Холиварофорум

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Наконец анон заставил себя доползти до блога (когда сейчас печатал это в гуглдоке, он решил, что “доползти до бога” будет правильнее) и попытается вспомнить, о чем он вообще хотел написать за месяц, когда игнорировал бложики и большую часть интернета, за исключением нескольких безобидные холиварочных тем и пабликов про ящерок.

▼РеалЪ⬍

Да, анон ушёл в режим “ничего не замечаю ляляля”, потому что иначе было бы совсем тяжко (сейчас анон думает, читать ли ему раздел ТК за прошедший почти месяц или ещё немного поберечь себя и пожить в некоем подобии душевного равновесия).
За месяц дважды съездил по скорой, то есть, с конца августа это уже третий раз. Анон опасается, что скоро его там будут узнавать как местного ебаната. Все каждый раз по одной схеме: анон ждёт, кушает обезболку, она не помогает, анон смиряется и вызывает скоряк, в больнице берут кровь и задумчиво смотрят на анона, анон чувствует себя тупым ипохондриком и преисполняется стыда, потом приходит результат, и - “ну да, воспаление какое-то у вас определённо есть… вообще кровь не очень… но трудно сказать, аппендицит или нет, надо понаблюдать”, потом анон лежит под капельницей, смотрит в потолок и думает, что лучше бы уже прооперировали, потому что задолбала вот эта вот неопределённость, да, режь меня своим скальпелем, кровавый хирург, вытащи из меня мою тоску эту дрянь, чем бы она ни была… Но вместо этого получает банальный укол в задницу. Потом обезболка рано или поздно помогает, анон ещё сутки мрачно изучает потолок и выписывается с диагнозом “ну наверное, это все же мезаденит, он бывает и хронический, вот вы как раз же недавно болели ОРВИ, ну и… ” и рекомендацией обратиться к лимфологу, потому что УЗИ второй раз показало увеличение лимфоузлов. И вот анон даже записался, и за два дня до визита анон понимает, что бля. Опять.
- О, снова вы… 
- Да, снова я…
В последний раз анона уже почти, почти взяли, анон возликовал, что наконец причина будет найдена, врач странно посмотрел на анона с его “Будете резать, да? Здорово!”
Наверное, решил, что анона совсем в другое отделение надо. Через пару часов сообщил, что пока таки нет, но что анону лучше в этот раз не выписываться так быстро. В итоге что: анон провалялся там четыре (!) дня, на второй начали курс антибиотиков, на третий стало лучше, и вот анон выписан все с теми же рекомендациями, но ещё и антибиотиками в придачу, они дают противные побочки, но вроде как помогают.
И не то чтобы анон очень хочет наркоз, больничный и все полагающиеся радости, но ещё меньше хочется опять оказаться там же и гадать, считают ли анона злостным симулянтом. Несколько лет назад анон точно так же катался по скорой несколько раз с теми же самыми симптомами, правда, оказывался в другой больнице, и точно так же была вся вот эта канитель “аппендицит или воспаленные лимфоузлы или вообще что-то другое”, и после взадукола и капельниц анон исцелялся и сваливал оттуда в недоумении. Почему практически та же обезболка не помогает дома? Может, таблетки не так эффективны? Наверное, анон купит шприцы и раствор и будет сам всё делать, всяко быстрее и без траты своего и чужого времени. Ну и да, предстоит обойти ещё несколько врачей, и почему-то анона это напрягает гораздо больше, чем возможность оперативных вмешательств. Анон бы ещё всякого из себя повырезал, на всякий случай. Вот недавно была плановая небольшая операция на совсем другую тему, и анона прямо бесило, что нельзя сделать все разом и убрать уже из анона все косячные детали.
Наверное, хочется просто кардинальных решений, после которых всё точно закончится. Нет, ну ладно, не всё. Но.
Очень напрягает, что эта ебанина может настичь на работе.

А в остальном всё хорошо.

Детишки вот радуют.

▼Детишки⬍

Анон бы с удовольствием цитировал их тут километрами, но по понятным причинам не может, поэтому только очень выборочно и с цензурой.
Недавно был эпичный день.
Сидит анон в кресле, пьет чай, тупит в телефон, радуется, что образовался перерыв.
Открывается дверь. Заходит чудесное создание лет 10-11. Строго смотрит на анона, как будто застав его за чем-то нехорошим.
- Здравствуйте. Мне сказали, что мне к вам. Мне нужна помощь. У меня танатофобия, мизофобия, клаустрофобия, еще я боюсь высоты, но не помню, как это называется, а ещё боюсь застрять в лифте, но это, наверное, к клаустрофобии, правда, я ведь ещё боюсь, что лифт упадёт… Ещё я боюсь сделать неправильный выбор в жизни. Вот.

Анон чуть не давится чаем, предлагает созданию сесть и с некоторым скепсисом внутри начинает расспрашивать.
Под конец анон одновременно в восторге и в ахуе, потому что да, там действительно много чего, и неудивительно, учитывая, так сказать, анамнез. А кроме этого создание обожает крипипасты, читает Даррелла и Хэрриота (если честно, анон просто отвык, что клиенты в принципе читают), слушает Коэна и Стинга, а также красочно живописует свои ночные кошмары. Анон несколько раз натурально еле сдерживался, чтобы не ляпнуть “о, мне похожее снилось, только там людей засовывали не под пресс, а в камнедробилку…” или “а как тебе пасты про гигахрущевку?”
В общем, с одной стороны здорово, что вот такие есть дети, а с другой - грустно, что у них уже столько всего в анамнезе.

Затем по расписанию был мальчик 7 лет, жалобы от учителей - легко отвлекается, гиперактивный, вспыльчивый, чуть что - дерётся. Заходит такой… Малыш из советского мультика про Карлсона. Огромные голубые глаза, светлая чёлка, застенчивая улыбка. Ну, тот тоже, как известно, дрался, так что не делаем скоропалительных выводов.
Анон с ним разговаривает, задает всякие вопросы, что нравится, как в школе и т.д.
- Ну… Больше всего я люблю мультики про животных. Особенно про кошек. Ещё люблю комиксы, и чтобы тоже про животных. У меня две кошки. Одна ещё совсем маленькая, она любит играть. А вторая уже совсем большая, она не любит. Она любит спать. Ещё я люблю оригами. Я сам даже несколько придумал. Хотите, покажу, как сделать лягушку, чтобы она открывала рот, как будто квакает?

И все в таком духе. Провели нейродиагностику. Ну да, отвлекается. Но своеобразно. Делает задание, делает, потом внезапно:
- Я вчера на дерево залез. Оттуда кричать хорошо.
- И что ты кричал?
- Да просто: ААААААААА!!!!!!!

Анон, придя в себя:

- Ты лучше больше не… цитируй, ладно?
- Ну я, в общем, люблю покричать, знаете. Это когда я злюсь.
- И часто ты злишься?
- Да!!! Все время почти. Вот вчера одни там из класса прыгали передо мной! И показывали всякие рожи! И кричали, что я псих! Вот я прямо хотел их… задушить!!! *пауза* Но нельзя. Мама говорит, меня тогда из школы выгонят, и тогда я не поеду летом в лагерь, а если я не поеду в лагерь, то можно будет просто сразу умереть и всё!
- А что за лагерь?
- Это лагерь для каратистов! Я занимаюсь карате уже два года. Кстати, я вчера одному так врезал, что он в стенку отлетел! Там прямо трещина осталась! Хотите, я вам покажу?!
- Нет, нет, я тебе верю!
- А ещё одному я как дал! Я ему прямо в печень! Чуть не пробил! Он аж улетел! И даже не сразу  встал!

Тут он выскакивает и начинает изображать, как всех победил и сокрушил. Анона тоже чуть не сокрушил случайно, а заодно и половину кабинета. Анон еле его привёл в чувства.
Отдышавшись, товарищ радостно заявил:
- Я буду их всех бить, пока они все головой стенку не пробьют! Все!

А в конце он по просьбе анона что-нибудь нарисовать изобразил двух котиков среди цветочков (“вот это одуванчики, а вот эти синенькие - это колокольчики”).

После каратиста анон выдохнул, но зря. Случилась накладка, и на одно время поставили двоих. О чем анон узнал не сразу. Сначала заходит новенький мальчик 14 лет. Картинным жестом поправляет уложенные гелем волосы, одергивает воротничок, аккуратно отодвигает кресло, осматривает его, садится. Интересно, думает анон, уже хорошее начало. К мальчику прилагался комментарий: на уроках почти ничего не делает, хотя вроде и не отвлекается на что-то конкретное. Может написать одно предложение и сидеть в прострации.

- Я, собственно, пришёл к вам на консультацию, чтобы получить ответы на вопросы.

