Фестиваль отзывов на холиварке

Анон · 2020-09-22 11:41:58

Фестиваль для авторов и читателей Книги фанфиков и АО3. Сроки приема и другая актуальная информация в профиле оргов: Орг, Чиби-орг, Безымянный орг и Экстремальный орг. У треда есть свой чат в дискорде.

▼Правила приема⬍

Для участия указываете оргам в ЛС предпочтения и сквики (пример: не люблю аниме и гет, сквикает омегаверс, желательно слэш, миди), ждете распределения работ, комментируете и отчитываетесь оргам (ссылка или скриншот). Требуется открыть доступ для гостей. Каждый обязан прокомментировать одну работу и сам получит один отзыв. Можно отправлять на комментирование профиль или конкретные работы (больше шести работ присылать в сборнике). Запрещено посылать чужие работы (в том числе чужие переводы).

▼Для связи с оргами через почту⬍

▼Про отзывы⬍

Минимальный размер отзывов для текстов до 10 страниц - от 150 слов, для текстов больше 10 страниц - от 200 слов (приветствие, благодарности, смайлы, рассуждения о себе в этот минимум не входят). Должно быть понятно, что текст или глава полностью прочитаны, за отписки и бессодержательность - бан. Запрещено рекламировать в отзыве собственные тексты. Критика разрешена любая, но без переходов на личности, разбираем текст, а не автора.

▼Памятка о том, как писать отзыв⬍

Можно писать отзыв от гостя, можно попросить комментировать вас от гостя. Запрещено указывать, что вы пришли с холиварки, деанонить участников, удалять отзывы до завершения фестиваля. Если орг постоянно отправляет вас переписывать отзывы - готовьтесь отработать один тур (либо пока качество ваших отзывов не улучшится) читателем.

▼Про дополнительные работы⬍

▼Про ЧС⬍

Читателям можно присоединяться в любой день.

▼Список туров⬍

Обычные туры
Проводятся Чиби-оргом круглогодично. Тексты выдаются по предпочтениям (подробнее можно почитать под катом «Правила приема»).

Скивк-тур/ролевой тур
Проводится Оргом два раза в год – осенью на Хэллоуин и весной на Первое апреля. Вместо предпочтений выдаются сквики, отзывы можно писать от персонажей своих текстов.

Писательский тур
Проводится Безымянным оргом перед началом сквик-туров – осенью и весной. Аноны пишут тексты на заранее придуманные темы. Темы подаются перед началом тура. В конце тура участники и энтузиасты пишут обзоры на готовые тексты. Бан не влияет на другие туры.

Макси-тур
Проводится Безымянным оргом два раза в год – в начале января и в июне. Принимаются крупные тексты от 15 000 слов, размер отзывов от 500 слов. Отдельный банк допов, бан не влияет на другие туры.

Соединяя сердца тур
Проводится Оргом раз в год на день святого Валентина. При записи аноны дают списки авторов, с которыми бы хотели замэтчиться. Участников, которых никто не выбрал, соединяют по предпочтениям. Схема, которая поможет решить, надо ли идти на тур (по желанию можно применять к другим турам).

Блиц-тур
Проводит Чиби-орг по запросу, традиционно проходит в субботу-воскресенье. Принимаются тексты до 2000 слов, размер отзывов от 30-50 слов. Отдельный банк допов, бан не влияет на другие туры.

Коллажетур
Проводит Орг по запросу. Составление коллажей на основе прочитанных текстов, работы выкладываются в тред. Отдельный банк допов, бан не влияет на другие туры.

Арт-тур
Проводит Орг по запросу. Рисование артов на основе прочитанных текстов, работы выкладываются в тред. Отдельный банк допов, бан не влияет на другие туры.

Кальмар-тур
Проводит Экстремальный орг по запросу. Соревновательный тур продолжается двое суток с необязательным личным восьмичасовым тайм-аутом, участники пишут отзывы каждые два часа и выбывают по мере усталости. Победителю достаются отзывы/коллажи от всех участников. Принимаются тексты до 2000 слов, размер отзывов от 100 слов. Бан не влияет на другие туры.

Тематические туры
Проводятся Оргом и Чиби-оргом по запросу. Принимаются тексты на определенную тематику, например, с подробными сценами употребления алкоголя или приготовления еды.

▼Герб феста⬍

▼Творчество анонов по мотивам феста и список активностей треда⬍

▼Активности треда⬍

Котолежания - положить смайлик плачущего кота и поныть, «где мой отзыв» через час после раздачи – давняя традиция феста! Котов можно класть и вне туров.
Вбросы - безвредные вбросы наподобие «мне досталось ТАКОЕ» и «пришел разнос» ненадолго оживляют тред, но особого интереса не представляют. Злые набросы тредом не приветствуются.
Поиск разноса - известная забава для детективов треда – анонов, которые шерстят профили авторов или же давно подписаны на отзывы под многочисленными фиками фестоавторов. Чаще разносы не находят. Очень редко разносы вносят в тред, замазав на скрине всю опознавательную информацию.
Лайкопад - ныне заброшенная традиция лайкать тексты и комментарии фестоучастников.
Поиск новичков - возможность анонов прокачать свой детективный скилл. Чаще новички сами намекают, как их найти.
Крещение новичков - возможность новичка, который сходил хотя бы на один тур, выбрать себе позывной (Позывные – кодовые названия, которые участники используют вместо ников. Обычно позывные связаны с фандомными предпочтениями, изображением на аватарке или перефразируется авторский ник). На заре феста позывные давали без согласия, но теперь их можно сменить.
Поиск оргов - примерно раз в три месяца аноны начинают делиться предположениями о личностях оргов. Заканчивается обычно ничем.
Расписание - однажды кто-то составил недельное расписание (https://ibb.co/63pxJtW) для активностей треда. Продержалось оно не больше месяца.
Флешмобы - проводятся Оргом в честь красивых страничек, обычно предлагается скрафтить/нарисовать что-то связанное со своим позывным или фандомом. Победителям достаются отзывы или коллажи.
Нюдсопад - пару раз аноны делились своими нюдсами. Все каты подписывались, чтобы не тревожить тех, кому не нравится эта затея.
Отзываться по любви - отзывы, написанные вне туров и не по обмену. Иногда аноны прямо в треде делятся планами сходить с отзывами к симпатичным авторам.
Деньрожденный отзыв - существует поверье, что его можно получить, если сказать, что у вас сегодня ДР.
Скакать в честь красивой странички - давняя традиция радоваться круглым датам, парным числам и палиндромам тредовых страниц.
Соцопросы - призыв поделиться мнением о фестовой жизни или на околописательскую тематику. Примеры: «как пережить разнос», «удаляете ли вы черновики, когда текст готов».
Внос черновиков - аноны делятся кусочками черновиков и получают быстрый фидбэк.

▼Фестология на 16.08.2025⬍

▼Орг⬍

▼Чибиорг⬍

▼Безымянный орг⬍

▼Блиц-орг⬍

▼Истинный Орг⬍

▼Алукардыч⬍

▼Актриса⬍

▼Амнезийный⬍

▼Безымянный⬍

▼Вампиры в два слова⬍

▼Вампиры в одно слово⬍

▼Вампир-сосед⬍

▼Восточный⬍

▼Внезонник⬍

▼Гёте⬍

▼Гитарный⬍

▼Голубка⬍

▼Гопник⬍

▼Гремлин⬍

▼Грецкий⬍

▼Девушка в темном⬍

▼Декабрист⬍

▼Дерзкий⬍

▼Дерипаска⬍

▼Драматичный⬍

▼Древний⬍

▼Друг⬍

▼Другой⬍

▼Единорог⬍

▼Загадочный⬍

▼Зубоглаз⬍

▼Игровой⬍

▼Китаец⬍

▼Клубочек⬍

▼Колдунья⬍

▼Комочек⬍

▼Критик⬍

▼Латынь⬍

▼ Летописец⬍

▼Лолитик⬍

▼Лукавый⬍

▼Магнолии⬍

▼Напиток⬍

▼Немецкий⬍

▼Овсянка⬍

▼Огурец⬍

▼Папоротник⬍

▼Переводчик⬍

▼Печенька⬍

▼Платье⬍

▼Подводный⬍

▼Помидорка⬍

▼Проблематик ГП⬍

▼Пугалкин⬍

▼Робот⬍

▼Ружжо⬍

▼Рыбки⬍

▼Рэпер⬍

▼Серебряный⬍

▼Слон⬍

▼Солнцепоклонник⬍

▼Сухофрукт⬍

▼Сырочек⬍

▼Тарантиныч⬍

▼Тигр⬍

▼Тот, которого трудно найти⬍

▼Тыквенный котик⬍

▼Ублюдок⬍

▼Ушастик⬍

▼Фужерчики⬍

▼Фуррик⬍

▼Цветаева⬍

▼Чайный⬍

▼Штирлиц⬍

▼Эльф⬍

▼Артеры феста⬍

▼Фики⬍

Творчество анонов собрано здесь.

▼Письмо страдающего анона⬍

Я вас люблю — чего же боле?
Что я могу ещё сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня разносом наказать.
К писательской с ехидством доле,
Заветы критиков храня,
Вы растерзаете меня.

Сначала я молчать хотела;
Поверьте: моего стиха
Вы не узрели б никогда,
Когда б надежду я имела
Хоть редко, в тур хотя бы раз
И с похвалою видеть вас,
Читать бы ваши комментарии,
Вам слово молвить и потом
Всё думать, думать об одном:
Как текст улучшить в избежание.

Но, говорят, вы холодны;
Стихи и проза — часто скучно,
Со вкусовщиной взращены,
Но вам все рады простодушно.

Зачем пришла на фест сейчас
И принесла свои творенья?
Я никогда не знала б вас,
Не знала б горького мученья.
Души неопытной волненья
Смирив со временем (как знать?),
Читателей нашла бы верных,
Стала б уверенней, во-первых,
Смогла бы многое создать.

