Холиварофорум

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

🐌
Итак, продолжаем с каноном.
У Руперта происходит интересная беседа с Гудрун (забавная такая дама, эдакая самоуверенная язва), в ходе которой Руперт пытается уловить, чо вообще происходит:

— Ты стал очень красивым, хотя для мужчины это неважно. И для меня неважно, но ты стал воином, вот что мне нравится. Никогда бы не подумала, что сын Лотты выберется из колдовского озера.
— Я не зачарованный, — попробовал отшутиться воин. — Мое дело офицерское.
— Это-то меня и удивляет. Слезы держат мужчин сильнее цепей, а кузина знает, когда их проливать. — Гудрун улыбнулась и вздернула подбородок. — Это я никогда не плачу; наверное, мне следовало родиться мужчиной, как и тетке Элизе. Она меня не переносит, потому что мы похожи, только мне нравится быть «Прекрасной Гудрун». Эти яблоки сладкие?
— Не очень.
— Неважно. — Принцесса ухватила желто-красный шар. — Твой Кальдмеер когда с ума сошел? Когда его реем стукнуло или когда в вас стреляли?

Твой Кальдмеер! Ха!
Но на самом деле Гудрун почти прямым текстом сообщает, мол, пора бы власть сменить и всех заслуженных деятелей отправить на пенсию (во главе с кесарем), а то чо молодым дорогу не дают?

— Давай поговорим о Хексберг. Отец верит Кальдмееру, а я — Вернеру. На первый взгляд, можно подумать, что один из них лжет, а я думаю, что правду говорят оба. Вернее, то, что считают правдой.
Зепп знал бы, что на такое ответить, Арно — тем более, но Руппи вспомнил молодого талигойского полковника и только удивленно поднял бровь.

Валентина коспелит, впечатлился! Хочу фичок с этим пэйрингом, ну дайте, а? (недавно в очередной раз ходил утешался своим любимым "Когда приходит весна" и кайфовал от взаимодействия "гусят")

— Пока вы плавали, Вернер передал Кальдмееру сигналами, или как это у вас называется, что взятие Хексберг сорвалось и нужно спасать флот. Вернер понимал, что торговцы обречены, но линеалы еще можно увести, их гибель обошлась бы Дриксен слишком дорого. Кальдмеер не соглашался, Вернер настаивал. В конце концов адмирал цур зее велел Вернеру убираться со своими советами к кесарю. Глупо, конечно, но Вернер счел это приказом, и тут появились вы… Я знаю, что тебе предлагали уйти на «Звезде», да и кто бы, зная Лотту, не предложил… Ты отказался и вернулся к адмиралу, но тот уже был ранен и контужен. Кальдмеер забыл о споре с Вернером и отданном приказе и подумал, что тот ушел по собственной воле. Ничего удивительного. Возраст, холод, удар реем… Удивительно, что он вообще что-то помнит.
Какой высокий слог. Бермессер не удрал, не сбежал, не дезертировал, а «ушел по собственной воле». Только словесные выверты не спасут от виселицы, а она маячит на горизонте, иначе зачем эти сказки?
— Что думает государь? — Поймать и удержать взгляд синих глаз было непросто, но Руппи сумел. — Генерал Хохвенде и вице-адмирал Бермессер должны были докладывать первыми.
— Понимаешь, — принцесса не опустила глаз, но замялась, подбирая слова, — понимаешь… Они сделали глупость, хоть и благородную. Когда стало известно о гибели флота, Вернер скрыл свой спор с Кальдмеером. Все считали, что адмирал цур зее погиб вместе с кораблем. Выпячивать его ошибки было бы бесчестно. Вернер доложил, что Кальдмеер отправил его в Метхенберг, потому что он бросил личный вызов адмиралу Вальдесу. Офицеры «Звезды» это подтвердили. Под присягой. Теперь это обернулось против них.

Забавное. В азиатских фандомах у групп фанатов есть всякие странные названия - то фрукты, то животные, то ещё чего, и в первое время сидишь в этой массе народу, которые рассказывают, мол "я креветка", "я картошка", "я редиска", "я наложница", "я магнит", "я пингвин", "я императрица" и охуеваешь, но потом привыкаешь к этому зоомагазину и вроде норм. Так вот, подумалось - без оскорбления, в хорошем смысле - что фанатов Бермессера можно было бы окрестить "девами Дриксен" в честь его фанатки Гудрун. Она его так миленько Вернером называет. И название всяко лучше "картошек".

