И юный гений-бродяжка.
Баг осторожно выглянул из-за кучи мусора. Слава Благим, банды Хрипуна сегодня не видно, можно поискать какие-нибудь объедки, желудок подвело донельзя, дней пять в него не попадало ничего, кроме тухлой подземной воды. Впрочем, сам виноват – настолько увлекся новыми формулами, что забыл обо всем на свете.
Родителей он не знает, возможно, когда-то их забрали, а ребенка выкинули на улицу.
Это была судьба сотен тысяч других маленьких нищих и бродяг, которые, вырастая, пополняли собой преступный мир метрополии и остальных шестидесяти трех миров империи.
Нехилая такая империя. И тупая. Сначала надо выкидывать детей на улицу - если не подохнут, станут нищими, бродягами и бандитами, а потом все это зачищать регулярными рейдами.
На это уходят силы и средства. Нахуя, если можно было обойтись без этой проблемы?
От других уличных мальчишек он отличался тем, что походил на обезьянку, да еще тем, что у него была абсолютная память. Когда Баг подрос и понял, что он не такой как все, ему пришлось учиться это скрывать. Иначе его могли попросту прибить или выдать Службе Очистки, которая усиленно отлавливала подобных ему для изучения и утилизации в своих жутких биолабораториях.
Сначала, значит, отпускали, а потом вылавливали, молодцы.
Детеныш научился читать сам года в 4, потом добыл учебник высшей математики лет в десять.
Потом, правда, он открыл для себя квантовую физику и гиперфизику.
Он почему-то был в курсе, когда у него день рожденья - ему исполнилось 14. И в этот день...
Он совершенно случайно выбрался из канализационного люка посреди университетского парка и увидел группу студентов, пьющих вино и горланящих веселые песни. В сторонке они стопками свалили учебники. Книги! Увидев их, Баг не мог думать больше ни о чем. Подкравшись, он сцапал учебники по высшей математике и заодно прихватил начала квантовой физики и теорию гиперполя. Забравшись на дерево, он уселся в развилке и устроил себе самый настоящий пир – стал жадно поглощать новую информацию.
Гениально, совершенно случайно выбрался из канализации в парке.
Студенты обнаруживают пропажу, потом обнаруживают парнишку на дереве, прыгают вокруг и орут, требуя учебники обратно. Пацан прыгает по дереву и дразнится, потом кидает те книжки, что уже не нужны, в студентов, и продолжает дочитывать Теорию гиперполя. Тут приходит какой-то мужик. Это преподаватель и заодно автор учебника, он спрашивает, чем так заинтересовала его книга.
Баг посмотрел на обложку – действительно, Рогар Дж. Бенсон. Этот бородатый и написал так захватившую его книгу? Как интересно! Мальчишка даже спустился ниже, чтобы посмотреть поближе на этого дядьку. Вот только в выводе профессор ошибся... И Баг не выдержал.
– А у тебя, – заявил он, – на сто восемнадцатой странице вывод неправильный. Ты там мю нулевое связал по шестимерности, а надо по двенадцати. Тогда энергии на переход, при изменении дельта, икс семнадцатое и ве третье на порядок, тратится в эн раз меньше.
Профессор потрясен.
мелькнула у профессора горькая мысль, – сколько детей „врагов человечества“, талантливейших детей, оказалось на улице...» Как тут помочь, он не знал – подобных этому существу попросту уничтожали, если они не прятались как крысы.
Но он решил попробовать, спросил парня, как его зовут, пообещал книг и повел с собой. Но, конечно, это проблема, потому что детей врагов народа человечества Служба Очистки утилизирует. Опять тот же вопрос - а сразу чего не, зачем потом за ними гоняться?
Приходят к академгородку, затем к дому, швейцар на входе, конечно, мерзок.
– Профессор! – полузадушенно просипел швейцар, – За вами животное увязалось! Вот же вонючая тварь, никак их не перебьют. Вы не беспокойтесь, я сейчас Службу Очистки вызову, они с ним живо разберутся.