Как интересно, думает анон. А тут указано, что тебя отправили на диагностику из-за хронической неуспеваемости.

- А что именно тебя интересует?
- Меня многое интересует… Вот, например, говорят же, что стресс это вредно, да? А для меня все время создают стресс!
- Это как же?
- Ну вот на контрольной, например, мне не дают даже подумать. Сразу начинаются какие-то вопросы… Куда я смотрю, зачем смотрю. Да какая разница? Или на сочинении. Ну это же творчество, да? Творческое задание, все такое. Так почему ко мне вечно придираются, что я медленно пишу? Я же не робот. Я же размышляю.

И только анон открывает рот, чтобы что-то ответить, как резко распахивается дверь, сначала в дверь входит огромный черный футляр, а уже следом влетает девочка лет 10, растрепанная и с ошалевшим видом. Тут и выясняется, что девочку поставили на то же время, и она очень спешила, очень спешила, но её поздно отпустили с занятий виолончелью… Разобравшись, анон извиняется и предлагает девочке немного подождать в коридоре. Девочка начинает хватать ртом воздух и готовится зарыдать. Мальчик смотрит на неё с ужасом. Девочка роняет виолончель. Анон извиняется уже перед мальчиком и уводит девочку в коридор, благо там есть кресло. Выясняется, что подождать ну никак нельзя, потому что “у меня потом ещё занятие а я и так к вам попасть не могу уже неделю а мне очень надо прямо очень надо это очень срочный вопрос мне каждый день снится такое такое что я просто уже не могу а вот вы сейчас говорите что надо подождать а я не могу уже ждааать”

В результате анон 40 минут бегает между кабинетом, где мальчик не понимает, за что его подвергают страшному стрессу и не дают думать свои мысли, и коридором, где ему уже второй раз за день живописуют всякую кровавую крипоту. Что ответить на вопрос “когда это прекратится?”  У некоторых - никогда, но потом привыкаешь
Но ничего, девочку удалось отпоить чаем и привести в чувства. Кое-что, конечно, анон ей посоветовал, но надо разбираться, почему такое происходит.
В общем, будет ходить на консультации. А ещё она обалденно рисует. И да, если бы анону регулярно снилось то, что она нарисовала, то он бы, наверное, тоже бегал по школе и верещал.

Под впечатлением анон потом сам какое-то время смотрел в стенку и размышлял, что это вдруг всех сегодня так накрыло.
В дверь постучали…
Увидев своего давнего знакомого, жизнерадостного пацана 8 лет, анон аж вздрогнул: что, и этот?..

- Я пришёл за конфетой! - деловито заявил парень.

У анона есть вазочка с полезными (наверное) конфетами без сахара, которые можно брать.

Потом болтал ногами и рассказывал, как он в парке нашёл нору, а в норе была “мышка, только очень большая” (видели мы этих мышек, да). И что у него скоро День рождения, и он попросил, чтобы ему подарили “набор сладостей икс-икс-эль”, а вот уж на Новый год он затребует “набор икс-икс-икс-эль”, и чтобы в нем обязательно были мармеладные змеи.

Ну, радует, что у некоторых ничего (пока) не меняется!

Недавно анон попросил детишек нарисовать ему что-нибудь, чтобы повесить это на стене кабинета.
Так вот, “что-нибудь” - это всегда кот. С лапами-палочками. Причём это не зависит от возраста художника. Ну, одна шестилетка сделала коту лестницу из задницы. Зачем? “Ну чтобы можно было в него как-то попасть!”
Нет, надо давать чёткие инструкции. А то теперь у анона 8 штук котообразных существ.

Кстати, о котах. Второклашка безо всяких усилий довела до слез одноклассников, учителя и анона. Они там готовят некие “проекты”. Так вот, ее проект состоял в подробной биографии всех котов ее семьи, с тех времен, когда она даже не родилась. Изложение их трагических, по большей части, жизненных историй сопровождалось цветными и черно-белыми фотографиями. Хорошо поставленный голос, вполне себе “взрослая” речь и фразы в духе: “Потом дедушка уже не мог сам заниматься садом, но он часто сидел на скамейке, а кошка лежала у него на коленях… Она ушла, когда ей было 15, и все долго скорбели о ней”. Или: “У неё родились котята, но, к сожалению, все, кроме одного, умерли, потому что, когда кошка с котом поженились, то котята унаследовали врожденную болезнь сердца”. В общем, очень скоро анон пожалел, что все это слушает, но впечатлился уровнем подготовки. С выражением своих мыслей и с пересказом у большинства сейчас очень большие проблемы не то что во втором, а даже в десятом классе.

Но бывает и весёлое. Например, заходит очень хорошо знакомый анону пятиклассник и сообщает:
- А я заказал себе костюм персонажа из Геншина! Догадаетесь, какого?
- Не разбираюсь в персонажах, но зная тебя… Какая-нибудь девушка с длинными волосами?
- Да! Вы как догадались вообще… Да, у неё длинные голубые волосы.
- И короткая юбочка?
- Неееет, у неё короткие шортики. Мама разрешает мне их носить только дома.
- Обидно.
- Да! Но парик она мне носить не запретит! Я в нем обязательно приду.

Ну что, ждём.
Это, если что, тот же самый товарищ, который троллит взрослых, отвечая, что в жизни он “любит только спать, есть и смотреть мультики”, “мечтает растолстеть на 30 кг, чтобы не ходить на физкультуру, лежать у холодильника и смотреть мультики”, “хочет стать девочкой, хотя его бесят все девочки в классе” и вообще старается прикидываться максимально… особенным.

▼Очень Нудные Рефлексии⬍

Ещё анон понял, что его хорошо попустило в плане восприятия своей работы по одной простой причине: здесь полно всяческих интересных личностей, но анон не идёт на работу, размышляя, укусят ли его в этот раз, попытаются ли схватить за волосы, залепят ли грязными липкими пальцами по лицу, устроят ли истерику… В общем, сделают всё то, что регулярно случалось в частных детских центрах, потому что туда на нейрозанятия приводили, что называется, “тяжёлых” детей, которым, вообще-то, нужно совсем иное. И анон регулярно испытывал чувство бессилия, потому что когда начальство требует, чтобы ты занимался с ребенком, который хаотично носится по кабинету, опрокидывая всё, проявляет физическую агрессию и орёт, ты смотришь на всё это и понимаешь, что ему надо к дефектологу или на ABA, мать ждёт от занятий результата, потому что её уверили, что, конечно, “наш центр берет таких деток”... Ты не понимаешь, что вообще ты здесь делаешь. Постоянные опасения, что сейчас снова что-то такое внештатное произойдёт, что опять придётся улыбаться родителям и делать вид, что все под контролем, что все эти истерики и прочее снимаются на камеру и ты постоянно “под прицелом”. И фоновое чувство вины и некомпетентности из-за того, что “вот все остальные берут любых и как-то справляются” и из-за своих  негативных эмоций. И во многом из-за вот этого постоянного нарушения границ. Анон вообще очень плохо воспринимает несанкционированные физические контакты, даже самые невинные, поэтому всякие там “обнимашки” может терпеть только от пары человек - обычно это те, к кому анон чувствует на данный момент наибольшую привязанность (и тогда тактильность очень даже приветствуется, но, как назло, обычно анон по иронии судьбы сталкивается с такими же её не любителями). С остальными - нет категорически. Не обязательно потому что противно, просто это сильно перегружает, отвлекает, начинаешь терять концентрацию. Вот в институте была эта дурацкая традиция непременно обниматься при встрече (независимо от отношения друг к другу, что анон считал жутким лицемерием). Анон пару раз потерпел, потом несколько часов чувствовал себя так, словно его током шарахнуло.
Пришлось объяснять, что он никого не презирает, просто вот он такой, не трогайте анона, пожалуйста. К счастью, одногруппники у анона были понимающие, а что уж они там думали, это их дело.
Но бывает, что и противно, конечно. А физическая агрессия до сих пор вызывает желание как следует наподдать в ответ. Тут же перед тобой ребёнок, к тому же, больной. Постоянное подавление вот этой первой реакции, затем злость - чувство вины за злость на того, кто не виноват - переключение злости на себя, который не может быть профессионалом и “просто абстрагироваться”… Анон несколько лет не осознавал, насколько это на него давит. Понятно, что и здесь анон может столкнуться с тем, что его кто-нибудь из мелких треснет или толкнет, но это не будет регулярным и, главное, это будет расцениваться всеми как неадекватное поведение, потому что если уж ты учишься в школе, то, наверное, пиздить взрослых (не в ответ, а просто так) - не совсем то, что от тебя ожидается.
Что характерно, у анона всегда были сложности с тем, чтобы кого-то успокаивать через физический контакт. И взрослых, и детей, неважно.