А во-вторых...
Нет, не напрасно
На фестиваль наткнулась я!
Не избежала что соблазна...
Теперь вы все мои друзья.

Пусть временами слишком строги,
Советы дельные от вас
Воспринимаю как уроки,
Улучшить фанфики стремясь.
Вы в отзывах ко мне являясь
Незримо, стали все милы.
И, от ошибок избавляясь,
Внимаю правилам игры.
Сама... теперь пишу разносы,
Хвалю, понравился коль текст,
И, если вдохновил контекст,
В коллаж преобразую грёзы.

Что вышло, страшно перечесть...
Пред новым туром замираю...
Ещё успею ж надоесть,
Но смело вам себя вверяю...

▼Я душу дьяволу продам за отзыв твой⬍

Космокотик не спал. Душный апрель выгнал его на лоджию, подальше от скулежа Пса и домашних.
Раздвижная створка окна поддалась не сразу. Чертова рука! Не стоило обновлять страницу с нетленкой пять часов подряд. Все равно никто не пишет отзывов.
Не было их и вчера. И в прошлом месяце. Кажется, никогда не будет.
Чтобы отвлечься от грустных мыслей и жжения в запястье, Космокотик посмотрел вверх. Мириады звезды подмигивали над высотками. А где-то там, на одной из планет, Переговорщик плел из кос тайные послания, Протекторат строил козни…
- Нет, так не пойдет! – крикнул Космокотик.
Его герои заслуживают читателей, богатый внутренний мир жаждет открыться населению фикбука. Осталось последнее средство.
Когда-то давно, знакомый с фикбука - Сухофруткт, рассказал, что надо делать.
Космокотик вернулся в комнату. Тихо, чтобы не разбудить домашних, он пробрался к своему столу. В полной темноте пошарил больной рукой, но все же нашел то, что искал.
Акварельные краски. Совсем новые, дорогие - ими создавались другие шедевры, но ради отзывов ничего не жалко.
Когда Космокотик открывал дверь, Пес заскулил. Пришлось на него шикнуть. Плевать, что из одежды только пижама и старые тапки. Скорее к отзывам!
Спустя шесть пролетов вниз Космокотик выпрыгнул из подъезда как из шлюза в открытый космос.
Возле мусорных баков Космокотик засомневался. Темные окна многоэтажек смотрели на него, словно осуждая. Вонь сшибала с ног, холод кусал за открытые щиколотки и шею. А вдруг ничего не получится? Вдруг соседи вызовут полицию?
Нет. Отступать поздно.
Космокотик достал из кармана пижамы зажигалку, крутанул колесиком и кинул ее в мусорный бак. Туда же полетели краски.
Пламя взметнулось вверх, вспороло темноту и заплясало над разноцветными пакетами.
И тогда появился он.
Бумажный пакет завис в огне над своими собратьями. На вощеной бумаге раскрылись черные провалы – рот и глаза. Настоящая пародия на лицо.
Космокотик заморгал, сощурился на пламя, но странная морда никуда не исчезла. Сухофрукт не соврал! Ритуал сработал как надо.
- Забери мою душу, только подари моей нетленке читателей! – завопил Космокотик. - Хочу навечно остаться в памяти людей.
- Не нужна мне твоя душа, - рот на пакете растянулся в ухмылке. – Будешь писать ответные отзывы тем, на кого я укажу.
- Я на все согласен.
- Принято. Но когда услышишь крик ворона – обернись.
- Что это значит?
Вопрос Космокотик повис в воздухе. Пламя погасло так же быстро, как появилось. О странном ритуале напоминала почерневшая коробочка с красками.
Космокотик нагнулся за ней и тогда увидел надпись.
- Напиток, - прочитал Космокотик.
Все ясно. Вот кому он должен написать отзыв. Но и сам получит их столько, сколько ни у кого еще не было.
Завтра он расскажет об этом друзьям – Вампиру и Зубоглазу.
Продавать душу не страшно.

▼Проблемы в тройничке любителей двойного проникновения⬍

▼Раздача текстов на фестивале отзывов⬍

— Я хотел бы сказать… — неуверенно начинает Чибиорг, но его тут же перебивает бойкий голос.
— Никто не ходит ко мне по любви! Неужели я так плохо пишу?
— Ну что ты! — оживляется кто-то с другого конца зала. — Я с радостью тебя почитаю! Скажи, куда идти?
Никто не отвечает, так что Чибиорг прокашливается и пытается снова:
— Уже двадцатое число, так что…
— Ох! — восклицает Рэпер, сидящий прямо перед ним, и утирает слезы радости. — Чем я все это заслужил? Вы такие хорошие, тут и отзыв, и подарок, и…
Раздаётся тяжёлый вздох и бормотание «опять эти тройнички». Слон скромно уточняет:
— Мой новый текст точно ничего?..
— Замечательный! — умиленно вздыхает Напиток, заработав недовольный взгляд Печеньки. «Ну конечно. К кому угодно, только не ко мне. Мы так навсегда останемся просто гаремом» — слегка обиженно ворчит тот, но недостаточно громко, чтобы быть услышанным.
— Я между турами откомментил пять участников, — задумчиво произносит Космокотик, — но мне все ещё кажется, что этого недостаточно. В этот раз возьму ещё больше допов.
— А ко мне никогда не приходят по допам, — вздыхает кто-то.
— Так начни брать их сам, — мрачно советует Переводчик, снова заставив всех замолчать.
— Тур! — уже громче произносит Чибиорг. — Я хочу разослать…
— Опять, небось, подали одни макси и мне нечего будет читать… — бурчит кто-то.
Ворон слегка краснеет и смотрит в стол.
— Мой текст уже, наверное, все читали…
— Не все, и мы его любим! — откликается сразу несколько участников, а Проблематик ГП сочувственно сжимает его плечо.
— Да сколько можно! — недовольно восклицает Фильм, оторвав взгляд от телефона. — Только комментарии! Сколько раз можно повторять?! — Но ему никто не отвечает.
Девушка в жёлтом платье вздыхает и смотрит вдаль. Ей давно нужно быть в другом месте, но прерывать собрание было бы невежливо.
— Вот листы, — уже без особой надежды пробует Чибиорг — с закономерным результатом. Сухофрукт поднимается с места.
— Зубоглаз меня пугает, — виновато объясняет он. — Не могу сосредоточиться, сидя рядом.
— Да боже ты мой. — Дерипаска закатывает глаза и занимает его место. Зубоглаз приветливо клацает зубами… в глазах, и на этом все снова успокаиваются.
Чибиорг чувствует себя неловко, и он устал. Начинать снова кажется идиотской идеей. «Я уже говорил тебе, что такое безумие?» — раздаётся голос в его голове.
— Тишина в зале, — вдруг строго произносит Орг. — У моего коллеги для вас объявление.
Все в едином порыве поворачивают головы к ораторскому столику и действительно замолкают — заканчиваются даже перешёптывания на задних рядах.
— Тексты, — прокашлявшись, говорит Чибиорг. — Подходите по одному, получайте своего автора и идите комментировать.
Участники удивительно цивилизованно занимают очередь и начинают потихоньку расходиться. То и дело раздаются восклицания: от «Ого, выглядит интересно!» до «Боже, даже на сквик-туре было лучше…». Один из Вампиров бросает хищный взгляд на другого и многообещающе улыбается. Автор, которого сложно найти, как водится, исчезает первым. Политическая география кажется чем-то недовольным, а Рептилоид с пакетом на голове и вовсе выглядит угрожающе.
Последними в зале остаются двое участников, тискающиеся в углу. Чибиорг вздыхает и снова кашляет, привлекая внимание.
— Оу. — Эльф оглядывается по сторонам с явным удивлением. — Когда все успели уйти?
— Ваши тексты, — подсказывает Чибиорг. Робот быстро добирается до стола, подхватывает листы и уходит, ведя своего спутника за руку. Чибиорг вздыхает вновь.
— Ты к ним привыкнешь. — Орг похлопывает его по плечу. — Тяжело только первые… туров десять.

▼Скандал на туре Чибиорга⬍

— Да он козёл!
— Да мне не понравился текст!
— Возьмите себя в руки, в конце концов!
— Наконец-то срач!
— Да разве ж это срач…

В висок Чибиоргу прилетела пригоршня попкорна, и он слегка отвис. Автор, которому он совал в руки текст с заменой, всхлипывал и причитал, что он такого не просил. Новичок занял оборонительную позицию, отмахиваясь от особо агрессивных ветеранов. Несколько анонов пытались насильно заняшить пострадавшего Вампира, а тот вяло отбивался со словами, что он вовсе не расстроен.

— А если бы мне пришла отписка, никто бы за меня не вступился…
— Да ты ж не Ворон, куда тебе.
— Я просто хочу, чтобы все друг друга любили…
— Как вы заебали меня со своей любовью, любитесь дома!
— Ура, мы идём к кросивой страничке!

А хуже всего то, что Орг казался… умилённым. Он смотрел на разборки анонов с лёгкой ухмылкой и ничего не говорил.

— Кажется, они не очень довольны моим решением, — тихо произнёс Чибиорг, просто чтобы привлечь его внимание. Он не считал свой поступок неверным, но плачущий автор с заменой заставлял понервничать.
— Ой, да они уже имя твоё забыли. Главное, что они довольны друг другом, — отозвался Орг, подобрав со стола упавшую попкорнинку. — А я — тем, что мне ничего не нужно со всем этим делом. Добро пожаловать, коллега. — Он хлопнул Чибиорга по плечу и широко улыбнулся. — Как я рад, что ты есть.

