Холиварофорум

Старый Слоупок

Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Обсуждение творчества и жизни Александра Сергеевича Пушкина.*

*А также привходящих социокультурных и политических обстоятельств.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Фиговый листочек одноразовый, это верно. В следующий раз понадобился бы какой-нибудь другой, например липовый. Но в принципе Пушкин был не против, чтобы царь разруливал его долги под благовидным предлогом, вон, черновик про 100 тыс. сочинил.

Запрет Пушкин обошёл, но само наложение запрета его не взбесило до чего-то трагического и не обесчестило.

А уж возможности друзей измерялись только их долготерпением и желанием. Жуковский утомился и взял булавочку, Вяземские отвернули лица и не повели ухом, а могли бы вмешиваться, и вмешиваться... и вмешиваться.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Но выше привели достаточно фактов: и царь уже один раз заплатил его долги, прикрыв это неприглядное дело фиговым листочком, и тот же царь запретил ему вызывать, и друзья преотлично и многократно вмешивались, и Пушкин всё это как-то сносил и не стрелялся от бесчестья.

Так второй раз использовать фиговый листок было нельзя, возможности для вмешательства друзей к январской истории исчерпались, а запрет Пушкин обошел. Всё слишком далеко зашло, чтобы какое-то третье лицо могло уладить дело. Теоретически можно рассмотреть вариант, когда Пушкин выкладывает ближнему кругу все свои соображения насчет организованной против него кампании травли и грязных сплетен, а те офигевают от "адских козней" и как минимум лиц не отворачивают. Но это полное сослагательное наклонение, и есть у меня подозрение, что только смерть Пушкина их встряхнула и заставила задним числом осознать все странности ситуации. А не случись дуэли, так и считали бы, что Пушкин преувеличивает и нагнетает, и хватит уже беситься на пустом месте.

После дуэли широкому кругу его друзей и следствию, включая царя,   стало известно его письмо Геккерну, а также рассказы НН о том, как Геккерн её сначала уговаривал отдаться Д, а потом ей грозил. Про встречу у Полетики она не рассказывала, видимо .никому кроме сестры Александрины и Веры и мб. Петра Вяземских. Во всяком случае Андрей Карамзин о ней в марте 1837 понятия не имеет. А вот об уговорах и угрозы со стороны геккерна в конце октября начале ноября знает. Знать об этом он мог только через рассказы НН. Пушкин с того света не мог никому пересказать, что НН говорила ему 4 ноября.

Против этих её рассказов было только слово Геккерна, который утверждал, что он действительно с ней разговаривал, но только не улещал её отдаться сыну, а наоборот, указывал на то как она себя компрометирует и его губит, и требовал чтобы она перестала с ним коеетничать. И мол если она что-то и поняла из этого как угрозы, то это он живописал ей, до чего она может докатиться таким образом и к какому скандалу повод она в итоге подаст. В доказательство всего этого  он ссылался на то, что после каждой такой беседы делился  рассказом об этой беседе с женой Нессельроде и ещё одной очень важной высокопоставленной дамой, и они могут это подтвердить.

Подтвердить они могли только то, что Геккерн с ними на рубеже октября ноября делился тем как он мол вёл такие разговоры с Пушкиной. Но они никак не могли подтвердить, что он ещё им и правду говорил, и говорил с пушкиной действительно именно так как пересказывал им, а не создавал себе таким образом прикрытие.

Так что оставалось верить либо НН, либо Геккерну. И тут никто не сомневался, кому верить, сам Николай писал, что Геккерн повёл себя как подлая каналья, уговаривая отдаться Д, а потом пугая  Пушкину. То есть он однозначно поверил НН, а не Геккерну. Тем более друзья поверили НН. После этого они и отпрянули от Геккернов и даже стали давать гораздо больше веры обвинению Пушкина, что Геккерн стоит за дипломом и рогоносца. Ни царь, ни друзья Пушкина не приняли это с уверенностью, но подозрения у них возникли, в то время как раньше они и слушать об этом не хотели.. и в любом случае они задним числом решили, что Пушкину иметь такую уверенность было более чем простительно, поскольку после таких пакостей, как уговоры геккерна НН отдаться дантесу и перехода его к угрозам по этому поводу было более чем естественно приписать ему и диплом рогоносца.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Жуковский утомился и взял булавочку, Вяземские отвернули лица и не повели ухом, а могли бы вмешиваться, и вмешиваться... и вмешиваться.