Графиня Савиньяк меж тем страдает о том, что сыновья ей редко пишут и пишет сама какие-то мутноватые народные сказки с поучительным посылом. Или нет. А ещё вспоминает покойного супруга (впрочем, она это постоянно делает).
Но главное не это. Главное, что к ней в спальню вдруг вламывается Алва с букетом цветов...
М-да. Ладно. Кто там говорил, что автор делала ставки и на этот внезапный пэйринг тоже?

Весна звала и напоминала о первой встрече, первой улыбке, первом брошенном в окно букете. Не роз — Арно считал их слишком чопорными, — цветущих яблоневых веток. Пришла осень, яблоки созрели, и она осталась одна. Почти двенадцать лет как осталась. Одна с тремя сыновьями, одна с родичами, одна с друзьями, одна с делами и с притчами. Одна навсегда.
— Сударыня, я понимаю, что врываться к даме без приглашения неприлично и еще неприличней делать это из политических соображений, но, поверьте, другого выхода мне не оставили!
Арлетта вздрогнула и обернулась. У камина, возле отошедшей ореховой панели, стоял некто с охапкой сирени. Сквозь неистовство бело-лилового пламени светлым овалом проступало лицо. Близорукость и полутьма превращали гостя в призрак, голос и слова возвращали в бытие… А чего, собственно говоря, она ждала от этого сумасброда? Что он станет смирно сидеть в Нохе и внимать проповедям? Как бы не так. Король умер, Ворон улетел.
— Вы удивлены?
Охапка цветов взмыла к потолку, дождем посыпалась на ковры. Это был не Арно и даже не сын. Друг сына. И отца. Губы урожденной Рафиано дрогнули.
— Удивлена? Ничуть. Глава дома Алва всегда отыщет дорогу в апартаменты графини Савиньяк.
Вдовствующей графини, но шутить этим она еще не могла.

Они говорят о политике и о жизни, даже не знаю, что скучнее, но кое-чего из их беседы я всё же выцепил и несу:

— Значит, Леворукий чтит людские законы и чего-то от нас ожидает. — Рокэ подхватил с пола одинокую цветочную гроздь и положил на стол рядом с высохшим пером. Он по-прежнему все делал красиво. — Госпожа Оллар и ее еще не рожденный ребенок составляют единого регента при малолетнем короле. Это способствует всеобщему умилению, равно как и примирение осиротевших эсператистов с осиротевшими же олларианцами. Я и раньше подозревал, что, не стань слуг Его, дети Его слегка растеряют свирепость.
— В таком случае где Ракан? В Багерлее, в Алати или в Закате?
— Не знаю, куда все мы уходим, но он отправился прямиком туда. Верхом на Моро… Из этого вышла бы неплохая притча, хоть и банальная.
Ровный голос, спокойный взгляд. Кто бы ни умирал и кто бы ни предавал, Рокэ Алва не станет рыдать и падать без чувств. Ли такой же. И она сама, и Бертрам… Какие же они все спокойные, талигойские чудовища: ни слез, ни жалоб, сдвинул брови — и идешь дальше.

А вот тут уже что-то вроде намёков или попыток заигрывания с читателем, может, это проверка реакции на возможный пэйринг?

— Несомненно! — Губы, припавшие к руке, были горячими и живыми.
— Я не держу в спальне вина, — твердо произнесла Арлетта. — Если ты можешь рассказывать на трезвую голову, то я слушать не в состоянии. Ты один?
— Здесь — да.