Анону, даже в общении с рыдающим трехлеткой, это казалось неуместным. И чем чаще анон сталкивался с истерящими, рыдающими, кричащими детьми, тем более отмороженным себя чувствовал. Да, мог погладить по голове или взять на руки, но чисто механически. Это ощущалось крайне неловко (и дети, наверняка, ощущали, что анону это все совершенно не вперлось).
Ну и тоже, разумеется, было источником недовольства собой, потому что это вещь естественное умение взрослого человека, правда? А ты, тем более, с этими детьми работаешь. И вроде как с эмпатией у тебя все хорошо. Так в чем затык? Это же так просто… Но анон как будто переносил свое восприятие тактильности на них, и поскольку ему в детстве было неприятно, если до него дотрагивался кто-то посторонний, даже с самыми лучшими намерениями, то им тоже будет неприятно? С чего вообще трогать чужих детей? То есть, мозгами анон прекрасно понимал, что это лишь его искаженное восприятие, а многим детям, наоборот, надо, чтобы их именно так успокаивали, но…
Как-то анону сказали, что это, наверное потому, что его в детстве били или до него домогались или ещё что-то такое. Нет. Из возможно влияющих факторов разве что частое пребывание в больницах, а так анон как года в четыре отморозился, так обратно и не разморозился.

Анон, кстати, абсолютно равнодушен к младенцам. Нет, пару раз они казались ему милыми, да. Подержал. Ну прикольно, мягкие такие. Мимика забавная. Но каких-то зашкаливающих эмоций не ощутил (то ли дело, например, котята и щенки).
А ещё в нейрокоррекции тебе периодически надо кого-то трогать банально для того, чтобы поправить положение тела и показать, как правильно делать упражнение. Но это лишено эмоциональной составляющей, поэтому гораздо проще. Чисто механическое действие. Зато анон никогда не сделает это грубо и бестактно. Потому что знает, насколько это может быть неприятно.
Анон настолько “словесный” человек и настолько не тактильный, что даже необходимость самому проявлять инициативу, чтобы до кого-то дотрагиваться, уже воспринималась как необходимость переступить через себя. Это надо фиксить, конечно…
В аноне вообще много чего надо фиксить. Если, конечно, уже не поздно.
Но вот анон заметил, что сейчас его понемногу отпускает, именно потому, что от него такое поведение не ожидается как само собой разумеющееся.
Поэтому когда анон тут недавно утешал очередную рыдающую девочку, спросил “тебя можно обнять?” и, получив кивок, это сделал, и не ощутил, что это неправильно, неприятно, странно и т.д., то это было прямо-таки открытие. Вау. Анон тоже так может. И анон потом не ощущает себя злостным нарушителем чужих границ.
Аллилуйя.

▼Унылое уныние⬍

В общем, да, на фоне некоего расслабления даже хреновости воспринимаются легче.
Недавно анону обещали участие в одном интересном проекте (со школой не связанном, но связанном с психологией). Анон воспрял и немедленно начал готовиться. Планировать. Ну как обычно. Собственно, весь жизненный опыт и чуйка отчаянно сигнализировали анону “стоп, ничего из этого не выйдет”, но…
Короче говоря, предложение оказалось трепологией из серии “ну да, когда-нибудь может быть, но не сейчас”.
Печально. Но анон не впал в ангст и самоуничижение. Ну почти. То есть, обычно анон после таких обломов восстанавливается пару месяцев. Сейчас понадобилось меньше недели. Может, когда-нибудь получится всё-таки из анона нормальный адекватный человек, который просто подумает “ну и пошли они, мудаки пиздливые” и на этом успокоится.

… Когда анон снимал квартиру в другом, более приятном районе, рядом с домом была большая собакоплощадка. Можно даже сказать - площадь. Выгуливалась на ней преимущественно собачья элита: доберманы, борзые, разновсякие овчарки и прочие. То есть, породистые и заметные товарищи. Анон любил до или после работы постоять и посозерцать это разнообразие. А рядом любил постоять и покурить высокий крепкий дядька. С Дусей. Дуся была маленькая гладкая таксоподобная финтифлюшка. Очень темпераментная. Настоящая боевая собачья единица. Дуся подчеркнуто игнорировала себе подобную мелочь. Она стремилась к большему. Может, улавливала некое отдалённое сходство с доберманом - в плане окраски. Ну, в общем, Дуся решила, что ей надо туда. Непременно. Проблема была вовсе не в поводке (он её бы не удержал, анон бывал свидетелем того, как Дуся одним стремительным броском вперед вырывала его из рук хозяина). Проблема была в другом. По периметру площадки была ограда. Небольшая. Собаки, гуляющие внутри, её легко перепрыгивали. А вот Дуся не могла. Она пыталась. Сначала, после первой попытки она делала вид, что так и надо: стоя на задних лапах и положив на ограду передние, она непринужденно осматривалась вокруг. Дескать, она тут так, прогуливается, видом любуется. Немного подождав, она предпринимала ещё одну попытку. И ещё. Но лапки были коротки… Хозяин Дуси курил и смотрел на это с философским спокойствием. Он-то знал, что на самом деле Дусе туда не надо. Только она об этом не знает. После нескольких неудачных попыток Дуся садилась на задницу и начинала скулить. Надрывно, душераздирающе. У анона внутри всё переворачивалось. Он даже один раз предложил внести Дусю на руках и проследить, чтобы её не обидели всякие там. Хозяин сказал, что она “там она взбесится окончательно” и увёл Дусю домой.
Так вот, анон себе временами очень напоминает эту собачку. Понятно, почему анон так ей сочувствовал. Анон по жизни тоже вдруг кааак вообразит, что ему ну надо! Чего-то там себе представляет, планирует, что-то пытается… В какие-то Серьёзные Взрослые Вещи влезть. К тем, кто за оградой. К Нормальным Взрослым Людям. Со своими короткими лапками.
А потом сидит на заднице и скулит.
Но, может, таков путь. И анону туда нельзя, потому что он тоже взбесится. Надо довольствоваться малым, ценить имеющееся, блаблабла. Если честно, ненавижу эту риторику!

▼Но не только оно⬍

Из хорошего: анону кинули ещё немножко переводов, ура.
Анон прочитал четыре книги на французском, две на шведском и две на норвежском. Это оказалось проще, чем анон думал, просто потому что перевод многих слов распознаешь интуитивно, потому что встречал похожие в других языках. Просто угадываешь, в общем.

Анон засел за небольшой хэндмейд, надеется хоть раз успеть сделать его ко Дню рождения того, для кого он предназначается. Опять же, было страшновато начинать после очень длительного перерыва. Анон долго прокрастинировал. Но под всякие там лекции пошло неплохо. Они отвлекают от навязчивых мыслей “ааа как бы всё не запороть!” Анон так часто убеждает других в том, что главное процесс, а не результат, но вот убедить себя оказывается гораздо сложнее.

Коллега тут сказала, что, по её наблюдениям, анон постоянно всех хвалит. Анон за собой такого не замечал, но стал наблюдать и понял, что просто, видимо, привык юзать положительное подкрепление. То есть, анон на автомате делает это с вполне конкретными целями, даже особо не задумываясь…
И обычно работает. На самом деле, да, с детьми работает гораздо лучше, чем противоположное. Вообще, если честно, анон считает, что в жизни и так найдётся полно желающих сказать гадость, просто так или под видом желания помочь, раскрыть глаза и т.д. И “перехвалить” кого-то довольно трудно. Особенно, если ты человека видишь несколько часов в неделю, а в остальное время он получает негативных оценочных характеристик сполна.