Вот честно скажу, я всегда офигевал от того, каким водоразделом стала дуэль (а потом и смерть) Пушкина в их отношении к нему. Жуковский рассыпается в похвалах гению, Вяземский рыдает на ступенях церкви, оба кладут свои перчатки в гроб... То самое "он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог". Не, понятно, что смерть бывает тем самым великим примирителем, когда вспоминается о человеке только хорошее, но контраст между их кислым раздражением буквально накануне дуэли и возвращением всех пылких дружеских чувств после всё равно меня поражает. (Впрочем, как я понимаю, Вяземский оклемался довольно быстро, раз через несколько лет начал беззастенчиво клеиться к Наталье Николаевне.)

Отредактировано (2026-06-25 10:39:12)

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Фиговый листочек одноразовый, это верно. В следующий раз понадобился бы какой-нибудь другой, например липовый. Но в принципе Пушкин был не против, чтобы царь разруливал его долги под благовидным предлогом, вон, черновик про 100 тыс. сочинил.

Запрет Пушкин обошёл, но само наложение запрета его не взбесило до чего-то трагического и не обесчестило.

А уж возможности друзей измерялись только их долготерпением и желанием. Жуковский утомился и взял булавочку, Вяземские отвернули лица и не повели ухом, а могли бы вмешиваться, и вмешиваться... и вмешиваться.

Жуковский булавочку взял, да потом ещё как воткнул обратно. Ведь уже после этого взятия булавочки 21 ноября Пушкин в третий раз за ноябрь решил всё-таки добраться до дантеса с дуэлью. И написал 21 ноября одно письмо Геккерну (практически такое же, какое реально отправил в январе, То есть он просто в январе отправил почти без изменений ноябрьское письмо), а другое Бенкендорфу.  Геккерну он писал в самом обличающем духе и заявлял, что теперь пусть геккерн сам думает, чем он мог бы умолить Пушкина не устраивать скандал и не оповещать всю публику о тех вещах в которых он обличает геккерна. Письмо было рассчитано либо на полную капитуляцию геккерна, либо на то что Дантес вызовет Пушкина в ответ.  Бенкендорфу он сообщал, что взял первый вызов назад, потому что Дантес решил посвататься к Екатерине, но после этого уверился что диплом рогоносца, который он получил из-за неутомимого волокитства Дантеса за его женой, был устроен  геккерном, что он не собирается приводить этой своей уверенности никаких доказательств, но желает довести эту уверенность до сведения правительства и общества.

Однако ни одного из этих писем он не отправил, на следующий день 22 ноября Жуковский доложил обо всём  этом императору (тот обо всей этой истории услышал  впервые), 23 ноября император призвал Пушкина на аудиенцию (история не сохранила, был ли он при этом в мундире или пошёл всё-таки во фраке, на эту тему у них с царём были постоянные дрязги), Пушкин изложил ему то, что он писал бенкендорфу, император заверил, что никто не сомневается в чести его жены, что он сам, император, будет первым защитником этой чести, и взял с Пушкина слово не вызывать на дуэль ни д ни г (подразумевалось что и не писать им ничего такого, на что должен был бы последовать вызов).

Пушкин на этом и ушёл, дав  такое обещание

▼Скрытый текст⬍

. (Можно сказать что если смотреть совсем формальной точки зрения, то 25 января он это обещание не нарушил, поскольку в конце письма 25 не только нет никакого вызова, Но и нет никаких угроз на случай если геккерн примет его требования. Пушкин просто пишет, что если Дантес или Геккерн будет продолжаться общаться с Натальей, то он Пушкин устроит большой скандал. Всё чего он требует, это чтобы Дантес с Натальей общаться перестал, и геккерн тоже больше к Наталье ни с. ем не обращался. В письме содержалось множество самых жёстких осуждений поведение геккерна и Дантеса, Дантес определяелся как мошенник и подлец, Геккерн как низкий человек, но вызова там не было, и содержание чётко сводилось к тому, что если г и д перестанут общаться с Натальей, то на этом всё)

Поскольку Жуковский не мог узнать телепатически о том что Пушкин подготовил 21 ноября послания Г и Банк, то это значит, что Пушкин сам ему об этом сказал, Жуковский, желая спасти положение, сказал что обеспечит Пушкину аудиенцию с государем и его вмешательство и Пушкин это принял.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Жуковский утомился и взял булавочку, Вяземские отвернули лица и не повели ухом, а могли бы вмешиваться, и вмешиваться... и вмешиваться.