Знаете... Если рассматривать все мелькнувшие варианты ЛИ для Алвы (я о дамах, не о мужиках, мужика я ему выбирать не буду - это гиблое дело), то из Катари, Луизы, Айрис, Елены, Селины, Марианны и Арлетты я бы, как ни странно, самой подходящей назвал Луизу. Мне почему-то кажется, что он бы не выбрал молоденькую глупышку, пусть даже немыслимой красоты, такие ему просто неинтересны. Мнение спорное, но оно таково. Возможен также вариант кого-то вроде Марианны или Франчески (весьма анона впечатлившей) или Ирэны, но все они опять-таки не семнадцатилетние невинные девы.
Меж тем с Арлеттой Алва обсуждает Альдо:

— Он был красив. Высок, хорошо сложен. — Рокэ не любил прошлое, Арлетта тоже не любила, но не спросить не могла. — Пожалуй, издали Альдо мог сойти за Борна или даже за Придда, но Карл Борн предавал и убивал не во имя себя. Он не был ни глуп, ни глух и понимал, что творит. Ненавидел себя за это и все-таки делал. Так бывает чаще, чем вы думаете, хотя Альдо случаются еще чаще…

Но постепенно переводят разговор на неких Лансаров, чьей жене Алва дарит по драгоценному камню за каждого ребёнка. Арлетта почему-то считает эту женщину внебрачной дочерью покойного мужа (что весьма странно, учитывая, кака у них была любов, в смысле - она так по нему тоскует до сих пор, но при этом полагает бабником или как?)

— Я никогда не спрашивала, потому что знала — Арно любил меня и только меня, все прочее — ошибки, слабость, выпивка, если угодно, но я хочу знать, кто она была!

Ну нормальные оправдания, да? Любил только меня, а остальное - слабость... Почему у этого анона такое неприятное чувство от подобных рассуждений? То есть, Арлетта в курсе, что благоверный спал налево-направо? И типа, норм? Она по ходу ничем не лучше Мирабеллы.
Дальше идёт драматическая история влюблённости Алвы в Эмильену, её предательства и того самого широко известного покушения на Винной улице. Основная суть сводится к следующему:

—...С половиной ночных гостей я разделался, но вторую мне было не одолеть. В конце концов я упал. Что было дальше — не знаю. Возможно, я бредил, но, скорее всего, он приходил на самом деле. Хотите спросить кто, спрашивайте.
— Кто?
— Золотоволосый красавец в красно-черных одеждах… Он смеялся и убивал. Мечом, каких нынче не сыскать даже в Торке. Мне помнится, что он орудовал правой, но я мог и ошибиться. Перед глазами все плыло, потом я потерял сознание… В себя пришел, когда рассвело. Комната завалена трупами, в руке — обломок шпаги. Я был весь в крови, но ран оказалось меньше, чем думалось, и они почти закрылись. Голова раскалывалась, хотелось пить, но в остальном все было в порядке. Кое-как я поднялся и, уж не знаю зачем, пересчитал убитых. Их оказалось двадцать шесть. «Моих» было одиннадцать.
— Прости, но как ты можешь быть в этом уверен?
— Могу. Я не рубил головы и руки и в те поры не умел делать из одного мерзавца двоих, а в доме не нашлось ни меча, ни секиры, ни хотя бы сабли.

Было бы ещё пафоснее, если бы остальных пожрали кошки этого Леворукого. А ещё повеселило, как он так небрежно сказал, что положил одиннадцать человек. Все супергерои Марвел (и Пацаны) нервно прикурили в сторонке.

Супруги оказались в гнездышке. Эмильенна испытывала некоторое неудобство и больше не казалась мне даже хорошенькой. Наш чиновник едва не умер на месте, а потом заговорил и оказался довольно-таки болтлив. Он норовил спрятаться за Придда и старую королеву, но подтвердить свои слова не мог, а про алисианский заговор мы знали и так, только что с того? Сильвестр предпочитал выжидать, он был большим законником и жаждал веских доказательств. У господина Лансара их тоже не имелось, были только слова, много слов. Поганец тащил за собой всех, кто пришел ему в голову. Штанцлера и Окделлов среди них, кстати говоря, не оказалось, зато были Эпинэ и Борны с Ариго…
— Арно не выдал бы Мориса, братьев Кары, ее сыновей. Сыновей Пьера-Луи…
— Он и не выдал. Мы вовремя вспомнили о Манрике, Колиньяре и о Занхе.
— «Мы»? — глухо переспросила Арлетта. Рокэ понял.
— Маршал. Я был в состоянии думать только о своем… Праворуком. Мог же проходить мимо дома какой-нибудь свихнувшийся бергер с мечом? Я рвался его искать, пока не остыл след. Трудно поверить, но мне было не до молодоженов. Ваш супруг предложил им выбор между смертью, Багерлее и деревней. Я только добавил изумруды. По камню за каждый плод… любви.
Эмильенна захотела умереть на груди возлюбленного, но Лансар Рассвету предпочел покой. В деревне. Он написал и подписал признание и подал в отставку.
— И Арно привез сюда этих… этих…
— Слова, которые вы пытаетесь подобрать, вам не свойственны, — Росио отодвинул все еще полный бокал, — оставьте их адуанам. Карл Борн получил за все сполна. Получили многие, но некоторые вещи нельзя хранить в одной-единственной голове и нельзя доверять бумаге. Я не исключаю, что увижу Лионеля, Рудольфа и молодого Придда позже вас. Если мы так или иначе… разминемся, расскажите им мою историю полностью.