▼Фик о тяжкой доле орга⬍

- А казалось, что так просто, - вздохнул орг.
Он задумчиво смотрел на вывеску «Очередной банкет», длинный стол под белой скатертью и веер картонок с вкусовыми предпочтениями и антипатиями.
Чего, казалось бы, проще: карточки с позывными участников банкета разложены у приборов, осталось подобрать каждому блюдо по вкусу.
- Макси-рагу, - бормотал орг, сверяясь с меню и карточками, - никто не хочет брать большие порции. И недоваренное, в процессе приготовления тоже не хотят, а повар старался, между прочим, новый слой к запеканке добавил, так нет же… О, у этого в кинках сыроедение! Ему – запеканку-онгоинг. Нет, не получается, повар у него в черном списке.
Орг попытался собрать паззл, выдав анону-сыроеду коктейль «Кровавая Мэри». Кто скажет, что вампиры термически обрабатывают… Но у сыроеда предусмотрительно было добавлено «веганство», и коктейль пришлось отодвинуть к недопеченной запеканке.
Через час мучений орг заткнул проблемные места стаканами компота из сухофруктов и профильными вазочками с пироженками. На вазочках были наклеены стикеры с надписью «Разнокалиберное. На выбор». Во многих вазочках выбора не наблюдалось, пироженки были откалиброваны изготовителями на совесть.
- В следующий раз сам в сборники перемешаю, - пообещал себе орг. Ему стало легче на душе, но тут он увидел свой позывной в черном списке на последней из карточек предпочтений.
- И вот что теперь делать? Если я дам ему блюдо не по вкусу ( Орг покосился на сотейник с жарким, в котором было, что пожевать, и невольно потер челюсть, утомленную снятием пробы), он поймет, что я обиделся, и сделает первый шаг к вычислению, кто я. Если я дам ему вкусное, будто ничего не было, то я обижусь и на него, и на себя.
Орг решительно составил все блюда в центр стола, и пристроенные к дегустатором, и оставшиеся непристроенными, и поставил табличку с надписью большими буквами «ШВЕДСКИЙ СТОЛ».

▼фик про оргов! И не только :evil:

⬍

Когда все было готово, сабли воткнуты в снег, означая барьер, до которого следовало сходиться, и пистолеты заряжены, Чиби-орг подошел к Загадочному.
— Я бы не исполнил своей обязанности, эльфийка, — сказал он робким голосом, — и не оправдал бы того доверия и чести, которые вы мне сделали, выбрав меня своим секундантом, ежели бы я в эту важную, очень важную минуту не сказал вам всей правды. Я полагаю, что дело это не имеет достаточно причин и что не стоит того, чтобы за него проливать кровь... Вы были неправы, вы погорячились...
— Ах, да, ужасно глупо... — сказал Загадочный.
— Так позвольте мне передать ваше сожаление, и я уверен, что наши противники согласятся принять ваше извинение, — сказал Чиби-орг (так же как и другие участники дела и как все в подобных делах, не веря еще, чтобы дело дошло до действительной дуэли). Вы знаете, эльфийка, гораздо благороднее сознать свою ошибку, чем довести дело до непоправимого. Обиды ни с одной стороны не было. Позвольте мне переговорить...
— Нет, об чем же говорить! — сказал Загадочный, — все равно... Так готово? — прибавил он.
—-
— Никаких извинений, ничего решительно, — отвечал Переводчик Оргу, который с своей стороны тоже сделал попытку примирения и тоже подошел к назначенному месту.

▼Держи⬍

Орг всегда был очень рад младшему коллеге - Чиби-оргу. С самого начала: потому что ему уже трудно было в одиночку вывозить огромную машину феста, с его сложными схемами передачи фиков по непрямой цепочке участникам, списками допов, ЧС, сквиками... Фест стоил этих усилий, но в одно лицо скрытое под пакетом было сложно, так что перед появлением Чиби-орга в голове Орга часто крутилась чуть измененная песня из старого фильма:

Но фест окончен и гаснет свет
И никого со мною рядом нет.
Цветы роняют лепестки на песок
Никто не знает, как мой путь одинок
Сквозь дождь и ветер мне идти суждено
Нигде не светит мне родное окно...

А потом появился он - Чибик. Молодой, полный энтузиазма готовый подхватить на себя половину, а порой и больше ответственности за фест - и сердце Орга за жизнь посуровевшее, покрывшееся коркой от забот, встрепенулось, забилось чаще. Он всегда был рад и подсказать молодому коллеге, как лучше поступать и обсудить с ним все интересное: от текстов, до попыток участников разгадать их личности и просто поболтать. И всё было отлично, машина феста будто даже заработала живее, но лишь одно подсказывало Оргу, что его порывы - односторонние. Чибику интересен именно фест, а не старый, покрытый боевыми шарами волк Орг.
Чибик так и не подписался на аккаунт Орга. Так что песня звучала в голове всё равно.

Устал я греться у чужого огня
Но где же сердце, что полюбит меня
Живу без ласки, боль свою затая
Всегда быть в маске - судьба моя!

▼Картина⬍

▼Про котика⬍

▼ возможен ООС и ошибки в третьем часу ночи, про Внезонника⬍

▼Хочу фик про оргов!⬍

▼Хочу про Вампиров в их же сетинге ⬍

▼И на каждого анона сочинят по кеннингу⬍

▼картины⬍

▼еще картины⬍

▼Орг/Чибик, романтика⬍

Прежде, чем предложить Чибику его новую должность на Фесте Орг долго думал над тем, что так можно и спалить свою личность, обычно покрытую пакетом и никак не решался. Наконец он остановился на мысли о том, что можно прийти сразу в пакете, но шанс, что ему откроют дверь был мал. Вы бы тоже не стали открывать какому попало анону, увидев в дверном глазке не лицо, а бумажный пакет. Потому он был вынужден, просто вынужден явиться через окошко.
Перед тем, как покинуть квартиру Орг долго и придирчиво осматривал себя в зеркале. «Крайне преждевременно собираться к нему, как на свидание… может, он в тебя вообще может ближайшей вазой запустит и все кончится плохо», – нервно заверял себя Орг, но собираться продолжал именно как на свидание. И в пятый раз поправлял на себе самую новую из своих чёрных водолазок и придирчиво рассматривал, хорошо ли она сочетается со свежим пакетом. Но, кажется, выглядел он вполне… ничего.
Наконец решив, что хватит тянуть время, а то Чибик ненароком уснет, не дождавшись явления загадочного героя, Орг решительно вздохнул, резво снял пакет и отправился на остановку троллейбуса, где в ожидании нервно пил Кока-Колу из ближайшего киоска. А там, доехав до нужного дома, через чердачное окно спустился по верёвке на нужный балкон.
Чибик в это время читал фанфик, в домашнем халате, сидя на диване. Он так увлекся, что не сразу обратил внимание на подозрительный шум, а когда вскинул голову и увидел фигуру незнакомца в пакете на балконе, то вскочил прижав к груди смартфон и закричал:
- Вы офигели там? Сходки анонов происходят в Доме культуры!
Орг вскинул руки:
- Я знаю, но я по личному делу! Тайному! Можно я войду?
Чибик кивнул, оглянулся и, привычно натянув на голову свой пакет, открыл Оргу дверь...
"Что ж, начало положено, - оптимистично подумал тот, заходя, - Сначала поговорим о Фесте, потом будем часто общаться благодаря ему, а там, может быть..."
Пейринг Орга/Чиби-орга только начинался.

▼Экспромт про анонов с Икаром⬍

- На этом туре у нас новое развлечение, - добродушно промурлыкал Чибик из-под пакета и водрузил на стол доску, ужасно похожую на какой-то противоестественный и омерзительный артефакт откуда-то прямиком с Юггота.
- Это еще что? - удивился анон с пакетом из KFC на голове.
- Будем призывать ушедших авторов? - с ноткой ностальгии подал голос сидящий в дальнем углу анон в пакете из Ашана.
- Неужто Космокотика вернем?...
- Нет, это всего лишь настольная игра. Вот, знаете, была игра с кротами и молоточком... - Чибик сделал пасс руками над доской. Из нее вынырнул маленький анончик и бросил в лицо собравшихся вокруг анонов коллаж. На нем было что-то странное, какая-то АУшка по древнегреческим мифам, если судить по ассоциациям. Коллаж был густо облеплен блестящими эффектами и глитчами, от чего у анонов заслезились глаза.
Чибик ударил маленького анона молоточком, вернее, попытался. Тот ловко занырнул обратно в глубину страшной доски. Другой анон вынырнул с другой стороны доски, где сиял особо богомерзкий иероглиф, и громко пискляво прокричал:
- А наша командочка принесла тексты на ЗФБ! Про Икара! Про кумпол!
- Это не по теме феста! - Чибик угостил его молоточком. Пискнув, анончик испарился.
- У нас Галатею пердолят в консоль! - запищал вынырнувший ему на смену еще один анон.
- Вот так в нее надо играть, - сказал Чибик и дал большим анонам молоточки.
- Отзыв по любви икаробратику! - пропищал еще один крошка-анон, и ему по голове влетел боньк от ностальгировавшего ашановца.
Тур наполнился писком икароанонов, местами смутно связанным с фестом, а местами - абсолютно оффтопным, и звучащим ему в унисон стуком молоточков. Но, что самое страшное, большие аноны сами понемногу начали уменьшаться, и один из них вдруг громко закричал что-то про рок-оперы, подпрыгнул и бомбочкой нырнул в доску.
Вскоре молоточки остались сиротливо лежать на полу: все или почти все большие аноны были икарнуты и рокопернуты, а оставшиеся обезумели, и, блюя, обсираясь и мочась под себя, катались по полу.
- Все идет по плану, - посмеиваясь, сказал Чибик и положил доску в освященный печатями мешок.

▼Тринадцать анонов⬍

Тринадцать тайных авторов сошлось на коллаж-фесте,
Один попал на лютый сквик, и лишь двенадцать вместе.