– Он со мной! – отрезал Бенсон. – Дайте пройти, мальчишка нужен мне для экспериментов.
– Но...
– Не лезьте не в свое дело!
Они походят, швейцар звонит, Куда Надо. Но если вы думаете, что к профессору тут же выехали, то вы ошибаетесь.
Проф заставляет Бага помыться и переодеться, хотя тот очень против, ему и так хорошо. Но не вымоешься - никаких книг, так что приходится.
Наступили самые счастливые месяцы в жизни уличного мальчишки. Баг читал, читал и читал. А профессор Бенсон помогал ему систематизировать вновь полученные знания. Он учил юного гения всему, что знал сам и наслаждался общением с этим живым, непосредственным умом. Мальчишка схватывал информацию на лету, для него не существовало трудностей – Бенсон уже понимал, что гении такого уровня появляются раз в тысячу лет, если не реже. А какие элегантные решения предлагал Баг для любых, самых запутанных физико-математических проблем... За пару месяцев он наработал на несколько пангалактических премий.
Парня пускают в Интернет, проф продолжает ломать голову над тем, как же его легализовать. Ответ - никак.
Однажды ночью к ним приходят. Профессора арестовывают, Бага пытаются поймать, но он удирает.
Пискнув от ужаса, Баг свечкой выпрыгнул в окно с четвертого этажа. Он приземлился на руки, мягко, по-обезьяньи, перекатился по траве и на четвереньках помчался во всю прыть от дома, где ему было так хорошо. По беглецу стреляли из окна, но мальчишка бежал зигзагами, поэтому его ранили только в ногу – Баг успел прыгнуть в первый попавшийся канализационный люк.
Удобные там люки, как специально открытыми держат.
Рана не опасная, заживает быстро, а жизнь снова становится пиздецом. Баг прячется, жрет крыс сырыми, пытается узнать, что с профессором. Оказывается,
старый профессор объявлен «врагом человечества» и сослан в дальние северные лагеря валить лес.
Могли бы и в "шарашку" пристроить, но в Империи же все тупые.
Прошло еще три года, жизнь все хуже, появилась новая банда, которая пиздит Бага, едва увидит. Вот и в очередной раз он попался. Его окружили и бьют.
Хрипун внезапно наклонился, сунул ему руку за пазуху и достал оттуда стопку листов с драгоценными формулами. Тут уж Баг взвыл и вцепился в листки.
Это Баг записывал формулы, которые выводил, размышляя о космосе, гиперполе и так далее.
Входит аарн.
Ли Инь с отвращением осмотрелась вокруг. И как ее угораздило забрести на эту отвратительную помойку? Где она неправильно свернула? Паскудная империя! Здесь все похоже на эту свалку!
Мерзкое место, все планеты Империи нищие, Ли ни за что бы сюда не полезла, если бы не нужно было найти профессора Бенсона - она с ним переписывалась, а он внезапно замолчал.
Правители империи оказались настолько глупы, что самых талантливых своих людей объявляли «врагами человечества» и уничтожали. Как эта злосчастная империя до сих пор еще не развалилась? Этого Ли не понимала, да и понимать не хотела. Она была физиком и возглавляла Институт гиперфизики на Елисиане, прямо в центре звездного скопления Аарн Сарт.
Ээээ, оказывается, эта Ли страшный тормоз, потому что:
Уже три года профессор Рогар Бенсон, которого она бесконечно уважала и почитала за своего учителя, не отвечал на письма, и Ли начала беспокоиться. Когда даже официальные запросы от имени института ничего не дали, она решила в очередной отпуск отправиться во внешний мир и попытаться разыскать профессора.
Эпичный тормоз.
Она побывала в институте, ей сказали, что проф куда-то переехал и не оставил адреса, Ли разозлилась и пошла куда глаза глядят. Забрела на какую-то помойку. Как вызвать такси, она не знает.
Внезапно видит, что кого-то пиздят. Теряется - она забыла, что так бывает. Думает, вызвать ли полицию, и если да, то как. Но все-таки решает сама вмешаться, уж очень сцена мерзкая.