Какая, однако, странная и драматическая история... Проливает немного света на череду всяких заговоров в этом вашем Талиге, но, знаете, что мне не нравится? Обрастание текста всё новыми и новыми действующими лицами. В смысле - норм, но хорошо бы знать - пригодится ли это лицо в дальнейшем и стоит ли его в памяти держать, или так - упомянули и забыли.

Эмиль в это время вынужден заниматься дипломатией, но мысли только об одном:

Бросить бы к Леворукому всех этих экстерриоров, и в седло!

Простой человек с простыми желаниями. Никаких душевных терзаний на тему собственной значимости. Симпатичный он, приятный и весёлый. Надо бы глянуть, чо там в фичках по нему пишут, а то я про Эмиля читал непростительно мало.

Марсель в это время встречается с кэнналийцами, а потом - с собственным батюшкой. И вторая встреча дарит читателю почти целостную картину расплаты за нарушенную клятву.
Типа, Марсель не дурак, а умный - и вон аж к каким выводам пришёл!

— Я боялся! — мстительно признался Марсель. — За ваши цветы. Озеро на месте Валмона казалось мне излишней роскошью, тем более — соленое. Видели бы вы Гальбрэ! Там не растет даже полынь и эти, забыл, как они называются, но Готти, пока не стал львиной собакой, был ими буквально облеплен. Их приходилось вычесывать…
...
— Озера могли бы появиться, — несся вперед наследник, — если б я нарушил присягу. Присягу я бы нарушил, убив короля. Короля я бы убил, чтобы освободить от присяги Первого маршала, а Первый маршал сидел в Нохе, чтобы в Кэналлоа не было озер.
— Бред, — вынес вердикт отец.
— Не бред, — не согласился сын, — кошмар. Надорский. Оруженосец Окделл осудил своего господина. На шестнадцатую ночь случилось озеро. На месте замка. Озера я пока не видел. Видел гальтарскую маску у Капуль-Гизайлей. Символ возмездия… Так выразился барон, пока виновник торжества созерцал кошмары. Молодой человек был пьян, как родовой символ, а это способствует блужданию духа. Или витанию? Короче, Повелитель Скал видел, что случилось с его оплотом. Конечно, замок был развалюхой, но и там люди жили…

Далее они рассуждают вместе, но этот анон так и не понял, о какой именно клятве всё же идёт речь и как именно её нарушают. И почему с кем-то это сработал, а с кем-то нет.