Двенадцать авторов пошли читать друг друга вяло,
Один откинулся в реал, одиннадцать их стало...

Одиннадцать искали апп, чтоб фотки там подвесить,
Один залип на порнохаб, и их осталось десять.

Творят аноны (десять штук) слабеющей рукою.
Нет, их лишь девять - одному Орг нынче дал ТАКОЕ.

Вот девять авторов, устав, котами пали оземь.
Один убился о стихи, и их осталось восемь.

На стоках восемь авторов запутались совсем.
Один картинок не нашел, и их осталось семь.

Семь коллажистов критику терпели, сколько есть.
Один расстроился до слез, и их осталось шесть.

Один в шестерке стойких стал всех критиковать,
Но сам он был всем миром бит, и их осталось пять.

Пять авторов просили доп, стремясь додать всем в мире.
Но в новичках один утоп - и стало их четыре.

Сказал один из четырех - нет нужного настроя.
Не время нынче коллажам... И их осталось трое.

Три коллажиста шли вперед, но правда такова:
Один фиалкнулся о срач - и их осталось два.

Двух авторов несли в слешбук, начав с седых годин.
Но потеряли одного — остался лишь один.

Оставшегося автора весь фест встречал с восторгом.
Но он к дедлайну опоздал и был забанен оргом.

▼Обмена тред, свой бег останови⬍

▼Я написал лимерик по дискасу ЗиЛ⬍

▼Про лайкопад⬍

▼Орготриатлон⬍

Орги поняли, что они давно не пересекались на фесте в отличае от лички, где постоянно обсуждали орг. вопросы и не только, и потому решили - перекрёстному отзывообмену быть!

Чибик достал свои особенный блокнот, о котором никто не должен был узнать, а Орг вооружился фотографической памятью, никогда его не подводящей, и началось! Фики со скоростью пулемётных очередей выстреливали в участников, отзывы и коллажи множились в геометрической прогрессии, и всё только потому, что на ТАКОЙ особый тур записались все, даже ранее пропускавшие туры аноны, и вернулись давно не ходившие. Разве можно было пропустить фестовый триатлон, где орги вместе? Наблюдать за ОТП всегда приятно, вдруг спалятся?

Орг и Чибик давно так тесно не общались пожалуй, со времён Сочи, где удалось прекрасно отдохнуть, а потому тур для них оказался совсем не пыткой, а отдыхом. Вместе решать, кому что выдать, какой отзыв самый любимый, а коллаж атмосферный было намного интересней, чем в одиночестве, потому после тура они решили обязательно повторить. И не раз. А может, придумать ещё что-нибудь новенькое, но именно такое, чтобы проводить его надо было обязательно вместе! Слишком уж понравилось.

Аноны же, зачахнув над полученным фидбэком (в том числе дозировано утекшим взаимодействием оргов ведь надо же радовать своих шипперов), решили всегда ходить на общие триатлонные фесты, потому что это слишком прекрасно, чтобы оно прекращалось!

▼Арты и коллажи⬍

Называть в треде ники участников запрещено.

Рейтинговые сообщения убираются под внятно подписанный кат

Анон · Вчера 22:31:33

Молодец :rainbow:
У меня тоже среди норм текстов притаился один :evil:

Анон · Вчера 22:49:09

Анон пишет:

Ключ: Метаморфозы, фестофик, PG-13, джен, боди-хоррор

:slow1: Вроде бы простенько и лаконично написано, и всё равно убедительная жуть. Наверное, то, что это фестофик, особенно действует — как дурной сон про кого-то знакомого оставляет особо неприятные чувства.

Анон · Вчера 23:14:24

Анон пишет:

Джен с элементами гета, PG-13. Псевдоисторичка, травма - последствия и преодоление, психология, сложные отношения.

:slow1: Ууу, экая классика травмы. А давайте его грохнем? Этот анон прям внезапно чувствует в себе кровожадные порывы. Потому что, ой, а что случилось? Может, не надо было ломать, а не пытаться теперь благородно и терпеливо чинить, вы посмотрите на него? :bull:

Анон · Вчера 23:19:42

▼ответ от анона с Нуменором и омп⬍

Анон · Вчера 23:37:21

Анон пишет:

Джим+Хамфри, низкорейтинг, джен (можно читать как элементы пре-слэша, автор разрешает)
пост-канон, брак по расчёту, юмор.

:slow1: Ну не прелесть ли?!) Джим совершенно неунывающий, живой, авантюрный ум!) Бедный сэр Хамфри, двое на одного! Но и то сказать, столько доводов за, а возражения слабенькие) Мы не настаиваем на консумации, но и возражать нисколько не будем, если сэр Хамфри сдаст свою крепость) Совершенно очаровательная зарисовка, спасибо переводчику! :heart:

Анон · Вчера 23:39:10

Я не хотел, оно само.
Ключ "метаморфозы", оридж, джен, G.

▼546 слов⬍

Зачем людям дан выходной день? Чтобы выдохнуть, увидеть что-то новое, выйти за пределы зачарованного круга, включающего дом, работу и магазин "Пятёрочка". Чтобы попасть на природу, послушать пение птиц, постоять ногами на земле. Чтобы отдохнуть, наконец.

Так думал я, выполняя, пожалуй, самую нелюбимую работу по дому - всовывание одеяла в пододеяльник. Или заправление? Заправливание? Как не называй это действо, одеяло упорно не желало расправляться и всячески противодействовало моим стараниям, изгибаясь, выворачиваясь и меняя углы местами. Вконец измаявшись, я полез вглубь пододеяльника, чтобы внутри разобраться, что там происходит.

Я полз, но одеяло никак не заканчивалось, назад тоже вылезти не получалось, я полз вперёд и ткань облепляла меня со всех сторон. Потом я уцепился за какую-то верёвку и пополз, держась за неё.
Ещё немного - и я стоял на четвереньках на чём-то деревянном, а вокруг хлопала белая ткань. Подул ветер, пол наклонился... И никакой это был не пол. Я был на палубе корабля, вокруг надувались паруса, с синего неба ярко светило солнце, дул ветер, кричали чайки. Я поднялся на ноги, всё ещё сжимая в руке верёвку, как вдруг, корабль качнулся сильнее, верёвка натянулась и я почему-то полетел за борт.

Вода оказалась тёплая и прозрачная, но легче мне от этого не было. Я стремился выплыть на поверхность и, вынырнув, почувствовал деревянную поверхность под ладонями. Поднявшись над водой и пытаясь проморгаться от солёной воды, щипавшей глаза, я услышал дикие крики. Протерев глааза одной рукой, я увидел, что стою в большой бочке с водой, в большом помещении, полном пара, кадушек и голых женщин, явно недовольных моим появлением из бочки. С трудом найдя в бочке ступеньки, я выскочил из неё и побежал к ближайшей двери.
Только захлопнув её за собой, понял, насколько ошибся. Сперва я оказался в облаке горячего пара. А потом мне в лицо с размаха прилетел горячий банный веник.

Я ожидал, что и кадушка прилетит следом, но веник от лица отлепляться не торопился, пришлось убрать самому. Оказалось, это не веник, а целая ветка, прикрепленная к дереву и таких деревьев вокруг множество, а жаркая духота - особенность местности, под босыми ногами хлюпала грязь, орал попугай, подозрительно шевелились лианы и я решил двигаться дальше. Буквально через несколько шагов джунгли с попугаями раздвинулись и впереди показались высоченные пирамиды, к которым вела каменная брусчатка. Обрадовавшись открытой местности, я рванул вперёд, но не заметил торчащий корень и полетел на камни брусчатки.

Поднявшись в уже привычную позу - на четвереньки, я увидел, как перед моими глазами резко тормозит и начинает размахивать копытами лошадь. А человек, в коляску которого эта лошадь запряжена, громко начинает на меня кричать. Громче чаек и попугаев. Но кто бы мог подумать, насколько огромной кажется лошадь, когда стоишь перед ней на четвереньках. Выскочив из под лошади, я побежал вперёд, к невысоким, в два-три этажа домам, больно ударяясь босыми ступнями о камни. Снова завизжали женщины, одетые в длинные платья и шляпки, возможно, они никогда не видели шорты в весёлых бананчиках. Засвистел человек в форме, форма была незнакомая, а вот выражение лица - интернациональное, понятное без переводчика. Я рванул быстрее, завернул за угол и заскочил в приоткрытую дверь, надеясь не наткнуться на хозяйского бульдога.

Это явно была прихожая и жутко захламлённая. Я еле пробился между вещей, наткнулся на еще одну дверь и вышел из шкафа в собственной спальне, весь как был, мокрый от морской и банной воды, в грязи джунглей и лошадином навозе. На кровати призывно ждало недозаправленное в пододеяльник одеяло.

Анон · Вчера 23:47:59

Анон пишет:

Я не хотел, оно само.

иии, какая прелесть!

Анон · Вчера 23:53:26

Анон пишет:

Я не хотел, оно само.
Ключ "метаморфозы", оридж, джен, G.

Чудесное!

Анон · Вчера 23:58:23

Анон пишет:

Ключ: Пустыня, джен, G, фестофик

Так вот что меня тянуло на фест))) Чрезвычайно мило, анон! :heart:

Анон · Сегодня 00:12:14

Анон пишет:

Я не хотел, оно само.
Ключ "метаморфозы", оридж, джен, G.

Ты как в мои сны пролез?..

Анон · Сегодня 00:26:01

Орг, а сколько записались? :chearleader:

Анон · Сегодня 01:25:30

Анон пишет:

Совершенно очаровательная зарисовка, спасибо переводчику!

