонажах была статья на тивитропах...
Андрей-Скиминок после недолгих уговоров соглашается взять Жана в оруженосцы и отправляет его мыться вместе с "Лием".
Когда дверь закрылась, плеск воды и смех Лия на несколько секунд затихли. Потом раздался такой визг! Я думал, уши лопнут. Из ванной вылетел несчастный Бульдозер весь в мыле, с тазиком на голове. Он распластался на полу и, глянув на меня одним глазом, жалобно проблеял:
– Не ходите туда, мой лорд… – После чего притворился мертвым. Я рванул дверь и вошел. Вообще-то я шел ругаться… Но когда вошел – забыл. Не до ругани, знаете ли. В высокой лохани, по пояс в воде, стояла стройная красивая девушка с короткими светлыми волосами и голубыми глазами, как у Лия. Но это был не он… явно. Грудь… маленькая такая, но восхитительной формы и белизны. Господи, о чем это я…
О своей жене, которая тебя ждет?
– Фу, это вы, мой лорд. Входите! Этот здоровый дурак сюда больше не придет?
– Н-н-нет… – Я старался смотреть в потолок. – Ты… Вы… здорово его, шайкой этой прямо по голове. Лежит, отдыхает…
– Я такая застенчивая… А он вломился…
– А что, я… В смысле, меня ты не стесняешься?
– Нет! – радостно улыбнулась она. – Вы ведь мой лорд. Вам можно. Вам все можно. Простите.
– Ну, знаешь… Ты что же, сразу не могла сказать? Да и я хорош, слепой дурак!
– Простите. Вы спасли меня. А потом… потом я боялась, что вы вернете меня домой. Так получилось, я не хотела вас обманывать. Не гоните меня, мой…
– Стоп! – Я уже знал, что будет дальше. – Стоп. Без слез! Ты представь, в какое положение я попал. Если узнают, что ты девушка, меня привлекут за похищение.
– Нет. Все так делают, – убежденно заявила она. – Вас никто не осудит.
– А как там у вас насчет статьи за развращение малолетних? Нам же придется жить в одной комнате. Что обо мне люди подумают?
– Они решат, что я ваша любовница… – тихо прошептала она, опустив глаза. – Вот и все. Но вы… Вы ведь мой лорд, вам все можно… Только прикажите и…
– Ты хоть знаешь, как это делается? – кротко поинтересовался я.
– Нет… – Шепот становился все тише и тише, в нем явно проскальзывали слезы. – Я слышала… девушки в деревне говорили, как… Я буду очень стараться…
– Дура! – Переполнявшие меня гнев и сострадание фонтаном вырвались наружу. – Дура! Еще раз услышу от тебя подобные речи – уволю! Нет, сначала отшлепаю, потом уволю! – Я повернулся к дверям.
"Эмоциональный диапазон зубочистки" даже близко не описывает масштабов проблемы, я посмотрю. Девушку хотели силком выдать замуж, потом пытались изнасиловать (ангст? какой ангст?), она после расспросов закономерно думает, что ее новый покровитель тоже хочет ее трахнуть. Поговорить нормально? Не, не слышали! Только угрозы, причем даже без объяснений, что она сделала не так!
– Как тебя называть? – буркнул я.
– Лия, мой лорд.
Тоже короткое имя, кстати. И в России встречается. Но "Лия" ни у кого не вызывает удивления, а "Андрей" — да.
"
Или потому что считают его родным языком своей ЦА? 
А если б он в Лие девушку опознал, то что, присоединился бы? 