Вот честно скажу, я всегда офигевал от того, каким водоразделом стала дуэль (а потом и смерть) Пушкина в их отношении к нему. Жуковский рассыпается в похвалах гению, Вяземский рыдает на ступенях церкви, оба кладут свои перчатки в гроб... То самое "он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог". Не, понятно, что смерть бывает тем самым великим примирителем, когда вспоминается о человеке только хорошее, но контраст между их кислым раздражением буквально накануне дуэли и возвращением всех пылких дружеских чувств после всё равно меня поражает. (Впрочем, как я понимаю, Вяземский оклемался довольно быстро, раз через несколько лет начал беззастенчиво клеиться к Наталье Николаевне.)

Так они только на этом этапе все узнали от НН , что геккерн в конце октября начале ноября сначала уговаривал её отдаться дантесу, а потом добиться того же самого угрозами.
Это переворачивало всё в отношениях и к геккерну, и к дантесу, поскольку естественно никто не желал верить, что геккерп мог такие разговоры вести без всякого ведома Дантеса. Сам-то Дантес надеялся что такое прикрытие сработает, но реально действительно именно он просил геккерна в   октябре, после провала на свидании у полетики, вступиться в дело и добиться для него Наталья Николаевны либо уговорами либо угрозами. Геккерн это и делал. Дантес специально его предупреждал чтобы геккерн при этом не употреблял тех же выражений, какие употреблял В общении с Натальей Николаевной сам Дантес, чтобы она не заподозрила что они действуют согласованно. Но после дуэли в такую согласованность никто не верил.

Так что перелом тут был вполне естественен. До того как им НН после дуэли  Пушкина всё это сообщила, они все исходили из того, что Дантес просто в пределах светских приличий клеился к НН, пламенно её любя, и все. А Пушкин стал разыгрывать ревнивца и устраивал скандалы.

Ещё интереснее перелом у публики, которая ничего этого не знала. В считанные дни после смерти Пушкина она раскупила его книг на 40.000. если бы она это сделала в предыдущие 2 месяца, Пушкин выбрался бы из финансового капкана. Он получил бы на этом около 35.000 руб, и этого естественно не хватило бы на оплату долгов, но хватило бы и на жизнь (при экономии), и на уплату процентов по этим долгам.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

" они любить умеют только мертвых", Пушкин всё написал заранее сам.

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Кстати говоря, два конфликта, сильно повлиявших на всю жизнь Пушкина тридцатых годов,, произошли по таким причинам.

▼Скрытый текст⬍

30 декабря 1833 года Николай дал Пушкину придворный чин камер-юнкера. Больше было невозможно, следующий придворный чин, камергера, давали тем, кто по непридворным чинам был генералом или около того. Десятки камер юнкеров были и старше Пушкина. Но что правда, то правда, _присвоение_ этого чина обычно имело место а куда более раннем возрасте.
Родственники и прочие отметили, что НН была в восторге, потому что тем самым она постоянно должна была получать приглашение на придворные балы.
А вот сам Пушкин был в ярости, потому что ему казалось нестерпимым, что он в своём возрасте получает такой же чин, какой обычно получали всякие молокососы. Он узнал об этом 30 декабря, в тот же день, находясь рядом с братом и другими, пришёл в ярость, заявил что сейчас пойдёт к царю и наговорит ему грубости. Его конечно отговорили. Через некоторое время он встретил великого князя Михаила Павловича и тот поздравил его с камер юнкерством, Пушкин ответил: "благодарю, до сих пор все надо мной смеялись, вы первый меня поздравили". В реальности никто над ним из-за этого чина не смеялся. Просто конкретно те, кто и раньше его ругал  за типа измену идеалам и переход на сторону правительства, получили дополнительный штрих в эту картину (просто потому что ему присвоили придворный чин), но он с такими людьми и не общался. То, что он именно камер юнкер, а не камергер, вообще кажется никого кроме его самого не волновало. Николай обо всём этом узнал, тем более что при первой же встрече с ним Пушкин не благодарил его за этот чин и демонстративно не надевал камер юнкерский мундир, когда это было положено. В первые месяцы 1834 он пожаловался одному из своих знакомых на это камер-юнкерство и сказал, что в связи с таким оскорбительным для его возраста чином он снова переходит в оппозицию. Знакомый ответил, что никаких условий для оппозиции не существует, как и самой оппозиции..Весной 1834 он написал жене, что видел он трёх царей, и третий упёк его в камер-пажи на старости лет. Письмо было перлюстрировано на почте, эту цитату показали царю, тот разгневался, с трудом Жуковский его умиротворил. В июне 1834 Пушкин попросился в отставку, но при этом просил сохранить за ним право работать в секретных архивах. Всем было понятно что главная причина этой просьбы это всё то же самое камер юнкерство, крайне его оскорбившее, он уже давал понять в близком кругу, что после этого стоит подавать в отставку. Пушкину было отвечено, что отставку ему дадут, но право работы в секретных архивах сохранить за ним будет невозможно, поскольку оно даётся только приближённым доверенным лицам. Жуковскому царь прибавил, что он никого не удерживает, Но если Пушкин уйдёт в отставку то" всё между ними кончено", но если Пушкин хочет, он может взять это прошение об отставке назад.  Жуковский передал это Пушкину, Пушкин взял своё прошение об отставке назад. Вся эта  история очень сильно испортила его отношения с царем.