Cпасибо за добрые слова ^ ^ Тот же автор ещё макси начал, так что может через пару-тройку лет я как приду с его переводом на макси-тур ШУТКА!
+ по мотивам драббла ещё свадебный скетч пилю понемногу, покажу WiP фрагмент

▼Скрытый текст⬍

Анон · Сегодня 01:28:26

Анон пишет:

свадебный скетч

Ооо, какой прекрасный!

Анон · Сегодня 06:34:22

Сквик-тур начался!
Ссылки отправлены, по всем вопросам обращаться к Оргу. Крайний срок 6 апреля (включительно). Внимание! Не забудьте подписать в конце/начале отзыва имя персонажа или ник. Если вы хотите оставить анонимный отзыв на фикбуке, можно переслать его через аккаунт или почту Орга. На АО3 анонимное комментирование по желанию.
Читатели могут присоединяться в любой день.

Анон пишет:

Орг, а сколько записались?

11 авторов и 1 читатель.

Отредактировано (Сегодня 06:39:15)

Анон · Сегодня 06:45:01

Вот и из меня вывалилось пять килослов смутных вайбов на тему того, какие ВСЕМРАЗИ(тм) в корпорации Амбрелла :facepalm: На сквик-туре почитаете, если актуально.

Ключ "Метаморфозы"
Resident Evil: Code Veronica
Альберт Вескер/Альфред Эшфорд/Алексия Эшфорд (это не тройничок, а разомкнутый треугольник, хотя как посмотреть)
Очень актуально моё любимое предупреждение "Характерные Для Канона Нарушения Прав Человека". Упоминаются неэтичные эксперименты над животными (мельком) и людьми (чуть подробнее). Ещё твинцест :lol: Рейтинг, наверное, R.

▼"Семейные ценности Эшфордов"⬍

Когда Альберт встретил Алексию, он оценил её внешность не с позиции ебабельности. Вопиюще нехарактерно для его отношений с породистыми блондинками — но, справедливости ради, ей на тот момент было лет двенадцать. Он был равнодушен к детям в этом смысле и не использовал слово “нимфетка”, зато по долгу службы в “Амбрелле” профессионально интересовался генетикой и корпоративной дисфункцией. Поэтому его позабавили две вещи: во-первых, что Эшфорды всё равно возвращаются в берлинскую штаб-квартиру, сколько ни ссылай их в отдалённые уголки планеты. И во-вторых — что у титулованного семейства, кажется, закончился тонер в принтере. Каждое поколение выглядело чуть бледнее и костлявее предшественников на фамильных портретах; доктору Александру вроде ещё не было сорока, но серые глаза уже выцвели, и в волосах цвета пепла и тлена поблёскивала седина. А в детях-подростках экспрессия рецессивных генов отпраздновала окончательную победу — дважды, но по идентичному сценарию. Любопытство Альберта было чисто научным, но не обязательно вежливым, когда он уставился — в упор, хоть и из-за чёрных зеркальных стёкол, — на поразительно одинаковых разнополых близнецов.
— Это моя дочь Алексия и её брат Альфред, — сухо сказал Александр. Не ему, конечно, а доктору Спенсеру. — Они закончили школу с некоторым опережением графика, и Алексия хочет заниматься вирусологией. Пойти, скажем, по стопам бабушки Вероники, трижды “пра”. Решил показать ей, чем мы здесь занимаемся.
— Дочь не разделяет твоей любви к генной инженерии? — притворно удивился Спенсер, а потом протянул девочке узловатую ладонь. — Рад познакомиться, юная леди. Лорд Освелл Спенсер. Мы были очень близки с вашим дедом, графом Эдвардом. Жаль, вы не застали его в живых. Пойдёмте, я покажу вам лабораторию, где мы превратили в свой бизнес саму жизнь.
Если Алексия и слышала — не могла ведь не слышать? — отцовские теории по поводу смерти деда, то не подала вида. Даже не отшатнулась от некомфортно долгого поцелуя чуть ниже запястья. На бескровном лице, не по-детски заострённом с впалыми щеками и прочими маркёрами аристократического вырождения, застыла любезная и как будто слегка покровительственная улыбка. Альберт перевёл взгляд на парнишку, Альфреда, и прочитал такое же недетское бешенство в его прозрачных глазах и складке тонких губ. На секунду ему показалось, что грязный старикашка получит по заслугам прямо здесь и сейчас. Роль безопасника подразумевала, что он встанет на защиту шефа, но собственная натура допускала некоторое промедление. Увы, детям хватило взрослой выдержки. Альберт оценил, как ловко девочка уцепилась за руку брата и выставила его вместо живого щита, прежде чем отправиться на обещанную экскурсию.
— У вас одарённые дети, доктор, — сказал он Эшфорду. Сказал то, что думал, но не потому, что хотел приободрить. Просто не мог упустить возможности выведать для Уилла немного сплетен о скрытном британце.
— Девочка одарённая, — всё так же сухо отозвался тот. — Мальчик просто закатывает безобразные истерики, когда его разлучают с сестрой.
— Значит, мы и его ждём в дружном коллективе? — Альберт улыбнулся.
— Его ждёт кадетский корпус Военно-воздушных сил, — отмахнулся Александр. — И мне всё равно, что он имеет сказать по этому поводу, потому что выслушивать это буду не я.
Альберт не стал уточнять, есть ли у доктора Эшфорда любимый ребёнок.

Алексия получила в распоряжение отдельную лабораторию фактически авансом, и это решение оказалось очень непопулярным у Уилла. Тот разве что не плевался ядом, когда пересказывал её мегаломанские планы по созданию модификации вируса “Прародителя”, не снижающей когнитивных функций носителя. Альберт был слишком практиком, чтобы разделить его убеждение, что это невозможно даже в теории. И бывал в штаб-квартире достаточно редко, чтобы наслаждаться этой односторонней враждой как спектаклем с позиции видимого нейтралитета.
— Чем она тебе так не нравится? — спросил на второй год того же самого. — По-моему, забавная девочка, и бронированные крысы у неё выходят прикольные.
— Я раньше сам обрасту хитином, чем буду работать под руководством малолетней британки, — закатил глаза Уилл.
Об этом речи вроде бы пока не шло. Она справлялась сама, когда прилетала в Берлин на лето, каждые праздники и иногда просто выходные. Иногда даже выгоняла из лаборатории брата — и с ним Альберт нашёл подобие взаимопонимания на почве оголтелого милитаризма и интереса к нарушениям прав человека. Пока, правда, на крысиной модели. Он пригляделся к парнишке и увидел за его утилитарным подходом что-то глубже обычной детской жестокости.
— Меня занимает теоретическая сторона выдачи санкций на насилие, — глубокомысленно поделился с ним Альфред, сравнив официальную политику этических комитетов с реальной служебной инструкцией вивария.
Альберт подумал, что это неожиданно зрелая сентенция для подростка, даже идеологически покалеченного военной службой.

Он снова был в разъездах, когда Уилл отчитался уже привычным тоном, что у Алексии выросла грудь, — и что не обратил бы внимания сам, но все заметили, что заметил Спенсер.
“А разговоров-то было…” — заключил Альберт, когда убедился сам.
Когда приехал, конечно, не чтобы заценить обновки нимфетки, а разбираться в служебном инциденте. Очередная бронированная крыса устала искать выход из лабиринта, спонтанно отрастила крылья вроде стрекозьих и взлетела под потолок — где умничка Альфред немедленно расстрелял её из пистолета, предусмотрительно и негласно позаимствованного у кого-то из вооружённой охраны. Альберт устроил личному составу весёлую жизнь по поводу утраты табельного оружия, но в глубине души нашёл это всё крайне забавным.
— Какие у вас, однако, волатильные мутагены, — сказал он Алексии, позволив расценить это как комплимент. Она взглянула на него с глубокой не по годам тоской.
— Моя “Т-Вероника” требует долгой инкубации во избежание именно этого, — пояснила, как будто сдержав вздох. — Я попросила бы вас урезать права доступа тем, кто отключает мне криокамеры при каждой удбной возможности. Но вы ведь не в моём углу ринга, капитан Вескер.

— Клевета! — возмутился Уилл, театрально схватившись за сердце. — Я бы никогда не стал саботировать коллегу-учёного!
Они посмеялись вместе. От Альберта уже никто не ждал искренности, а Уиллу непостижимо удалось пронести сквозь годы корпоративных интриг этот непробиваемо честный взгляд.

— Я не могу работать в такой обстановке, — сказала Алексия Спенсеру сразу же, как закончила университет с характерным для себя опережением плана. — Вы можете перенести мой проект на антарктическую базу?
— Возвращаетесь в отчий дом? — шеф как будто расстроился. Но потом, видимо, взвесил все “за” и “против” и решил, что предлог запереть Александра среди вечных льдов ещё на несколько лет — достойная замена его более сластолюбивым планам.
Уилл праздновал победу, почти не таясь. Альберт подумал, что тот тоже будет втайне скучать по регулярным доносам The Sun о похождениях Альфреда по злачным местам Лондона, но вслух сказал другое.
— Ну что, сбылась ваша с шефом мечта: штаб-квартира без Эшфордов.
— Моя ещё не сбылась, — возразил Уилл. — Просто перешла в следующую фазу: штаб-квартира без Спенсеров.