У нее есть оружие, поэтому банда сразу разбегается - они привыкли, что если у кого оружие есть, то он сразу стреляет.
В этот момент один грязный листок принесло ветром прямо к ней, и он прилип к рукаву формы. Ли хотела брезгливо отряхнуть руку, но ее взгляд упал на написанное на этом листке. А написаны там были формулы гиперперехода, но какие-то странные.
Женщина мгновенно забыла обо всем на свете, всмотрелась внимательнее, и у нее полезли глаза на лоб – формулы оказались незнакомы, это было что-то новое! Странно, а она-то считала, что в курсе всех ведущихся в обитаемой галактике разработок... Ли быстро просмотрела написанное мелким почерком и ахнула, изумленная строгостью и красотой вывода.
Офигенные формулы, офигенное открытие - можно на порядок уменьшить количество энергии, нужное для перехода. Круто, возможно побитый парень, который так за эти листочки цеплялся, знает, чьи они и кто тот гений.
Ли пытается его немножко полечить - ее чему-то обучали на курсах первой помощи перед тем, как она отправилась во внешний мир. От парня пц воняет, Ли с ним заговаривает:
– Откуда у тебя это? Кто это вывел? Я хочу встретиться с этим человеком.
– Мое...
– Ты хоть понимаешь, что это за формулы? – растерянно спросила Ли. – Они ведь уменьшат потребление энергии при гиперпереходе на порядок. Они вообще используют другую физику перехода!
– Не на порядок, – возразил избитый оборванец. – На четыре порядка. Особенно, если ввести фазовую вариативность состояния q-энергетики и изменить частоту преобразования n-мерности на многомерных выходах q-контуров. Я еще не все закончил...
Ли выясняет, кто его учил, в итоге выясняет, что это профессор, которого она ищет. Но где же он? А в лагерях. Ли зла и решает что-то сделать. Сразу вызывает Командора по "нулевому приоритету".
Прошло еще около минуты, и перед ошеломленным Багом распахнулся голоэкран гиперсвязи. Оттуда на них с тревогой посмотрел не очень высокий мужчина с длинными русыми волосами, стянутыми в хвост на правом виске, пронзительными серыми глазами и худым, нервным лицом. На вид лет тридцати. Одет он был в такую же черно-серебристую форму, как и Ли.
Ли излагает, Командор в гневе.
– В двадцати парсеках от Риванга находится флагманская эскадра Сина Ро-Арха, шесть дварх-крейсеров и двенадцать эсминцев, – кивнул Командор. – Они сейчас же отправляются в вашу сторону. Делай все, что сочтешь нужным. Постарайся только, чтобы не пострадали невиновные.
– Спасибо, – улыбнулась женщина. – Не мог бы ты еще прислать кого-нибудь, кто умеет обращаться с этими проклятыми чиновниками?
– Отчего же нет? – засмеялся Командор и повернулся куда-то в сторону. – Дварх-лейтенанта Тину Варинх на связь, пожалуйста.
Это та самая Тина из начала книжки, если помните. Короче, все сейчас поднимутся на флагман - эксадра уже совсем близко - а потом высадятся в столице и начнут разборки. А эскадра повисит над головами, как очень внушительный аргумент.
Прямой гиперпереход, Ли и Баг на флагмане, Багу предлагают помыться - ему не нравится, но он моется. Потом ему предлагают произнести призыв - конечно, он оказывается годен для того, чтобы быть аарн. Ему хорошо, он радуется, что к нему хорошо относятся, и плчет.
Столица Империи, и перед нами очень, очень мерзкий тип.
Директор Департамента Службы Очистки планеты Риванг неспешно пил миск, наслаждаясь вкусом и запахом настоящего «Гравдо», доступного только самым богатым людям сорта, поставляемого, конечно же, мирами ордена. Сегодня предстояло много работы, несколько высокопоставленных чиновников стали мешать планам сил, чьи интересы представлял он сам, Сирин Дарган, а потому им вскоре предстояло стать «врагами человечества».