Что касается снов, здесь все предсказуемо.
Анон ничего этот месяц не записывал, но насколько помнит, снились, в основном, всякие больничные ужасы, довольно однотипные. Из забавного: приснилось, что анон ловит по всей квартире бегемота, только маленького, размером с котёнка. А он очень быстро бегает и даже немного подпрыгивает.
Также снова дал о себе знать квартирный вопрос. Так как у анона здесь нет своего жилья, и так как анон много раз уже менял съемное, то, наверное, это закономерно. Обычно анону снится, что он спит, но просыпается от шума. И понимает, что в квартире кто-то есть. И этот кто-то в темноте тихо движется в сторону анона. Тут анон начинает жалеть, что у него совершенно случайно нет под подушкой пистолета или хотя бы ножа.
Но потом все оборачивается немного не так, как ожидалось. Например, так, как в недавнем, очень длинном и подробном сне…

▼Очень Длинный Сон⬍

Например, в прихожей включают свет и на несколько голосов начинают удивляться, что это за вещи, чьи они? Анон выглядывает из комнаты и видит незнакомых парней и девушек с чемоданами. Они растерянно на него смотрят, а потом начинают кричать и спрашивать, что он здесь делает? Анон говорит, что снимает эту квартиру. На что ему отвечают, что он ошибается, это они снимают эту квартиру, и только что вернулись из путешествия, а тут он! И тут анон понимает, что вчера зачем-то поехал с работы на ту квартиру, которую снимал в прошлый раз, три года назад. И почему-то у него оказалась копия ключей. И почему-то он решил, что сейчас живёт именно здесь. Анону становится ужасно стыдно, и он начинает пытаться все это объяснить, сначала ему не верят, потом вроде как начинают верить, и анон обещает, что сейчас вызовет такси и уедет. Один парень из компании говорит, что анона надо обыскать, и все роются в его вещах. Ничего не находят, анон кое-как собирает все обратно и спускается на лифте вниз. Такси вроде как пришло, но его нигде не видно. Пока анон оглядывается, внезапно резко светлеет, и анон обнаруживает себя возле дома бывших одноклассниц в своём родном городе. Довольно неприятный дом, хотя и в самом центре. Длинная девятиэтажная брежневка с вонючим мусоропроводом. Вокруг - тот же самый на редкость убогий двор, заваленный грязным снегом, мусором, который всегда упорно кидали мимо баков, шприцами и прочими элементами 90-х. Хотя это место было прямо-таки аномалией в том плане, что вокруг были вполне нормальные дома и дворы, а в двух шагах так и вовсе главная площадь и местные достопримечательности. Но этот конкретный двор был отвратен, как табачный плевок на белой рубашке, а запомнился так потому, что в доме жили девочки, с которыми анон дружил. И анон часто сначала заходил за ними, а потом все вместе шли в школу в десяти минутах. И вот анон с тоской понимает, что он снова оказался в одном из самых неприятных мест. Зачем-то находит подъезд, где жила одна из одноклассниц, тянет на себя дверь. Поднимается в воняющем мочой разукрашенном надписями лифте на последний этаж. Эта решётка, отделяющая две квартиры, как тюремная камера на двоих. Анон нажимает на кнопку звонка. Ничего. Анон толкает решётку - не заперто. И обитая черным дермантином дверь тоже легко поддаётся. Анон заходит. Вот сюда он часто приходил после школы. Здесь анон посмотрел много разного интересного кино (у анона не было “видика”, а у одноклассницы был, и её родители не очень хорошо умели прятать кассеты с фильмами для взрослых). Две комнаты. Одна из них - комната одноклассницы - с разбитым дверным стеклом. Это как-то её дядя пришёл домой после того, как его уволили, и сорвал свою злость. Ничего, в одной из комнат дома у анона в оконном стекле была дырка, залепленная наклейкой - однажды в окно выстрелил кто-то с улицы. Периодически наклейки изнашивались, и анон клеил новую. Обычно в виде лягушечки.
Анон проходит через комнату, где вся обстановка именно такая, как была в последний раз, когда анон приходил в гости. Вы думали когда-нибудь о том, что к своим друзьям детства вы однажды пришли в гости в последний раз? Обязательная коричневая “стенка”, напротив рыжий диван с дешевыми мягкими игрушками на спинке, возле окна - письменный стол со сломанным нижним ящиком. Пыльный ковер на полу. Анон толкает балконную дверь, выходит и чуть не падает, потому что начинает сильно кружиться голова. Огромные застекленные лоджии, вид на огни большого города? Ха. Открытый маленький тесный балкон с редкими кривыми решётками на уровне пояса. Вид с девятого этажа на тот самый двор - черно-коричневое пятно с вкраплениями белого. Анон вцепляется в решётки и не понимает, как он столько раз спокойно стоял здесь в детстве, пока одноклассница курила. Она была высокой девочкой, выше анона где-то на 15 см, и спокойно стояла, привалившись всем телом к этим ржавым решёткам. Потом анон вспоминает, что у многих друзей детства был такой же идеально суицидальный балкон. И никто не оттаскивал с криком “не перегибайся!”
Анон медленно отцепляет себя от решеток и возвращается в комнату. Затем проходит в гостиную, ту самую, где познавал мировой кинематограф и человеческую анатомию. Все как и должно быть. Ещё одна стенка, тв с видиком, напротив - такой же диван, и снова ряд игрушек, и снова ковёр, но только ещё есть большой старый шкаф в белесых разводах и нет балкона. Шкаф всегда поскрипывал, а мы подскакивали, судорожно жали на пульт, думая, что это шум из коридора, и вернулась её мама. Однажды однокласснице действительно пришлось в спешке доставать кассету, и она спрятала её за пояс спортивных штанов, и стояла очень прямо, объясняя, почему мы сейчас не на географии. Но обычно это была ложная тревога.

Вот как сейчас. Это просто скрипнула дверца шкафа. В 9 случаях из 10 это она. Анон машинально подходит, чтобы закрыть её. А она внезапно от одного лёгкого толчка резко проваливается внутрь шкафа. Анон обдирает руку о шершавое занозистое дерево и, ругаясь, начинает пытаться все это как-то выправить. Пока копается в недрах шкафу, почему-то обнаруживает там множество своих вещей. И вещей из детства, и тех, которые, по идее, должны сейчас находиться в съёмной (какой-то из) квартире анона.
А потом откуда-то из-под коробок и завалов одежды выбирается собака.
Собака, которая была у анона в детстве. Прожила 14 лет.
Выбирается с трудом, уже пожилая, с седой мордой. Анон помогает ей, и она лижет ему руки. Анон испытывает попеременно радость и жуткий страх. Он знает, что собака не может быть живой. Но вот… Собака фыркает и начинает обнюхивать все вокруг. А в это время анон замечает, что из-под завалов окончательно осевшего после попыток его починить шкафа начинает выбираться что-то ещё. Что-то там шевелится. Довольно большое. Анон почему-то решает, что это может быть только кто-то из его уже мёртвых родственников. И пока анон в ступоре пытается решить, помогать ему, орать или бежать отсюда, собака выбегает из комнаты. Анон выходит из ступора, кое-как встаёт на ноги и выбегает вслед за ней. На его глазах собака пересекает комнату одноклассницы, перелетает через ограждение балкона и… Спустя минут 15 анон уговаривает себя выйти на балкон и посмотреть вниз. Надеясь, что там ничего нет, ведь собака наверняка была призрачная. Однако то, что он различает внизу, в этом разубеждает.
Анон садится на пол, смотрит на валяющиеся в пыли мелкие пластиковые игрушки, резинки для волос и мячики-попрыгунчики, начинает рыдать и не может остановиться. Зачем ему показали собаку и дали её погладить, чтобы потом..?

Анон даже забывает о том, что из-под завалов что-то там выбиралось. Вспоминает, когда слышит шорох за спиной. Когда анон оборачивается, в проёме двери стоит одноклассница, курит, зажав сигарету своими вечно обкусанными короткими ногтями с облупившимся черным лаком, и молча смотрит на анона. На ней её школьная черная мини-юбка, её любимый черный кружевной топ и дешёвые белые лаковые туфли на каблуках. Длинные чёрные волнистые волосы заплетены, как обычно, в косу. Только вот она вся в кровоподтеках и синяках, причём многие - почти черного цвета. Одноклассница анона выдыхает дым - пахнет ментоловыми сигаретами, которые она курила втайне от мамы и дяди. И говорит, буднично так:
- Привет. Надо закрывать дверь. На балкон. Мама опять орать будет.
Затем она задумчиво вытаскивает из-под ногтя длинную, см 10 тонкую деревянную щепку.
- Занозилась, смотри. 
- Анон смотрит на неё снизу вверх, все ещё сидя на ковре, и понимает, что отсюда его не выпустят, что сзади - балкон и, возможно, он скоро присоединится к собаке.
Одноклассница, меж тем, зажав сигарету в зубах, начинает выколупывать другую длинную занозу из вены на локтевом сгибе. Бросив на пол окровавленную щепку около 20 см, она прижигает рану сигаретой.
- Чтобы не занести инфекцию.
Анон смотрит на нее и думает, что уже немного поздновато, потому что по ногам от белых туфель и вверх расползаются чёрные пятна. Она замечает взгляд анона, хмыкает:
- Варикоз. Говорили мне не ходить на каблуках. Но я с пятого класса ношу шпильки, ты же знаешь. Привыкла.
Анон внезапно для себя говорит:
- Мне казалось, ты давно подстриглась.
Она недоуменно смотрит на анона. Анон уточняет:
- Ну, на тех фото, что ты мне присылала пару лет назад. Там у тебя короткая стрижка. Ещё ты выпрямила волосы и обесцветила несколько прядей.
- А! Так это было три года назад. А сейчас - двадцать два года назад.