Весной 1835 он резко прекратил сотрудничать с самым популярным тогда изданием, журналом Сенковского Библиотека для чтения, и решил предпринять издание собственного альманаха, не скрывая, что этот альманах будет направлен прежде всего против Библиотеки (это и был Современник). Причиной этого конфликта было то, что Сенковский напечатал рассказик от имени вымышленного персонажа по имени А.Белкин. Пушкин принял это за обиду, поскольку сам ранее выпустил повести от имени Ивана Петровича Белкина. Сенковский дорожил Пушкиным как автором, которого постоянно публиковал, и не предвидел, что это Пушкина обидит.

Отредактировано (2026-06-26 23:11:17)

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Аноны, кто-нибудь может откомментировать вот этот перл из дневника за 7 апреля 1834 года

7 апреля. «Телеграф» запрещен. Уваров представил государю выписки, веденные несколько месяцев и обнаруживающие неблагонамеренное направление, данное Полевым его журналу. (Выписки ведены Брюновым, по совету Блудова.) Жуковский говорит: — Я рад, что «Телеграф» запрещен, хотя жалею, что запретили. «Телеграф» достоин был участи своей; мудрено с большей наглостию проповедовать якобинизм перед носом правительства, но Полевой был баловень полиции. Он умел уверить ее, что его либерализм пустая только маска.

Что это такое, какой там у Полевого якобинизм? Сам Николай Палыч и думать не думал ничего подобного. Он закрыл Телеграф просто в наказание за то, что Полевой разругал патриотическую пьесу Кукольника, которая самому Николаю очень понравилось. В следующем же году Полевой получил от властей разрешения издавать ежегодник, в 38 году власти утвердили ему редакторство в Сыне отечества,  в 41 году разрешили ему издавать журнал Русский вестник. Между прочим самому Пушкину в разрешение издавать газету или журнал раз за разом отказывали, пока наконец не дали согласия на исходе тридцать пятого.
После смерти Полевого Николай пожаловал его семье 1.000 руб в год пенсии...

Что этот сон разума означает, из дневника?

Отредактировано (2026-08-25 18:26:39)

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Означает, видимо, что Пушкин не в курсе подводных течений в данном случае и достраивает собственную теорию?

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Означает, видимо, что Пушкин не в курсе подводных течений в данном случае и достраивает собственную теорию?

Это вроде Жуковский говорит

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Означает, видимо, что Пушкин не в курсе подводных течений в данном случае и достраивает собственную теорию?

В смысле, подводных течений? Он этот Московский Телеграф читал номер за номером. Это же не какая-то тайная литература, это под цензурное регулярное издание, одно из общеизвестных русских периодических изданий.

Просто эта  дневниковая запись - это из серииэ что  при брежневе человек сидит и пишет кто журнал весёлые картинки (или хоть юность)  голос сионистов

Отредактировано (2026-08-25 21:06:16)

Анон

Re: Наше всё (А. С. Пушкина тред)

Означает, видимо, что Пушкин не в курсе подводных течений в данном случае и достраивает собственную теорию?

Это вроде Жуковский говорит

Жуковский говорит только фразу
— Я рад, что «Телеграф» запрещен, хотя жалею, что запретили.

Всё дальше про достоин своей участи и т д это Пушкин сам от  себя