За консультацией к юристам обратилась Марина Сергеевна У. из Воронежа. Ее родной сын буквально выживает родителей из принадлежащей им на 2/3 квартиры, фактически вселившись без их ведома в жилье. Да, ему принадлежит 1/3 доли в трехкомнатной квартире, но поведение сына категорически не нравится 62-летней Марине Сергеевне и 67-летнему отцу – Виктору Ивановичу. 32-летний сын вместе со своей 29-летней женой и младенцем стали проживать в одной квартире с родителями.
Далее – ситуация со слов клиента. Согласие на публикацию текста получено, Марина Сергеевна лично ознакомится с комментариями.
Все было хорошо. Но недолго
Мы никогда в жизнь сына Алексея не лезли. Максимум – давали советы там, где считали нужным, пусть нас об этом и не просили. Учился он там, где хотел (менеджмент), женился на той, которую сам выбрал. Ничем не мешали, но и помочь, увы, не ничем не могли.
Муж всю жизнь крутил баранку, отработав больше 40 лет водителем, а я работала везде, где можно – со средним специальным образованием, к сожалению, выбор был невелик. Поэтому хоромы или трех квартир мы не заработали.
«Трешка» в спальном районе по 1/3 на каждого от приватизации, да дачный домик в 30 км. от Воронежа. Неплохой, но маленький. 35 кв.м. с удобствами и электрическим отоплением. Пенсии тоже так себе – у меня 12 тысяч, у мужа 13.
Сын денег не просил, всего сам добивался. То работал, то бизнесы какие-то пытался открыть. Последнее время со своим приятелем занимались организацией то семинаров, то тренингов. Не знаю точно, на какую тему – он не рассказывал, а я не спрашивала. Супруга его работала в Интернете, курсовые писала, переводы и какие-то занятия вела. Закончила ВУЗ на переводчика, а среднее образование педагогическое имела.
Жили молодые дружно, два года назад взяли жилье в ипотеку – просторную трешку. Так как с официальными доходами было не очень, устраивались к кому-то из знакомых на работу. Якобы. То ли фиктивно, то ли работали – но ипотеку взяли. Правда на 25 лет, чтобы платеж ежемесячный поменьше.
Сумма кредита – 2,5 млн. рублей, за два года выплатили только 100 тысяч, хотя в месяц отдавали больше 35 тысяч. Через год, на радостях от идущих в гору дел (зарабатывали они неплохо вдвоем), еще и на машину кредит взяли (200 тысяч потребительского), техники всякой в рассрочку понабрали.
Итого в месяц должны были отдавать всяким банкам больше 45 тысяч, что стало очень тяжелым испытанием во время кризиса.
В ноябре 2019 года Оксана еще и родила сына. Денег на тот момент хватало с лихвой – как убеждал меня Алексей, когда я сокрушалась, что надо было квартиру взять поменьше. Однушку или старенькую «двушку» хотя бы.
- Мать, мы хотим все и сразу. А не в 50 лет, как у вашего поколения принято. Я не могу год копить на телевизор и лет 10 – на половину стоимости квартиры. Жить нужно сейчас!
А тут грянули все эти виpyсные события и дела у сына пошли не очень. Все их мероприятия закрылись и жить они стали фактически на доходы Оксаны, которые тоже уменьшились. Ипотека и кредиты стали выходить на просрочку.
Квартиру на продажу…
В конце мая Алексею предложил купить его квартиру друг детства. С хорошей скидкой, но продать ипотечную квартиру можно только реальным знакомым – ведь сначала они должны перевести «аванс» на сумму остатка кредита. От продажи квартиры осталось около 400 тысяч рублей после погашения долга перед банком.
Алексей попросил прописать к нам внука – мол, иначе квартиру не продадут. Мы согласились.
А в начале июня, приехав с мужем с дачи, где были пару дней, обнаружили молодых, обживающих одну из комнат, которая раньше была Лешкина.
- Мать, мы поживем какое-то время. Может полгода, может год-два. Сейчас все устаканится, соберем еще тысяч 200-300 и возьмем что-нибудь опять. Ты права была, погорячились с квартирой. Точнее не с квартирой, а со сроком кредита. Два года в тишину проценты платили!
Сказать, что мы с мужем «обрадовались» – ничего не сказать. У нас свой уклад жизни, без сына мы жили уже больше 10 лет и подобные «соседи» та еще радость.
- Хоть бы спросил разрешения или предупредил… - буркнула я. – Хотя куда нам деваться…
- Вот именно – куда вам деваться. Можно подумать ты внуку не рада будешь! Или мне... - улыбался сын. – А спрашивать разрешения – это шутка? Тут моя доля такая же, как и ваша. Если будем мешать – ну, поживите на даче, делов-то! Вы ж на отдыхе заслуженном, ни к чему не привязаны. Наслаждайтесь жизнью!
Я немного ошалела от столь оптимистичного настроя сына. Дача, конечно, у нас хорошая. Но мужа туда больше чем на 2-3 дня на загнать, да и я сама люблю город. У нас на даче ни огородов, ни плантаций. Десяток деревьев, клумбы, да грядка небольшая. Но я промолчала.
Совместная жизнь не задалась
За минувший месяц мы нажились по самое не могу!
Оксана оказалась той еще командиршей. Командовала и Алексеем, и нами. У нее, видите ли, работа почти все время – нужна тишина максимум времени.