Ну да, думает анон. Все логично.
И говорит:
- Может, посмотрим что-нибудь? Пока твоя мама не вернулась. У неё смена до скольки?
Одноклассница медленно улыбается. Делает хитрую гримасу. Тоже очень для неё характерную.
- Даваааай… Она раньше восьми не вернётся.
Разворачивается и идёт в гостиную. Анон с трудом поднимается и медленно идёт за ней. Оглядывается на входную дверь, но почему-то понимает, что пытаться уйти сейчас… не стоит.
В гостиной все по-прежнему. Шкаф на своём месте. Анон задерживает на нем взгляд. Одноклассница, прищурившись, смотрит на анона и говорит:
- Может разбиться одно воспоминание, а может и больше.
Намёк понят.
Анон спрашивает:
- Есть что-то новое?
- Есть. Дядя принёс. Спрятал у себя между спинкой дивана и матрасом. Как будто я не могу к нему зайти!
И смеется. Потом достаёт из-за пояса юбки кассету (непонятно, как она там помещалась). Без футляра. Вставляет кассету в отсек, берет пульт.
Анон сидит на диване, сложив руки на коленях, и ждёт.
Начинается видео. Помехи, рябь, затем… Какие-то дети? Вроде бы детский праздник. Снято ужасно. Дети, примерно лет 8-9 на вид, ходят туда-сюда по школьному классу, сталкиваясь друг с другом, на фоне невнятно болтают и смеются взрослые. Школьные парты поставили буквой П и накрыли скатертями. Пачки сока “ВВ”, “Фанта”, “Миринда”, нарезанные фрукты, кремовые пирожные.
Вот зеленая доска, на ней плакат с нарисованными от руки осенними листьями и большой надписью “День Осенних Именинников”. Ну да, была такая традиция. Летних поздравляли в начале сентября, осенних - в конце ноября. Анон с одноклассницей как раз родились в ноябре.
У анона не сохранилось никаких видео школьных времен, потому что видеокамеры тоже не было. Но другие родители снимали часто и много. У кого-то остался анон разного возраста, пусть и мельком. Это кажется очень несправедливым.
Начинаются какие-то конкурсы, которые анон помнил очень смутно, но обычно они сводились к тому, что надо что-то сделать с закрытыми глазами. Высокая ярко накрашенная чья-то мама держит большую миску с какими-то мелкими камушками, вроде разноцветного аквариумного грунта. Дети подходят и по очереди засовывают в него руку, шуруют внутри и что-то достают. Это какая-то приятная мелочь: яркая стиральная резинка, игрушка из “киндер сюрприза”, пластиковое колечко… Одному мальчику как раз достаётся колечко с розовыми блёстками, и все смеются. И тут анон видит себя. На аноне очень красивое бархатное зеленое платье с кружевной отделкой. Много чего у анона не было, но платья красивые были. Волосы уже подстрижены “под пажа”, значит, это уже третий класс. У анона ещё светло-русые прямые волосы, которые со временем почему-то станут волнистыми и заметно потемнеют. В общем, анон выглядит вполне мило и, глядя на себя, взрослый анон думает, почему же его так не любили и называли уродливым, страшным и т.д. Анон на экране зажмуривается, запускает руку в миску и вытаскивает большого черного паука. Паук шевелит лапками. Рядом визжат.
Анон не визжит - анон любит пауков. Анону очень даже нравится то, что ему досталось. Чья-то родительница начинает ругаться и объяснять всем, что “этой гадости” там быть не должно было. Что кто-то её подложил! Анон спокойно отходит в сторону, рассматривая паука. Он, видимо, работает от батарейки. Лапки шевелятся здорово. Потом кто-то спохватывается и выключает камеру.
Одноклассница ставит видео на паузу и сообщает с гордостью:
- Это я его положила.
Анон закономерно интересуется, зачем.
- Не знаю… Хотелось посмотреть, как ты будешь орать.
Анон фыркает и отвечает:
- Ну да, ты же меня тогда плохо знала. Иначе положила бы гусеницу.

Одноклассница смеется. Анон сидит и вспоминает этот дурацкий праздник, бесконечных родительниц с камерами, разряженных детей, как все дружно смеялись над мальчиком с кольцом (следующей зимой он погиб вместе с родителями на зимнем курорте в Алтайском крае), как одна девочка упорно пыталась убедить всех вокруг, что ноябрь - это зима, а не осень, поэтому с чего вдруг она должна праздновать каких-то там “осенних именинников”? Все шутили, что она плохо училась в первом классе, а анон думал, что вот сначала вам вдалбливают все эти “признаки осени”, “признаки зимы”, а потом смеются, когда вы отказываетесь считать сугробы по колено и -20 осенью.
Паук тогда был единственным, что анона порадовало. Анон, конечно, понял, что его хотели напугать, но думал, что паука подложила та женщина, которая держала миску, потому что кто ещё мог сделать это незаметно и именно тогда, когда настала очередь анона?
А теперь вот выясняется, что это вовсе не она. Или одноклассница зачем-то врет?

Пока анон размышляет, та снова включает видео. На экране в этот раз анон сразу видит себя. Здесь анон младше, ему лет 6. Анон стоит перед школьной доской, в шеренге рядом с другими детьми. Но это не может быть школа, потому что анон пошёл в школу, когда ему уже почти исполнилось 8. Дети тоже все какие-то незнакомые. Наконец до анона доходит: это же пресловутый “нулевой класс”, он же - подготовка к школе. Для тех, кому важно повысить шансы ребёнка попасть в Элитную Гимназию. Анон практически ничего не помнит про этот год. Вроде было неплохо. Анон ещё не успел “настроить всех против себя”. На экране анон в темно-синем брючном костюме, почти белобрысый, и, судя по причёске, это очередной шедевр от мамы - снова некое подобие каре, только с кривой чёлкой. Все её попытки сделать анону красиво обычно так и заканчивались, но анона это нисколько не волновало. Анон стоит, разумеется, в самом конце шеренги, потому что всех выстроили по росту. Ну, привычное место анона. Дети выглядят не очень радостно, прямо скажем. Но анон выглядит так, словно.. Ага, вот оно. Анон внезапно вспоминает, что ему жутко хотелось писать. Но анон стеснялся отпроситься. Потому что приближалась его очередь читать стихи! Что-то там про весну и птичек. Ах да, воробушки ждут весну и стараются не помереть. На видео анон с выражением мученика стоит неестественно прямо, вцепившись руками в край жакета и старательно пищит на камеру свои строчки. О да, анон прекрасно помнит, что, пропищав про “красавицу-весну”, уже на низком старте приготовился юркнуть в коридор, ноо… “А теперь мы споём песенку для наших мам!” Ага, все ясно, это было выступление к 8 марта. Мамы анона не было, потому что она работала. Но была тьма всяких чужих мам, и все с этими камерами. И добрая тётя-педагог, которая стояла у двери и ласково разворачивала анона каждый раз, когда он на сантиметр отодвигался от соседа в надежде все же ускользнуть. Ну а потом пришлось “громко, звонко петь”, и анон старательно пел со всеми, и на первых же строчках “во дворе сосульки плакали, под лучами солнца таяли, голубые слёзки капали и проталинку оставили”, закапали не только слёзки. Некоторые мгновения запоминаются на всю жизнь:  например, когда вы стоите перед толпой чужих мам, которые запечатлевают вас для Вечности, и писаете в штаны. И ничего не можете поделать. Только петь.
Как ни странно, на видео ничего заметно не было - кроме отчаяния на лице анона. Слава тёмным брюкам и паршивому качеству съемки. Невероятная удача, что анон не явился в красивеньком платьице и беленьких колготочках. А потом, допев песенку, анон скованно подошёл к двери, обогнул тётю-педагога, и вышел.
И вот смотрит анон на всё это и думает: даже если никто и не заметил, он-то знал! И сейчас знает. И это знание, как и ощущения, с аноном навеки.