— Вы надоели сами себе, — удовлетворенно произнес родитель. — Тем не менее поздравляю. Ваши выводы о причинах странного поведения герцога Алва не лишены остроумия.
— Он сам об этом говорил, — с непонятной усталостью отмахнулся Валме. — Еще в Фельпе. Мы ждали боя, и Алва вдруг вспомнил, почему вместо клятвы на крови стали клясться честью. В древности клятвопреступников пожирали какие-то твари, вот самые дошлые и придумали честь. Правда, о родичах и владениях речи вроде не было, но позже я узнал про Гальбрэ…
— Вы узнали, что все жители города поголовно поклялись кровью?
— Я видел озера, — огрызнулся Марсель. — Не помню, как в Надоре с солью, но с предателями там все в порядке. Было.
— До такой степени в порядке, что замку следовало рухнуть во время мятежа, — отец все схватывал на лету, иногда это раздражало, но не сейчас, — хотя постойте… Обращать и наставлять Эгмонта после встречи с Вороном смысла уже не имело. Соответственно, не имело смысла уничтожать замок. Что ж, виконт, напрашивается вывод, что вы имели возможность спасти Надор, но не сделали этого. Не думайте, однако, что я вас порицаю. Это тот редкий случай, когда незнание оправдывает полностью. Трудно сказать, завалило бы Окделла, живи он в собственном доме. Тот, кто уничтожил Надор, мог счесть дарственную узурпатора недействительной.
— Как и мои верительные грамоты, — вздохнул бывший посол. — Сохранить урготское имущество и загубить Валмон было бы не по-хозяйски, но Гальбрэ-то снесло полностью. Со всеми окрестностями. То ли за верность самозванцу, то ли за что-нибудь еще… Лично мне проверять не хочется, разве что Ворона спросить. Видели бы вы, как он глядел на эти озера… А потом как примется жертвовать собой. Вы бы бросили астры, нас и отечество ради Фердинанда?
— Нет. — Отец казался чуть ли не оскорбленным. — Если б речь шла о Фердинанде как таковом.
Иди речь лишь о Фердинанде, Алва бы и не оглянулся. Он не оглянулся бы даже на Вейзеля с фок Варзов. Сделал бы дело, а после напился и швырнул бы в огонь очередное письмо. Чтобы сгорело…
— Сильвестра Алва любил, — задумчиво произнес виконт, — а короля — нет, но даже для Сильвестра… Нет, дело не в чувствах, а в присяге. Я ее разыскал. Это тоже подсказал Ворон. Не мне, Придду, когда возвращался в Ноху. Алва велел Спруту, когда тот станет приносить маршальскую присягу, хорошенько подумать. Окделл это слышал и рассказал. Подумать ему и в голову не пришло, а я попробовал. Все сошлось, и вдруг Надор! Я хорошо помню присягу оруженосца, сам приносил…
— «Честь моего господина — моя честь…» — подсказал папенька. — Боюсь, в юности вы восприняли это обязательство слишком буквально. Графиня Рокслей костлява.
— Не очень. Не понимаю, как присяга оруженосца, тем более отмененная самим же Алвой, могла угробить Надор, но она угробила. В Нохе Алве ничего не грозило, и я решил подождать. Я вертел все свои присяги и так, и эдак. Они казалась бескровными и безвредными, но в Надоре не уцелел никто, а вы слишком хорошо управляете Валмоном. Графство стало излишне многолюдным для землетрясений.

Вывод - никому ни в чём не клянись, а то мало ли...

Автор Танца с рогами его и написала
Sol_Muerto

Очень хороший автор! Я так говорю не потому, что она довольно часто попадает мне в фаноны и предпочтения. Точнее, не только поэтому 

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

🐌

Анон пришёл со странным.
Вчера вдруг захотелось мне пересмотреть один фильм (я его уже смотрел лет 5 назад и так впечатлился, что долго не мог вернуться, хотя обычно любимое безустанно перечитываю и пересматриваю по кругу). И вот я смотрел фильм и думал, как же отношения (и типажи) главных героев подходят пэйрингу Ливалентин (но больше из фичков, конечно). Разница в возрасте, разница в иерархии, пусть даже всё остальное совсем не то - не фентези, не историчка (точнее, не ТА историчка), не война, не военные, не аристократы. Но старший - абсолютно хладнокровный, упорный, талантливый, в своём роде религиозный человек, готовый жертвовать людьми и собой ради цели, идущий напролом, желающий абсолютного подчинения окружающих, берущий то, что считает своим. Мне редко такие персонажи встречаются и они, при всём восхищении, скорее отталкивают, чем привлекают, но при этом понимаю тех, кого они привлекают. Младший, наверное, всё же помягче канонного Валентина, но тоже достаточно хладнокровный, желающий справедливости, умеющий сострадать, умный и отчаянный, беспрекословно обожающий своё странноватое начальство и готовый ради него на всё. Отношения у них, конечно, больноублюдочные, иначе и не скажешь, но это такая любовь - бессердечная и эгоистичная. Наелся стекла так, что аж из ушей полезло    Обычно я не натягиваю одних персонажей на других, но эта динамика!