Сирин много сил и времени потратил, чтобы подняться до нынешнего положения – подличал, предавал и убивал без счета. Зато теперь ощущал себя в полной безопасности – у него имелся компромат на всех своих начальников и никто из них не мог причинить ему вред без серьезных последствий для себя.
И мерзко хихикает про себя, вот такой он гад и счастлив таким быть.
Его вызывает страшно перепуганный заместитель - на орбите эскадра аарн, каналы связи перекрыты, кажется, готовится десантирование. Ааа, что могло случиться? Вроде никого из аарн на планете не обижали. Но стоп, а кто из аарн на планете? Только двое, один навещает родных, а вторая как раз Ли, которая искала профессора, а потом исчезла. Кажется, забрела на свалку...
– Идиоты... – застонал директор, схватившись за голову. – Законченные идиоты... Там же животные водятся, дикари. Им что аарн, что ты – все одно!
Но тут же заставил себя успокоиться и принялся обдумывать сложившееся положение. С орденом шутки плохи – если на какой-либо планете любому из них был причинен хоть малейший вред, на эту планету без промедления обрушивалась вся их сила. И горе ее правителям, если истинные виновники происшедшего еще не были пойманы...
– Всех свободных людей на эту свалку! – приказал он. – Брать все, что движется! Животных – уничтожать на месте. Найдите мне эту Ли Инь любой ценой! Виновных в том, что упустили ее – в распыл.
Начинается высадка десанта, играет МУЗЫКА.
Компьютер по мелодии определил высаживающееся подразделение – это были «Коршуны Ада», один из самых страшных, самых безжалостных легионов.
Какие у них у всех милые названия, сразу видно, светлые силы. 
Директор думает, что почему-то легионы почти никогда никого не убивают, только парализую и ранят. Ноооо...
Но если уж они начинали воевать всерьез, то крови лилось столько, что... При воспоминании о нескольких таких операциях ордена Сирина передернуло.
Внезапно оказывается, что трое аарн хотят встретиться с директором, что очень странно, потому что
обычно орден делал на планете все что хотел, ни с кем не разговаривая. – Кто именно?
– Дварх-лейтенант легиона «Бешеные Кошки» Тина Варинх, Кровавая Кошка, вы о ней слышали – стадион на Белтиаре это ее работа. Та самая женщина-физик Ли Инь и какой-то Баг, фамилия неизвестна, похож на обезьяну.
Да, добрые светлые силы, поставят зло на колени и жестоко убьют.
Директор еще ни разу живьем аарн не видел. И даже
попытки внедрить к ним агентов всегда срывались. Как профессионал, Сирин мог только уважительно поклониться коллегам из ордена. На изумление хорошо работают!
Аарн входят. Тина делает "лицо трупа" - застывшее, мертвое, и холодные глаза. Требует найти профессора. Директор говорит, что, конечно, сейчас прикажу, его поищут. Сам думает, нафига им этот физик, что у них, своих не хватает?
– А стоило бы вам поинтересоваться, – горько сказала женщина-физик, – кого вы арестовываете. Вашу планету знают в галактике только потому, что на ней живет Рогар Бенсон. Да о чем говорить, ваш собственный гипертерминал работает благодаря его открытиям!
Тут до господина директора дошло, что его люди ухитрились арестовать известного в галактике человека, и человека полезного, за чью голову могли снять и его собственную. Ведь он же спустил вниз приказ не трогать известных ученых! Что за идиоты сидят на местах?! Придется делать очередную чистку.
Профессора находят, он в лагере и все еще жив, хотя может помереть в любой момент. Тина требует его освободить, директор пытается выпендриваться и торговаться, но что-то ссыкотно.