Но оказалось, что знает не только анон. Одноклассница выключила видик, села на диване, скрестив ноги, и радостно заявила:
- Идти домой в мокрых колготках и штанах было ужасно неприятно, правда? 8 марта - это у нас ещё зима. Какие нафиг “проталинки”.
- Только ведь тебя там не было…
- Или ты меня не помнишь. Ты же лица с трудом запоминаешь. Может, я там была! Может, я с тобой туда целый год ходила.
И тут анон понимает, что да, он совершенно не уверен и не может сказать, была она там или нет. Тем более, центр этой самой подготовки к школе находился в помещении детского сада, а детский сад был совсем рядом с её двором…
Пока анон думает, что ответить, у него начинает жутко болеть рука. Там, где локтевая ямка, анон видит кончик какой-то… лески? Одноклассница усмехается и говорит:
- А не надо было мебель ломать. Что-то попало внутрь. Вот у меня дерево, а у тебя железо.
Анон подцепляет леску и начинает осторожно её вытягивать, причём, судя по толщине, это никакая не леска, а целая проволока. Анон, подвывая, тянет её из вены, рука постепенно становится синеватой, а испачканная кровью проволока все никак не заканчивается. Одноклассница откуда-то достаёт очередную сигарету, щёлкает зажигалкой и заявляет:
- Докурю - и прижгу.
Анон тянет, тянет, уже, наверное, около двух метров, а эта дрянь и не думает заканчиваться. Руку анон уже не чувствует. Докурив, одноклассница с склоняется над аноном с тлеющим окурком и внезапно начинает смеяться. Точнее, ржать.
- Что ты творишь… Совсем, да?
Анон с ужасом видит, что никакая это больше не проволока, а он вытянул из руки вены… И, возможно, сухожилия. И выглядит все это так, что очень хочется упасть в обморок. Но при этом боли анон больше не чувствует, вот вообще.
Интересно, думает анон, а если бы она не обратила внимания, что бы ещё он успел вытянуть - может, нервы?
Анону всё-таки чертовски повезло с подругой.

Одноклассница тем временем вытаскивает видеокассету, и пленка путается, она показывает кассету с торчащей плёнкой и говорит:
- Похоже, правда? На твои вены.
Анон соглашается, да, похоже.
Скрип.
Анон с одноклассницей смотрят на шкаф. Но нет, шкаф безмолвствует. Одноклассница с испуганно-возбужденным лицом начинает пихать анону изувеченную кассету, жестами показывая, чтобы он засунул её за пояс брюк. Анон одной рукой с трудом это осиливает. Одноклассница одергивает на аноне рукав, одновременно пытаясь запихнуть то, что свисает из дырки в руке анона ему же в карман, чтобы не было заметно. Она сдавленно хихикает, анон тоже. Это все очень смешно. Затем одноклассница собирает с пола окурки и глотает их, как таблетки. Шатаясь на каблуках и хихикая, вываливается в коридор и говорит: “Привет, мам”. Анон выползает следом и, стараясь встать боком, здоровается.
- Кушали что-нибудь? - деловито спрашивает мама одноклассницы.
- Дааа… Кушали!
Одноклассница начинает ржать, а затем давиться, отплевываться, и выплевывает окурки, продолжая смеяться. Анону тоже ужасно смешно, он хихикает, шатается и случайно наступает на собственные вены, которые выпали из кармана. Это веселит анона еще больше, анон опускается на четвереньки и ржет, как припадочный.
- Ну тогда прибиритесь тут и давайте прощайтесь, уроки надо делать. - Мама одноклассницы перешагивает через анона и, на ходу снимая пальто и шарф, идёт в сторону кухни. - На улице, кстати, опять метель, ничего не видно.
Одноклассница визжит от смеха:
- Ничего не вииииидно… Потому что… Потому что у неё нет глаз!
- И что? - Мама одноклассницы оборачивается, и оказывается, что да, действительно, глаз нет. Просто чёрные провалы от линии роста волос до рта. - И у вас когда-нибудь не будет.

Анон, запинаясь о кассетную пленку, вены и ещё черт знает что, наконец встаёт с пола, вежливо прощается с женщиной, затем говорит, что завтра зайдёт за одноклассницей перед школой (та, продолжая сдавленно хихикать, только кивает ему с пола), закрывает за собой дверь и уходит. На душе у анона очень хорошо. Светло. Легко. Даже лифт кажется уже не таким мерзким. Анон выходит из подъезда прямо в метель и решает посетить то место, где проходили подготовительные курсы. С энтузиазмом анон идёт сквозь метель и темень, путаясь в кассетной плёнке, венах, какой-то ещё дряни и периодически обо всё это спотыкаясь. Анону очень весело.

Анон, наверное, будет гораздо реже здесь появляться. Но совсем, скорее всего, не забросит.

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Но что конкретно ты имеешь в виду?

О, анон уже ничерта не помнит, что имел в виду, но, кажется, что-то вроде "все хотят вот это, это и это и стараются ради достижения своих целей, а анону это не важно, а хочется чтобы тоже было важно".
Но, как видишь, ветер переменился, и теперь анону опять что-то важно! Вот, расстроился из-за очередного облома, который не дал анону немножко посамореализовываться и повыебываться поделать то, что ему очень нравится.
А. Вспомнил. Анон имел в виду, что у него плохо с постановкой конкретных материальных целей. Например, что-то приобрести. Ну и ещё некоторые моменты, но не хочу углубляться, а то опять скачусь в нытье.

хочу всех убить, но ладно, печеньки тоже подойдут (С), картинку не могу вытащить, там котик

Кроме шуток, у меня как-то так и есть. Сейчас мы представляем себе всякую расчлененку в деталях, через пять минут прочитали приятное сообщение от важного человека - расчлененка откладывается, а вот чай с печеньками это тема, и вообще, как красиво солнце золотит осеннюю листву...

И тут та ж хуйня, Джульетта. У меня полегче положение, ко мне уже давно никто не лезет, но тоже такое постоянное ожидание чуда - на которое, честно говоря, лично у меня ни времени, ни сил. И это притом что меня вообще уже давно должны интересовать серьёзные, взрослые вещи, а мне всё бы просто попиздеть с кем-нибудь взахлёб об интересном, как во втором классе... а все такие вокруг скучные. И даже есть одна тян, но у неё тяжёлый развод и мелкий ребёнок-аут, ей не до меня, ну тоже если только по делу. А может, и она скучная... зато красивая. Впрочем, мне по-любому не светит.

Да. Все так. Но мне тут, кстати, понравилась одна коллега. Анон бы с ней задружился, возможно. Пока присматривается. Там прямо такой типаж... Располагающий. Манера поведения, которая меня привлекает. Анон заинтересовался, короче. беги, женщина

И тут так же. Я не прервала такое общение, то вот такого внимания всё равно больше не становится. Это константа. Не могут обычно, даже когда да хотят. Я уж смирилась, нельзя иметь всё одновременно, всегда только  две вещи из трёх.

Люди обычно просто общаются сразу с несколькими интересными им людьми, да? Ну, в норме) Но меня обычно хватает максимум на двоих, зато им достаётся много внимания и, наверное, они от этого устают. Я это замечаю, мысленно даю себе по башке и ухожу в тень. Не отсвечиваю. А вот вылезти из неё обратно бывает трудно. Потому что очень не хочется навязываться, липнуть и все такое. А ещё очень не хочется нуждаться во внимании. Гордость, самолюбие, идиотизм...
Иногда потом через полгодика кто-то интересуется, не сдох ли анон... 

Это соответствует погоде за бортом.

Да... Я вот сократил думскроллинг, причем не волевым решением, а просто в один момент отвращение переполнило настолько, что не мог себя заставить зайти в телегу почитать то, что обычно читаю. Недели через две оказалось, что чего-то не только базового мне все же может хотеться. Плюс, работа временами даёт некое вдохновение. Но это состояние такое хрупкое, что наверняка оно ненадолго. Посмотрим.

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Рабочее.

Заходит такая пупуня лет 9, похожая на Рона Уизли, если бы он был девочкой.
Деловито складывает свои вещи, садится напротив анона и заявляет:
- Вообще, у меня проблемы с ориентацией.
Анон плавно охреневает по всей длине, но осторожно спрашивает:
- А что ты имеешь в виду?
- Ну, у меня ориентация… неправильная.
- И это значит…
- Что я плохо закончу и не найду нормальную работу!
Да, думает анон, вот это ребёнка мощно шарахнуло. Что же такое произошло…

-Подожди, давай по порядку. Что именно ты считаешь неправильным?
- Ну я “Е” пишу неправильно, и “З” пишу неправильно! У меня дигра… Диграфия! Я плохо закончу школу, в институт меня не возьмут, работу нормальную не найду из-за этой диграфии!

Анон выдыхает: понятно, зеркалит буквы на письме.

Иногда бывают чудесные монологи, которые жалко прерывать.