Приглашение на похороны “доктора Александра, шестого графа Эшфорда” пришло в штаб-квартиру не адресованным никому в частности, но доставило удовольствие лично Спенсеру. Он зачитал вслух и даже с выражением, что причиной смерти стала экспериментальная ошибка. И что протоколы биобезопасности исключают прощание с телом, но “всех, кому он был дорог” ждут на обед в Эшфорд-манор на острове Рокфорт. Никого не удивило, что несчастные сироты решили не задерживаться на антарктической базе и перебрались в родовое имение в Тихом океане. Альберту показалось, что Спенсер борется с искушением принять приглашение, но осознаёт риск, что его самого прикопают в том же ящике для утилизации токсичных отходов. В лучшие времена Рокфорт был транспортным узлом мировой работорговли и продолжал жить в своём микрокосмосе по колониальным обычаям — настолько, что символический титул губернатора переходил по наследству от одного Эшфорда к другому даже после Второй мировой.
— Вескер, слетай туда от моего имени, — распорядился Спенсер, когда осторожность победила. — Возложи какой-нибудь венок и предложи Альфреду переподписать контракт, по которому работал его папаша.
— Но за меньшую сумму? — уточнил Альберт.
— Наоборот, — шеф погладил верхний из конвертов с печатью в виде корпоративного бело-красного зонтика. — Я даю ему больше, чем покойному отцу и даже сестре. Никто всё равно не хочет заниматься ни Рокфортом, ни Антарктикой, а нам всем будет спокойнее, пока этот псих занят чем-нибудь подальше от Европы. Двух пташек одним камнем.
— А Алексии предлагаете перевестись на более привлекательные условия в Германию? — Альберт с трудом задавил гнусную знающую ухмылку.
Спенсер засмеялся и потёр руки.
— Надеюсь, ей хватит фамильного честолюбия.

Под ласковым субтропическим солнцем никто не притворялся убитым горем. В скудной толпе парадный мундир Альфреда — красный китель и белые брюки; даже дресс-код на Рокфорте застрял в эпохе колониализма — казался праздничным даже с траурной повязкой на рукаве. Новый, седьмой граф Эшфорд подписал свой контракт со скучающей благосклонностью человека, который никогда не жил на зарплату. Его сестра даже не распечатала конверт, предназначенный для неё.
— Не сомневаюсь, что щедрость лорда Спенсера не знает границ, — сказала она с благовоспитанным, мелодичным смешком в голосе. — Но, пожалуй, откажусь. В Антарктике я прочувствовала прелести работы вне вашего дружного коллектива, а теперь хочу навсегда забыть про снег и зиму тоже. Я доукомплектую под свои нужды лабораторию в тюремном корпусе и продолжу разработки здесь.
Она грациозно присела на корточки перед камином и положила конверт на тлеющие угли. Всполохи пламени ненадолго окрасили бледное лицо в тёплые тона. Альберт улыбнулся: он оценил и демонстрацию, и ноги под подолом целомудренного платья-футляра в стиле принцессы Дианы. Алексия не нагуляла веса на антарктических замороженных пайках, но вышла из статуса нимфетки, когда научилась драпировать худосочную подростковую фигуру как модельную взрослую. Или, может быть, не вполне модельную; она так и не доросла до отметки в шесть футов, и Альфред как будто остановился из солидарности с ней. Но глядя на молодую женщину с впечатляющей родословной, Альберт был готов понять и даже разделить грязные мыслишки шефа. Ему доставило моральное удовлетворение, что в этот раз деду не перепадёт.

За неимением тела, пригодного для бальзамирования, в гостиной Эшфорд-манор выставили портрет и витрину с нескромным овальным изумрудом в заколке для галстука, которую Александр носил чаще, чем лабораторный халат. Разговоры за столом свернули на рабочие вопросы в первую же четверть часа. Гости дождались десерта, кажется, только из вежливости, а хозяева не утрудили себя даже этим. Альберт обсудил всё, что хотел, и решил напоследок побродить по особняку. Номинально — рассмотреть живопись и антиквариат, в идеале — сунуть нос во что-то не предназначенное для его глаз.
Праздное любопытство привело его на второй этаж, в господскую спальню. Он предположил, что Альфред по-джентльменски уступил покои сестре. Но не удержался, толкнул незапертую дверь и застал внутри обоих — в объятьях, которые кто-то менее испорченный мог бы истолковать как невинные. Алексия встретила его взгляд, выдержала несколько неловких секунд, а потом прикусила брата за мочку уха — прямо через кружевную вуалетку на шляпке, приколотой к её причёске. Альфред вздрогнул и почти судорожным движением обхватил обеими ладонями её бёдра, окончательно отказываясь от презумпции невиновности. Альберт улыбнулся, отступил назад, так же аккуратно прикрыл дверь: ответная улыбка Алексии не оставляла сомнений, что его приглашают в свидетели, а не соучастники.

— Неприступная маленькая сучка, — почти нежно вздохнул Спенсер в ответ на известие о судьбе контракта.
Сплетню погорячее Альберт приберёг для дорогого друга.
— Я же тебе говорил, что они трахаются, — удовлетворённо пробубнил Уилл с сэндвичем в зубах и щупальценосной крысой на прозекторском столе.

Отчёты с Рокфорта Альберт читал только в части, касающейся заключённых, которых отправил туда сам, и то только по верхам. Просто чтобы убедиться, что корпоративные шпионы по-прежнему сидят на положенных местах в условиях, нарушающих какие-то там конвенции, и продолжают думать о своём поведении. Но он отметил британское занудство, с которым Альфред документировал испытаниями экспериментальных штаммов на счастливчиках, которые исчерпали иную полезность и получили шанс внести вклад в развитие вирусологии. О самостоятельных изысканиях Алексия писала сама — каллиграфическим почерком и в десубстантивированной элегантной прозе, говорившей об одной из двух вещей: или она потеряла интерес к разработкам, или умалчивает о чём-то грандиозном. Спенсер тихо ярился в своём кабинете, но пока не отдавал распоряжения о внеплановой инспекции.

Похороны “леди Алексии Эшфорд, чья безвременная кончина нанесла невосполнимую утрату мировой науке” стали сюрпризом для штаб-квартиры. Альберт решил не лезть вперёд шефа со своей первой инстинктивной реакцией, а тот смотрел на него как будто бы с внутренней борьбой.
— Белобрысая сука решила исчезнуть с радаров, — высказался за них всех Уилл, по случайности оказавшийся в кабинете Спенсера в момент получения факса. — Надо выяснить, что она там наразрабатывала, пока кормила нас отписками.
Альберт понимал его возмущение: всё это время Уилл больше всех радовался, что у Алексии не ладится с “Т-Вероникой”. Только он уже пару лет утверждал, что она просто витхаря пишет диссертацию в промежутках между инцестуальными развлечениями, — и не был рад косвенным свидетельствам обратного.
— Соглашусь, — кивнул Спенсер. — Эта легенда выглядит слишком удобной, слишком рассчитанной на меня. Смерть от собственной разработки, семейные ценности Эшфордов. Вескер, ты едешь на так называемые похороны в своём лучшем костюме и с самым огромным венком, который сможешь заказать. Биркин, хочешь присоединиться?
Уилл покривился.
— Я бы съездил поссать ей на могилу, если бы хоть немного верил, что под камнем действительно она.

Ритуальный протокол на Рокфорте не изменился: королевский обед из морепродуктов, презрительный скуластый портрет и камень в витрине — в этот раз рубиновая брошь такой же овальной огранки. Только в этот раз для гостей открыли губернаторскую резиденцию, и проводить Алексию слетелся целый рой непонятных британцев: молодых — в мундирах (современных, не колониальных), постарше — строго в штатском. Если они говорили о какой бы то ни было работе, то не там, где ему удалось бы погреть уши. Он оставил свой вульгарный венок на ступенях у входа и высказал Альфреду все положенные соболезнования. Вполне искренние в части восхищения покойной, тактично обтекаемые по поводу веры в её статус покойницы. Насколько это имело значение, Альфред выглядел измученным и слегка заплаканным: воспалённые веки и небрежно запудренное розовое пятно на кончике острого носа были непривычными вкраплениями цвета на гладко выбритом лице, которому обычно не помогали даже алые отблески кителя.
— Если Спенсер хочет знать, останусь ли я на посту коменданта тюрьмы, то ответ утвердительный, — сказал он хмуро. Но потом добавил вполголоса, раздражённо дёрнув плечом: — Он, конечно, не мог назвать должность иначе, без нацистских коннотаций.
С учётом обстоятельств Альберт решил не напоминать, в чьей коллекции оружия занимают почётное место золотые “Люгеры”, полученные прадедом-дипломатом лично от Геринга. Он сочувственно похлопал Альфреда по золотому же эполету и походя удивился, какие у него тощие плечи под помпезной формой.

День оказался потрачен впустую: с постной аристократии не удалось собрать даже сплетен. Только под занавес чья-то жена, похожа на сушёную саранчу в в жемчугах, спросила, откуда Альберт знал Алексию.
— Мы были коллегами, — пояснил он таким же постным тоном, не позволяющим заподозрить ни на миг, что был для неё также коллегой.
Тётка всё равно улыбнулась как будто заговорщицки. Смерила выразительным взглядом его спецназовскую фигуру, потом так же нарочито перевела этот взгляд на парадный портрет Альфреда и обратно, понимающе кивнула и удалилась. Этим Альберт решил не делиться даже с Уиллом, чтобы не открывать дверь для дискуссии о практической эквивалентности светлоглазых блондинов с зализанной причёской.

— Алексию хоронила, кажется, вся ваша британская разведка, — сказал он Спенсеру, выложив на стол футляр с микроплёнкой. — Может, увидите знакомые лица.
— Неужели она действительно умерла? — шеф выглядел больше задумчивым, чем удивлённым. — То, что я видел от неё в профессиональном смысле, не вяжется с фатальной халатностью.
Альберт пожал плечами.
— Тело не показали, как водится. Брат как будто бы плакал на самом деле, но нашёл время поговниться, что вы так в лоб назвали его должность начальника концлагеря комендантской.
Спенсер отмахнулся:
— Типичный истероид. Даже если он не играет, а реально верит в смерть сестры, это ни о чём не говорит в реальном мире.
— Думаете, она бы с ним так поступила? — усомнился Альберт.
— Я бы с ним поступил ещё и не так, — ответил шеф.