Да и воспоминания о кровавом кошмаре, который эта совсем юная девушка учинила со своими жутковатыми «Бешеными Кошками» на Белтиаре, не придавали бодрости. Даже писанные сухим казенным языком отчеты было страшновато читать. Ему совсем не хотелось, чтобы нечто подобное произошло здесь, на Риванге. Тем более что сейчас она привела даже не «Бешеных Кошек», а «Коршунов Ада». С этими хладнокровными убийцами не желал связываться никто и никогда – жалости коршуны не ведали в принципе.
Снова спорят, Тине надоедает, она делает что-то.
Что ж, сами виноваты. Чтобы вы нам не мешали, побегайте-ка собачкой. Человек, идущий работать в службу вроде вашей – по определению мразь. А с мразью можно поступать как угодно.
...
Тина отдала какую-то команду своему терминалу, что-то почти неслышно загудело, и господин директор Департамента больше ничего уже не видел и не слышал. Трое аарн покинули его кабинет, а вошедшие вскоре работники Службы застали изумительную картину. Господин директор изволили прогуливаться на четвереньках по ковру, через каждые несколько метров смешно подпрыгивая и весело тявкая.
На северный лагерь падает десант аарн, у коменданта требуют ответа - где профессор. Тот знает, о нем недавно запрашивала столица, поэтому профа даже перевели в барак потеплей.
Проф в отвратительном состоянии, истощен, лыс. Едва узнает Бага. К профу спешит целитель. Еще профессора недавно избили блатные, об этом говорит еще один заключенный.
– Хронофизик?! – глаза Ли Инь полезли на лоб.
– Да, – кивнул он. - В этом лагере много ученых.
– Но вы ведь не гражданин Сторна! Как вы здесь оказались?!
– Сдуру приехал в местный университет читать курс лекций. Это только вас, аарн, ваш орден защищает везде и всюду. А меня взяли и не спросили, чей я гражданин.
Вот действительно, почему Империя до сих пор не развалилась? Своих ученых гнобят, чужих тоже, а другие страны-государства, видимо, чихать хотели на судьбу своих ученых.
В лагере полно знаменитых ученых, двое умерли на днях. Тина требует, чтобы ей показали всех нормальных, не блатных. Показывают. Блатных тоже показывают. Блатные тупые, ржут и предлагают Тине "чмок-чмок", Тину закономерно срывает.
Рука дварх-лейтенанта сама собой потянулась к кобуре, и ствол плазмера глянул на нелюдей. «Эй, девка, ты че, охренела?!» – только и успел крикнуть какой-то зэк, прежде чем сгустки плазмы ударили по ним. Блатные завизжали, пытались прятаться, прыгать из стороны в сторону, но все было бесполезно. Меньше, чем через минуту, только обгоревшие трупы напоминали, что такие-то и такие-то скоты когда-то портили своим дыханием воздух Риванга. Тина уронила плазмер, села на пол и разрыдалась.
Нужно что-то менять радикально, и Орден приступает к делу.
Для Службы Очистки планеты Риванг наступили кошмарные дни. Каждый лагерь, где содержались заключенные, был атакован войсками ордена Аарн. Легионеры теперь стреляли в палачей без разговоров, не считая тех больше разумными существами, ибо разумные не способны делать то, что делали эти звери с людьми. Вскоре большинство кают огромных дварх-крейсеров оказались забиты несчастными, ошалевшими от такого резкого поворота своей судьбы.
Кого надо, спасают, лечат, помогают и утешают.
Еще через два месяца бесчисленные флоты ордена окружили каждую планету империи Сторн. Императору был послан ультиматум – отказ от политики Очистки и освобождение заключенных. Но он попытался воевать с Аарн, еще не совсем понимая, с чем и кем имеет дело. Вскоре в империи Сторн на ставший вакантным трон взошла новая династия, с радостью выполнившая все требования ордена.
Как-то раньше их не волновало, хотя у них в ордене были аарн из этого мира. Вон как раз в это же время одна из ордена гостила у родных. Тормоза какие-то, честное слово.
Misc ака miscellaneous - разное, смешанное, все-в-кучу. 
Жду продолжения чтений про темного элфа. Анон в свое время всю серию прочитал и ему понравилось. Теперь вспоминает с недоумением.