Например:

- У меня, кстати, два кота и собака, коты это британский с прямыми ушками и британский с вислыми ушками, а собака - ну просто собака, белая с рыжими пятнами, а ещё есть хомяк, его зовут Картошка, но он уже старый, мама сказала, что скоро отправится к праовцам… А, к праотцам? Ну в общем, к своим родителям. Ещё у меня есть палочники, вы вот не знаете, а это такие зелёные ну как бы да, палочки, на ножках, и они едят малину, ну то есть, малиновые листья. У вас тоже были палочники? Я себе хочу большого, они бывают воооот такие, и я буду ходить с ним на плече и всех пугать! Они, кстати, очень жёсткие, у них типа этот… каркас? Панцирь? Ну такая как бы жёсткая шкура. Кстати, вы видели змею? Это я принёс. Которая в живом уголке. Это моя змея! Она тут пока просто погостит. Она маленькая ещё, и немного бледненькая такая, но потом вырастет и станет длиннее и ярче, у неё будет такой узор на спинке… Я хотел ещё принести ей мышей, ну чтобы она могла покушать, но мама сказала, что в школу не надо мышей, а змея может не есть целый день… и даже два дня… Даже месяц! Но я хочу, чтобы она побыстрее выросла, я хочу, чтобы она выросла до трех, нет, до пяти метров! Ещё я хочу себе черную мамбу, но она ядовитая, мама не разрешает. Кстати, сегодня мы ходили искать грибы, нашли много ядовитых! Я их все сфотографировал. На всякий случай. Мне не разрешили их домой забрать. Жалко.

Или такие:

- Ненавижу физкультуру. Зачем это вообще нужно. Я всё люблю, всё. Но физкультура это ужасно. Это гадость. Это… Просто самое худшее в мире. Вот зачем надо просто бегать? А если я не хочу бегать? Я хочу сидеть и рисовать. Но что ещё хуже, это игра в “вышибалы”. Это какая-то вообще… Ну у меня просто нет слов. Кидать в людей мячом! Вот вам хочется просто брать и кидать в кого-то мяч? Мне - нет. Нам нельзя кидать в лицо, но все кидают! И постоянно друг другу по голове попадают. В меня вчера попали. И на прошлой неделе попали. Я что, в школу прихожу, чтобы меня тут избивали? Нет, ну я в них тоже кинул, конечно… Но не попал. А ещё заставляют висеть на турнике. И считают до десяти. Я не понимаю, зачем мне висеть? Где мне это понадобится, ну, когда я вырасту? Висишь как дебил… Все ещё смотрят. А если упадёшь, то смеются. А учитель сказал, что у меня руки слабые и надо их укреплять. У нас одна девочка есть, она минуту висит. Ну почти минуту. Секунд 40. Вот он её хвалит все время. Меня это бесит! Если она ничего больше не умеет, то пусть себе висит… А я не хочу. Почему нельзя сделать мне вместо этого ещё один урок творчества? Я бы ходил. А ещё надо кувыркаться по-всякому. И обычно, и как-то боком. Это так тупо. Ну… Просто ужас, как тупо выглядит. Они там все катаются, как… Как колобки какие-то. Голова, извините, между ног. И все по одному мату катаются туда-сюда. Это антисанитарно вообще-то. Он же грязный, там столько народу уже… Перекаталось. Я не хочу кататься как идиот. Это даже хуже, чем висеть. Когда висишь, можно спрыгнуть, ну, может, ударишься, но ладно. Я так чуть ногу не сломал. Но когда кувыркаешься, можно сломать шею! Я уже в двух местах чуть не сломал. И одежда вся потом мятая. И вообще, это некрасиво. И тупо. Вот я вообще школу люблю, я так-то способный человек, но физру просто ненавижу.

В последнее время анон редко бывает в центре, где подрабатывает, и скоро явно оттуда свалит. Но пока ещё ездит по выходным. Там свои прелести. Что-то такое, видимо, в атмосфере… Приходят родители и жалуются на подозрительное поведение детей. А вдруг… а вдруг… это он(а) делает ну… Вы понимаете… Ради удовольствия?

▼И кто же в этом виноват?.. ⬍

Во-первых, виноваты лошади. Конный спорт или просто “иппотерапия” - это модно, говорят, полезно, да и вообще ведь контакт с живой природой никому не повредит.
Но удовольствие бывает разное, да.
В общем, процесс катания на лошадках, оказывается, у некоторых девочек и мальчиков вызывает чересчур сильные ощущения. Полагаю, они не совсем верно на них сидят… Поэтому и происходит стимуляция. За год это четвёртая жалоба, между прочим. Причём, что интересно, трое из заподозренных в получении неправильного удовольствия от общения с живой природой - вполне нейротипичные.

Во-вторых, виноваты самолёты. Произошел такой диалог:
- И в общем… Когда самолет разгоняется и взлетает… Когда отрывается от земли… Ну, в общем, сын говорит, что ему это нравится. Очень нравится.
- Но это же и правда здорово. Мне тоже нравится!
- Но ему нравится… Физически.
- Ну… да? Дух захватывает, все такое. Многим нравится.
- В смысле, вот самолет взлетает, и он сразу же начинает себя трогать… ну, там.
- А.

Может, пилотом будет. С таким-то сильным подкрепляющим стимулом.

В-третьих, виноваты ковры.
Нет, пока никто не жаловался на слишком рьяное поклонение Его Ворсейшеству. Вряд ли у кого-то сейчас есть ковры на стене. А вот на полу - да.
И вот это уже история либо про совсем маленьких, либо про ммм нейроотличных мальчиков. Ну либо про скрытых коврофилов. Все очень просто: они ложатся на ковёр и начинают о него тереться. Анон это наблюдал несколько раз, когда работал в реабилитационном центре. Был такой товарищ 15 годиков, которого водила на занятия старшая сестра. А в кабинете релаксации, разумеется, был ковёр. На весь пол, толстый и пушистый. Занятия клиента интересовали мало, а вот ковёр - да. Сестра очень часто просила пустить их в кабинет релаксации, потому что “ему нравится слушать музыку, он вообще очень музыкальный”.
Под музыку Вивальди Моцарта и Шопена клиент общался с ковром. Сестра залипала в телефон и отдыхала от своего музыкального брата.
В кабинет можно было пускать сразу несколько человек - главное, чтобы их сопровождали взрослые и дееспособные граждане. В кабинете релаксации можно было смотреть видео, которое проецировалось на стену - обычно какие-то ролики о природе или мультики; слушать музыку, валяться на креслах-грушах, наслаждаться всяческой подсветкой в полумраке и все такое. Но иногда взрослые могли выйти, или же клиенты, которые приходили и оставались на весь день, ухитрялись проникать туда без сопровождения. Часто туда рвались взрослые (физически, не ментально) клиенты с другого этажа. Всем хочется релаксации.
Как-то анон зашел туда в поисках своего клиента, не пришедшего на занятие, и наткнулся на следующую сцену.
Полумрак. Гипнотически светятся гирлянды и лава-лампа. Играет “Реквием” Моцарта. На стене - “Смешарики” без звука. На полу, не отрывая взгляда от происходящего на “экране”, интенсивно взаимодействует с ковром незнакомый парень лет 20, а рядом с ним занимается тем же самым знакомый (и печально известный всему центру) шестилетний мальчик.
Зрелище было в чем-то даже завораживающее.
В общем, ковры тоже могут спровоцировать всякое.

Как на все эти перфомансы обычно реагируют родственники?

Вариант 1: ругают, стыдят, поднимают с пола, снимают с лошади, высаживают из самолета могут и треснуть.
Вариант 2: делают вид, что ничего не происходит. Смотрят в одну точку. Ждут, когда оно закончится. Дома, кстати, могут и влупить. Но не на людях.
Вариант 3: отвлекают, переключают на другие занятия, но не ругают и не бьют (это реже всего).

Что следовало делать, если это происходило у тебя на работе?
Самое главное - сохранять невозмутимость. Бывает. Зато никто никого не избил, не разнес твой кабинет и не убился у тебя в кабинете. А это… Мелочи жизни.
Дальше - по ситуации.

Отредактировано (Вчера 00:53:59)

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Хозяин Дуси курил и смотрел на это с философским спокойствием. Он-то знал, что на самом деле Дусе туда не надо. Только она об этом не знает. После нескольких неудачных попыток Дуся садилась на задницу и начинала скулить.

Я нашла свое тотемное животное... 

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Дуся боевая и упорная. Несколько попыток - это не две и не три.
И кто знает, может, хозяин ошибался? Так что не такое уж плохое тотемное животное.
Просто лапки короткие...

Анон

Re: Хуйня во сне и наяву

Сегодняшний день ознаменовался тем, что анон настойчиво пытался в автобусе приложить к валидатору скидочную карту алкогольного магазина и очень злился, что она не хочет считываться.
А также тем, что анон на улице долго искал телефон и паниковал, что потерял его (при этом одновременно слушая с него музыку по блютузу).
А также перепутал двух разных учителей, потому что они слились у него в один визуальный  образ (не очень лестный), и потом отмазывался, что оговорился.
А также после 15 минут ожидания на остановке поймал себя на мысли: "Вот едет автобус... Мне нужен 227. Это 223... Но он же отличается только одной цифрой, правда? Почему бы мне не сесть в него? Если он отличается только одной цифрой, возможно, он увезет меня почти туда, куда надо..." У анона такое наваждение бывает иногда с автобусами и такси.
Потому что надо спать больше двух часов. И, желательно, каждый день.