А ещё почитываю потихоньку фик "Мальчики" с Валедиками, который мне тут в безблоге по запросу порекали. Я его, кстати, когда-то давно начинал, но отложил. Не потому что не пошло, а потому, что хотел дойти до канонных событий. И вот как раз пришло время. Фик классно написан, люблю такие почти-ретеллинги с опорой на канон, и хотя к пэйрингу отношусь с недоверием, здесь он прикольно обоснован.
Также в который раз думаю снова припасть к творчеству одного автора по Вальдмеерам, с которым у меня всё никак не складывалось, хотя сошипперы его постоянно хвалят. Наверное, надо взять какой-нить большой низкорейтинговый текст - обычно такая тактика мне помогает определиться: моё или нет. В то же время есть авторы, у которых я обожаю ровно один текст, а всё остальное мимо. Сложно, да.

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

Аноны в фандомном треде: военные стратегии, культурные аналоги, исторические ракурсы.
Анон-улиточка в безблоге: любимки рядом постояли, а-ня-ня, ми-ми-ми!

Но такое тоже нужно, да?

А были бы аноны в фандомном блоге, не будь у них любимок? Были бы они в фандоме вообще?
Любимки - самое главное в фандоме и есть!

Обычно я не натягиваю одних персонажей на других, но эта динамика!

Анон, а не напишешь кроссовер?

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

То есть, Арлетта в курсе, что благоверный спал налево-направо?

Там даже так

▼Скрытый текст⬍

СВС Полночь:

Графиня погладила припавшего к воде мраморного оленя, на шею которого девчонки назло всем войнам мира цепляли рябиновые бусы. В ее первую здешнюю осень Арно с излишне громким смехом объяснил, что в прежние годы это означало готовность подарить первую кровь господину. Молодая жена по наивности решила, что годы были очень прежние, оказалось – нет…

Правду она узнала от кормилицы близнецов. Мари не ябедничала – вспоминала о счастье. Может, потому Арлетта и не подумала расстраиваться, а через пятнадцать лет у оленя собрал свои ягодки Ли. Эмиль, тот ушел в Лаик, больше зная о лошадях, чем о женщинах, потом наверстал… Что скажет загадочная Франческа, увидев ало-рыжие ожерелья на белом камне?

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

🐌

Там даже так

Ух ты ж ёшкин кот! Не, ну... Есле Арлетте было 14 и трогать её было низя, а Арно был явно старше и... ну хотелось же человеку! Особенно юноше в таком возрасте. И было бы странно - с учётом канона и в принципе реалий - если бы он хранил девственность до брака. Наверняка он был уже после Лаик и даже, возможно, после службы оруженосцем у кого-то там. То есть, лет 19-20 ему?
Забавно, что Лионель уже в 15 лет "собрал ягодки", а Эмиль - поздний. Хотя в мои фаноны это как раз отлично уложилось.

Анон, а не напишешь кроссовер?

Я??? Да ты, верно, шутишь 

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

Есле Арлетте было 14 и трогать её было низя

Еще вопрос, сколько было Мари и другим таким же мари  Точно все старше Арлетты?

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

🐌

сколько было Мари и другим таким же мари

Бусы вешать и первую кровь продавать ума хватало    Но да, момент тонкий.
Другой вопрос, как "олень" узнавал, кто именно из этих мари повесил бусы?

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

знаете, что мне не нравится? Обрастание текста всё новыми и новыми действующими лицами.

*печально воет по-кэртиански*
когда анон нашел новые лица в Рассвете-5 и ВиВ, это том 16 и 17
*снова горестно воет*

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

Другой вопрос, как "олень" узнавал, кто именно из этих мари повесил бусы?

Про это спрашивали даже автора:

▼Скрытый текст⬍

Юзер: вопрос по теме. А как "молодой господин" находил ту, что повесила бусы? Вряд ли к бусам прикрепляли записку с номером телефона)
ВВК: вообще-то особого секрета из этого девушки не делали, и это не молодой господин их находил, а они его. Если взял бусы, значит ночью можно приходить.

Анон

Re: Анон читает ОЭ и выражает своё "очень ценное" мнение [фандомное][YC]

Есле Арлетте было 14 и трогать её было низя, а Арно был явно старше и... ну хотелось же человеку! Особенно юноше в таком возрасте.

Первые сорок лет... "Юноша" ее лет на двадцать был старше, если что.