После этого летать на Рокфорт стало как будто незачем, но через год пришлось — с новой экспериментальной модификацией вируса. Уилл так откровенно и многословно наслаждался тем, что его разработки тестируют в вотчине Эшфордов, что Альберт чуть не отправил его самого тащить портативный холодильник с виалами на другой конец света. Но он позволил рациональности победить — и получил неожиданную награду: встретить его на вертолётной площадке на крыше тюрьмы вышла сама Алексия. Он даже опустил тёмные очки на переносицу, чтобы рассмотреть прекрасное привидение; и, нет, “прекрасное” не было только фигурой речи. Несколько лет и деликатный слой макияжа превратили условно модельную внешность в просто сногсшибательную. Она даже не была одета как соблазнительница — но длинный кардиган цвета финикийского пурпура заявлял о происхождении, лаконичное пастельно-розовое платье намекало на обнажённую натуру, а широкая лента на шее, заколотая знакомым рубином, так и манила оставить рядом следы зубов. Гладкие платиновые волосы, теперь отрезанные чуть ниже мочек ушей, как нарочно обнажали горло. Альберт взял себя в руки и оскалился без явной похоти.
— Вижу, слухи о вашей смерти были преувеличены, леди Эшфорд.
— Капитан Вескер, — отозвалась она мягким полушёпотом и протянула для поцелуя ухоженную костлявую кисть. — Вы окажете мне услугу, если продолжите распространять эти слухи.
Он коснулся губами её руки очень дисциплинированно и выпустил без промедления, но с ответом всё-таки не сдержался:
— Если вы окажете услугу мне. Очень хочется взглянуть на результаты разработок, о которых вы писали так многословно и так бессодержательно.
Его повеселило, что аккуратно подкрашенные брови строго сдвинулись в ожидании непристойного предложения, потом расслабились и тут же снова сдвинулись в ответ на просьбу, неприличную в другом смысле.
— Не в отчёт Спенсеру, — заверил он. — Мне всё про него понятно, и я не удивлён, что вы решили спрятаться от его притязаний на том свете. Просто из личного любопытства. Я большой поклонник преступлений против человечества, но обычно сталкиваюсь с ними уже на стадии ликвидационных мероприятий. В лабораторных условиях знаком только с экспериментами доктора Биркина. И я подумал, что раз уж оказался с оказией в святая святых…
Кажется, что-то из этого — что Спенсеру не досталось титула, что Уиллу не досталось восторженного придыхания, просто сам закос под дурачка? — попало в цель. Алексия улыбнулась и жестом пригласила его за собой вниз по лестнице. Альберт подхватил холодильник за ручку и двинулся за ней, внимательно глядя под ноги, но не выпуская из поля зрения очертаний бёдер под кардиганом. Скромные каблучки превратили плавную походку в завуалированный брачный танец.
Он оставил виалы в термостате, а комментарии о баснословном ценнике на оборудование в лаборатории — при себе. Алексия повела его не в привычное тюремное крыло, а в сырой подвал, куда даже он со своей спецназовской подготовкой поостерёгся бы спускаться с кем-то кроме женщины в платье и туфлях.
Утробный вой из-за сейфовой двери достиг слуха ненамного раньше, чем обоняния — едкая резь концентрированной кислоты. Альберт прикрыл нижнюю часть лица рукавом, Алексия — полой кардигана. С той стороны армированного стекла на них смотрел — нет, не смотрел; у него явно не было глаз под заскорузлой повязкой — образец, в котором ещё угадывалась анатомия мужчины с тонкими костями. Многочисленные ремни стягивали ноги вместе и руки в молитвенной позе за спиной, но гротескно бугрящиеся мышцы под иссиня-серой кожей как будто пытались прорасти сквозь путы. Грудная клетка была распахнута, как ощерённая пасть, обнажая пульсирующее сердце размером с хороший грейпфрут. Откуда-то из-за спины росло три щупальца (или, может быть, муравьиных ноги) с впечатляющими когтями на концах. Альберт восторженно выругался, кажется, одними губами, — но мутант каким-то образом почуял компанию и исторг изо рта (нет, тоже уже пасти) что-то пенящееся и шипящее при соприкосновении с грязной соломой на полу. По их сторону стекла с жужжанием включилась система фильтрации воздуха.
— Восхитительно, леди Алексия, — сказал он теперь уже вслух, не скрывая восторга. — Кто это?
— Охрана называет его Носферату, — она нежно провела по стеклу ладонью. — Банально, но я согласна, что называть его графом Эшфордом уже странно.
Альберт почти услышал щелчок, с которым всё встало на свои места в его голове. Значит, она решила вопросы с гендерными предрассудками британского общества и с домогательствами на работе одним элегантным жестом. Двух пташек одним камнем, как сказал бы Спенсер. Избавила себя от отчётности перед “Амбреллой”, заняла в обществе место брата со всеми его привилегиями, а самого Альфреда упрятала туда, где его не узнают, даже если найдут. Как бессердечно — и как гениально. И как аутентично смотрелась в колониальном мундире!..
— Леди Алексия, я покорён, — так и сказал он, опустив руку от лица. — Меня восхищает ваш ум. Вы позволите поцеловать вам не только руку?
Она мелодично рассмеялась, театрально обмахнулась ладонью.
— Вы всегда соблазняете так неизощрённо, капитан Вескер? Вы можете поцеловать мне что угодно, но не здесь. Настоящие леди блудят в своей спальне.

Совместный портрет близнецов в этой спальне теперь выглядел как издёвка над общественной моралью в более чем одном смысле, но Альберт не позволял таким мелочам омрачать его похождения по чужим постелям. Его устроило, что Алексия кусает, а не целует, и он не помешал ей раздеть его первым. Смазанные пальцы между ягодиц вызвали откровенный восторг: он всегда подозревал, что приличные девочки трахаются грязно.
Ему, правда, пришлось расстаться со своей недавней гипотезой, когда он всё-таки уличил момент запустить ей руку под подол и нащупал там член. Но на размышления у него ещё было всё время обратного пути, а в девиантные виды досуга хотелось вовлекаться полностью и в моменте.

— Доктор Спенсер, — сказал он сильно позже, — у меня есть образец ДНК, который я хочу отдать на расшифровку, и праздный вопрос вдогонку. Насколько мы уверены, что Алексия Эшфорд — женщина в биологическом смысле, а не только социальном?
Шеф воззрился на него со смесью изумления и подозрения.
— Здесь явно какая-то запутанная история, — ответил после паузы. — Расскажи кратко, но в грязных подробностях.
Альберт развёл руками.
— Кто-то из близнецов ходит по Рокфорту в платье и на каблуках, выглядит как девушка с обложки Vogue, оттрахал меня в задницу до искр в глазах и кончил внутрь. Я не жалуюсь, но мне любопытно, кто именно.
Он мысленно поздравил себя с тем, что смог хоть немного, да шокировать старого извращенца Спенсера. Тот покачал головой.
— Ты же знаешь, что мог просто отрезать кончик ногтя или что-то в этом духе? — спросил с тенью раздражения.
— Иуде тоже не было обязательно целоваться, — самодовольно возразил Альберт. — Но у него были свои методы и у меня тоже.
Шеф не стал ввязываться в этот спор, но демонстративно натянул латексную перчатку, прежде чем протянуть руку за образцом.

— По формальным признакам это ДНК мужчины англосаксонского происхождения, с отягощённой наследственностью со стороны психического здоровья, — заключил Спенсер по итогам. — Здесь никто не удивлён. Но примечательно, что сравнение с кодом Александра и Эдварда из нашей базы показывает лишь дальнее родство с обоими. Причём менее дальнее — с Эдвардом, хотя казалось бы. Как думаешь, о чём это говорит?
— Что у нас есть гипотеза, но для её проверки нужно эксгумировать Веронику Эшфорд, — предположил Альберт, наполненный примерно поровну предвкушением творческих задач и ожиданием такого геморроя, каким не грозят крепкие, необрезанные, гендерно неопределённые британские члены трогательно розоватого оттенка.
— Для начала попробуй ограбить Британский музей, — прагматично посоветовал шеф. — Там безопасность явно слабее, чем на Рокфорте, и взломщиков просто задерживают, а не ебут в жопу.

Альберту ещё не приходилось грабить музеи, но он наступил на горло своей авантюрной песне и приехал в Лондон в мирной роли учёного непривычной специальности. Антуражные очки в тонкой оправе он нашёл в запертом и опечатанном кабинете Александра, а небрежность в одежде и пылающий фанатизм в глазах позаимствовал у старины Уилла. Изобразил немецкий акцент под стать фамилии и корочке, чтобы не смущать островитян американским, и рассказал кураторше душещипательную историю последнего выжившего Эшфорда, который увлёкся генетикой по стопам отца и решил валидировать семейное древо в ожидании трагедии, положенной ему.
Бабушка-профессор промокнула глаза.
— Пока вы не заговорили, я думала, что вы и есть граф Альфред, — призналась она. — Я вас обрадую, доктор Вескер: при реставрации одного из её платьев нашли целую прядь волос в застёжках корсажа. — И добавила без убеждённости: — Кажется, лет тридцать тому назад мы уже отщипнули кусочек для графа Александра.

— Умеешь же работать деликатно, когда хочешь! — похвалил шеф и повернул к нему монитор с результатами сравнительного анализа. — Смотри, твой контрабандный образец с Рокфорта полностью повторяет уцелевшие фрагменты ДНК Вероники. Как мы и думали.
— А чьим кодом их дополнили, если не Александра и даже не Эдварда?
— Вирусным? — предположил Спенсер.
— Можете предположить, каким? — спросил Альберт на правах номинального учёного, который больше решал проблемы, чем сидел в лаборатории.
Шеф таинственно развёл руками, ненавязчиво указывая на дверь.