Отец смотрит ТВ – мешает.
Алексей лишний раз зашел в комнату – мешает.
Ребенка девайте куда хотите в часы бодрствования. Леша с ним не может совладать, дите постоянно вопит, чем выводит из себя Оксану. А он растет, спать ему уже почти не нужно.
Попыталась поговорить, объяснить, что ребенок, конечно же, общий, но мама ему важнее. Так мне едва ли не нахамили.
- Дорогая моя, я с радостью бы не жила с вами – предлагала сама Алексею комнату снять. Но ему хочется комфорта, без соседей, на мамкиных пирожках. Он играет в мужчину «сказал – решил», поэтому я не буду с ним спорить. Пусть играет в мужика, а я семью кормлю, если не заметили и мне не до войны с упрямым поклонником домостроя. Поэтому будьте так добры – создать мне все условия для спокойной работы или устройте своего сына куда-нибудь, чтобы я могла ребенком заниматься без страха умереть с голода, - в таком духе я выслушала монолог от Оксаны.
Алексей и впрямь не спешил ничего решать. Раз в неделю встречался со своими партнерами, что-то там думали-придумывали, грезили выходом из карантина и все. Иногда выезжал потаксовать вечером, привозил несколько сотен рублей или по звонкам знакомых выполнял мелкие поручения – отвезти-привезти, помочь-разгрузить и прочее. На еду, и то немного, зарабатывал.
Нашла коса на камень
На прошлой неделе разгорелся серьезный конфликт. Довели отца – Оксана в очередной раз цыкнула на него за громкий звук в телевизоре. Ну глуховат он, да, смотрит кино или новости на громкости выше обычной.
Ну, мой Витька не выдержал и высказал ей все, что на язык попало. И что «работать надо нормально, с 8 до 18, а не дома сидеть» и что «неизвестно чем она там занимается, может просто сидит» и так далее.
Оксана психанула, сделала распечатки по счетам, кинула их ему – смотрите, говорит, только за июнь 50 тысяч поступило.
- Не стыдно, что больше всех, вместе взятых в этом доме, я зарабатываю и вы мне тут еще указываете?! – возмущалась Оксана. – Еще и коммуналку всю плачу за свои полностью!
- Да еще надо разобраться, за что тебе деньги платят! – краснел от обиды Виктор Иванович, которого слова невестки задели за живое. – Может ты там непристойности делаешь перед экраном мужикам чужим! Мы всю жизнь работали – таких денег не видели!
- Что?! Да как вы смеете! Если вы зарабатывать не умели, не умеете и сына своего не научили – то это вам дает право меня оскорблять?! Непристойности?! Которые я официально провожу и налоги с них плачу?! Вы совсем …. – Оксана, матюкнувшись, гневно хлопнула дверью, отбив солидный кусок штукатурки.
Вечером сын поставил перед фактом. Или мы перебираемся на лето на дачу, или… живем, как живем, но за Оксану он больше не отвечает и вообще она права в своих упреках. Через неделю он тоже выходит на работу в ночную смену в охрану. Зарплата небольшая, тысяч 15-17, но чтобы дома не сидеть. И ребенок, в таком случае, на нас.
- Или самый крайний вариант – я вам продаю свою долю, по рыночной цене с хорошей скидкой. Это тысяч 600-700 примерно. И все, завтра нас сразу тут не будет, если свое добавим - хватит даже однушку убитую купить без кредитов где-нибудь в спальном районе.
- Сынок, так денег нет таких у нас! Знаешь же, 250 тысяч на счете лежит и еще два вклада по 80 тысяч – гробовые наши! – всплеснула я руками.
- У меня тоже их нет. И что? Продайте дачу. Давайте квартиру эту продадим, разменяем. Или вырученные деньги в дом вложите, что вы тут нюхаете городскую гарь… Оксана хочет съехать в комнату или арендную квартиру, но я не хочу – ребенок должен расти в родных стенах! – убеждал нас сын.
Мы с мужем в шоке. Из своей квартиры выселяют. Деньги требуют. Просто потому, что по нашим дурацким законам в свое время сына обязаны были вписать во владельцы жилья… Это что же это такое?! Что делать? Какие варианты есть?
Виктор уже настаивает на их выселении, но я не уверена, что это возможно.
Юрист не утешил
Любое юридическое решение вопроса – это лишь усугубляющийся конфликт и затяжной судебный процесс его разрешения.
Добиться выселения собственника жилья, пусть и владеющего 1/3 доли, в вашем случае очень и очень сложно. Нужно доказать, что они создают Вам с мужем значительные препятствия для проживания или же нарушает иные интересы, как то прописано в ст. 293 ГК РФ. К тому же в квартире прописан ребенок, которого так же не выселить легко и просто в никуда.
Если через суд установить порядок пользования имуществом, то особой пользы это не сыграет – будете сражаться за каждый выход из комнаты, за каждый звук.
Это сделать можно, такое право у вас есть – требовать судебной защиты своих интересов – но лучше решать конфликт путем переговоров.
В том числе – с рассмотрением варианта выкупа доли у сына. Да, это сложно и чем-то придется пожертвовать (разменять квартиру или продать дачный дом), но несмотря на всю моральную сторону ситуации - у сына есть законное право на 1/3 доли в квартире. И с этим придется считаться…
В любом случае – юристы помогут реализовать любые принятое решение, но данный вопрос больше лежит в плоскости человеческих отношений.