Также сегодня анона окончательно допек один товарищ с работы. Есть там дядечка лет 50, который сначала с аноном просто приветливо здоровался, спрашивал, как дела и все такое, а анон вежливо отвечал. Потом дядечка пару раз похвалил аноньи платишки. Анон сдержанно поблагодарил. Потом дядечка сказал: как приятно, что вы носите платья! И вот эти вот всякие украшения! И как приятно смотреть на длинные волосы!
Анон, которому просто который месяц лень заставить себя пойти подстричься и который носит платишки не для дядечек, а из искренней любви к ним, в этот раз просто хмыкнул.
Сегодня дядечка разразился публичной тирадой о том, как его взор услаждает именно анон, и как всем фемэйлам надо брать пример с анона. У анона задергались глаз, бровь и что-то, отвечающее за терпимость к людям.
"Женщины так хорошо смотрятся в платьях!" - выдал дядечка, умильно пялясь на анона.
"Некоторые мужчины тоже. Попробуйте!" - ответил анон.
Надеюсь, отстанет.

Ещё сегодня был мальчик 11 лет, который боится: темноты, тишины, громких звуков, вирусов, бактерий, прионов (ну, если бы анон в его возрасте о них узнал, тоже боялся бы), умереть во сне от остановки дыхания, умереть во сне от остановки сердца, споткнуться и выпасть из окна, споткнуться и упасть на рельсы в метро (или что его кто-то толкнет), споткнуться и упасть на эскалаторе, который тут же "затянет мою руку и переломает все пальцы", упасть с верхнего этажа торгового центра, подавиться, когда ест, подавиться, когда пьёт, отравиться в школьной столовой, случайно выпить "какой-нибудь растворитель", вдохнуть что-то ядовитое, внезапной аллергии на что угодно, утонуть в водоеме, утонуть в ванной, застрять в лифте, попасть под машину, стать случайной жертвой перестрелки, стать неслучайной жертвой перестрелки, упасть с лестницы, а также, на всякий случай, боится "застрять в каком-то бесконечном пространстве с лестницами и коридорами" (вообще, "Backrooms" впечатлили многих детей, я смотрю). А, ещё он боится медведей. Сейчас в новостях муссируют нападения медведей в разных регионах, и он, не вылезая дальше соседнего парка, ужасно боится, что они как-нибудь возьмут и придут за ним.
“Но вы же не можете дать мне гарантию, что этого точно не случится!”

Того, чего сейчас очень даже логично бояться, он не боится, что характерно.

Анон потом задумался, а чего он боялся в его возрасте? Да ничего не боялся (ну кроме эпизодического “а вдруг все умрут”). Зато наверстал с годами. Так что, может, лучше отбояться в детстве…

▼Сон про плохое обращение с детьми⬍

Анону под утро приснился очень красочный сон, который при этом уместился где-то в полчаса до будильника. Из любимой категории: анон никак не участвует, а просто смотрит со стороны. Конкурс для детей. Проходит в большом здании, ярко и разнообразно украшенном воздушными шарами, мультяшными персонажами, всякими мотивирующими надписями на нескольких языках… После каждого отборочного тура победители получают исполнение одного желания. Правда, желания должны быть нематериальными. Последний участник получает исполнение своего самого главного желания (поэтому рекомендовано его приберечь, а вдруг выиграешь). В конкурсе задания разной степени сложности. Например, нужно с закрытыми глазами рисовать то, что тебе говорит ведущий. У кого получится самый близкий к образцу рисунок, тот выиграл. Или надо в правильной тональности пропеть слова на незнакомом языке. 
Ведущие - двое мужчин и женщина. Очень красивые. Очень вежливо и уважительно обращаются с участниками. Там около 20 детей, примерно от 8 до 12 лет. И вот анон наблюдает, в основном, за одним мальчиком, у которого есть несколько желаний, и главные из них такие: чтобы его бабушка больше не болела, чтобы родители его лучшей подруги, очень несчастной девочки, начали наконец обращать на неё внимание, и, наконец, чтобы люди не воевали друг с другом.
Мальчик старается изо всех сил. Когда нужно с закрытыми глазами нарисовать рисунок по инструкции, у него получается великолепно: выглядит это как идеально ровная окружность с кольцами, чем-то напоминает изображение Сатурна, и дополнительно перечеркнута стрелами и разрисована разными значками. Ведущий-мужчина торжествующе демонстрирует рисунок публике и перемигивается с коллегами. Потом сообщает ребенку, что его желание исполнено. Картинка сменяется, и видно, как чьи-то криповые руки душат лежащую в постели пожилую женщину. Теперь она больше не болеет? Не болеет. А ребёнок не знает, что его желание исполнилось таким образом.
Затем женщина предлагает детям прослушать фрагмент некоей песни и повторить по памяти. И очень приятным чистым голосом напевает нечто такое воодушевляющее на неизвестном языке. Дети пытаются повторить, у кого-то получается лучше, у кого-то хуже, у мальчика опять получается лучше всех, ему бурно аплодируют, ведущие очень довольно улыбаются, кивают друг другу, дескать, да, сейчас исполним следующее желание.
… Показывают семью с совсем маленьким ребенком, вокруг которого все сюсюкают. А потом детские руки, которые вытаскивают ребёнка из кровати и несколько раз бьют головой об угол стола. Теперь семья и правда обратит на девочку внимание.
Потом было ещё несколько испытаний, понемногу, как бы сама собой, началась жесть: например, нужно было переодеться в облегающий костюм из материала, похожего на пластик, после чего из него с внутренней стороны выдвигались маленькие шипы и впивались в тело. И надо было пробежать в этом костюме стометровку. Дети начали падать, тем не менее, всеми происходящее воспринималось как должное. Ну вот такое задание, да. Пацан, как чёртов гарепотер, опять оказался круче всех и, когда с него сняли эту испачканную кровью дрянь, он радостно улыбался, ведь теперь исполнится его главное желание, и люди перестанут воевать друг с другом!
Милая женщина-ведущая помогла ему подняться и, мило улыбаясь, сказала, что сейчас его желание будет исполнено. Люди действительно перестанут воевать друг с другом. Потому что им станет не до того. Мужчина поблагодарил ребёнка за то, что тот помог им “подготовить всё необходимое”, и теперь “можно начинать”. Второй мужчина тщательно сложил снятый с ребёнка костюм и заметил, что “пропитался равномерно, это хорошо”. Пока мальчик хлопал глазами, женщина сочувственно погладила его по голове и сказала, что на этом его участие больше не требуется, но в благодарность за помощь он может выбрать: либо он сейчас “исчезнет” быстро и почти безболезненно, либо ну… Это может затянуться.
Тем временем открылась дверь, и в помещение начали буднично заходить люди. Которые выглядели точно так же, как и эти трое ведущих. Много людей. И все только в трех вариациях. В общем, это и не люди вовсе, а какие-то рептилоиды или хрен знает кто, но обычных людей они сейчас будут ликвидировать.
И ликвидация началась. Выглядело это так: один “рептилоид” спокойно подходил к ребенку, его родственнику или просто какому-то зрителю и брал его за руку. И человек начинал покрываться похожими на ожоги пятнами, а затем падал. Большинство помирали быстро, потому что стояли или сидели как загипнотизированные, но некоторые пытались выбежать из помещения, началась паника и давка, однако дружелюбные “рептилоиды” не обращали на это никакого внимания. Один из ведущих жизнерадостно сказал, что это ничего, потому что “в конечном итоге они поздороваются с каждым”.
Мальчик, который косвенно стал причиной этого апокалипсиса, начал плакать, и второй мужчина спросил его, с кем он предпочитает поздороваться. Когда у пацана подкосились ноги от осознания, что вообще происходит, милая женщина сказала “давайте я, он ко мне привык, дети больше доверяют женщинам”, склонилась над ним и протянула ему руку. Сказала “я просто помогу тебе встать, не бойся”, он вцепился в её руку… Ну и всё. С ним произошло то же, что и с остальными. Дальше показали какое-то здание, напоминающее больницу, в котором творился полный хаос: люди бежали по коридору и орали, а между ними периодически мелькали эти существа, невозмутимо ожидающие, когда кто-нибудь окажется у них на пути.
А потом чёртов будильник обломал анону продолжение рептилоидного апокалипсиса.