— В каком смысле Спенсер не знает? — возмутился Уилл. — Он же сам украл этот вирус у Маркуса нашими с тобой руками и назвался его создателем. Что, даже не заглянул в расшифровку за всё это время? Это же “Прародитель” наш родимый. Ты, кстати, тоже мог бы узнать.
— Поимей снисхождение к коллегам неакадемического склада ума, — попросил Альберт, не скрывая усмешки. — И просто пошути что-нибудь нетолерантное о том, что твои любимые близнецы, получается, отчасти африканского происхождения.
— Самые бледные черномазые среди островной аристократии! — с готовностью просиял Уилл.

В следующий раз Альберт прилетел на Рокфорт налегке, с милым сердцу поручением помучить анонимного разоблачителя, переставшего быть анонимным несколько месяцев назад. За это время тот должен был успеть обдумать всё, что ещё имел сказать, и подготовиться к завершению жизненного пути. Сам он подготовился по-своему — побрил для прекрасной леди всё, что в этом нуждалось, и оделся в костюм с водолазкой вместо привычного тактического кевлара.
Возможно, переусердствовал: в этот раз его встретил Альфред — не просто при параде, но и с аксельбантом и орденами. Не без усилия представив его накрашенным и с волосами, уложенными в каре, Альберт всё равно не смог осмыслить это лицо как женское. Фигура тоже считывалась как однозначно мужская — ладно, мальчишеская, — даже с поправкой на гипермаскулинный силуэт формы.
— На работу как на праздник, да? — поддразнил он, пытаясь оценить свои шансы на новый раунд бодрого траха с учётом новых обстоятельств.
— Что и говорить, на Рокфорте однообразные развлечения, — ответил Альфред своим, очень своим резковатым тенорком. — И я даже не хочу знать, как дела в Антарктике. Чем не праздник — пытки, на которые можно просто посмотреть со стороны?
— А что, вас на них пригласили, герр комендант?
Альфред раздражённо отмахнулся, сверкнув овальным сапфиром в перстне на среднем пальце.
— Давай просто по имени, — разрешил-попросил сквозь сжатые зубы. — Но отвечая на твой вопрос: я могу посмотреть вживую или могу посмотреть на камерах, если ты считаешь, что у моих подопечных ещё есть от меня секреты.

Альберт не стал спорить с единомышленником. Даже устроил ему показательное выступление — более зрелищное, чем если бы проводил последний допрос тет-а-тет. Немного испачкал костюм, но чего не сделаешь ради гостеприимного хозяина. Разве что не оставил отработанный материал в живых для опытов; на этот счёт инструкции от Спенсера были однозначными. Впрочем, Альфред и не настаивал. Судя по расширенным зрачкам и расстёгнутому вороту, его мысли были очень далеки от науки.
— Когда ты пытаешь сам, тоже возбуждаешься? — спросил Альберт без осуждения или издёвки, с искренним любопытством.
— Нет, — Альфред пожал плечами. — Работа есть работа. Но смотреть на работу профессионала… — он облизнул губы.
Других намёков Альберту не потребовалось.
— Ты меня или я тебя?
— Зачем “или”, если можно “и”? — Альфред изобразил невинную улыбку, почти порнографическую на его неуловимо порочном лице. — Но не здесь, а в спальне перед зеркалом.

Альберт не искал единомышленника — в лучшем случае привилегии без дружбы — но соучастник в нарциссизме оказался отличным вариантом на остаток дня. Может быть, зеркало в Эшфорд-манор видело ещё и не такое, а вот он впервые прочувствовал на собственном опыте, насколько объединяющей и взаимной может быть самозацикленность.
— Раскрой профессиональный секрет, — попросил он в промежутке. — Почему у тебя всегда больше заключённых, чем отправляем мы?
— Неужели кто-то всё-таки читает эти отчёты? — поразился Альфред. — В любом случае, это между мной и британской короной.
— Так вот за что у тебя ордена? — озарило, в свою очередь, Альберта.
— А ты думал, я ношу прадедовы?
Отвечать на провокационные вопросы, а уж тем более отвечать честно, не входило в его планы. Он примирительно погладил Альфреда по бедру.
— Прадед бы тобой гордился. И если отец не гордился, то зря.
Альфред перевернулся на живот и некомфортно упёр острые локти ему в грудь.
— Избавь меня от психоанализа по Фрейду, — сказал хмуро. — Мой так называемый отец не гордился своей работой, потому что работал небрежно. Если он хотел одну дочь, надо было и делать одну дочь. Теперь он воет в подвале днями и ночами, а я вою от одиночества у себя в голове.

Эту сплетню Альберт оставил себе, потому что она только подтверждала известные факты. Ему захотелось сохранить в памяти самое редкое сокровище Эшфордов: проблеск рефлексии в омуте фамильного безумия.

Новые годы принесли новые разочарования. Самым удручающим оказалось то, что тихоня Уилл не только решил продать свои разработки в ЦРУ мимо кассы, но и наломал в процессе таких дров, что лабораторию в Раккун-сити пришлось бомбить вместе со всем заражённым городом. Если бы заклятый друг пережил свои авантюры, Альберт непременно напомнил бы ему — возможно, в той самой тюрьме на Рокфорте, — что кое-кому стоило бы поучиться у младших Эшфордов продуктивному взаимодействию с властями. Но, по традиции за неимением самого важного тела, везти к ним в гости пришлось идеалистку и смутьянку Клэр Рэдфилд с её мнениями и поступками по поводу участия брата в пресловутых ликвидационных мероприятиях. Опять что-то на языке сестринских уз.
У Альберта, впрочем, были свои предпочтения по поводу чужих сестёр. На подлёте к острову он набрал с радиотелефона кабинет коменданта, удостоверился, что там отвечает томный женский полушёпот, и только тогда отложил книжку про диссоциативное расстройство личности.
— Сейчас не психуй, Клэр, — предупредил, уже расстёгивая молнию на спецназовской куртке. — Я собираюсь раздеться и снова одеться, но это не имеет отношения к твоей телесной неприкосновенности. Можешь смотреть или не смотреть, просто не надо грязи.
— Ты полный дегенерат, Вескер, — сказала она и отвернулась. Он пожал плечами.
— Я понимаю, что для тебя это непривычная и стрессовая ситуация. Но лично я прилетел трахаться с очень элегантной леди, и будет некрасиво заявиться к ней в непотребном виде.
Клэр вряд ли поняла смысл красного пиджака и белых брюк, но в любом случае промолчала.

— Вот, значит, как? — спросила со смутно плотоядной улыбкой означенная леди, на сей раз накрашенная как на приём к королеве и одетая в викторианское платье из лилового шёлка с невозможным корсетом, достойным бабушки Вероники, трижды “пра”. — Ты знаешь, где меня найти, когда закончишь с работой.

По пути в спальню Альберт обратил внимание на россыпь гильз на ковре у балюстрады и выбоины в стене позади витрины с некогда бесценным фарфором. Типичные следы жизнедеятельности лорда Альфреда в мире леди Алексии.
Она сняла с него только тёмные очки, а с себя — только одну перчатку. Поза наездницы оказалась идеальной для траха в турнюре, и они даже не столько потрахались, сколько занялись, прости господи, любовью. Ясности рассудка хватило ровно на то, чтобы оценить рубин на шее и сапфир на пальце… и прийти к очевидному выводу: если леди Альфрексия обрела такую гармонию с собой, то ему тем более плевать на всё называемое объективным.
— Альфред, — сказала она после, обняв его лицо ладонями, и тут же поправила себя: — Альберт. Я знаю, что ты попытаешься сделать в обозримом будущем, и тогда ничего из этого уже не будет иметь значения.
— Не торопи события, любовь моя, — попросил он.

Когда Альберт всё-таки увидел голой настоящую Алексию, это не то чтобы потеряло актуальность, но парадигма уже сдвинулась. Он больше не работал на “Амбреллу” и пришёл за её разработками не как коллега-оппортунист, а как вооружённый мародёр посреди бушующей эпидемии. Его жизненные приоритеты не сильно поменялись, но успешная инкубация Т-вируса открыла больше возможностей испортить чей-нибудь день с выдумкой и задором.
Для неё тоже кое-что изменилось за время, проведённое в криокамере: пока Альфред взращивал в себе настоящую женщину, нимфа выросла в имаго. Её роскошные волосы свились в щупальца, тело покрыл бледно-серый хитиновый карапакс, а между бёдер красовался яйцеклад длиной с его предплечье. Само по себе это было даже интригующе; он не упустил бы возможности теперь, когда имел все шансы пережить романтическое рандеву, — если бы был хоть немного знаком с этой настоящей Алексией, а не рождённой в подсознании единственного, кто её на самом деле любил. Без этого важного “бы” Альберт решил не ввязываться ни в драку, ни в прочие экстремальные развлечения, и немедленно закончить своё знакомство с семейными ценностями Эшфордов.

Отредактировано (Сегодня 06:53:51)

Анон · Сегодня 06:48:26

Как нас мало, отборные храбрецы! :chearleader:

Анон · Сегодня 06:53:55

ТАКОЕ досталось мне :smoke:

Холиварофорум

Объявление

#1 2020-09-22 11:41:58

Фестиваль отзывов на холиварке

#216951 Вчера 22:31:33

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216952 Вчера 22:49:09

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216953 Вчера 23:14:24

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216954 Вчера 23:19:42

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216955 Вчера 23:37:21

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216956 Вчера 23:39:10

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216957 Вчера 23:47:59

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216958 Вчера 23:53:26

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216959 Вчера 23:58:23

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216960 Сегодня 00:12:14

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216961 Сегодня 00:26:01

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216962 Сегодня 01:25:30

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216963 Сегодня 01:28:26

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216964 Сегодня 06:34:22

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216965 Сегодня 06:45:01

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216966 Сегодня 06:48:26

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

#216967 Сегодня 06:53:55

Re: Фестиваль отзывов на холиварке

Подвал форума